Человек
Манипуляторы - дети и взрослые. Когда надо быть насторожеКаждый день мы сталкиваемся с фразами типа «Кто — я?», попытками собеседников увильнуть от ответа, перевести разговор на другую тему и объяснить свои неблаговидные действия уважительными причинами. Если ребенок или взрослый ведет себя подобным образом, будьте внимательны: скорее всего, вами манипулируют. Вот как это чаще всего происходит.
Невозможно составить исчерпывающий список всех трюков, которые может использовать искусный манипулятор, чтобы одурачить окружающих или получить преимущество над ними. Однако автоматически применяемые психологические приемы, описанные ниже, — наиболее популярный инструмент в арсенале индивидуумов с расстройствами характера.
С помощью таких приемов манипулятор повышает свои шансы получить желаемое и добиться преимущества над жертвой. Иногда эти приемы используются поодиночке, однако опытные манипуляторы чаще задействуют против вас целую обойму.
Преуменьшение
С помощью этого приема агрессор стремится убедить окружающих, что его поведение вовсе не столь пагубно и безответственно, как кто-либо может подумать. Это попытка сделать муху из слона. Преуменьшение отчетливо высвечивает разницу между невротиком и личностью с расстройствами характера. Невротик часто делает слона из мухи, то есть «катастрофизирует» происходящее. Индивидуум с расстройствами характера чаще стремится представить свои неправомерные действия как нечто незначительное. Цель этого приема — заставить человека, который пытается противостоять манипулятору, счесть свою критику слишком жесткой и преувеличенной, а оценку ситуации — несправедливой.
За годы работы я видел сотни примеров того, как агрессивные личности самых разных типов преуменьшают значимость и последствия своего агрессивного поведения. «Ну да, возможно, я разок дотронулся до нее, — но я ее не бил!», «Я всего лишь толкнул ее — ведь даже следов никаких не осталось!».
Преуменьшение — это не столько способ успокоить себя по поводу собственного поведения, сколько способ проманипулировать вашим впечатлением об этом поведении. Они не хотят, чтобы вы видели в них отъявленных мерзавцев. Важно помнить, что их самих вполне устраивает их агрессивный образ действий, так что главная задача здесь — убедить вас, что в их поведении нет ничего предосудительного.
Отрицание
Отрицание — это отказ агрессора признать свои вредоносные или причиняющие боль поступки, которые он со всей очевидностью совершил. Таким образом он лжет (и себе, и окружающим) о своих агрессивных намерениях. Прием «Кто — я?!» заставляет жертву, пытающуюся противостоять агрессору, усомниться в обоснованности своих действий. Кроме того, агрессор тем самым выдает себе разрешение продолжать в том же духе.
Еще раз: это отрицание не имеет ничего общего с отрицанием, которое проявляет человек, потерявший близких и не готовый принять боль и реальность потери. Отрицание такого рода действительно служит защитой от невыносимого страдания и тревоги. А вот манипулятивный прием отрицания — это маневр, посредством которого агрессор вынуждает окружающих остановиться, отступить и, возможно, даже обвинить себя в несправедливости.
Выборочная невнимательность (и выборочное внимание)
Агрессор игнорирует предупреждения, просьбы, желания окружающих и, говоря шире, вообще все, что может отвлечь его от осуществления своих намерений. Используя прием «Не хочу об этом слышать!», агрессор, как правило, прекрасно знает, что вам от него нужно. С помощью этого приема он активно сопротивляется попыткам привлечь его внимание и вынудить воздержаться от поведения, которое нуждается в коррекции.
Среди детей с диагнозом «дефицит внимания» есть такие, кто просто злоупотребляет выборочной невнимательностью как ключевым инструментом манипуляции и избегания ответственности. Эти дети демонстрируют невероятную внимательность и способность к концентрации, когда речь идет о чем-то приятном, интересном или желательном. Но как только их просят выслушать или сделать что-то, что они не хотят, они переключают свое внимание на что угодно другое.
Ребенка-манипулятора часто притаскивают в кабинет разъяренные родители, и он вовсе не собирается слушать или беседовать. Тогда я даю ему возможность испытать выраженную скуку или дискомфорт, не обращая на него никакого внимания (не разговаривая с ним, не слушая его и т.п.) до тех пор, пока он не встретится со мной взглядом и не проявит очевидных признаков целенаправленной внимательности. Если в ходе беседы мы затрагиваем тему, которая ему не нравится, и он отводит взгляд, я тут же замолкаю. Когда он перестает отворачиваться, встречается со мной глазами и снова готов воспринимать, я возобновляю разговор.
