Всё как всегда: очередная командировка на выживание, я в весёлые 90е из них не вылазил. Быстрые сборы, тревожный чемоданчик, да выживать не привыкать. Много где я поездил, да особо на просторах Западной Украины часто бывал. Народ там конечно разный, кипучая смесь национальностей, да я со всеми ладить старался. Делить было нечего тогда, кроме нищеты да голодухи.
А еда как всегда не хитрая: варёная картошка, яйца да сало. Так я всего этого тогда наелся, что думал потом есть не буду, да не так всё и плохо, плохое забывается. Командировка не простая, поганцы гаишники у Тернополя на нас бандитов навели, да нам не в первый раз, выскочили. Едем. Сало сбилось, яйца потрескались, картошка липкая, да харчами не перебираем. А водитель мне и говорит;" Костя, а давай свернём и заедем к родителям жены, погостим!"
- Так уволят меня.
- А мы сломались! Да отъедимся как следует, отдохнём. Да родня интересная, что той жизни!
- А давай!
Свернули с основной трассы и погнали в сторону, сквозь пургу и метель. К селу подъехали утром, солнце заставило снег сверкать, живописные домики, холмы лесом покрытые, как на картинках. Прибыли, спешились, хозяин нас встретил радушно, с расспросами и заботой. Сразу было заметно, что он человек умный, обстоятельный и Настоящий. Общий язык нашли сразу. Вошли в хату, присели, сразу стало понятно, что попал к своим, к украинцам, да настоящим. Просто, да на душе спокойно, словно дома я. Переговорили, раззнакомились, да глава семьи пригласил с дороги в баню. Да это подарок судьбы, я и его зять уже несколько дней в кабине "Камаза" прожили! Ну согласились конечно. Начали купаться, а у него шрам серьёзный, сквозное пулевое, да с такими ранениями не выживают.
- Что глаза в сторону?
- Так с детства приучен глаза на шрамы не таращить, у нас народа много повоевавшего было, так дед учил людей не смущать.
- Да не смутишь меня. Я мобилизован был, да нормально воевал, а под Кенигсбергом оплошность допустил, да немец её не простил. Пуля меж двух снаряжённых гранат прошла в меня, да отсюда вышла. Я дырки заткнул, да отключился. Очнулся и пополз. Решил если выживу, так веровать стану. Выполз. С той поры в Бога и верую. Да у тебя тоже отметина есть.
- Есть.
- Гордишься?
- Нельзя гордиться мужчине шрамами, это свидетельство его ошибки.
- Кто сказал тебе?
- Аксакал, когда я ещё пацанёнком был.
- Расскажешь?
- Да.
Ну и пошло знакомство, хозяин, его зять и я были усажены за стол и много всяких вкусностей выложено на него было. После голодухи глазам смотреть больно! А женщины и дети рядом все сели на лавку, в сторонке. В чужом доме нельзя лишнего, но на немой вопрос глава семьи ответил;" У нас так принято, это уважение такое и не обращай внимание, мужчины едят отдельно. Удивляешься?"
- Ну у нас в роду тоже такое было, да и на Востоке это видел. Привычно.
Ой мы с ним говорили, что я жадный до знаний, что он. Он мне рассказывал об обычаях, привычках, местном населении, о том кто есть настоящие украинцы, а кто нет. Рассказывал за свою не простую жизнь, человек каких только властей не пережил! Родился под Австро- Венгрией, война, потом под Польшей, потом под советской властью. Потом под немцами, потом под советской властью, да теперь под украинской. Подробно и тщательно рассказывал, о всех плюсах и минусах каждой власти. Тщательность и основательность в каждом слове, да как не о себе, спокойно и отрешённо. Без эмоций и пристрастий! О таком собеседнике помечтать только.
Ну и я не подводил: рассказывал о Востоке, о Севере, об аксакалах и приятном шторме в Японском море, об красоте рассвета в пустыне и сладких песнях ветра в степи. Тоже ведь где- то был и что- то видел. Не ловко конечно было, что мы за столом, а женщины и дети рядом, да хозяин успокаивал, что им тоже интересно, да о многом и не слышали.
Три дня пролетели быстро, мы ведь не только за столом сидели да в бане были, излазили холмы вокруг, я обошёл каждый закуток села, говорил с жителями, да всё запоминал и учился. Но пора и честь знать и не напрягать хозяев. А тут хозяйка всё ко мне приглядывается, да пристально. Я как бы не замечаю, но не удобно.
- А можно Вас спросить, что не так я сделал? Может обидел чем?
- Костя, спросить Вас хочу. А Вы не сын моему мужу вдруг? А то кто его знает...
- Нет. Я сын своего отца и впервые встретился с Вашим мужем. А почему так подумали?
- Да вы оба как единомышленники! (С облегчением) С четверти слова друг друга схватываете, я с ним сколько прожила, да так у меня и не получится никогда! ЭТО Вам дали на Востоке?
- ЭТО тоже, что дали Вашему мужу на Западе.
- Хороший ответ.
Собрались уезжать, да с главой семьи пошли прогуляться, не переговорили всего. Идём уже к машине, да спрашиваю его;" Как через такие испытания прошли, да через войну, а душа у Вас чистая и светлая, как у ребёнка?"
- Да не сложно; с людьми не сорься и не обижай. С врагами тоже не стоит комедию ломать: с уважением к ним относись, сам же мне говорил, что важно, чтоб у тебя противник достойный был. К мёртвым- всегда с почтением! Если по другому, потеряешься, обмельчаешь и растворишься среди людей, перестанешь человеком быть. Зло оно в человеке слабость и гордыню ищет, да ты и сам это знаешь. С Богом!
Мы пожали руки и всю дорогу назад моя ладонь помнила теплоту и добро этого интересного и настоящего Человека.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Поскриптум. Всё сомневался, правильно ли поймут, но дорасскажу, урок ведь.
Он ещё задумался и сказал.
- Никогда не желай человеку неприятностей или смерти!
- Мне об этом говорили с детства. Да и Шаман тоже напоминал.
- А как напоминал?
- Говорил , что наш мир зеркало и отражает всё, что ты в него посылаешь.
- Мудрый человек. Я к этому с другого края пришёл. Каждый может с горяча и под руку не доброе хорошему человеку сказать, а потом не исправить. И по другому: иному злодею смерть- избавление и в наказание он жить должен. Не наше дело это править. Лучший судья человеку- он сам.
- И что тогда можно говорить?
- Если молчать не можешь, желай, чтобы человека постигла его судьба. Если он плохой- значит и судьба плохая и ты не повредишь ни себе ни ему. А если хороший- значит за доброту ему с лихвой воздастся!
- Просто как!
- Я долго очень к этому шёл и легко тебе это отдал. И ты делись.
- Буду делиться.
