хочу сюди!
 

Дария

36 років, риби, познайомиться з хлопцем у віці 25-45 років

Пошук

Стрічка заміток за місяць

Четыре свечи (притча)

  • 16.06.08, 23:32

Четыре свечи спокойно горели и потихоньку таяли... Было так тихо, что слышалось, как они разговаривают. Первая сказала: Я - Спокойствие. "К сожалению, люди не умеют меня хранить. Думаю, не остаётся ничего другого, как погаснуть!" И огонёк свечи погас. Вторая сказала: Я - Вера. "К сожалению, я никому не нужна. Люди не хотят ничего слушать обо мне, поэтому нет смысла гореть дальше." Едва произнеся это, подул лёгкий ветерок и загасил свечу. Очень опечалившись, третяя свеча произнесла: Я - Любовь. У меня нет сил гореть дальше. Люди не ценят меня и не понимают. Они ненавидят тех, которые любят их больше всего - своих близких." Долго не ждав, эта свеча угасла. Вдруг... ...В комнату зашёл ребёнок. И увидел три потухшие свечки. Испугавшись, он закричал: "Что вы делаете?! Вы должны гореть! Я боюсь темноты!!!" Произнеся это, он заплакал. Взволнованная четвёртая свеча произнесла: "Не бойся и не плачь! Пока я горю, можно зажечь и другие три свечи. Я - НАДЕЖДА.

Бог есть зло?..

  • 16.06.08, 23:23

Профессор в университете задал своим студентам такой вопрос. — Всё, что существует, создано Богом?

Один студент смело ответил:

— Да, создано Богом. — Бог создал всё? — спросил профессор. — Да, сэр — ответил студент.

Профессор спросил:

— Если Бог создал всё, значит Бог создал зло, раз оно существует. И согласно тому принципу, что наши дела определяют нас самих, значит Бог есть зло. Студент притих, услышав такой ответ. Профессор был очень доволен собой. Он похвалился студентам, что он ещё раз доказал, что вера в Бога это миф.

Ещё один студент поднял руку и сказал:

— Могу я задать вам вопрос, профессор? — Конечно, — ответил профессор.

Студент поднялся и спросил:

— Профессор, холод существует?

— Что за вопрос? Конечно, существует. Тебе никогда не было

холодно?

Студенты засмеялись над вопросом молодого человека. Молодой человек ответил:

— На самом деле, сэр, холода не существует. В соответствии с законами физики, то, что мы считаем холодом, в действительности является отсутствием тепла. Человек или предмет можно изучить на предмет того, имеет ли он или передаёт энергию. Абсолютный ноль (–460 градусов по Фаренгейту) есть полное отсутствие тепла. Вся материя становится инертной и неспособной реагировать при этой температуре. Холода не существует. Мы создали это слово для описания того, что мы чувствуем при отсутствии тепла.

Студент продолжил:

— Профессор, темнота существует? — Конечно, существует. — Вы опять неправы, сэр. Темноты также не существует. Темнота в действительности есть отсутствие света. Мы можем изучить свет, но не темноту. Мы можем использовать призму Ньютона чтобы разложить белый свет на множество цветов и изучить различные длины волн каждого цвета. Вы не можете измерить темноту. Простой луч света может ворваться в мир темноты и осветить его. Как вы можете узнать, насколько тёмным является какое-либо пространство? Вы измеряете, какое количество света представлено. Не так ли? Темнота это понятие, которое человек использует, чтобы описать, что происходит при отсутствии света.

В конце концов, молодой человек спросил профессора:

— Сэр, зло существует?

На этот раз неуверенно, профессор ответил:

— Конечно, как я уже сказал. Мы видим его каждый день. Жестокость между людьми, множество преступлений и насилия по всему миру. Эти примеры являются не чем иным как проявлением зла.

На это студент ответил:

— Зла не существует, сэр, или, по крайней мере, его не существует для него самого. Зло это просто отсутствие Бога. Оно похоже на темноту и холод — слово, созданное человеком чтобы описать отсутствие Бога. Бог не создавал зла. Зло это не вера или любовь, которые существуют как свет и тепло. Зло это результат отсутствия в сердце человека Божественной любви. Это вроде холода, который наступает, когда нет тепла, или вроде темноты, которая наступает, когда нет света.

