хочу сюди!
 

Илона Ивановна

32 роки, діва, познайомиться з хлопцем у віці 23-25 років

Замітки з міткою «рассказ»

Книга "Арма". Глава 1. Старые товарищи [2]





– Допустим. И что ты ищешь здесь, в этой дыре? 

– Косу.

Герц едва не поперхнулся закуской.

– На кой черт она тебе сдалась? Ты же не крестьянин, чтобы собирать ею урожай.

Парень тихо засмеялся.

– Ты думаешь, что в мире зачаровывают только мечи и кинжалы? Да при помощи этого оружия можно обратить в пепел целые села и города! Внутри него заключена немыслимая сила пламени!

Сероглазый бродяга удивился тому, с каким энтузиазмом и безумием говорил друг детства. Он вспомнил, как они, будучи еще совсем юными, любили охотиться на зверей, рыбачить и дурачиться с местной ребятней днями напролет. И только сейчас Герц полностью осознал, что это беззаботное время ушло и останется лишь в его памяти. 

– И ты оказался в темнице из-за этого?

– Да, – утвердительно кивнул парень.

– Полагаю, что ты загремишь туда еще раз. Ведь ты не остановишься, пока не получишь желаемое?

Он снова покачал головой.

– Черт возьми, в кого ты превратился? Мироэн, которого я знал, был тем еще скромнягой, тихоней и мечтателем; человеком, которому было интересно увидеть жизнь простых людей, без чинов и приданого, который старался не упоминать о своей родословной и не задирал нос. Что, ради редкого ножика или топора готов уже и убить?

Собеседник ответил сразу, не раздумывая.

– Хочу тебе напомнить, что раньше мир был одинаково цветным для нас обоих. Вот только я прочувствовал всю подноготную жизни, а ты, видимо, еще нет. С чего ты решил, что я должен был остаться таким, каким был прежде? После того, что случилось пятнадцать лет назад, я остался совсем один. Все это время я был сам по себе и хочу остаться одиночкой до самой смерти. Безмерно благодарен, что ты помог мне сбежать, но я тебя об этом не просил. Как и не прошу помочь добыть желаемое. 

Мироэн поднялся и собрался уходить, но не тут-то было. Входная дверь с грохотом повалилась на пол, привлекая к себе внимание всех посетителей. В дверном проеме показались несколько грузных силуэтов, облаченных в массивные латы. 

– Опять они… Ненавижу стражников, – выглянув из-за угла, обронил Герц.

– Слушай… – интригующе заговорил Мироэн. – Ты жаловался, что у тебя нет работы.

– Ну?

– Даю десять золотых, если справишься с ними без оружия.

Бродяга резко воспрял духом, а глаза его загорелись от интереса. Герц никогда не был брезгливым к работе. Но истинное удовольствие он получал лишь тогда, когда дело доходило до драки. Предложение товарища выглядело слишком заманчивым, и, прежде чем согласиться, он начал искать в нем подвох.

– У тебя нет столько денег.

Беглый узник будто ожидал чего-то подобного. Брошенный на стол мешочек жадно забряцал монетами. 

Среди стражи, нарушившей тихую и мирную атмосферу внутри пивной, показался глава отряда. Мужчина говорил громко и грубо, как и подобает капитану.

– Эй, бармен! Слыхал ли ты об инциденте, произошедшем этой ночью? 

– Нет, – спокойно ответил Болл, не отрываясь от протирания пустой кружки.

– А я поведаю тебе, что произошло! Один из самых разыскиваемых в Рахасе преступников по прозвищу Падший сбежал от правосудия, да еще и не один! Мимо нас прошел слушок, что эти двое были замечены здесь, в «Жале Скорпиона»!

– Не знаю, о ком идет речь. Пожалуй, если бы и знал, все равно не сказал. После того-то, что вы сделали с дверью…

Командир отряда был возмущен подобной наглостью и ругнулся.

– Что? Да ты хоть знаешь, кто мы? Да мэр тебя…

– Ничему вас жизнь не учит… – перебил его Герц.

Гвардейские мечи звонко выскользнули из ножен. Странник, решивший преподать очередной урок неумелым бойцам, принял условия договора. Сняв с себя накидку, он резко схватился за стул и бросил его к проходу. Деревянная конструкция в щепки разлетелась от удара об голову одного из блюстителей порядка. 

Перед серыми глазами замерцали холодные лезвия клинков, жаждущих пронзить тело Герца и пролить его кровь. Однако он был изворотлив, как никогда прежде. Желание одолеть противников голыми руками сполна овладело его сознанием. Он пихал их, бил по лицу, сталкивал лбами и даже бросался посудой. Посетители, наблюдавшие за дракой, поразевали рты и не знали, куда им деться, чтобы не попасть под горячую руку бродяги. 

Барная стойка окрасилась багровыми тонами, кровь и вино смешались воедино. Раненые стражники один за другим выбегали из заведения, держались за разбитые головы и стонали. Осознание того, что их отпинали, как бездомных псов, придет еще не скоро. Последним человеком, решившим попытать удачи в схватке, оказался их командир. 

Грозный мужчина не терял надежды убить Герца. Его техника владения мечом значительно отличалась от той, которой были обучены его подопечные. Сильный взмах, иная стойка и какое-никакое умение предугадывать действия соперника. Путник постоянно уклонялся и отступал, пытаясь подобрать удачный момент. Мироэн стал раздумывать о том, стоит ли ему вмешиваться.

– Иди сюда, вшивое животное! 

Эти слова не абы как разозлили Герца. Скользнув за спину врага, он поднял огромный круглый стол и с яростным воплем обрушил его на латника. Со всех сторон посыпались аплодисменты. Они ничего не смогли противопоставить «демону-лису».

Болл, чье лицо не выразило ни одной эмоции, тяжело вздохнул.

– За тобой должок, – молвил владелец заведения. – А теперь прочь, пока вы не натворили еще больших проблем.

Парень кивнул. Им вновь пришлось бежать, скрывая свои изнуренные лица за плотной тканью. И толпа зевак, собравшаяся посмотреть на бродячий цирк, пришлась как нельзя кстати для того, чтобы избежать правосудия.

[1] Лагуна – территория горячих источников, находится на юго-западе региона Тайоки.

<<< Назад Следующая глава >>>

Книга "Арма". Глава 1. Старые товарищи [1]





Первые лучи утреннего солнца прорвались в покои государя и пробудили спящую позолоту. Заставленная роскошной мебелью и дорогими произведениями искусства комната искрометно заблистала. Среди картин, коими были обвешаны владения городского главы, Эльро больше всего дорожил той, что висела над изголовьем его кровати. Портрет самого любимого на свете человека был выполнен из примесей золота, серебра и платины, а в изображенную на голове корону были вставлены несколько настоящих сапфиров и аквамаринов. 

После вчерашнего пиршества он мог нежиться в постели хоть до самого обеда. Но сладкий сон был прерван назойливой прислугой, пришедшей убирать весь тот бардак, который устроил их властитель.

– Пшли вон, идиоты… Дайте мне… Поспать… – спросонья пробормотал мэр. 

Вслед за горничными в комнату вошел и советник Эльро: высокий худощавый мужчина, всегда имевший при себе как записную книгу, так и пышные усы под носом. Он был мягкотелым, боязливым и до жути пугливым человеком. Прежде чем известить о чем-либо главу города, он тщательно подбирал слова и обдумывал каждое свое действие. А прознав о случившемся в тюрьме, десница и вовсе потерял дар речи.

– Г-господин, п-просыпайтесь… У меня д-для вас в-важная н-новость…

Он сказал это настолько тихо, что Эльро даже не шелохнулся.

– Господин!

