хочу сюда!
 

Инга

28 лет, рак, познакомится с парнем в возрасте 28-39 лет

Заметки с меткой «дракон»

Обсидиановый Змей #12. В плену синевы

                  Кто ходит в гости по утрам, парам-парам... 

                  Только не драконы: они в это время спят. Правда, к нашему герою это не относится. 



http://s013.radikal.ru/i325/1407/19/5f85c2e81e1f.jpg               


Глава 12: В плену синевы



             Неприметная с виду пещера, скрывшаяся под одной из бесчисленных столповидных скал, встретила своих посетителей колоннадой из сталактитов, конца которой не было видно во тьме даже приспособленным к ней зрением. Множественные каменные пальцы, тянувшиеся из потолка, будто ждали возможности поймать любого, кто попытается безнаказанно пройти под ними, однако гости, пожаловавшие в их обитель, были не так просты. При желании или неосторожности, они вполне бы выровняли острый потолок, обезопасив себе дорогу, однако никто из них не посмел вмешиваться в бесконечно долгую кропотливую работу природы. Вся галерея на пути крылатых змеев выглядела совершенно нетронутой, будто по ней никто ни разу не проходил, и случайному искателю пещерных красот вряд ли когда-нибудь пришла бы в голову безумная мысль о том, что где-то в глубинах непроглядных залов дремлет с десяток-два громадных драконов.
           
           С осторожностью обойдя все каменные шипы вслед за старшим синим драконом, Агнар услышал доносившийся вдали шум стекавшей воды. Вполне вероятно, это был подземный водопад, о которых красный дракончик знал только по наслышке и которые всегда хотел найти. Он считал, что в пещерах с таким дополнением и следовало обустраивать драконьи логова, чтобы обмывать свою чешую и наслаждаться вкусом холодной воды, не выходя из дома. Очень скоро его любопытство было удовлетворено, когда спустя пару сотен безмолвных шагов его взору открылся глубокий пещерный зал, в котором сквозь светлую щель в потолке ниспадал широкий поток кристально чистой воды. Увиденное зрелище не оставило Агнара равнодушным, заставив его сбавить ход. Заметив завороженный взгляд юного гостя, Сталагмир остановился прямо перед уступом и ненадолго позволил ему осмотреть достопримечательность.

            — Старейшина не любит задержек, — глядя на водопад, сказал синий змей.

           Эта фраза вернула увлечённого дракончика обратно в действительность. У него не было возможности вволю осмотреть все красоты обители Синего клана. Как только Агнар повернулся к Сталагмиру в ожидании дальнейших указаний, тот продолжил:

            — А ещё больше он не любит, когда ему говорят неправду. За свой долгий век он видел рождение и смерть целых поколений, и твоя жизнь для него - лишь крохотная капля, затерянная в этом бесконечном водопаде времени. Не испытывай его благодушие, - холодно произнёс Сталагмир, после чего, заметив смятение на морде Агнара, добавил: — Когда тебе не захочется отвечать на неудобный вопрос, лучше не говори ни слова. Целее будешь.
            
           Дракончик взглотнул. Тем временем Сталагмир взлетел с уступа и начал плавно спускаться ко дну водопада, уходившего вниз гребеньев на пять. За ним, расправив крылья, последовал Агнар, и скоро оба дракона оказались внизу, на берегу подземного озера, питаемого бесконечно стекавшей водой. 

            — Прежде, чем войти, красный дракон, прояви уважение к нашему дому, и испей его воду, - молвил Сталагмир.

           От такого предложения уставший за ночь Агнар не мог отказаться. Глянув на отражение света в воде, проникавшего сквозь потолочную щель, он "проглотил" его своей пастью и утолил свою жажду. Убедившись в соблюдении традиции, синий дракон своим крылом открыл малому гостю ход, сокрытый за плотной завесой водопада. Увиденное заставило Агнара почувствовать себя героем сказки: ему было сложно скрывать своё восхищение. Однако, втайне он прикусывал себе язык, чтобы не испытывать терпение синего дракона и не выслушивать от него очередную суровую реплику. К его удивлению, тот продолжал держать своё крыло под сильным потоком воды, позволяя дракончику войти, не промочив чешуи. Как только дракончик спешно проскочил под синим "зонтом", Сталагмир прошёл сам, и, вновь оказавшись перед Агнаром, дал ему ещё один совет:

            — Скоро мы пожалуем в покои Старейшины. Как только я остановлюсь, остановись сам и стой смирно, не двигаясь, и не издавая лишних звуков. Он сам пожалует к тебе.

           О такой чести Агнару не приходилось и мечтать: сам старейшина Синей чешуи придёт к нему! Вот только зачем? Зачем синие драконы пускали его в самое сердце своего клана? 

           Окунувшись в воспоминания всего, что ему было известно о них, он не мог найти ответа. Со слов отца, в клане Красной чешуи синих драконов было принято называть предателями. Так их нарекли после того, как они отказались прийти на помощь братьям с красной и зелёной чешуей в последнем великом противостоянии с человечеством, что привело чуть ли не к полному истреблению драконьего рода. После тех событий кланы на какое-то время прекратили своё существование, и у выживших потомков убитых людьми родителей ушли долгие годы, а то и века, чтобы вновь собраться полноценными общинами. Со временем новосозданные кланы Красной и Зелёной чешуи восстановили свои взаимоотношения, а синие драконы, как и прежде, продолжали затворнический образ жизни, ограничиваясь редкими встречами с остальными сородичами. И судя по тому, с каким настроением его встретили, у Агнара не было ни единого повода думать, что они собирались пойти навстречу к красным драконам.

            За время раздумий оба змея под отдалённый шум оставшегося позади водопада пересекли несколько просторных пещерных залов с высокими потолками и множеством ходов. Среди всего этого разнообразия он присмотрел несколько красивых водоёмов, украшенных нетронутыми скульптурами, созданных самой пещерой, но при этом не встретил ни одного дракона на своём пути. Казалось, именно в таких просторных, но тёмных залах драконы и должны были проводить время, пока снаружи светило солнце, но Агнар не видел вокруг никого и не слышал ничего. Ничего, кроме отдалённого шума воды и топота, издаваемого им со Сталагмиром. Складывалось ощущение, будто бы в этой пещере не было никого, кроме них, и в дракончика начало закрадываться чувство, будто никакого клана со старейшиной там не было, а его вели прямиком в ловушку, из которой он никогда не сможет выбраться.

           Внезапно откуда-то со стороны донёсся звук скатывающегося камешка. Он был едва слышным, и старший змей не обратил на него внимания, но Агнар смог отыскать его расположение в одном из расположенных поблизости ходов, в котором промелькнул и исчез чей-то силуэт. Красный дракончик не успел рассмотреть его как следует, однако ему показалось, будто скрытый в мраке незнакомец был драконом, но небольшим, возможно даже его возраста. Это была лишь догадка, но даже того короткого мгновения, за которое проскочила породившая её случайность, Агнару хватило, чтобы отвлечься от мрачных мыслей.

          "А вдруг они просто скрываются от меня?" - подумал он, пробегая глазами по казавшимся пустыми пещерным коридорам.
 
          После непродолжительной игры глазами Агнар вошёл в небольшой зал, украшенный колоннами из сросшихся между собой сталактитов и сталагмитов. Именно там шедший впереди Сталагмир сделал свою остановку. Агнар остановился вслед за ним, после чего синий змей двинулся обратно, и, обойдя дракончика, стал где-то позади него.

           Наступила продолжительная тишина. В колонном зале от шума водопада не осталось и следа. Такая атмосфера нагнала холода под чешую Агнара: он испытывал жуткие ощущения от того, что не слышал ничего, будто его лишили слуха.

           "Как долго это будет продолжаться? Где же старейшина ходит?" - напряжённо думал Агнар, продолжая чётко выполнять указания Сталагмира. "Он может испытывать меня, как всегда делают старейшины. Так и есть. Я среди синих драконов - нужно оставаться хладнокровным... Как долго? Ничего не меняется. Мне нужно что-то услышать, иначе я сойду с ума!"

           Пока перепончатые уши ничем не могли помочь своему владельцу, его глаза продолжали видеть в темноте, хотя ещё на пороге пещеры они не видели ничего в мраке неизвестности. Возможно, ему нужно было ещё немного времени, чтобы привыкнуть и сосредоточиться, прежде чем чувства начнут проявлять себя в полной мере. Вскоре сквозь тишину он услышал тихий прерывистый стук. Его сложно было уловить, но Агнар всячески пытался выявить, от чего он доносился. Это могло быть капание стекавшей со сталактитов воды, шаги бродивших в запутанных коридорах обитателей пещеры, лёгкие постукивания хвостом утомлённого ожиданием Сталагмира, а, может быть, даже биение собственного сердца... 

          Поиски нарушителя тишины прервались, как только в скрытой за углом комнате кто-то неторопливо поднялся на лапы и тяжёлой величавой поступью с приглушённым скрипом тянувшихся по каменному полу крыльев, отправился навстречу к двум застывшим в ожидании драконам. У Агнара перехватило дыхание, как только в конце колонного зала показался долгожданный силуэт: после нескольких жутких минут неподвижности и тишины, встреча со старейшиной стала для него по-настоящему желанной. Он по-прежнему испытывал тихий страх перед шедшим к нему змеем, но в тоже время был в предвкушении воочию увидеть самого старейшину драконьего клана. И не какого-нибудь, а самого, что ни есть, древнего и таинственного! 

