хочу сюда!
 

Татьяна

53 года, телец, познакомится с парнем в возрасте 50-53 лет

Заметки с меткой «священнослужители»

О древнерусских описаниях одежд первосвященника

Яковлев И.В.

 Одежда первосвященника В Ветхом Завете приводится подробное описание того, как должны были выглядеть одежды первосвященника. Однако начиная с домонгольского периода христианской письменности на Руси до нашего времени дошло несколько подобных описаний. Обращаясь к историческим документам, И.В. Яковлев выясняет, какую известность имели эти детали и что именно о священных одеждах из Библии знали наши предки.

От домонгольского периода христианской письменности на Руси до нашего времени дошло несколько описаний одежд иудейского первосвященника, на основании которых можно судить о степени известности в то далекое время этого фрагмента библейской книги Чисел.

Два из сохранившихся описаний содержатся в Изборнике князя Святослава 1073 года, третье – в «Сказании о черноризьчьстемь чину, от вьтхаго закона и новаго» известного церковного писателя и проповедника XII века святителя Кирилла Туровского, где описание одежд первосвященника приводится в связи с их аллегорическим толкованием по отношению к Адаму, Христу и монашеству. Самый ранний известный список «Сказания» датируется 1284 годом, его текст опубликован профессором И.П. Ереминым в XII томе Трудов отдела древнерусской литературы.

Описание одежд, в которые подобало облачаться ветхозаветному первосвященнику при совершении богослужения, содержится в 28 главе книги Исход. Согласно Священному Писанию, первосвященник при совершении богослужения в скинии, а затем в иерусалимском Храме облачался в следующие одежды – наперсник1, ефод2, верхнюю ризу3, хитон стяжной4, кидар5 и пояс.

В русском и славянском (Елизаветинском) переводах Священного Писания части одеяния Первосвященника называются различно. Наперсник, кидар и пояс в обоих переводах имеют одинаковые названия. Ефод в славянском переводе называется ризой верхней, верхняя риза в русском переводе в славянском носит наименование долгой ризы, или подира (греч.), а хитон стяжной именуется ризой тресновитой (тресновитый слав.– шитый, или обложенный галуном, серебром или золотом).

В Изборнике князя Святослава 1073 года имеются две статьи, в которых говорится об одеянии ветхозаветного первосвященника. Заглавие первой – «Что беаше ефоуд, имже въпрашаше святитель Бога?», следующая статья Изборника называется «Златоустаго. От того иеже «О ризе святительсцей».

Упоминаемый в названии первой статьи ефод, как можно выяснить из последующего описания, не является тем ефодом, о котором говорится в русском переводе книги Исход. Это наперсник судный, располагавшийся поверх ефода. Святитель Кирилл в своем толковании также называет наперсник ефодом – по-видимому, на Руси в то время употребительным было такое наименование этой части одежд первосвященника. В описании наперсника, содержащемся в первой статье, имеется некоторое несоответствие библейскому тексту, говорящему, что наперсник имел двенадцать драгоценных камней, на которых были вырезаны имена двенадцати сыновей Иакова. В Изборнике вместо двенадцати камней упоминаются два измарагда (изумруда) «по шести обаполы написание имуштя двоянадесяте племену израилеву»6. Далее в Изборнике говорится об адаманте, находящемся между упоминаемыми изумрудами, что также не соответствует тексту Библии. Об уриме и туммиме в тексте данной статьи Изборника прямо не говорится, но из последующего описания можно сделать вывод, что уримом и туммимом был именно этот адамант. «Междя же двема змарагдома камык (камень – прим. автора) адамант да иегда оубо хотяше святитель въпрашати Бога о коиеи любо речи привязашеие нарамьници посредоу прьсни и подъложаше роуце подъ ие и испростряшеся на длани ия акы дска. И зря на иефуд впрашаше Бога»7. Далее говорится, что если вопрос был угоден Богу, то адамант сиял, если вопрос не был угоден Господу, то камень оставался каким был, если Бог хотел «на меч предати люди», камень был как бы кровавым («кровав»), «аште ли смрть наитии хотяше, чрьн». Примечательно, что святитель Кирилл высказывал ту же мысль, что встречается и в Изборнике – «се же глаголаше и ефуд зрет» (в Изборнике – «И зря на иефуд впрашаше Бога»), также в некоторых рукописях «Сказания» святителя упоминается ефод с двумя камнями («Положенный на персях (на груди) ефод с двумя камнями»).

В следующей главе Изборника «Златоустого. Из того, которое «О ризе святительской» упоминается подир («рекше въ ризоу отъ главы доже и до ногоу»), кидар, который называется «клобоучьць» (рядом стоит слово «тиароу» (тиару)), два камня «змарагда» на плечах первосвященника с именами сыновей Иакова, наперсник судный, называемый «логион» ( – слово судное) («на прьсьхъ же логион налеплен имы дъванадесяте камык иесть же видети ины образы ины же разоумы»8).

В двух рассматриваемых статьях Изборника названия одежд первосвященника и их описания имеют отличия. Во второй статье слово ефод не употребляется, хотя речь, в частности, идет и о том же предмете облачения, что и в первой статье; два камня «змарагда» находятся не на наперснике, а на плечах первосвященника (что соответствует библейскому тексту), сам наперсник называется не ефод, а логион, и указано правильное число камней, находившихся на наперснике – двенадцать, а не два как в первой статье.

Чем могло быть вызвано такое отличие в двух соседних статьях? Вероятно, составитель Изборника, или его греческого прототипа, был введен в заблуждение различными наименованиями наперсника и поэтому допустил, что в Изборник попали несоответствующие друг другу описания одежд первосвященника. Также этот факт несоответствия может говорить о том, что на Руси не очень точно представляли состав облачения первосвященника.

В «Сказании о черноризьчьстемь чину» святитель Кирилл описывает одежды ветхозаветных первосвященников следующим образом: «Стихарь убо от багра (багряный – прим. авт.) — по образу смоковных лист, имь же съшив прекры собе Адам. Пояс же усьянь (кожаный– прим. авт.) кожьныя ризы являя мьртвость. Подирь же есть преступный Адамов грех. Обеде (цепочки — прим. авт.) же си възложи златы — се же есть нужное из рая изведение... На пьрсех же положи пяди уткано (тканый размером в пядь – прим. авт.) и с 12 каменема ефуд — обою на десять колену израильтян пророчьство. Четвьроскудную (четырехсоставную – прим. авт.) же възложи ризу — по образу распростертаго над Израилемь в пустыни облака, из него же исхожаше мана на не... Кидарь же — наглавный ушьв (головной убор– прим. авт.): се же есть святаго духа осенения»9.

Употребляемое святителем Кириллом слово «стихарь» в обоих переводах 28 главы книги Исход отсутствует. Вероятно, под стихарем в рассматриваемом толковании имеется в виду хитон стяжной, название которого не встречается в тексте толкования святителя Кирилла. Также о том, что стихарем святитель мог называть хитон первосвященника, говорит и форма хитона, который, подобно стихарю, был достаточно длинным и доходил до голеней.

