Хочется написать что-то современное, актуальное и на злобу дня. И вместе с тем не длинное. Да, и чтобы обязательно смешное в двух местах! Легкое и точное. Хлесткое до одури! Начинающееся с решительного «Эххх, мля!» или с междометия какого… С интригой и проворотом лихим. И чтобы композиционно смотрелось. А если использовать модные, типа «подзуживать», «сочёк» и «иренакарпанах». С назывными предложениями. Смерклось. Жопа. Прощай, Сухарто… Что-нибудь простое, как пень, и популярное, как тема голодомора в верхах. Или, наоборот, примитивное, как работа в верхах и распространенное, как увлечение пасекой Кормчего Страны (sic!). Или же, вычурное, куртуазное и путаное, бережно хранимое филологами, членами тайной секты Пелевина.
Вы поняли. На самом деле желание написать что-нибудь такое… Доброе, короткое, и чтобы без мата (вдруг детям подвернется!).
Вообще, внутри каждого пламенный эстет и законченный романтик борется с суровым начальником жилконторы. Чтобы скептиком был, но экономным и обязательно с практичным мышлением. Так вот, тот самый романтик пузырится, размахивает руками, слово «гуманность» и «даешь» сверкает в каждом обращении, и заполняет все свободное пространство. Начальник ЖЭКа затаился, помалкивает себе и ждет сподручного момента, дабы эстета за кадык - и утихомирился.
«Давайте закажем членам Евразийской Гильдии каких-то там, разбросанным по всей Европе и дружным вместе с тем, безапеляционный и тотальный креатив по гуманизму!», - вещает эстет. Его стильно повязанный шарф, привезенный подругой жизни с парижских недель моды, гордо развевается в сквозняках серой жилконторы. Его сознание зрит выше интересов редакторов и мнений критиков. Его идеи светлы и за горизонтом. И бронепоезд на ходу еще…
«Полноте Вам, - устало парирует с тирадой начальник ЖЭКа. – А пока специально выведенные лемуры в куртках DHL да кепках Y3 доставляют Главным Идеологам папки со скетчами и рендеренными концептами, таблтуры аранжировок и три жалкие сотни долларов гонорара на алтарь гуманизму, мы попросим Вас взять под опеку во-о-он того забитого колумниста. Посодействуйте голубчику в пост-продакшне двадцатиминутного эпоса о перспективе использования антитермальной пасты на роторах ИЛ-72. Какова затея?»
«Почему же антитермальная паста?!» - стонет романтик и с шумом валится в потертое кресло.
«Да потому, яхонтовый мой, все потому, что гуманизм Ваш – это дороговато получается, далеко и-и-и… уж не скоро как-то настанет. Я не застану.» - со всей строгостью отвечает начальник ЖЭКа.
Смеркалось. За окном внезапно повалил снег. Быть добру.
На самом деле есть что-то в этом щемящее сердце и близкое душе. Осматриваясь, я вижу исключительно людей, которые звонят, когда едут, читают, когда обедают, поют арии, когда моются, влюбляются, когда работают, добреют, когда спят, и спят, когда придется. И поверьте, в каждом из них начальник ЖЭКа противоборствует с романтиком. Порядок и расчет конфликтует с сумбурностью и нелогичностью, - борется и одерживает верх. Им тоже некогда. А значит, и о гуманизме, как бы далеко он не был, нужно поживее. В ритме фокстрота – дабы не сгореть в пути. И пускай получается немного коряво, торопливо, то это только свидетельствует в пользу точности и гармонии с окружающим галопом.
Занавес. Иренакарпанах.