          Направшийся навстречу Агнару дракон вызвал неприкрытое удивление на покрытой камешками голове. Обвисшая чешуйчатая кожа, на которой плясали нагрудные пластины, крылья, которые тянулись по земле, словно неподъёмная обуза, широкая нижняя челюсть с гулявшими по ней кривыми зубами - всё это в сочетании с медленным шагом и приглушенным пыхтением наглядно показывало безрадостные перспективы драконьей старости. Однако, даже не это удивляло юного гостя: морда старика была начисто лишена каких-либо бросавшихся в глаза черт, будь то челюстные гребни, грубый разрез пасти, наросты на носу, над глазами или на подбородке - в ней не было ничего лишнего. Эта хладнокровная внешность, подкрепляемая тёмными, покрытыми чем-то, рогами, острым костяным гребнем и сложным узором нагрудных пластин, довершаемая таинственным прищуренным взглядом создавала неповторимую харизму, присущую лишь истинным патриархам драконьего рода.

         Её обладатель остановился всего в паре шагов от застывшего пришельца с красной чешуёй, и, недолго простояв с ним безмолвии, хриплым голосом воскликнул:

           — Ксат, энидак!

           Вопреки ожиданиям Агнара и правилам драконьего этикета, старик начал разговор не с приветствия, а с чёткого указания: "Отомри, красное дитя!" Тем не менее, оно сбросило гору с плеч утомлённого гостя и позволило ему слегка размять онемевшие конечности. Старший змей тем временем поднял свои, на первый взгляд, неподъёмные крылья, и, обретя по-настоящему величественный вид, вернулся к порядку традиций:

           — Я, старейшина драконов Синей чешуи, приветствую тебя в доме нашего рода.
           — Приветствую вас, Старейшина! - выпалил Агнар, склонив крылья. Не будучи уверенным в порядочности ответа на приветствие старейшины, он решил сгладить разговорные углы прежде, чем тот ему ответит: — Благодарю вас за приём!
           — Не стоит, - ответил он, не выражая ни капли эмоций. — Можешь не представляться, красный дракон, названый в честь разжигающего огонь приспособления. Я хочу взглянуть на твои истинные краски в свете твоего огня.

           "Он знает моё имя?!" - спросил себя ошеломлённый Агнар. "И мой огонь? Имел ли он в виду мои камушки?"

           Этих вопросов юный дракон не мог озвучить вслух, но узнать ответ на последний вопрос ему ничто не мешало. Вместо того, чтобы зажечь камень со своего воспламеняющегося покрова, он повернулся в сторону и, бросив взгляд то на Старейшину, то на стоявшего позади Сталагмира, выплеснул струю яркого пламени.

           В огненном свете пещерный зал окрасился приятным глазу нефритовым оттенком, сменив мрачную обстановку неизвестности на более гостеприимный лад. Любуясь истинным цветом пещер взор Агнара вернулся к Старейшине, и то, что ему открылось, сбило размеренный поток огня. Старый дракон, украшенный обвисшей сизой чешуёй, мрачно смотрел на юного гостя янтарного цвета глазами, в которых не было видно зрачков. Поначалу это навело дрожь на Агнара, однако, вглядевшись получше он разглядел едва заметные тонкие полоски зрачков и вспомнил о том, что родители сами не раз сбивали его с толку таким взглядом. По-настоящему же вздрогнуть его заставили рога Старейшины, которые были покрыты следами свежей крови.




          — Довольно, - с хрипотцой прорычал сизый змей.

          Агнар потушил свой огненный "фонарь" и, потеряв всё перед глазами, принялся тушить свои эмоции.

          — В тебе также течёт кровь зелёных драконов, красное дитя, - заметил Старейшина. — Она передалась тебе по матери... твоего отца?
          — Да, - вырвалось у Агнара. 

          Он уже был готов поймать старика на слове, пока тот делал заминку в предложении, но тот действительно оказался прав! Насколько дракончик помнил, его отец родился среди зелёных драконов, однако из-за отсутствия каких-либо зелёных черт краснокрылый дед забрал едва вылупившегося сына с собой в клан Красной чешуи.

           — К какому клану ты себя относишь, дитя? - продолжил Старейшина
           — К клану Красной чешуи, - ответил дракончик с красной чешуёй, удивляясь очевидному вопросу.
           — Где находится твой дом?
           — В клановых пещерах, - уклончиво сказал Агнар.
           — В Горящих горах, значит? - спросил старый дракон, полностью раскрыв полусомкнутые глаза.

           Дракончик выпучил глаза вслед за ним: он явно недооценил осведомлённость хозяев пещеры.

           — Да, - тихо ответил он.
           — Ты ни разу в них не был?

           Агнар не мог сказать правду синему дракону: не имея поддержки за своей спиной, он оказался бы в полной его власти. Было бы проще сказать неправду, например, о том, что в Красном клане было кому заступиться за него, однако кроваворогий змей мог его раскусить, спросив, например, имя текущего старейшины красных драконов. Находясь между Старейшиной и Сталагмиром, как между молотом и наковальней, дракончик не решался лгать - вместо этого он молчал, глядя на хладнокровную древнюю морду. Приняв молчание за ответ, сизый дракон озвучил свою догадку:

           — Будь ты там хоть раз, тебе не пришлось бы лететь в западном направлении. Откуда ты родом?
           — С Тверди, - отрезал Агнар.

           Сизый дракон поморщился, несмотря на то, что это было правдой. Так назывался мир, на поверхности которого родился Агнар, равно как все остальные драконы и люди на свете. Большей ясности он вносить не собирался: родители научили его не рассказывать незнакомцам о своём доме...

           — Надоблачный Предел... - протяжно произнёс Старейшина. — Безлюдные земли с южного края, некогда скованные ледниками... Занятно.

          У Агнара отвисла челюсть. Откуда незнакомец мог об этом знать? Если предыдущим догадкам Старейшины ему ещё как-то удавалось найти подвластные здравому смыслу объяснения, то на сей раз он оказался в тупике: о своей родине он не говорил никому из синих драконов. Неужели древний змей мог читать его мысли? 

           — Ваш род не любит ледяные края, - с мрачной хрипотцой продолжил сизокрылый старейшина. — Кто-то из твоих родителей был отшельником, оставившим свой клан?

           Разговор плавно превращался в допрос, и это стало сильно волновать слабого духом дракончика. Он был уверен, что Старейшина ждал, пока он начнёт думать об ответе, чтобы узнать о нём раньше, чем тот будет озвучен. Жаль, Агнар был не в том положении, чтобы задавать вопросы.

           — Да, - с тяжёлым вздохом сказал он.
           — Почему он покинул клан? 
           — Сложно сказать... 
           — Тем не менее, у него были на то причины. Тебе они хорошо известны, дитя, - сурово сказал Старейшина, наклонившись к смятённому гостю  — Зачем же ты возвращаешься туда, где твой родитель не нашёл себе места?
           — Я хочу жить среди себе подобных... Ведь клан - это семья! - воодушевлённо воскликнул Агнар, внезапно почувствовав в себе силы. — Какие бы разногласия в ней ни были, она всегда остаётся самым близким, что у нас есть. Она обязательно окажет поддержку в трудное время!

           На такой красноречивый выпад, которого дракончик сам от себя не ожидал, Старейшина лишь тихо фыркнул, совершенно не меняясь в выражении морды:

           — В твоей семье есть родные братья или сёстры? - продолжил он.
           — Нет.
           — Ты первородный?
           — Не знаю... - сказал дракончик, не имея возможности спросить, что это означало. — Вам виднее.
           — Ясно, - промолвил Старейшина, после чего опустил свои тяжёлые крылья. — Возможно, ты собрался попросить у меня укрытия на день?
           — Да! - зажёгся Агнар, добравшись, наконец, до сути беседы, — Я буду вам очень признателен!

           Старейшина ненадолго сомкнул свой пронизывающий взгляд, после чего дал долгожданный ответ:

           — Наш клан примет тебя до наступления ночи. Для сна тебе будет отведено место в одном из наших залов, - деловито заявил Старейшина, после чего воскликнул: — Илихирн!

          Не прошло и полминуты, как из непроглядного мрака, минуя Сталагмира, в зал пожаловал молодой дракон с множеством наростов на крыльях. Как только он поравнялся со Старейшиной, последний дал ему указание:

           — Проведи нашего гостя в зал к Измиру. Возможно, он поделится с ним лежбищем.

           "Возможно?!" - удивлённо подумал про себя Агнар. Значит, с ним могли и не поделиться? И вообще, не ослышался ли он, когда Старейшина назвал имя того, к кому его подселят?

            — Кха-ра ктак! - сказал Илихирн плававшему в мыслях дракончику, что означало "Следуй за мной!"

            Агнар подчинился, так как ничего другого ему не предлагали. Удаляясь из колонного зала, он заметил, как Сталагмир двинулся навстречу Старейшине и уже скоро своим острым слухом поймал хриплую реплику, донёсшуюся позади.

           — Пускай он поглядит на красного дракона. Возможно, это пойдёт ему на пользу.

            Речь шла о драконе, чьё имя было хорошо знакомо Агнару по одному из сказаний. Вот только был ли это тот самый Измир, которого уже давно не было в живых? Ответ ждал его впереди, в глубине пещерных залов и коридоров, в которых было легко затеряться. По мере продвижения их стены становились "разговорчивее", донося до гребенчатых "ушей" Агнара больше шумов, характерных для обитаемого клана, однако юный змей пытался выделить среди всего многообразия звуков знакомый хриплый голос, чтобы узнать, что ещё между делом может сказать достопочтенный древний змей. 