Я называю этот прием выборочной речью. Человек, старающийся выслушать то, что не хотел бы слышать, и сосредоточиться на теме, которой хотел бы избежать, заслуживает уважения. Я всегда стремлюсь признать это и поощрить готовность слушать и слышать меня. Признание ценности этих усилий подкрепляет чувство самоуважения.
Рационализация
Рационализация — это попытка агрессора оправдать свое поведение, которое, как ему прекрасно известно, было неуместным и зловредным. Этот прием может быть весьма эффективным, особенно если объяснение или оправдание звучит достаточно осмысленно для того, чтобы любой добропорядочный человек в него поверил. Рационализация не только устраняет внутренние препятствия, приглушая угрызения совести, которые могли возникнуть у агрессора, но и позволяет ему избежать обвинений со стороны других людей. Если агрессору удается убедить вас, что его действия оправданны, это развязывает ему руки и позволяет без помех продолжить движение к цели.
В истории с Лизой ее мать Мария была встревожена тем беспощадным упорством, с которым Джо снова и снова пытался сделать из дочери покорную отличницу. Она знала также, что Лиза хочет посещать психологическую консультацию, чтобы разобраться в своих проблемах и, возможно, решить их. Но вопреки беспокойству по поводу напористости Джо, вопреки тому, как все это сказывалось на дочери, она позволила Джо с помощью рационализации убедить ее, что заботливый родитель наверняка знает свою дочь лучше, чем посторонний, относительно непредвзятый человек, и что он всего-навсего выполняет свой родительский долг.
Уклонение
Движущуюся цель труднее поразить. Когда мы пытаемся прижать манипулятора к стене либо удержать обсуждение на чем-то, что нас не устраивает, он блестяще меняет тему, уклоняется и юлит. Порой это происходит совершенно неуловимо. Вы можете спорить с манипулятором по очень важному вопросу — а минуту спустя поймать себя на том, что непостижимым образом сползли к обсуждению совершенно другой темы.
В истории с Амандой ее мать Дженни спросила дочь, сделала ли та домашнее задание. Вместо прямого ответа на заданный вопрос Аманда переключила внимания на то, как относятся к ней учитель и одноклассники. Дженни позволила Аманде перевести разговор на другую тему и так и не получила ответа.
В начале этого учебного года я понял, что надо заняться безответственным отношением моего сына к домашним заданиям. Я ввел правило: каждый вечер он приносит учебники из школы домой. Как-то я спросил его: «Ты принес сегодня учебники?». Он ответил: «А знаешь что, пап?.. Завтра контрольной не будет — ее перенесли на пятницу». Сын ответил намеренно уклончиво, пытаясь отвлечь внимание. Он знал, что прямой и честный ответ вызовет последствия, связанные с тем, что он пренебрег правилом и оставил учебники в школе. Если кто-то не отвечает вам на прямо поставленный вопрос, можете быть уверены: от вас по какой-то причине пытаются улизнуть.
Увиливание
С помощью этого приема манипулятор пытается не позволить загнать себя в угол, давая на прямой вопрос беспорядочные ответы или как-то иначе замыливая тему. Неявным, но действенным вариантом увиливания является намеренная расплывчатость. Скрыто-агрессивные личности мастерски дают расплывчатые ответы на простые, «в лоб», вопросы. Здесь нужно держать ухо востро: порой расплывчатость неочевидна, и вам кажется, что вы получили ответ, хотя это не так.
Однажды я спросил своего пациента, ставили ли ему когда-либо диагноз «злоупотребление алкоголем». Он ответил: «Ну, жена как-то отвела меня в одно место, там со мной немного поговорили и сказали, что можно больше не приходить». Это не столько ответ, сколько сплошная расплывчатость, увиливание и ложь умолчанием. Зерно истины в том, что он сказал, безусловно имелось, но полная история звучала совершенно иначе.
действительности этот мужчина был на первичной беседе в психиатрической клинике. Его заставила пойти туда жена. Он принял участие в первой оценочной сессии, и врач-консультант сказал ему, что он подпадает под диагноз «злоупотребление алкоголем». Для него составили график посещения групповых встреч и индивидуальных терапевтических сессий. На большинство индивидуальных сессий он не явился, а после опоздания на одну из групповых встреч ему сделали выговор и сказали, что ему, пожалуй, нет смысла приходить, пока у него не появится серьезного намерения получить помощь и справиться с проблемой.
Источник 7ya.ru
