Ника Николаева
Восточные немцы: "Верните нам Берлинскую стену и сделайте её на 2 метра
выше! Эйфория закончена: лёгкая трещина, разделявшая западных и
восточных немцев, окончательно превратилась в пропасть. Удивительно, но
многие сейчас хотят…вернуть стену обратно.
Когда Рольф выходит гулять на улицу, то надевает футболку:
жёлто-красный герб из колосьев, молота и циркуля, внизу подпись —
«Рождённый в ГДР». Когда 14 лет назад Рольф появился на свет, то никакой
ГДР уже в помине не было, а его родной город Карл-Маркс-Штадт
переименовали в Кемниц. «Ну и что, — упрямо говорит Рольф. — Мои отец и
мать родились в ГДР — значит, я тоже гэдээровец». Родителей он почти не
видит: оба уехали работать в Западную Германию, как и половина жителей
бывшего Карл-Маркс-Штадта, — подростка воспитывает бабушка Грета.
Главный индустриальный центр Восточной Германии превращён в кладбище
пустых заводов: в окнах выбиты стёкла, стены разрисованы граффити, на
крыше вьют гнёзда вороны. В 1989 г. в Кемнице проживало 250 000 человек,
сейчас вполовину меньше—не найдя работы, люди перебираются на Запад.
Когда стемнеет, город похож на призрак: улицы пусты, без единого
человека — только у памятника Карлу Марксу, который зовут «башка» (он
сделан в виде бронзовой головы), группка молодёжи слушает «Раммштайн».
«Я ненавижу западных немцев, — говорит Рольф, по-взрослому закуривая
сигарету. — Они ничего не знают о жизни». «Я была в такой эйфории, когда
рухнула Берлинская стена, — в тон внуку вздыхает бабушка Грета. —
Думала, что наступит рай. Вечерами я иду по мёртвому городу, смотрю, как
ветер сметает обрывки газет и пивные банки… О, как же я была наивна.
Нет, я рада, что Германия объединилась. Но это вовсе не рай— это
апокалипсис».
За 20 лет, прошедших после падения Берлинской
стены, трещина между западными и восточными немцами стала пропастью.
Появился даже специальный термин «остальгия» — производное от Оst
(восток) и «ностальгия»: символ тоски гэдээровцев по утраченной родине.
Согласно последнему опросу, проведённому газетой «Берлинер цайтунг», 49%
«восточников» считают: в ГДР жилось «очень неплохо», а 8 процентов и
вовсе уверены — социализм «намного лучше». Западных немцев такое мнение,
разумеется, бесит. На обустройство гэдээровских городов федеральные
власти тратят 120 млрд евро в год, но на Востоке настаивают, что никому
ничего не должны— «западники разрушили нашу экономику, самую лучшую
среди стран социализма!». «9 ноября 1989 года мы полагали, что отныне мы
— единый народ, — сокрушается профессор Генрих Миттель из Дюссельдорфа.
— Все ждали, что будут небольшие трения, но потом, со временем, всё
забудется. Однако ничего не произошло. Восточные немцы рассказывают
детям легенды о сытой жизни под властью Хонеккера, в результате для
поколения, не видевшего ГДР, эта страна тоже стала «землёй обетованной».
Западных немцев на Востоке не любят, и те платят взаимностью.
«Гэдээровцы терпеть не могут работать, — заводится таксист Михель, родом
из Западного Берлина. — Им бы только на халяву пособия получать! Я
думаю, они и стену-то Берлинскую разрушили потому, что хотели иметь в
магазинах бананы, всё остальное в ГДР их и так устраивало». «Когда
получаешь счета за газ и воду, — жалуется бабушка Грета, — поневоле
начинаешь ностальгировать: при Хонеккере всё стоило копейки, и каждый
имел работу. Берлинская стена рухнула, но не исчезла— она переместилась в
головы людей».Это не так и фантастично, если учесть данные другого
опроса— целых 25% западных и 12% восточных немцев высказались за то,
чтобы…«снова восстановить стену»!
Гарначук