– И ты пшел вон… Никого не хочу видеть…

Взгляд помощника пал на живописную картину над покоями градоначальника. Пухлые щеки, выпученные глаза, маленькие уши и самодовольная улыбка – вживую Эльро выглядел не хуже, чем на полотне.

Наконец мужчина с большим трудом выдавил из себя следующее: 

– Господин! Падший сбежал из темницы благодаря своему пособнику! Городская стража поднята по тревоге и прочесывает каждый закоулок и дом! 

Мэр резко вскочил, широко раскрыв глаза.

– Я не ослышался? А ну-ка повтори то, что ты мне сейчас сказал!

Усатый советник нервно почесал растительность под носом и побледнел.

– То есть как сбежал???

– Ну, п-понимаете…

– Нет, не понимаю! Вы что, меня за дурака принимаете? Почему никто не удосужился усилить охрану до того, как преступник сбежал? И кто его пособник? 

Прислуга, занимавшаяся уборкой, застыла в ожидании чего-то нехорошего. 

– Вы ведь сами дали отгул и… Его товарищ… в одиночку… всех наших… – промямлил десница. 

Глава Бель-Роу пришел в бешенство. Он стал истерически кричать, браниться и бросаться лежащими рядом бутылками из-под вина во всех присутствующих. Подчиненные поспешно покинули комнату, отложив все свои дела на потом.  

– Найти и привести, а иначе четвертую всех, кто не уследил! И начну с тебя! – рявкнул он. 

Советник испуганно обронил свою записную книгу и попятился прочь, оставив государя в одиночестве. 

***

Скрипучая дверь с трудом поддалась вперед, и на пороге пивнушки, именуемой как «Жало Скорпиона», объявились две фигуры, тщательно скрытые за плотной тканью. Незнакомцы, желающие избежать всеобщего обозрения, любили подобные заведения и чаще всего заглядывали сюда глубокой ночью. 

Таверна – одно из основных пристанищ гуляк, воров и наемников. Кто-то приходит сюда, чтобы насладиться дешевым пойлом, кто-то – ради беседы с себе подобными, а кто-то – чтобы померяться силой с другими. Каждая такая забегаловка имела свои правила и обычаи. Беззаконие и хаос царили лишь за редкими исключениями.

«Жало Скорпиона» – заведение неприметное, внешне оно ничем не отличалось от прочих домов в Бель-Роу, а уж тем более после недавней кражи деревянной вывески с изображением именитого пустынного жителя. Придя сюда, не пугайся, если на стенах вместо дорогих полотен или чучел животных ты увидишь множество пятен, принимающих диковинные формы, а вместо прекрасных бардовских мелодий услышишь неразборчивую ругань и беспрерывные вопли, от которых вянут уши.

За барной стойкой, справа от входа, стоял несменный бармен Болл, заведовавший как алкоголем, так и самой таверной. Когда в заведение приходили посетители, уста старика всегда расплывались в улыбке. Он был добрейшей души человек и редко на кого-то злился. А если такое и случалось, то под рабочим местом всегда лежал излюбленный клинок.  

Темный, как смола, меч Мемориум был выкован неизвестно кем и неизвестно кем зачарован. Возможно, причиной тому стало его необычное магическое свойство. Когда этим оружием убивают человека, то все, кто знал погибшего, навсегда забывали о его существовании. Будто бы его и не было. 

Прежде чем попасть к Боллу, оно погубило не одну сотню жизней, в числе которых наверняка могли оказаться богатые купцы, выдающиеся волшебники или короли. Но, так как никто о них уже не помнит, то нет смысла что-либо рассказывать.

Миновав пустословных пьяниц, парочка направилась в дальний угол таверны, к столику под лестницей. Это было единственное место, которое невозможно разглядеть со входа.  

– Надеюсь, за нами никто не следил... – с опаской молвил Мироэн. 

– После такого эффектного ухода они еще долго не смогут очухаться! – уверил Герц. 

К столику путников подошла официантка. Девушка с весьма изысканной фигурой приветливо улыбнулась и застыла в ожидании.

– Что будете заказывать? – поинтересовалась она, накручивая на тоненький палец светло-рыжий локон.  

– Нам, пожалуйста, два бокала эля, что-нибудь закусить и... ваше имя, – с улыбкой сказал мечник.    

– А вы не промах! – подчеркнула она. – Меня зовут Сью, и к вашему прискорбию, у меня есть… любимая.

– Простите, вы словом-то не ошиблись? – нервно сглотнув, спросил беглый пленник. 

– Ребята, вы чего, впервые в Рахасе? Это же регион неограниченных возможностей! Здесь нет таких глупых стереотипов и запретов. Если это все, то ожидайте, – молвила девушка и ушла. 

– Хех, не везет тебе, дружище!

– Пф-ф, мелочь жизни. Повезет в другой раз. 

Спустя немного времени служанка вернулась. С легкостью придерживая тарели и бокалы, она поставила их на стол и вновь ушла по своим делам. Ребята откинули громоздкие капюшоны. Они выглядели измотанными и уставшими. 

– За встречу? – спросил Герц, держа в руке увесистый бокал с выпивкой.

– Более того – за необычную встречу! – с улыбкой ответил Мироэн. 

Сделав несколько затяжных глотков, товарищи полностью расслабились и начали беседу.

– Чего забыл-то в Бель-Роу? – поинтересовался беглец.

– Я свободный человек, куда хочу – туда и хожу.

– И все же… 

– Я ищу работенку, притом неважно, какую. Последнее, что я делал – выполнял заказ одного вельможи, но он мне не заплатил. 

– Хм, почему же? – удивился кареглазый.

– Ему, видите ли, не понравилось то, как я договорился с его, скажем так, конкурентом. Он хотел, чтобы тот не совал нос не в свои дела – вот я ему его и сломал.

Мироэн негромко засмеялся.

– Что смешного?

– Простой и грубый, как медяк. Ты как всегда, Герц.

Товарищ нахмурил брови.

– Иди к черту.

– Ладно-ладно. Ты не думал примкнуть к гильдии? Шанс того, что тебя надурит заказчик, в разы меньше, если ты выполняешь поручения под знаменами «честных».  

– Да ты что? Скажи на милость, давно ли ты был в Корвеле? Открою небольшую тайну – в этом регионе нет ни одной гильдии. А если и есть, то они мастерски скрываются от взора семейств. К тому же, я не люблю работать в команде, а тем более – делиться наградой. 

Мироэн сделал несколько глотков из деревянной кружки.

– Два года назад я посещал Лагуну[1] и мне рассказали об одном забавном инциденте. Некий молодой человек моего возраста мало того, что был уличен в подглядывании за оголенными девицами, так еще и набил рожи всем стражникам, пытавшимся выдворить его. Серые глаза, округлое лицо, доспех из черной кожи и полуторник за спиной. Никого не напоминает? 

Герц налился румянцем и буквально загорелся от стыда. Мироэн без лишних слов понял, куда хотел его послать товарищ. Ребята одновременно засмеялись, да так, что привлекли внимание одиноких пьяниц, сидевших поблизости. 

– Как поживает твой отец?

Герц тяжело вздохнул и отвел взгляд от собеседника. 

– Он умер десять лет назад. Позже я покинул селение и начал странствовать. После прихода к власти семьи Калингемов, Ланслайт стал его вассалом. Тогда начали твориться ужасные вещи, о которых даже мне противно вспоминать. 

– Калингемы, значит… 

Мироэн погрузился в раздумья. Он не понаслышке был знаком с этим родом. В памяти всплыли не самые лучшие воспоминания.

– Знаешь, Миро, я бы очень хотел им помочь, но я не всесилен. Сражаться лоб в лоб с одним из влиятельнейших семейств Корвела – все равно что накинуть на себя петлю и повеситься на иве. 

