Томный вечер в Хилтоне Никосия (Кипр)

  • 01.10.17, 21:03
Вечером к ужину спустилась роковая фурия. Харизматичная, как Тесла, томная Бэлла Яковлевна в красном бархатном платье в пол, сотрясая рубинами и брильянтами, ледоколом двинулась к столу с пирожными, оттесняя юных узниц бухенвальда в дизайнерских тряпках. Она поправила роскошный начес с блестками, смерила меня царским взглядом и томно изрекла:
-Девочка, в каком зале -концерт Стаса Михайлова?
-Горя не знаю, равно как не знаю и знать не хочу, где концерт короля разведенных разухабистых дам.- Подумала я, но вовремя осеклась и сказала вежливо.- Не знаю, я не фанат этого выдающегося человека, не хожу на его концерты. Пардон муа.

Бэлла Яковлевна выгнула бровь, выронила кекс и взревела:
-Фима, ты слышишь? Эта девочка делает мне больно. Выросло поколение, не знающее прекрасного. Фима, почему ты молчишь?
Я поискала глазами Фиму...Минуты через полторы мои поиски были вознаграждены: где-то между складок роскошного платья, в районе колен суетился Фима. Очаровательный крохотный лысый мужчина в очках, который весил, как одна сережка Бэллы Яковлевны, робко протирал запотевшие стекла и шептал, рискуя попасть под цунами Бэлла:
-Масечка, ты совегшенно пгава... потегянное поколение, что взять.
Императрица тряхнула драгоценными каменьями, взяла Фиму за грудки и прорычала в ухо:
-И ну?
Обморочный Фима облобызал перстни, улыбнулся, приготовившись испустить дух, в борьбе за справедливость, но царица савская сменила гнев на милость, обмякла, поставила своего карманного дикого мустанга снова между колен и обратилась ко мне:
-Милая моя, девочка, пока есть возможность, слушайте классику. Я вас умоляю.

Тут уже торт изо рта вывалился у меня, нахлынула благодарность и нега, я приготовилась записывать мудрые советы хотя бы на салфетках и хотела попросить княжну не частить. Но боярыня Морозова снова бросила взор на зазевавшегося Фиму, который опрометчиво приготовился наложить себе устриц с мидиями, хлестанула карманного терминатора по загривку, и, метнув в супруга молнию, взревела:
-Ты будешь чревоугодничать перед концертом СТАСА? Я не буду ходить с тобой по одному Хилтону. - Царица просверлила смертника Фиму взором, предрекающим третью мировую, набрала воздуха в легкие, подтянула любимого мужчину за грудки и тут...
-Все для тебяя...рассветы и тумаааныы.- Робко стал напевать Фима, надеясь пожить еще. Внезапно в соседнем помпезном зале грянули первые аккорды, умолкли птицы, свет померк, официанты заплакали, Клеопатра в платье из занавесок ТЮЗа ослабила хватку питбуля и начала подпевать, целуя гнома Фиму в затылок:
-Дляяя тиииибяя...

лирическое отступление

  • 28.09.17, 08:15
Отломала ломоть грузинского шоти, покрыла его украинским домашним сливочным маслом, почистила черноморскую малосольную тюлечку, уложила её сверху маслица, достала и помыла осеннюю помидорку микадо, сладкую и сочную. Налила рюмочку шабского коньячку. Выпила и закусила всей этой вкуснятиной.
Просто блаженство какое-то! Это очень вкусно.
Осень в Одессе!