Можно отметить и некоторые другие несоответствия приведенного отрывка библейскому тексту. Святитель называет стихарь сшитым из багряниц, но в библейском описании его цвет не назван. Также в книге Исход говорится, что пояс Первосвященника был изготовлен « из золота, из голубой, пурпуровой и червленой [шерсти] и из крученого виссона» (Исх. 28, 8). Но в «Сказании о черноризсчем чине» мы читаем, что данная часть облачения первосвященника была сделана из кожи. Чем могло быть вызвано такое несоответствие с текстом Писания? Может быть, в связи с тем, что в «Сказании» пояс первосвященника символизирует смертность Адама и его потомков, могло появиться указание, что пояс первосвященника был кожаный (как известно, в Писании говорится, что после грехопадения Господь сделал Адаму и Еве кожаные одежды (Быт. 3, 21) ). Но как мог автор «Сказания» допустить такое несоответствие тексту Писания? Известно, что святитель, являясь большим знатоком Священного Писания, с большим благоговением относился к священному тексту. Например, в «Притче о человеческой душе, и о теле» он пишет: «Но тружается мой мутны ум, худ разум им я, немогый порядних словес по чину глаголати, но яки слеп стрелець смеху бываеть, немоги намеренаго улучити. Но не буди нам особь подвигнути ненаказан язык, но от божественых вземлюще писаний, со многою боязнью еуаггельскых касаемся беседовати словес»10. Так или иначе, в произведениях святителя Кирилла встречаются разночтения с известным текстом Библии, объяснить которые затруднительно.

В некоторых рукописях, в частности, использованных в издании преосвященного Евгения, епископа Минского и Туровского, упоминается «положенный на персях (на груди) ефод с двумя камнями». Скорее всего, это название указывает на наперсник судный, находившийся на груди первосвященника поверх ефода (как уже отмечалось, в древней Руси встречалось описание ефода (наперсника), имевшего два камня (изумруда) с именами двенадцати сыновей Иакова). В других списках «Сказания» говорится о двенадцати камнях на наперснике.

«Четырехсоставная риза» в библейском описании одежд не упоминается; скорее всего, здесь имеется в виду ефод, имевший состав, как говорится в Писании, «из золота, из голубой, пурпуровой и червленой [шерсти], и из крученого виссона» (Исх. 29;6). Но если быть точным, то ефод состоял не из четырех, а из трех или пяти составляющих, в зависимости от того, считать ли шерсть, окрашенную в три цвета, одним или тремя компонентами.

Страницы: 1 2

Для увольнения священника достаточно сказать: «Пошел вон»

Лена Краевская

Отец Павел Адельгейм  Отец Павел Адельгейм, священник храма Жен-мироносиц во Пскове, — 74-летний бывший диссидент, отсидевший за веру в советское время, — единственный из клириков РПЦ, решившийся на открытый конфликт с архиереем собственной епархии. Он 15 лет по разным поводам судится с ним в церковном и светском суде и все это время публично критикует устройство нынешней РПЦ. БГ поговорил с главным церковным «несогласным» о проблеме инакомыслия в церкви, бесправии священников и вертикали власти

 — В каких отношениях вы сейчас с вашим архиереем Евсевием?

— Митрополит Евсевий назначен в Псков в 1993 году. С тех пор он преследовал меня 10 лет: отнял приход в Богданово, где я построил новый храм при Областной психоневрологической больнице, отнял приход Писковичи, где я прослужил 20 лет, уничтожил приют для сирот, закрыл свечную мастерскую, отнял здание школы регентов. Пытаясь осмыслить причины гонений, я написал в 2002 году книгу «Догмат о церкви в канонах и практике», за которую митрополит Евсевий объявил меня служителем Сатаны, осудил меня и книгу на Епархиальном собрании. Меня на собрание не допустили, судили заочно. В 2010 году Общецерковный суд в Москве рекомендовал нам помириться, но митрополит не захотел мириться, пока я не отрекусь от книги. Он очень обиделся и до сих пор со мной не общается.

— Отрекаются обычно от ереси. Что такого увидел в вашей книге архиерей, что от нее надо отречься?

— Он не говорит прямым текстом: отрекайся от книги. Он все время говорит: клевета, в этой книжке содержится клевета против меня, вы должны покаяться в этой клевете… Он рассказывает об этом в СМИ, пишет мне в письмах, на Епархиальном совете, высказывает это в своем кругу. Все эти годы я прошу указать страницы в книге, где он усмотрел клевету. И вот уже 12 лет он никак не может найти те страницы.

— За эти годы вас сняли с настоятельства, уничтожили приют, школу и создали много еще разных бед — за что же вас так невзлюбил ваш архиерей?

— Ну не нравится человек, ну что поделаешь. Бывают же, допустим, антисемиты — вот не нравятся им евреи, видеть они их не могут, ну что тут сделаешь? Ну не общайся, дружи с грузинами. Вот и здесь та же самая, по-моему, история.

— А что ему мешает запретить вас в служении?

— А бог его знает. Он имеет такую возможность. И думаю, очень многие советуют ему это делать, но он не делает. Значит, есть причины, а какие — это только он один знает.

— А за что формально священника можно запретить в служении?

— Поскольку власть архиерея неконтролируема, можно запретить вообще за что угодно. Вот случится у архиерея плохое настроение, попадет священник под горячую руку, и он запретит: пошел вон отсюда, чтобы я тебя месяц не видел! Вот и все запрещение. Архиерей даже не напишет указа, никакой бумаги. Такими запретами можно вынудить священника бежать из епархии. Но убежать трудно. Для этого необходима отпускная грамота, а ее архиерей не дает. Не выпустит из епархии, и служить не даст. И тут единственный выход у священника — идти на светскую работу, но для него невозможно уйти из церкви.

— Вы пытались уйти в другую епархию?

— Ну, меня архиерей, может быть, даже и отпустил бы в другую епархию с радостью, я ему здесь надоел. Но куда же я пойду? Мне 74 года. Согласно официальным церковным документам, я называюсь престарелым священнослужителем, и кто ж меня возьмет? Я могу, конечно, на светскую работу пойти. Отбывая срок в лагерях, я приобрел специальность сварщика, но меня не возьмут в связи с возрастом, да и ноги у меня нет. Кому нужен инвалид в 74 года?

— Какие у вас взаимоотношения сейчас с настоятелем в храме, в котором вы служите?

— С настоятелем у нас хорошие отношения. Я против него ничего не имею, а он против меня ничего не имеет.

— Он вас поддерживает в ваших спорах с архиереем?

— Ну, что вы! Он же проводит архиерейскую волю. Если настоятель станет меня поддерживать, архиерей вышвырнет его моментально из храма. Это для него смерти подобно. Священник не должен иметь свое мнение. Он обязан думать, как прикажет архиерей. Однажды благочинный (своего рода ревизор, следящий за порядком в определенном округе епархии. — БГ) мне сказал: «Вы не согласны с архиереем! Это же безумие! Безумие! Как можно возражать архиерею?»