– Я все понимаю и ни в чем тебя не виню.

– Может, расскажешь, что произошло?.. Тогда…

Беглый узник поежился и крепко сжал ручку пивной кружки.

– Прости, но я ни с кем не хочу это обсуждать. В том числе и с тобой. 

Они оба резко замолчали. Каждый думал о чем-то своем. В какой-то момент Герц сменил тему разговора. 

– Судя по тому, что в каждом городе Рахаса я вижу объявления с наградой за твою голову, у тебя жизнь насыщеннее, нежели моя.

Парень сделал несколько глотков эля, прежде чем ответить. 

– Ну, я бы не стал гордиться тем, что каждый наемный убийца жаждет озолотиться на моей смерти. Слыхал ли ты, как меня нарекли в «высших кругах» общества? 

– Нет, – кратко ответил друг.

– «Коллекционер». Меня так прозвали потому, что я собираю по всему континенту оружие, наделенное уникальными магическими свойствами. Уловил суть?


<<< Предыдущая глава  Дальше >>>

Книга "Арма". Средневековое фэнтези. Пролог

                               


Приветствую. Меня зовут Виталий и некогда я был довольно активным пользователем i.ua. Я писал блог о всяком разном. И хотя мне и было на тот момент 15-16 лет, все же дух и атмосфера этого ресурса, а также то что я был частью этой семьи, продолжает вызывать улыбку на лице. И мне хотелось бы начать публиковаться здесь снова. 
Теперь же я стал писателем и работаю в жанре фэнтези. В этом блоге я планирую публиковать свое произведение, а также делиться, хоть и не большим, но опытом. Возможно это кого-то заинтересует и на это найдется свой читатель.
Сейчас мне уже 23 и более 6 лет я потратил на то, чтобы, так сказать,  "довести до ума" свою первую книгу. 
Это средневековое фэнтези, название которого (Арма) переводится с латыни как "оружие". В основу сюжета легла основа того, что помимо всем привычной магии, разных рас, драконов и прочих существ, здесь есть зачарованное оружие, наделенное неповторимыми магическими свойствами.
Первым делом хочу представить небольшой кусочек. Всем приятного прочтения. И оставляйте свое мнение в комментариях.



Аннотация:

Арма… Безграничный мир… Мир, где люди борются за свои интересы, права, идеалы и мечты… Мир, полный побед и поражений, добра и зла, надежд и разочарований, взлетов и падений… В этом мире над людскими судьбами властно лишь одно – оружие. Наделенное неповторимым магическим свойством оно становится еще опаснее, нежели можно себе представить.
Я поведаю тебе интересную и долгую историю… Историю, в которой люди стремятся изменить мир, сделать его лучше, но…. У каждого свое мировоззрение. Кто знает, смогут ли двое приятелей сделать это? Смогут ли привести его к гармонии и искоренить все зло, затаившееся в глубинах мрака? Ответ ты узнаешь, а вот верный ли он – решать тебе.


 
                              



Пролог. Незапланированный побег

Над пустынным городом Бель-Роу нависла леденящая ночь. Из серой массы облаков выползла тусклая луна и озарила своим холодным светом обветшалые дома и проулки. Повсюду стояла мертвая тишина, на улицах – ни души. Хотя нет... 

На крыше одного из жилых домов показался высокий темный силуэт. Незнакомец, тщательно скрывавший свой облик за накидкой, осмотрелся кругом и тяжко вздохнул.

– Да-а-а, не ожидал, что судьба столкнет нас лбами при таких вот обстоятельствах. Ох уж этот сорванец…

Он еще немного полюбовался городскими пейзажами, а после тихо испарился, будто его здесь и не было. Обычно в такое время суток во всех районах города можно встретить хотя бы одного-двух патрульных, но не сегодня. В этот день Бель-Роу пировал, и повод был значимый.

«Мироэн! Падший Мироэн схвачен! Городская стража и господин Эльро ликуют!» – такими фразами местные глашатаи разбрасывались с раннего утра, когда стало известно о поимке одного из самых опасных преступников. Когда толпы зевак и любителей зрелищ собрались на главной площади городка, мэр, не сдерживая эмоций, заявил: «Задержанный будет подвергнут пыткам, и через несколько дней мы казним его прямо здесь!».

Глава города не мог натешиться подарком, преподнесенным самим Деусом. По случаю такого «праздника» он решил дать отгул всем своим подчиненным, посчитав, что большей угрозы уже не будет. Если бы он только знал, что совершает одну из глупейших ошибок за все годы своего правления…




Именитая тюрьма Бель-Роу находилась на окраине города и занимала немалую площадь.  Четырехэтажное здание, напоминавшее с высоты птичьего полета огромный шестиугольник, считалось одним из худших мест отбывания наказания в Рахасе. Мало кому удавалось умереть естественной смертью, не говоря уже о попытках бегства. Тут можно сгинуть или от жажды, или от жары, либо от укусов скорпионов или змей, которые частенько сюда наведывались.  

Градоначальник был довольно жадной и скупой персоной. Он считал, что заключенным не нужна еда, что за ними не нужно убирать или выводить их на прогулку. Ему приносило удовольствие то, как они плачут, молят о пощаде и мучительно умирают. И все, что делал Эльро в таких ситуациях, – злобно насмехался над бедолагами и наблюдал за их кончиной. 

С течением времени город становился все беднее, а его жители преисполнялись злобой на своего правителя за бездействие. Тогда мэр не придумал ничего лучше, чем устраивать показушные казни, тем самым переключая внимание людей на необычное действо.

Ближе к полуночи между этажами тюрьмы раздался хриплый голос охранника. Мужчина то бормотал себе что-то под нос, то громко ругался. Отголоски брани эхом разошлись по пустующим камерам. Он был стар, ходил медленно и размеренно, да и видел не так хорошо, как прежде. На его теле плотно сидели кожаные рукавицы, сапоги на невысоком каблуке и легкий кольчужный доспех; из-под шлема кое-где проглядывали седые волоски. Характерным отличием всех стражей города служила нашивка с изображением двуглавой змеи.

Блюститель порядка долго вертел носом и не хотел отрываться от праздничного застолья, но ежедневный обход был для него своего рода традицией. Он неспешно поднялся на последний этаж и прошел в конец коридора, где его уже ждал одинокий преступник. 

– Ну что, доигрался, Падший? – он произнес это с такой гордостью, будто задержал его сам, без чьей-либо помощи. 

Старик поднес факел ближе. За тюремной решеткой показался силуэт молодого парня, коротавшего последние деньки в неволе. В его телосложении преобладали рельефность и упругость; лицо худощавое, слегка вытянутое, с ярко выраженными скулами; длинные русые волосы частично прикрывали уши и лоб. На плече красовалась черная татуировка в виде вороньей головы.

Пленник обратил свой взгляд на тюремщика.

– Чего молчишь? Язык проглотил? Ничего, скоро и его лишишься!

Мужчина не страшился сказать чего-то лишнего. Руки узника были связаны заржавелыми кандалами и прикованы к стене, не давая ему сделать и шагу.   

– Нет, что вы… Я просто жду полуночи… – невинным тоном объяснил парень. 

– Хм, так уже полночь. – подметил мужчина.

– А-а-а, и вправду? – удивился тот. – Хотите, покажу фокус?

– Ты что, издеваешься надо мной? 

– Отнюдь. Меня один товарищ научил. Называется «как освободиться от кандалов за несколько секунд».

– Да брось! Как же ты выберешься, если у тебя ничего нет? – поинтересовался охранник и подошел вплотную к решетке. 

