Польша возмущена продажей земли на месте катастрофы самолета Качиньского под Смоленском 

      

 

Украинские СМИ пытаются опровергнуть новости о требовании Закарпатской области предоставить ей автономию. Так, издание «Сегодня.ua» пишет, что текст самого обращения большинство депутатов просто не читали.

 

«Комментируя вчерашнее решение, депутаты Закарпатского облсовета сказали „Сегодня.ua“, что никогда бы не пошли на разжигание сепаратизма на Закарпатье после незаконной аннексии Крыма и военной агрессии России на Донбассе», — отмечает издание. По его данным, большинство нардепов вообще назвали это голосование ошибкой.

 

Кроме того, по информации «Сегодня.ua», из текста обращения уберут некоторые пункты, которые «являются сепаратизмом».

 

В свою очередь издание Vesti.uа приводит комментарий пресс-секретаря областной администрации.

 

«Ни о какой автономии в обращении к президенту, премьеру и спикеру речи не идет. Депутаты облсовета просили расширить свои полномочия на местах в рамках децентрализации», — пояснил Ярослав Галас. В обращении упоминается референдум о независимости Украины в декабре 1991 года, когда на Закарпатье параллельно спрашивали о том, чтобы область была отдельной территориальной единицей. «Сейчас же хотят вернуть те полномочия, которые отняли у местных властей во времена Януковича (изменения в лесном хозяйстве, управление госгеокадастром, которые в регионе напрямую контролируются из столицы)», — пояснил он.

 

Ранее стало известно, что депутаты облсовета Закарпатья обратились к президенту Украины Петру Порошенко, премьер-министру Арсению Яценюку и спикеру Верховной рады Владимиру Гройсману с требованием предоставить региону автономию.

 

«Требуем признать Закарпатье специальной самоуправляемой административной территорией, необходимые изменения в Конституцию страны должны быть внесены безотлагательно», — говорится в документе, принятом накануне в ходе пленарного заседания.

Android готовится позаимствовать ключевую технологию Apple       

Чемоданчик Аненербе в Адыгее и странные черепа. Новое исследование

       

 Антон _ ,

Говорят, в Одессе открылся новый публичный дом? Там был, Моня! 

  

Третий «майдан» на Украине становится вопросом времени

В пятницу, 8 апреля в центре Киева возле администрации президента снова жгли покрышки. Акцию проводили активисты «Автомайдана», которые призвали всех неравнодушных захватить с собой побольше горючего материала и подтягиваться под стены здания. Как написал один из организаторов Сергей Коба в своем «Фейсбуке», это бессрочная акция. «Все, кто так долго ждал, время пришло, все сюда!!!» — призвал он. Активисты требуют люстрации сотрудников правоохранительных органов, встречи с президентом, а также увольнения из власти коррупционеров и тех, кто может нести угрозу национальной безопасности.



Украинские полицейские пытаются забрать шины у активистов, которые бросить их в огонь во время акции протеста в администрации президента в Киеве (Фото: AP Photo)

Хотя подобные акции вряд ли можно назвать серьезной угрозой режиму, факт в том, что недовольство Петром Порошенко и его командой в украинском обществе растет. Личный рейтинг президента опустился уже до девяти с небольшим процентов. Это неудивительно — последний год социально-экономическое положение «незалежной» продолжает ухудшаться. Падение ВВП, снижение реальных доходов и резкое повышение тарифов привели к тому, что большая часть населения оказалась за чертой бедности. Если к этому добавить различных ветеранов АТО, которые вернулись из зоны боевых действий, членов праворадикальных группировок, недовольных тем, как воплотились в жизнь «идеалы майдана», получается взрывоопасная смесь.

Лидер Радикальной партии Украины Олег Ляшко провел акцию у здания правительства (Фото: ZumaTASS)

Но раньше народное недовольство удавалось купировать риторикой о российской угрозе с одной стороны и о скорой евроинтеграции с другой. Теперь же оба эти аргумента теряют свою магическую силу. В Донбассе установилось относительное затишье, а западные лидеры все реже говорят о «российской агрессии» и все чаще призывают Киев выполнять его часть Минских соглашений. А референдум в Нидерландах нанес сокрушительный удар по евроинтеграционным надеждам украинцев. Да, не факт, что голландские власти учтут результат волеизъявления. И даже если они сделают это, Брюссель может найти юридическую лазейку и все равно ратифицировать соглашение об ассоциации. Но сигнал, который граждане Нидерландов послали украинским евроинтеграторам, вполне недвусмысленный - видеть в Европе их не хотят.

