Профиль

Фрау Бернарда

Фрау Бернарда

Германия, Берлин

Рейтинг в разделе:

Последние статьи

Правдивое

Одним лишь словом я, без оскорблений,
С улыбкою холодной, как метал,
Причиной становлюсь чужих волнений.
Эмоций порождаю бурный шквал.

Одни кричат: "Прекрасная! Богиня!"
Другие злобно: "Ведьму на костер!"
Одни меня возносят, как святыню.
Другие мне выносят приговор.

Поэмы мне безумцы посвящают.
Завистники так низменны в речах.
И имя бесконечно повторяют
Мое. Оно у многих на устах.

Клеветники поносят, оскорбляют,
И думают, что знают обо мне.
Слова их откровенно обличают
Их мерзость, что сокрыта в глубине.

Я зеркало, всего лишь отражаю
Сердец пороки ваших, так пустых.
Величием своим я раздражаю
Всех мелких, примитивных и больных.

Но что бы ни сказал во гневе кто-то,
Я буду выше. Пусть толпа кричит,
Собравшись у подножья эшафота...
Не важно, ведь внизу она стоит.

Вы скажете, что я высокомерна,
Что я до невозможного горда,
Но суть мою трактуете неверно.
Такою не была я никогда.

Создателем возвышена над теми,
Кто будет прославлять и проклинать.
А я бы так хотела хоть на время,
Чтоб просто вы могли меня понять. 

Все тянутся ко мне, не понимая...
Как люди - к Богу, к человеку - зверь. 
Любя и ненавидя, обвиняя
За тысячи непонятых потерь.

Не я их будоражу, привлекаю, 
Но ариев несмешанная кровь.
В сознаньи отупленном пробуждая
Безликую и хилую любовь. 

Так лучшее противно недостойным.
Так истина отступников гневит.
Блудница хочет выглядеть пристойно.
Святым казаться хочет содомит.

И люди далеки теперь от правды,
А вечное пропало в суете.
Разносятся безумные бравады
Во славу победившей клевете.

Доказательства эволюции.

  • 11.01.21, 18:11

В этой заметке ,по просьбе подписчика, прошу привести хоть одно неоспоримое доказательство эволюции. Любой флуд запрещён. Сообщения не по теме удаляются сразу. Если приведенное доказательство ничего явно не доказывает или если оно получит опровержение, то оно будет удалено.


ПРОСЬБА ПИСАТЬ ТОЛЬКО ДОКАЗАТЕЛЬСТВА! ЛЮБЫЕ КОМЕНТЫ НЕ ПО ТЕМЕ

 УДАЛЯЮТСЯ!

О гомосексуализме

           Гомосексуалисты представляют нешуточную угрозу для современного европейского общества. И в первую очередь эта угроза заключается в распространении ошибочного и неправильного отношения к данному явлению. Психические отклонения официально признаны нормой! Более того, это мнение в обязательном порядке насаждают в умы людей с самого юного возраста, не только с помощью СМИ и псевдо-научной литературы. В немецких школах этому учат детей! 
Что мол в гомосексуализме нет ничего плохого, это всего лишь особенность человека, так же, как цвет волос например. Точно так же учат, что гермафродиты, трансвеститы и прочие извращенцы, ошибки природы и больные люди, это нечто правильное и вполне нормальное! Что человек может сам выбирать свой пол! Даже дают детям проходить специальные тесты, на определение истинного пола ребенка! 
Таким образом, если девочка активна, любит подвижные игры, предпочитает машинки и пистолеты куклам, то ей начинают внушать, что она на самом деле никакая не девочка, а мальчик! И что мол она не обязана всю жизнь терпеть это несоответствие, которое с легкостью можно исправить! 

В некоторых странах даже уже законодательно разрешили менять пол детям с 14 лет без разрешения родителей! Вот к чему все идет! И если кто-то думает, что в Украине такое не пройдет, то вы очень и очень наивны. 
Еще недавно Германия была одной из самых консервативных стран, где чтили семью и придерживались духовных ценностей на много больше, чем это когда-либо было в Украине. Казалось бы, где-где, но в Германии такого точно не может быть! И что мы видим сейчас? Гей-парады, уроки сексуального воспитания в школах и т.п. 
Некоторые наивные люди продолжают смеяться и говорить, что мол вся эта "пропаганда" неэффективна и никого невозможно заставить стать геем. Но факты на лицо! С каждым годом гомосексуалистов становится все больше. 
Если раньше подобное извращение было редкостью, то сейчас это норма, и их действительно много. 

Все, кто не готов действовать, все, кто молчат, автоматически готовы к тому, чтобы гомосексуалистами стали их дети и внуки! Задумайтесь, на сколько противоестественно, на сколько противоречит природе данное явление! Ни одно живое существо не страдает подобной мерзостью. Почему же человек пал так низко? Распущенность, вседозволенность и пропаганда извращений, как нормального явления, творит тысячи новых извращенцев каждый день. 
Они подменили понятия. Человек начал забывать, что такое на самом деле сексуальная связь и для чего она предусмотрена природой. Для продолжения рода, для размножения. Соответственно, все, что не ведет к зачатию, является извращением. У двух мужчин или двух женщин никогда не родится ребенок. Зачем же тогда они совокупляются??? На физиологическом уровне такой контакт не может никому принести удовольствия, так устроен организм любого живого существа. Самец хочет самку. Самка хочет самца. 
Но в человеческом случае поступили очень хитро, подменив понятия и привязав к сексуальной связи любую духовную близость, по сути отменив дружбу, как таковую. Сейчас на любых двух хороших друзей одинакового пола смотрят косо, подшучивают, намекая на их сексуальную связь! Любовь опошлили, привязав ее неизменно к сексу. То есть, если раньше двум друзьям, двум родственным душам, которые все время вместе, любят друг друга братской любовью, и в голову не приходило ничего такого... то сейчас чуть ли не каждый человек, встретив настоящего друга или подругу своего пола, с которым интересно и хорошо вместе, начинает задумываться "а может у меня другая ориентация?" 

Раньше многие поэты посвящали стихи своим друзьям. Сейчас стало модно записывать их всех в гомосеки. Это просто безумие какое-то! Скоро они вообще объявят, что все люди являются в той или иной мере гомосексуальными, что мы сами можем выбирать свою ориентацию и т.п. 
Во всех современных фильмах и сериалах присутствуют персонажи-геи, точно так же, как и негры! Независимо от того, в какую эпоху и в какой стране происходит действие. Таким образом они внушают людям бредовую мысль о том, что гомосексуалисты были всегда и везде, что это абсолютно нормальное явление! 
Таким образом они популяризируют гомосексуализм, делая его модным. Если раньше подобные извращенцы скрывались и прятались, как крысы в норах, то сейчас они выставляют это напоказ, гордятся этим, совращая других людей. И абсолютно здоровые, нормальные люди, становятся гомосексуалистами! Например, мужчина, который прекрасно ладил с женщинами, не имея никаких проблем, болезненно расставшись с очередной девушкой, решает стать геем, потому что "все женщины стервы". Точно так же девушка, которую бросил парень, вдруг осознает, что нафиг оно ей надо, все мужики сволочи, и принимает решение стать лесбиянкой. 

На улицах Берлина постоянно можно видеть, как двое, идущих за руку, мужиков, чаще всего негров или азиатов, целуются, обнимаются и лапают друг друга. Это все происходит в людных местах. Это все видят дети. Я не знала о существовании гомосексуалистов, пока не стала взрослой. Современные дети уже лишены этой невинности, все извращения происходят у них на глазах и детская психика воспринимает это, как нечто нормальное, само собой разумеющееся! 

Абсолютно голый извращенец взобрался на помост возле Бранденбургских ворот, где проходят тысячи людей, и танцевал, демонстрируя все свои прелести общественности и призывая к гомосексуализму! Когда наши пытались стащить его, полиция защищала гомосека, не позволяя его трогать. Таким образом он стоял там, виляя бедрами, несколько часов, пока ему, видимо, не стало холодно и он не соизволил убраться под возмущенные крики толпы. И все это видели дети! Как у них может формироваться здоровое восприятие реальности? 
Для тех, кто все еще сомневается в том, что гомосексуалисты целенаправленно ведут свою пропаганду для совращения детей и молодежи, вербуя в свои ряды новых и новых людей, развращая их умы, я приведу цитату из упомянутой мною ранее книги Крейга О'хара "Философия панка: больше, чем шум."

"Лэри-Боб призывает панков к предельно открытой гомосексуальности, чтобы разбудить потенциальных геев и лесбиянок, которых иначе засосет мейнстрим. «Каждый раз, когда вы целуетесь в аллее со своим/своей любимым/мой одного пола на глазах у какого-нибудь ребенка, вы заражаете еще один мозг, а это еще один шаг к победе. Так что целуйтесь на улицах!» "

Теперь вам понятно, для чего они это все делают? А правительство это все поддерживает, вместо того, чтобы запретить! Устраивать парады гомосексуалистов - это все равно что устраивать парады шизофреников, наркоманов и педофилов. Странно, почему никто еще не организовал таких парадов. 

