хочу сюди!
 

Tori

32 роки, терези, познайомиться з хлопцем у віці 30-50 років

Замітки з міткою «драконы»

Обсидиановый Змей #16. Братство (ч.2)

          Пятница, день Развлечений. Правда, какие развлечения, когда у тебя выявили "корону"?... И всё же, "обсидиановая неделя" продолжается, несмотря ни на что!

        Той ночью Когтистые горы как нельзя лучше располагали к путешествию по воздуху: каждый путеводный коготь проглядывался отчётливо под небом ясным, как над Безоблачной долиной. В полуночный час погода не давала намёка на туман - лишь влажноватый аромат растительности, который той ночью чувствовался отчётливее, чем обычно. Под лёгкий ветерок малые драконы гладко рассекали воздух, попутно огибая как уже знакомые, так и новые для Агнара когтистые скалы. Пока Измир наглядно учил его ориентироваться по ним, драконочка незаметно отстала от своего сопровождения и тихо полетела в другую сторону.

        — Эсмира! - остановившись, окликнул её Агнар.
        — Она нас уже провела, - сказал Измир.
        — Я думал, она с нами летит.
        — Нет. Скоро поднимется туман - в такую погоду сестра всегда сидит дома.
        — Она что-то говорила об этом вчера... Вот только откуда ей было известно, что сегодня будет туман?
        — У некоторых драконов очень развито чутьё на погоду. Не знаю, как там в твоём клане, но у нас таких больше всего, хоть я и не в их числе. Кто-то предчувствует на полдня вперёд, а кто-то на целых два. Старейшина может и дальше, и я даже не берусь сказать насколько. С такой чуйкой предки... ну, взрослые, преспокойно меняют ранее намеченные планы или ограничивают полёты, но наш молодняк тоже скорлупу на рогах не носит. Благодаря Эсмире, как правило, я решаю, где нашим "чешуйкам" устраивать состязания в ловкости и хитрости, и даже намерения старших нам не помеха! Увидишь, я обязательно познакомлю тебя с нашими забавами... А вот и Корундовый коготь!

        Возвысившаяся справа от дракончиков скала ненадолго закрыла их от разыгравшегося в горах ветра. Едва шум ветра стих, Агнар неожиданно для себя вспомнил то, что именно он хотел спросить у Измира вчера, незадолго до того, как пара дракониц сбила его с мыслей. Даже с их появлением он едва насчитал дюжину попавшихся ему на глаза синих драконов - остальные же оставались для него незримым набором немногочисленных звуков, которых было слишком мало, как для логова десятков драконов. В подобной пустоте россказни Измира о своём клане мало чем отличались от воспоминаний багрового змея, которыми тот всё детство поил далёкого от драконьей цивилизации сына. Даже манера обзывать "чешуйками" клановую детвору, из которой он уже третью ночь не замечал никого, кроме своих сожителей.

        — А где ваш остальной молодняк? - оглядываясь, полюбопытствовал Агнар. — Кроме вас и взрослых я никого больше здесь не видел.
        — На задворках Когтистых краёв. Улетели подальше от двуногих, чтобы шум не поднимать. В летнюю пору люди чаще наведываются в горы, а у нас в это время усиливаются тренировки по полётам и бою. Никогда не знаешь, когда одна из таких разминок может нас выдать, поэтому до осени моих ровесников у Плачущего когтя не сыскать. Хотя, их и зимой не особо-то сыщешь - клан у нас небольшой, на самом деле.
        — Почему же тогда ты не отправился с ними?
        — Я присматриваю за сестрой - ей лучше не покидать наши места, чтобы вдруг не стряслось чего. Думаю, ты понимаешь, почему. Я мог бы улететь, оставив её на дядю или его детей, но у них своих забот хватает.
        — Ты говорил, что ваш клан как большая семья. Почему бы Эсмире не пожить у кого-то, пока вас с дядей не будет?
        — Сожительство с кем-то другим дастся ей нелегко. Поверь, без нашего внимания она давно умерла бы со скуки, - с неловкой улыбкой произнёс Измир.
        — Ну... С твоим-то вниманием она переживёт старейшину Озгалора, - столь же неловко подшутил Агнар. Приводить в сравнение более живучего старейшину он не стал, ради своего же блага. 

        К счастью, подобный юмор пришёлся Измиру по вкусу, и он ускорил полёт, назло ветрам и туману. Последний незаметно стелился под болтавшими путниками и поглощал в свою пелену низовья Когтистых гор, оставляя видимыми лишь мощные скалистые столпы. Без своих корней они превращались в устремлённые вверх исполинские когти, которые рвались из недр Тверди, чтобы вцепиться в небосвод. Казалось, ещё немного - и невообразимо громадные обладатели когтей вырвутся наружу и сгребут в свои лапы все небесные светила, погрузив весь мир бесконечную тьму. Когти дрожали на ветру, отчаянно пытаясь дотянуться до небес, но зыбучий туман плавно топил их, не оставляя возможности выбраться. В отличие от них, у драконов таких возможностей было больше, и Измир, пользуясь удобным случаем, наглядно рассказывал, как не заблудиться в таких условиях. Даже любовавшийся пейзажем Агнар, к своему удивлению, проникся вниманием к его советам.

        Прошло не так много времени, как от слов гордый потомок великого тезки перешёл к практике: сомкнув пасть он камнем спикировал в самую мглу. Агнар, вцепившись взглядом в его хвост, отправился следом, замечая, как со снижением высоты пространство вокруг стало рассыпаться в пыль. Не успел дракончик моргнуть, как путеводная "лозина" потерялась во мгле, оставив его наедине с неизвестностью. Конечности вздрогнули от сиюминутного страха, но Агнар постарался подавить это, памятуя о том, что даже в растерянных ситуациях с ним всегда было то, что помогало почти всегда. Отряхнувшись от нахлынувшего волнения, он ушёл от падения на каменную поляну, которая внезапно прервала непроглядную бесконечность, и устремился вслед за удалявшимися взмахами крыльев. 

        Всё это была лишь отработка того, что он недавно узнал. Главным правилом поведения в туман у драконов, как и у людей, было не попадать в него. Поскольку оно уже было нарушено, действенным оставалось второе правило: не спешить. Как оказалось на деле, и с ним возникли сложности, поскольку Измир не слишком замедлил полёт, нырнув во мглу. Преследователь не мог позволить себе так же быстро лететь сквозь мутное ничего, чтобы не напороться на что-нибудь по дороге, но и не мог допустить потери путеводного звука. Слепой осторожный полёт продолжался бы долго, если посреди тьмы не мелькнула мутная огненная вспышка.

        "Путь чист!" - прочитал по ней Агнар и разогнал крылья. Под ускоренное биение сердца он бросился навстречу пустоте, вверив своё здоровье крохотному огоньку, который мелькнул и исчез без следа. Охотник чувствовал, что скоро обязательно вспыхнет другой огонёк, и чувство его не подвело: чуть позже новая вспышка показалась, но вела она уже в другом направлении. Не успел Агнар понять куда, как хвост помог совершить манёвр и устремиться куда нужно. 

        Теперь медлить было нельзя: путь к месту вспышки был чистым лишь с того места, где она была замечена. О том, где этот путь заканчивался, думать было некогда, пока крылья беглеца продолжали отчаянно черпать воздух, сбегая глубже в пучину тьмы. С каждым проблеском света преследователь увереннее настигал источник звука, пока после пятой вспышки этот звук не пропал. 

       "Что?!" - прокричал взгляд Агнара. Дракончик стрелой нёсся вперёд словно его тело не встречало сопротивления воздуха. Чуя неладное, он ослабил взмахи, спрашивая себя: "Где он? Где огонёк?"

      Огонёк скоро откликнулся. Он вспыхнул почти перед самой мордой Агнара, осветив огнедышателя и громадную каменную стену позади него.

        — Стой! - крикнул Измир, не успев потушить пасть.

        От громкого восклика Агнара передёрнуло. Крылья с хвостом спешно вырулили его тело вверх, не успев как следует притормозить. Встречи со скалой избежать не удалось. Он упал на неё плашмя, будто рухнув с небес на землю, но, в отличие от земли, с отвесной стены ещё было куда падать. Сцепивший зубы от боли Агнар крепко вцепился когтями в камень и, с трудом оторвав шею, принялся выискивать место, куда можно было бы приземлиться.

        Измир подоспел незамедлительно и помог приятелю перебраться на небольшой уступ, на котором стоял сам. После случившегося Агнару пришлось вдоволь отдышаться прежде, чем взглянуть в глаза тому, из-за кого всё это произошло.

        — Я... Я же чуть не убился! Зачем ты это сделал?
        — Хотел проверить, годишься ли ты для "туманных салок". Это одна из забав наших "чешуек", - смущённо произнёс Измир, пока трезубчатые шипы крыла тихонько почёсывали шею. — Прости, Агнар, что не предупредил. Я не рассчитывал, что ты так быстро за мной угонишься. Сильно ударился?
        — Нет, скоро пройдёт. Когда мы с отцом гоняли по Змеиному ущелью, мне и не так доставалось.
        — От ущелья или от отца?
        — От обоих, - погодя сказал Агнар, отчего непроизвольно фыркнул.
        
        Он и подумать не мог, что ему удастся так быстро повеселеть из-за такой мелочи. Быть может, он бы даже засмеялся, если бы знал, что ему это под силу. Смеявшиеся драконы среди его рода считались такой же из ряда вон выходящей диковинкой, как и плакавшие драконы. Тем не менее, и без смеха Агнар ощутил, что хорошее настроение утихомирило боль от удара. Не теряя времени на полное восстановление он первым взмыл в небо, вырвавшись из туманного одеяла. 