«Евромайдан» начался именно с того, что Виктор Янукович отказался подписывать соглашение об ассоциации. Теперь от этого отказывается сама Европа, и многие на Украине начали винить в этом лично Порошенко. Например, его соратник, депутат Мустафа Найем, написал, что ответственность за провал несет президент. Западные СМИ тоже все больше критикуют Порошенко, особенно после скандала с его панамскими офшорами. Вполне возможно, что без западной поддержки и без того хрупкому украинскому режиму будет достаточно легкого толчка в виде массовых протестов, чтобы с грохотом обрушиться. Вопрос в том, готова ли Украина к третьему «майдану»?

Декан факультета «Социология и политология» Финансового университета Александр Шатилов считает, что протестные акции будут использованы для давления, а не замены Порошенко.

— Любые революции и протестные акции возможны только тогда, когда происходит раскол в элитах. «Автомайдан», который не имеет мощной финансовой и административной подпитки, вряд ли сможет пошатнуть основы украинского режима. Тем более что украинские элиты жестко контролируют люди из Вашингтона, которые не позволят в самый неподходящий момент устроить бучу в Киеве.

Поэтому протестные акции, несомненно, будут продолжаться и приобретать даже не политический, а социальный характер по мере усугубления экономического кризиса на Украине. Но пока эти протестующие не получат поддержки финансово-промышленных групп, олигархата и как минимум нейтрального отношения со стороны Вашингтона, такого рода акции обречены на провал.

— То есть третий «майдан» невозможен?

— Если Порошенко в какой-то момент перестанет устраивать Вашингтон, американцы могут убрать его с помощью такого рода акций. Но пока лично у меня не создается ощущение, что они готовы сдать нынешнего президента Украины. Скорее, они будут использовать протестные акции и выступления для того, чтобы давить на Порошенко и заставить более послушно следовать их воле. Но на смену власти в нынешней ситуации американцы вряд ли пойдут, поскольку это чревато очень серьезными рисками, в том числе вероятностью распада Украины. Сейчас американцы контролируют большую часть страны, поэтому распад им совершенно ни к чему.

Старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований, историк Олег Неменский не исключает, что вопрос отстранения Порошенко от власти станет актуален через год.

— И офшорный скандал, и провал референдума в Нидерландах стали очень сильными ударами лично по Порошенко. Тем не менее, само по себе снижение рейтинга президента не будет поводом для нового «майдана». Хотя бы потому, что рейтинг Порошенко уже год как гораздо ниже, чем были показатели Януковича во время «Евромайдана».

Исходить надо из того, что «майданы» организовываются сознательно по заказу, чаще всего Вашингтона. Как говорится в известной шутке, любой протест, не лицензированный в Вашингтоне, «майданом» не считается. Протесты на Украине могут продолжаться, уличные беспорядки, особенно со стороны ультраправых, тоже очень вероятны. Но очередного «майдана» со свержением государственной власти или хотя бы с требованиями импичмента президента и проведения новых выборов сейчас быть не может. Порошенко просто некем заменить. Какие-то кандидатуры есть, но от того, что их поставят у руля, никому не станет лучше.

Более того, новый «майдан» или досрочные выборы - это очень дорогостоящее предприятие, которое Украина в ее нынешнем состоянии не потянет. Внешнеполитических условий для организации нового «майдана» на Украине пока нет. Но несомненно, что недовольство людей будет расти. Удары по Порошенко ослабляют евромайданную власть на Украине в целом, укрепляют ее противников всех мастей. Все это делает украинскую государственность, которая и так еле жива, еще более шаткой.

— Референдум в Нидерландах может привести к тому, что общество начнет отказываться от идеи евроинтеграции?

— Когда-нибудь разочарование украинцев в евроинтеграции и европейском проекте в целом настанет, но не сейчас. Пока что украинское общество вполне довольствуется объяснениями властей о том, что результаты референдума были провальными из-за пропагандистских действий со стороны России. Они верят, что проблема в том, что Европа недостаточно защищена от российского влияния, а не в самом европейском проекте и не в том, что их просто не хотят видеть в Евросоюзе.

— Есть ли грань, после которой на Западе все же решат сменить Порошенко?