иное мнение

  • 27.09.17, 23:45
Посмотрела фильм "Москва слезам не верит" со своей американской подружкой Крис. Всё таки оскароносное кино, как ни крути. Мне захотелось, чтобы моя подруга, обожающая русскую классическую литературу, ознакомилась с этим шедевром нашей киноклассики. Смотрели с английскими субтитрами. Под конец фильма Крис сказала, что у неё есть много вопросов.
- Оксана, я не понимаю, почему если Катья была директором такой крупной фабрики и у неё в подчинении было три тысячи человек, она жила вдвоём с ребёнком (!!!) практически в дырке в стене. Это же невероятно: два человека живут в однобедрумной квартире. Директор крупного предприятия спит в гостинной на раскладном диване! Как это понимать?
- Ну, Крис, дело было же ещё в Союзе, тогда мы все так жили. Я жила в однобедрумной квартире с сестрой и родителями. Мы с сестрой спали тоже в гостинной на раскладных диванах.
- Да, но твои же родители не были такими большими боссами, как героиня Катья?
- Но у нас тогда было всеобщее равенство и братство...
- Но ведь ты сама говорила, что коммунисты имели намного больше, а разве Катья не была коммунистом, имея руководящую должность? Кстати, почему там мама Николая произносит фразу "Разве в ресторане прилично накормят?" У вас что, кормили плохо в том числе и в ресторанах, но тогда как же они существовали и подолгу не выходили из бизнеса?
Я почесала затылок, но Крис продолжала свои вопросы на засыпку.
- почему она, будучи таким крупным боссом, ездит на таком факинг пис оф шыт, который постоянно ломается? Её зарплаты директора не хватает на приличную машину?
Мой рассказ о многолетних очередях на автомобиль и о том, что жигули вовсе никакой не пис оф шыт, а очень даже приличная машина по тем временам, Крис не убедил. Она продолжала задавать вопросы:
- Оксана, я не понимаю. Вот Катья- она такая красавица и умница, добилась всего сама, дочь воспитала, но она похоже никак не может почувствовать себя счастливой только потому, что рядом нет мужчины? Этот пис оф шыт Гоша, у которого комплекс неполноценности, потому что его любимая женщина больше зарабатывает, бросил её по-хамски, а она вместо того, чтобы забить на него, ищет его по всей Москве, потеряв всяческую гордость и достоинство? А потом она его со слезами на глазах принимает обратно, но она что, не понимает, что у них отношения всё равно не сложатся: она же больше него зарабатывает, а для него это- проблема. А значит он- говно-мужик, isn't he? Разве я не права? Почему создатели фильма красной нитью проводят мысль о том, что женщина, чего бы она ни добилась, всё равно- неполноценна, если у неё рядом нет "штанов"? Что это за булшыт, объясни мне, плиз?
Кстати, если у кого возникли тёмные мыслишки по поводу бэкграунда Крис, не подкопаетесь, сразу говорю. Крис- ослепительная красавица-блондинка размера small, обладательница чёрного пояса каратэ, в свои 58 без единой пластической операции выглядит на 45, состоит в счастливом браке со своим красавцем мужем- преуспевающим хирургом-ортопедом, живёт с ним в замке спален на десять, с прислугой и на берегу озера, и сама при этом доктор наук, имеет успешную частную практику клинического психолога. Мать троих детей. Говорю же: не подкопаетесь.
Я было задвинула лекцию для Крис, начиная копать ещё с 17-го года, но она меня просто сражала наповал своей незамутнённой логикой успешной и счастливой американки. Каждый исторический пассаж, который я пыталась выдвинуть, она тут же задвигала. Так мы и скоротали вдвоём томный вечер, согласившись, что на всё ответом есть загадочная славянская душа. Только Крис ещё добавила под конец белого вина в бокале:
- Как хорошо всё-таки, Окси, что ты оттуда уехала. Ну не могу я тебя представить сидящей на табуретке и жующей собственные сопли: "Как долго я тебя искала! Как долго я тебя искала!" Какой же это булшыт, ну просто противно! Хотя в целом фильм не плохой и я много нового узнала из вашей истории советского периода. А что ещё интересненького из русского у тебя есть посмотреть?
Oksana Lexell

Свобода начинается со слова "Нет"

  • 26.09.17, 21:14
Сильным становится тот, кто однажды скажет "нет" там, где много раз говорил "да", и это "да" было в тягость
Свободным становится тот, кто, сказав "нет", перестает чувствовать себя виноватым.