            — Странно... - отозвался тот самый голос, вновь добравшись к охотнику на звуки. — Весьма странно, как он ещё на лапах своих держится. С таким-то слабым духом... Возможно, нам сгодится и такой.

            "Сгодится для чего?!" - взглотнув, подумал Агнар, после чего ударился во что-то.

            Тем временем Илихирн успел остановиться перед входом в одну из пещерных комнат, и, бросив недовольный взгляд на врезавшегося в него попутчика, воскликул:

            — Измир!

            На зов спешно вышел обитатель комнаты. Им оказался низкорослый змей с продолговатой мордой, ростом примерно с краснокрылого гостя и явно такого же возраста. После холодного душа в виде допроса от Старейшины Агнар совсем не надеялся на то, что сможет встретить ровесника в чужом клане. Он не знал, зачем тот отозвался на чужое имя, однако, вопреки написанному на морде удивлению, он был неимоверно рад тому, что тот просто показался перед ним. 

            — Хор-канд, Илихирн! - отозвался малый незнакомец, выразив готовность выслушать старшего дракона.
            — К нам пожаловал гость из клана Красной чешуи. Старейшина удостоил тебя чести принять его у себя. Ты примешь на себя такую ответственность, Измир?
            — Разумеется! - молниеносно ответил Измир, после чего, присмотревшись поближе к камешкам на теле Агнара, предусмотрительно спросил: — А он ничем не болен?
            — Вполне здоров. Старейшина его осмотрел, - сказал Илихирн. 
            — Хорошо!

            Илихирн отошёл в сторону, дабы не мешать дракончикам наладить межклановый диалог. Они, в свою очередь, одновременно встретившись взглядом, стояли в тихом недоумении, рассматривая друг друга как неведому диковинку, не решаясь начать разговор. Тем не менее, Агнар заметил, что его будущий собеседник, украшенный загнутыми вверх рогами и короткими шиповидными наростами на челюсти, был в хорошем расположении духа и явно ждал первого слова от гостя.

            — Приветствую! - начал Агнар.
            — Привет! - доброжелательно сказал синий дракончик  — Как тебя зовут?
            — Агнар. А тебя действительно зовут Измир? - спросил Агнар, вспомнив о том, что ему уже не запрещалось это делать.
            — Да. Добро пожаловать в клан Синей чешуи, Агнар! - гордо произнёс Измир. — Что привело тебя в Когтистые края?
            — Путешествие домой.
            — А из каких краёв ты к нам пожаловал?
            — Из Надоблачного Предела.
            — Не так уж и далеко от нас, хотя сил на полёт потребуется немало. Полагаю, ты устал с дороги, - предположил Измир, и увидев согласие на морде собеседника, сказал: — Располагайся в нашем доме, как в своём родном!

            Агнар вежливо опустил крылья на землю. Это был один из немногих жестов, которые он знал. По одной из драконьих традиций таким образом можно было показать собеседнику своё довольство гостеприимством или ощущение безопасности в его обществе, а высоко поднятые крылья, наоборот, символизировали настороженность или недовольство. Судя по реакции синих драконов, жест гостя был понят верно, и Илихирн с чувством выполненного долга оставил детвору, бросив напоследок реплику Измиру:

            — Оправдай доверие семьи.

            Измир в ответ утвердительно кивнул головой, и осмотревшись по сторонам, вернулся к гостю. Чётко следуя традициям, малый хозяин пещерной комнаты провёл Агнара в свои покои. Они были не слишком просторными, но и не слишком маленькими: во всяком случае, там было где разгуляться, в отличие от логова в Змеином ущелье. Убранство пещерного зала приятно порадовало глаз гостя: даже сквозь однотонность ночного зрения на каменных стенах проглядывались узоры от разных горных пород, чего не встречалось даже в красивых пещерах долины Заката. С любопытством разглядывая нетронутые "каменные пальцы" тянувшиеся как снизу, так и сверху, Агнар на время потерял из виду их синекрылого смотрителя, пока тот не напомнил о себе раздавшимся внезапно зовом:

            — Эсмира!

            Агнар не понял, к чему был этот восклик, пока не заметил, кудя устремил свой взор синий дракончик. Он смотрел на мальнькую нишу, которая будто была высечена в стене, однако красовавшиеся над ней, словно занавески, сталактиты, говорили об её естественном происхождении. В этом укромном месте, словно на ложе, разместилась утончённая крылатая фигура, размером с Измира, которая немного зашевелилась после нарушения тишины. Вероятно, не раскрой Измир пасть, Агнар даже не заметил бы её присутствия, приняв бы её за элемент пещерного убранства.




            — К нам пришёл гость! - вновь воскликнул Измир, жестом крыла попросив Агнара подойти поближе. — Это тот дракон из другого клана, о котором я тебе говорил.
            — Кха зий-ка, - произнесла прекрасным по нечеловеческим меркам голосом юная драконица, что в переводе означало: "Я рада за тебя". Правда, по выражению морды она явно не разделяла радости от этой новости.
            — Сегодня он будет ночевать с нами.
            — Как долго он здесь пробудет? - спросила Эсмира, проигнорировав взглядом предмет разговора.
            — Спроси у него сама. Заодно и поздороваешься.



Дракончик оставил своё бетонное гнёздышко

            Это была бы красивая аллегория, не будь "дракончик" настоящим.smile О нём, собственно, и заметка. Довольно объёмная.

            Помните того маленького дракончика, которого я слепил из скотча и пакетов на работе? Кто не помнит, нажмите на этого симпатягу - он отнесёт вас к заметке, которая вкратце расскажет об "искусстве" пакетной скульптуры и о самом дракончике, чтобы не тратить кучу текста на вступление.


            К слову сказать, он сейчас отдыхает в Одессе, дома у одной маленькой хорошей девочки.

            Того Валлийского дракончика я слепил в период творческого бума, нахлынувшего вместе с началом не самых простых времён. Тогда я был одержим большими задумками (живопись, пакетная и резиновая скульптура, рассказ). Одну из них я решил воплотить, едва распрощавшись с вышеприведенным чудом. 

            Мне захотелось собственного дракона. Почти как любому игроку из новой игры о покемонах хочется заполучить себе лучшего монстра, так и мне хотелось дракона. Только материального. Которого можно было бы обнять словно желанную в детстве плюшевую игрушку.ura Будучи, как никогда, близким к цели, я в течение июня-июля 2014-го подсобирал пакетного материала и достал запас скотча.

            По размеру я планировал его сделать где-то в метр длиной (только от головы до задних лап), не считая длинного хвоста. Для того, чтобы зафиксировать размеры и позволить дракону шевелить конечностями, я сделал ему простенький проволочный скелет. Где-то на этой стадии была допущена фатальная ошибка в размерах, из-за увлечённости процессом.

            Вот небольшой фотоотчёт первых дней работы над драконом в августе 2014-го года. 





             Где-то в этом промежутке работ я начал думать о пропорциях частей тела: внутренний перфекционист не желал худощавого дракона с вытянутыми конечностями и вместо того, чтобы обрезать слишком длинные части, мне захотелось добавить "мяса" во все проволочные кости.crazy





            В какой-то момент эта махина стала необъятной. Валлийский дракон, которого я вкратце прозвал Валиком, переквалифицировался из игрушки в скульптуру. А такой гордой скульптуре надлежало твёрдо стоять на своих четырёх. Для этого уже потяжелевшему дракону пришлось имплантировать внутрь лап тугие железные прутки и соединить их между собой. Как ни странно, со своей задачей они неплохо справлялись.




             Это был сентябрь '14-го. Тогда я хранил Валика преимущественно в своей комнате, но иногда устраивал фотосессии и в зале, когда приходили гости. Описания их первых впечатлений излишни. Надо сказать, что мой кот, Саймон, в то время очень облюбовал нового "соседа" и не упускал возможности попробовать его на зуб.cat





               Как только дракон обрёл более-менее понятные очертания, настало время косметических преобразований. Дизайн я честно позаимствовал с канонического гербового дракона Уэльса) Того самого.

               Непростым шагом было отсечение головы Валику в декабре: она была слишком цилиндрической и туповатой. Новую я лепил практически с нуля, и в ней я сразу заготовил глазницы и шипы. В ней всё было хорошо, пока пакеты под скотчем не разбухли и голова не стала настолько крупной, что начала выделяться на худенькой шейке, к которой крепилась. Пришлось увеличивать шею, и...




              Валик упал. Не выдержал своего же веса под конец новогодних праздников. А ведь я как раз собирался делать ему крылья... omg

              Попытки поднять его обратно были безуспешны. Имплантация более толстой арматуры в конечности была невозможной в домашних условиях, в отсутствии сварочного аппарата, а знакомых, которым можно было бы его доверить, не было. Работу над скульптурой пришлось заморозить.

              В то же время началась подготовка к свадьбе, ремонт в комнате и, собственно, свадьба. Как ни странно, моя супруга не сильно возражала против белого и пушистого чудовища по соседству. 




             Через месяц после свадьбы, в июне '15-го, я доделал Валику морду (с каноничными ушами, гребешками и языком, как полагается).

             В то же время я надеялся показать Валика общественности, отыскав какое-нибудь место или мероприятие, где бы его хотели бы встретить, оставив работу над крыльями на десерт, но не судилось. Семейная жизнь и отсутствие нужных связей взяли своё.




               В итоге, Валик простоял без дела целый год, свёрнутый по конечностям в большую невнятную кучу, кочующую по залу при любой более-менее крупной уборке или ремонте. Несколько раз мне предлагали от него избавиться, а иногда и я сам в пылу хотел его выбросить.