— Украинское общество рано или поздно дойдет до грани, когда необходимо будет менять всеми не любимого политика на того, кто еще не исчерпал кредит доверия. Но существуют несколько факторов, которые мешают сделать это прямо сейчас. Во-первых, в данный момент нет формальной причины менять Порошенко. Во-вторых, как я уже сказал, проведение новых выборов — это неприемлемый удар для и без того слабой украинской экономики. В-третьих, смена власти даже путем выборов, не говоря уже о «майдане», сильно разогреет украинское общество, чего все боятся. Задача Запада — остужать и успокаивать украинцев, а не разогревать. В четвертых, на Западе пока не видят человека, который был бы таким же проамериканским и удобным лидером, как Порошенко.

Полагаю, что Петр Порошенко вряд ли досидит до конца своего президентского срока. Но актуальным вопрос его замены станет не в этом, а, скорее, в следующем году, когда он окончательно себя дискредитирует.

Замдиректора Центра украинистики и белорусистики МГУ им. М.В. Ломоносова Богдан Безпалько убежден, что после отстранения от власти на Порошенко и других членов его команды возложат всю ответственность за провалы Украины.

— Повышается вероятность давления на власть с целью отправить ее в отставку. Если раньше это касалось только Арсения Яценюка, то теперь — всей правящей элиты. Но не думаю, что это будет вооруженное восстание и насильственное свержение власти. Запад этого не позволит. Да и сам факт смены власти пока не неизбежен. Мы видим, что тот же Яценюк, несмотря на то, что стал объектом ненависти, спокойно сидит в своем кресле.

«Майдан» — это технология, которая обеспечивалась финансовой, дипломатической, административной, логистической подготовкой. Использовались боевики, массовка, организаторы. Все это требовало масштабных вложений средств, которые «отбивались» после прихода организаторов к власти. А сейчас у западных кураторов нет цели на радикальное смещение украинской элиты. Что касается протестных акций, они характерны для всех государств, где прошли разного рода «революции». Вспомним, что Саакашвили тоже жестоко разгонял демонстрации. Ему это иногда припоминают, а на родине даже возбудили уголовное дело, но он по-прежнему находится в обойме прозападных политиков. Пока что можно говорить только о повышении вероятности смены власти, не более того.

Запад может перестать поддерживать самого Порошенко и еще несколько связанных с ним фигур. Но в целом вся постмайданная элита останется у власти. Когда Порошенко отправят в утиль, на него повесят все грехи и провалы, которые были у Украины за два года, а народу скажут еще немного потерпеть. Если и следующие политики не справятся с задачей, их таким же образом устранят. Но сама система останется прежней. Все изменения будут носить декоративный и не принципиальный характер, и будут призваны успокоить украинское общество, чтобы оно продолжало выполнять задачи западных кураторов.

Владимир

Валерий

Сегодня на улицы Одессы выведут тысячу полицейских       

Леха

Самое тяжелое за последние 20 лет обострение Нагорно-Карабахского конфликта если еще не переросло в новую армяно-азербайджанскую войну, то весьма к тому близко. Какие силы могут выставить на поле боя обе стороны и какими могут быть последствия конфликта, разбиралась «Лента.ру».

Нефтяная монархия Кавказа

Военная машина Азербайджана по формальным показателям — финансовым и технической оснащенности — существенно солиднее сил и средств армянской коалиции. Военные траты Баку, составлявшие в 2003 году 135 миллионов долларов, выросли до 1,5 миллиарда к 2010 году, а по плану на 2016 год превышают 1,7 миллиарда. В 2013 году, на пике закупок техники, Азербайджан потратил на свою армию 3,7 миллиарда долларов. Для сравнения: расходная часть всего госбюджета Армении в том году составила 2,6 миллиарда долларов.

Вооруженные силы Азербайджана насчитывают около 67 тысяч человек, из них около 57 тысяч — в сухопутных войсках, до восьми тысяч — в ВМС и более двух тысяч — в ВВС. К задачам обороны в военное время могут привлекаться части Национальной гвардии (около 2,5 тысяч человек), внутренних войск МВД (12 тысяч человек) и погранохраны (около пяти тысяч человек). Численность обученного резерва вооруженных сил оценивается в 300 тысяч человек.

Вооружение азербайджанской армии существенно обновилось в последние годы, в том числе благодаря массовым поставкам из России. В частности, в 2010-2014 годах были получены 100 танков Т-90С (существует опцион еще на 94 такие машины) и 100 БМП-3, 18 САУ 2С19М1 «Мста-С», 18 САУ 2С31 «Вена», 18 РСЗО 9А52 «Смерч» и 18 тяжелых огнеметных систем ТОС-1А «Солнцепек», а также 300 ПЗРК «Игла-С» с боекомплектом 1500 ракет.

