Абсолютно свободен Иоанн Златоблог,
Он свой старенький «Поиск» снес в ломбард под залог,
И теперь толстым пони танцует душа,
Не обязан писать – он идет не спеша.
С солнцем в небе тусует облако-крокодил,
Позабыв, что в поэме он его проглотил,
Но сейчас Иоанну стих – подобье ножа,
Отдохни, мой трудяга, мыши, карандаша!
Сколько радостей в жизни – прямо не перечесть!
В прошлом все – он донес очень важную весть,
Волен щуриться слепо в блики пестры светил,
Что на странные знаки Патриарший разбил,
И шуршать листом палым (тоже жуть хорошо!)
Но без поисков рифмы, восклицаний «Нашёл!»
Полно делать стихам, извините, минет,
Он оставит другим титул зиц-рифмоплет,
Сигаретой для женщин его думы легки,
Пусть другие взведут анапестов курки,
Что же, хватит терзать жар-глаголом сонет
Коль пролился спасеньем созерцательный свет.
Необходимое послесловие (в свете последних событий)
Поразмыслив немножко, пришел к выводу, что не буду прятаться за формулировки типа «Все совпадения с реальными людьми и событиями являются совершенно случайными». Если и здесь зажимать себе рот (или многозначительно его прикрывать), то зачем вообще входить в сообщество? Общество и так успешно зажимает нам это самый рот на работе, дома, с кругу друзей – в разных «кружках по интересам». Я убедил себя не бояться быть исключенным из сообщества. Вся наша жизнь – цепь последовательных исключений из сообществ разного размера и значимости с Полным Исключением в финале. Образ Вани в стихотворении собирательный, но если кто-то вдруг надумает узнать в нем себя – узнавайте на здоровье.
Мне трудно объяснить,объять с душой,что происходит