– Почему же нет? – парень сделал мимолетный щелчок пальцами, но ничего не произошло. Затем он проделал этот жест еще раз. И вновь ничего. 

– Хм-м-м... – растерянно промычал он. – Нужно сказать волшебное слово.

– И какое же?

– Умри. 

– Умри? Падший, да из тебя фокусник никудышный. На площади тебя бы забросали помидорами за такую хал… ту… ру…

Старик захрипел и ощутил, как его тело пронизывает острая боль. Склонив взгляд, он увидел, как лезвие полуторника, торчавшее из груди, насквозь пробило его сердце. Изо рта потекла кровь, а глаза окунулись во мрак.   

– Тебе не говорили в детстве, что ты проблемный ребенок? – произнес некто, стоявший позади гвардейца. Вытащив меч из мертвеца, он начал пристально искать ключи от темницы. 

– Хороший фокус, нужно будет запомнить, – молвил преступник. – Но ты не похож на кролика из шляпы. Тогда кто?

– Танцующий лис, поведавший горе, ищет спокойствия в гуще теней. – поспешно открывая замок, ответил тот. 

– П-погоди… Падшая птица, склонившая голову над могилами мертвых друзей. А вместе…  

– Мы братья, перенявшие инстинкты диких зверей, – в один голос произнесли парни. 

Откинув капюшон, незнакомец показал истинное обличие. Перед Мироэном стоял высокий парень того же возраста, что и он. Его лицо было слегка небритым, округлым и жестковатым, но сероватые глаза радостно смотрели на старого друга. В одежде преобладали темные тона: черный кожаный жилет сидел поверх белой добротной рубахи; штаны, наручи и высокие сапоги на заклепках тоже были выполнены в темном цвете. Ножны необычного бастарда располагались за спиной, поверх плаща, а на шее висел неприметный талисман – тонкий длинный коготь дикого зверя. 

– Герц? – удивился заключенный.   

– А ты ожидал лесную фею увидеть? – засмеялся товарищ. – Знаешь, я мечтал о нашей встрече не совсем в такой обстановке. Объяснишь мне, почему на каждом столбе красуется твоя рожа, а половина гвардейцев напилась и спит вместо того, чтобы держать караул? Не люблю праздники, на которые меня не зовут. К тому же…

Сероглазый бродяга резко умолк. Прислушавшись, он понял, что кто-то приближается. Возле лестничной клетки показался маленький пучок света, ежесекундно увеличивающийся в своих размерах.  

– Что там случилось? – тревожно кричал некто. – Где ты, Тодд? Чего запаздываешь? Все веселье пропустишь!  

– Тут слишком шумно, нужно уходить отсюда. Давай я освобожу тебя.

– Да я и сам могу, – возразил Мироэн, пощелкивая пальцами.  

Руки пленника окутал зеленоватый свет, а уже через мгновенье он держал в одной из них предмет, более походивший на шило, нежели на отмычку. Несколько ловких движений – и оковы звонко рухнули на пол. 

– Твои навыки побега оставляют желать лучшего, – недовольно скривившись, заявил Герц.  

– Впервые благодарен Эльро за его жадность. И как это он не додумался заковать меня в кандалы, лишающие возможности колдовать… 

– Колдовать? – вновь поинтересовался друг.

– Ты задаешь слишком много вопросов, на которые я сейчас не в силах ответить. Позже поговорим, ладно? Сейчас нужно уходить, – серьезным тоном произнес Мироэн. 

Стражник, отправившийся на поиски своего товарища, впал в ступор от увиденной картины. Герц приятно удивился, когда мужчина, вместо того чтобы вызвать подкрепление, набросился на него, обнажив короткий ржавый меч. Схватка продлилась не больше минуты, и её результат оказался отнюдь не в пользу блюстителя порядка.    

– Ты же понимаешь, что мы не уйдем отсюда незамеченными?

Узник потер онемевшие руки. 

– Да. Не знаю, каким чудом ты сюда проник, но выход здесь один – через главные ворота. Когда они узнают о случившемся, то стянут все свои силы именно туда. 

– И что ты предлагаешь?

– Для начала я бы не прочь найти свою одежду. 



 

Железные колокола впервые за десятки лет пробили тревогу. Все пьющие быстро отрезвели, а все спящие пробудились. Перепуганные мужи судорожно отыскали свое облачение, схватили оружие и направились к главному входу. 

Им понадобилось всего несколько минут, чтобы выстроиться и приготовиться к приходу нарушителей. Голосистый командир, возглавивший операцию по захвату Мироэна, всячески поднимал боевой дух подчиненных, убеждая их в том, что «какой-то жалкий червь в одиночку не справится с толпой облаченных в металл гвардейцев». Однако он был не один.

В конце коридора показались виновники торжества. Они шли медленно, размеренно, без особой опаски. Будто у них был какой-то план. 

– А их больше, чем я ожидал... – удрученно произнес Мироэн.

– Не думал, что твоей персоне достанется столько внимания, – подметил Герц.

Стражники не нарушали строй и молча наблюдали за действиями преступников. Командир ждал удобного момента.

– Не вмешивайся, – вдруг обронил сероглазый. – Я сам ими займусь.

Заключенный поднял брови от удивления.

– Если твои боевые навыки не уступают твоей самоуверенности и позерству – делай что считаешь нужным.

Ехидно улыбнувшись, Герц достал из-за спины полуторник, ускорился и окунулся в толпу противников. Яростно взмахнув мечом, парень выбил оружие у всех тех, кто стоял в первом ряду. За вторым взмахом последовали вопли, крики и брызги алой крови. Окружение покрылось темными пятнами.

Блюстители порядка были явно не готовы к такому бездумному поступку со стороны врага. Мужчины, как и их капитан, растерялись и позабыли, как совладать с оружием. Они неуклюже махали мечами и алебардами, теряя бдительность. А проворный лис плясал со своим клинком, не щадя никого.   

Мироэн застыл и с восхищением наблюдал за тем, как его друг в одиночку расправляется со всей охраной. Он и подумать не мог, что за столько лет его боевые навыки достигнут такого уровня. 

Оставшиеся гвардейцы осознали, что у них нет шансов одолеть безумца, и дали деру. Вошедший в раж Герц хотел пуститься в погоню и закончить начатое, но товарищ вовремя остановил его.

– Успокойся! Нам нужно уходить!

Парень тяжело вздохнул. Ему едва удалось взять себя в руки.

– Ты прав, что-то я переборщил…

Отворив врата, беглецы тотчас убрались прочь и скрылись среди тихих улиц Бель-Роу. Весть о случившемся быстро разнеслась по городу, и первым, кто огорчился, услыхав её, конечно же, был Эльро.

Порожня кімната 1

Екстрим тур літа 2020.

У закордонному паспорті немає потреби!

 

Лікар вислухав від мене «Майн Кампф», потім  скрупульозно прослуховував тембри моїх легень, напевно, сподіваючись  почути браві марші  Люфтваффе. Згодом він повідомив, що має підозру на новомодний вірус, і його рекомендація – госпіталізація та ПЛР-тест. Я погодився: медична освіта та двадцятип’ятирічний  досвід роботи фахівця не викликали сумнівів у його компетентності – це ж вам не  якийсь там президент, яким може бути будь-хто з вулиці. Суворий погляд з-під «космічного скафандра» та стетоскоп у рухах лікаря підкреслювали серйозність справи.

 

Я ще не встиг роздивитись своє нове помешкання – інфекційний бокс – як до нього зайшла медсестра шурхочучи костюмом біологічного захисту. Вона поклала переді мною  декілька аркушів з текстом і сказала, що це згода на лікування. Лише жіночі карі очі та чорні брови виглядали з під  «скафандра», і я підкорився їм –  підпис  був поставлений на непрочитаних документах.  Тому не відаю, що означає «я  погоджуюсь на лікування». Можливо те, що якщо воно буде невдалим, то моє тіло спалять і прах розвіють десь на малинських городах.

