хочу сюди!
 

Дария

36 років, риби, познайомиться з хлопцем у віці 25-45 років

Пошук

Стрічка заміток за місяць

Нет,я не смогу проглотить сердце...

 
В последнее время всё больше появляется путешественников,
желающих попробовать на вкус причудливые деликатесы той или
иной экзотической страны. Съесть настоящую змею можно,
например, в маленьком селении Ле Мат, что в семи километрах
от Ханоя (Вьетнам)
Ле Мат вьетнамцы называют не иначе, как
Змеиная деревня. Именно здесь уже не первый век разводят
змей с целью приготовления из них вкусного и полезного обеда
для всех желающих. В деревне есть несколько традиционных
семейных «змеиных» ресторанов, и все они
пользуются необычайным успехом, лучший из них — Le
Khanh .

Посетитель ресторана сам выбирает змею, ей делают
небольшой надрез в области сердца , спускают немного крови в
стакан с рисовой водкой и бросают туда же бьющееся еще
сердце, а в другой стакан — цедят немного змеиной
желчи. Затем обязательно нужно поочередно выпить содержимое
этих стаканов и непременно проглотить змеиное сердце. И то и
другое — невероятно полезно для здоровья: улучшает
потенцию, кровообращение и положительно сказывается на
умственных способностях. После этого сервируется роскошный
обед , состоящий из семи различных блюд, приготовленных из
только что убитой змеи (по вкусу мясо немного напоминает
куриное). Стоит все это удовольствие от 6 до 15 американских
долларов (в зависимости от уровня обслуживания). С собой вам
дадут в подарок еще бутылочку рисовой водки с позвоночником
убитой для Вас змеи.

Так..... что у нас? Пятница!????????

  • 22.08.08, 16:16
Давайте веселится прыгать и радоватся, как маленькие дети,yazyk давайте весело проведем время до конца рабочего дня еще два часиииииииииииикааа и все выходные.......

Если девушка изменила парню с девушкой – это измена?

Если девушка изменила парню с девушкой – это измена?

62%, 13 голосів

33%, 7 голосів

5%, 1 голос
Авторизуйтеся, щоб проголосувати.

Демократия, выдумка или реальность?

Понятие Демократии, которая сейчас считается чуть ли не главной ценностью нашего государства, означает Власть народа. Но так ли это? На самом   деле под красивым словом Демократия у нас прячется куда менее презентабельная олигархия. Почему так? Да потому что имея определенное количество денег олигархам с помощью масс-медия, пиара, черного пиара и подачек (вспомните пайки Черновецкого)  просто как изменить так и сформировать мнение народных масс, потому что народные массы в своем большинстве недостаточно разбираются в политике и истории, чтобы делать самостоятельные выводы, да и не имеют доступа к источникам, чтобы проверять те факты, которые на блюдечке приподносятся масс-медиа как с одной так и с другой стороны.

 

В итоге мы получаем борьбу интересов различных капиталов за сферы влияния и дележку еще не поделенной собственности с минимальной оглядкой на народные интересы. Наконец, из-за того что властные структуры в результате борьбы капиталов регулярно меняются, то пришедшие к власти не строят далекоидущих планов-они хотят реализовать только сиюминутные интересы, пока их не успел обойти клан-конкурент.

 

Вспомним малоприятный режим Кучмы - при всех его недостатках в стране наблюдался явный рост. Потому что Кучма не считал себя временщиком - он думал, что он (точнее его клан) пришел всерьез и надолго. Он хотел кормиться с роста, то есть не резать курицу, несущую золотые яйца, так как был уверен, что яйца достануться именно ему.

 

Вывод прост и понятен - тот разгул "демократии", который мы наблюдаем ни к каким хорошим результатам не приведет.

  

 Рейтинг блогов

Вот ано...море...

  • 22.08.08, 15:56
ф фотаальбоми

У Віталія Кличка китайська митниця відібрала сало



Відомого боксера Віталія Кличка у Китаї спіткала невдача - cуворі митники конфіскували у нього кілька кілограмів сала. “Постраждалий” поскаржився журналістам: працівники аеропорту залишилися невблаганними, довелося вибачатися перед друзями, які так чекали боксера з гостинцем з Батьківщини, повідомляє 5 канал.