               К тому времени последние остатки юношеского максимализма выветрились из головы и я перестал видеть в Валике что-то стоящее. Однажды, получив своеобразный "ультиматум" по дракону, я решил его выбросить. Просто выбросить и забыть, как глупую затею, однако родные хотели, чтобы от него была бы какая-нибудь денежная выгода: например, сдать его в пункт приёма полиэтилена. Тем более, судя по весу, выручить можно было сравнительно немало. Однако, прознав процедуру приёма, а именно, разрезание/распиливание Валика по частям (тем более, что в нём были металлические детали), я застыл в онемении. Было тяжело так жёстко расставаться с ним после стольких месяцев стараний.

               Мои родственники, между тем, стали делать ставки: доделаю я его или нет. Узнав об этом, я решил взять и обломать всех. Не дождётесь!beat Валик будет жить!sila

               Наконец, полторы недели назад ко мне плавно подошёл долгожданный отпуск. В это время я запланировал последние работы над драконом (так как в остальные дни у меня оставалось мало времени на скульптуру из-за одного милого 8-месячного гномика).




              Поскольку работы велись в присутствии этого самого "гномика", приходилось отгораживать рабочую зону баррикадами из подручных средств. 

              В процессе работы я удалил запыленные за 1,5 года участки скотча и "заострил" затупившиеся когти, а, самое главное, сделал крылья (используя обрывки стретч-ленты в качестве перепонок) соответствуя гербовому канону. Даже хвост) 




              31 июля 2016-го Валик "оперился". С той поры, согласно законам природы, он должен был покинуть родительское гнездо. Эх, видели бы вы, как красиво он приземлился во двор нашей бетонной 10-этажной пещеры! пролетев 15 с лишним лестничных пролётов.




             А вот и он! Прохлаждается на свободе, раскинув лапы.




              Любопытно, что Валик, не умея толком стоять на лапах, очень даже хорошо выглядит лежащим - в этом есть что-то драконьеsmile Даже вечно падавшая шея держалась на удивление гордо.




             Кстати, глаза у Валика сделаны из металлических пластинок из-под пробок от шампанского игристого вина.




               Вот теперь можно пообнимать готовую "игрушку", которая ждала своего часа два года! И теперь она голодна. Голодна до внимания.




                А внимания ему было уделено предостаточно. Жительница 1-го этажа любезно подыскала место для новой достопримечательности с учётом типичных угроз пост-советских жилмассивов: алкашей, воров, вандалов и вредной детворы (надо сказать, уже двое суток стоит целый на своём месте) Прохожие, между тем, не упускали возможности поглазеть на пакетное диво и даже пофотографировать его. 

                Моя семья также не осталась в стороне. Супруга помогала мне подобрать красивые ракурсы для съёмок, а сынок оценивал нового скакуна: в отличие от Саймона, которого он недавно перегнал в весе, дракон Валик не убегает прочь от своего всадника.lol




               По возвращении домой я помахал рукой Валику с балкона. Судя по встреченному взгляду, тот был в хорошем расположении драконьего духа. (либо он собирался меня сожрать)




               Вот так в одном из дворов Днепра появилась необычная диковинка-альбинос из пластикового вторсырья, а в моём бетонном логове внезапно освободилось 1,5 кв.м. пространства. Ах да, и исполнилась чья-то детская мечта о собственном драконеsmutili

               Такая вот история.

               В чём её мораль? Никогда не сдаваться?

               Нет. Иначе это была бы обычная кулстори. Честно скажу, я много раз опускал руки, и затянувшаяся история Валика - наглядное тому подтверждение. Для себя я сделал вывод, что нужно оставаться верным тому, в чём видишь свою цель/смысл жизни/радость, даже если порой, под давлением обстоятельств, приходится забрасывать всё на полпути. Моя цель не была достигнута в том виде, в каком я её представлял в начале: она менялась вместе со мной, и, может быть, это даже к лучшему, что дракон отправился в полёт не год назад, а сейчас: отпуск остался запоминающимся (в прошлом году у меня отпуска, как такового не получилось), и ребёнку, какая-никакая память на фотографии останется)

              И ещё, цените тех, кто готов протянуть вам руку помощи. Если бы моя невеста, а позже, жена, не вступалась за дракона в порыве моего отчаяния, Валик сейчас разлагался бы где-то на свалке, никем не замеченный. А так, разлагается с улыбкой в цветочках, на глазах у детишек)dance

              Спасибо всем, кто прочёл заметку до конца!spasibo Как всегда, под конец заметки традиционное наставление:

ЗАЖИГАЙ!!!



Драконські історії. Мить – "Проріс тополею"

відкрила для себе пісні Володимира Вермінського
погода сприяє, туман майже щоранку проростає над річкою 

Дракончик - Вишиванка

а ось і я! не сказати що вже повернулась - рука болить, ліпити не ліплю, малюю  трохи та з бісером граюсь (з чорним!! жах...)
вже проліски квітнуть, а мені ще та ожеледиця ніяк не минеться :( 

сьогодні намалювався такий дракончик.. то я мрію насправді на літо сорочку вишити... можливо якось ...
дракончик розмір близько 30 см.     200 грамів. плоский, чіпляється як на останньому фото - я його саме за  місце кріплення тримаю (його на фото ще нема, поки сонце не зайшло поспішала фоткати)


Драконські історії. Мить – "Вечір золотавий"

легесенькі хмарки  вкрили небосхил, як сонце сяде вечір мов бузок. Ці кольори мені хочеться використовувати знов і знов.
весна вже скоро прийде, а я нарешті скінчила дівню серію драконів. І почала задумуватись над новою.

Обсидиановый Змей #11. Ночлег (часть вторая)

http://s019.radikal.ru/i618/1407/0b/0c26a79a7532.jpg


         Новой ночью Агнар продолжил свой полёт, предчувствуя долгие поиски Врат Ветра, до встречи с которыми ему осталось ещё, по меньшей мере, две ночи. Разумеется, при условии, что он летел в правильном направлении. Переживания красного змея как огнём смело, когда продолговатые горные гребни сменились рассеянными высокими утёсами, лишёнными всякого порядка. Своей формой и отвесными склонами они будто напоминали колонны огромного цельнокаменного дворца, который давным давно лишился своего свода. С тех пор макушки "руин" покрылись обильной зелёной растительностью, которая неведомым образом проростала прямо сквозь камень. Сказочная красота пленила взор Агнара, заставив за час до рассвета сделать отметку и приземлиться на одной из скал просто для того, чтобы полюбоваться ей.

          "Это и есть Когти Земли, в честь которых назвали горы!" - с радостью прозвучала мысль в драконьей голове. "Не будь это место окружено людьми, здесь можно было бы даже жить"

          Увлечённый просмотр скоро вызвал странное видение в глазах Агнара. Под звуки шелеста листвы ему показалось, что древесные шапки разобщённых скал, обретая драконьи очертания, стали подниматься со своих каменных лежбищ и направляться к нему. Короткий щелчок по острому кончику носа быстро развеял обман зрения, но от этого дракончику легче не стало: в него закралось ощущение, что за ним могли наблюдать. Вернувшись к отметке, он ускорил свой полёт, чтобы ни один человек не успел перехватить его по пути. 

          В том, что у людей была возможность его заметить, он убедился очень скоро, едва не столкнувшись с натянутыми нитями, связывавших две отдалённые скалы. Быстро летевший дракончик не встретился с ними лишь потому, что их выдали висевшие в воздухе крохотные хижины, в которых вполне могло поместиться несколько человек. Он не понимал, как в них можно было жить, и не очень-то и пытался: у него была более важная забота. Не обладая должным драконьим предчувствием, и зная причуды своего зрения, Агнар целиком и полностью сосредоточился на слухе, который должен был выявить что-то неладное. 




         Тем временем глаза преподносили дракончику всё больше и больше следов человеческого присутствия: сначала извилистые, подобно змеям, вымощенные дороги, устелившие непроходимые подножия, затем одинокие, затерянные в полумраке, постройки, а затем, за одной из вершин, перед ним показался целый город, уютно разместившийся между двумя горными грядами, пролегая как раз по линии следования крылатого путешественника. К этому времени небо посветлело на несколько тонов, готовясь к возвращению повелителя света на небосвод. 

         Понимая, что к рассвету город пересечь ему не удастся, Агнар спрятавшись от вида многоэтажных крепостей за высоким утёсом, наточил когти и принялся рисовать в камне новую отметку на завтра. Его увлечённое занятие прервалось, когда сквозь шум ветра начали проскальзывать прерывистые звуки, напоминавшие взмахи крупных крыльев. 

         "Дракон?!" - затаив дыхание, подумал Агнар, как только звук усилился.

         Судя по положению его источника, тот приближался к дракончику летя низко над землёй, явно стараясь не выдать себя. Однако красный дракончик, шевеля перепончатыми ушами, отследил его: им оказался тёмный змеевидный силуэт с перепончатыми крыльями, по размеру соответствовавший то ли молодой, то ли взрослой особи. Когда незнакомец, цвет чешуи которого не позволяла определить тень, узнал, что его заметили, он резко устремил свой полёт прямо к Агнару. Последний, в свою очередь, завороженно стоял на месте, желая познакомиться с драконом, которого раньше никогда не видел. Его эмоции было сложно описать: сказать, что он не жаждал этого события, означало ничего не сказать. Однако внезапная радость так же внезапно сменилась тихим ужасом, когда незнакомец, покинув тень, явил Агнару свои истинные краски.

          "Синий!" - вздрогнув, сказал себе удивлённый дракончик.

