У меня растет живот

Всем показываю «Вот!»

Круглый он как мяч футбольный

И большой как бегемот,

Весь заросший и прикольный –

Восхищается народ!

 

Не знаком ему гастрит,

Ни расстройство, ни колит!

Он как женщина налево

Никогда не побежит!

Если гладить нежно чрево –

Обеспечен аппетит.

 

Он надолго и всерьез

И не пустится вразнос,

Мой живот давно проверен –

К телу намертво прирос,

Днем шалит, а ночью верен  –

Ляжет рядом, словно пес!

 

Чем валяться в гамаке,

Лучше с рюмкою в руке

Опрокинуть двести граммов

И забыться в шашлыке,

Чтоб потом следы как ямы

Оставались на песке!

 

Худосочный мужичок

И не лев, и не бычок,

Съест прозрачный ломтик сала,

Чуть пригубит коньячок,

Тень отбрасывает вяло

Да не целую – клочок!

 

В этом счастье и беда,

Без обжорства – никуда!

С животом мужчина – видный,

В нем мужская красота!

Импозантный и солидный

И никто без живота!

 

Ты – никто без живота!

 

Маршем дружеским войдя в комнату,

Ухвативши не Бога за бороду;

Совершенно забывши о времени,

Никогда не смотря в чью-то сторону.

 

Обезвоженным чувством полемики,

Под присягой слегка закартавила…

Заточившая время временно,

К изголовью души ствол приставила.

 

Не решаясь долго под музыку,

Танец смерти не был убедителен...

Время представилось бременем;

К сожаленью, билет не действителен…

 

Палец вздрогнул… Осечка… Предательство…

Пистолет зашвырнула презрительно;

За стеною сотрудник временный:

 «Ты жива?» – утвержденье сомнительно...

Ноябрь, простуженный, за окнами сопливит.
С цепи сорвался бесшабашный ветер.
Я запиваю эту осень тёмным пивом.
Вдыхаю жадно вместе с дымом сигареты.

Пора депрессий и ларец воспоминаний...
Камин...Тепло...Горящие поленья...
Такая ж осень...Там, за речкою...В Афгане...
Нет не такая...Та была длиннее...

Та осень...Автомат у изголовья...
Тревожный сон, всего до полвторого...
Осенний холст, написан алой кровью,
На «тельнике» мальчишки из Ростова...

Уж четверть века осени той нету.
Нет караула.Нет «зачисток» и «крещений».
Камин...Тепло...И бесшабашный ветер...
Такой, действительно родной...Осенний.

 

Укрыты за пазухой старые сны…

Одурманенный поп переходит дорогу.

«Не напрасны», -  кричит он, - «все ваши мечты!»

И, кривляясь и корчась, несет душу Богу.

 

Злобно лает, рычит дворовой старый пес

И под ноги бросается, брызжется пеной.

Он за преданность к вам наказанье понес,

А сегодня в награду раздавлен системой.

 

Не понятно, зачем защищать пустоту,

Так лелеять, беречь лишь от нашей природы;

Мы ведь просто не выдержим вместе в раю,

Ну, а в ад нас не пустят, сцыкнут, бля, уроды.

 

Первозданная ересь у всех на устах!

С молоком материнским внимали мы чутко:

Что всех любит наш Бог, а кого-то Аллах,

Ну, а в Африке люди живут просто жутко.

 

Мы гордимся лишь тем, что отвергли себя,

Заточили в себе свои чувства, «изжогу».

Презираем мы пляшущих возле огня

И, корячась от злобы, несем души к Богу...

Я напишу,
Що ти -
найкращий
від усіх.
Тобі скажу,
Що погляд твій,
твій сміх -
Кришталь
мого життя.
Його
крихку красу
Боюся я
розбити...
Тому у спогади
летять,
І лише в пам'яті
несу -
Примарні
перші квіти,
Твої не сказані
слова,
І не даровані
дива,
І поцілунки,
і тепло,
Яких - ніколи -
не було...

Я обезжи…
Я обезжиренный.
Я вширь
Растягиваю
Тело.
Я знаю,
Не такого ты
Хотела
Меня.
А не меняюсь
Я с тех пор,
Как высосали те
Из пор
Всю боль,
Весь пар,
Весь прок.
И выставили на потеху
Проклятым.
И я бы имя
Бога дал
Тому,
Кто высосал бы яд,
Все то,
Меня чем сделать
Обещали
Человеком.
Мой капитан
Отчалил.
Отдал швартовы,
Разрубил канаты,
Порвал со мной
Все связи,
Крутанул штурвал,
И взяв свое зеро
Пошел на дно.
И эхом накатилось,
Как девятый вал:
Мы больше не увязнем
С ним
В безумных приключениях.
Он бросил на причале,
Чтоб подохнул от отчаяния
Я тут.
И чайки перетрут
Мою печаль
С костьми и чешуей.
И хуй с ним.
Теперь я не такой,
Как ты хотела.
Я – обезжиренное тело.
Я – обезвоженный сосуд.

7.11.2009

 

 

                                                                   Ханжам-рифмоплетам

                                                                    всего мира

                                                                    Посвящается….

Бездушные, двуличные и злые;

И ханжеством пропитаны насквозь!

В своих стихах «пушистые» такие;

И не жалеете для рифмы «роз» и «слёз».

 

Но, рот откроете, и – шок!

                                                 Прости, Мадонна:

Там столько мерзости –

                                               бессилен дерьмовоз!

И, что бы смрад тот заглушить –

                                                            не хватит тонны,

На мыло пущенных, слезой политых роз!!!

 

Да, в жизни есть дерьмо; я это знаю.

Порой, об этом я пишу в своих стихах;

Но в душу – я дерьмо не допускаю;

Ни просто так, ни с розами в слезах!

 

И пусть когда-то, от моих стихов «морозит»;

Вы, прежде чем «на буквы посылать»;

Вчитайтесь в смысл:

                                     в дерьмо – пролью я слезы,

Но розами – не стану украшать!!!

 

Я розы сохраняю для любимых,

Я розы сохраняю для родных;

И для друзей, - для истинных, не мнимых

Кто ценит Правду, Душу, Мысль и Стих!!!