— Думаю, большинство священников в РПЦ с этим согласились бы.

— Да, а что им делать? Чтобы не лишиться куска хлеба, они где-то работать должны. А раз они кончали семинарию, академию, куда же им деваться-то? У священника нет другой профессии, куда он пойдет?

— То есть священник находится в полной зависимости от неограниченной власти архиерея?

— Дело даже не в том, что она неограниченная. Она неконтролируемая — вот что ужасно. То есть нет таких поступков, которые бы он не имел права совершить, он может все в пределах своей епархии. Никто не выясняет, насколько это морально оправданно и юридически допустимо. Епископ может творить с клириками все, что захочет. Мы не имеем прав и ничем не защищены.

— А церковный суд?

— О каком суде можно говорить, если архиерею принадлежит вся полнота судебной власти, и он же пользуется всей полнотой исполнительной власти в епархии. Суд может быть только независимым, иначе это имитация. Беда в том, что положение о церковном суде, принятое в 2008 году, ставит две задачи: восстанавливать нарушенный порядок и защищать каноны. Положение не ставит задачу осуществлять правосудие. Суд не защищает права клириков и мирян, ибо у них нет прав.

— То есть там доказать ничего невозможно?

— Ну вот я, допустим, в 2009 году обратился в Общецерковный суд с жалобой на архиерея, поскольку он меня оскорблял в СМИ, называл слугой Сатаны, обещал место в аду и так далее. А суд мне ответил: у вас нет никаких доказательств, фактов у вас нет. Если для суда публичные оскорбления в СМИ не являются фактом, чем клирик может аргументировать?

— А какие факты тогда могут быть убедительными?

— Понятия не имею. Может, если он меня застрелит — это будет аргументом? Кстати, был и такой эпизод, когда на меня было совершено покушение, тем не менее все это не расследовалось. В 2003 году в СМИ был опубликован отчет о Епархиальном собрании, на котором разбирали меня и мою книжку в таком духе, как Пастернака разбирали на Съезде советских писателей. Через неделю после публикации на меня было совершено покушение. Мне развинтили управление в автомобиле, и я должен был разбиться. Спас меня гололед. Ехал я очень медленно и, когда автомобиль потерял управление, врезался в забор. Экспертиза в областном ГАИ подтвердила, что авария была подготовлена человеческой рукой. Милиция отказалась возбуждать дело, прокуратура несколько раз отменяла постановление об отказе. В общем спор тянулся год — и так ничем не кончился. Государственная власть всегда поддержит архиерея против священника.

Страницы: 1 2

На осле или в «Мерседесе»

Представители РПЦ о современном положении в церкви

Храм Христа Спасителя

Новый папа римский Франциск уже отказался от бронеавтомобиля, заменил роскошный трон на обычное деревянное кресло и предпочел носить обычное облачение священника. Подобные поступки вызвали широкую дискуссию как в католических странах, так и в России. Одни говорят, что после многочисленных скандалов последних лет католики всё же смогли из своей среды выделить человека, который способен создать новый образ церкви и станет примером для христиан всех конфессий. Другие считают, что новый папа решил быть скромным в быту лишь для пиара, и священнослужителям вовсе незачем отказываться от имеющихся у них материальных благ.

 

Как должен вести себя настоящий христианин очень подробно описано в Евангелии. В то же время многие положения человек вполне естественно пытается согласовать с реальной жизнью. Стоит ли людям отказываться от достижений научно-технического прогресса, не перемещаться на автомобиле или не пользоваться средствами связи? Личная охрана, машина, хорошо обставленная резиденция, мобильный телефон класса VIP – это необходимые предметы или свидетельства корысти? Как священники должны относиться к государственным институтам – другой острый вопрос. Хвалить и поддерживать, ссылаясь на «нет власти не от Бога», или обличать неблаговидные поступки руководителей?

Новый папа сказал, что католичество должно стать скромной церковью для бедных людей. Означает ли это, что люди должны отказаться от стремления к успеху? «Большое богатство приобретается нуждою бедных», – говорил святой Иоанн Златоуст. Стоит ли относиться к этим словам буквально, и как на священнослужителей будут смотреть люди, если они будут ходить в обычной одежде и отказываться от того, что они получают от прихожан в дар.

Герой романа Виктора Гюго «Отверженные» епископ Шарль Мириэль получал от местной власти деньги на свое содержание и, вопреки общепринятым правилам, почти всё раздавал бедным, а сам жил очень скромно. Общество не всегда понимало епископа, но он даже порицание воспринимал по-своему:

«Однажды он прибыл в старинную епископскую peзиденцию Сенез верхом на осле. Кошелек его был в ту пору почти совершенно пуст и не позволял ему какого-либо иного способа передвижения. Мэр города, встретивший его у подъезда епископского дворца, смотрел негодующим взглядом, как его преосвященство слезает с осла. Горожане вокруг пересмеивались.

– Господин мэр и вы, господа горожане! – сказал епископ. – Мне понятно ваше негодование. Вы находите, что со стороны такого скромного священника, как я, слишком большая дерзость ездить на животном, на котором восседал сам Иисус Христос. Уверяю вас, я приехал на осле по необходимости, а вовсе не из тщеславия».

Реакция так называемого украинского патриарха Филарета на поведение папы, что Франциск Первый напоказ демонстрирует свою скромность, была, можно сказать, в духе епископа из романа Гюго. Видимо, Филарет ни в коем случае не желает, чтобы его считали равным Христу и апостолам, и потому перемещается на роскошном лимузине. Не отвергая дар знакомых бизнесменов, а с благодарностью принимая искреннюю жертву прихожан.

Хотя, справедливости ради, стоит заметить, что позиция Филарета лишь с натяжкой может считаться позицией христианского пастыря. Канонически, никакой Украинской православной церкви не существует, она не признана ни вселенским Патриархом Константинопольским, ни одной из поместных церквей. Строго говоря, Филарет — еретик и раскольник, а не патриарх.

Но дорогими машинами пользуются и в Русской православной церкви. Как и роскошными резиденциями. Всем памятен скандал с неумело удаленными в фотошопе часами Патриарха Кирилла и его тяжбой по поводу пыли в огромной квартире в центре Москвы. Знают все и о процессе по делу участниц «панк-молебна» из группы «Пусси Райт», о жесткой позиции иерархов.

В то же время, нельзя сказать о единой позиции церкви относительно актуальных проблем. Как нельзя не заметить дорогих машин патриарха, так и нельзя отрицать благотворительные акции РПЦ. Нельзя не видеть, что множество приходов сегодня выполняют роль ячеек гражданского общества: прихожане помогают друг другу в повседневной жизни, выступают с инициативами культурного просвещения.