Имя студента было — Альберт Эйнштейн.

не виню

  • 16.06.08, 23:20

«…Кружатся дамы молодые,

Не чувствуя себя самих,

Драгими камнями у них

Горят уборы головные.

По их плечам полунагим,

Златые  локоны летают.

Одежды легкие, как дым,

Их легкий стан обозначают…»

"Бал" Е. А. Баратынский.

 

 

            Тихий шум прибоя раздавался за окном. Волны неслышно бились о морской берег и мягко отступали назад. Заходящее солнце отражалось в морской воде красными и оранжевыми переливами. Легкий бриз развивал ее волосы, трепал ее летнее платье. Она молча стояла и смотрела на гладь воды, лишь только волны ласкали ее ноги.

            Я смотрел на Нее, стоя на лоджии нашего домика возле моря, который я купил, как только познакомился с Ней. С той нашей первой встречи прошло три года. Я приобрел для нее этот дом, потому что ей очень нравилось море, нравилось смотреть на волны… Тогда, три года назад, я приехал отдыхать на этот берег и снимал две небольшие комнаты в этом доме. В тот вечер я вышел на лоджию и увидел, как в закате солнечного света танцевала девушка в легком голубом платье. Казалось, что она была птицей, так легко она парила в воздухе – так красив был ее танец.  

            Она была невероятно красива – прекрасная фигура, тонкая талия, белые вьющиеся кудри, большие зеленые глаза, нежная тонкая кожа. Она была танцовщицей. Я помню, как в тот вечер прозвал ее своей Баядерой. Она пришла в мою жизнь легко и ненавязчиво, и сейчас уходила точно так же…

             Мне трудно было поверить и представить, что теперь она удалялась от меня все дальше и дальше, после всего прекрасного, что было у нас с ней. Но сейчас уже нельзя ничего исправить. Когда я понял, что скоро задохнусь от ее лжи и фальши в голосе и сексе, подумал, что все еще можно исправить, как только мы окажемся на нашем любимом морском берегу, где прошли наши самые лучшие минуты. Она не упорствовала, но даже пребывание здесь, а также никакие воспоминая не могли ничего исправить. Она – хрупкое создание, как мне всегда казалось, и я старался ее уберечь от всего своей заботой и любовью, но на самом деле, она оказалась безумно жестокой женщиной. Только здесь она призналась в любви к другому мужчине. Только сейчас я понял, что всему пришел конец… она больше не будет со мной, она не будет моей, она не будет целовать меня по утрам и не будет прижиматься ко мне так страстно, она не будет танцевать для меня…

            Я все еще наблюдал за ней, за ее красивыми чертами, вырисовывающимися на фоне заката, и я завидовал, потому что только теперь я понял, что моя бывшая любовь оставалась верная только ему – этому яркому мерцанию света… Какой теперь казалась далекой наша встреча, как далеко теперь была Она от меня, как далеки были те вечера, проведенные вместе, когда мы утоляли свою страстную жажду к друг другу – все теперь было позади. Но мои руки все еще помнили каждый изгиб ее тела, запах ее волос, вкус ее сладких губ…

            Как тяжело осознавать себя всего лишь глупой ошибкой после сказанной нею правды. И как казались сейчас нелепыми мои шаги на встречу нашей разлуки.

Она сняла платье, оставаясь только в трусиках, и медленно входила в воду. Вот она погладила волны руками, она касалась их своими нежными тонкими пальцами, а потом поплыла навстречу закату.

            Я не мог простить ее измену, ее предательство наших чувств, ее слабости. Я знал, что никто и ничто не сможет сломить мою твердость, что теперь я буду как никогда непреклонен, что не будет никакой снисходительности. Даже если Моя Любовь снова позовет меня к себе, я не поддамся ее соблазнам, потому что не хочу быть обманутым снова.