 

Цівка крові, пульсуючи в такт биття серця, вирвалася з моєї правиці у зовнішній світ та заляпала мої штани. Медсестра швидким рухом зняла джгут – катетер  до вени був прилаштований. Тепер я мав просунутий інтерфейс – швидкісний порт по забору крові та вводу ліків.

 

Завершивши список протокольних маніпуляцій, богиня в білому скинула мого гарного рушника з підставки для крапельниці, яку я необачно по необізнаності  своїй прийняв за вішалку з дивними горизонтальними гачками. Потім перенесла  її з кутка до мого ліжка, поставила мене на заправку вітамінами та покинула палату.

 

Я лежав під крапельницею  споглядаючи стелю в ізольованому боксі інфекційного відділення лікарні сусіднього райцентру за тридцять п’ять кілометрів від дому. Цей медичний заклад на період пандемії був призначений опорним на три райони. Сюди вели всі асфальтовані дороги та натоптані стежки; летіли літаки та пливли кораблі. Тут  перебували на лікуванні хворі  з ускладненнями від COVID-19.

 

 

Три дні тому сонце зійшло у звичному для літньої пори місці, нічого не віщувало біди. Однак вже до обіду разом із сонцем у мене піднялася температура, залоскотало у горлі, іноді я від цього трохи покашлював. На ніч температура сягнула майже тридцяти дев’яти, тож випив парацетамолу, велику чашку негарячого чаю і гарно закутався. На ранок упрів, як печеня  у глиняному горщику, а до вечора новий температурний рекорд спонукав мене зателефонувати сімейному лікарю, щоб проконсультуватись.

 

Напевно, я був непоганим розповідачем, тому що мої соковиті замальовки з натури навели лікарку на підозру, що найбільший осередок вірусу в Радомишльському районі знаходиться у моїх легенях. Вона категорично заборонила виходити з дому і наполегливо радила зателефонувати на 103. На її думку, мені терміново потрібна була госпіталізація. Лікарка сказала, що за мною приїде швидка і відвезе в малинську лікарню. Там мене підлікують, а за два-три  дні прийде результат тесту,  і якщо він буде негативним, то повернуся додому.

 

Ідея була непогана, але… я виглянув у вікно, біля під’їзду на лаві сиділо чотири мої сусідки. Пригадалася фраза з Апокаліпсиса, який описаний у книзі Іоанна Богослова: «І по цьому бачив я чотирьох Ангелів, що стояли на чотирьох кутах землі, і тримали чотири вітри землі…» Ні, щось не вірилось, що місцеві ангели втримають чотири вітри. Я уявив собі, як до будинку під’їздить швидка  і з неї виходять люди у «скафандрах». Вони проходять повз чотири пари жіночих очей, в яких застигли зацікавлення та острах, а на зворотному шляху повільно виносять на ношах мене, «запакованого в поліетилен». Хіба такі новини можна втримати. Я сказав лікарці, що краще сам прийду на станцію швидкої допомоги –  людей на вулиці немає, а як  хто трапиться по дорозі, то обійматись і цілуватись не буду. Лікарка категорично зарубала мою ідею на корінні – ніззя! Тож я подякував їй та пообіцяв, що зроблю так, як вона сказала, а для себе відмітив, накотивши таблетку парацетамолу,  що ранок вечора мудріший.

 

Новий день не приніс  погіршення здоров’я. Температура весь час була підвищеною, але не високою; кашлю вже не було, щоправда, трохи почувався змореним і виглядав як прив’ялена  риба. Попри це, вирішив, що мій стан дозволяє  спокійно «крутити педалі» до завтра. Однак о п’ятій вечора телефонний дзвінок скорегував мої плани.

 

Сімейна лікарка відчитувала мене за те, що я за добу так і не зателефонував на швидку, погрожувала поліцією, наводила аргументи, переконувала  у необхідності госпіталізації  й проведення тесту. Було зрозуміло, що якщо до мене приїде швидка, навіть щоб взяти матеріали для аналізу, то я вже все одно буду «засвіченим». Крім того, моє усамітнене проживання у квартирі ускладнює необхідну  комунікацію із зовнішнім світом у режимі ізоляції. Обставини змушували вчинити за схемою лікаря, але попередньо все ж таки вдалося домовитись про те, щоб не влаштовувати шоу біля під’їзду зі швидкою та «космонавтами». Я вийшов здаватися за межі двора на вулицю – навіщо передчасний розголос та  лякання сусідів.

 

 

На новому місці я довго не міг заснути, до того ж ще різко заболіло горло, набрякли гланди та підвищилася температура. Я вже  і не знав, що думати:  чи це алергічна реакція на ін’єкцію антибіотика, чи прогресування моєї хвороби. Ця неприємність  та неусвідомлений стрес пів ночі свердлили дірку в моїх мізках: «А якщо у мене ковід і я тут зігнуся, тоді ця напівпорожня кімната та лише очі медперсоналу в захисних комбінезонах – це все, що залишилось побачити мені у цьому житті». Такі думки були, звичайно, не радісними, однак і страху вони не наганяли. З одного боку, в глибині душі я не вірив такому поступу, з іншого – не бачив, що мене може тримати на цій землі, крім інстинкту самозбереження. Екклезіяст колись попереджав: «Що було, воно й буде, і що робилося, буде робитись воно, і немає нічого нового під сонцем!..» А ще: «…Все суєта!» Його підтримав герой фільму «День бабака» вустами Білла Мюррея: «А якщо завтра не буде? Сьогодні, наприклад, його не було!»

 

З третіми півнями біль у горлі сплила, як ніч, неначе і не було її. Світ поступово насичувався кольорами літнього ранку. Через прочинене вікно я вдихнув свіжого повітря, відчув його прохолоду. Разом з ним у кімнату увірвалося каркання ворон, які уподобали собі тополю неподалік від «вежі мого ув’язнення», а зараз кружляли перед вікном розминаючи собі крила. Біля дерева брав початок  бетонний паркан, який розмежовував територію лікарні й приватного сектора. Я стояв споглядаючи цей пейзаж перед вікном і ще не здогадувався, що він  перетвориться для мене  на  живу понуру фотошпалеру, яка буде перед очима шістнадцять днів.

 

Мої апартаменти складалися з  кімнати, в якій у моєму розпорядженні було звичайне лікарняне ліжко, приліжкова тумбочка, у кутку  тулився столик для обіду та стілець. За дверима знаходився невеличкий шлюз-приміщення, до якого прилягали  туалет та душова кімната, там же був  і вихід у коридор, куди хворим заборонено і носа висовувати. Таким чином стіни цього ізоляційного боксу окреслювали мій новий світ.  Мені нічого не залишалося, як тільки звикати до нього та пристосовуватись до тутешнього розпорядку дня.

 

Яким би день не був довгим,  прийшов вечір, а з ним – і лікар. Він поцікавився моїм самопочуттям, перевірив сатурацію (до речі, вона за весь період хвороби  була у нормі)  та ретельно прослухав мої легені. У нього дізнався, що аналіз крові, моє жорстке дихання та рентгенографія вказують, що маю невеличке запалення у правій легені. Щоправда, він не зовсім був упевнений у рентгенівському знімку, який ледь щось показував і не там, де слід було б очікувати – це було зрозуміло з його додаткових запитань.

 

Було видно, що прояв моєї хвороби не явно виражений ще й тим, що декілька разів мої легені прослуховували  у два стетоскопи та чотири вуха одночасно двоє лікарів.