– Я не вправе говорить от лица всей Русской православной церкви, но могу высказать свое личное мнение. Я считаю, что, говоря о богатстве священнослужителей, не следует обобщать всех представителей духовенства. Уровень жизни сельского духовенства (я сам сельский священник) таков, что ни о каких дорогих машинах речь не идет, – говорит настоятель Воскресенского Храма села Высоцкое Ярославской области протоиерей Александр Кузяев. – Не правда, что вся наша церковь озолотилась и ездит на таких автомобилях.

Хотя, эти машины уже давно стали соблазном. У нас есть идеал – Иисус Христос. Он никогда не имел никакого имущества. Апостольская церковь была богата духовными дарованиями, но была бедной. Посылая учеников на проповедь, Христос говорит им не брать ничего лишнего. «Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд» (Мф. 10: 9-10). Это чтобы было видно, что люди служат за идею, а не за какие-то материальные блага. Поэтому и был такой ошеломляющий успех у апостольской проповеди, такая скорость распространения учения.

Нынешнее поведение папы – это, к сожалению, в некотором роде, упрек поведению некоторых православных. Я ни в коей мере не выражаю симпатии к католицизму, но в данном случае мы видим некоторое воскрешение апостольского идеала нестяжательства. Этот идеал был и в раннем монашестве, в IV-VI веках. Это было время духовного расцвета. Но все восточные монастыри были бедными, и они дали высочайший уровень святости, недостижимый впоследствии.

«СП»: – Как можно относиться к тому, что некоторые священники буквально гонятся за богатством? Они хотят не просто иметь машину как средство передвижения, а именно дорогую. Не просто благоустроенное жилище, а роскошное. Вызывает вопрос и очень дорогое облачение.

– Облачение – это другое. Василий Великий жил исключительно бедно, несмотря на высокий иерархический пост. Но в церкви у него были очень дорогие облачения. Он считал, что храм – это некое олицетворение небесного царства. Это даже смутило преподобного Ефима Сирина, который увидел его в дорогих одеждах, но потом понял, что перед ним великий святой.

Но в личном быту погоня за богатствами – это, на мой взгляд, в какой-то степени уже символ неверия в бессмертие, неверие в те идеалы, о которых говорят. Рассказывают, что главное – это вечность. Но собирая такие сокровища здесь, показывают несоответствие провозглашаемым идеалам. Я к этому всегда относился крайне отрицательно. Нужен достаток, но не сверх него. Есть слова Спасителя. «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие небесное» (Мф. 19:24). Это сказано для всех сословий и на все времена, как бы это кто не перетолковывал.

 

Страницы: 1 2

Священники большого города. Отец Федор Котрелев

Споры о вере с сослуживцами, игра на пианино в «Национале», о людях, живущих на вокзалах, а также три совета тем, кто хочет усыновить ребенка

Александр Борзенко

Отец Федор Котрелев

Возраст: 42 года.
Образование: МГУ, ПСТГУ.
Работа: Церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Красном селе.

Про армию

Когда мне исполнилось восемнадцать лет, я захотел пойти в армию.

Почему — не помню, cкорее всего, из-за вечного стремления к романтической экзотике. Родители сначала думали меня отмазать, но узнав, что я этого не хочу, довольно спокойно отпустили. Времена все-таки другие были. Отношение к армии в обществе было не таким, как сейчас. И два года я провел во внутренних войсках в Туркмении.

Дедовщины особой у нас не было, потому что за год до моего призыва там кто-то кого-то расстрелял, и был большой скандал. Так что всяких ужасов вроде «ласточки» или «пробить лося» у нас не водилось. Ну, пол в казарме, естественно, мыли молодые. Но ведь трудно ждать от военнослужащих высшей христианской справедливости, трудно ждать, что все будут ходить с тряпочкой, независимо от возраста и срока службы. Так, наверное, только в монастырях бывает. Настоящая дедовщина была в соседних подразделениях нашего полка — они охраняли зэков в пустыне Каракум. Долетали отголоски, что там это процветало. Я зэков за все два года видел всего несколько раз и всегда от этого напрягался.

Молился наизусть, книг сначала не было. В армию же попадаешь, как в Царство Небесное, — голый.

Своей веры я не скрывал. Это был 1988 год, перестройка. На меня смотрели неодобрительно, но вполне терпеливо — мол, ничего, конечно, хорошего, что ты такой фрукт, но уж ладно, живи. У меня были хорошие сослуживцы. Мы с ними разговаривали про веру, спорили. Удивительно, но тогда, в конце 80-х, мои сверстники во время таких ночных дискуссий чуть не с кулаками бросались, если про Ленина что-то плохое скажешь. Тогда они воздымали руки и кричали: «Вот ты все, что хочешь, говори, только Ленина не трожь!»

В армии я гораздо больше и лучше молился, чем на гражданке, — это факт. Особенно в начале, когда все казалось страшным. Я тогда, как и все, попал в учебную часть. В таких частях людей за две-три недели силовым методом вводят в армейские реалии: учат заправлять койку, строиться, делать зарядку. Если и есть вещи в жизни, которые я по-настоящему не люблю, так это спортивные занятия. Помню, наматываешь круги по плацу — и все молитвы и церковные песнопения, какие знаешь, споешь. Смотришь, а уже и прибежали. Молился наизусть, книг сначала не было. В армию же попадаешь, как в Царство Небесное, — голый.

Про военный оркестр

Я хотел играть в военном оркестре. Но музыкальную школу я закончил по классу фортепиано, а в военном оркестре фортепиано нет, поэтому дирижер сказал мне: «Вот тебе труба, если за две недели не научишься играть — отправишься охранять зэков в Каракум. Научишься — останешься в Ашхабаде». Мне показали, как там играют — до, ре, ми, фа, соль, — и через две недели я уже знал простейшие партии второго корнета.

Дирижер сказал мне: «Вот тебе труба, если за две недели не научишься играть — отправишься охранять зэков в Каракум»

Отец Федор Котрелев

Это были дивные два года. Дирижер был человек достаточно интеллигентный, латыш с московским консерваторским образованием. Пожалуй, его можно даже назвать глубоким человеком. Все два года он занимался с нами теорией музыки и сольфеджио. Мы с гастролями объехали на старом советском автобусе все подразделения внутренних войск в Туркмении — это было турне по пустыне Каракум с концертами каждый вечер в разных войсковых частях. Взрослые музыканты все время водочку попивали, они алкоголики были все до одного. А дирижер сидит, читает какую-то умную книжку и только смотрит, чтобы музыканты не сильно напивались. Жара сорок градусов в тени, но тени там нет, поэтому температура за пятьдесят.

Про медицину и филологию

До армии я хотел стать врачом, поступал в медицинский. Но получил двойку по химии несмотря на то, что занимался с репетитором и был неплохо готов. Господь так управил, что я не сдал. Потом поступал в другой медицинский, но проспал экзамен и в результате недобрал одного балла. Но желание стать врачом меня не оставило, и поэтому целый год я работал санитаром в операционной отделения урологии.

