Эта статья — отклик на серию материалов о русском языке в Украине*, которые Правмир публиковал на прошлой неделе.

Протоиерей Андрей Дудченко

В Украине не существует «языковой проблемы». Мифы о притеснении русского языка выгодны политикам, которые таким образом стараются отвлечь внимание от реальных задач.

Протоиерей Андрей Дудченко

Я родился и окончил школу на Донбассе, в городе Красный Луч — крупнейшем центре добычи каменного угля в Луганской области. В городе с населением 120 тыс. человек была всего одна украинская школа. Я учился, как и все, в русской, где со второго класса изучали украинский язык.

Живя в Красном Луче, я никогда не слышал, чтобы в городе кто-то говорил по-украински, кроме учительницы украинского языка. Да и та в быту часто переходила на русский. Потом произошел путч, а за ним наша страна обрела независимость, а еще через пару лет я уехал поступать в семинарию в Киев, который полюбил с первого взгляда.

Не могу сказать, что украинским языком я овладел в школе. Там я его выучил в достаточном объеме, чтобы получить на выпуске золотую медаль, но вот умение говорить на нем пришло позже, само собой. Киевляне в большинстве своем двуязычны. И на улицах последние годы все чаще можно услышать украинскую речь.

Теперь я свободно говорю по-украински. Служу в храме, где на украинском общается между собой духовенство. Один раз в неделю мы служим литургию на украинском языке. На нём же всегда звучит проповедь.На исповеди или во время бесед мы отвечаем людям на том языке, на котором к нам обращаются.

 Никогда «языковой вопрос» в нашем храме не становился поводом для конфликта. К нам приходят и русскоговорящие, и україномовні, в том числе и на украинские литургии. А перед крещением или венчанием я спрашиваю, на каком языке люди предпочитают слышать молитвы таинства.

Примерно две трети отвечают, что на украинском, хотя наш разговор при этом может идти и на русском языке. То есть, украинский язык для молитвы часто выбирают русскоговорящие люди. Мотивация может быть разной: от «мы живем в Украине» до стремления понять смысл того, что будет совершаться.

Мои дети учатся в украинской школе. Это наш осознанный выбор, хотя в Киеве нетрудно найти и русскоязычную школу. Дома мы говорим на русском. К концу младшей школы дети свободно говорят и читают на двух языках. А к концу старшей школы — и пишут. Причем достаточно грамотно.

Порой можно услышать, будто бы в украинской школе русских поэтов и писателей изучают только в переводах. Это неправда. Поощряется чтение произведений в оригинале. В учебниках рядом с переводами Пушкина или Есенина печатают и оригинальный текст..

Ни разу за почти 20 лет жизни в Киеве мне не пришлось столкнуться с дискриминацией русского языка. Тем более в восточных или южных областях, где бываю достаточно регулярно. 95% украинской печатной продукции — газет и журналов — выходит на русском языке. Один из центральных телеканалов — «Интер» — вещает на русском.

У нас никогда не дублируют русские фильмы — просто дают украинские субтитры. Но многим из нас все равно, на каком языке смотреть или читать. Вопрос не в языке, а в качестве перевода

Миф о том, что в Украине якобы притесняют русский язык, начинают муссировать политики накануне выборов. Так было перед всеми выборами, которые я помню, только сегодня градус напряженности возрос в связи с обсуждением закона об основах языковой политики. Видимо, представители власти делают это для того, чтобы показать избирателям, что они якобы исполняют свои предвыборные обещания.

Это при том, что в течение последних лет Украина плавно переместилась на одно из самых первых мест в рейтинге коррумпированности, пенсионный возраст вырос, принятие нового налогового кодекса привело к сворачиванию деятельности многих мелких предпринимателей, а продолжительность жизни остается одной из самых низких в Европе.

Политикам в Украине есть о чем беспокоиться, беда лишь в том, что политикой у нас называется чаще всего борьба за власть, а партиями — феодальные кланы. И вот, чтоб хотя бы слегка приподнять рейтинг и собрать голоса избирателей, власть и начала разыгрывать «языковую карту». Это очень удобно: не надо заботиться об усовершенствовании законов, восстанавливать экономику и социальную сферу.

Однако, казалось бы, выполняя одно из своих предвыборных обещаний, власть вместе с тем ниспровергает собственный еще более важный призыв: объединить Украину. Идя на выборы, нынешний Президент заверял, что он хочет быть президентом всей страны, а не только востока и юга. Вместе с тем, муссирование языкового вопроса вносит разделение, а не объединяет Восток и Запад.

Вот потому Украинская Православная Церковь в лице своего официального представителя архиепископа Митрофана (Юрчука), председателя Отдела внешних церковных связей, месяц назад выразила беспокойство по поводу принятия Верховной Радой Украины закона «Об основах государственной языковой политики». Беспокойство Церкви вызвало социальное напряжение, которое возникло в стране после принятия этого закона.

По словам архиепископа Митрофана, УПЦ, которая объединяет как украиноязычных, так и русскоязычных верующих, «оставляет на рассуждение общества вопрос статуса русского языка в Украине». Вместе с тем, УПЦ категорически протестует против того, чтобы дискуссии вокруг вопроса о языке разделяли общество и угрожали целостности Украинского государства.

Реальные проблемы у нас не с «притеснением русского языка», чего на самом деле нет, а с общественной системой, построенной на тотальной неправде. Политика превратилась в борьбу феодальных кланов. Суды превратились в отстаивание интересов того, кто больше заплатит или заручится поддержкой влиятельных особ. Законодательство построено так, что предприниматель, желающий соблюдать все законы, просто не может выжить.

И мы, христиане Украины, во многом сами стали частью этой системы. Вспомним, что Бог наказывал Свой народ за то, что судьи судили неправедно, за деньги. Вот о чем следует думать сегодня, и если власти ничего не делают «сверху», выстраивать систему поддержки и взаимопомощи «снизу».

В Украине за всю историю ее независимости никто не притеснял русский язык и не запрещал говорить о нем. Никогда у власти в нашей стране не были националисты. Народ волнует не вопрос языка, а совершенно иное: как прокормить себя и свою семью и как обеспечить будущее для детей.

Если эти вопросы будут решены — тогда можно будет думать и над усовершенствованием законодательства в области языковой политики. Серьезно думать, а не превращать это в дешевый популизм.

* Сохранена авторская орфография.