           Не видя в возможной встрече ничего хорошего, он сорвался с места и что есть крыльев полетел прочь от синекрылого змея в горы. Преследователь отправился вслед за Агнаром, также добавив скорости.

            — Хас! — сурово вокликнул синий дракон.

           Агнар не повиновался.

           — Хаст, дарак! — вновь воскликнул незнакомец, в рыке которого явно звучала угроза.

           Эта фраза, которая на драконьем означала "Стой, красный дракон!", на Агнара подействовала совершенно противоположным образом. Зная скоростные способности своего клана, он показал незнакомцу лучшие результаты своих тренировок и постепенно нарастил разрыв между собой и преследователем. Вместе с возрастанием скорости у красного дракончика стала заметно снижаться уверенность в том, что он знал, куда ему лететь дальше и как не заблудиться в незнакомой местности. Наступление рассвета и окружение человеческой цивилизацией вносили ещё больше смятения в неокрепшее детское сознание. Последней каплей в чаше волнения Агнара стал показавшийся на его пути высокий шпиль из тонких полос металла, одним своим видом вызвавший в дракончике боль в сердце.

            Агнар оказался не в силах продолжать полёт. Приземлившись на траву в окрестностях какого-то людского селения, он принялся глубоко дышать, схватившись одной лапой за одну из нагрудных пластин, под которой билось его сердце. В таком положении его застал приземлившийся рядом синий дракон, который не произносил ни слова, пока ослабший собеседник не посмотрел ему в глаза. Красный дракончик совершенно не знал, как относиться к незнакомцу, спину которого украшал грубый гребень с беспорядочной длины шипами, поэтому его первая реплика прозвучала так:

            — Са-агур.

            Так звучало традиционное для всех драконов приветствие. В исполнении Агнара оно прозвучало растерянно, но в той же мере же доброжелательно, что заметно разнилось с похожим по содержанию ответом:

            — Са-агур, дарак, - сказал синий дракон, не выражая никаких эмоций ни в голосе, ни в лимонного цвета глазах.

            После натянутого приветствия между разнокровными сородичами, незнакомец взял слово первым:

            — Что ты здесь делаешь? - на драконьем языке спросил он, внятно выговаривая каждый звук.
            — Лечу домой, - сказал Агнар, после чего решил разговорить собеседника: — А вы что здесь делаете?
            — Не позволяю тебе делать глупостей. Летаешь среди заселённых людьми земель, будто не знаешь, где находишься, — говорил синий змей, стараясь не повышать тон: — Рассвет почти настал. Следуй за мной во избежание неприятностей.
            — Я не буду лететь с тем, кого не знаю. Вдруг вы отшельник, - сказал Агнар, в мыслях понимая, что у него не было власти над собеседником.
            — Я не отшельник. Моя семья живёт здесь неподалёку, и без твоего сопротивления мы ещё успеем добраться туда прежде, чем нас заметят люди, - сказал синий дракон и угрожающе добавил: — У тебя нет выбора, красный дракон.

            Агнару пришлось смириться: синий дракон, кем бы он ни был, знал о Когтистых горах гораздо больше него. Вполне возможно, он также мог бы рассказать, как безопаснее пролететь к Вратам Ветра. Эта мысль успокоила красного дракончика и потому, отправившись вслед за местным обитателем, он надумал ещё сильнее разговорить его, когда подвернётся возможность. Бросив последний взгляд на ненавистную ему тонкую башню, Агнар обратился к синему дракону:

            — Та тонкая башня из металла позади... Она смертоносна. Передайте своим родственникам, чтобы они не подлетали к таким строениям близко.
             — Передам, — ответил незнакомец, пристально глянув Агнару в глаза. — А теперь помолчи, пока я не разрешу говорить.

            До тех пор, пока последние очертания человеческих строений не исчезли далеко из виду, драконы безмолвно следовали друг за другом на низкой высоте. Лишь когда солнце коснулось первой скалистой макушки, синий змей задал дракончику вопрос:

            — Как тебя зовут?
            — Агнар, сы... — дракончик прикусил язык, вспомнив о чём-то. — Меня зовут Агнар. А вас?
            — Моё имя для тебя не имеет значения, — сказал незнакомец. — Не мне решать, что с тобой делать дальше.
            — Как так? А кто будет решать? — удивился Агнар.
            — Много вопросов, красный дракон, — сделал замечание старший змей. — Скоро всё узнаешь.

           На этом разговор двух драконов прекратился: Агнару не нравилось то, что от него возникало только больше вопросов, чем ответов. Такая манера беседы была вполне естественной и оправданной для драконьего рода, но даже большому любителю загадок, усеянному камешками по всему телу, она казалась слишком чересчур заумной.

           Оставшееся время полёта Агнар провёл разглядывая не сколько местность вокруг, сколько синюю чешую незнакомца, разительно выделявшуюся на зелёном растительном фоне. До недавнего времени он и представить себе не мог, чтобы в наземном мире могли встречаться совершенно синие существа, хоть о синих драконах слышать ему приходилось немало. Например, о том, что их клан во все времена считался очень замкнутым и ровно настолько же сплочённым. Случайная стреча с синим драконом вообще считалась большой редкостью, но среди их красных сородичей это было даже к лучшему. Каким же образом их представитель, да ещё со своей семьёй, мог спокойно поживать в паре шагов от людей, вдали от пещер Синей чешуи? Агнару как раз не пришлось долго раздумывать над этим: в конце концов, он со своей семьёй жил точно так же последние двадцать лет.

           Находясь в раздумьях, оба дракона миновали десятки каменных "когтей" и скоро достигли затерянной среди них небольшой реки. Там в поле их зрения попала крылатая фигура, гордо восседавшая на пологой площадке, напоминавшей собой поднятую над водой ступеньку. Этой фигурой оказался ещё один синий змей, который сосредоточенно следил за тем, как утренние путешественники плавно подлетали к нему. Судя по тому, как властно и невозмутимо он сидел, Агнар ещё в полёте догадался, что новый незнакомец был порядком старше его путеводителя. Когда же два дракона ступили на ровный камень, старший синий змей, украшенный мощными рогами и странными, сросшимися между собой гребешками вдоль спины, первым делом обратился к своему сородичу:

           — Са-гарат омр-рот, Шалхирр, - сказал он ему, и, глянув на напряжённо стоявшего рядом Агнара, добавил: — Су-кшак урлад.
          — Дахра-эст, Сталагмир-атр, - ответил Шалхирр.

          Красному дракончику явно не понравилось то, что дракон, звавшийся Сталагмиром, назвал его уловом, хотя тот всего лишь похвалил младшего сородича за хорошую охоту, а Шалхирр, в свою очередь, поблагодарил старшего на добром слове. При этом Агнар нашёл странным то, что Шалхирр обратился к собеседнику как к брату: несмотря на общий цвет чешуи и похожие черты морды, разница в возрасте между ними бросалась в глаза. Между тем Сталагмир, выслушав краткий доклад об успешном перехвате от брата, обратился непосредственно к "пойманному" дракончику, у которого при встрече с холодным взрослым взглядом пробежала дрожь под всеми чешуйками.

          — Приветствую тебя, красный дракон, - размеренно произнёс старший змей.
          — Приветствую, - собравшись после короткой заминки ответил Агнар.
          — Твоё появление здесь не прошло бесшумно. Что ты ищещь в этих укромных землях?
          — Я просто лечу домой.




          Два синих дракона молча переглянулись между собой. При этом младший из них слегка скривился в выражении морды, а старший, оставаясь, как прежде невозмутимым, вновь переключился на Агнара:

          — В таком случае тебе следует пережить этот день, прежде чем продолжить путь под покровом ночи. Наша семья обеспечит тебе укрытие, как только Старейшина даст на то своё согласие. Он уже ждёт тебя и готов выслушать.

          Глаза Агнара округлились: ему показалось, что он ослышался. В драконьей голове возникло сразу несколько вопросов, которые требовали немедленного ответа, но озвучить Агнар мог лишь один. Драконьи традиции не позволяли ему задавать больше одного вопроса сразу, и пока собеседник не ответит на него, ему нельзя было озвучивать следующий.

          — Ждёт меня?!.. Старейшина?.. вашего клана?! - протяжно сложив три вопроса в одном предложении, спросил удивлённый дракончик.
          — Да, — лаконично ответил Сталагмир. — Я проведу тебя к нему.
          — Погодите! - воскликнул Агнар. — Я знаю, старейшины всегда принимают гостей только в обители своего клана, а не в доме отдельных семей.
          — Наша семья - это и есть клан, красный дракон. Клан Синей чешуи, — гордо произнёс Шалхирр. — Его обитель располагается здесь.
          — Но ведь Жаровная пустыня находится на другом краю света! Как так?
          — Мы давно там не живём.
          — Довольно разговоров, — отрезал Сталагмир. — Старейшина ждёт.

          Взяв Агнара с собой, старший синий змей направился к пещере, находившейся в нескольких шагах пути от реки. Этот путь показался для юного путешественника вечностью: он совершенно не понимал, что происходит, и как ему быть дальше. Ему никогда не пришло бы в голову остаться на ночлег в клане синих драконов, и вряд ли разыгравшееся воображение могло когда-нибудь допустить такой сценарий, отчего в сей раз Агнар даже не стал щёлкать себя по носу. Когда Сталагмир одной лапой ступил в окутанную тьмой пещеру, он, проводив взглядом улетевшего прочь Шалхирра, с властным блеском в глазах обратился к дракончику:

          — Прежде, чем ты войдёшь в наш дом, красный дракон, запомни: никому не задавай вопросов до разговора со Старейшиной. Ему не стоит задавать вопросов вообще - он достаточно мудр, чтобы знать, что сокрыто у тебя на уме. Имей в виду, он - старейший из всех ныне живущих драконов.
          — Я понял, — взглотнув, ответил Агнар.