Жена до сих пор говорит, что мой истинный путь — путь социального работника. Но эта профессия очень близка к профессии священника

А после армии я пошел на филфак. После университета где-то год преподавал латынь и греческий в РГГУ, но потом понял одну простую вещь: преподавать в институте и при этом не заниматься соответствующей наукой — маразм. А наукой я не занимался, мне это было неинтересно.

Страницы: 1 2 3

Как не бояться летать на самолетах?

Мало кто помнит об этом чудесном случае. 21 августа 1963 года прямо посреди Ленинграда, на Неву приводнился Ту-124, на борту которого находились 44 пассажира, летевших из Таллина в Москву.

 

Во время взлёта, носовая стойка шасси не до конца ушла в свою нишу под кабиной.

Попытки выпустить шасси и убрать его вновь ни к чему не привели, т.к. стойку основательно заклинило. Как и положено, по инструкции, командир экипажа — 27 летний Владимир Мостовой — должил о случившемся диспетчеру. Было принято решение произвести аварийную посадку в Пулково вместо продолжения полёта до Москвы, либо возвращения в Таллин. Экипаж сменил курс и продолжал попытки справиться с поломкой, но безуспешно. Потом экспертиза выявит неисправность узла, который связывает стойку шасси с механизмом подъёма. Но уже в тот момент стало ясно, что при посадке с наполовину убранным шасси самолёт может повести себя непредсказуемо. Тем временем в Пулково готовились принять аварийный борт на грунтовую полосу. По тревоге были подняты пожарные расчёты, к месту посадки стягивались аврийки и скорые, пока борт нарезал круги, сжигая лишнее топливо.

На восьмом кругу выключился один из двух двигателей, хотя по приборам, горючего в баках ещё оставалось достаточно. Очевидно, именно по этому диспетчерская служба дала экипажу разрешение на экстренный проход прямо над городом, чтобы как можно скорей выйти на Пулково.

Самолёт находился над самым центром Ленинграда, когда на высоте 450 метров остановился и второй двигатель. Так обнаружилась вторая неисправность — ошибочные показания топливомеров. На часах было около 12-30 по полудни, когда экипаж Мостового видел проплывающие внизу купол Исаакия, шпиль Адмиралтейства и Эрмитаж.

Самолёт быстро снижался, и по всем законам физики сорокатонная машина в течении пол-минуты должна была рухнуть на Невский проспект. Мостовой принял единственное возможное в тех условиях решение: попытаться сесть на Неву. Выполнив последний разворот над городом, самолёт довернул по реке и приготовился к посадке.

Машина прошла в 90 метрах над Литейным мостом, в 40 метрах над высокими металлическими фермами Большеохтинского. Мост Александра Невского ещё не был построен, но впереди был ещё Финляндский — железнодорожный. Когда вдруг, экипаж увидел идущий по Неве буксир, над которым еле удалось пройти в нескольких метрах. В следующий миг Ту-124,  подняв стену брызг, лёг на невскую гладь и остановившись закачался на волнах прямо перед Финляндским мостом. Ни один из пассажиров не получил даже царапины.

Команда буксира, на который чуть не сел лайнер, уже спешила на помощь. Кое-как пришвартовались к самолёту, речники принимали на борт пассжиров и экипаж.
Отказ обоих двигателей, падение и посадка на Неву — всё произошло настолько быстро, что пассажиры даже не успели осознать весь ужас того, что могло случиться. Шок наступил уже на берегу, когда люди увидели медленно оседающий в воду самолёт.

Страницы: 1 2

Творчество отца Павла Флоренского было укоренено в Православии

В этом году 8 декабря исполнилось 75 лет со дня гибели в сталинских лагерях священника Павла Флоренского – философа, богослова, ученого и искусствоведа.

  К этой дате в Сергиевом Посаде 5 декабря был открыт памятный знак, посвященный всем, пострадавшим за веру в годы Советской власти. О редко упоминаемых эпизодах жизни отца Павла, его философии и научных открытиях, о его мученической кончине мы поговорили с внуком русского религиозного философа и богослова, известным исследователем его творчества, игуменом Андроником Трубачевым.

Отец Андроник, Флоренский известен большинству людей как религиозный философ. А как сам отец Павел мыслил соотношение философии и религии? Находятся ли они для него в отношении конфликта, или между ними существует гармония и сотрудничество?

По Флоренскому философия возникает из лона религии. Философия – это попытка осмысления и, в какой-то степени, ослабления религиозной жизни. Напряженная религиозная жизнь в общем-то не требует такого осмысления. В целом Флоренский считал, что все в человеческой культуре возникает из религии, на религиозной почве. Например, одомашнивание животных. Для того, чтобы приносить религиозные жертвы, людям были нужны животные. И чтобы не бегать каждый раз за ними по лесу, животных стали приручать. Или медицина – она по Флоренскому тоже возникла из религиозного культа. Первые медицинские учреждения появились при языческих храмах. Человек приходил в храм, получал там медицинскую помощь, исцелялся, приносил жертвы, шел к священнику, – все одновременно.

Но очень часто отношения религии и философии понимаются как предельно конфликтные или как отношения непересекающихся множеств. Например, немецкий философ Хайдеггер считал, что  религиозная философия – это бессмыслица, что-то вроде деревянного железа.

Для Флоренского наоборот, философия по мере укрепления ее связи с религией все более приближается к истине, потому что она, как и все остальное, живет религией и питается ее соками. По мере же ослабления ее связи с религией и религиозным культом, она действительно становится деревянным железом.

А что говорил Флоренский о соотношении науки и религии? В чем специфика науки по сравнению с религией?

Специфика, я думаю, и в предмете познания, и в способах познания мира. Есть художественный способ познания мира, а есть научный. Если наука коренится в религии, она действует не рациональными, а разумными методами. Сугубо рационалистический метод противоречит религиозному пути. Путь разумный же коренится в вере. Флоренский имел свой, совершенно уникальный способ познания. Сложно дать его определение. С философской точки зрения это опора на интуицию, но интуицию сверх-рассудочную, разумную. Флоренский рассказывал о том, как он однажды стоял на службе, и вдруг ему было видение – перед ним вдруг словно пронеслась вся жизнь его друга философа Владимира Эрна. Флоренский говорит, что он тогда подумал, что жизнь Эрна кончилась. Потом он приходит домой, а там телеграмма  – Эрн умер.

Это не была оккультная медитация. Грань между оккультным и духовным видением, конечно, очень тонкая. Самое главное – оккультные явления мы сами вызываем в себе техническим путем. А видение дается свыше, помимо желания и воли человека. Оно близко к художественному познанию. Отец Павел говорил моей маме: «Я вижу прежде всего вещь, ее  корни, но мне очень трудно найти язык и способ, чтобы показать то же самое людям, которым такой путь познания не доступен или они его не принимают».

А что по Вашему из философских идей и трудов Флоренского и сегодня сохраняет актуальность? И какие его идеи на Ваш взгляд являются главными в его философском творчестве?

