хочу сюда!
 

Маша

47 лет, козерог, познакомится с парнем в возрасте 37-65 лет

Заметки с меткой «петровка»

чтение

Недавно посетил я книжный базар "Петровка" с целью приобрести книгу.
Вообще, мне не очень везёт с книгами на Петровке. Я всего лишь хочу лучшие фантастические книги (я знаю, что именно хочу купить), и обычно на рынке нет того, что я ищу. В этот раз повезло больше - искомая книга оказалась в продаже. Однако цены даже меня удивили. Да, книга толстая, в хорошем переплёте, но 125 грн - это мой личный рекорд цены. Это практически цена, которую я плачу за месяц доступа к Интернету. Моё хобби очень сильно подорожало. Придётся таскать книги у друзей - я не смогу часто покупать за такую цену.
Интересно, что покупать всё равно надо. Потому что если мне повезло найти книгу сегодня, то далеко не факт, что я найду её завтра. Такую популярную и знаменитую вещь, как "Космическая одиссея" Артура Кларка я выискивал полгода - не было в продаже! Что уж говорить про менее известных авторов.
Теперь, когда по телевизору или в журнале тётеньки-журналистки будут возмущаться, что молодёжь почему-то перестала читать, я буду знать ответ на вопрос "почему". Любой здравый человек при выборе между месяцем Интернета и одной книгой должен выбрать Интернет.

Петровка: как нас паковали

Содержание:
часть первая: Петровка
часть вторая: Как нас паковали



— А у тебя есть фильм «Парень, ты попал?»

Ебаааать. Это у УБЭПовцев такой искромётный юмор нынче? Ну-ну. Да и пол рынка, видимо, не даром накрылось, пиво пьют. Чёрт меня дёрнул вот это ради пары гривен жопой рисковать...

Кто же знал, что этот мужик два двенацдать ростом со скрытным лицом не сотрудник в штатском, а просто какой-то очередной сумасшедший киноман, который уже пересмотрел 1,343,579 фильмов и сегодня хочет обязательно увидеть 1,343,580-й? И где они такие названия берут? Из каких анонсов?..

«Накрытая точка» — это когда палетки с дисками накрывают одеялом. Или пледом. Или скатертью. Все прекрасно понимают, что под этой скатертью находится, но — «чик-чирик, я в домике», таков порядок. Ни один мент туда не сунется. Лишь во время «Интеллекта», либо особо суровых облав, покрывало могли сорвать, а диски — «конфисковать» даже не дожидаясь съебавшегося продавца, который, кстати, рядом и стоит с трясущимися руками и делает вид, что это он пришёл «диск обменять» и «новиночки посмотреть».

— Ухо, пакуют! Съёбываемся!
Тьху, блять. Попили пивка, называется. Когда несколько инстанций приходят в гости сразу, то это вообще пиздец. План созрел быстро: около тысячи дисков на точке, хватаем палетки и убегаем с рынка, потому что запакуют-заберут-повяжут и век из долгов не вылезем. Болванки-то под реализацию.

Эрик — высокий и худощавый, с волосами до пояса. Калямба — большой, жирный и одна рука у него в гипсе. Я — в чёрно-белой тельняшке и ярко-вишнёвой бандане. И в руках у нас палетки с дисками, с которыми мы несёмся по рынку. Тыща блять дисков. Ни разу не палимся.

— Вроде съебались...
Конечно съебались, чего уж там. Пошли что ли, по пивку, за здоровье Оболонской налоговой?

Петровка

«Пойти что ли в магазин за пивом» — крутились мысли в голове, «или из него вернуться?»

Диски были разные. Но все — круглые и обязательно с отверстием по середине. Потому что иначе, как бы они запускались? Хотя...

— Я у вас диск купил, а он-то не запускается! — мужик выглядел злым.
Матумба выглядел пьяным.
— Как же, не запускается-то? — Матумба задумчиво извлёк протянутый ему диск из слима, прищурился и ловким движением руки запустил его в полёт, подобно тарелке фрисби. — Вот же, смотрите, как запускается отлично!
Диск разбился о стену подземного перехода.

А позапрошлой зимой, когда было -30 и Петровка была пустой, торговля вообще отличная была! Только обменов по нолям. Это плохо. Обмен-то — три гривны в карман! А продажа? Гривна, это в лучшем случае...

-32 градуса. Ёб твою мать! Продать семьдесят два диска — я, бесспорно, выдал колоссальный результат для закрытого рынка. Да при такой погоде... Три точки только работали с пираткой. Но и людей-то не было! Кофе с коньяком пил каждые пол часа. Гривен на пятьдесят его выпил. Спасибо Анжеле, в долг наливает.

«Суперхит-2004» стал плохо продаваться.
— Колян, новый год на дворе! Я полиграфию сменю, переименую в «Суперхит-2006»?
— Чебур! Это вообще две тыщи второго года сборник...
Ладно. Всё равно, попса попсой. Не в свежести в дело.

— В офисе жду!
Офис — это бар такой. Кассу там сдавали. Поэтому офис. И вместе с начальством дружно пробухивали. Забавный он человек, хоть и хороший. Мог за день заработать двадцать гривен. А мог больше трёхсот баксов! Но день начинался одинаково...
— Есть гривна на маршрутку? Опять все бабки пробухали, блин!
На тебе гривну. Пошли возьмём у Анжелы кофе, она в долг даёт. Сейчас продаж рубанём и пойдём в бильярд. Пойдём? Пойдём, куда денемся.

Любил я диски продавать. С людьми общаться. Психология, знаете ли. И товар немудрёный — всё по восемь, обмен трёшка.
— А это лицензия? — женщина в очках подозрительно вертит болванку с эмблемой «Best», чем-то напоминающую осьминога, у которго в желудке (или что там у них?) разорвалась петарда.
Лицензия, блять. Голограмму вот при вас от проездного отдираю и клею. Фреш-ап, хуле. Каждый третий вылетал в брак, писалки менялись каждый две недели. Лицензия, блять. За восемь гривен. Ну что за народ?
— Ну... Как Вам объяснить... Полулицензия, так сказать. Это писано с лицензии. По сути, то же самое. Да, можно обменять, конечно. За три гривны. На что хотите. Нет, завтра понедельник, санитарный день... А так — с десяти и часиков до шести вечера. Да, вот я подписал Вам: 32/0. Друзей приводите... У нас ассортимент постоянно обновляется.