        — Надумал устроить мне перегонки в тумане! Мы же, вроде как, спешили, - высказал он подоспевшему Измиру.
        — Успеем. С твоими скоростными умениями точно успеем, - уверенно отметил путеводитель и на полуслове устремился в известном ему направлении. — Ты ещё легко отделался, Агнар. Наш молодняк чего себе только не переломал: Ширхаш и вовсе сломал себе один рог! Потом отец ему второй выгнул, для равномерности.
        — Это... больно, наверное, - скривился красный дракончик.
        — По правде говоря, мне тоже не хотелось бы испытывать такое. Хотя, у меня есть двоюродный брат, который сам себе рога заламывал. Много лет потратил, зато теперь они похожи на крючки. На них можно нести любой улов!
        — Нет, не хочу ничего себе ломать - ещё не все камни на чешуе отросли... Надумал ты, Измир, удивить: только что учил меня как летать в тумане, и тут же вынудил забыть об этом.
        — Так нас здесь и обучают. Порою молодняк провоцируют нарушать правила, чтобы наглядно показать последствия того, что может произойти, когда кто-нибудь надумает ослушаться.
        — Почему?
        — Потому всем рано или поздно захочется это сделать.
        — Значит, поэтому, несмотря на последствия, ваши туманные гонки не запрещают?
        — Примерно так, но не совсем. К тому же, их-таки запрещают, но только на окрестностях наших угодий. К счастью, на внутренних землях такого пока нет. Странно, что дядя не предупредил тебя об этом, когда вы вернулись в Когтегорье: уж он-то знал, к кому собирался тебя подселить.
        — Как тебе сказать... Когда мы вернулись сюда, он снова стал Сталагмиром.
        — О-о, понятно, - всматриваясь в поникший взгляд попутчика, произнёс Измир и тихонько фыркнул. — Смена климата сказалась.

        Агнар оценил юмор приятеля, но в этот раз ему не стало веселее. Вместо этого он, оглядываясь по сторонам и вслушиваясь в шум окружения, подлетел поближе к Измиру и негромко спросил:

        — Ты не знаешь, куда он пропал? О нём ничего не слышно с той ночи, как я вернулся.
        — Пропал по делам, как всегда. Никто из других советников не загружает себя делами так, как он. А тут ещё сам Старейшина в довесок дал поручение, из-за которого ему придётся на время покинуть клан.
        — Надолго?
        — Даже не представляю. Смотря как пойдут дела.
        — Он будет искать моё семейство, так?

        Загоревшийся от нетерпения дракончик так близко подлетел к попутчику, что их крылья в размахе едва не цепляли друг друга.

        — Да. Уверен, что он возглавит поиск и сможет привлечь кого-то в помощь, - в размеренном тоне ответил Измир, будто в этом не было ничего особенного. Возникшее на морде Агнара недоумение он заметил, когда их крылья всё-таки задели друг друга. — Как это ты догадался?
        — Я просил его об этом. Всю обратную дорогу. Он услышал меня, но я не знал, как скоро начнутся поиски. Не знал, как долго придётся ждать... Но ты знал! Почему ты ничего об этом не сказал? - вспылил Агнар, неожиданно крикнув громче, чем хотел.
        — Ты не спрашивал, - ни капли не краснея, парировал Измир. — Я сам узнал об этом вечером, пока ты дремал, но решил пока ничего не говорить: тебе это вряд ли что-то скажет. Пока не будет полезных вестей, какой смысл об этом судачить, правда?
        — Так я мог бы надеяться на то, что мою семью скоро отыщут! Что каждый день будет приближать меня к ней, а не оставлять на месте, как это было все годы за Пределом. Не знаю, как долго ещё это продлится...
        — Сейчас тебе лучше не думать об этом, Агнар, поверь мне, - с обнадёживающим видом произнёс синий дракончик. — Попробуй отвлечься и провести время с пользой - ты и не заметишь, как быстро оно пролетит.

        Смятённый Агнар хотел было громче высказать своё несогласие, но в бурный поток мыслей из памяти прорвался знакомый прохладный голос:

        "Не тешь себя надеждой, дитя".
        "Вам легко говорить!" - возмущённо восклицал голос Агнара из прошлого. "Быть может, она придаёт мне сил"
        "Первое время так и будет, но потом, с каждым днём, каждым амаирьем, годом, десятилетием тщетных ожиданий она будет вытягивать из тебя все силы, пока не оставит наедине с отчаянием".
        "Как мне, по-вашему, выдержать всё то время, пока не будет вестей?" 
        "Для этого следует обладать тем, что помогло Старейшине преодолеть столетия в одиночестве и забвении".
        "Терпением, что ли?"
        "Нет. Терпению свойственно исчерпываться".
        "Тогда... силой духа?"
        "Нет. Даже сильный духом может сломаться под продолжительным натиском безнадёжности".
        "Даже так... Выходит, это то, что мне не свойственно, так ведь?"
        "Ты уже знаешь ответ".

        Агнар из настоящего досадно выдохнул. Он действительно знал ответ, и тот его не устраивал. Желание сердиться на Измира незаметно выветрилось из мыслей, но не думать об обществе себе подобных красный дракон не мог, какими бы чудесами и развлечениями его не отвлекали. Как ни странно, после оборвавшейся на неловкой ноте беседы, Измир и не пытался отвлекать его, отстранённо следуя своему маршруту. Что ожидало его в конце того пути, Агнара и раньше не сильно заботило, а после внезапных откровений и вовсе: с одной стороны, он не мог представить себе иного змея, кроме Сталагмира, которому можно было доверить поиск своей семьи, но, с другой стороны, в его отсутствие поблизости не оставалось никого из взрослых, за чьим крылом можно было укрыться. Даже при всём осознании того, что единственные спасительные крылья могли не принять его под свой покров.

       Купая их в неосязаемом море облаков, дракон с угрожающе беспорядочным гребнем сосредоточенно наблюдал за сородичем, торопливо летевшим к нему навстречу. Скала с отвесными стенами и редкими, усеянными деревьями, уступами, была далеко не просторным местом для встречи, но прибывшему дракону оказалось достаточно и крохотного клочка тверди. Совершив посадку с грубой резкостью, пришелец спрятал свой хвост в тени, подальше от чужих глаз. Змей напротив не заставил его ждать и гордо встал на передние лапы, выпрямив шею. Разделённые глубокой пропастью в полгребня длиной, драконы с одинаковым кольцевым узором на рогах поравнялись взглядами.

      — Я слушаю, брат Сталагмир, - сказал обладатель крюковидных рогов. — О чём ты собирался поговорить?
      — Шалхирр, мне следует отправиться к зелёным драконам по поручению Старейшины. Во имя клана, проследи здесь за порядком в моё отсутствие.

      Младший змей расслабил зависшие в ожидании крылья и ухмыльнулся.

       — Порядок здесь Старейшина, брат Сталагмир. Будет куда лучше, когда я отправлюсь на Салкхор вместо тебя. Даже мне не удастся вернуться обратно к общему слёту, а тебе - и подавно, но на моё отсутствие хотя бы не обратят особого внимания.
       — Дай своим крыльям покой - после прошлого поручения тебе следовало бы отдохнуть подольше. К тому же, я не собираюсь проведывать старейшину Озгалора, пока что. Из всех зелёных драконов мне сейчас проще добраться к Мелехору.
       — К тому многорогому ворчуну с Кристального берега?
       — Верно.

       Со своего уступа Сталагмир не мог разглядеть, насколько скисла после его слов морда гордо стоявшего собеседника, но ему хватило воображения представить её после первого же слова в ответ.




       — Тебе следовало упомянуть об этом сразу, - огрызнулся Шалхирр. — Напрасно я понадеялся на то, что ты собираешься поговорить со мной о чём-то важном.

       Без лишних жестов младший брат отвернулся и поспешил удалиться прочь от собеседника. Как только его крылья замахнулись на взлёт, Сталагмир остановил их властным рыком:

       — Ты не представляешь, насколько важно это дело.
       — Любопытно, - неохотно обернулся Шалхирр. — Расскажи поподробнее: надеюсь, оно никак не связано с тем бородавчатым выродком, которого ты притянул обратно.
       — Оно связано с тем, как скоро его род расплатится за все свои деяния. Жизнь нашего "гостя" сейчас имеет большое значение, и я хочу быть уверен, что он доживёт до общего слёта - есть немало обстоятельств, которые могут этому помешать, и даже мне не под силу их предвидеть.
       — Разумеется. Ты не мог держать красного дракона в заложниках где-нибудь за Рубежным когтем, подальше от Измира, Братства и большинства наших пещер?
      — Так повелел Старейшина.

     Шея Шалхирра дёрнулась как от сдавленного смешка.
 
      — Не похоже, чтобы он позволял тебе перекладывать такую ответственность на меня. И тем не менее, я польщён честью стать причастным к важному свершению благодаря тебе, брат Сталагмир. Ещё больше меня тешит то, что ты, наконец, признал то, что должен признать уже давно... - говорил молодой змей, протягивая голову к старшему настолько, насколько это было возможно с его места. — Ты не способен никого защитить.
      — Как ты смеешь разговаривать со мной таким тоном? - леденяще прорычал Сталагмир, со свирепым блеском в глазах.
      — Я говорю правду, - не поведя хвостом сказал Шалхирр. — Так уж повелось, что мастерство говорить долгие, но совершенно не искренние речи, не передалось мне по наследству. У меня было достаточно отговорок, чтобы не прилетать на твой зов, но я явился. Мне по-прежнему казалось, что после всего, что случилось с семьёй, ты станешь более благоразумным и прекратишь позорить наш род. Даже после того, как мне, после облёта всех семейств, сообщили, что ты вернул недобитый мной улов, я стиснул зубы и стерпел. Похоже, что зря.

      На такой выпад советник ничего не ответил. Шалхирр и не ждал от него ответа, и потому вновь преспокойно расправил крылья на взлёт. Оставляя сородичу напоследок протяжённый колющий взгляд, он жаждал увидеть, как по неподвижной глыбе пойдут трещины от гнева или досады. Вопреки тому Сталагмир, к лапам которого подступил плотный туман, плавно двинулся навстречу к дерзкому дракону прямо по белой пелене, не раскрывая крыльев. У Шалхирра перехватило дыхание: его лапы судорожно дёрнулись вперёд, памятуя о том, что скрывалось под ней. Мгновения спустя они яростно впились в камень под собой, едва Сталагмир остановился и присел на скрытый под мглой край перед самой пропастью и погрузил крылья в непроглядную бездну. Тайком выпустив воздух из пасти младший змей с напускной невозмутимостью проговорил:

      — Ты знал, что я откажусь, так ведь?
      — Любой брат, обладающий Синим духом, отказался бы.
      — И тебе по-прежнему хватает наглости дразнить меня тем красным недоразумением?
      — Тебе под силу исполнить моё поручение. Я вернусь незадолго до слёта и заберу ношу с твоих плеч, Шалхирр. До тех пор тебе предоставится удобная возможность доказать свою способность защищать других.
      — Хорошая попытка, брат. С чего бы это мне захотелось помогать тебе сейчас?
      — Это нужно не только мне. Клан нескоро оценит наши старания, потому сейчас сделай это ради детей.

      На пасти молодого змея проступил едва скрываемый оскал. Чтобы не выдавать его, Шалхирр чуть задрал голову, нацелившись концом вытянутого вперёд острого подбородка в голову обладателя такой же самой черты.