так я лета правела

  • 22.08.08, 15:32
Лета, жарка... атдыхают,
все резвяца и играют
только я адна хахла
никуда ни паплыла.
Дом, асфальт и манитор
а в спине тарчит тапор
от така япона мать,
нефик часта так зивать.
Ахтунг, арбайт.. ниахота
и пахож на идиота
с умнай мордаю лица
в аське, гопстель унд ца ца..
Лета быстра пралитаит
хоть и все а нём мичтают
только толку с таво лета
када пашишь без прасвета.
От такие от дила
так я лета правела
празевала на работе
нифига ниатдахла.


*ниатдахла - в переводи с абизяно-япономацкава языка - не отдохнула.

Комп’ютер-Казанова.

*  
Комп’ютер пішов до інету
З такими як сам спілкуватись.
Прийшлось і мені іти разом,
Щоб волю йому не давати.

Бо любить хитрющща машина
Чомусь до жінок залицятись.
Доводиться довго і важко
Мені за це все віддуватись.

Морочить чаріні голівки,
Дарує вірші про кохання,
І будить в сердечках вразливих
На щастя якесь сподівання.

На мене весь гнів виливає
Увесь той обманутий люд.
Доводиться довго доводить
Що все ж таки "я не верблюд".

Отак і живЕмо ми разом
Неначе в казковому сні.
Комп’ютер серця розбиває,
А ось віддуватись - мені.

11 березня 2007 р.-
22 серпня 2008 р.
Михайло ДІД.
Алчевськ.

О чем грезят деревья

Во дворе под безжалостным солнцем стоит каштан. Он устал от зноя, но уйти не может. И дарит свою тень ранимым существам с нежной кожей, снующим туда-сюда. А вечером солнце спадет, но пыль, резкий визг шин по асфальту и вечный смог не дадут уйти ему в свои смутные сны и переживания, какими живут эти обездвиженные души – деревья.

А утром все повторится сначала. Он также будет стоять, облитый ярким, мучительным зноем и знать, что все будет повторяться снова и снова. Его пожухлые, зеленовато-коричневые мятые листья не шевелятся под ветром, они  похожи на старый пергамент, через потертости и отверстия в  них видны осколки синего неба. Но в пожухлых, желтых кулачках каштан крепко сжимает своих нерожденных детей – крепкие, сочные и блестящие плоды. Ведь ради них можно простоять хоть сто лет? И все станет не напрасным, приобретет цвет, форму и смысл.  

А у меня ты – мой единственный ребенок. Старше меня на семь лет и семь долгих зим. Господи, прости меня за то, что я недостаточно любила детей твоих. Ведь за это лишают чего-то?  И их прости.

Продолжение Хелоуина Старой Пелотки (без цензуры)

  • 22.08.08, 14:49
Хеллоуин-2

аффтар: Старая Пелотка


    


Окончание.


***

На часах была полночь с десятью минутами.

- Аццкое время. – Ершова кивнула в сторону настольных электронных
часов, которые все мои друзья почему-то называют «Бигбэн для
слепорылых». Наверное потомушта они размером с тиливизор.

- А ещё и Хеллоуин, если вспомнить… - Я добавила свои три копейки
в атмосферу предвкушения чего-то страшнова. – Зомби по улицам шляюцца
без регистрации, упыри шастают по кладбищам, кровь пьют невинную.

- Ну, зомби без регистрации у меня самой дома щас спит. Ничего
стрёмного особо. Только пьёт много, и волосатый как пиздец. У меня уже
аллергия на ево шерсть жопную. – Юлька с любовью вспомнила о супруге. –
А на кладбищах нету крови невинной. Там икебаны одни. Упыри сегодня
остануцца голодными.

- Вряд ли. Сегодня там полюбому будет опен-эйр готически настроенных мудаков. Я за упырей спокойна.

- Ну слава Богу. Пусть поедят вволюшку. Празничек у ребяток. А готов нам не жалко. Отбросы общества.

Ершова яросто стирала празничный макияж влажной салфеткой, и принюхивалась:

- Кстати, чем так воняет?

- Грязными хуями? - Предположила я, и подёргала носом. – Может, отрыжка после вчерашнего?

- Шутка своевременная, смешная. – Ершова швырнула грязную салфетку
на пол, и тоже зашевелила ноздрями. – Не, ацетоном каким-то штоле…

Я внимательно посмотрела на коробку с влажными салфетками, из которой Юлька уже вытащила второй метр, и заржала:

- Не ацетоном, а специальной хуйнёй! Это салфетки для чистки офисной техники. Я на работе спиздила когда-то.