Я не хотел уходить не оставив за собой последнего слова, сев за стол  написал:

« Дорогая, ты была для меня самым лучшим подарком, который могла мне подарить судьба. Это был лучший танец, который могла подарить мне такая женщина, как ты. Я ухожу без особого желания покидать тебя. Прошу тебя об одном: оставайся, как прежде, недоступной и легкой, парящей, как бабочка. Я не виню тебя ни в чем, моя Баядера. Прощай…»

            Я ушел, так и не дождавшись ее…

ГРЕХ

Соловьев Дмитрий
Описывая грех, можно воспользоваться образом лучника, чья стрела ложится мимо цели. Я вовсе не хочу сказать, что промахнувшийся стрелок совершает тяжкое преступление против нравственности. «Попадание мимо цели» – это всего лишь простейшее библейское определение греха. Конечно же, говоря о «цели» в библейском понимании этого слова, мы не представляем себе расчерченную кругами мишень или чучело, набитое соломой; речь идет об установленной Богом мере, о «норме» закона, данного Богом. Закон Божий отражает Его собственную праведность и является тем единственным образцом, которым мы должны руководствоваться в своем поведении. Несоответствие этому образцу и есть грех.

Библия говорит о всеобщности греха как о присущей всем неспособности быть сопричастными славе Божией: «Ибо все согрешили и лишены славы Божией» (Римлянам 3:23). Расхожие фразы, вроде того, что «нет в мире совершенства» или «человеку свойственно ошибаться», есть не что иное, как признание всеобщности греха. Каждый из нас грешен, и каждый нуждается в искуплении.

Грех определяется как «любое неподчинение закону Божию либо нарушение этого закона, данного разумному существу как совершенное правило праведности» . Это определение имеет три важнейших аспекта.

Первое: грех есть неподчинение. Неподчинение закону Божию. Это – грех несостоятельности, то есть неспособности поступать так, как заповедано Богом. Если Бог заповедал нам любить ближнего своего, а мы не в состоянии выполнить заповеданное, то это – грех.

Второе: грех определяется как нарушение закона. Нарушить закон – значит выйти за его рамки, преступить его пределы. Именно поэтому мы иногда определяем грех словом «преступление», обозначающим, в частности, нарушение границ чьих-либо владений. Мы вторгаемся в те пределы, куда вступать возбраняется. Здесь речь идет о грехах совершённых, то есть о совершении деяний, запрещаемых Богом. Когда положение закона Божия выражено отрицательной конструкцией – «Не убивай», «Не кради», – а мы поступаем вопреки запрету, мы совершаем грех.

Третье: грех есть деяние, совершаемое разумным существом. Будучи сотворены по образу Божию, мы являемся свободными носителями нравственного начала. Наделенные разумом и волей, мы способны совершать нравственные поступки. Делая то, что заведомо запрещено, мы предпочитаем нарушить закон Божий и тем самым совершаем грех.

Протестантизм не приемлет бытующего в римско-католической теологии разграничения между грехом прощаемым и грехом смертным. Традиционное католическое богословие определяет смертный грех как «убивающий» благодать в душе. Такой грех нуждается в обновленном оправдании, которое можно получить посредством таинства покаяния. Прощаемый грех – не столь серьезного свойства. Он не уничтожает спасающей благодати.

Жан Кальвин заявляет, что всякий грех против Бога есть грех смертный в том отношении, что он заслуживает смерти; но ни один грех не является смертным в том смысле, что он уничтожает наше оправдание верой. Протестантизм считает серьезным всякий грех. Даже самое ничтожное прегрешение, по сути своей, есть мятеж против Бога. Каждое прегрешение есть акт предательства по отношению к Творцу всего сущего, тщетная попытка свергнуть Бога с престола безраздельного могущества.

И все же Библия считает некоторые грехи особенно отвратительными. Существуют различные степени греховности, за которые уготованы разные меры наказания в день, когда свершится правосудие Божие. Иисус укорял фарисеев за пренебрежение важнейшими вопросами закона, а города Вифсаиду и Хоразин предупреждал о том, что их прегрешения тяжелее грехов Содома и Гоморры (Матфея 11:20-24).