          Убедившись в готовности красного дракончика с необычной каменной сыпью, Сталагмир с едва слышным скрипом в зубах, пустил его в пещеру. С дрожью в лапах Агнар, пересёк вход в клановую обитель, не имея ни малейшего представления о том, как синие драконы поступят с ним: ещё ни разу ему не приходилось слышать о том, чтобы кому-то из красных или зелёных сородичей удалось побывать в сердце самого таинственного клана драконов.


          © Пенькин А.В., 2016

           Ну... Зато он нашёл себе место для сна)

           Сразу напишу, что когда я подошёл вплотную к этой главе, первым делом я начисто стёр всё то, что с самого начала хотел написать. Дело в том, что её ранний черновик был практически вялой копией 2-й главы с элементами 10-й: тоже полёт в посёлок людей, тоже встреча с человеком, тоже внезапная встреча с недовольным старшим драконом и совместный полёт в закат в рассвет. Я даже начал жалеть, что не предъявил Агнара Сталагмиру сразу после его прощания с матерью. К счастью, новогодние праздники подарили мне немного вдохновения.

           Эта глава, вопреки её затянутости, получилась неожиданно колоритной, благодаря участию в ней драконов каждого из трёх RGB кланов. В ней очень легко проследить закономерность, по которой я давал драконам имена, зависимо от цвета. Также в процессе написания у меня возникла традиция при знакомстве с новым персонажем-драконом озвучивать его реплику на том языке, на котором он на самом деле говорит: так сказать, напомнить читателю о "благозвучии" драконьего языка.

          Теперь о ненаписанном:

          - временами я излагаю супруге детали сюжета новой главы, и обычно это не сказывается на готовом материале, кроме одного случая. В сцене с болотом я собирался погрузить Агнара в него целиком, оставив лишь голову (поскольку оно находилось на окраине города), однако жена не захотела, чтобы я мучал дракончика такими неудобствами, и мне пришлось оставить его чешую сухой. Даже не знаю, рассказывать ли ей о том, что я задумал дальше);
          - изначально Агнар должен был добраться до старого русла Илагды той же ночью, когда он решил напомнить себе сказание-наводку, но прикинув себе его скорость и масштаб мира, пришлось условно продлить его путешествие;
          - сюжет сказания о Схорне, вошедшего в эту главу, был придуман через пару дней после Нового Года, в течение суток. На сам стих ушло ровно две недели;
          - прототипом плотины на реке стала Саяно-Шушенская ГЭС, а "верхняя Илагда" возле него по ширине сопоставима с Каховским водохранилищем;
          - металлические скелеты великанов с нитями, как вы догадались, это опоры и линии электропередач;
          - Когтистые горы нарисовались в голове после знакомства с реальными прообразами летающих островов в фильме "Аватар" - Священными горами Китая;
          - "дракон" по-драконьи звучит как "дар", "красный" - "ак". "Красный дракон" же у них читается слитно и потому звучит почти как слово "дурак", что для синих драконов по смыслу примерно то же самое));
          - когда Шалхирр спросил у нашего героя, как его зовут, тот хотел ответить: "Агнар, сын Таргра Сталезуба". Однако, он передумал по ряду причин, одна из которых - нежелание раскрывать незнакомцу свою подкоготную;
          - цвет глаз драконов может быть любого оттенка в диапазоне от оранжевого к зелёному. Голубых глаз среди них не встречается, даже у обладателей синей чешуи. И не надейтесь.
          
          Вот такие дела. Наконец-то в рассказе стало больше драконов, и в новой главе их, судя по всему, станет лишь больше.

          Гостеприимство от синих драконов: удача или злой рок? Чем обернётся для нашего героя встреча с ними, и насколько ему придётся задержаться до встречи с родственниками? Возможно, ответ будет в новой, 12-й главе, которую я назвал: "В плену синевы". Возможно, это будет одна из наиболее содержательных глав среди ранее написанных.

          P.S. Я до последнего не верил, что когда-нибудь доберусь до синих драконов. Жаль, я не удосужился их раскрасить. Это очень важный рубеж. Благодарю всех читателей за моральную поддержку!

Обсидиановый Змей #11. Ночлег

             Рассказ продолжается, пусть и медленными темпами. Внимательный читатель, уставший от невнятных глав, наверняка задаст вопрос: какую же ключевую цель я поставил перед Агнаром, и какова его роль в этом рассказе? Возможно, он скажет об этом сам. Возможно, уже скоро)

             Не могу сказать, что эта глава будет полна событий или острых ощущений. Скорее она будет ироничной. Просто проходная глава, как и предыдущая. Уверен, что-то в ней вам покажется знакомым.



http://s013.radikal.ru/i325/1407/19/5f85c2e81e1f.jpg               


Глава 11: Ночлег



             Давно минул тот день, когда людям впервые удалось добыть огонь. С той поры прошли десятки тысяч лет долгой и запутанной истории человечества, которые по меркам окружавшего мира, умещались лишь в несколько мгновений. Наверное, поэтому он не успел заметить, как за короткое время значительная часть его тверди навсегда лишилась своего древнего облика, и с каждым новым столетием всё больше земель попадали в бурю человеческой деятельности.

             Дремучая тайга южных краёв, раскинувшаяся на тысячи верст вокруг, не входила в их число и явно не собиралась терять свои красоты. Всем прямоходящим посетителям, число которых с каждым годом неустанно возрастало, она готовила особый приём, который надолго отбивал у них желание покорить её просторы. Бурные реки, непролазные болота, непроходимые леса и их хищные обитатели верно охраняли её покой, продолжавшийся долгие тысячелетия. Несмотря на это, среди людей всегда находились как романтики, желавшие познать красоты дикой природы, так и любители острых ощущений, для которых ночь у костра в холодном и опасном окружении, под вой волков и оркестр жадных до крови насекомых, была лучшим лекарством от серой и предсказуемой будничности. Собираясь маленькими группами они, словно рыцари современности, уставшие от бесплодной охоты на драконов, отправлялись покорять неизвестность, независимо от погоды и времени года, не зная, ждёт ли их поход благополучный исход.

             Одной из таких групп однажды не посчастливилось задержаться на необитаемом острове под сильным проливным дождём. Правда, для её участников это было меньшим затруднением: они находились там второй день и палатка, в которой прошёл их ночлег, послужила хорошим укрытием от непогоды. Куда большей неприятностью для них стало внезапное отсутствие возможности покинуть остров: лодка, на которой прибыли путешественники, была обнаружена разбитой в щепки. Никто из них не мог понять, как такое могло произойти: прошлой ночью её оставили лежать на земле вдали от берега, чтобы её не снесло сильным течением Турвани, длиннейшей реки тайги, название которой с языка одной из местных народностей переводилось как "безумная". Вполне вероятно, лодка могла попасть в опалу у "хозяина тайги" - бурого медведя, которых по ту сторону берега вполне хватало. Только вот за последние сутки ни один из них ни разу не был замечен на зелёном острове. 

              Ближе к сумеркам дождь заметно поутих, что позволило узникам палатки выйти на волю и нарубить дров для костра, который вполне можно было устроить, если поблизости находилось стоячее хвойное дерево. Тем временем один из участников речного похода отправился к реке, раздумывая над тем, как безопаснее выбраться с острова, пока запасы еды не подошли  к концу. Ступив на берег, он услышал раздавшийся где-то на противоположном берегу треск веток. Позвав двух товарищей к себе, он скоро увидел взмывший вдали над деревьями тёмный крылатый силуэт, направившийся в сторону реки. Когда они подоспели к берегу, летающее явление настигло её вдали от острова и последовало вниз по течению.

             Увиденное напарники расценили как появление летучей мыши, отправившейся на охоту, на что случайный свидетель, устав доказывать им обратное, сурово натянул козырёк своей охотничьей кепки и отметил:

             — Летучие мыши в дождь не летают.

             Вполне возможно, длинношеий, длиннохвостый и просто громадный "летучий мыш", стремительно пролетавший над рекой, согласился бы с этим утверждением, если бы не цель, на пути к которой ни один дождь не был помехой. Облизываясь на лету, покрытое красной чешуёй создание сосредоточилось на том, чтобы не упустить из виду новую путеводную отметку, полёт к которой мог продлиться дольше чем ночь.

             Отыскать предыдущую Агнару не составило большого труда: с восходом солнца ему посчастивилось достичь устья Силаймы. Вместе с тем он впервые столкнулся с трудностью, о которой ему не приходилось прежде задумываться всерьёз - поиском места для дневного ночлега. Во времена беззаботного детства пятнистый дракончик всегда мог найти себе убежище в горных краях за Надоблачным пределом, где ему была знакома чуть ли не каждая пещера, в которой можно было укрыться на всякий случай. Немалую лепту в это знание внесли частые игры в "прятки" с отцом.

            Вспомнив об этой игре, юный дракон поначалу растерялся в безгорной местности, в которой искать пещеры он ещё не учился. Вместо них ему на глаза попался уединённый клочок земли, уютно разлёгшийся посреди широкой Илагды, вокруг которой не наблюдалось следов человеческой жизнедеятельности. Покрытый густой зеленью и отделённый от суши, он стал отличным укрытием для крупного рогатого змея, который, убедившись в своей безопасности, с облегчением рухнул на хвойный зелёный настил. Не успел сон охватить его как следует, как сквозь щебет птиц послышался приглушённый грубый рык.