Кроме того, азербайджанская армия получила из России серьезный комплект инженерно-саперной техники и оборудования, который, как указывают военные эксперты, предназначен для преодоления укрепленных участков эшелонированной обороны карабахской армии.

Войска ПВО получили из России два дивизиона зенитной ракетной системы С-300ПМУ-2 «Фаворит» и несколько батарей зенитного комплекса «Тор-М2Э». ВВС получили 60 транспортных вертолетов Ми-17 и 24 ударных вертолета Ми-35М.

Сухопутные войска Азербайджана организационно сведены в пять армейских корпусов, насчитывающих 23 мотострелковые бригады. В центральном подчинении находятся также отдельная артиллерийская бригада, бригада РСЗО и противотанковый полк. 2-й и 3-й корпуса находятся непосредственно на границах Карабаха, 1-й корпус развернут в окрестностях Евлаха и Гянджи, 4-й сконцентрирован в районе Баку, 5-й обороняет Нахичеванский эксклав.

Сухопутные войска располагают, по наиболее реалистичным оценкам, приблизительно 450 танками, из них около 100 — новые Т-90С, остальные — Т-72А и Т-72М1, полученные при разделе советского имущества (существенная их часть, впрочем, потеряна в ходе войны 1992-1994 годов), а также переданные в 2000-е годы из России, Белоруссии и с Украины. Часть танков Т-72 модернизирована израильской фирмой Elbit по схеме, близкой к грузинскому Т-72SIM-1.

Остальная бронетехника включает более 200 БМП-1, БМП-2, БМП-3 и БМД-1 и свыше 750 бронетранспортеров — в основном МТЛБ (свыше 300 машин) и БТР-70, а также 70 новых российских БТР-80А и около 600 бронеавтомобилей. Еще около 200 единиц бронетехники имеется во внутренних войсках.

Артиллерия азербайджанской армии располагает примерно 120 САУ. Помимо перечисленных новых почти половину составляют старые 2С1 «Гвоздика». Кроме того, имеются 12 единиц 203-миллиметровых установок 2С7 «Пион», полученных с Украины и из Белоруссии. Буксируемая артиллерия представлена, по разным данным, приблизительно 220-280 стволами, в основном старыми советскими 122-миллиметровыми гаубицами Д-30. Также в наличии около 250 РСЗО советского, турецкого и израильского производства (включая поставленные из России и с Украины «Смерчи», «Ураганы» и «Солнцепеки»). Имеется свыше 1200 минометов, в основном 120-миллиметровые 2Б11 «Сани» и 82-миллиметровые 2Б14 «Поднос», а также 85 устаревших 120-миллиметровых минометов ПМ-38, проданных Украиной.

Противотанковые средства, помимо 100-миллиметровых пушек МТ-12 «Рапира», представлены примерно 100 ПТРК «Корнет», полученных из России в 2010 году, а также до 300 других комплексов, включая устаревшие советские, а также несколько израильских ПТРК Spike. Однако наиболее мощная часть средств противотанковой обороны — это десять самоходных установок новейшего комплекса «Хризантема-С», переданных из России летом 2015 года. Имеются три пусковые установки оперативно-тактических ракет 9К79-1 «Точка-У», поступившие с Украины после 2010 года. Из числа новых систем, имеющихся на вооружении Азербайджана также стоит упомянуть беспилотные аппараты, в том числе, ударные.

Падение азербайджанского БПЛА, сбитого ПВО Нагорного Карабаха
Фото: Вахрам Багдасарян / Photolure / AP

Средства ПВО сухопутных войск включают помимо уже упомянутых «Торов» дивизион белорусских ЗРК 9К37МБ «Бук-МБ» и переданные Россией 9К317 «Бук-М1-2», войсковые комплексы 9К33-1Т «Оса-1Т» (модернизированные в Белоруссии) и «Стрела-10», а также устаревшие советские ЗРК «Круг».

Основу истребительной авиации ВВС Азербайджана составляют 16 самолетов МиГ-29 и МиГ-29УБ, полученных с Украины в 2007-2012 годах, которые призваны заменить 20 самолетов типа МиГ-25, доставшихся Баку от раздела советского наследия.