Важнейшим положением Флоренского было то, что все духовное мы знаем  через его материализацию, воплощение. Нет ничего духовного, что не имело бы материального воплощения. И наоборот, все материальное имеет духовную основу. Вот, например, храм. Это материальная культура или духовная? Или произведение литературы. Что это, только духовное явление, или и материальное тоже? С этим связана другая его важная мысль – идея о слоистости культуры,  о символизации культуры и всего бытия. Низший слой бытия символизирует высший и на него опирается.

В области искусствоведения его крупнейшее достижение заключается в том, что он стал исследовать произведение искусства не только с точки зрения эстетики, но и с точки зрения техники и технологии. Я сейчас вспоминаю, как он описывал одну водосвятную чашу. Сначала идет довольно скучное описание того, как сделан тот или иной завиток на ней, а потом вдруг следует вывод, что автор изобразил саму идею воды, которая словно просвечивает сквозь этот материал. Еще одна его важнейшая идея, о которой я уже говорил – это мысль о происхождении культуры из религиозного культа.

Вообще творчество Флоренского можно поделить на два этапа. Первый – это его теодицея, оправдание Бога. Он представлен наиболее известным среди широкой публики трудом отца Павла «Столп и утверждение истины». Второй – это оправдание человека, антроподицея (его книги «Философия культа», «Водоразделы мысли»).

Теодицея, оправдание Бога было адресовано неверующей интеллигенции. Тут давались ответы на следующие вопросы: если Бог благ, то почему существует зло? Если Бог всемогущ, то почему он не может сделать то-то, и то-то и т.д?

А антроподицея, оправдание человека у Флоренского решала, например, следующие проблемы: если человек образ Божий, то почему он ему не соответствует в своем наличном состоянии? Почему человеку нужно стремиться к святости, и как он ее может достигнуть?

Вообще, должен сказать, что чаще всего исследователи творчества Флоренского не соглашаются между собой ни по одному пункту. Как правило, каждый видит в нем того, кем он сам является. Например, оккультисты считали его оккультистом. Символисты говорили, что он символист, ит.д.

А почему так получается?

Отец Иоанн (Крестьянкин) говорил, когда у него спрашивали, почему у Флоренского в книгах встречаются какие-то близкие к оккультизму описания, что Флоренский писал о таких тонких вещах, для которых у нас нет соответствующей терминологии. Он отзывался о творчестве Флоренского как о укоренном в Православии.

Отец Павел предсказывал, что двадцатый век будет веком оккультизма. У него были интересные ученики – владыка Варнава (Беляев), епископ Вениамин (Милов), которые писали, что их никто кроме Флоренского не готовил к тому, что в очень скором будущем будет иметь место наступление атеизма и оккультизма на человеческую культуру.

Ведь мало говорить, что оккультизм – это очень плохо, что это грех. Важно понять, на какие потребности человека он опирается и за счет чего паразитирует. У человека есть потребность общаться со своими умершими предками? Есть. Церковь говорит, что эта потребность святая и благая, что она реализуется через молитву, панихиду. Но если вы человек нецерковный, то на этой потребности и может паразитировать оккультизм. Оккультизм живет, используя данные Богом благие желания человека. Он не смог бы существовать, если бы у нас не было потребности общения с предками. Иначе не обращались бы наши дуры к «колдунам» и «магам» по объявлениям в газетах.

Отец Павел в своем творчестве старался раскрывать то благое зерно, на котором строится все остальное: и плохое, и хорошее. Исследуя языческие религии, он их исследовал не с точки зрения христианской апологетики, а с точки зрения того, что свет и во тьме светит. Если для иудеев грядущий Христос открывался через пророков, то для языческого мира его приход открывался через ложные мифы и религии. Например, мифами о воскресающем Дионисии, о воскресающих и умирающих богах языческий мир подводился к самой идее того, что возможно Воскресение.

Страницы: 1 2 3 4

И. Охлобыстин: «... и Церковь возложит на мою голову венец.."

И. Охлобыстин: "Армия мне присягнет и Церковь возложит на мою голову царский венец"

В программе еженедельной  программе Сергея Корзуна  «Без дураков» гость Иван Охлобыстин актер, режиссер, сценарист

С.КОРЗУН: Всем добрый вечер, я – Сергей Корзун, ведущий этой постоянной еженедельной программы. Мой сегодняшний гость, которого я позвал в студию для разговора абсолютно без дураков – актер, сценарист, режиссер и много кто еще – Иван Охлобыстин. Многие рассчитывают сегодня получить ответы на какие-то вопросы – где вы настоящий, где не настоящий, где играете, где нет.

Скажу нашим слушателям, что вообще в эфир Охлобыстина я добивался где-то год – после «Доктрины 77» у меня возникло острое желание. Бывает для журналистов счастливый момент, когда выходить что-то крупное, типа фильма. За последние дни у вас сколько эфиров, со счета сбились?

И.ОХЛОБЫСТИН: Не помню. Но я честно выполняют свои обязательства перед продюсером, Любой Калинской, «Соловей-разбойник», потому что в то время, когда она на своих слабых женских плечах несла тяготы продюсмента, я снимался в «Интернах», никак не участвовал, а поскольку я сопродюсер, я должен отдать этот долг, максимально приложить усилие для того, чтобы кино «прокаталось», вернуло свои деньги, чтобы можно было еще снимать кино.

С.КОРЗУН: Довольны прокатной судьбой фильма?

И.ОХЛОБЫСТИН: Да, мы отбились. На большее мы особо не рассчитывали. В принципе, нам этого достаточно. За продукт мы уверены, потому что у нас была очень хорошая аудитория – аудитория в плане коллектива, все цеха работали. Невольно вспомнились старые добрые еще ВГИКовские авторские времена, когда все, — гримерный, костюмерочный цех, операторский, светопостановочный цех – все знали сценарий, все прилагали усилия дополнительные, вне штатных установлений – это хорошо, когда работаешь с коллективом единомышленников.

С.КОРЗУН: А качеством работы довольны? Сценарий был написан 7-8 лет назад.

И.ОХЛОБЫСТИН: Да.

С.КОРЗУН: Говорили, что он стал более актуальным.

И.ОХЛОБЫСТИН: Так получается. Промысел Божий.

С.КОРЗУН: Ага. От зрителей вопрос, Жаклин: «Посмотрела трейлер фильма «Соловей-Разбойник» — Разбойник довольно страшное зрелище: циничный, жестокий, агрессивный, недобрый. Вы и Оксана Фандера шикарны, но надо ставить 21+ на этот фильм – вы показывали фильм вашим детям?»

И.ОХЛОБЫСТИН: Дети видели его неоднократно, потому что Люба Калинская мне дала диск для просмотра дома. Я дал честное слово, что из дома не буду его выносить, но ко мне приходили гости, и волей-неволей я предлагал посмотреть кино, как рачительный хозяин я должен был сидеть с ними. Первое время дети сидели, потом раз 5 посмотрели это дело, — им понравилось. Сейчас современные дети вряд ли будут напуганы, потому что если посмотреть, во что они играют – те же «Злые птички» или зайчики с разбивающимися головами – это гораздо более страшное зрелище. Но по трейлеру сложно судить. Все-таки это былина.