      — Моё условие: я буду действовать так, как считаю нужным во благо клана и семьи. Так что имей в виду, брат, если по вине "гостя" с Измиром что-нибудь произойдёт, не удивляйся, когда кому-нибудь из сханоров в водах Ильгузаха случайно попадётся краснотелый труп - было бы досадно лишать братьев редкого развлечения.

      Единственное краснотелое создание, бодрствовавшее той ночью в Когтистых горах, тем временем, достигло одного из немногих мест, из которого не было видно ни одного когтевидного утёса. Им оказалось просторное туманное озеро, прятавшее под собой глубокую долину, закованную в острый полумесяц гор. Присмотрев видный выступ на ближайшем склоне Измир стремительно спикировал к нему, призвал попутчика не отставать. Сам Агнар, несмотря на то, что обида драконам, вроде как, не была присуща, пропустил призыв мимо ушей и пошёл на посадку плавно.

        — Будем ждать здесь, - дождавшись его, заявил Измир и хлопнул хвостом.
        — Ждать чего? - сухо спросил Агнар.
        — Увидишь. Уж кому, кому, а тебе точно должно понравиться.
        — Когда это будет?
        — Скоро. Может сейчас, а может позже - никогда не могу предугадать точно. Но можешь не переживать - до рассвета ждать не придётся.
        — Ясно, - с безразличием фыркнув, сказал Агнар. — Какое сказание расскажешь сегодня?
        — Никакое, - ехидно улыбнулся Измир, сгребая мелкие камешки под своими лапами в кучку. — Сегодня мы будем играть. Это будет куда лучше, чем без устали трепать языком.

        Подобрав себе пару десятков подходящих камней, он поделил их на две равные кучки, одну из которых отложил в сторону, а другую обдал огнём. Прошёл один выдох, второй, - пока Измир не обратил внимание на вкопанного в землю Агнара, который с подозрением наблюдал за необычным таинством.

        — Вот, обожги их до угольного цвета. У тебя должно получиться быстрее, - протягивая потускневшие камушки, предложил Измир.

        Агнар поспешил было отказаться: не хватало ещё тратить огненное дыхание не пойми на что, тем более, при наличии, пусть и измельчавшей, но достаточно обильной чёрнокаменной россыпи - всё равно отрастёт со временем. Вцепившись за камешки под предкрылком Агнар уже был готов их оторвать, но скоро спохватился: а зачем ему тратить частицу себя не пойми на что? Вряд ли желание проучить Измира, не идя у того на поводу, стоило того.

        Со своей чёрной россыпью у Агнара давно сложились непростые отношения. О них он рассказал бы кому угодно во всех подробностях, будь он уверен в том, что слушатель не собирается рассказать об её горючих свойствах кому попало. Драконы, как правило, бережливо относились к запасу горючих веществ для огненного дыхания, и, по возможности, искали способ сберечь его как можно дольше. Возгораемые камни, загоравшиеся от одного лишь трения, могли бы стать находкой для любого клана, будь у них должное применение, а в клане, чья философия строилась на корыстном интересе, наверняка стали бы настоящим сокровищем. Агнар не знал, обдерут ли его чешую ради камней взрослые драконы или даже его ровесники, которые не устоят перед соблазном зажечь диковинку. Он мог довериться зрелому Сталагмиру, который дал слово не распространяться об этом, но вряд ли мог знать, насколько разговорчивым будет Измир, когда стая "чешуек" вернётся домой. По сравнению с возможными последствиями от случайного зажигания камней во время игры, затраты огненного дыхания были ничтожными.

        "С каких пор я стал мыслить, как синий дракон?" - подумал Агнар после всех измышлений и принял кучку камней из синих лап в неимоверно горячие пламенные объятия. Когда игровой комплект полностью покрылся копотью, Измир, радостно помешивая в ладони свои "фигурки", заявил:

         — Прекрасно. Что ж, сыграем во что-нибудь простенькое. В "Егеря" или в "Обжору"?
         — Что это такое?

         Камешки посыпались из синей ладони. Измир настолько замешкался, что даже не смог сразу дать ответ:

         — Игры... для которых нужны камешки. Ты, что, не слышал о них ни разу?
         — Нет.
         — Странно. А какие игры ты вообще знаешь?
         — Прятки. Ещё... эм... Сбрасывание противника в озеро ударом по хребту может считаться игрой? Мы с отцом нередко в неё играли.
         — Вряд ли. Ты же сам говорил, что твой папа родом из клана. Неужели в Красной чешуе не было никаких развлечений?
         — Нет, были. Просто он никогда о них подробно не рассказывал. С памятью у него возникали трудности, да и развлечения были ему не по духу.
         — Раз так, придётся мне исправить это упущение, - собрав свои фигуры обратно, заключил Измир.

         Первой игрой, которую устроили ожидавшие дракончики, была "Обжора". На первый взгляд она напоминала собой шашки, с той лишь особенностью, что поле для неё было очень условным. Как правило, у драконов для большинства настольных, а вернее, напольных игр, было достаточно любой ровной поверхности, на которой хорошо просматривались игровые фигуры. Для того, чтобы не перепутать принадлежность самих фигур, один из комплектов едва ли не всегда должен быть чёрного цвета, который достаточно различим ночным зрением, и позволял проводить игры даже в самых мрачных помещениях. Для игр драконы использовали не только камни, но и древесину, глину, разноцветный металл, а подчас и самородки - почти всё, кроме костей: играть останками пищи считалось недопустимым во всех кланах, хоть и не во все времена.

        Ознакомившись с правилами игры и игровым полем, очерченным лишь драконьим глазомером, Агнар нерешительно сделал первый ход. Едва красные пальцы отпустили камушек, Измир пустил в ход свой. Ещё ход за ходом, и их фигуры столкнулись. Опытный игрок с довольным оскалом предложил "съесть" свою фигуру, но не буквально. Агнар скромно согласился и загрёб чужой камушек с поля, заняв новую позицию для одного из своих "обжор". Ответ последовал незамедлительно, и возможности игроков уравнялись. Затем игра продолжилась, и камни последовательно "пожирали" друг друга, освобождая поле. В конце концов у обоих осталось только по одной фигуре, и финальный ход достался Агнару. Он не мог поверить, что мог так просто победить, но Измир лишь пожал крыльями и позволил новичку порадоваться. Ему было, что сказать, когда соперник завершит игру:

        — Победа твоя. А теперь я научу тебя играть по-настоящему.

        Не успел Агнар моргнуть, как Измир вновь расставил все фигуры по позициям и дал новичку право первого хода. Началось всё, как и раньше, пока после определённого хода один из "обжор" Измир не проскакал по полю и не "проглотил" сразу три чёрные фигуры. Их обладатель округлил глаза в недоумении.

        — Ты можешь поглотить несколько моих камней за раз, если между ними есть пустая позиция, - пояснил Измир. — Лучше не медли с этим, иначе проиграешь, и придётся отыгрываться.
        — Ты не предупреждал меня об этом!
        — Здесь всех так учат. А теперь постарайся отыграться, иначе не узнаешь всех условий для игры с нашим молодняком. Согласен на такие условия?

         На такую наглость у Агнара не нашлось слов для ответа. Молчаливая победа станет для него лучшим ответом! Так внутри красного дракончика загорелось неведомое ранее пламя азарта. Первый проигрыш стал для него хорошим топливом, которое заставило сосредоточить всё мышление на продумывании ходов. Спустя две игры он смог-таки отыграться, но к новому условию пришлось приспосабливаться куда дольше... 

          Увлечённый Агнар потерял счёт времени. Он помнил, что смог выбить из Измира ещё три условия и с последним ему пришлось изрядно повозиться, хотя в голове всё чаще пробивались подозрения, что сложность поднималась не с увеличением числа правил, а с тем, что соперник стал меньше поддаваться.

Обсидиановый Змей #15. Сговор (ч. 2)




     Стены колонного зала поспешили заглушить непривычный для них возглас, дабы не сердить своего господина, незыблемость которого была сравнима с их прочностью. И хоть со своим заданием они справились быстро, обладатель многовекового терпения упорно выжидал время, когда высоко поднятые крылья собеседника улягутся в прежнее положение. Только лишь добившись своего, он молвил:

     — Своим словесным всплеском ты вредишь не только своему голосу, но и моему расположению. Клану надобны не беспрекословные доводы, но правда.
     — О какой, в таком случае, правде, может идти речь?
     — О правде, которая сплотит синий дух воедино, во имя великой цели. Всякий истинный потомок Сапфирового Змея - от мала до велика - должен быть готов завершить её, что бы с нами ни случилось. Ты прекрасно осознаёшь, сколь удручающими для клана будут последствия за бездействие или срыв ранее намеченных распорядков. Это осознает каждый присутствующий на слёте, и всё сказанное там не просочится за пределы Когтистых гор. Я буду предельно доходчивым, потому не заставляй меня быть более доходчивым с тобой, Сталагмир.
     — Синее пламя моего духа, как вам ведомо, горит в едином порыве с огнём клана, и как придёт час, я непременно разожгу его с большей силой. Однако поспешность лишь поспособствует его скорому выгоранию - лучше подготовиться к нежданным ветрам- вернув себе ледяное спокойствие, сказал младший змей. — Я полагаю, другие советники воспримут сведения Хоншира более благоразумно, нежели прочее братство. В первую очередь следует посоветоваться с ними, как только они вернутся.
     — Им также есть, что поведать нам. Раньше Слёта они не воротятся, так что я не намерен отвлекать их от насущных забот. Возможно, тебя также ждёт ответственное поручение, которое следует исполнить ко Слёту.
     — Я последую вашей воле, но сейчас следует предпринять меры по защите краснородца. Нельзя допустить расправы над ним!
     — Весьма непривычно слышать подобное от тебя, Сталагмир. Червлёному отроку не суждено долго здравствовать, и испустит ли он дух после слёта или завтрашнёй ночью, меня не беспокоит.
     — Вы согласились принять его в обитель.
     — Согласился принять, но не содержать. Как только он поведает всё, что нам нужно, его дух волен с чистой совестью освободиться от тела.
     — Я вёл его сюда столько дней не для того, чтобы просто развязать ему язык. В ином случае он дожидался бы ищущих лёжа вместе со своими сородичами.
     — Тогда изволь ответить, ради чего мне в сей раз беречь жизнь отродья, духу которого не должно быть слышно за десятисотье гребеньев от Когтистых гор?
     — Дракончик должен воссоединиться со своим родом, - произнёс Сталагмир, медленно проводя когтем по своей бородке, — Чтобы обратить его в пепел.