О неформальных субкультурах

Хочу немного рассказать о том, что же все таки представляют из себя субкультуры и неформалы в частности. Я, как бывшая представительница одной из таких субкультур, а поэтому повидавшая их, так сказать, изнутри, могу теперь оценивать правдиво и непредвзято. 


В общем то я не вижу в неформальных объединениях ничего плохого и меня радует любое самовыражение. От мальчиков с ирокезами и до девочек в фате и с лисьими хвостами на джинсах. (не знаю, что это за новая субкультура, но сейчас она довольно многочисленна!) Это классно, когда человек не боится открыто заявить о себе, одеться во что-то яркое, выйти с прической зеленого цвета и т.п. Подросткам всегда хотелось выделиться и быть не такими, как все. Это нормально. Но суть в том, какие идеи стоят за всем этим. Ведь каждая субкультура - это не просто стиль одежды и музыки, это еще и определенный образ мышления, поведения, определенная идеология. И вот тут возникает главный вопрос. Кто и для чего создал и придумал все эти идеологические субкультуры? 


 Поначалу, если не углубляться во все это, то все кажется довольно простым. Что же здесь непонятного? Подросткам всегда было важно создать нечто свое, непохожее на других, таким образом выразить свой протест обществу и системе, объединившись с единомышленниками, чтобы показать: "Это мы, а все остальные они. Они на нас не похожи. Мы не такие, как они." Но если копнуть глубже, то становится понятным, что по сути никакого протеста против существующей системы субкультуры в себе не несут. Наоборот, они отвлекают бунтующую молодежь от сути, от реальных проблем, переводя все в так называемую игру, при этом насаждая определенную идеологическую составляющую, которая пагубно влияет на подростков. 


 Поделюсь своей историей. Как я пришла в субкультуру. 


 Сказать, что я росла в строгой семье, с жестким воспитанием, это не сказать ничего! В каждом моем стишке фигурировали слова "свобода" и "борьба", а все мои мечты были о том, чтобы сбежать и жить по своему. И вот, когда мне было 14-15 лет весь этот протест вырвался наружу. Мне хотелось бунтовать против всего мира, а в первую очередь против своей семьи. В какой-то степени все, что я делала, было сделано назло моей семье. Это теперь я понимаю, что они всегда хотели для меня лучшего и благодаря их воспитанию я стала той, кем я есть сейчас. (хотя я до сих пор считаю, что методы этого воспитания были не совсем правильными, мягко говоря) 


Но тогда я была уверена, что они надо мной издеваются, держат меня в рабстве и не позволяют быть собой. И вот, начитавшись и насмотревшись в интернете всяких статей, роликов, фильмов, я решила стать панком. Мне нравилась жесткая и агрессивная панк-музыка, в которой все тексты были о борьбе и свободе, как и у меня. Мне нравился их стиль, по той причине, что он очень не нравился моей семье и всем моим родственникам и знакомым)) Мне хотелось, чтобы весь мой облик выражал жесткость, воинственность и несокрушимость. Я ходила с красным ирокезом, сделала пирсинг и носила яркие, клетчатые штаны с цепями и заклепками. Я специально рвала свою одежду и мучилась в ужасно тяжелых ботинках, чтобы доказать всему миру, какая я крутая и боевая, что теперь со мной не получится обращаться так, как раньше, теперь я сама себе хозяйка. 


 Но в первую очередь меня, конечно же, привлекла панк-идеология. Вечный протест, свобода, непокорность и т.п. Моя цель состояла в том, чтобы бороться с системой. И каково же было мое разочарование, когда я познакомилась с другими панками и "влилась в их тусовку". Никакой борьбы против системы там не было. Более того, чем дальше, тем больше я понимала, что любая субкультура - это еще большая система, как узкая и маленькая клетка. Вот такой парадокс. Люди, которые пропагандируют свободу, оказались на много более несвободными и ограниченными, нежели все остальные! В скором времени я поняла, что лишилась даже свободы в выборе одежды и прически, в выборе музыки, фильмов и времяпровождения. 


 Однажды надев эти клетчатые штаны, я уже не могла надеть, скажем так, какое нибудь розовое платье с рюшами, ведь это сразу же вызвало бы насмешки среди моих "друзей", это же "не по панку"! То же касается и всего остального. Если мне нравилась какая нибудь песня, не из жанра панк-рок, это уже было не нормально. "Ты же панк! Почему ты слушаешь какую-то попсу? и т.п." То есть, все, так называемые, любители свободы (неформалы) лишены даже такой элементарной свободы выбора. Они ограничены в рамках одного стиля, одного музыкального жанра. В противном случае на человека выливается столько негатива и насмешек со стороны остальных "поборников свободы", что ему просто деваться некуда. 


 И я почувствовала себя на столько несвободной, как никогда до этого! Я больше не могла надевать то, что мне действительно нравится и обязана была постоянно ходить в этой панковской "униформе", я не могла слушать музыку, которая мне нравится и смотреть кино, которое мне интересно. Я не могла пойти, куда я захочу, например в театр или музей, ведь это "не по панку". Панки должны ходить только на панк-концерты. И в один прекрасный момент я задалась разумным вопросом. А зачем оно мне все надо? И где вообще моя свобода, за которую я так упорно и долго боролась? 


 Я усердно пыталась организовать среди своих друзей-панков хоть какую-то "движуху" типа :"Так давайте уже против чего-то бороться! Ради чего я сюда пришла?" Но все мои попытки организовать какой либо митинг, создать петицию, напечатать идеологическую книгу, распространять агит-листовки, чтобы хоть как-то изменить идеологию общества, не встречали энтузиазма со стороны этих "панков". Я ожидала увидеть идейных веганов-стрейтэджеров с крестами, готовых менять мир, а встретила обычных гопников, только с ирокезами и гитарами, которые просто пили пиво и ходили на концерты. Но для того, чтобы пить пиво и ходить на концерты не нужно быть панком. 


Да, конечно среди них были и веганы-стрейтэджеры, которые придерживались этого лишь потому, что вычитали где-то, что это является частью панк-культуры. Они яростно демонстрировали всем вокруг, что они вообще не пьют, что они не едят мяса и вообще настоящие панки! Но всем им по сути было плевать на какие бы то ни было протесты. Когда я составила список требований к правительству и предлагала организовать многотысячный митинг, они предложили лучше выпить пива и пойти на концерт. Где же борьба с системой, которую мне обещали?! Чем дальше я пребывала во всем этом, тем больше понимала, что в панк-движении система еще более сильна! Вот та же самая пресловутая СИСТЕМА! 


 Где же осознанное потребление, борьба за экологию и моральные ценности? В чем суть их борьбы с системой? Этого я не могла понять. Эти панки точно так же, как и большая часть современной молодежи, занимались беспорядочным сексом, меняя партнеров, что привело меня в шок. Ведь в моем понимании протест  против системы - это скромность и целомудрие, верность одному человеку на всю жизнь! Мой протест был против лживости и несправедливости этого мира, против прогнивших материалистических ценностей, против глобализации, интернационализма и бездуховности. Моя борьба была за здоровый образ жизни, за скромность и верность, за духовность и нравственность, за индивидуальность и право человека быть собой, не подстраиваясь ни под кого! 


А за что и против чего был их протест я так и не поняла) Но поняла, что мне с ними не по пути в тот момент, когда обнаружила антинацистские и антирасистские настроения в панк-среде. Среди них было много антифашек, коммунистов и прочих леворадикалов. Вот тебе свобода и протест! Отличие между среднестатистическим гопником и неформалом лишь во внешнем облике) Панки делали абсолютно все то, что и все остальные, против которых я так яростно протестовала. Более того, люди постарше, увлекшиеся и заинтересовавшиеся моими идеями убегали от меня, испуганные моим диким внешним видом))


 Окончательно распрощалась я с панками после прочтения книги "Философия панка. Больше, чем шум." Вот там и предстала сполна вся идеология данного движения. Тогда я впервые задумалась о предназначении всех этих субкультур. Ярая пропаганда гомосексуализма, радикального феминизма, антифашизма, коммунизма, алкоголизма, наркомании, проституции и отвержение всего, что является "пережитком прошлого", а то есть традиционных семейных ценностей, продолжения рода, чистоты расы, уважения к старшим, верности, религиозных убеждений и т.п. "Ну ничего себе гремучая смесь!" - подумала я и ушла от панков)))


 А они, те ребята, которым сейчас уже под 30, все еще продолжают "панковать" с пивом, ирокезами, гитарами и рок-барами. Вот и вся их жизнь. Их борьба.))) Так и кому же все это выгодно? Кто отравляет мозг подростков подобными идеями, заставляя их жить бессмысленной жизнью? Все та же система, то же мировое правительство! Таким образом оно отвлекает ребят с потенциалом к чему либо важному и сбивает с пути. Воинственных бунтарей они привлекают лживой панк-идеологией, где настоящий протест подменяют поддельным, подменяя саму суть, то, против чего стоит бороться. И вместо потенциальных политических и общественных деятелей получаются те же гопники, весь смысл жизни которых составляют концерты, тусовки и выпивка, и это они называют протестом. 