- Тьфу ты, блять! – Ершова брезгливо отшвырнула коробку. – То-то я чую, у меня рожа вся горит. Ну-ка, глянь: аллергии нету?

Юлько лицо на глазах опухало. Вначале у неё опух лоб, и она стала
похожа на неандертальца, потом отек спустился на глаза, и Юлька стала
китайским питекантропом, а потом на нос и губы – и вот уже на меня
смотрит первобытный Гомер Симпсон с китайскими корнями.

- Ершова, ты немножко пиздец как опухла. – Мягко, стараясь не
вызвать у Юльки панику, намекнула я на новое Юлькино лицо. – В зеркало
смотреть нинада.

Подруга, вопреки моим советам, всё таки посмотрела в зеркало, и заорала:

- Блять! Что теперь делать?

Я пожала плечами:

- Мы ж Ковалёвым мстить собрались. Давай рассмотрим положительные
стороны: ты уёбище. И это очень хорошо. Грим никакой не нужен. Щас
напялим на тебя тренировочный костюм с хвостом, и вперёд, к
Ковалёвскому инфаркту!

- Заебись. А чо, я одна пойду их пугать? – Ершова даже не спорила
по поводу положительной стороны вопроса. – А ты чо делать будешь? Мы
так не договаривались!

- Юля, - я выудила из лифчика колготки, и натянула их на руку. – Я
буду жертвой бесов, понимаешь? Я позвоню им в дверь, они её откроют,
ибо ебланы, а я буду валяться в корчах у них на пороге. У меня будет
шея в крови, скрюченные ноги, и пена у рта. Я буду валяться по полу, и
выть: «Бесы мной овладели, батюшка! Сиськи отгрызли нахуй, сами
посмотрите, ноги мне скрючили, и зуб выбили!». Тут я охуенно креативно
использую во благо все свои природные достоинства, понимаешь? Мне тоже
грим не нужен.

- А я где буду? – Ершовой уже овладел азарт. – Я хочу появится из воздуха, в лучах дыма, и на каблуках.

- Какие, блять, лучи дыма, Юля? И каблуки тоже нахуй. У меня есть
тапки в виде голых ног Бигфута. С длинными пальцами, и с когтями. Где
ты видела бесов с таким еблом как у тебя, да ещё на каблуках? Ковалёвы,
конечно, мудаки, но не настолько. Короче, вот тебе дедушкин костюм, а я
пошла делать хвост.

…Через полчаса мы были готовы к выходу, и в последний раз
репетировали. Рому Ковалёва изображала моя собака, а мы с Ершовой
играли свои роли.

- Бесы, бесы мной овладели, батюшка Роман!  - Я упала на пол перед
псом, и начала биться в корчах. – Спаси мою душу, почитай псалтырь,
изгони дьявола из тела моего покалеченного! Я хочу умереть
девственницей!

- Тычо несёшь, обезьяна? – Ершовский голос донёсся из туалета. – С
девственницей явный перебор. У Ковалёвых такой простыни, тебе на
заплатку, точно не будет.

- Я хочу умереть с чистой душой, и вознестись к престолу божьему!
– Крикнула я в морду собаке, и та завиляла хвостом. – Спаси меня,
добрый пастырь!

Тут, по сценарию, должна была появицца Ершова, но она не появлялась.

- Вот они, бесы! – я заорала, и вцепилась руками в собачью ногу.
Пёс-Ковалёв такого не ожидал, взвизгнул, и непредсказуемо пукнул, после
чего спрятался под шкаф. – Я чую запах сероводорода! Ад пришол на
землю! Итак, встречайте: бесы!

Даже после этого откровенного призыва Ершова не появилась.

- Юля, хуле ты в сортире засела?! – Я прервала генеральную репетицию, и поднялась с пола. – Твой выход!

- Дай поссать-то! – Глухо ответил из-за двери бес. – Ты б сама
попробовала бы снять эти штаны с хвостом, а потом обратно напялить.
Кстати, хвост я в унитаз уронила.

- Блять… - Я расстроилась. – Нихуя у нас с тобой, Юлия, не выйдет.
Ковалёвы вызовут ментов, и нас заберут в обезьянник! Там нам подкинут в
карман кило героина, ядерную ракету, четыре неопознанных трупа, и
загремим мы с тобой по этапу, к лесбиянкам. А я ещё так молода, и так
люблю мущин!

Дверь туалета распахнулась, и на пороге появилась Ершова. За
десять минут я уже забыла, как она выглядит, поэтому быстро отпихнула
Юльку от двери, и сама заняла позицию на гнезде.