опасное дело

  • 21.09.17, 12:14
Открыв новости, очередной раз опешила.
Настя Рыбка и Саша Травка объявили секс охоту на Навального:
" Алексей Навальный. Я знаю, что ты собираешься устраивать кровавую революцию в России. Мы против крови...Мы найдем тебя, вычислим, трахнем, выложим компромат в сеть и ты не сможешь участвовать в выборах в президенты РФ."

Вообразила, как по России шерстят Саша Травка, Зина Хомяк, Наташа Газон, Юля Вомбат, Ира Цисарка и Антонина Мышь, в поисках наивного, доверчивого, неразвращенного Навального, как сгущаются тучи над политиком, как заходя в булочную или в поликлинику, Алексей ловит на себе липкие вожделенные взгляды Маши Свиньи и Дарьи Репейника, как, переходя дорогу, озирается, мелко семеня, старается успеть добежать до жены, не попав в руки Эллы Землянички и Нины Овцы. Все-таки политика в России- опасное дело. Впрочем как и везде.

тут могла би бути реклама ощадбанку))

  • 18.09.17, 22:46
Або як бува. Сидиш собі зранку на кухні, законний стакан чаю п'єш. А тобі на телефон есемеска приходе. Пр то шо ощадбанк заблокував твою карту і треба дзвонити, бо біда.

І ти дивуєшся, чухаєш голову і довго-довго дивишся на екран. Перечитуєш. Переосмислюєш. А далі кидаєш то гибле діло, виходиш на балкон, вдихаєш солодке прикарпатське повітря і поринаєш в спогади. І мелькають перед твоїм внутрішнім зором друга і третя робота, інстітут, школа, піонерія, ясельна група. До теплих маминих рук і пологових стаждань доходиш. І все нічого. Пустота.

І сотаєш нитки своєї слабкої пам'яті і видобуваєш всякі ганебні речі - як школу прогулював, як з горла за гаражами прикладавсь, по доступним женщінам волочивсь і мікрокредит оформлять думав. І все одно - нічого. Мовчить пам'ять. Переконує, що не було у тебе ніколи карти ощадбанку.

А ти все ж дзвониш. В неясному пориві, в припливі цікавості, в очікуванні безплатного чуда. І баришня на другому кінці провода глибоким грудним голосом, саме таким яким балакають вогнисті брюнетки з серіалу про Ізауру, каже що так, є у тебе карта. Заблокована помилково, усе як у людей. І щоб розблокувать - три цифри зі зворотньої сторони карточки сказати треба.

І ти без всякої задньої думки кажеш: "Один Два Нуль. Записали, панянко? Сто два. Як номер поліції".

І вона чомусь кидає трубку. І не відповідає на дзвінки. І зникає за зламом реальності, у вічному Поза Зоною. І ти розумієш, що номер твій у чорному списку, і більше тобі не подзвонять ніколи.

І тільки осіннє галицьке небо плаче брудними сірими сльозами , над твоїм непозбувним горем.
Вовчик Сірий

чотири неба

  • 18.09.17, 22:36
У діда Славка було чотири неба.

Перше - літнє. Густе, бадьоре, бездонне. Дідові було шість. Він підстрибом біг через поле, несучи мамі обід. Мама відбувала трудодні в новостворенему колгоспі. Старша сестра варила їсти. В сім'ї їх було дев'ятеро і Славко був наймолодшим. Зазвичай їжу носив він. Вертаючись він часто сідав під самотню придорожню липу і дивися на небо. Десь далеко за обрієм кипіли фронти, будувались залізниці, запускалися домни і жив брат Жора. Жора поїхав в область, в Могильов, на рабфак. Вчився він добре, готувався стати інженером, беріг єдині черевики і часом писав листи, просячи прислати сала.