Эмоциальных и чувствительных людей, которые могли бы стать людьми творчества, искусства, психологами, они сбивают с пути, навязывая субкультуру готов и эмо, развивая в людях, в которых и так присутствует это, склонность к суициду и интерес к "эстетике смерти". В общем, вот такое зло. И совершенно никакой свободы. 


 Для того, чтобы выражать свои идеи и взгляды, не нужно ходить с ирокезом или бритой головой. Свободный человек свободен в выборе и независим от общественного мнения.



Третье письмо Иоахима Пайпера

Йохен Пайпер, прощальное письмо жене. июль 1976 г.

Моя Зиги,

Меня опять преследуют души мертвецов из прошлого, и по всему похоже, что я уйду в великое путешествие прежде тебя - хорошо известно, что идиотизм распаленной толпы ничем не излечишь. Я хочу снова сказать тебе: спасибо за всё. Всю жизнь ты была мне самым драгоценным другом и спутником, и я жалею только об одном: что не смог подарить тебе более спокойное существование.

Мои последние мысли - о тебе, о твоем обеспечении и безопасности. Первое даст тебе страховка и пенсия, и я надеюсь, что ты найдешь второе в окрестностях Мюнхена. Я думаю, что будет неправильным продавать Траве, лучше сдавать. Дети смогут уделять небольшие суммы на поддержание дома, и иногда присматривать за ним. В добрые времена этот неиспорченный лесной уголок будет для вас связью с природой, а в злые - убежищем, несмотря на нынешние преследования. Буду очень рад, если потом ты оставишь его в наследство не только нашим троим детям, но также и Беттине Визельманн. Она лучше понимала меня, и любила Траве больше, чем они. И еще мои собаки... им было всего несколько лет, но они были такие хорошие. Я им желаю доброго старта в стране вечной охоты, где надеюсь их найти.

Мне бы хотелось, чтобы мои похороны, кремация, или как уж там выйдет, прошли там, где будет дешевле всего, без приглашений и сбора семьи и товарищей.

Обнимаю тебя - проведи еще парочку спокойных и здоровых лет в прекрасной Баварии, и пожалуйста, вспоминай только хорошее время в нашей совместной жизни.

(Дом сгорел дотла. Идентификация тела оказалась невозможна, т.к. оно безнадежно обуглилось. Французская полиция при затянувшейся на несколько лет экспертизе уничтожила те признаки, по которым тело всё-таки можно было опознать при сравнении с рентгенограммами дантиста. Вследствие этого, свидетельство о смерти так и не было выдано. Поэтому семья не смогла получить ни страховку, ни тот кусок французской земли, о котором с такой любовью пишет Пайпер.)


Хорошие фильмы для просмотра

Если вы ищете, что посмотреть, то у меня для вас есть целая подборка отличных фильмов, которые просто смотрятся на одном дыхании. В основном это, конечно же, немецкие фильмы (потому что они самые лучшие, как по мне!)


1. Наши матери, наши отцы (Германия: драма, военный)


Трехсерийный фильм рассказывает о жизни пятерых друзей, которые собрались вместе в 1941 году, перед тем, как трое из них отправляются на Восточный фронт. Братья Винтеры отправляются воевать, а Шарлотта идет медсестрой в военный госпиталь. Грета мечтает стать знаменитой певицей и спасти своего друга-еврея, вывезти его из Германии. Все они обещают друг другу встретиться на Рождество в том же месте. Но война меняет людей. И не всем из них суждено ее пережить... Фильм очень сильный! Однозначно стоит смотреть всем, поможет взглянуть на Вторую мировую с другой стороны, глазами немцев.




2. Академия смерти (Германия: драма, военный)


В фильме показывают, как обычный немецкий подросток Фридрих, из бедной семьи, попадает в элитную национал-политическую школу, где парней готовили ко вступлению в СС. Он попадает в совершенно новую для себя обстановку, вливается в общество элиты, где перед ним открывается блестящее будущее, все это поначалу он воспринимает с восторгом, но постепенно восторг сменяется разочарованием. В школе он находит верного друга, в лице сына высокопоставленного офицера СС, Альбрехта. Фильм грустный (все, как я люблю) И в первую очередь он рассказывает о настоящей дружбе.




3. Сталинград (Германия, 1993 г. : драма, военный)


Очень тяжелый и печальный фильм, но советую к просмотру всем, кто интересуется историей Второй мировой. Смотрите именно немецкий "Сталинград", а не ту российскую чушь. Потому что немецкий "Сталинград" - это не просто военный боевик, как российские аналоги, от которых он отличается глубиной, смыслом и сильными эмоциями, которые испытываешь при просмотре. Именно здесь максимально правдиво изображена самая ужасная, жестокая и трагическая битва за всю историю Второй мировой войны, глазами главного героя, молодого немецкого офицера, которого отправляют из солнечной Италии в холодную Россию.




4. Побег из Гулага (Германия: драма, исторический)


Немецкий офицер Клеменс Форель отправляется на Восточный фронт в конце войны, в 1944 году, и после ее окончания попадает в плен к русским, где за "военные преступления" ему присудили двадцать пять лет трудовых лагерей. Он обещал своей жене вернуться домой к Рождеству, но его, вместе с другими немецкими военнопленными, отправляют в Гулаг, на мыс Дежнёва... Откуда Клеменс твердо решает сбежать и вернуться домой, к своей семье. В фильме правдиво показан весь ад трудовых лагерей для пленных немцев и нечеловеческое отношение к ним. Фильм о мужестве и силе духа, о жажде свободы и тяжелых испытаниях, которые предстоит пройти главному герою на пути к своей мечте.




5. Весна жизни (Чехия: драма, военный)


Главная героиня Гретка была избрана для элитной программы "Лебенсборн", чтобы рожать арийских детей от офицеров СС. Она живет с другими избранными девушками, ни в чем не нуждаясь, где их подготавливают к предназначенной миссии. Но там она знакомится с евреем, сыном бывшего хозяина имения, который при первой встрече пытался ее убить, и начинает бунтовать...




6. Французская сюита (Великобритания, Франция, Бельгия: драма, мелодрама, военный)


Красивый и романтический фильм, история любви на фоне войны. Действие фильма происходит в 1940 году, во Франции. Люсиль живет со своей свекровью и ждет новостей от пропавшего на войне мужа, когда приходят немецкие войска. Немецкий офицер Бруно останавливается в ее доме и поначалу она испытывает к нему ненависть и страх, но со временем влюбляется в него...




7. Воровка книг (Германия, США: драма, военный)


В этом фильме показана война глазами ребенка. По сути, даже больше не война, а жизнь в Германии в военное время. Маленькая Лизель приезжает жить к приемным родителям, которые прячут в подвале своего дома еврея. Она заводит дружбу с соседским мальчиком Руди, который на самом деле влюбляется в нее. И просто обожает книги, воруя их при каждом удобном случае, где попадется...




8. Он снова здесь (Германия: комедия)


Вообще я не люблю комедии, но немецкие комедии составляют исключение. Это единственные, по настоящему, смешные и не тупые комедии!

Фильм "Он снова здесь" - это действительно очень смешной фильм, НО самое главное, что в нем заложен огромный смысл.

Действие происходит в современной Германии, где вдруг возвращается к жизни Адольф Гитлер. И, конечно же, сразу пытается  завоевать любовь народа и навести порядок. Но поначалу ему никто не верит и все думают, что он не настоящий, что это какой-то розыгрыш, но потом...

В общем, вы точно не пожалеете, если посмотрите этот фильм. Кроме того, что он просто поднимает настроение, он еще и освещает все реальные проблемы современной Германии.




9. Босиком по мостовой (Германия: мелодрама, комедия)


Еще одна классная немецкая комедия! Как по мне, то это лучший фильм с Тилем Швайгером. (хотя, разве фильмы с Тилем Швайгером вообще могут быть плохими? Если вы понимаете, о чем я)) Главный герой Ник, из-за своего вспыльчивого и бунтарского характера не может продержаться ни на одной работе. И вот его направляют на работу уборщиком в психбольницу, где он смог проработать лишь один день. Но за этот один день он успел спасти от самоубийства пациентку этой психбольницы, Лайлу. После чего девушка сбегает из психушки, следит за ним и приходит к нему домой, заявив, что теперь она будет жить с ним. Он, конечно же, хочет поскорее избавиться от нее, но не тут то было... Приключения на этом только начинаются. Фильм нереально смешной, светлый и позитивный, такие фильмы на самом деле редкость сейчас. К тому же, в нем показано, как именно зарождается настоящая, чистая любовь, ради которой можно совершить, что угодно.