 

В першу половину дня працювала інша лікарка, і я на ранковому обході поцікавився у неї про свої легені. Вона вважала, що у мене  не одностороння пневмонія, а бронхіт.

 

Єдине, що можна було сказати однозначно,  то це про розшифрування кардіограми.  Вона показала, що з «мотором» проблем у мене немає.

 

Легкий перебіг хвороби наводив на думку, чи не даремно мене сюди запакували. Востаннє я лежав у лікарні тридцять шість років тому, і то помилково. Згадалась кумедна історія.

 

 

Одного чудового літнього дня мені стало зле й унітаз став моїм найкращим друзякою. Він підставив своє міцне плече, а я  протягом декількох годин виливав йому  свою душу всіма можливими способами на які тільки здатний людський організм.

 

Дружба дружбою, але потрібно було з цим щось робити. Поліклініка у неділю була закрита, тож я почовгав до чергового на станцію швидкої. Там знайшли  якусь  жінку в білому халаті, можливо, то була і лікарка – ­­­хтозна. Моя розповідь її дуже вразила і вона поцікавилась, де локалізується  біль. Боліли всі м’язи живота, і я сказав по своїй юнацькій простоті, що біль відчуваю у ньому скрізь, а ще болять гланди й сльози очі застеляють. Жінка у білому жахнулася і, проявивши максимум свого співчуття, сказала, що я ще такий молодий, а маю  симптоми такої тяжкої хвороби і мені потрібна негайна госпіталізація.

 

На другий день перебування в лікарні я відчував себе повністю здоровим. На третій – повідомили, що десь загубились мої аналізи й завтра потрібно здати їх повторно. На четвертий – нарешті розібралися з ними. Я був здоровий.  Зрадівши я було зібрався додому, але лікарка попросила мене залишитись до вихідних, мовляв,  навіщо  у п’ятницю йти на роботу – краще на вихідні додому, та й лікарняний під них закриють. (Їй потрібно було заповнення койко-місць, тому ми порозумілися і зійшлися на цьому). Поки не було аналізів, лікували мене якимись таблетками, а після виписки з’ясував, що то були «закріплюючі». От я й закріпився,   що на днів п’ять і про горшка забув.

 

 

Разброд и шатание

ЧеширКо

Овен: Ребята, давайте прекращать этот разброд и шатание. Нам нужен главный. Предлагаю выбрать его на этом собрании.

Весы: А чем тебя не устраивает шатание?

Скорпион: И чем тебя не устраивает разврат?

Козерог: Он сказал - разброд, а не разврат.

Скорпион: Да? Жалко.

Водолей: Жалко у тебя знаешь где?

Скорпион: Там же, где у тебя водосток.

Лев: (оседая на пол) Ребят, что-то мне плохо...

Овен: Срочно похвалите Льва! У него приступ дефицита лести.

Рак: Ты молодец, Лев!

Стрелец: Вообще, красавчик!

Водолей: Лев, ты лучший!

Лев: О, полегчало... Спасибо.

Весы: И давно у него такое?

Овен: С августа.

Скорпион: У меня тоже такое бывает, но я обычно сам себя хвалю и все проходит. Вот такой я находчивый. А девушкам нравятся находчивые. Да, Дева?

Дева: (смахивая Скорпиона веником в совок) Уже насекомые завелись... Когда в последний раз здесь пылесосили?

Козерог: Скорпион - не насекомое, а паукообразное. Очень просто научиться определять разницу - у насекомых по три лапки с каждой стороны, а у паукообразных - по четыре. К тому же есть еще несколько отличий, о которых...

Телец: (шепотом) Стрелец, шмальни ему стрелой между рогов. Он какой-то нудный.

Рыбы: Нет смысла в убийстве. Рано или поздно все мы покинем этот мир.

Телец: Предлагаю тебе покинуть его первым.

Рыбы: (впадая в депрессию) В каком-то смысле все мы уже давно мертвы...

Близнецы: Ребят, как насчет настольных игр, раз уж мы все собрались?

Овен: Вообще-то, мы здесь собрались по другому поводу.

Близнецы: (раскладывая монополию) Одно другому не помешает. Рыбы, вы играете?

Рыбы: (выныривая из депрессии) Этот мир и сам является большой игрой, в которой нет победителей.

Лев: (хватаясь за сердце) В смысле - нет победителей?

Овен: Скорее, у него снова приступ!

Рак: Ты молодец, Лев!

Стрелец: Вообще, красавчик!

Водолей: Лев, ты лучший!

Лев: (лежа на полу) Так я победил?

Близнецы: (сворачивая монополию, недовольно) Да, да... Победил. Помрешь еще без лести.

Козерог: Должен отметить, что невозможно умереть без лести, так как лесть сама по себе не является основой жизнедеятельности.

Телец: (шепотом Стрельцу) Ты шмальнешь уже, наконец, или нет?

Дева: Предупреждаю - я только что помыла полы. Увижу хоть одно пятнышко крови - обглодаю лицо.

Овен: Может вернемся уже к нашему разговору? Нам нужен главный.

Скорпион: (выползая из мусорного ведра) Главным буду я.

Телец: (шепотом, Стрельцу) Шмаляй, у него крови точно нет.

Козерог: Вы заблуждаетесь. Кровь у скорпионов есть и она голубого цвета.

Скорпион: Тем более! Голубая кровь - признак благородного происхождения. Кому как не мне быть главным?

Козерог: Небольшая поправочка. «Голубая кровь» - всего лишь фразеологизм и не имеет никакого отношения к происхождению.

Близнецы: (тасуя колоду карт) Какие-то вы скучные. Может лучше забьем козла?

Телец: Я давно уже за! Шмаляй, Стрелец!

Козерог: За козла ответишь, тушенка.

Рак: У меня, на секундочку, кровь тоже голубая.

Скорпион: У меня голубее! И еще меня девушки любят. Да, Дева?

Дева: (засасывая Скорпиона в пылесос) Да как же они размножаются-то?

Скорпион: (глухо, из пылесоса) Лучше всех!

Весы: Хотелось бы уточнить. Какие обязанности будут у главного?

Рыбы: Как у всех - родиться, немножко пожить и умереть.

Весы: Тогда я не вижу смысла в этой должности.

Рыбы: (впадая в депрессию) Смысла нет ни в чем.

Овен: Кто снова забрал у Рыб антидепрессанты?

Близнецы и Водолей: (натягивая сетку для волейбола) До двадцати побед, а потом на дискотеку! Юхууу!

Весы: И всё же. Юридически этот статус как-то будет закреплен?

Козерог: Поддерживаю. Это важный момент.

Телец: (Стрельцу, шепотом) С двух рук умеешь шмалять?

Овен: Это будет неофициальная должность.

Весы: А как мы тогда будем действовать в случае возникновения конфликтных ситуаций?

Овен: (нетерпеливо) Как, как... раком!

Рак: Может лучше Овном?

Рыбы: (обреченно) Все мы, по сути, когда-нибудь станем овном...

Стрелец: А никого не смущает, что барашков овнами уже лет триста никто не называет?

Овен: А ты, типа, до сих пор на службе у Ивана Грозного? Ты лучше у Козерога спроси - что он, вообще, такое?

Козерог: Ты на меня стрелки не переводи.

Телец: Правильно говорить не «стрелки», а «стрельцы».

Водолей: (тихонечко в уголке льет воду, делает вид, что никого не слышит)

Овен: Я все же предлагаю вернуться к обсуждению...

Близнецы: А я предлагаю зарубиться в шахматы.

Водолей: На раздевание!

Лев: Я первый! Кто против меня?

Рак: А хитиновый покров считается за один предмет одежды?