Літнє небо ходило за дідом як Гром. Гром був старий батьків собака. Любив він тільки батька Василя і діда Славка. Коли Славко покинув село, а батько помер, Гром затужив, ліг біля татової могили і лишився там до кінця. А дідо ходив з літнім небом на плечах - молодий, сильний і невтомний. Дід хотів вчитися, але з колгоспу його не пускали. Славко утік, брів золотими від кульбаб полями і за два місяці виринув у одному з училищ середньої полоси. Освоював хитрі імпортні верстати, писав у стінгазету і до ночі засиджувався у бібліотеці. В 19 років з дідом сталося перше кохання, у 20 завод, а в 21 - війна. А за війною прийшло зимове небо.

Зимове небо трапилося у грудні сорок другого. В день коли від морозу зводило зуби, а розжарений кулемет уже не пік потомлені руки. Небо накотилося раптово - темне, тяжке і чорне як шмат гімнастерки у занедбаній рані. Єдине шо відчув Славко - поштовх, так ніби по животу вдарило батогом. А далі був вихід Барса.

Барс був старий їздовий пес і вожакував у упряжці, котра вивозила поранених. Втоптаний чорний сніг помалу перетворювався на болото, втомлені собаки грузли, фельдшер кричав матом і притримував діда, щоб той не випав з саней. Барс кусав та поганяв інших собак, а дід розглядав небо і чомусь вірив, що бачить його не востаннє.

У військовому госпіталі Славкові забрали майже весь кишечник і збиралися комісувати. Але вертатись йому було нікуди і соромно. Дід просив командира, писав листи в усі кінці і таки залишився в армії. До кінця війни він досидів на рації вистукуючи ключем тривожні повідомлення у чутливий фронтовий ефір.

А в 45-ому до Славка прийшло весняне небо - зелене, веселе і усміхнене, як очі Марусі. Маруся вернулась з концтабору і приїхала до міста вчитись на кравчиню. Дід приїхав до міста і поступив в інститут. Побачивши Марусю, він на другий день приїхав свататися до неї на білому коні. Де він того коня добув і куди подів потім ніхто не знав.

Дід знав українською менше слів ніж мав пальців. На другий день після сватання він купив зашарпаний самовчитель з мови і взявся штудіювати їх нарівні з інститутськими науками. Маруся шила дідові сорочки, працювала на заводі, а увечері поправляла кострубату Славкову вимову. За 15 років дідо став доцентом. Першим доцентом, котрий читав лекції і вів пари українською. Інші науковці з місцевих селян писали на діда доноси за український націоналізм. Марусю іноді викликали в кдб і допитували чому вона вийшла жива з концтабору. А раз на рік дід з Марусею та дітьми їхав у Євпаторію, до сестри. Гуляв пустельним диким пляжем, грав в шахи з одноногим матросом Борею і запливав у море. Далеко-далеко, аж туди де смарагдове травневе небо зливалося з живим бурштином води.

Осіннє небо ходило з дідом по гриби. Разом вони пхалися у карпатські пущі за духмяними м'ясистими боровиками, разом переходили полонини і ночували по колибах - дідо всередині, а небо - зовні, підморгуючи зорями крізь дірявий дах. Разом прокидалися вдосвіта, коли гори затягувало димом. Дідо обливався холодною водою, струшувався як Гром після річки і довго тер пошрамовані кулями плечі яскравим махровим рушником. Рушник дідові подарувала безнога сестра Ліна. Ліна підірвалась на міні вже наприкінці війни. Дід вивіз її з Білорусі, знайшов роботу і вибив спершу кімнату в гуртожитку, а далі - однокімнатку в 10 хвилинах від центру. Сестра була тяжка жінка, шкандалила, пиячила, якось находила хлопів і взагалі дошкуляла Славкові як могла. Але іноді небо стрічало її і заглядало в очі. Тоді Ліна плакала, сповідалась найнятій дідом доглядальниці і навіть подарувала той самий рушник.

В 2001 дід зліг і більше не вставав. Маруся, діти та внуки не відходили від нього. Дід боявся самоти.