10. 303 (Германия: драма, мелодрама, романтика)


Еще один светлый и добрый фильм о настоящей любви, без прикрас, такой, какая она есть. Более чем реалистичный и жизненный. Возможно, кому-то он покажется слегка скучноватым, в сравнении с остальными фильмами из данной подборки, но фильм действительно стоящий. Да, здесь нет остросюжетных поворотов, фильм спокойный и какой-то уютный, но с глубоким философским смыслом. Главная героиня Юле отправляется в поездку к своему парню, на личном старом автобусе-фургоне. К ней в попутчики напросился Ян, который едет разыскать своего отца, которого никогда не видел. По дороге они общаются на любые темы, спорят о смысле жизни, устройстве мира и психологии отношений и постепенно сближаются. В фильме поднимаются очень важные и глубокие темы и в каком-то плане этот фильм может изменить ваше мышление и мировоззрение.




11. Сердце льва (Финляндия, Швеция: драма, мелодрама)


В фильме рассказывается о современных финских неонацистах. Это скорее даже не национал-социалисты, а именно "белые скинхеды". Один из этих скинхедов, главный герой Теппо, влюбляется в красивую белую девушку Сари, но после он узнает, что у нее есть сын. И этот сын темнокожий... Фильм о противостоянии идеологии и любви. В нем есть и позитивные, забавные моменты, и очень грустные.




12. Палач (Германия, Швейцария, Великобритания и другие, 2005 г. : драма, исторический)


Действие фильма происходит в 1520 году. Двоих друзей-сирот разделяют, отправив одного из них, Мартина, на военную службу, а другого, Георга, в монастырь. Спустя годы они встречаются снова, Мартин, в (исполнении Николая Костер-Вальдау) возвращается из военного похода и встречает в городе девушку Анну, в которую влюбляется с первого взгляда. Но в последствии, когда он хочет на ней жениться, оказывается, что она дочь палача, неприкасаемая и презираемая всеми. И если он женится на ней, то вынужден будет и сам стать палачом, другого будущего у него быть не может...




13. Викинги (Германия, Швейцария и другие, 2014 г. : приключения, боевик, исторический)


Отряд викингов терпит кораблекрушение, их выбрасывает на чужой берег, где на них тут же начинается охота, как на врагов и захватчиков. Чтобы выжить, они захватывают в плен местную принцессу. В которую влюбляется их предводитель.




14. Белый плен (США : драма, мелодрама, приключения)


Идеальный фильм для всех, кто любит животных и рыдал над "Хатико". Здесь вам тоже предоставится возможность всплакнуть и испытать сильные эмоции... Экспедиция исследователей отправляется в Антарктику, где им предстоит выживать в тяжелых условиях, передвигаясь с помощью собачьих упряжек. В фильме превосходно показаны повадки хаски, их жизнь, мир их глазами. Так как у меня самой есть хаски, для меня это было особенно актуально. Безграничная верность и отвага этих милых и преданных человеку животных вызывает восхищение... Когда из-за сильной бури всем людям приходится эвакуироваться, собаки не помещаются в вертолет и их оставляют на привязи, обещая вернуться за ними... 




15. Альфа (США: драма, приключения, исторический)


Еще одна очень крутая картина для любителей животных! Захватывающий и эпичный фильм о первобытных людях, живших на Земле 20 000 лет назад. Главный герой фильма - молодой юноша из племени охотников, сталкивается с раненым волком и проявляет к нему сочувствие. Жизнь ставит человека и зверя в одинаковые условия выживания и поэтому у них завязывается дружба. Практически весь фильм посвящен именно взаимоотношениям человека и волка, их совместному выживанию и борьбе с опасностями, подстерегающими на каждом шагу.




Второе письмо Иоахима Пайпера

Йохен Пайпер, письмо Паулю Хауссеру из крепости Ландсберг, октябрь 1952 г.


Военный преступник сидит на откидной койке в монастырском одиночестве и грезит. На двери обозначено "пожизненно", а на календаре - "октябрь 1952". В печке поет огонь, паук подыскивает место для зимовки, осень пробует прутья решетки шершавой рукой. Тринадцать лет вдали от жены и семьи, пять дней рожденья под смертным приговором, приближается восьмое Рождество в неволе. Отличный способ провести молодость! Даже с животными так не следует поступать. Но человек способен на великие жертвы и великие подлости. О, какую бесконечно длинную цепь событий должны мы пройти, прежде чем начнем потихоньку в них разбираться. Военное поколение узнало кое-что о людях. А в Ландсберге много времени, чтобы рассматривать это знание и пытаться найти в нем смысл.

Семь с половиной лет назад, когда мы впервые вошли в мир колючей проволоки, мы были как дети, ночью потерявшие мать. Мы росли и взрослели среди простых понятий фронта, и оказались неспособны уловить новые правила игры. Кто-то сказал, что правосудию, ослепленному гневом, глаза откроет правда. Но он ошибся, и скоро мы поняли, как мало остается от правосудия, когда демагогическая цель требует намалевать на стене кровавое чудовище. Наша добросовестность была так же велика, как наше невежество. Государство научило своих детей только одному: стрелять.

Мы никогда не сталкивались с предательством и не знали, как себя вести. Еще вчера мы были частью Вермахта; сегодня от нас отреклись, отдали на расправу рычащей толпе. Мы, прежде знавшие лишь тень инстинкта самосохранения - лихорадочную дрожь перед лицом опасности - теперь должны были привыкать к крикам "держи вора!" и обвинениям жалких персонажей, пытавшихся возвыситься за счет собственной низости. Нашелся ли хоть один, чья вера в Германию не пошатнулась? Кто не замкнул уста в презрении?

Наше пространство всё больше сжималось, лагерь - барак - камера. Мы стали слепы к тому, что связывало нас, и ясно видели лишь то, что разделяло. Недоверие и духовный нигилизм изгнали дух товарищества. Каждый указывал на чужие ошибки, и обвинением других оправдывал себя. Homo vulgaris вырвался из оков. Примитивные инстинкты праздновали свободу, и мы топтали своих друзей с радостью саморазрушения. Кнут голода свистел над нами, и человеческое достоинство корчилось под ним. Древняя честь и сословная гордость кланялись до земли за окурок. Удивительно ли, что атака мстительных врагов обнаружила столько слабых мест в нашей обороне? Разобщенность и недоверие - плохие помощники в зале суда. В любом случае наша борьба не могла закончиться победой. Те, в чей капкан мы попались, слишком хорошо подготовили арену. Зная это, мы вошли на нее и три месяца молча стояли у позорного столба. Трижды по тридцать дней нас протащили по сточным канавам за колесницами победителей. И вот, наконец, всё кончилось. Последняя ядовитая волна подняла нас и смыла за унылые тюремные ворота. Обломки на берегу Второй Мировой Войны!

Смысл свободы можно понять, только потеряв ее. Каким бесценным даром она кажется узнику! Только лишенный свободы знает, как долго тянется день, когда кошмар тревоги и неуверенности терзает наших родных в течение четырех лет и семи месяцев. Каждому из нас дали 23 кубометра воздуха.. Здесь наше бытие задыхалось в невидимой петле, едва касаясь ногами пола. 

Постепенно всё вокруг замирало, только голод бурчал в животе, да черные дрозды каждое утро и вечер пели вечный гимн жизни. Ах, черный дрозд! Найдется ли узник, которому твоя песня не дарила новую надежду? 

Нервы, кровоточащие от хлыста обвинителей, приветствовали изоляцию. Наши кулаки медленно разжимались, яростный протест против судьбы стихал. Оставалось только непонимание, и боль за наших любимых. И наши споры с Провидением, которое украло у нас честную смерть от пули. Мы научились сидеть в сумерках...

Мы тонули всё глубже, и настоящее растворялось. Но чем ближе мы подходили к своим корням, в тем более ярком свете нам виделось прошлое. Старые битвы представали как подвиги самоотречения, а павшие товарищи становились примером и охраняли наш путь.

Медленно начинал доходить до нас жестокий урок: жизнь ничего не дает без причины, и за всякую радость рано или поздно приходится платить. Даже самый младший из нас никогда не уклонялся от ответа.

Мы сидели в самом темном углу Германии и разглядывали свое прошлое, пронизанный солнцем полет Икара. Не опускайте глаз! Что значат наши слабости и ошибки по сравнению с пылкими сердцами, зову которых мы были готовы следовать всегда и везде? Сверхчеловек, человек, недочеловек - все они встречались нам на пути, и оказалось, что эти категории слишком зыбки. Чем более мы развивались и чем дальше уходили от клише, тем яснее становилось: жизнь, как свет, состоит из взаимодополняющих цветов. Нет ни черного, ни белого, лишь полутона и полутени. Медленно, очень медленно, всё вокруг становилось ярче.

Мы были молоды и смело принимали любой вызов. Но кто же захочет умереть на виселице? Мы взывали к Германии, и не слышали даже эха. Мы играли в шахматы сквозь стены, учились языку знаков и - в весьма эмоциональном стиле - слагали себе эпитафии.

А потом мы устали. Пришли равнодушие и ожесточенность. Мы перестали подслушивать и перестали надеяться. Мы были несправедливы.

Есть ли хоть один честный человек, не сидевший в тюрьме, и чистая совесть, которую не растоптали? Какая разница. Многие из нас отвернулись от человечества, стали мизантропами; мозг и железы вырабатывали одну только желчь. Эти люди всегда узнаваемы по неустанной работе памяти, которая заботливо взращивает старые обиды.