Скорпион: (из пылесоса) Если что, я уже разделся! Дева, загляни в шланг!

Телец: (Стрельцу) Скорее шмаляй в трубу!

Козерог: Есть огромная разница между трубой и шлангом.

Рыбы: Кому еще антидепрессантов?

Весы: Давай, я взвешу всем поровну.

Дева: Просыпешь на пол - вырву сердце.

Овен: Но... А как же... Ай, ладно. Черт с вами. Кто последний в очереди?

 

Класика

В юності заслуховуквався аудіокнижками з оповіданнями Леся Подерв'янського. А оце нещодавно згадав, дещо переслухав — всі жарти і діалоги сприймаються більш глибше. Як прослуховування музики на затертих касетах на китайському магнітофоні в дитинстві — і зараз в 320 кб/с або WAV на колонках, з басами, фоновими інструментами — музика розкривається ширше.



Дневник (3)

                  Предыдущее тут 

6 сентября

 Опять была жуткая ночь, опять снилась Рыж, то есть Катя. В классе она стояла у доски в тех самых синих сапогах,  оранжевых шортиках и, естественно, топ лесс. Дотягивалась на самых цыпочках дабы писать дифференциальные уравнения термодинамики. Зрелище было отнюдь не для отягощенного воздержанием меня. Потом весьма похоже изобразила  мою унылую рожицу с  мерзким потоком слюны изо рта.  Стоп!!! Откуда, черт возьми, мне школяру, знать, что то были диф уравнения термодинамики!??  А она откуда их знает?  Прочел на всяк случай  "Отче наш" и подался в храм знаний. 
   По дороге Рик хмыкнул - а  ты откуда молитву знаешь?
 И правда, откуда, но ведь все в руках Господа!   
    Ох,  надо  хотя бы поговорить с этим знатоком термодинамики.

  Первый урок  был пуст, не пришла историчка.
 На кафедру забрался Никита, ярый поклонник Дон Жуана и Казановы.
  - Поговорим ныне о сексе, о вашей постоянной думе.
Теории не будет, ибо понятно, Кама Сутру вы знаете тверже таблицы умножения.  Хромает у вас досточтимые идеология и практика. Мои ближние просветили меня и пришла пора поделиться этим с вами.
  - Никак у тебя случился инцестик? Съязвила Ленка.
  - Случилась встреча родственных душ, порочное дитя.
  - Итак, наиболее острые секс ощущения достигаются у деток в возрасте от 14 до 20 лет. С возрастом они все более тускнеют. Хотелось бы, сами понимаете, их испытать.
    С другой стороны общество деградирует, все больше наркоманов, алкашей и психов. Из своей среды они выбирают политиков, которые развязывают войны  и  не препятствуют отравлению планеты. Откуда следует,что встретить достойного спутника жизни будет весьма проблематично.  И большой такой писец всем нам может нагрянуть внезапно.  Вывод один - любить друг друга надо здесь и сейчас.      

  И начались вопли... от - это аморально, до - а это как?
  Никита, это дитя греха, продолжил.
  - У нас 10 принцесс и 12 рыцарей.  Организуем 10 дневный лагерь услады.  Палатки, дачи, отели не суть важно. Каждая принцесса сама выбирает   себе рыцаря на ночь любви, можно даже двух. Но не более 3 раз одного и того же. Ибо в будущей жизни скорее всего будет не так. Гости могут иметь место, но правила для них те же.  Кто за - поднять руки!  
     Принцессы подняли 7 рук, рыцари 9.  Я, как обычно, сидел, смотрел.
 Рик вдруг зарычал  - поднимай руку, онанист хренов!  Поднял... может ему виднее...


     Дождался конца уроков, поджидаю Катю.  Смотрю идет, росточек 130 -140см, менее 40 кг веса, совсем малышка.  Сумку приличную тащит.  Подошел, привет говорю Катя, я Александр, Саша, Саня, как удобнее.       Она молчит, глаза громадные... в них надежда, страх, сомнение, слабое понимание. Утонул я в них... потом меня понесло.
     - Снишься ты мне Катенька, давай я буду тебе братом, дабы не мешать Чарли, я не пью, не курю, наркотики ненавижу, даже в интернет захожу по большой нужде. Слегка улыбнулась и говорит:
      - А ты  ддддрррр.... и слезы из глаз...
      Жалость меня обуяла, поднял я ее вместе с сумкой, прижал к себе и поцеловал... ну не очень по братски. Улыбнулась пошире и свободно так:
      - А ты драться не будешь?  Я ведь дразнилась...
      Забрал сумку и повторил лечебную процедуру. Потом мы мирно побрели к ее дому, болтая про то про се. Еще трижды случались у Катюши приступы заикания, кои я лечил профессионально и с большим энтузиазмом.   
       
       У дома Катя попросила подождать, сказала скоро выйдет и мы погуляем.  И правда, через несколько минут она появилась с рыжим сеттером и тот принялся с яростью меня облаивать. Катя еле его удерживала, зверь рвался меня покусать. Она привязала его к скамейке и, подойдя ко мне, молвила - только поцелуй моей правой руки может помочь вам подружиться. Исполнил с удовольствием и тщанием. 
Пес мгновенно завилял хвостом и, после освобождения от привязи, бросился ко мне лизаться. Мммдаааа... спец дрессура была знать.
       Катя с ехидной улыбочкой  произнесла:
   - Знакомся Саня, это Чарли!  
                                                               
    

               Продолжение тут

Глухая жена

Глухая жена

Муж заподозрил, что у его жены ухудшился слух. Прожив 30 лет в браке, он хорошо знал супругу – и чтобы избежать спора, решил сначала проконсультироваться с врачом, а уже потом, имея доказательства, начать разговор с женой о необходимости лечения.

Доктор сказал, что можно провести простой тест в домашних условиях, после которого врач сможет поставить предварительный диагноз. И объяснил его суть:

– Попробуйте такой метод. Задайте ей любой вопрос с расстояния около 15 метров. Если она не ответит, то подойдите ближе. Задайте ей тот же вопрос, но уже с расстояния в 12 метров, потом 9, потом 6, потом 3 и так далее – до тех пор, пока она ответит на ваш вопрос. Так вы поймете, есть у нее проблемы со слухом или нет.

После встречи с доктором муж поспешил на работу. Когда вечером он вернулся домой, то застал жену за приготовлением ужина. Он вспомнил, что ему сказал доктор и решил устроить проверку. Он отошел в гостиную и с расстояния в 15 метров спросил:

– Дорогая, что у нас сегодня на ужин?

Жена не отвечает.

Муж подходит ближе и с расстояния в 12 метров задает вопрос: «Дорогая, что на ужин?»

Жена молчит.

Муж, подходя ближе, на расстоянии в 9 метров: «Дорогая, что ты готовишь?»

Снова тишина.

Еще ближе, на расстоянии в 6 метров: «Что ты приготовила на ужин, милая?»

И опять нет ответа.

На расстоянии в 3 метра: «Что сегодня на ужин, дорогая?»

И даже теперь ответа, к его большому сожалению, не последовало.

Пытаясь в последний раз, муж встает прямо за ней и спрашивает: «Дорогая, что у нас сегодня на ужин?»

Жена поворачивается: «Я в пятый раз тебе повторяю: курица!»

 



Мост для Поли



Мост для Поли

В жене Сергею нравилось решительно все.
И то, что она худая и почти нет груди.
И то, что она совсем, казалось, бескровная и бледная.
И личико остренькое и скуластое.
И длинноватый тонкий носик.
И глаза такие зеленые и бездонные.
И русые прямые волосы, всегда собранные в пучок.