     Замысловатая игра облущенных когтей с оружием прекратилась. Пещерный зал погрузился в глухую тишину, посреди которой ненароком замерли два собеседника. Схлестнувшись взорами, они застыли, словно гордые изваяния, над которыми не властвовало время. Между ними, подобно люстре, нависал сталактит, на конце которого свисала крохотная капля, которая медленно скапливалась в течение всего разговора. Видимо, устав от пафосных молчаний, она обрушилась на порождённый её предшественниками сталагмит, оживив вросшего в камень древнего змея.

     — Твой замысел неприемлем, Сталагмир. Не смей впредь думать об этом.
     — Такая возможность не возникнет больше никогда. Дракончик может оказать нам неоценимую услугу.
     — Нынче ты не в тех полномочиях, дабы распоряжаться подобным отродьем, - с мрачным прищуром прохрипел кроваворогий старик.
     — Нынешние полномочия обязывают меня предложить вам свой совет, Старейшина.
     — Стало быть, ты полагаешь, будто сможешь обуздать красный дух заточённый в нём?
     — Смею полагать. Его дух слаб, даже по меркам их рода, а сила воли - хрупка, как сухая ветка.
     — Как бы она не оказалась ростком, который пробивает себе путь к свету. Медленно, медленно раскалывая каменную глыбу на своём пути. Само нахождение красного духа в сердце нашего рода рушит его целостность.
      — Вы говорите о угрозе, обсуждая лишь одного дракончика, но до сих пор не обмолвились и словом о прямоходящих. Именно их сейчас следует обсуждать в первую очередь.
      — Нет смысла в который раз упоминать об угрозе, которая сама собой разумеется. Её мы подробно обсудим со всеми советниками в кругу Братства на общем слёте - на то оно и существует.

       Медленно сорвав себя с места, Старейшина побрёл в недра своих покоев, отстукивая мелодию когтями увесистых крыльев. Какими увесистыми они не казались, престарелый дракон настойчиво держал их приподнятыми: так он напоминал собеседнику о том, что несмотря на потерю зрительного контакта с ним, разговор по-прежнему продолжался. Потому окутанный ледяным недовольством советник быстро взял слово, едва старейший змей повернул голову в его сторону:

      — То, что я видел в Красной обители - не рядовой случай. Времена изменились, равно как и люди с их вооружением. Нечто подобное может произойти где угодно - даже здесь! Меры нужно принимать немедленно, пока есть возможность.
      — Нынешних предосторожностей более, чем достаточно, даже в свете твоих слов. О любой угрозе Синему клану мы будем знать задолго до того, как она проявит себя, - сказал Старейшина, открывая скрытый под камнем тайник у основания одной из колонн.
      — Враг предупреждать не станет, - отрезал Сталагмир.
       
      Спрятав огнестрельную поклажу древний змей, побрязкивая пластинами, обошёл колонну и неспешно побрёл навстречу собеседнику, продолжая разговор:

      — Твоя предосторожность достойна уважения, Сталагмир. Равно как и то неимоверное хладнокровие, которым ты подавляешь врождённую кровожадность. Как бы клан не относился к твоим деяниям, никто не смеет оспаривать твою преданность Синему духу, и потому изволь ответить мне..., - Старейшина остановился на расстоянии локтя от подчинённого. Окинув его загадочным беззрачковым взглядом, обладатель массивной пасти перешёл на шёпот: — Почему ты защищаешь того дракончика?

      Обладатель поистине синей выдержки встретил вопрос протяжённым выдохом.

      — Он ещё не дракон. Как можно считать врагом ребёнка, в котором нет и огонька красного духа?
      — Потому что его тело покрывает красная чешуя, потому что в нём течёт кровь красных драконов, потому что его жизнь поддерживается унаследованным от них духом. Таким же буйным и неспокойным. Неуравновешенным. Оттого никому и никогда не удавалось окрасить его иным цветом, даже будь он наполовину зелёным. Его проще погасить, ибо его само его существование - проклятие рода змеевого. Не бери его на себя, Сталагмир.
      — В таком случае я буду первым, кто это сделает. И последним. Возможно или нет, от его жизни зависит то, как скоро удастся претворить в жизнь долгожданное событие, и стоит ли нашему клану марать лапы для его осуществления. Дракончик докажет вам, что его жизнь стоит того, чтобы её беречь.
      — Мне не надлежит ничего доказывать. Доказательства понадобятся клану и Братству, в частности.
      — Они их получат, - заявил Сталагмир, прорезая сталактитовыми зрачками тончайшие зеницы глаз змея, пребывавшего в полном единении с духом. — Дракончик докажет свою преданность Синей чешуе к общему слёту - я лично позабочусь о его воспитании.
      — Таков твой выбор. Тебе же придётся пожинать его плоды. Полагаю, ты осознаёшь, как другие советники и весь клан отнеслись к нынешним неудобствам. После слёта их глас станет решающим, и в случае неудачи тебе предстоит лично вырвать сердце красного дракона из его груди.
      — Так тому и быть, Старейшина. 

      Придя к натянутому соглашению, Сталагмир без церемоний отправился на выход, оставив застывшего истуканом предводителя клана наедине. Древний дракон не спешил с выводами и, сурово прищурив взор, ждал. Отточенное предчувствие не обмануло его: не пройдя и двадцати шагов, подчинённый остановился.

      — Дайте мне слово, что не причините краснородцу вреда до общего слёта, - приподняв крылья, сказал он.
      — Я не собираюсь и близко подпускать его к себе, - презрительно прохрипел верховный змей.
      — Как, в таком случае, вы намерены допрашивать его?
      — К нему будет особый подход.

      Советник мрачно прищурился, в то время как Старейшина властно поднял голову.

       — Советую тебе хорошенько напомнить красному детёнышу быть осторожным с языком до встречи с Братством.
       — Он не посмеет сказать лишнего.
       — Возможно. Пускай он ведёт себя подобающе и не тревожит покой семьи. Я позабочусь об его духе после слёта, но до тех пор его поведение лежит на твоей совести, Сталагмир. Знай, в случае неприятностей я не заступлюсь за тебя перед кланом.
       — Я знаю, Старейшина.
       
       Тем временем где-то далеко от пещеры раздался громкий восклик:

        — Ты знаешь?!
        — Да, - сказал Агнар выпучившему глаза Измиру.
        — Когда это ты узнал?
        — За одной беседой, когда он случайно выдал себя.
        — И как же ты умудрился так его разговорить?
        — Я не умудрялся: язык убежал впереди мыслей.
        — Эх... А я-то думал, что смогу тебя удивить, - досадно выдохнув, сказал Измир. — Ну, ничего, зато вам не придётся знакомиться заново.

        Кивнув ему в ответ, Агнар глубоко вдохнул влажный воздух гор, который после полётов по пустыне был для него сродни целебному снадобью. У подножий гор стелился лёгкий туман, который в свете Амаира плавно превращался в молочно-белую дорогу, под которой где-то стремительно протекала горная река. Взяв курс на неё малые путешественники очень заметили замаячивший впереди громадный обелиск, который отгородился от водоёма широким каменным берегом.

        — Завидую я тебе, Агнар, - заключил местный обитатель с нетипичным, как для завистника, выражением морды. — Таких путешествий у меня не было со времён переселения.
        — До последнего солнцестояния у меня их не было вообще. Только и видел свой дом.
        — Зато теперь посмотришь наш дом. Снова.
        — Это его твой дядя называет Плачущим когтем? - указывая острым наростом на носу в сторону знакомой скалы, спросил Агнар.
        — Да. Похоже, нас уже ждут.

        Кто именно их ждал, Агнар не видел из-за полумглы, и потому пришлось поверить на слово собеседнику, который умел пользоваться не постижимым для него чувством. Как только дракончики ступили на пустынный каменный "двор", из-за стены, которая вела в спрятанную за ней пещеру, показался статный взрослый змей, украшенный множественными перепончатыми наростами на крыльях и челюсти, словно чудовище из морских глубин. Когда он пересёкся взглядом с пятнистокаменным пришельцем, последний тотчас узнал его.

        — Стой. Тебе велено ждать снаружи, - сказал Илихирн.

       Агнар хотел было что-то ответить по этому поводу, но пасть сомкнулась едва раскрывшись: это был один из тех случаев, когда следовало молча подчиниться, согласно установленным порядкам. Гость переглянулся с Измиром, который, пожав крыльями, предложил скоротать время в сторонке, у реки. Драгоценный улов для сестры он бережно взял в переднюю лапу и, не отпуская её, поковылял вперёд, сместив упор на украшенное трезубчатыми шипами запястье крыла. От наблюдения за столь калечной походкой у Агнара самого невольно стали подкашиваться передние лапы: в своё время он таким же образом пробовал перетаскивать по пещерам не помещавшиеся в пасти предметы, но первый же опыт оказался горьким - запястья его крыльев не смогли безболезненно принять на себя тяжёлую нагрузку драконьего тела из-за росших из-них костных шипов. Звук их хруста и сопутствующая острая боль навсегда отбили у Агнара желание повторить смелый замысел. "И зачем они вообще там росли?" - вопрошал он у родителей после того случая.

        Среди драконов поговаривают, что когда-то у их предков на запястьях крыльев рос лишь один короткий палец, пока остальные четыре длинных пальца, как и ныне, были обтянуты кожаными перепонками. С каких поколений на месте коротких пальцев крыла их стало вырастать больше, и почему на их месте подчас возникали голые костные шипы или даже подобия крохотных крыльев, - загадка, сродни происхождению воспламеняющихся камней на драконьем теле. Впрочем, её разгадка мало волновала повелителей пламени: каким бы дарами не наградила их природа, первоочередным для них было умение ими пользоваться: не важно, для боя или привлечения внимания. В их числе был и Измир,который шагал уверенно, но очень внимательно, ставя крыло под особым углом, дабы не раздавить трезубчатые "пальцы" на запястьях крыльев

        — Тебе удобно так передвигаться? - с кислым выражением морды спросил, наконец, Агнар. 
        — Не очень, но я приспособился - лишь бы олень не пострадал. Можно, конечно, попробовать зажать его осторожно в пасти и....
        — Нет! - резко воскликнул гость, отчего вздрогнувший Измир чуть не продырявил добычу вновь. Встретившись с его ошарашенным взглядом, Агнар поостыл и скромно отрезал: — Не обращай внимания.