            "Здесь дремлет ещё один дракон?!" - подумалось Агнару, выпучившему глаза. Тихо поднявшись на лапы, он осторожно продвинулся к источнику храпа, который оказался всего в двух гребеньях от него. Звук доносился из небольшой палатки зелёного цвета, сливавшегося с общим тоном лесных зарослей, в которой едва мог поместиться пятилетний дракончик. Агнару не пришлось долго раздумывать над тем, кто мог там находиться: куда сложнее ему было понять, каким перепончатым крылом в таёжной глуши оказались люди и как им удавалось так по-драконьи храпеть. Когда из палатки послышались голоса и обладатель одного из них оказался снаружи, красный дракончик тише воды, ниже кустов, попятился назад, пока не услышал деревянный хруст под своими лапами. Испугавшись обнаружения, он, спешно расправив крылья, выскочил к реке и перелетел на противоположный берег, где скоро затерялся в лесной чаще.

            Спустя час, проведённый местным зверьём в тихом ужасе, Агнар разместился в неглубокой яме посреди зарослей и навострил перепончатые уши. Вскоре его второй сон прервался внезапно нахлынувшим дождём, который начал усиливаться с каждой минутой. Агнару пришлось изрядно поворочаться, чтобы полностью накрыть себя своим перепончатым крылом, которое по качеству совсем не уступало зонту. Такие неудобства преследовали его до самого вечера, что сказалось на его невыспавшемся выражении морды. С трудом оторвав себя от земли, он без охотничьих осторожностей поймал себе на ужин нерасторопного медведя, которого так же нерасторопно и разжёвывал, пока небо над деревьями заметно не стемнело. Осознав, что медлить дальше было нельзя, юный змей, спешно проглотив последний кусок добычи, с треском веток вырвался к реке. Среди драконов она называлась Илагдой, что в переводе означало "благодатная река".

            Полёт вниз по течению, согласно указаниям Сагмары, должен был занять пару-тройку ночей, потому в ту ночь её сыну не пришлось заострять бдительность на поиске нового ориентира. Правда, расслабляться от этого он меньше не стал: с каждым новым изгибом реки, по её берегам встречалось всё больше крохотных огоньков, затерянных среди маленьких человечьих построек. Как только они появлялись в поле зрения, юный дракон огибал их через лес, не теряя речную дорогу из виду. К его разочарованию, даже казавшаяся неприступной тайга оказалась уязвимой к медленному, но целенаправленному поглощению людьми. В этой мысли он убедился окончательно, встретившись с самым настоящим городом из крепостей, охватившим сразу оба берега Илагды.

           Огибать такое поселение красный дракончик не решился: вместо этого он взлетел ввысь и быстро пересёк его с высоты птичьего полёта, с которой никто бы его не заметил. Вымощенные камнем берега, мосты, десятки высоких замков, стоявших целыми скоплениями в прямоугольных, треугольных и пятиугольных формах, высокие дымовые башни и бесконечные хитросплетения дорог - этим запомнился Агнару таинственный город-крепость.

           "Сколько таких городов существует на свете?" - оставаясь под впечатлением, спросил он себя, когда высокие стены остались позади, за горизонтом. В своё время родители рассказывали ему о виденных ими городах людей, в которых стояло сразу по нескольку твердынь, но рисунок в его голове совершенно разнился с увиденным им зрелищем. Агнару стало не по себе от мысли, что эти края, согласно старым сведениям Красного клана, были далеко не так заселены, как роскошные земли вокруг Жемчужного моря, громадного Осколочного острова, а также Громогласных и Когтистых гор, последние из которых как раз пролегали по его пути.

           За треть ночи до рассвета Агнар, столкнувшись с сильным встречным ветром, вновь сбавил высоту полёта до уровня древесных макушек. Благо, ему удалось оказаться на безлюдном лесном участке реки, по которому на то время не наблюдалось ни лодок, ни кораблей. Его даже охватило полусонное умиротворение, проявившееся как следствие вчерашнего недосыпания, пока чей-то ошарашенный восклик не смахнул его целиком. Ночной путешественник сразу распознал взрослую человеческую речь и ускорил свой полёт.

            "Откуда здесь человек?!" - подумал ошеломлённый Агнар. "Неужто он потерялся в этой глуши и просит о помощи?"

            Такое объяснение вполне устраивало юного дракона, хоть он совсем не торопился прилетать на помощь. Вероятно, будь это детский голос, он пришёл бы на помощь не раздумывая: в отличие от взрослых, с человечьими детьми ему было проще находить общий язык и от них не стоило ждать угрозы. Оставив маленького незнакомца с его зовом в одиночестве, Агнар спустя считанные минуты услышал похожий возглас с другого берега, и даже не один. На этот раз дракончику пришлось признать, что причиной шума стал он сам, вернее, его появление.

            "Да откуда они здесь взялись?" - теряясь в догадках, спрашивал он себя. "И почему они не спят в такое время?"

           Не выяснив ответа, Агнар, вопреки ветру, набрал высоту и растворился в ночном мраке, сумев ускользнуть даже от автора этих строк.

           К счастью, в его отсутствие новый день в целом прошёл безмятежно, не считая появившихся слухов о неведомом чудовище Турвани, которое пустили местные рыбаки. Нашего героя подобные разговоры совсем не волновали: там, где он нашёл свой дневной ночлег, их не было слышно на сотни гребеньев. Даже если бы они и доносились где-то поблизости, их бы попросту заглушило обильное кваканье.

           С наступлением заката Агнар проснулся на маленьком клочке земли, окружённым обширным непроходимым болотом, за которым начиналась зелёная лесная стена. Он не мог поверить своей удаче: хоть такое место сложно было назвать укрытием из-за его открытости, для возможных врагов оно стало бы очень неудобной преградой: в случае угрозы дракончик мог всегда услышать отдалённые звуки передвижения по болоту. Разогнав размахом своих крыльев всех земноводных в округе, он благополучно отправился к реке, навстречу к новой отметке, которая должна была скоро показаться на горизонте.

            В пути малый змей, озираясь по сторонам, решил развлечь себя, шёпотом прочитав себе сказание на лету. С того дня, как он расстался с матерью, драконьи сказания обрели для него особую ценность, так как больше никто не мог ему их рассказать. До того времени, когда он воссоединится с новой семьёй. Сказание, на котором остановился Агнар, было как нельзя уместным для него, отчего при пересказе он старался не упустить ни слова, ни слога. Оказавшись над рекой он, навострив перепончатые "уши", протяжно выпустил воздух и начал свой пересказ:



                В краю нагорий и степей, расстелившихся по дальним далям,
                Зелёной чешуи драконы большим семейством обитали.
                Средь травянистых гряд давно нашли они себе приют,
                Где всегда целебную водицу озёра пресные дают.

                Хранители степей были крепки, но духа сил тогда ещё не знали,
                И потому в тяжёлом вызове решение они семьёй искали.
                С ними жил и Схорн, молодняка сильнейший змей:
                Пред чужою не склонялся волей - был он верен лишь своей...

            http://s020.radikal.ru/i711/1407/9f/320971ef060d.jpg (не влезло))


           На последнем слове Агнар протяжно растянул последний слог, который на драконьем прозвучал как "да-а-а-а-а-а..."  За всё время полёта по Илагде он закончил второй пересказ того же сказания, который прозвучал спустя три ночи после прочтения первого. Дракончику показалось, что лишь так он мог вернуть себе уверенность в том, что не упустил нужный поворот.

           Он неспроста повторил себе знакомые слова: следующим указателем его пути должно было стать прежнее русло Илагды, которое после вмешательства одного зелёного дракона навсегда пересохло. Тем временем пересохших рек на его пути не наблюдалось. Наоборот, река, над которой Агнар продолжал лететь, стала постепенно расширяться, отчего она стала больше напоминать продолговатое озеро, чем реку. 

           В какой-то миг путешествия берега Илагды исчезли из виду дракончика - они попросту стёрлись в ночном мраке укрытого тучами неба. Тем не менее Агнар не сворачивал с прямого пути в надежде, что река и дальше продолжит свой путь на север, согласно течению, однако сильный встречный ветер заглушал его, направляя речные волны в обратном направлении. 

          Внезапно посреди тьмы перед ночным путешественником показались тусклые огни береговой линии, перечёркивавшие прямую линию его полёта. Очерченный в знакомой ровной манере берег был усеян десятком плавучих средств людей, которые нашли в этом месте свой ночной приют. Позади него проглядывали очертания нового города крепостей, от посещения которого Агнар воздержался.

          "И когда здесь всё успело так измениться? Папа о таком не рассказывал", - подумал он, задумчиво выставив зубы нижней челюсти с правой стороны.

          Об этой реке Агнар был наслышан ещё со старых рассказов о полётах отца, который когда-то решил принести крохотному сыночку подарок из пещеры, в которой некогда обитал Схорн. Тогда ему это не удалось, так как уже в то время люди обустроили в ней шахту для известных им целей. Тем не менее, с пустыми лапами он не вернулся: где-то по пути ему попался на глаза любопытный камень, который оказался моховым агатом, позже вошедшим в первую коллекцию драгоценностей Агнара. Алая драконица, давая наставления перед полётом сына, настоятельно попросила избегать полётов к легендарному месту, во избежание неприятностей. Разумеется, это никак не сказалось на любопытстве Агнара, главным сдерживающим фактором которого стала вовсе не осторожность, а желание скорее найти обитель своих сородичей в Горящих горах.