Другие поняли, что псевдо-демократический принцип "здесь мы все равны" - всего лишь пустые слова. Это спасательный круг, наполненный свинцом и тянущий на дно. Они не хотели тонуть, и изо всех сил боролись с массовым менталитетом. Они пытались сохранить внутреннюю свободу, сознательно отделяли себя от других, становились философами. И стали эгоистами. В конце концов они неплохо устроились, сидя в тюрьме, как в кресле. Но больше всех повезло тем, кто привык жить, как майская муха, находя удовольствие в любой ситуации. Это всем известная порода, веселые и находчивые создания, способные на любую гадость ответить еще большей гадостью.

Мы все закрылись от мира, стали интровертами, надели маски, оскалили клыки. Мы изранили крылья, хлопая ими впустую, и нарастили мозоли для защиты локтей. Когда твоя жизнь проходит в каменных стенах, за которыми остались жена и дети, трудно оставаться справедливым и объективным. Молодые ребята в бессильной ярости бились в своих цепях, чувствуя, как кончаются силы и тает воля. Мы всё больше смирялись с судьбой.

Это время было таким тяжелым, что мы быстро забыли его, как дурной сон. Сон, выходящий из берегов, несущий муки и онемение, его невозможно было изгнать экзорцизмами, которые мы царапали на стенах. Мы отмеряли это время по дням, когда нас брили, и дням, когда давали кашу.

То, что проникало извне в камеры приговоренных к казни, не было рассчитано, чтобы облегчить нам смерть. Мы узнали, что состояли в преступной организации и служили неправому делу. Липкий поток исследовательской литературы и мемуаров нёс оправдания дипломатов и военных. Все они, по их уверениям, работали на поражение своей Родины. А мы были их искупительной жертвой - Деций Мус, брошенный в помойную яму. Мы исчезли; нам больше не было места на карте нашей призрачной страны. Единственной стабильной точкой в этом хаосе был тихий героизм наших жен и матерей.

Но время не только разделяло, оно лечило. Робко и незаметно национальное сознание начало находить точки опоры. Желание грабить трупы прошло. Возвращался порядок и вместе с ним просыпалась долго подавляемая порядочность. Одними из первых очнулись наши товарищи. После нескольких лет молчания они постепенно обретали дар речи и выходили на сцену. Парии послевоенного мира не забыли своих невезучих братьев. И так ли это важно, что их готовность помочь была обратно пропорциональна их бывшему рангу? Самые верные сыны Германии рождаются в маленьких деревнях. Мы сразу почувствовали себя, как окруженцы, которым с самолета сбросили припасы, и они, наконец, вздохнули полной грудью: нас еще не списали! Ослепший на войне радист сидел в сыром полуподвале и вязал наволочку командиру танкового экипажа, приговоренному к смерти. Инвалид с двумя ампутациями расставался с любимой книжкой. Дружеские руки трудились на дальних континентах. Разве этого мало, чтобы слабая искра надежды вспыхнула снова? В абсурдное бытие начинал возвращаться смысл.

Постоянное битье приучило нас сопротивляться любому внешнему воздействию; процесс отчуждения стал почти необратимым. Внезапно в наш угрюмый мир ворвался порыв свежего воздуха дружбы, рожденной на линии фронта. Мы ощутили, что снаружи есть иные ценности, кроме подачек за низость, или демонстративного презрения ко всем ценностям вообще. К нам пришло новое понимание трудностей жизни по ту сторону ворот; мы перестали верить в то, что Ландсберг - пуп земли.

Из внешнего гнёта и внутренних сомнений родилась в нас идея терпимости, и может быть именно в ней главная ценность всех потерянных лет. Прежде чем признать свои человеческие слабости, нам нужно было постараться понять самих себя, что сделать непросто.

И там, на этом крутом пути, мы заново учились самоуважению. Тогда, в борьбе за истину и суть вещей, мы впервые почувствовали относительность и субъективность любой точки зрения. Учеба была долгой и тяжелой; из нашей ограниченности родился более широкий взгляд на мир, и мы отбросили шоры.

Бессмысленность периода наших страданий почти незаметно наполнялась значением и пониманием, а в мире в это время происходили большие перемены. Становилось всё очевиднее: колоссальные жертвы нашего народа были оправданы. Что бы сейчас было с разорванным на части Западом, если б не баррикады из немецких тел? Их историческую роль стало невозможно более игнорировать. Передний край восточной битвы прошел по широкой дуге от Финляндии до Кавказа. Представители нашей культуры несут вдоль нее молчаливую вахту. И хотя их могилы сравняли с землей, и многие нации до сих пор стыдятся своих благороднейших сынов, только этот авангард они должны благодарить за то, что танки наследников Чингиз-хана не дошли до самой Атлантики.

Давайте похороним нашу ненависть во имя них, камрады. История будет судить справедливей, чем современники, ослепленные гневом. Угроза так серьезна, опасность так близка, что никто не сможет уклониться от этого вызова.

Никогда не забывайте, что первый европеец, павший в этой битве, сражался в рядах Ваффен-СС, и убитые после войны - тоже из наших рядов. Они слишком верили в неразделимое единство западного общества - и потому на них открылся сезон охоты. Задумайтесь, о чем свидетельствует их кровь. Не принимайте полумер. Идея Европы - единственная политическая идея, за которую стоит сражаться сегодня. Никогда еще ее реализация не была столь близка. Задушите ложь, дайте в морду клевете, помогите соседу и вдове солдата. Когда каждый вернется к простым идеалам, расстанется с эгоизмом, примет бедность как достоинство, и снова почувствует себя ответственным за всех - тогда мы, наконец, вытащим телегу из грязи. И дамбы будут готовы, когда придет шторм.

На войне наши гордые дивизии считались высшей элитой. Трофейные документы всех народов рассказывали легенды о нашей стойкости. Надеюсь, наши дети смогут сказать о нас, что и в несчастье мы достойно несли свою долю; и что мы сами заронили в диаспоре семена примирения Европы.

      Салют всем, кто остался свободным в тюрьме.

Заколдованная арийка (4 глава) последняя!

                    Как он сожалел о том, что привел эту мерзкую тварь в свой дом. Какой благодарности можно было ждать от такого низкого существа? Почему тогда он так злился на нее? Он сам виноват, что допустил это, позволил так унизить себя в своем собственном доме. Нужно было сразу пристрелить ее. Но теперь она там, где ей самое место. И пора забыть о ней навсегда. Вот только ее облик все еще стоял у него перед глазами. Он помнил, что она не сопротивлялась, когда ее уводили. Понимала ли она, куда ее отправят? Не просила пощады, не взывала к его милосердию. Неужели не боялась? И какое ему вообще дело до этого? Но лежа в своей постели ночью, он все никак не мог уснуть, видел перед собой черную физиономию этой обезьяны, ее черные и такие грустные глаза. Она плакала, когда он ее обижал. Разве недолюди могут плакать и грустить? В его голове звенел ее голос, полный ненависти: "Я германская женщина! Я истинная арийка!" Неужели она и правда считает себя немкой? Несчастная сумасшедшая. В ее жизни все равно не было никакой радости и смысла. Она и сама понимала это, и хотела умереть. Он поступил правильно. Так будет лучше для всех. В новом арийском мире нет места для таких, как она...       
                  Но возвращаясь вечером со службы в свой большой и пустой дом, где было так тихо и одиноко, он чувствовал, что ему чего-то не хватает. И никак не мог понять, чего именно.       
Сидя вечерами у камина, с книжкой в руках, он незаметно для себя погружался в воспоминания. Ему казалось, что сейчас откроется дверь и она войдет с подносом или ворохом одежды. Нельзя отрицать, что со своими обязанностями она справлялась прекрасно, не каждая немецкая женщина умеет вести хозяйство столь аккуратно и прилежно...       

У него в руках была книга Шиллера, та самая, которую читала она, сидя в его кресле. Он не мог забыть, как изящно и грациозно она тогда сидела, слегка небрежно откинувшись на спинку. Разве негры читают книги? Разве такому низкому существу, как она, может понравиться Шиллер? Как такое существо могло проявлять интерес к фортепиано?       
Каждый раз, идя по коридору, он подсознательно надеялся встретить свою мартышку и даже мысленно готовился скривить губы, как можно более презрительно и сказать что нибудь злое. А потом понимал, что больше никогда не увидит ее и на сердце становилось так тоскливо, что он сам себе удивлялся.       

Когда он понял, что ему не хватает ее, этой грязной обезьяны, он еще долго боролся с собой, пытался забыть ее, но ничего не получалось. Ему не хватало ее дерзких и наглых замечаний, ее надоедливого присутствия. Может еще не поздно все исправить? Ему хотелось верить, что она еще жива.       

                      Когда он приехал в Аушвиц с намерением забрать свою домработницу обратно, все смотрели на него с удивлением, но не могли отказать из-за его высокой должности. Он сказал, что ему срочно нужна эта девушка, ведется следствие и ее необходимо допросить. На что ему ответили, что к сожалению, это не возможно. Эту негритянку отправили в газовую камеру еще на прошлой неделе. Он почувствовал, как земля ускользает из под ног, а сердце на миг остановилось.  