Ударные самолеты ВВС Азербайджана — это главным образом штурмовики Су-25 (свыше 30 единиц с учетом последних поставок из Грузии), несколько фронтовых бомбардировщиков Су-24 и истребителей-бомбардировщиков Су-17, оставшихся от советского времени.

Также имеется от 20 до 30 учебно-боевых самолетов L-29 и L-39 и два транспортных самолета Ил-76 (еще один на хранении). Вертолеты представлены приблизительно полусотней ударных машин (Ми-24 и новыми Ми-35М), более чем 70 транспортными винтокрылами семейства Ми-8/17 и несколькими легкими Ми-2.

ПВО страны, помимо упомянутых С-300ПМУ-2, оснащены дивизионом израильского ЗРК Barak 8, дивизионом ЗРК С-200, а также более чем 50 пусковыми установками С-125-2ТМ «Печора-ТМ», прошедшими модернизацию в Белоруссии.

Флагманом азербайджанского флота является «фрегат» «Гусар» — бывший СКР-16 («Бакинец»), устаревший сторожевой корабль проекта 159А, построенный в 1967 году. Кроме него в составе флота несколько патрульных кораблей (в оригинале — советских катеров проекта 205П), шесть средних десантных кораблей проектов 770 и 771А и тральщики.

Морская пехота включает отдельный батальон. Флоту подчинена разведывательно-диверсионная группа (так называемая бригада «Тигров»), развернутая на базе бывшего советского морского разведывательного пункта спецназначения, относившегося к Каспийской флотилии.

Небогатое наследство

Доля Армении в советском военном наследстве была куда более скромной, чем у Азербайджана. А то, чем располагал в первой войне Карабах, было лишь частью этой скромной доли. Тем не менее армянским силам удалось не только удержать позиции в Карабахе и Лачинском коридоре, но и значительно расширить контролируемую территорию, обеспечив зону безопасности по обеим сторонам коридора. Изменить положение дел Баку не удалось даже при участии в летнем наступлении 1992 года на стороне Азербайджана подразделений 328-го Гвардейского парашютно-десантного полка 104-й Воздушно-десантной дивизии, чей тактический успех так и не перерос во что-то большее. Действиями полка в этом наступлении руководил полковник Владимир Шаманов, будущий главком ВДВ.

После прекращения боевых действий в 1994 году линия соприкосновения практически не менялась, и едва ли не основной частью военного строительства НКР и Армении было укрепление оборонительных позиций на контролируемых территориях. Бывавших в Карабахе главным образом поражает масштаб фортификационных работ: линии траншей, ДОТы и валы тянутся вдоль дорог на многие километры, скрывая движущиеся по трассе машины от обстрела.

Военные в зоне карабахского конфликта
Фото: Асатур Есаянц/ Sputnik / РИА Новости

Состав и количество фортификационных сооружений не называются, но они вполне наглядны. Гораздо труднее установить реальные боевые возможности армянских вооруженных сил, включая формирования Нагорного Карабаха: Ереван и Степанакерт тщательно засекречивают данные о численности своей боевой техники.

Суммарная численность армянских и карабахских сил составляет около 70 тысяч человек, что примерно сравнимо с численностью ВС Азербайджана, однако Армения объективно уступает в оснащенности современной техникой. Общее число танков Карабаха и Армении превышает 400 единиц, однако самыми современными из них являются модернизированные Т-72. Наиболее серьезным является разрыв в параметрах и количестве боевых бронированных машин других классов — БТР и БМП. В общей сложности армянские силы располагают, по разным оценкам, примерно 500 ББМ, однако самые современные из них — это БМП-2 и БТР-80. Однако поскольку главной задачей армянских сил является защита собственных позиций, этот разрыв не слишком критичен.

Собственными средствами на закупку современных вооружений Ереван сегодня почти не располагает, поэтому получаемая из России техника в основном передается в кредит или в рамках сотрудничества по ОДКБ. В частности, в феврале 2016 года Москва выделила Еревану кредит в 200 миллионов долларов на закупку вооружений, в рамках которого Армения получит реактивные системы залпового огня (РСЗО) 9К58 «Смерч» с боеприпасами, переносные зенитно-ракетные комплексы «Игла-С», комплекс пассивной радиотехнической разведки «Автобаза-М», тяжелые реактивные огнеметные системы ТОС-1А «Солнцепек», бронеавтомобили «Тигр», противотанковые ракетные комплексы «Конкурс-М», противотанковые гранатометы РПГ-26, стрелковое вооружение, двигатели и прицелы для танков Т-72 и боевых машин пехоты, средства связи, различную инженерную технику и грузовые автомобили фирмы «КамАЗ». За все это Армения начнет платить с 2018 года в рублях, предварительно предоставив предоплату в 10 процентов по каждому из контрактов. Ставка по кредиту составляет три процента, а срок его выплаты — десять лет.