Одного осіннього дня баба Маруся глянула на годинник, погладила діда по голові і почимчикувала подати обід.

- Не лишай мене - тихо попросив дід Славко. - Не лишай, Марусю.

- Я зараз - кивала баба. - Зараз прийду. Зараз, драбе ти старий. Зажди трохи, нікуди без мене не збирайся.

Баба швиденько викотила на таріль жовту як сонце бараболю, перем'яла в пюре, присмачило курочкою та налила велике горня компоту. Яблучного. Дід дуже його любив.

Але нагодувати Славка не вийшло. Коли баба за якісь 15 хвилин занесла обід до спальні дід уже не потребував харчів. Він нерухомо лежав на подушці і широкими дитячими очима, дивився на тихе осіннє небо. Небо грибів, небо Карпат, небо кольору жовтих білоруських кулбаб, кольору того самого поля, котрим дід одного дня рушив до далекого заобрійного світу.
Вовчик Сірий

на приёме у психолога

  • 17.09.17, 23:08
-Все мужчины лжецы
-А, вам они что то обещали и не сделали?
-Да
-А вы обещали им что то и сделали?
-Я им ничего не обещала.
-Тогда у вас нет оснований обвинять их...)
- А что обязательно за все надо платить?
- Вселенная любит симбиотические объединения организмов где все приносят друг другу пользу, начиная от уравновешивающего взаимодействия светил звездных систем, кончая отношениями людей вне зависимости от их пола. А тех кто вне симбиоза, для них есть конкретное название в школе в 5 классе кажись проходили.
-Это какое?
-Паразиты.

непонятка

  • 15.09.17, 22:19
-Мы развелись потому что мой муж абсолютно меня не понимал!
(Когда дама вышла)
-А что там случилось на самом деле?
-Ну, муж пришел домой и застал ее в постели с подругой и мужем этой самой подруги. И не понял...

пороки и маркетинг

  • 14.09.17, 17:18
Интересно мне стало, кто решает какой порок постыдный, а какой ничего так, в принципе, сойдет…
Вроде бы и не такой порочный он порок, если присмотреться… А ведь в ранге о грехах они все одинаково смертные.
Все знают, что зависть — это мерзко и ее принято скрывать. Никто не скажет тебе в лицо: чтоб ты сдох вместе со своей трёшкой в Аркадии. .
Нет, черную зависть принято хранить и взращивать внутри.
Обжорство – норм, а если в сеть выкладывать вообще зачет.
Жадность - нет, ну разве что чуть-чуть, когда не «скупость», а «расчетливость».
Гнев – пойдет, но только если «не убий».
Ревность – можно, даже нужно! она теперь вообще синоним любви.
«Он прям в бар ворвался, прям как шивранет меня за руку: А ну домой, я сказал. Не хрен шляться и жопой крутить. Прикинь? Любит!»
Вчера звоню своему коллеге строго по делу. Звоню! На его мобильный! Поднимает трубку его жена:
- Вам кого?
- Того кому я звоню на ЛИЧНЫЙ номер.
- А вы кто?
- А вы, простите, кто?
- Я его жена, между прочим.
- Я его коллега и этот звонок срочный.
- Знаю я вас «коллег», целыми днями названиваете этому кобелю чертовому. А мне, скажите, куда от вас коллег деваться…
- Так перестань чужую трубку брать, поможет.
Ну ясно он на следующий день извиняется, краснеет. Она, говорит, ревнивая такая у меня. А я спрашиваю: «почему она отвечает в твой мобильник? Пусть ревнивая, пусть копается в телефоне украдкой, как все нормальные, пока ты в душе, но почему она отвечает на звонок и вываливает свои умозаключения?»
Он плечами пожимает: как-то сразу так повелось. И почту она мою просматривает. Не, ну а что?
- Но ты же все равно перетрахал весь коллектив на работе
- Ну я ж тихонько и без улик.
Угу, понятно.
Похоть – нет.