— Ах нет, ошибка, в газовую камеру отправили другую негритянку. Эта еще жива, вам повезло. 
Он чувствовал, как что-то ожило в нем, но оставался внешне таким же невозмутимым. Даже, когда ее привели и он увидел, что с ней сделали за это время. Ее волосы были коротко острижены, на лице красовались синяки и засохшая кровь. Ее били. Она подошла к нему, не поднимая глаз, не смела посмотреть на него. 
— Посмотри на меня. — сказал он ей.
— Я не могу. — ее голос дрожал. — Я не достойна смотреть на вас. 
— Я заберу тебя домой. Ты хочешь этого? — слова давались ему с трудом. 
— Вы очень добры. — дрожащим голосом говорила она. — Да, пожалуйста, заберите меня отсюда. 
Он успел подхватить ее, когда она собиралась опуститься перед ним на колени. 
— Не нужно. Я вижу, что ты усвоила урок.       

            Когда он привез ее домой, она тут же принялась за свои обязанности, услужливо спрашивая, что нужно господину. Ему было непривычно видеть ее такой. Покорной и сломленной. Как же мало потребовалось, чтобы сделать эту зверушку кроткой и послушной. Но он с удивлением обнаружил, что это не приносит ему удовольствия. Ему не хватало ее дерзости и нагловатой манеры поведения. И честно говоря, было жаль ее. Он мог себе представить, через что ей пришлось пройти в Аушвице. И поэтому сказал ей, чтобы она сначала отдохнула и набралась сил, и даже приказал кухарке хорошо накормить ее. Она была очень худой и голодной, а когда она ела, он заметил номер, набитый на ее руке. Если бы кто-то попытался пронумеровать его татуировкой, как скотину, то он бы предпочел застрелиться, но никогда бы не допустил подобного, а для нее это было нормальным явлением. Он подумал, что она то и не сильно отличается от животного, для таких, как она, все по другому. От этого почему-то стало грустно. 
Да, он мог разговаривать с ней, как с человеком, но она не человек. Он понимал, что подобные существа созданы только для того, чтобы служить ему, сверхчеловеку, но это существо смотрело такими грустными глазами, что он чувствовал себя виноватым. Чтобы загладить вину, он позволил ей иногда проводить время в его библиотеке и брать его книги. Хотя до сих пор не мог понять, зачем недочеловеку нужны книги вообще. Но когда она читала, то забывала о своем положении и становилась прежней. Однажды он даже попросил ее почитать вслух. Это была "Песнь о нибелунгах". Он закрыл глаза, откинувшись в кресле и слушал ее мелодичный голос. С каких пор он казался ему мелодичным? Девушка закрыла книгу и продолжила читать по памяти. Он с удивлением посмотрел на нее. 

 — Откуда ты знаешь "нибелунгов"? 
Она молчала, опустив глаза. 
 — Отвечай. 
— Вы все равно мне не поверите, если я скажу правду. 
 Он задумался. 
 — Снова будешь утверждать, что ты арийка? 
 — Нет. Теперь я всего лишь недочеловек. Я была глупая, когда надеялась стать кем-то другим.  
— Все это так, но кто обучал тебя? Ты умеешь играть на фортепиано и знаешь наизусть немецкую классику и этнос. Откуда? 
— Все это из прошлой жизни. — с грустью ответила она. — Я жила с одной немецкой фрау, которая учила меня всему. Она была очень красивой, умной и слишком гордой. Но она была чистокровной арийкой, ей полагалось быть гордой... 
Голос негритянки задрожал и она заплакала, закрывая рукой свое страшненькое лицо. Немец хотел ее успокоить, но сдержался. В последнее время он и так вел себя неподобающе ласково по отношению к ней, и это ему не нравилось. Он подумал, что нужно будет все-таки покопаться в этом деле получше и разузнать, что случилось с той фрау, в доме которой нашли эту негритянку. Но чем больше он старался найти хоть что-то, тем более странным ему казалось все это. Женщина словно испарилась, не было никаких следов. Как могло случиться такое в Райхе? Чтобы арийская женщина пропала, исчезла из своего дома... а на ее месте оказалась какая-то негритянка, о которой невозможно найти никакой информации, будто ее и не существует совсем...

         Как-то раз, когда она играла для него "Лунную сонату", а он задумчиво смотрел, как изящно и проворно бегают ее тонкие пальцы по клавишам инструмента, он неожиданно спросил ее. 
— И все же, ты утверждала, что ты арийка. Это кажется безумным, но если бы вдруг я поверил тебе, как бы ты могла доказать это? Что заставило тебя думать и говорить так? 
— Это невозможно доказать. — сказала черная девушка. — Поэтому я больше не утверждаю этого. 
— Не бойся. Я не стану наказывать тебя. Можешь рассказать все. Свою версию происходящего.  
И она рассказала о том, как встречалась с подругами, и о странной женщине, которая наслала на нее заклятье. Она не надеялась, что он поверит в такое, но он заинтересовался. И даже пытался найти ту путешественницу из Тибета. Вот только никто ничего о ней не знал, в том числе и подруги, которые тогда с ней встречались. Оказалось, что все видели ее впервые и после того никто ее больше не встречал. Все это было похоже на какую-то фантастическую историю и не могло быть правдой. Ему и самому было стыдно, что он занимается такой ерундой, что он предположил, будто это может оказаться правдой, в таком случае он тоже сошел с ума, как и чекнутая негритоска. Он не хотел себе признаваться, что в глубине души хотел, чтобы она оказалась заколдованной арийкой, чтобы чары можно было снять... но и боялся этого. Если бы вдруг такое оказалось возможным, ему бы пришлось застрелиться, он не смог бы простить себе никогда, что так обращался с арийской женщиной. Поэтому он предпочел не думать об этом вовсе. 
 Негритянка же заметила, что он начал относиться к ней лучше. Он больше не оскорблял ее, не напоминал постоянно о том, как она уродлива и омерзительна, хотя она и без него знала это, подолгу разговаривал с ней, будто она была ему равной. Долгими зимними вечерами они сидели вдвоем возле жаркого камина и читали друг другу немецкую поэзию, а иногда он играл для нее что-то из Вагнера и Баха. 
 — Никогда бы не поверил, если бы мне раньше кто-то сказал, что я буду играть для черной женщины. — улыбнулся он, глядя на нее. 
— А я бы не поверила, если бы мне сказали, что я буду черной женщиной. — она улыбнулась ему в ответ и совсем забыла о том, что больше не должна говорить об этом и вспоминать, кто она. И они оба не знали, как это случилось, но вдруг оказались слишком близко. Так близко, что она прижималась к его груди, дрожащими руками расстегивая на нем рубашку, а он целовал ее, совсем не замечая, что губы у нее толстые и отвратительные на вкус.  
"Какой ужас, я испытываю влечение к животному." - было последним, что он подумал перед тем, как опрокинул ее на кровать и сорвал с нее одежду. 
 А тем временем наблюдательная экономка, которая давно уже что-то заподозрила, когда хозяин каждый вечер уединялся в библиотеке и музицировал со своей чернокожей рабыней, позвонила и сообщила о происходящем, куда следует. Она исполнила свой священный долг перед Райхом и фюрером. 

 — Это же преступление против расы! А ведь был таким образцовым арийцем... — говорили люди в черной форме, проходя в дом. — А оказался мерзким предателем. Он унизил не только себя, но и весь немецкий народ! 
— Таким он был с самого начала, как только появилась эта черная самка недочеловека в доме. — отвечала экономка, любезно провожая их прямо в спальню. 
— А может это началось и раньше. Была у него тут еще еврейка, которую он, наверное, потому и застрелил так быстро, чтобы никто не узнал правду.
 — Как? Он и с еврейкой? Ну это уже слишком... 

Дверь распахнулась в самый неподходящий момент... Увидев людей в форме на пороге спальни, он понял, что для него все кончено. Преступление было на столько чудовищным и отвратительным, что он знал, прощения не будет. Он пал так низко, что теперь единственным способом очиститься от этого было пустить себе пулю в висок. Он надеялся, что хотя бы это ему позволят. Но увидев их растерянные и удивленные лица, он перевел взгляд на ту, что лежала с ним рядом, натягивая одеяло до самого подбородка. У нее были белые волосы. И белая кожа. Это была абсолютно чистая немецкая женщина. С пронзительно ясными голубыми глазами. И вместо того, чтобы потерять дар речи, он возмущенно закричал: 
— Какого черта, господа?! Что все это значит? И кто дал вам право врываться в мою спальню, в мой дом?! 
— Простите нас, кажется, произошло недоразумение. — проговорил один из солдат, вопросительно глядя на стоявшую в коридоре экономку. — Что это? И как вы намерены это объяснить? Это же немецкая женщина. Какая негритянка?! Или вы вздумали так подшутить над нами? 
 Старуха ничего не понимала, она открыла рот и не могла произнести ни слова. В постели действительно лежала белая, немецкая женщина, очень красивая. 
— Но я видела, здесь точно была эта негритянка... — оправдывалась она. 
— Пройдемте с нами. — скомандовал один из солдат. — Вы оклеветали офицера Райха, обвинили его в самом мерзком и гнусном преступлении. 