Предположим, самые популярные русские пенсии о разбойниках – там ворон, который прилетает с пальцем отрубленным с кольцом – оно тоже не елейное. И кроме трейлера все-таки надо посмотреть фильм и составить свое впечатление. Потому что, несмотря на то, что режиссер это назвал безжалостной комедией, это все-таки кинобылина.

С.КОРЗУН: Рецензии читали?

И.ОХЛОБЫСТИН: Читал. Я очень серьезно отношусь к критике, считаю, что цех критиков это такой же цех, как и режиссерский и актерский. Без адекватной кинокритики, а он смотрит много, ему есть с чем сравнивать и делать те или иные выводы – приняли очень хорошо. За редким исключением — не берем случайно зашедших троллей и людей, сотрудничающих в параллельных прокатных конторах, чьи фильмы следуют за нашими.

С.КОРЗУН: Жаклин – тролль?

И.ОХЛОБЫСТИН: Нет, барышня просто трейлер посмотрела. Это как шариковское: «Не видел, не читал, но скажу».

С.КОРЗУН: Наиболее частые мэмы — Тарантино, Робин Гуд и российский бунт, тот самый, который бессмысленный и беспощадный. Вас эта мифология фильма устраивает?

И.ОХЛОБЫСТИН: Вполне устраивает. Но это жанровое кино все-таки — «из ничего – ничто». Все базируется на каких-то предшествующих наработках, есть законы жанрового кино, штампы, которые необходимы, чтобы обусловить сам жанр. Я считаю, что у нас позиция выигрышнее, чем у Тарантино, в силу того, что его основные сюжетные идеологические коллизии построены либо на просто ничем не мотивированной жесткости, отрицании мира, либо на длинном долларе. У нас это представление о воли, справедливости, внутренней позиции человека – извечный русский вопрос, который мы никогда не сможем решить, но и, слава богу – это прекрасно, — мы рождены искать ответы на вопросы, на которых нет ответа, и это прекрасно. У нас есть хороший аналог такого же кино — «Белое солнце в пустыне». Думаю, никакой Тарнтино неспособен составить ему конкуренцию.

С.КОРЗУН: Многие рецензирующие говорят – могло бы тянуть, но не тянет.

И.ОХЛОБЫСТИН: Есть аналогии. Сейчас это уже не может быть, потому что ритмика нашего восприятия искусства увеличилась, мы и музыку сейчас более ритмичную слушаем, и литературу, стиль киноповествования стал более ритмичным. Поэтому не совсем корректно сравнивать с «Белым солнцем в пустыне». По нынешним временам это так же созерцательно, как и фильмы Тарковского – мы не будем смотреть на бесконечно двигающуюся дрезину. Для современного поколения это неприемлемо, не вводит в состояние того глубокого внутреннего погружения, какие чувства вызывали это в нас.

Тем не менее, с учетом складывающих, предшествующих образцов – жанровое кино сложено, — я реализовал то, что давно хотел для себя, выполнил собственную мечту — чуть подправить «Белое солнце в пустыне» — вот напрасно выпустили Верещагина. А у нас не выпускают Анисима Петушкова, честного милиционера – жена не пустила на последний бой. Вот такая оптимистическая нотка. А так – конечно, надо смотреть и оценивать.

Я тоже внимательно слежу за тем, как люди откликаются, пытаюсь быть объективным, потому что нет ничего дороже объективности. Возвращаясь к критике — я выкладывал периодически в социальные сети статьи, которые мне казались основательными. В основном это статьи, которые были «за», а те, которые были «против» все равно отмечали те или иные достоинства фильма. Не из-за того, что я хотел хвалить, набивать аудиторию. Хотя у меня ВИГКовское чванство сохранилось, дает возможность объективности.

С.КОРЗУН: От Юры: «Скажите, после того, как в гостях у «Русских перцев» на «Русском радио» пару дней назад вы откровенно издевались над ведущими и аудиторией «Эха» — не западло ли вам с таким отребьем общаться»? Свидетелей я найти не смог — описания программы нет.

И.ОХЛОБЫСТИН: Могу объяснить. Я ехал в машине, слушал передачу «Полный Аргольц», или что-то такое.

С.КОРЗУН: «Альбац».

И.ОХЛОБЫСТИН: Мне кажется, это слишком хамская подача материала, слишком хамское отношение к собеседнику, какое оно бы ни было, со стороны ведущей. Думаю, что никакая интеллигентная передача, никакая интеллигентная радиостанция не должна допускать подобного глумления, даже к тем собеседникам, к каким они не испытывают уважения. А в силу того, что все-таки здесь такая либеральная среда, и аудитория была либеральная, было тем более, тем паче странно, что так она… причем, немотивированно, слишком – ну, по хабальски это все было. Я отметил это, — это было очевидно, нельзя такое допускать.

Страницы: 1 2 3 4 5

Священники большого города: отец Сергий Старокадомский

О бизнесе в 1990-х, долге перед братками и долгом пути к служению

    Текст:  Александр Борзенко
Фотографии:  Виктор Зуга

Возраст: 41 год.

Образование: Коломенская духовная семинария.

Место служения: Спасский храм в Солнечногорске.

О детстве, крещении и приходе к вере

Моя семья не была религиозной. Верующей была только бабушка, но ее веру я наблюдал разве что в последнюю седмицу Великого поста, когда она переставала есть мясо, а потом исчезала и появлялась с крашеными яйцами. Обычная советская семья.

И только потом я узнал, что весь мой род по отцовской линии, заканчивая прадедом — священнослужители. Естественно, в советские годы об этом никто не говорил.

В церковь я пришел самостоятельно в 19 лет. Я оказался совершенно случайно в замечательном месте в Польше — в Ченстохове. Мне предложили поехать друзья, и все было совершенно бесплатно — представьте себе, халявная поездка в Польшу в 1991 году. И там со мной что-то произошло. Проснулся как-то утром и понял, что мир для меня изменился. Этому предшествовал разговор в поезде. У нас была такая туристическая, каэспэшная компания, мы сидели и пели песни. И почему-то в какой-то момент друзья начали задавать мне вопросы о вере, хотя мы редко затрагивали эту тему. Сначала я отвечал на вопросы, потом сам стал интересоваться — и в результате однажды обнаружил себя верующим. Тем утром я просто встал и пошел к иконе Ченстоховской Божией Матери и, как мог, стал молиться. Никакого особого контекста у моего прихода к вере не было — никакого морального или нравственного кризиса, ни скорби, ни радости.