       Недоумение между дракончиками плавно улеглось, когда они, добравшись до места, умостились на каменном обрывчике, порогом выступавшим над рекой. Её течение не было шумным, и в скоплении прочих шумов расслабившийся Агнар случайно уловил слабо слышимый, но разборчивый голос, донёсшийся позади:

        — Впусти их. Волею Старейшины красному дракону дозволяется про...
        — Знаешь, Агнар... - заглушил более громким голосом Измир, постучав ладонью по земле, — ...Что по этому порогу у нас измеряют высоту взмаха?
        — Н-нет, - сказал Агнар, не успев понять, о чём его спросили.
        — Теперь будешь знать.
        — Измир! — отчётливо донёсся голос Илихирна.

        Имя красного дракона из уст стража не прозвучало, но это не помешало Агнару догадаться, что речь шла как раз-таки о нём, и потому он быстро увязался вслед за полетевшим обратно Измиром. Догадка оказалась верной, и Агнар едва сдержал улыбку, когда Илихирн после пары церемонных фраз мирно отошёл в сторону, позволив детворе пожаловать в обитель.

         Следуя за прихрамывавшим приятелем, гость встречал запавшие в память с прошлого раза достопримечательности, и не забыл по традиции испить воды из озерца под водопадом. Сам же водопад Агнару пришлось преодолеть иначе: принимая во внимание ценность добычи Измира, он подставил под удар водяного течения своё крыло, пустив Измира вперёд. Стихия оказалась не по силам неокрепшим крыльям, и её поток скоро сбил препятствие на своём пути, искупав обоих юнцов. К их счастью, туша оленя почти не промокла и уже была готова встретить свою обладательницу.

          Драконочка с волнистым гребешком встретила путешественников задумчиво сидя на берегу подземного озера, порадовавшим при прошлой встрече завораживающим лазурным сиянием. Неподвижно провожая их к себе стеклянным взглядом, она вырисовывала наконечником хвоста витиеватые узоры на воде, спешно превращавшиеся в водную рябь. Когда бодро скользившая мокрыми лапами парочка пожаловала ближе, малая драконица разрушила волнистый рисунок хлёстким ударом хвоста и удосужилась подняться.

        — Эсмира! К нам Агнар вернулся! - первым обратился брат.

        Излучаемым им восторгом ей заразиться не удалось, но приличия ради она бросила короткий взгляд в сторону гостя, пусть и не попав ему в глаза.

        — Я заметила, - пресно произнесла она.
        — Приветствую, Эсмира! - вежливо сказал Агнар.
        — Приветствую, Агнар. Надолго ли ты к нам в этот раз?
        — Видимо, надолго. Мой клан куда-то пропал, и пока он не найдётся, Старейшина разрешил мне пожить у вас. 
        — Ясно.
        — Я постараюсь не мешать вам своим присутствием, -  смущённо сказал Агнар, расценив её лишённую эмоций краткость как недовольство.
        — Глупости! — заявил Измир. — Ты желанный гость в нашем доме. Даже дядя не отказал тебе в приюте. Можешь смело занимать его лежбище и...

        Дракончик сбился со слов, когда сестра тяжко выдохнула, сосредоточившись на незаметно положенной под его лапами туше. Вспомнив о более важной заботе, он спешно отгрыз оленю рог и вручил долгожданный заказ:  
        — Вот, угощайся, сестра! Изирлайя сегодня не наведывалась?
        — Нет, - едва слышно ответила Эсмира

        Приняв дар как должное, она вернулась к водоёму и под смачный хруст отстранилась от шумных разговоров, которые вновь оживились благодаря её брату.

        — Не думай, Агнар, будто кому-то здесь можно помешать. Взрослые, конечно, ведут себя довольно строго, но лишь с теми, кто не соблюдает общие порядки. Тебе, кстати, дядя о них рассказывал?
        — Рассказывал. Могу пересказать слово в слово, - произнёс Агнар безо всякого на то желания.
        — Охотно верю, - ухмыльнулся Измир. — Конечно, на деле ты всё равно не сможешь соблюдать всё сразу. Будем надеяться, тебе не придётся пересекаться со старшими - они могут прицепиться к чему угодно. Но, будь даже так, лучше вежливо промолчи и не делай лишних движений - я отвечу вместо тебя.
        — Благодарю... - неловко протянул тронутый чужой заботой инородный гость.
        — И ещё, при нас с Эсмирой пореже произноси слова, которыми разговаривают между собой старейшины. Среди молодняка общие порядки не действуют. "Приветствую", "до свидания", "позвольте", "извольте", "со-бла-го-во-ли-те" - это всё взрослые замашки, которые слишком замудрено звучат в простой беседе.
        — За-ма-шки... Что это?
        — Манера поведения. А ещё особо почтенные драконы любят обсуждать между собой вопросы очень размытым и неясным языком, из-за чего сходу не понять, о чём они вообще говорят.
        — Прямо как мой папа... Странно это слышать от тебя: ты же сам собрался стать старейшиной. К такому змею требования особенно суровые.
        — Им я ещё стану, когда вырасту, а пока есть возможность, пользуюсь лазейками в клановом укладе.
        — Эм... Ла-зе...
        — Лазейка - маленькая уязвимость или хитрость, - поспешил разъяснить Измир. — Предки, в смысле, родители, тебя такому не научат, так что привыкай к нашим сверстничьим заморочкам.
        — Понятно, - выдохнув, сказал Агнар. Улыбка Измира с лёгким ехидством обнажила зубы. Этот жест, в отличие от незнакомых выражений, краснокрылый гость прочитал быстрее и схожей улыбкой вежливо отказался от перевода - небось в ответ получил бы очередное речевое недоразумение.

         Во время наметившейся заминки кто-то громко чавкнул. Громко по меркам прирождённого охотника на звуки, в ушах которого всю беседу фоновым звуком играло монотонное пережёвывание мяса Эсмирой. Наверное, лишь нечаянно возникшая тишина позволила ему заметить, что всё то время, которого хватило бы на поедание двух медведей, она пережёвывала один-единственный кусочек оленя. Но это не так удивило наблюдательного мальца, как взгляд, исполненный недоумения, который слепая драконочка обратила в сторону ничего не подозревавшего брата. Вдруг, будто заметив чужое внимание, она враз проглотила измельчённое в кашу мясо и вновь вцепилась в добычу, оставив Агнара с не меньшим недоумением глазеть на неё, пока любопытствовавшая морда Измира не загородила ему вид.

        — Скажи, Измир, я знаю, у вас нельзя ни с кем разговаривать во время еды, но у вас тут не запрещается разговаривать, пока кто-то кушает поблизости? - шёпотом спросил у него Агнар.
        — Нет, только когда рядом кто-то купается. Правда, скажу по секрету, я порою нарушаю это правило, - столь же тихо ответил собеседник.
        — И как тебе только позволяют идти наперекор порядкам? Дядя у тебя весьма суровый.
        — Зато справедливый. Он рассказал мне обо всех отговорках и пределах дозволенного, так что я стараюсь действовать так, чтобы никто не смог упрекнуть меня в нарушении. Скажу тебе, получается здорово - давно уже не получал нагоняя... Выговора, - сходу перевёл Измир.

Обсидиановый Змей #15. Сговор (репост в цвете)

"Обсидиановая неделя" началась! Первая заметка - это репост уже опубликованной 1-й части 15-й главы, но с обновлённой обложкой и мелкими редактурными мелочами.

Да, как и в неделе, у заметок по содержанию будут свои дни. 1-й, Цветной день.



http://s013.radikal.ru/i325/1407/19/5f85c2e81e1f.jpg                 


Глава 15. Сговор



       Затухавшее небесное полотно пронзила тёмная стрела. Возвысившись над исполинским горным обелиском, она раскрыла перепончатые крылья и поприветствовала наступавшую ночь. Как только крылья сложились, тень нырнула вниз и принялась круги вокруг величественного камня, безмолвно взывая к своим сородичам, очертания которых чёрными языками пламени взлетали вверх. Один за другим, порождения тьмы заполонили собой небосвод, превратившись в единый вихрь, разверзнувшийся над горной колоннадой. Зловещее, но не менее завораживающее представление продлилось недолго: в один миг летучая стая рассеялась по всем возможным направлениям и растворилась в ночном мраке.
         
       Когда от бушевавших в небе страстей не осталось и следа, логово покинул запоздавший сородич тёмных чудищ, который заметно отличался от них меньшими размерами и извилистой, неторопливой манерой полёта. Под прерывистое рычание, похожее на прочистку горла, он огибал скалу за скалой, пока незаметно не пропал из виду. Того затишья, которое возникло после его исчезновения, наверняка хватило бы, чтобы забыть о его появлении... пока у подножий одной из скал раздался странный пронизывающий рёв. Врезавшийся в уши звук, который не могло издать ни одно известное животное, заставил встрепенуться всю живность в видимых пределах горного края. 

       Утихомирить беспокойных обитателей леса спустя время удалось Амаиру, который, будучи в самом расцвете сил, торжественно взошёл на небесный престол. Одарив голубоватым светом столповидные исполины и их лиственную подстилку, он ненароком обличил двух крылатых странников, которые до того безмятежно летели в тени. Одному из них удалось отдалённо заслышать нечто подозрительное, донёсшееся спереди, но он не придал тому особого значения. Куда более подозрительным им показался возникший на пути силуэт малого чудища, взмывшего в небо из лесной чащи с рогатой добычей в лапах.

       — Измир?! - воскликнул меньший из путешественников, тело которого было неравномерно усеяно каменной россыпью.

       Заслышав своё имя знакомым рыком силуэт от неожиданности завис на месте и стал вглядываться в приближавшихся к нему путников, которые показались ему удивительно знакомыми. Предчувствие не обмануло охотника, и скоро на украшенной сапфировой чешуёй морде засияла зубастая улыбка. Как только троица драконов собралась вместе, он первым делом обменялся приветствиями со старшим сородичем, а затем бодро перешёл к ровеснику:

       — Привет, Агнар! С возвращением тебя!
       — Приветствую, Измир, - скованно улыбаясь произнёс Агнар.
       — Что-то быстро ты к нам вернулся!
       — Так получилось, - сказал Агнар и, бросив мимолётный взор на старшего соседа, отрезал: —  Долго рассказывать.
       — У тебя будет на это время, - сказал ему Сталагмир, и без эмоций обратился к пасынку: — Измир, займи нашего гостя полезным делом в стороне от обители, пока я переговорю со Старейшиной.
       — Хорошо! - кивнув, заявил приятно удивлённый Измир.