 Когда испуганная арийка наконец-то пришла в себя и поняла, что с ней случилось, она не могла поверить своему счастью. Подбежав к зеркалу, она была не в силах налюбоваться своим отражением. У нее снова была нежная, словно фарфоровая, кожа самого светлого оттенка, длинные, светлые волосы и голубые глаза. Она не могла поверить, что это действительно случилось, но ее точеный профиль, идеально ровный нос и тонкий, изящный изгиб рта, говорили сами за себя. 

 — Я больше не отвратительное и уродливое существо. Наконец-то я снова стала собой! — радостно воскликнула она. 
— Прости меня за все. — ее ариец упал перед ней на колени, не веря в то, что она сможет его простить. 
Он унижал и бил это прекрасное, совершенное творение и даже отправил ее в концлагерь, она едва не погибла из-за него. Разве можно простить такое? Но она подумала о том, что вряд ли найдет еще на столько идеального и чистого нордида, от него пойдет достойное потомство. Да и как можно не простить того, кто полюбил тебя даже в обличье негритянки, разглядев твою арийскую душу? Ведь если бы не полюбил, то и заклятье не разрушилось бы... 

И жили они долго и счастливо, до тех пор, пока его не отправили на Восточный фронт, где он погиб от рук подлых русских партизанов.

Заколдованная арийка (3 глава)

                На следующий день ее разбудила все та же наглая экономка, и приказала приниматься за свои обязанности. 

— Сначала дай мне поесть. — потребовала девушка. 
— Господин приказал не кормить тебя. Ты еще не заработала на еду. 
— Ах вот как! — ее снова охватил гнев и негодование. — Можешь передать своему хозяину, что я ничего не стану делать в этом доме, пока мне не обеспечат надлежащие условия. 
Старуха больно ударила ее по голове. 
— Он пристрелит тебя, как паршивую собаку. И правильно сделает! — прошипела она. 
— Он ничего мне не сделает! Потому что в глубине души знает, чувствует, что я такая же, как он, представительница высшей расы. 
— Ты сумасшедшее, недоразвитое существо! 
— Я не стану больше слушать эти оскорбления. — и девушка ушла, гордо тряхнув черными волосами.       

Она не собиралась сидеть и ждать, пока ее здесь заморят голодом. Благо, на кухне было чем поживиться. И девушка, подкрепившись, отправилась в библиотеку. Еще вчера она приметила, что здесь прекрасная подборка книг...  
     
                   В конце дня, вернувшись домой, хозяин застал свою черномазую служанку, сидящей в мягком кресле, с книгой Шиллера в руках. 
— Дрянь! Как ты посмела?! — взревел он, с угрожающим видом направляясь к ней. 
— В чем дело? Что я сделала? — настороженно пролепетала она, захлопывая книгу, но все еще не понимая, чем вызвала его гнев. Но все же в последний момент успела благоразумно вскочить с кресла и спрятаться за его высокой спинкой. Он застыл на месте, с ненавистью глядя на нее. 
— Ответь мне. Для чего я взял тебя в этот дом, тем самым спасая твою жалкую, никчемную жизнь? 
— Чтобы я помогала вам. — в нерешительности проговорила она. 
— Вот как? Помогала? Интересно, и чем именно ты мне помогаешь? Сидя своей грязной, черной жопой в моем кресле и листая своими немытыми, черными пальцами мои книги?! Это, конечно, прекрасно, что обезьяны вдруг научились читать, но я взял тебя сюда не для этого! — его голос перешел на крик. — А для того, чтобы ты служила мне, драила полы в моем доме, стирала мое белье и была покорной тварью! Иди сюда, грязная свинья! 
И он, грубо схватив ее за руку, рывком вытащил из-за ее ненадежного убежища. Девушка закричала, пытаясь вырваться. 
— Пожалуйста, не надо! — взмолилась она. 
Их глаза встретились. 
— Ты же не ударишь арийку? — жалобно пролепетала она, с надеждой глядя в его голубые глаза. 
— Ты не арийка. — сухо отрезал он, но не ударил ее. — Я понимаю, что всем живым существам хочется возвыситься. И тебе тоже хочется принадлежать к высшей расе. Но ты обманываешь себя. Этого никогда не будет. Мы те, кто мы есть, и этого не изменить. Ты не человек. Почти животное. Смирись. Твоя судьба - служить высшим, это для тебя лучший вариант. 

Она молча смотрела на него глазами, полными слез. Он отвел взгляд в сторону, взял книгу из ее руки и вышел. После этого она поняла, что для нее все кончено. Ей никогда не стать прежней. Она больше не арийка, а жалкое существо, недочеловек. И ей пора смириться со своей участью. Как жалела она теперь о том, что не ценила, как тратила свою жизнь впустую, как жестока была и несправедлива к другим... 
Раньше она могла быть женой арийца, а теперь могла лишь служить ему, как рабыня. Ее внутренняя арийская гордость не позволяла смириться с этим, но пришлось...       

          Сметать пыль с мебели, начищать полы, мыть посуду и стирать его вещи, такой теперь стала ее жизнь. В конце дня она чувствовала себя такой обессиленной, что не могла стоять на ногах. С тех пор она старалась избегать встречи с ним, не попадаться ему на глаза. Но как-то раз, сметая пыль с пианино, она задержалась на минуту, погрузившись в воспоминания и пробежалась пальцами по клавишам... 

— Что ты делаешь, черт возьми?! — выругался он, вбегая в комнату, и больно ударил ее по пальцам, закрывая пианино. — Кто позволил тебе трогать инструмент своими грязными лапами? 
Она стояла, молча опустив взор. Он с подозрением окинул ее взглядом. 
— Да неужели свершилось чудо и это животное научилось хотя бы молчать? — съязвил он. — Да от тебя разит, как от свинарника. — его арийский нос презрительно сморщился. — Унтерменш, что еще скажешь. — усмехнулся он. 
— Что?! Ну это уже слишком! Да я моюсь два раза в день! — это было превыше ее терпения и девушка не смогла сдержаться. 
— Видимо, ты моешься в грязевой луже. — смеясь, заметил он. — Впрочем, как и полагается свиньям. 
— Ну что ж, я могу вымыться прямо сейчас, если вас так смущает мой запах! — злым и дрожащим голосом воскликнула она и кинулась в ванную. 
— Эй, ты куда пошла? — насторожился он. — Это моя ванная. Подожди... Ты же не хочешь сказать, что все это время мылась в моей ванной? — почти с ужасом в голосе спросил он. 
— Ну да, а где же еще? — в растерянности замерла на пороге девушка. 
— О нееет. — простонал он. — Только не это! Вшивая, грязная тварь мылась в моей ванной. В той же ванной, где мылся я... все это время... 
 — Хватит! Я не могу это больше терпеть! — закричала она, хлопнув дверью ванной комнаты. 
— Открывай! Что это значит?! — он грохнул кулаком в дверь. — Открой! 
— Чтобы ты мог пристрелить меня за то, что я мылась в твоей арийской ванной и осквернила ее своим грязным, черным телом?! Не утруждай себя. Я сама уйду. Потому что не могу больше все это терпеть. 
— Эй, что ты там задумала? 
— Я вскрою вены твоей бритвой. И избавлю тебя от своего мерзкого присутствия! 
— Не смей трогать мою бритву, слышишь?! За то, что я спас тебя, ничтожество, и приютил в своем доме, ты хочешь меня так отблагодарить? Забрызгать своей грязной кровью мою ванную?! 
— Ничего, помоешь! Тебе не привыкать смывать кровь в этом доме, не так ли? Или же за тебя это делают другие?  
— Да что ты себе позволяешь?! Открывай дверь или я ее выломаю! Но тогда смерть покажется тебе поистине спасением! 
— Для меня и так смерть единственное спасение. Мне невыносимо жить в этом мерзком теле. Я арийка! Всегда была арийкой, а ты обращаешься со мной, как будто я не человек. Может быть моя смерть снимет чары и тогда ты увидишь правду, но будет уже слишком поздно. Как поздно и для меня. Я тоже узнала правду слишком поздно... 

За ее словами последовала напряженная тишина. 
— Послушай, открой дверь. — уже мягче произнес он. — Не делай этого.  
Она остановилась, задумавшись на миг, поднеся лезвие к запястью. 
— Хотя... черт возьми! — выругался он. — Уговаривать унтерменшей? Зачем мне это нужно? Можешь порезать себе вены и загадить всю ванную, мне все равно. В любом случае придется делать дезинфекцию. 
Она услышала его удаляющиеся шаги и залилась слезами. Она заслужила все это. Теперь она понимала. Но так и не нашла в себе силы покончить с этим жалким существованием. Она боялась боли и боялась умереть. Наверное, это заклятье изменило не только ее внешность, но и лишило арийской гордости, чести и отваги, превратив ее в слабую и жалкую трусиху, которая не может решиться убить себя, когда это единственный выход сохранить остатки достоинства.