Библия также предупреждает нас об отягощении вины, проистекающем от множества грехов. Хотя Иаков учит, что нарушить какую-то часть закона – все равно что нарушить весь закон в целом (Иакова 2:10), каждый новый проступок прибавляет нам вины. Павел увещевает нас не копить, не собирать себе гнев на день гнева (Римлянам 2:1-11). С каждым новым прегрешением мы отягощаем свою вину и тем навлекаем на себя гнев Божий. И все-таки благодать Божия превыше человеческой вины во всей ее совокупности.

Серьезное отношение Библии к греху проистекает от ее серьезного отношения к Богу и к человеческим существам. Согрешая против Бога, мы оскорбляем Его святость. Согрешая против ближнего своего, мы оскорбляем его человеческую природу.

Обо всём..............СРАЗУ

                                          «Самадхи»

 

Исчезли завесы света и тени,

Рассеялся скорби туман,

И радости мимолетных зори уплыли,

Покинул всех чувств обман.

 

И ложные образы двайты исчезли:

Любовь-ненависть, жизнь-смерть, вопрос-ответ

Успокоила глубокая интуиция майю,

Что было, что будет, что есть – больше нет.

 

Лишь всепоглощающее вечное Я,

Творенья литейных печей,

Планеты, звезды, земля, туманности,

Ледники безмолвных рентгеновскиз лучей.

 

Катаклизмов судного дня вулканические взрывы,

Электронов потоки жгучие,

Каждый листик травы, Я сам, человечество,

Мысли всех людей, прошлое, настоящее, грядущее.

 

Гнев, жадность, добро, зло, спасение, вожделение,

Вселенской пыли каждая частица –

Я все испил, преобразуя в собственной единой

Сущности крови – океана без границы.

 

Тлеющие угольки радости медитаций,

Раздуваемые часто, мои полные слез глаза испепеляя,

Вспыхнули бессмертным пламенем блаженства,

Меня всего, мое тело, мои слезы поглощая.

 

Ты – Я, я – Ты!

 

Познаватель, Познаваемое, Познавание - в Едином

Спокойный, непрерывный трепет

Вечно новый мир, вечная жизнь созданий!

Блаженство Самадхи, дарующее счастье,

Выше любых ожиданий.

 

Не умственный хлороформ, из которого

Нельзя выйти по своей воле;

Не бессознательное состояние.

До самой дальней границы вечности

Расширяет Самадхи область сознания

Где Я – Космическое Море наблюдаю,

Как плавает во мне маленькое эго,

Темная Земля, горы, долины,

Слышны шорохи подвижных атомов энергий.

 

Смотри! Ведь это расплавленная жидкость!

Превращаются текучие моря в дымку.

Дуновение Аум чудесно срывает и рассеивает ее завесу.

Раскрыты Океаны – сияющие электроны совершенства.

С последним звуком космического барабана,

 

Более грубый свет преобразуется в вечные лучи,

Всепроникающего совершенства.

Из блаженства я пришел, живу в блаженстве,

И в блаженстве священном теперь растворяюсь.

Разума океан.

Всеми вибрациями творения Я упиваюсь.

 

Четыре завесы: твердого, жидкого, пара

И света снимаются без труда.

     Перемещающиеся, мерцающие тени

Смертной памяти ушли навсегда.

Я во всём, я вхожу в великое Я!

 

Нет ни пятнышка на моем умственном

Небе – высоко вверху, внизу, впереди.

Я – крошечный пузырек смеха – стал морем

Самого Веселья!

Вечность и Я! Объединенный Луч Один!

 

 

Парамахамса Иогананда

               

зоопарк 15.06.2008

  • 16.06.08, 22:04
Испугались погоды в воскресенье. И вместо Пирогова поехали в зоопарк. Там, в отличии от прошлых лет, оказалось поменьше животных (мне так показалось). Чего не скажешь о птицах. Их стало больше (не в количестве, а  в разнообразии видов).
Специально для пернатых  был куплен свежий батон (два батона). И как-только я увидела уток, то сразу отдала часть своих запасов. Затем пошли на другой водоем с утками. Здесь можно было увидеть не только уток, но также лебедей, ворон и голубей. Самые наглые  из них  -  это  вороны.  Они хорошо там освоились, и чувствовали себе как дома. Две вороны копировали походку уток, чтоб подобраться к корму, а третяя - контролировала ситуацию с перил.  