       На том Сталагмир оставил двух юнцов, громко харкнув напоследок. Проводив его взглядом до первого каменного "когтя" они переглянулись между собой. Оба дракончика несомненно были рады вновь встретить друг друга, вот только эта радость отразилась на их мордах по-разному: Измир с неприкрытым любопытством жаждал узнать причины столь скорого возвращения Агнара, который хоть и улыбался в ответ, но явно выглядел подавленным.

       — Что-то случилось в Красном клане? - осторожно спросил Измир.
       — Так вышло... Дома никого не оказалось. Вообще, - немногословно проговорил Агнар.
       — Как это так?
       — Пещеру разрушил обвал.

       Взмахивание синих крыльев сбилось с ритма. Измир только раскрыл пасть, чтобы сходу высказать первую эмоцию, но отчего-то этого не произошло, и дракончик с тихим вздохом отвёл в глаза сторону.

       — Там хоть никто не пострадал?
       — Даже не знаю, сложно сказать. Но пожить там уже вряд ли кому-нибудь захочется.
       — Понимаю... Тебе сейчас непросто, но здесь-то ты не один. Думаю, с твоими родственниками  всё в порядке. Кто знает, может они нашли себе новую обитель и переселились, как мы однажды?
       — Может быть, но записок об этом никто не оставил. Пока ничего не прояснится, надеюсь на милость вашего Старейшины, я поживу здесь, у вас, - почёсывая редкие камни на шее, сказал Агнар.
       — Так это же здо... Ой, что с твоими камнями случилось? Помню, у тебя их побольше было, - случайно заметил Измир, внимательнее рассмотрев знакомого.
       — Так получилось... Вычесал их случайно. Какая-то напасть настигла меня в Горящих горах: всё тело зудело, будто под чешуёй пробегала стая грызунов.
       — Жуть. Хорошо, хоть не взаправду. Сейчас тебе получше?
       — Получше, - ответил Агнар и наткнулся глазами на небольшого оленя с коротковатыми рожками, зажатого в синих когтях. — Я тебя не отвлекаю, случайно?
       — Нет, - прочитав его взгляд, ответил Измир. — Это угощение для Эсмиры, сам я не голоден.
       — А где она сама?
       — Дома лежит - нелётная ночь у неё сегодня. И, как всегда, ждёт молодого чёрного оленя из моих лап - другого она не просит.
       — Странно. Как-то твой улов не очень на него походит: маленький он, и не слишком чёрный. Может, я ошибаюсь?
       — Никакой он не маленький. Не чёрный, конечно, зато самый, что ни есть, молодой. В твоих краях разве водились олени покрупнее?
       — Да, вот такие!  - на лапах показал пришелец из Надоблачных краёв, а затем причудливо скрутил пальцы: — И рога такие ветвистые-ветвистые.
       — А-а-а, я-то всё думал, почему взрослые их порою краткорогами называют... Надо будет как-нибудь наведаться к тебе домой - ощутить разницу на вкус и цвет, так сказать.
       — Конечно... Постой, так ты сказал, что это не чёрный олень? - переспросил Агнар, который до этого ни разу не замечал за собой проблем со слухом.
       — Да, - размеренно ответил Измир, после чего, схватив добычу покрепче, предложил: — Давай слетаем к реке за Лысым когтем, пока старшие будут договариваться. Там передохнёшь с пути и расскажешь о своих приключениях.

       С лёгким недоумением на морде Агнар молча кивнул в ответ и отправился вслед, к скале, оскорблённой нелепым названием. 

       — Ты обманываешь свою сестру? - немного погодя спросил гость.
       — Не совсем. Всё равно Эсмира не увидит разницы.
       — А вдруг у него вкус не такой или что-то ещё?
       — Все краткороги на вкус одинаковые - сам перепробовал. Даже по размерам друг от друга не отличаются.
       — Тогда отчего она так настаивает именно на чёрном?
       — Причуда у неё такая. Это был первый зверь, которого она отведала по прибытии в Когтистые горы: его нам поймал дядя, чтобы мы познакомились с местной добычей. До этого она только ворчала и почти ничего не кушала - видать, не могла отвыкнуть от старой обители, но после дядиного подарка ей стало на порядок лучше. Думаю, из-за того, что у него было мясо пожирнее. чем у животных, которых мы до этого ловили в пустыне. С тех пор она только чёрных оленей и запрашивает, даже после того, как опробовала вкус всю местную дичь, - произнёс Измир с улыбкой, которая с последующим вздохом куда-то улетучилась. — Я не могу ей отказать. Сестра порою не прочь поохотиться сама, но с этим у неё нередко возникают трудности.
       — И ты всегда подаёшь ей не тех оленей?
       — Да, и её это устраивает. Чёрных оленей здесь всегда было очень мало. Говорят, до нашего переселения их обитало, от силы, особей сто, пока за них не взялись наши драконы.
       — Ясно. Значит, их больше нет, - смутно произнёс Агнар.
       — О чём ты? - с недоумением спросил Измир, пока не вспомнил, что имел дело с дитям глуши. — А-а, нет. Их стало вчетверо больше! За десяток лет охота на редкие виды упорно пресекалась стараниями наших сханоров*. Это сейчас, в особых случаях, они позволяют охотиться на чёрного оленя, но мне пока ещё не выпал такой повод, который мог бы убедить их в том, что мне действительно нужна такая охота.
*сханор (дословно переводится как "страж добычи") — дракон-егерь;

       — Выходит, ты всё делаешь правильно. Почему тогда Эсмира об этом не знает?
       — Не хочу её разочаровывать: так, как мне, она больше никому не доверяет, и когда она поручает мне что-то сделать - я это делаю. Мои объяснения будут звучать как оправдание, а будущим старейшинам не принято перед кем-либо оправдываться.
       — А сейчас ты разве не оправдываешься?
       — Нет. Я поясняю свою точку зрения, - с нарочито серьёзным видом отчеканил Измир.

       От его вида Агнар невольно раскрепостил пасть, отчего ухмылка отразилась и на его глазах. Измир усмехнулся ему в ответ, едва не позабыв о том, что держал в своих лапах. Рогатая добыча начала выскальзывать из них, и малый охотник, быстро сориентировавшись, резко схватил её, глубоко впившись тушу в брюхо когтями. По пальцам Измира потекла просочившаяся из ран кровь.

       — Ну, вот! Говорят же, нельзя разговаривать во время охоты! - от досады тряхнув улов, воскликнул Измир. Его внезапный пыл так же внезапно остыл с глубоким вдохом свежего прохладного воздуха, и, к удивлению Агнара, синий дракончик продолжил разговор как ни в чём не бывало: — Я обещал сестре всегда приносить улов целым - ей нравится мясо с кровушкой, а это уже никуда не годится.
       — Давай прижжём кровь - и всё, - посоветовал Агнар.
       — Тогда мясо слегка поджарится, а такое у нас не в почёте, - вытирая пальцы о шкуру, сказал юный охотник и, о чём-то подумав, протянул добычу красному сородичу: — Лучше съешь его сам, чтобы не пропадал, а я сестре другого поймаю, по всем правилам.
       — Постой! Раз его поймал ты - значит, тебе его и есть.
       — Эх... Мне сейчас лучше не кушать - ещё дикий аппетит проснётся ненароком.
       — Но тогда...

       Не успел Агнар договорить, как Измир с хрустом отгрыз оленю рога и, быстро перемолов их в пасти, вновь протянул его дорогому гостю. Без этого незначительного, на первый взгляд, действия можно было бы с лёгкостью нарваться на драконий гнев, ведь для верховного хищника не было ничего более унизительного, чем принимать добычу, добытую другим хищником. Однако куда худшая судьба ожидала того, кто не рассчитывал своих сил и оставлял добычу недоеденной, либо не съедал убитое им животное вообще: такого бедолагу ждал неминуемый и безжалостный гнев духа Природы, которая не терпела пренебрежительного отношения к своим детям. Для таких случаев у драконов была предусмотрена доля охотника - обязательная часть добычи для того, кто её поймал, а остальная же её часть, если таковая оставалась, должна была быть передана другому дракону или же другим местным хищникам на скорое съедение. Об этих тонкостях Агнар был прекрасно осведомлён с детства, ещё с тех пор, когда родители ему, ещё не доросшему охотнику, подавали обед без одной-двух конечностей. Оттого, давно ставший самостоятельным добытчиком, Агнар с брезгливой неспешностью протянул лапы навстречу окровавленной туше. Видя всю неловкость ситуации, Измир поспешил поддержать его ненавязчивой добродушной улыбкой, которая, возможно, не могла присниться ни одному красному дракону. Она была не присуща тому, кто вообще мог бы пойти на какую-то подлость или обман, и это вызвало в Агнаре смешанные чувства, которые помешали ему заметить, как дар синего дракона оказался в его лапах.




        — Угощайся. Я сейчас вернусь.
        — Погоди, Измир! - поспешил остановить его Агнар и, подумав немного, предложил. — Давай твоей сестре чёрного оленя принесём. Настоящего!
        — Зачем? Эсмира всё равно ничего не заметит, - усомнился Измир.
        — Ты так трепетно относишься к её поручению, что я решил, почему бы тебе хоть раз не исполнить его по-настоящему? Это ведь уже не запрещено.
        — Лучше не стоит. Когда-то я пытался так сделать, но егери сочли мою просьбу зовом чувств, а не рассудка, и с тех пор я стараюсь не тревожить их почём зря, - произнёс помрачневший синий охотник.
        — Тогда можем придумать повод, который их устроит. Вот, когда мой папа возвращался домой после дальних полётов, он всегда приносил мне что-нибудь особенное: какой-нибудь камень или самородок, которые я любил собирать. Давай и твоей сестре сделаем подарок от нас обоих, в честь моего возвращения! Тем более, Сталагмир дал слово подселить меня к вам - чем это не особый случай? 
        — Глупости. Егери потребуют объяснить пользу от такой затеи.
        — Знаю, у вас так положено, но чем она плоха? Я бы сам с удовольствием глянул на вашего чёрного оленя, чтобы не съесть такого ненароком - не хватало мне ещё неприятностей в вашем клане.

        Предложение Агнара показалось Измиру наивным, но, с другой стороны, было в нём нечто заманчивое... Был бы из дракона хороший предводитель, если бы он не мог добраться до желаемого, даже если ради этого пришлось бы пойти на хитрость? Пока такая хитрость зрела в голове Измира, его сосредоточенный взгляд остановился на реке, до которой дракончики не успели добраться. Вглядываясь в бесконечное течение воды, он ощутил, как его голову озарила какая-то затея, и он поспешил объявить об этом Агнару:

        — Придумал! Сейчас договорюсь!