Прекрасный ариец презирает ее и ненавидит, испытывает к ней отвращение. А ведь раньше он бы ползал у ее ног, угождая и пытаясь завоевать ее благосклонность, как и все остальные... Какой же она была красивой! Глядя в зеркало и видя в нем это безобразное обезьянье отражение, девушка закричала и в ярости ударила по зеркалу так сильно, что оно разбилось вдребезги.

— Ты еще не сдохла? — насмешливо ухмыльнулся прекрасный ариец, когда встретил ее после этого в коридоре. Ей на миг показалось, что он рад этому и вздохнул с облегчением, но после его слов и презрительного тона, которым они были сказаны, она в этом усомнилась. 
— Ты разочарован? — горько усмехнулась она. 
— Просто надоело постоянно видеть шимпанзе в собственном доме. — холодно ответил он и прошел мимо, даже не глядя на нее. Ей казалось, что она его ненавидит. Никто и никогда в жизни так ее не унижал. Но самое ужасное, что он был прав. Она не человек, а гадкое, отвратительное существо, недостойное жить. Попадись ей такая черная мартышка раньше, она бы поиздевалась над ней гораздо больше, чем делает это он. Раньше ей всегда нравилось и возбуждало, когда мужчины при ней унижали и били представителей низших рас, она всегда смеялась при этом и просила их продолжать. Но глупо винить себя, она это понимала. Она арийка, хоть и выглядит, как унтерменш, поэтому ей так больно. А те твари, они не могли ничего чувствовать.

 — Ах ты сучка черножопая! — вне себя от ярости закричал хозяин дома, подбегая к ней. — Ты разбила зеркало в ванной комнате! Да ты хоть знаешь, сколько оно стоило?! Дороже, чем твоя жалкая и никчемная жизнь! Как ты посмела?! 
— Ты сам виноват! — внезапно для себя самой выкрикнула она. — Ты сказал мне, чтобы я делала, что хочу, и ушел. 
— Я думал, что ты вскроешь свои мерзкие вены, а не разобьешь мое зеркало! — в отчаянии застонал он. 
— Вот как! — со слезами на глазах воскликнула она. — Зеркало дороже, чем моя жизнь? 
— Ну конечно! Как ты можешь сравнивать?! Твоя жизнь не ценнее жизни таракана или червя! 
— Я ненавижу тебя! Как же я тебя ненавижу. — яростно прошипела она в ответ. 
— Кто ты такая, дрянь, чтобы ненавидеть меня? — он схватил ее за волосы и запрокинул голову назад. — Ты мусор, грязь под моими ногами. 
В его голосе и в его глазах было столько презрения, что она замерла на месте. 
— Я сделал ошибку, что обращался с тобой, как с человеком. И ты почувствовала себя хозяйкой в моем доме. Ты забыла свое место, грязная сука. Оно на коленях, у моих ног. — и он грубо толкнул ее. Девушка упала на пол, больно ударившись, но тут же поднялась на ноги. 
— На колени, тварь! — приказал он. — Проси прощения, чтобы жить. Поцелуй мой сапог, сучка. Мы, арийцы, милосердны, и не приемлем излишней жестокости. Мы умеем прощать. Но попроси, как следует. 
— Никогда! — с ледяной ненавистью крикнула она, глядя ему в глаза. — Мерзкий подонок! Твоя красивая арийская внешность лишь обертка, под которой нет ничего, кроме грязи. Ты не ариец. Ариец никогда бы не обращался так с женщиной. А ты не ариец и не мужчина. 
 На миг между ними повисла тишина, внезапно оборвавшаяся звонкой пощечиной. Он ударил ее сильно, наотмашь, и девушка, жалобно вскрикнув, снова упала на пол. 
— Я ариец. И я никогда не поступил бы так с женщиной. Но ты не женщина. Не для меня. 

Она медленно поднялась на ноги, тяжело дыша, у нее из носа стекала струйка крови, а вся она тряслась от охватившего ее гнева. С диким шипением,визгом и проклятьями, она бросилась на него, как дикая кошка, запрыгнула на него, вцепившись ногтями в его лицо и волосы со свирепой яростью германской валькирии. 
— Ненавижу! Убью тебя, мерзкий ублюдок! Я германская женщина! И я разорву тебя на куски, сволочь! Ты не смеешь так со мной обращаться! Я истинная арийка! — в бешенстве орала она, царапая и терзая его с невероятной силой. Он не ожидал этого нападения и поэтому не успел отреагировать. Пытался сбросить ее, отцепить от себя, но это сделать было не просто. Обезумевшая негритянка кусала его, царапала, била, нанося удары, куда придется. Она чуть не выколола ему ногтем глаз и он лишь чудом успел увернуться в последний момент, получил коленом в пах и свалился на пол вместе с ней. Девушка, оказавшись сверху, продолжала избивать его, яростно крича и все еще намеревалась выцарапать ему глаза. Одним яростным ударом он откинул ее в сторону и, шатаясь, поднялся на ноги, нащупывая на поясе пистолет... но его не было. Она тоже подхватилась и увидев, что он имеет намерение приблизиться к ней, схватила стоявшую на столе вазу и с визгом бросила в него. Попала в голову. Женщины никогда не промахиваются. Он пошатнулся, в глазах потемнело, с трудом удержался на ногах, хватаясь рукой за стену, из виска сочилась кровь. Он застонал от боли, выругался. Она схватила со стола графин, но когда замахнулась и бросила, он уже успел выбежать за дверь, об которую и ударился, разбиваясь вдребезги, графин. 
— Охрана! — заорал он. — Уберите ее, эту чекнутую... чтобы я ее больше никогда не видел. — прорычал он, словно раненный зверь, обращаясь к подоспевшим солдатам. 
— В лагерь эту бешеную суку! 
 Он даже не видел, как ее уводили. Охваченный яростью и стыдом, он залечивал свои раны, закрывшись в комнате и еще долго никого не желал видеть.

Рождественское письмо Иоахима Пайпера

Поздравляю всех с прошедшим Рождеством! Здесь ведь есть те, кто празднует Рождество нормального человека, то есть, 25 декабря?)))

И в честь такого праздника решила выложить вам одно из писем Йохена Пайпера, как раз на тему Рождества. Думаю, никто из вас этого точно не читал. 


Йохен Пайпер, письмо родителям из крепости Ландсберг, декабрь 1946 г.

Мои дорогие родители,
Рождество! Какое чудесное слово и какие воспоминания оно будит! Наши сердца снова возвращаются в детство, и даже самые неисправимые хулиганы поддаются его магии. Это праздник детей, и это правильно! Семейные пары проводят этот вечер с детьми и для детей, и даже одинокие старики на несколько часов возвращаются в утраченную волшебную страну, детский рай. За не столь уж долгий срок с тех пор, как я покинул дом, судьба подарила мне необычно яркую жизнь, наполненную сокровищами, опытом и приключениями. Мне довелось ощутить неповторимый аромат Сочельника у собственного очага, я наряжался Санта Клаусом в окопах. Двадцать четвертого декабря мне было доверено хранить покой Германии, сидя в танке далеко на востоке - а в Святую ночь 1944 года я плыл в бешеном потоке ледяной реки вместе с моими храбрыми товарищами, отчаянно пытаясь прорваться сквозь смыкающееся кольцо. Простреленная рука и тонущий человек, висящий у меня на ноге, довершали картину.

Теперь окружающий шторм умолк. Мои стальные батальоны перестали бороздить пропитанное кровью поле боя, и я более не подвержен изменчивым прихотям Марса. В этот год ко мне пришел покой: и внешний, и внутренний. Возможность остановиться и оглянуться назад наполнила мои дни размышлениями и научила ценить память. И такое ли это чудо, что канун Рождества позволяет мне еще раз стать ребенком, и мои мысли бегут сегодня к вам с особенной любовью? И давно пересохшие родники вновь наполняются влагой. Когда вы сидите с разбитым сердцем, молча, в мрачной атмосфере своего пристанища в этот праздничный вечер, попытайтесь хоть ненадолго забыть безнадежное настоящее!

Сожгите еловую веточку в пламени свечи, вдохните ее запах и закройте глаза. И отправляйтесь в путешествие по своей несчастной жизни, чтобы собрать все искры, все огоньки свечей, рассеянные по ней, в сияющий прекрасный букет, в такую рождественскую ёлку, чей внутренний свет у вас никто не отнимет! Ничто не напрасно! Никогда не забывайте об этом. В Роттахе подрастает новое поколение, и жизнь продолжается. Проведите этот вечер в уюте, в теплой комнате. Постарайтесь найти мир и покой, и берегите здоровье. И если уже пора придумывать желания на 1947 год, у меня их очень мало! Входите в Новый Год выпрямившись, высоко держа голову.

С любовью и преданностью,
Ваш Ахим.

Страницы:
1
2
3
предыдущая
следующая