За полгода до поездки в Ченстохову я крестился — по очень банальной причине: сестра хотела, чтобы я стал крестным ее сына. И вот мы с сестрой крестились в субботу, а в воскресенье пошли в церковь с племянником. Все это было чисто формально. Сестра не была верующей — просто тогда все крестились. Священник сказал в проповеди: вы теперь новые люди, и Господь омыл вас от всех грехов. Это было перед самым началом Великого поста. И меня что-то так задело в проповеди, что я даже решил попоститься. Потом я пошел на первую в своей жизни Пасху, и, когда услышал слова «Христос воскрес!», меня охватила ни с чем не сравнимая радость. Возможно, то, что я пережил в Ченстохове, было продолжением той самой Пасхи.

После этого в Москве я попал в хороший храм с хорошими людьми — Архангела Гавриила Антиохийского подворья, в Телеграфном переулке. Там была — в 1991 году! — катехизация.

«При этом ты видишь, как в подобной ситуации поступают другие: нанимают братков, забивают стрелки — сплошная чернота. В какой-то момент я и сам стал поступать так же»

О лихих девяностых

Параллельно с церковной жизнью я продолжал заниматься бизнесом. Он был разный: сначала торговля, потом строительство, потом был инвестиционный бизнес. Началось все в 1988 году, когда я создал бригаду промышленных альпинистов. Так как я занимался спелеологией, все мои друзья имели отношение к веревкам. Время было потрясающее, потому что деньги зарабатывать не надо было — надо было только придумать хорошую идею, и деньги на тебя валились. Простые технологии промальпинизма, которые мы применяли, позволяли решить многолетние проблемы очень крупных предприятий. Стоит в Москве здание, нужно отремонтировать фасад, а строительно-монтажные управления отказываются, потому что у них очереди. И тогда появлялись ребята, вешали веревки и все ремонтировали. После того как мы сделали одно или два здания, к нам выстроилась очередь. Потом мне стало неинтересно, и я занялся оптовой торговлей.

В то время все применяли всякие хитрости с торговым оборотом. Законодательной базы для бизнеса фактически не было — ты мог делать все что угодно. Однажды мы привезли товар, который мы оплатили за рубежом наличными — у нас даже не было валютного счета, мы нарушали все возможные инструкции таможни. Сейчас скажи такое какому-нибудь таможеннику, он просто не поверит. У нас даже сертификатов не было. У нас арестовали товар. Мы пришли в комитет, договорились с начальницей отдела, который отвечает за арест, не платя ни копейки денег, — потому что для нее эта ситуация тоже была непонятна. Она привыкла, что есть уполномоченные государственные органы, которые все возят, и с документами у них все в порядке. А что такое коммерческая организация, у которой вообще никаких бумажек, она не понимает, но вопрос надо как-то решать. Тогда начальница берет с нас простую объяснительную, которую я пишу ручкой: «Обязуюсь открыть валютный счет и больше так не делать». Это называется «извините, я так больше не буду». И нас отпускают с товаром, забывая даже взять таможенную пошлину. Такой вот комикс о жизни в 1993 году.

Это было время перелома. Люди тогда и на машинах ездили как хотели — совершенно не представляя, что государство каким-то образом может вмешаться. Государству в лице инспектора ГАИ нужно было просто дать немного денег. Время было очень тяжелое. Вот сейчас в метро за ограничительную линию мало кто заходит, а тогда люди стояли прямо у края платформы. Люди на улицах перестали обращать внимания на свисающие с крыш сосульки. Сейчас сосульки — это небольшая проблема, а тогда было по-другому: советская власть не очень хорошо чистила крыши. Но людям было все равно — они не обращали внимания ни на свою жизнь, ни на свою безопасность. Только к началу 2000-х простые горожане — подчеркиваю, простые горожане, — перестали ездить по встречке. А раньше Ленинградка только так и проходилась.

«Представьте себе ситуацию, когда тебе нужно прятать жену и ребенка где-то во Владимирской области»

О братках и чудесном спасении

Но однажды я сильно прогорел. У меня была одна сделка, для которой я взял кредит. Мне не поставили товар. Кредит я вернул, но у меня не было возможности вернуть процент. А тогда проценты были 200–230 годовых — в валюте. Кредит я брал в банке, но в то время не было большой разницы, обращаешься ты в банк или к браткам. В любом случае, в холле всегда сидели братки. Это был 1993 год. Для банка это была не просто потеря прибыли — это был убыток. Ведь они тоже занимали эти деньги под определенный процент — у Центрального банка. А ЦБ все равно — вернули процент или не вернули, он просто списывает средства с корсчета.

И когда это случилось, от меня потребовали вернуть деньги, которых у меня не было. Что мне было делать? Представьте себе ситуацию, когда тебе нужно прятать жену и ребенка где-то во Владимирской области. При этом ты видишь, как в подобной ситуации поступают другие: нанимают братков, забивают стрелки — сплошная чернота. В какой-то момент я и сам стал поступать так же. Разработал целый план военных действий. И когда однажды я стал договариваться с одной шпионской конторой об информации, о жучках и прочих подобных вещах, моя жена сказала: «Нет. Мы так жить не можем». А для меня было совершенно непредставимо, как по-другому.

Я поехал к одному своему верующему другу, чтобы поговорить. Он мне сказал: «Знаешь, жить с Богом можно только одним образом — жить с постоянным ощущением того, что ты в любой момент можешь предстать перед ним». Это было, наверное, самое важное, что я вынес из всей этой ситуации. Ведь когда ты отказываешься от человеческих способов защиты, когда ты соглашаешься на Божью правду и начинаешь в ней жить, понимая, что тебе это может стоить жизни, — в тебе что-то меняется.

Я как на работу ездил в тот банк и общался то с руководством, то с братками. Угрозы были постоянные — и прозрачные, и непрозрачные. Но после того разговора с другом я понял, что с Богом невозможно врать. Если ты надеешься, что тебе Господь поможет, — живи в правде. Правда так правда. Я еду в банк. Захожу к управляющему — там все та же компания, все те же разговоры. Когда я ехал, собирался им сказать такое, после чего не надеялся выйти оттуда живым. Все мои друзья усиленно обо мне молились.

Речь шла о 200 тысячах долларов, для сравнения: трехкомнатная квартира в Перово на тот момент стоила 18–20 тысяч. Сижу в кабинете управляющего и произношу примерно следующий текст: «Вы знаете, у меня этих денег нет, и я их вернуть не смогу. Мне жаль, что так произошло, я сделаю все, чтобы максимально уменьшить ваш ущерб. Передам вам все активы, которые у меня есть, — понятно, что этого недостаточно, но хоть что-то».

Заканчиваю свою речь, смотрю — и понимаю, что они меня не слышат. Просто сидят и продолжают разговаривать. Тогда мне стало интересно — они меня видят? Проверить это можно было одним способом — я просто встал и вышел из кабинета. Они продолжали разговаривать. После этой встречи мне еще пару раз позвонили — и все. Единственное, что я мог сделать и сделал, — передал в банк все активы. Я сделал так, чтобы все средства от продажи товара шли прямиком в банк.

Страницы: 1 2