        Едва договорив последний слог, он спешно устремился куда-то, оставив озадаченного соседа парить в воздухе наедине с добычей. Не тратя время на ожидания уставший путешественник приземлился на берегу реки и приступил к незапланированной трапезе. Равномерно обдавая еду пламенем в лучших традициях своего рода Агнар невольно вслушивался во взмахи крыльев Измира, надеясь затем уловить хотя бы одно внятное драконье слово издалека, но их скоро заглушил шум течения реки, протекавшей поблизости. Возможно, это было даже к лучшему: когда внимание было целиком сосредоточено на едё, её вкусом и запахом можно было насладиться в полной мере, да и подслушивание чужих разговоров вряд ли считалось порядочным занятием, даже среди драконов. Агнару об этом было известно, но побороть свою тягу к подслушиванию он не мог: сказывались многолетние тренировки чувства, которое стало для него лучшим вестником и защитой. Разве могло быть в этом что-то плохое?

       Когда от пищи не осталось ни рожек, ни ножек, сквозь речное журчание прорвались резвые хлопки воздуха, которые стремительно приближались к краснокрылому дракону, пока их источник не показался в небе, едва заслонив своим видом величие ночного светила.

       — Мне разрешили! - довольно воскликнул Измир и приземлился к Агнару. — Разрешили поймать и убить чёрного оленя. Но только самца.
       — Что ты сказал егерю?
       — Сказал, что олень будет предназначен тебе в целях изучения местной живности, а ещё мне - для изучения его внутренностей. Мне даже дали советы по его освежеванию и вскрытию, но это уже будет лишним. Ну как, неплохо я придумал?
            
       С этим собеседник не мог не согласиться. Вкратце обсудив между собой охотничьи дела, два юных дракона, расправив крылья, отправились в чащу леса, окружённую громадной короной из мшистых мегалитов.

       Где-то там, под кронами деревьев, в лиственном мраке открыл глаза рогатый силуэт. Чуткое оленье обоняние уловило подозрительный сернистый запах, который нежданно появился в воздухе. Когда макушки деревьев зашуршали, разбуженное животное бросилось наутёк, под хруст сухих веток. Оно устремилось в самую непролазную чащу своего дома, в которую было не под силу пробраться даже могучим хищникам с небес, пока один из них вдруг не показался спереди. Жертва спешно изменила путь к бегству в первом попавшемся направлении, которое скоро привело её к речному берегу. Это была западня. Не успел беглец навострить ноги от преследователя, как первого резко вырвали с земли взявшиеся из ниоткуда крупные лапы, покрытые зловещей каменной россыпью.

       Осторожно схватив зверя, которым оказался краткорогий олень, ловкий Агнар взмыл вверх, чтобы опознать его цвет в свете Амаира. К разочарованию охотника, хоть тело улова и казалось на вид чёрным, его голова была коричневой, а её макушка - и вовсе желтоватой. Сомнения Агнара поспешил развеять Измир, который подоспел взглянуть на итог совместной охоты.

       — Чёрный, чёрный. Они все так выглядят, несмотря на название, - обнадёживающе сказал он. — Отлично мы с тобой сработали!
       — Это хоть самец? Проверь его, Измир, не хочу выронить случайно, - с осторожностью удостоверился Агнар.
       — Самец, - проверив нужные признаки, заключил синекрылый юнец. — Даже не раненый. Я уже начал беспокоиться, что ты его покалечишь - так быстро вниз понёсся!
       — Всё в порядке: мама когда-то учила меня ловить добычу аккуратно, чтобы не навредить ей до самой еды. В одно время мне даже нравилось так охотиться, но, увы, недолго: когда сильно хочется покушать, становится как-то не до осторожности, - сказал сытый Агнар.
       — Да уж. Драконицы, всё-таки, более осторожны с едой - не раз это подмечал. Не удивительно, что только их в егери и берут.
       — Кстати, не нужно ли показывать им улов, чтобы к нам не было вопросов? - спросил Агнар, приподняв оленя, который, отойдя от испуга, начал ёрзаться в чешуйчатых лапах.
       — Нет. В клане я на хорошем счету - мне они доверяют. С чего бы, по-твоему, тебя подселили имен... - не договорил Измир, заметив, как добыча начала дёргаться.  — Ишь, как разыгрался! Убей его, пока не выскочил!
       — Как мне его убить, чтобы кровь не пошла? Задушить, что ли?
       — Не надо! Просто держи и смотри -  сейчас научу.

       Завидев напротив себя усеянную короткими шипами драконью морду, чёрный олень принялся ещё сильнее дрыгать ногами, пока его шея не оказалась зажата в синих пальцах. Агнар было подумал, что Измир собрался его задушить, но всё случилось быстрее. Один поворот пальцев - и шея оленя с хрустом свернулась. Сопротивление подошло к концу.

        — Видишь, крови нет. Эсмире точно должно понравиться, - с гордостью произнёс перебиравший пальцами Измир.
        — Даже не знал, что так можно! - сказал впечатлённый Агнар.
        — Теперь знаешь. Дядя говорит, что подобным приёмом можно свернуть шею даже дракону.
        — Откуда он об этом знает? - вздрогнув, спросил пятнистый дракончик.
        — Клановая мудрость, наверное, - не заметив его реакции, предположил Измир и глянул на восток. — Пора возвращаться. Скоро рассвет, а сестра ещё голодна.
        — Да, полетели, - успокоил себя Агнар, и отправился вслед за приятелем.
        — А ты ничего, часом, не забыл?
        — Что забыл? Олень у меня.
        — О приключениях своих рассказать, - сказал Измир с вкрадчивой улыбкой. — Ни за что не поверю, что за весь полёт туда и обратно с тобой ничего любопытного не стряслось!

        Агнар невольно фыркнул в ответ и отвёл взгляд в тень. Он был ничем не лучше Измира, совесть которого ему удалось на время очистить от невинной лжи. Хоть его недосказанность была такой же безобидной, она вызывала ощутимое неудобство, мешавшее спокойно смотреть приятелю в глаза. Утешало Агнара лишь то, что ему и без тёмных подробностей последнего путешествия было о чём рассказать. Можно было даже немного приукрасить, чтобы звучало прямо как сказание, а сказания наш герой любил. Это развязало ему язык.

       — Твоя правда, Измир, - приободрившись, сказал он в глаза попутчику. — Ты не поверишь, когда я расскажу, что видел...

       Как только над горами зазвучал увлекательный продолжительный сказ, где-то в их недрах подошёл к концу схожий по содержанию, но существенно отличавшийся в подробностях, доклад.

       — Это всё, о чём ты хочешь поведать мне, Сталагмир? - тихо спросил хриплый голос во мраке пещерной колоннады.
       — Да, Старейшина, - столь же тихо ответил собеседник.

      Проглотив внушительный поток сведений, полулежавший  древний змей погрузился в омут размышлений, пока не тишину не прервал звонкий металлический цокот.

       — Было бы наивно полагать, что задуманное свершится в полной мере. Но всё сложилось далеко не худшим образом, - произнёс Старейшина аккуратно перебирая в пальцах крохотный ветвистый предмет. — Люди неспроста вознамерились напасть на Красночешуее логово. Полагаю, это событие заставило тебя серьёзнее отнестись к словам Хоншира.
       — Его слова звучат правдоподобно, но стоит ли настолько ему доверять?
       — Я считаю нужным прислушиваться к любым суждениям, какой бы ложью от них не смердело. Никто на свете не говорит ничего без причины, и даже у самых глупых, немыслимых допущений существуют корни. Они могут поведать куда больше, чем слова.
       — Ваши подозрения могут не оправдаться. Больно уж удобно всё складывается, - смутно предположил Сталагмир.
       — Всё возможно... Правда в том, что доказательства появляются, Сталагмир, - сказал древний змей, наглядно показав четырёхконечное оружие людей. — Но их ещё не достаточно. Это лишь начало: поиски должны продолжаться.
       — Уничтоженная обитель всё ещё таит от нас немало загадок - там целое раздолье работы для ищущих. Будет лучше отправить их на поиски в ближайшее время, пока туда не добралась Зелёная чешуя.
       — Они в пути, ещё со вчерашнего дня. Возможно, им удастся выявить нечто любопытное в кратчайшие сроки и подоспеть к общему слёту Братства.
       — Ваша предусмотрительность заслуживает уважения, но нужна ли такая спешка? Зелёные драконы не настолько расторопны, а до нашего слёта ещё много времени.
       — Отнюдь. То, что за возможные три года после нападения никто не перерыл Красное логово, ещё ничего не говорит. В твоё длительное отсутствие я счёл нужным провести общий слёт амаирьем раньше.
       — Зачем, Старейшина? - приподняв веки спросил Сталагмир.
       — Пол-амаирья назад случилось то, чего в нашей истории никогда не должно было произойти. Драконы жаждут знать, ради чего мы преступили заповеди предков, и я намерен утолить их голод. Не стоит надеяться на то, что они отнесутся к твоему поступку с таким же пониманием, как я. В свете таких дел я намерен посвятить всех братьев в Хоншировы сведенья. 
       — Нельзя! Такое нельзя озвучивать поспешно, пока нет безоговорочных доводов! - воскликнул Сталагмир, но не настолько громко, чтобы нарушить рамки этики Синего клана. — Да ещё и здесь. Стоит кому-либо принять эти слова на веру - и беды не миновать. Вообразите себе ту бурю, которая поднимется на слёте, те последствия, которые наступят, как только наше знание просочится за пределы клана. Предсказать их будет невозможно. Лишь одно я предскажу наверняка: как только слёт подойдёт к концу, красному дракону останется жить не больше суток!


От подношений и боги становятся сговорчивыми

.
В немецком языке существует слово Drachenfutter, что буквально переводится как «корм дракона». Этим термином немецкие мужья называют подарок своей жене — коробку конфет или букет цветов — который они вынуждены преподносить, провинившись в чём-нибудь, например, возвращаясь поздно домой пьяными.
*

Источник: www.telegraph.co.uk

Спасибо за вдохновение, Alma mater!)