- Не ссы, инвалид деццтва, всё будет в ёлочку. Ты, главное,
паспорт с собой не бери на дело. – Подруга свято верила в то, что
мировое зло сконцентрировано именно в паспорте. – И тогда никакие менты
не придут. Все менты щас спят давно.

Ещё через пять минут мы на цыпочках вышли на лестничную клетку, и прокрались к лифту.

- Короче так… - Ершова наклонилась к моему уху, и ещё раз уточнила
детали: - Щас мы с тобой поднимаемся на седьмой этаж, ты спускаешься
вниз по лестнице до четвёртого, и проверяешь, чтоб на нижних этажах
никто не стоял. А то эффекта не получицца, если мне между пятым и
шестым кто-нить с перепугу пизды даст. Потом ты звонишь в дверь
Ковалёвым, начинаешь изображать свой ящур…

- Корчи. – Поправила я Юлю.

- Похуй. Корчи. Потом ты кричишь: «Вы слышите этот топот? Это бесы! Они уже идут за мной!» И тут выйду я.

- Ты думаешь, у тебя получицца громко топать в плюшевых тапках? – Я
с сомнением посмотрела на когтистые поролоновые ноги Ершовой.

- Верно. – Юлька не огорчилась. – Вот эта лыжная палка чья?

Я оглянулась. Возле соседней квартиры сиротливо стояла одна лыжная палка.

- Ничья. – я пожала плечами. – Бери, если нужно.

- И возьму. Я буду ей стучать по ступенькам, и имитировать аццкий топот. Видишь, всё катит как надо!

Двери лифта открылись, и мы с Юлькой шагнули в кабину, и нажали на цифру семь.

- Эх, вот эти иисусики щас обосруцца! – Юлька откровенно радовалась
предстоящему чужому инфаркту. – Главное, смотри, чтоб тебе кадилом не
уебали, в процессе изгнания бесов.

- Юля. – Я прислушалась к тишине за дверями лифта. – Юля, мы, кажецца, застряли.

- А я ещё появлюсь, и скажу Ковалёву: «Ты нихуя не божый человек.
Ты дрочиш по ночам, в ванной. Так што собирайся, я за тобой». – Юлька
захохотала, и осеклась: - Чо ты сказала?

- Мы застряли. – Я села на корточки, и посмотрела на Ершову снизу вверх. – А у меня клаустрофобия. Щас орать начну.

- Не надо. – Уверенно ответила Юлька. – Щас попробуем отсюда выбраться.

Однако, выбраться из лифта не получалось. Застряли мы всерьёз.

- Юля.. – Я уже шмыгала носом. – Я боюсь! Сегодня страшная ночь, а у меня ещё клаустрофобия… У-у-у-у-у-у…

- Не вой! – Юлька взяла на себя обязанности главнокомандующего. – Щас вызовем этих, как их… Спасателей.

И уверенно ткнула пальцем в кнопку с надписью «Вызов».

- Кхе, кхе.. Пыш-пыш-бу-бу-бу, Иванова. – Неразборчиво донеслось из динамика. – Бу-бу-бу шшшшшшшш какова хуя?

- Иванова! - Заорала Юлька. – Иванова, мы застряли в лифте! У Лидки эпидерсия и Хеллоуин, а я в туалет хочу! Спаси нас, Иванова!

- Клаустробофия у меня, дура.

- Похуй. Я такое не выговорю всё равно. Ты слышишь нас, Иванова?

- Бу-бу-бу, ждите. – Чота сказала Иванова, и отключилась.

- Не ссы, Лидос. Скоро приедет Иванова, и нас спасут. А потом мы
обязательно пойдём, и напугаем Ковалёвых.  – Юлька опустилась рядом со
мной на корточки. – Ты только потерпи, потерпи, родная. Не умирай!
Дыши, дыши, Лидка!

- Отстань, дубина. – Я отпихнула Юлькины руки, которыми она
вознамерилась надавить мне на грудную клетку. – Я не умираю, и я дышу.
Только тут воздуха мало, поэтому не вздумай пёрнуть.

- Жива! – Возрадовалась подруга, и предложила: - Давай, может, споём?

- А подмога не пришла-а-а-а, подкрепленье не прислали… - Обречённо начала я.