          Пролетая мимо города вдоль берега, заняв свои мысли воспоминаниями, он заметил пролегавшую вдали дорогу из более ярких огней, со стороны которой доносился шум бурно стекавшей воды. Этот звук напоминал пятнистому дракончику шум от водопадов, под которыми он с детства любил смывать грязь с чешуи. Они, правда, больше напоминали собой высокие пороги, высотой не более двух гребеньев, что ни шло ни в какое сравнение с тем, что пришлось ему увидеть впереди.

         Агнар не знал, как назвать увиденное: на его глазах Илагда разделилась на два отдельных отрезка, отличавшихся между собой внушительным разрывом в высоте. Их разделительной полосой стала громадная, усеянная по длине огнями, крепостная стена, из которой сочились мощные струи воды, водопадом питавшие нижнюю реку, которая была зажата между двух высоких склонов. Это зрелище вызвало в Агнаре тревогу и восхищение одновременно: он с трудом мог представить, как крохотные человеки со своими силами могли такое возвести. Ему было легче поверить в бобров, размером с десяток драконов, сложивших плотину из глины и камня, чем в такое.

          Разглядывая чудо-сооружение с одного из склонов Агнар думал, лететь ли ему дальше по нижней Илагде, пока он не окажется в Орловой степи и не вернётся обратно, или всё-таки обследовать берега безымянного озера верхней Илагды. За это время тучи немного отступили, явив дракону предрассветное небо. Близилось время сна.

          "Взремну денёк среди той гряды" - решил Агнар, завидев показавшиеся издалека скалы. "С таким шумом я здесь точно не усну"

          За те полчаса, пока он провел в пути к месту ночлега, солнце успело обласкать чешую юного змея своим теплом и ненадолго придать ей насыщенный красный оттенок. Между тем дракончик, бросая взгляд на небо, случайно заметил подозрительную белую полосу, неспешно пересекавшую ясное небо прямо на его глазах. Даже когда пункт назначения был достигнут, он продолжил следить за таинственным явлением, пока то не исчезло в далёкой неизвестности. Пытаясь себе его объяснить, Агнар пришёл к выводу, что это была комета, только дневная. Разве им обязательно только по ночам летать?

          К разочарованию нашего героя, пещеры вокруг он не обнаружил. Вероятно, всё было бы слишком просто, будь у каждой горы по пещере. В крайнем случае он всегда мог уснуть в лесной чаще, как он успешно это делал последние несколько дней. Правда, в этот раз удача улыбнулась ему и пещера была найдена, хоть и в земле. Судя по всему, это была медвежья берлога, которую ещё весной покинул хозяин - Агнар не мог не воспользоваться её скромным уютом. Убедившись в пустоте помещения, младший дракон задним ходом, прижав крылья плотнее к телу, влез в медвежье логово. Когда снаружи осталась лишь голова, он вырвал зубами росший рядом куст и накрыл им её, на всякий человечий случай.

          С появлением на небе первой вечерней звезды, а вернее, згамаха*, Агнар своим зёвом сжёг зелёный головной убор и отправился обратно к скалам, на разведку. Ступив на каменную горку перед самой крайней скалой, он свежим взором отыскал вдали озеро верхней Илагды, которое заметно выделялось среди лесов и возвышенностей.

*згамах в дословном переводе с драконьего "странник округлый вдали" (планета)

          "А когда-то озера здесь не было..." - неторопливо размышлял про себя Агнар. "Оно, вероятно, появилось тогда, когда стена перекрыла течению дорогу, и реке стало некуда течь. Но часть её продолжает сочиться и течь по тому же руслу, которое здесь было до того. По руслу, которое пробил Схорн. А Схорн начал его пробивать, когда заметил течение реки. А заметил он его..."

          В мыслях наступило короткое затишье. Агнар не мог поверить своей догадке. Ему пришлось обойти место, на котором он стоял, вдоль и поперёк, взлететь на скалу и осмотреться по сторонам, чтобы спуститься обратно и произнести вслух единственное слово:

        — Здесь!

        Красный в крапинку дракончик засиял в улыбке. Никогда прежде он не испытывал такого ликования: ему впервые удалось самостоятельно отыскать место, где провёл ночь герой, в честь которого Золотой дракон когда-то сложил одно из своих известных сказаний! Чуть позже радость Агнара немного стухла, но вдохновение, рождённое таким достижением, побудило его продолжить свой поиск с новым рвением.

         "Значит, Схорн был здесь, когда река ещё текла по старому руслу. Он увидел её, когда прилёг сюда" - подумал Агнар и лег на то, что можно было бы назвать "твёрдым ложем", а вернее, там, где он и стоял. Вряд ли бы тому уставшему дракону хватило сил взлететь на стоявшую рядом целую скалу и лечь там.

         С нового ракурса Агнар лишь краем глаза заметил знакомое ему озеро, блеск которого зелёный дракон мог когда-то увидеть. Вернее, не мог - озера тогда ещё не было. Увы, больше ничего блестящего ему в глаза не бросилось. Лишь после своего долгого зрительного "ритуала" ему удалось разглядеть узкий, едва заметный пробел в целом, на первый взгляд, лесном полотне, начало которого находилось где-то рядом с озером. Юный исследователь не мог не проверить его.

         Как только тьма опустилась над лесом, юный змей, паря высоко над землёй, нашёл искомую пустоту, которая уже издалека начала оправдывать его ожидания. Она представляла из себя лишённую деревьев протяжённую полосу с углублением посередине, лёгкая извилистость которой выдавала очертания реки, протекавшей там где-то тысячу лет тому назад. Довольный собой Агнар был готов приземлиться в её травянистые объятия и взять оттуда разгон навстречу новому повороту, если бы не одно "но", проходившее по её середине. Сбавив высоту, дракончик рассмотрел стоявших в ряд высоких многоруких скелетов из тонкого металла, которые стоя далеко друг от друга, держали в каждой из своих заострённых конечностей повисшие над землёй толстые нити. 

        Таинственные скелеты неведомых великанов пробудили в нём страшные воспоминания не такой далёкой давности, о которых ему хотелось поскорее забыть. Во избежание происшествий он решил держаться от них подальше, и продолжил полёт параллельно высохшему руслу. Он не знал, на что именно были способны стальные стражи и для чего натягивали нити между собой, но он был уверен, что близкая встреча с ними могла стоить ему жизни. 

        Оставив озеро верхней Илагды далеко позади, равно как и её пересохшее русло, краснокрылый путешественник покинул бескрайние леса, отправившись на поиски самого затерянного ориентира из всех упомянутых его матерью. Им была таинственная скала, среди драконов известная как Врата Ветра, располагавшаяся глубоко в недрах Когтистых гор, известных по сказаниям своей неповторимой красотой. Спустя несколько дней спокойного сна и несколько ночей путешествия Агнар наглядно убедился в том, почему их так назвали. 

        В тот день, когда дракончик впервые оказался в их просторах, он не понял, не ошибся ли он горной системой: уж очень похожими ему казались долины и пади ночью, в отсутствие Амаира на небосводе. Лишь поутру, найдя себе место на поросшем зеленью уступе горы, Агнар смог насладиться красками новой местности, вопреки пасмурной погоде. Можно сказать, лёгкий туман, окутавший долину, придавал особую атмосферу таинственности, которую пятнистый дракончик в своё время любил выискивать на родных землях, пока длительная безвылазная жизнь не выжала из неё все соки. Также радовало Агнара и отсутствие людей поблизости, вопреки тому, что окрестности Когтистых гор и долины широких рек считались довольно заселёнными ещё до начала последнего открытого противостояния с человечеством. 

        На безлюдье крылатый хищник не постеснялся устроить охоту на представителей местной фауны средь бела дня. Многие из обнаруженных им животных, вроде тигра, яка и странного чёрно-белого медведя, стали для него диковинкой, но из-за того, что Агнар не знал их численности, он исключил их из своего меню: благо, горные бараны встречались во всех виденных им прежде горных краях. Полакомившись одним из них, он оценил на вкус местные ручьи и потратил ещё час на обзор местной флоры. Под конец утра красный в каменную крапинку дракончик проверил начертанную им по прилёту отметку на одной скале. 

         С тех пор, как Агнар покинул Илагду, он высекал когтями клиновидные стрелки каждое утро перед остановкой на сон или охоту, чтобы не потерять направление своего пути. Длинные расстояния между точками пути заставляли его волноваться: чтобы сбиться с пути ему не нужно было даже постоянно лететь прямо - достаточно было отклониться на крохотный угол и попасть не пойми куда. Такой большой пробел в указателях алая драконица пояснила тем, что рано или поздно, летя в западном направлении он всё равно столкнётся с рекой Хелилонк, которая как раз протекала под искомыми Вратами: русло Илагды лишь указывало самый короткий путь к ним. Саму же реку, как следовало из драконьего названия, должен был выдать мутный желтоватый оттенок воды, выделявшийся среди прочих кристально чистых водоёмов. Поглубже наведя линии метки, дракончик вернулся к своему открытому лежбищу и крепко уснул под пение птиц, которое с каждым днём становилось более разнообразным.



http://s020.radikal.ru/i711/1407/9f/320971ef060d.jpg
(опубликую в течение часа)

Драконські історії. Мить – "Горинич"

один, другий... і третій! всі на місці :)

Драконські історії. Мить – "Око Хаосу"

спокій і туман цього лютого панують в місті Дракона,  а душа його стала Хаосом.
краще не зазирайте йому в очі... не треба... 

дракон Смауг

дракон Смауг (фільм Хоббіт) 
кулон бронзовий, намистинки кришталю, в'язаний гачком жгутик