       Привет всем пользователям I.UA! Завтра наступает последний день моего студенчества!dance ura

       Сложно поверить, что такой период жизни сроком в 5 лет пролетит настолько быстро... Ещё недавно я стоял у порога незнакомого университета (Украинский государственный химико-технологический университет, который завистливо называют "ХимХламом"), ожидая результатов вступительных экзаменов, а теперь уже несколько часов отделяют меня от заветного диплома о высшем образовании.
       Столько всего изменилось за это время: приоритеты, взгляды, окружающий мир, друзья, да и я сам. Всё это я перечислять не буду - будет скучно, и место для драконов нужно оставить, а его потребуется МНОГОdevil

       Как известно, время занятий - это наилучшее время для пробуждения творческой искры. На моей успеваемости это не сильно отразилось и более того, даже способствовало моему развитию в качестве художника-любителя. Этому развитию и всем отличившимся художествам, созданным в стенах родного университета, посвящается эта заметка!


       Начну я хронологию с 1-го курса (2007-2008 гг.)

      
Ничем не примечательный период, пишу я вам. Единственное достоинство - отсутствие каких либо установленных норм оформления конспектов, что негласно открывает целое поле для творчества любому заскучавшему на лекции студенту omg

      Мини-арт на полях конспекта по культурологии (все художества соответствуют теме проходимого материала)



        На этом и закончим. Тогда я ещё даже не имел почтового ящика на нашем уютном портале.

        2-й курс (2008-2009 гг.)

        В конце осени я начал практиковаться в рисовании драконов, причём бОльшая часть практики происходила либо в черновиках, либо на полях конспектов во время занятий.
       
        На рисунке слева представлен один из первых моих драконов, обладающий наименьшей на тот момент антропоморфностью.
        На рисунке справа - первый дракон на полях конспекта (по материаловедению).




         Первый цветной портрет дракона (конспект по органической химии, начало 2009-го)



       Только через год я понял, насколько узкоглазым был этот дракон lol

На рисунке слева: "Узорчик" (конспект по философии)
На рисунке справа: "Двойственность" (тот же конспект)



         3-й курс (2009-2010 гг.)

         Самый плодотворный курс за всю учёбу - тогда я отрывался по полной! letsrock Впрочем, чем я сейчас хуже?

"Дракожья коровка" (в черновике)



           Вот мы и дошли до него - напартное творчество! Это сейчас мне уже стыдно за то, что я совершал акты вандализма на учебных столах, а тогда это был настоящий художественный холст, на котором я хотел показать, что на партах есть место не только дурацким надписям и безвкусному ширпотребу, но и масштабным оригинальным задумкам.

"Химическая термообработка" (конец 2009-го)



       К этому творчеству мы вернёмся чуть позже.

"Гордый профиль Агнара" (черновик по физической химии, конец 2009-го)



"Эдакий романтик" (черновик, конец 2009-го)



"Профиль кристаллического дракона" (черновик)



"Аматор" (начало 2010-го)



На парте слева: "Жёсткая улыбка красного дракона" (февраль 2010-го)
На парте справа: "Пасхальный дракончик"



"Дракон и жемчуг" (черновик)



Два драконьих бюста без названия (весна 2010-го)
(тот, что справа - Агнар (красный дракон с камешками на чешуе - самый любимый из всех созданных мной драконьих персонажей, жаль что его нет у меня в питомцах) devil



"Полиэтиленыч" (черновик по ПАХТ, весна 2010-го)



        Этот рисунок планировался стать первой ласточкой в моём проекте "Драконы в век полимеров", который, к сожалению, не был воплощён.

        Следующая парочка драконов-фриков - мой эксперимент в рисовании драконов со сверх-способностями. Оба они были нарисованы в разное время на разных листах, но в них есть немало общих черт. Даже два изображения здесь кажутся одной картинкойlook

На рисунке слева: "Шашлычная тема" (черновик)
На рисунке справа: "Зомбо-дракон" (черновик)




          4-й курс (2010-2011 гг.)

          На этом курсе качество рисовки продолжает оттачиваться, но при этом падает частота выхода новых работ.

          Средневеково-геральдическая тематика продолжает обзор:

На рисунке слева: "Дракон лого" (тетрадь для набросков)
На рисунке справа: "Геральдик" (тетрадь для набросков)



         "Дракон лого" появился как пародия на логотип одного из крымских пивзаводов, в центре которого красуется грифон boyan

         Слегка разбавим драконью атмосферу портретом моего домашнего любимца с драконьими глазами cat

"Саймон" (тетрадь для набросков)



"Драконы-химики" (тетрадь для набросков, осень 2010-го)



       У следующей картинки есть целая история. Вкратце, преподаватель по экологии, читая нам данную тему (она же была последней), обязал всех нарисовать рисунок, на котором должна быть изображена труба, её высота, ПДК (предельно допустимая концентрация), ПДВ (предельно допустимый выброс), и бегающие рядом человечки. Дома рисовались по вкусу. Я нарисовал свой вариант с лёгкой импровизацией. Перед сдачей сессии этот препод настоятельно собрал все конспекты на проверку как вы думаете для чего? Правильно, для проверки именно такого рисунка в конце каждой тетради chih И вот что он увидел в конце моего конспекта:                                                                                               devil

"Предельно допустимый абсурд" (конспект по экологии, декабрь 2010-го)



"Игривый дракоша" (черновик)



"Без названия" (название предлагаю придумать вам))
podmig



"Жизнь хороша" (в одном из конспектов, начало 2011-го)



"Зажигалко" (с вырванной страницы лабораторной тетради по охране труда, весна 2011-го)



"Дракон-бакалавр" (черновик, июнь 2011-го)



         5-й курс (2011-2012 гг.)

         Большая часть художеств выполнена в духе мини-арта на полях конспектов (увы, здесь нет драконов с конспектов по ЭВМ, правоведению и политологии, но и этих вполне должно хватить).

"Игра в "Балду" (листок черновика, осень 2011-го)



На рисунке слева: "Реклама огнетушителя" (конспект по гражданской защите, осень 2011-го)
На рисунке справа: "Председатель колонны" (конспект по проектированию, тема "Колонны пром. зданий", осень 2011-го)




На рисунке слева: "Дракон-переработчик" (конспект по оборудованию, тема "Литьевые формы", декабрь 2011-го)
На рисунке справа: "Перевод не нужен" (словарь для курсов по англ. языку, декабрь 2011-го)




"Электродракон" (конспект по охране труда)



"Вид из читального зала" (формат листка А7)



         Вот такие вот дела. И на закуску самая свежая работа под моим псевдонимом: краткий сравнительный анализ старой и нынешней рисовки на тройном примере (был слегка упрощён дизайн главного героя) look

"Взросление Агнара"
(слева - набросок 2009-го, а справа - набросок 2012-го)



        На этой творческой ноте (хотя какой уже нафиг ноте, после всех этих симфоний) я заканчиваю этот продолжительный обзор ранее неопубликованного и возвращаюсь к привычному ежедневному обзору сайта. Творческие планы у меня практически не изменились с новогоднего блога, так что скоро снова нагряну на ленту блогов с новой заметкой sila




         И, напоследок, по доброй традиции, желаю всем успехов в достижении собственных целей, продвижении как по карьерной лестнице, так и по жизни, и крепкого здоровья, ведь только с ним выполнение всего, и не только это, представляется возможным!  tost tost tost

Старая легенда


Он растворился в синей вышине,
Лишь молнией оставив очертанья!
Легендой древней спрятался во мгле,
Чтоб поманить нас тайной мирозданья!

И может  быть,  они  летают средь миров,
Хотят узнать они премудрости Вселенной!
И среди звезд, звучит их  вечный зов,
Им нынче, дела нет до жизни этой тленной...

И больше нам Драконов не видать,
Им стало скучно в этом бренном мире!
Мы не увидим их, но вечно будем ждать,
И будем помнить, что они когда-то были!




Саундтрек
группа   "Мельница"

"Дракон" 



ЗА ВДОХНОВЕНИЕ Я БЛАГОДАРНА
СВОЕМУ ДРУГУ

skaramys

Дракон!

С праздником весны! С Новым годом Водного Дракона!
Не могу не поделиться. Даже обязан, поскольку рождён в год Дракона. Да и судьба складывается так, что у моря живу, в море плещусь, а про работу и говорить нечего - сплошная вода, прежде всего в прямом, ну и в переносном смысле parik.
Дракон - многоОбразен, временами даже слишком. Дракон многоцветен. Дракон не совсем реален. Но перемены, которые он приносит с собой, более чем реальны. В год Дракона можно посоветовать только одно - не слушать ничьих советов.
Как хранитель крохотной частицы Дракона, желаю вам - прежде всего - удачи в наступившем году. Удачи и внутренней свободы, без которой иногда не радует ни здоровье, ни богатство, ни прочие материальные плюшки.
По традиции, приход Дракона нужно было приветствовать путём сооружения на столе небольшой горки риса, на которой лежала бы спелая хурма, в которую надо воткнуть ветку можжевельника, на которую развесить листья и плоды мандарина (уфф!). После долгих препирательств и тщетных поисков можжевельника в ближних переулках, назначили считать достаточным эквивалентом - простые мандарины на веточках, которые и были развешаны на стенах, шкафах, люстрах и свободных гвоздях.
К сожалению, гости довольно скоро начали закусывать ими водку и мадеру, на мне кажется, что горка риса продержалась бы ещё меньше.
А теперь о главном. О символическом водяном драконе, центральной фигуре праздничного стола, продукте коллективного вдохновения и прочем глубоко мистическом олицетворении.



Не очень люблю фотографировать еду, но ведь красавец, правда?
Крупный пеленгас был выбран за рисунок чешуи, в точности как у дракона. Он был запечён, как сами видите, в фольге, вместе со свежим имбирем, чесноком и перцем хуа-цзё. Гребень из перца чили, крылья из листьев салата, усы обозначены петрушкой и укропом, а языки пламени из пасти - это маринованный имбирь. 
И уж поверьте на слово, он был действительно хорош на вкус!
Не буду утомлять перечнем прочих ритуальных блюд и не менее ритуальных напитков, тем более что сырую сёмгу я не очень люблю, от васаби глаза на лоб лезут, а сакэ хоть в теплом. хоть в холодном виде вызывает у меня сонливость и легкое отупение, которое не прошло и по сей час. В любом случае, новый властелин года должен быть доволен нашей компанией. Чего только стоит традиционный восточный (правда, почему-то под RNB) танец на столе или отпугивание злых духов петардами и шутихами с балкона в час ночи (простите, соседи!)!
С Новым годом! Драконы, на взлёт!

Дракошки - парочки.Хвастушки

Навязались у меня к Новому году такие вот драконьи парочки в подарок семейным парам.
Фото удалось выложить только сейчас.


[ Читать дальше ]

Сторінки:
1
2
4
попередня
наступна