И то, что ее зовут необычным для деревни именем, Поля. И, несмотря на то, что с тех пор, как он привез ее из райцентра в свою деревенскую избу, прошло почти двадцать лет, он все еще с ума сходил в ожидании ночи с ней, когда она с утра, каким-то ведомым только ей способом давала понять, что сегодня ночью ей хотелось бы близости.

Весь день он ходил радостный: и работал на своем тракторе радостно, и подмигивал всем подряд, и даже пытался шутить с односельчанами, что делать у него выходило плохо, неуклюже, и он это знал. Но все равно не удерживался и шутил.

С годами близость между супругами стала случаться реже, но совершенно не утратила привлекательности. Сергей млел при одной мысли, что он скоро поцелует жену в шею, а она громко выдохнет и это будет означать, что вот, да, она любит и хочет его. Как всегда.

В деревне их браком реже восхищались, а чаще завидовали. Особенно женщины. Сергей не пил и много работал.

Хозяйка, в деревенском понимании этого слова, Поля была плохая. Ни скотины, ни огорода не держала. А только выращивала астры в палисаднике, да и все. Но Сергею было все равно. Все, что он любил, Поля готовила из продуктов, привезенных автолавкой. И готовила вкусно.

Она любила его и искренне гордилась сильным, трезвым и всегда влюбленным в нее мужем. Требуя от него только одного: чтобы он называл кетчуп — кетчупом, а не «кепчуком», как привык, и не смел называть табуретку «тубареткой». Она была совсем слабенькой. Вместе с тем, местные врачи не находили у нее никаких болезней.

Поля любила ходить по ягоды. И однажды с полуупрёком сказала Сергею: «Вот жаль, что у нас мостика нет. Трудно в поле ходить через речку-то». Сказала и забыла, пошла с ведром по ягоды.

А Сергей не забыл. Он скорее удивился. Ну что такого трудного? Поколения и поколения деревенских женщин ходили вброд. А ей, видишь ты, трудно. Он покачал головой и задумался, глядя ей вслед и сам того не сознавая, привычно восторгаясь, как грациозно она несет ведро, держа его чуть на отлете…

Пока она ходила по ягоды, он съездил в совхоз и выпросил у директора досок. Немного — директор быстро уступил. Два бревна Сергей выпилил из брошенной покосившейся избы на краю деревни. И из этого всего сколотил для Поли мост.

И когда она возвращалась с ведерком малины, то увидела мост и сидящего рядом с ним Сергея и поставила ведро у речки, а сама медленно, словно модель на подиуме прошлась по мосту. И на середине вдруг бросила на Сергея быстрый взгляд и подмигнула. Сергей сглотнул. Она выглядела так величаво-победно! Будто королева, которая благосклонно взирает на своего влюбленного пажа. И когда она подмигнула, то Сергей подумал, что, вероятно, у них опять будет замечательная ночь…

Но вечером случилось несчастье. Поля перебирала ягоды и вдруг упала в обморок. Упала тяжело с таким грохотом, какой невозможно было предположить от падения худенькой женщины. Сергей почему-то сразу понял, что это не шутка, не женский обморочек, что случилась какая-то ужасная беда.

Он вызвал скорую из райцентра, а потом осмотрел Полю. Она дышала. Ровно и спокойно. Только глаза закатились, и видны были одни белки. Он поднял ее на руки. И понес в баню. Там он снял с нее мокрый халат и стал обтирать теплой водой и полотенцем. Поля пришла в себя. «Что ты делаешь? — спросила она. — Что со мной?»

И, увидев халат, заплакала:
«Как стыдно! Ой, как стыдно!»
«Что ты, елки-палки! — Сергей не знал, что сказать и заплакал. — Сейчас доктор приедет.»

Он вытер ее и отнес домой. И она, такая хрупкая, лежала, прижавшись к нему всем телом и головой. И только ноги свисали безвольно с его руки.

— Ну, может надо будет немного и полечиться, сказал доктор из районной поликлиники и сделал укол.

Лечение заняло не больше года. После чего Поля умерла в больнице от рака крови.

Это был ужасный год. Обмороки стали частыми. Сопровождались они временной потерей памяти и многими другими неприятными последствиями, так что смерть стала облегчением для нее. А для него…

Поминки всей деревней кончились песнями и дракой. В которой Сергей не участвовал. Повинуясь какому-то трудно осознаваемому чувству, он пошел туда, где видел свою жену в последний раз здоровой. К мосту.

За тот год, пока Поля болела, он ни разу не был здесь. И вот теперь он увидел, что мост сожгли. Сделал это кто-то из тех, кто сейчас сидел на поминках. Обугленные остатки досок торчали как гнилые зубы, черные бревна были сдвинуты и с одного берега упали в воду.

Вся боль, которая год копилась у него внутри, вдруг сосредоточилась здесь, и ее единым выражением был разрушенный и сожжённый мост. Он быстро зашагал обратно к дому. Виновник сидел там. Оставалось узнать кто и….

… Что будет делать, и как узнавать, он не знал…

Любой, любой мог сжечь, вся эта серая толпа за длинным столом. Сергей распахнул дверь и разговор сразу, в одно мгновение, умолк. Люди почувствовали: что-то неладное творится со вдовцом.

— Кто сжёг Полин мост? — спросил он. И, когда ему не ответили, добавил: «Всех убью».

Сказал так просто, что каждый сидящий за столом понял — да, убьет.

Томительную тишину прервала бабуля по кличке Командир, бывшая бригадирша в совхозе:
— Вставайте, пакостники, кто сжёг!

Сергей молча посмотрел на сидящих за столом. Пакостники боялись подняться. И каждый, почти каждый мог сделать это. Люди сидели серой массой, боясь поднять глаза от тарелок.

И тогда Сергей вдруг почувствовал, что устал. Что Поле не нужен его мост. Что она не пойдет больше за ягодой. Что она умерла.

Он сел на лавку, и, закрыв лицо руками, заплакал. Заплакал, как мальчишка, постанывая и всхлипывая. Громко. Навзрыд.

На следующий день он приехал на тракторе на склад и ему без разговоров выдали еще досок. Бревна он выпилил там же, где и раньше. И когда он вез их по деревне, то люди кивали и здоровались с ним как обычно.

И он, как обычно, отвечал им.

К вечеру он сколотил новый мост. Вся деревня слышала, как он пилит бревна бензопилой, как шлифует доски и забивает гвозди.

Придя домой, он лег спать и ему снилась Поля, идущая через мост, и он все хотел позвать ее, да не мог…

Сергей проспал почти сутки и, проснувшись, сразу пошел к мосту, сам не зная, зачем. И когда он пришел туда, то, наверное, первый раз за год улыбнулся.

Кто-то, пока Сергей спал, приделал к мосту перила.

Автор: Борис Мирза

 

Есть люди, которые никогда не будут жить в достатке…

Есть люди, которые никогда не будут жить в достатке…

Эльдар Ахадов

Есть люди, которые никогда не будут жить в достатке, сколько бы они ни зарабатывали. А есть люди, у которых в конце концов обязательно будет достаток, как бы их ни грабили. От количества денег тут ничего не зависит, только от отношения к ним. Профукать можно всё.

Есть люди, которые всё равно не сделают порученной им работы, сколько бы им ни заплатили. А есть люди, которые всё равно выполнят свою работу, даже если им совсем не заплатят. И опять дело не в деньгах, а в отношении к труду. Чтобы ничего не сделать, отговорку можно придумать всегда.

Есть люди, которые всю жизнь ноют о том, что они плохо живут. И они, действительно, живут плохо даже тогда, когда у них есть всё для хорошей жизни. А есть люди, которые всегда живут хорошо, даже тогда, когда у них нет ничего.

И материальное здесь ни при чём.
Здесь — людское.