- Нас осталось только два-а-а-а, нас с тобою наебали.. – Подхватила Юлька, и дальше наши голоса уже слились в неровный хор:

- Иванова далбаёб, и с патронами напряжна-а-а-а, но мы держым рубежы, мы сражаемся отважна-а-а-а…


*Прошёл час*


- Ковыляй патихонечку, а меня ты забу-у-уть…

- Зажывут твои ноженьки, прожывёш как-нибуть!

- Труля-ля, труляля-ляля…

- Иванова – пизда!


*Прошло ещё полчаса*


- Голуби своркуют радосна…

- И запахнет воздух сладостна..

- Домой, домой, пора домой!!!!

- Юля, я умираю…

- Нас спасут, я верю!

- Про нас забыли… Ивановой никакой нет. С нами разговаривал бес.

- Я верю, что Иванова существует! И нас скоро спасут!

- Спасатели Малибу?

- Не, им далеко ехать. Скорее Чип и Дэйл.

- Я поцелую их в жопу.

- А я им отдамся.

- Домой, домой, пора домой!!!


*Прошло ещё двадцать минут*


- Кто тут, блять, на лифте по ночной Москве катаецца?!

Голос со стороны свободы пролился нам в уши сладостным нектаром.

- Это мы! Дяденька, вытащите нас!

- Пицот рублей за ночной вызов.

- Согласны!

- Сколько вас там?

- Двое!

- Тогда с каждой по пицот.

- Пошёл нахуй! Пицот, и хватит. Щас Ивановой позвоним. – Ершова была категорична.

На свободе что-то зашуршало, и стало тихо.

- Дядя, вы тут? – Я заволновалась.

Тишина.

- Дядь, мы пошутили! – Ершова кинулась на закрытую дверь. – По пицот с каждой!

Тишина.

- Довыёбывалась, жлобина? – Я нацелилась когтями в Юлькину опухшую рожу. – Пятихатку пожалела? Теперь из-за тебя…

Тут кабина лифта сильно дёрнулась, и поплыла куда-то вверх.

Мы молчали, боясь спугнуть своё щастье.

- На какой этаж ехали? – Заорал кто-то над головой.

- На седьмой! – Заорала в ответ Юлька. – На седьмой, дяденька!

- Щас спущусь за деньгами. Ждите.

Кабина остановилась, но двери не открылись.

- Придёт, как думаешь? – Я заволновалась.

- А то ж.

Ещё через минуту за дверями послышалось шуршание, и створки разъехались, показав нам усатое и пьяное лицо спасителя.

- Дядя! – Крикнула Ершова, и распростёрла объятия. – Дай же нам тебя обнять!

- И поцеловать! – Я подняла с пола лыжную палкуи шагнула на свободу.

- Блять!!! – Вдруг заорал спаситель, и кинулся вниз по лестнице. – Черти! Ёбаный понос!

- Чо это он? – Юлька перегнулась через перила, и посмотрела вниз. – Живот прихватило, что ли?

- Дура, - я заржала, - это он нас с тобой испугался! Сама подумай:
открываецца дверь, и на тебя вываливацца чёрное уёбище с хвостом и
рогами, а за ним…

- Второе уёбище. Без сисек и на кривых ногах. – Ершова явно
обиделась. – Жалко дядьку. А с другой стороны, пятихатку сэкономили.
Нучо, домой?

- А куда ещё. Только пешком.

Спустившись на четвёртый этаж, мы с Юлькой, не сговариваясь,
позвонили в квартиру Ковалёвых, и молча ждали реакции. Без вопроса «кто
там?» дверь открылась через минуту.

- Ты дрочер, Рома. – Сурово сказала Юлька, и стукнула по полу лыжной палкой. – Хуй тебе, а не Царствие Небесное. Сдохни, гнида.

- Продавай квартиру, сука бородатая, а деньги отдай в церковь.
Иначе не будет тебе прощения. – Я ковырнула засохший кетчуп на шее. – И
прекрати ебацца без гандонов. Твоя Вика не спермоприёмник.

Рома коротко всхлипнул, и захлопнул дверь.

- Чота хуёво мы как-то им отомстили… - Ершова поставила лыжную палку на место, и плюнула Ковалёвым в дверной глазок.

- В самый раз. – Я открыла свою дверь, и впустила беса  в
квартиру. – А мог вообще подохнуть. И тогда менты, кило героина, и…

- Четыре трупа-а-а возле та-а-нка… - Нараспев продолжила список ништяков Юлька.

- И зона с лесбиянками-и-и-и…


…Дверь за нами закрылась, и в доме номер девять ненадолго воцарились тишина и спокойствие.