ВВС Армении сравнительно невелики, располагают примерно полутора десятками Су-25 и некоторым количеством учебных самолетов. Парк вертолетов составляют 12 единиц Ми-24 и примерно по десятку транспортных Ми-8 и легких многоцелевых Ми-2. Армия Карабаха располагает собственными воздушными силами в виде пары штурмовиков Су-25 и нескольких вертолетов.

Силы ПВО Армении довольно внушительны, их основу составляют доставшиеся от СССР пять дивизионов зенитно-ракетной системы С-300ПС по 12 пусковых установок в каждом. Их техническое состояние неизвестно, но, по имеющейся информации, Армения поддерживает С-300 в рабочем состоянии, а их расчеты регулярно демонстрируют высокие результаты в ходе стрельб на российских полигонах.

Боеспособность более старых систем — С-200, С-125 и С-75 точно неизвестна, как и их численность. ПВО армянским и карабахским войскам обеспечивает примерно одинаковый набор систем типа ЗРК «Стрела-10», самоходных установок «Шилка», буксируемых ЗУ-23 и переносных ЗРК «Стрела» и «Игла». Следует отметить, однако, что по данным армянской стороны первый достоверно сбитый в очередном обострении азербайджанский Ми-24 стал жертвой пехотинца с гранатометом РПГ-7.

МиГ-29 ВВС России в Гюмри
Фото: asbarez.com

Рассказ об оборонительных возможностях Армении был бы неполным без упоминания потенциала 102-й российской военной базы в Гюмри численностью примерно в пять тысяч человек, располагающей группой истребителей МиГ-29, дивизионом зенитной ракетной системы С-300В. Вместе с тем эта база, функционирующая в рамках системы ПВО ОДКБ, может и должна вступить в бой в случае агрессии против Армении как таковой, но война в Нагорном Карабахе не является поводом для действий российских сил.

Туманный расклад

Формальное соотношение сил не определит исход этой войны. Боевые действия в горах сами по себе малопредсказуемы, а с учетом объективно лучшей боевой подготовки Вооруженных сил Армении результат столкновения может оказаться отнюдь не благоприятным для Азербайджана. Вместе с тем большое количество новой боевой техники в составе Вооруженных сил Азербайджана дает военным этой страны надежду на иной исход и само по себе могло послужить катализатором боевых действий, начавшихся довольно внезапно.

Разрушенный дом в одном из сел Мартакертского района
Фото: Ваган Степанян/ PAN Photo / РИА Новости

Оружейную торговлю с Азербайджаном часто ставят Москве в вину, однако у этой медали две стороны. Прежде всего, очевидно, что принятая в России схема торговли оружием по принципу «мы готовы сотрудничать со всеми» имеет свои негативные последствия: коммерческие интересы производителей и экспортеров вступают в данном случае в противоречие с политическими интересами страны как таковой. С другой стороны, не менее очевидно и то, что если бы Москва не поставляла Баку оружие, его купили бы в другом месте — благо предложений на рынке достаточно. При этом сейчас Россия имеет больше рычагов давления на Азербайджан в виде поставок запасных частей и принадлежностей, знания возможностей и характеристик поставленных систем, что в некоторой мере облегчит противодействие.

Наихудшим для России исходом войны может стать обращение региона в очередную зону вечного конфликта, которая потребует массы ресурсов на стабилизацию и ограничение расползания военных действий. Россия будет вынуждена вкладываться туда в первую очередь. Желающих отвлечь ресурсы Москвы на тушение этого пожара вполне достаточно, и можно не сомневаться, что к разжиганию этого конфликта будут приложены достаточные усилия. В связи с этим для России наиболее оптимальным было бы скорейшее прекращение конфликта с возвращением к статусу кво — по сути это означает, что в интересах России — поражение Азербайджана.

Само по себе возвращение в исходное положение не гарантирует отсутствия вспышек в дальнейшем, и здесь Москве предстоит осваивать новые рычаги воздействия на постсоветские элиты Закавказья. Если исходить из сильнейшей экономической зависимости и Баку, и Еревана от бизнеса национальных диаспор в России, такие рычаги есть. Вопрос — решится ли российское правительство использовать их в интересах самой России.