[ Читать дальше ]
остальные фотографии из зоопарка (2007-2008) можно посмотреть здесь.

О ТЕБЕ...

Бывают дни, когда особенно много света, природа говорит и показывает необычайно красочно и повсюду сверкают радуги.
Сегодня как раз такой день.
... Хотя, СИНОПТИКИ могут со мной и не согласиться

религия начинается там, где кончается философия.

Нигилист видит действительность в том, что недействительно, тогда как реалист видит реальность в подлинности всего существующего: вот в чем спор, волнующий весь мир - вот в чем источник всех междоусобий.

Реалист вопрошает: "Каким же способом может нигилист получить представление о подлинности всего?" А как же объяснить то обстоятельство, что вращающийся светоч производит на нас впечатление круга? Нельзя уяснить себе движение иначе, как посредством точки опоры, покоя. Нигилист не в состоянии постигнуть обоснования представления, в сипу которого мы утверждаем, что за миром видимым таится еще что-то; равным образом, не может идеалист уяснить себе, каким таким способом Одно могло вдруг преобразоваться во множество. Единственно возможное разъяснение можно найти вне чувственного мира; нам необходимо вознестись до сверхсознания, до состояния, ничего общего не имеющего с миром чувственных восприятий. Эта сила метафизического порядка и есть то орудие, которое является доступным идеалисту. Таким образом он имеет возможность убедиться на опыте в существовании Абсолюта.

Человек может раствориться в Абсолюте и затем снова вернуться к своему человеческому состоянию. Следовательно, дилемма решена, первым долгом для него лично, а затем и для других, ибо он в состоянии указать и другой путь. Таким образом, религия начинается там, где кончается философия.

 

Истинная философия - это систематизация известных восприятий. Рассудок начинается там, где кончается религия. Вдохновение неизмеримо выше рассудка, однако, оно не должно идти с ним вразрез. Рассудок - это как бы грубый инструмент для более тяжелой работы; вдохновение же - это как бы яркий свет, показывающий нам истину. Желание совершить что-либо, в большинстве, случаев еще далеко от истинного вдохновения.

ВИВЕКАНАНДА

Фильм №30 - Подполье (Эмир Кустурица)

"Подполье" (Андерграунд, Подземлье, Underground) — фантасмагория культового  сербскогго режиссёра Эмира Кустурицы (Emir Kusturica). Фильм вышел на экраны в 1995 году. В этой работе Кустурица связал прошлое своей страны с эпизодами новейшей истории (начало войны на Балканах).



В 1992 году началась Боснийская война. Дом семьи Кустурицы в Сараево был разрушен, отец режиссёра Мурат Кустурица вскоре после этого скончался от сердечного приступа. Семья нашла убежище в Черногории. Видя, что происходит с его страной, Кустурица вернулся в Югославию для того, чтобы начать работу над новым фильмом — фантасмагорическим фильмом-притчей с элементами чёрной комедии "Подполье" по сценарию знаменитого югославского драматурга Душана Ковачевича.



Действие фильма происходит на протяжении пятидесяти лет в Югославии. Два приятеля-бандита любят одну и ту же женщину — актрису Наталью. Когда начинается Вторая Мировая Война один из них, Марко, предлагает второму, Петару по прозвищу «Чёрный», уйти в подполье. Петар переселяется в подвал, и вместе с сыном и другими своими товарищами начинает производить оружие для нужд партизанского движения. Проходит время. Война уже закончилась, но Петар об этом не знает. Марко становится наверху крупным чиновником, приближённым Тито, женится на Наталье, и вместе со всей Югославией оплакивает память якобы почившего Петара, при этом продолжая зарабатывать на оружии, производящемся в подполье…



«Подполье» считается лучшим фильмом Кустурицы и одним из величайших фильмов 90-х годов XX века. Фильм отмечен одной из наиболее престижных наград мирового кинематографа — «Золотой пальмовой ветвью» на Каннском кинофестивале. Оригинальную музыку для фильма сочинил Горан Брегович, и этот саундтрек сразу вошёл в классику мировой киномузыки.