Прошедшее в отечественных СМИ информационное сообщение о состоявшихся в профильных комитетах Совета Федерации «закрытых» слушаниях по вопросу дальнейшего выполнения нашей страной так называемого «соглашения Шеварднадзе-Бейкера» уже успело наделать изрядно шума далеко за пределами России. Какой-либо официальной реакции Вашингтона, насколько известно, пока не воспоследовало, однако всевозможные западные и прозападные «рупоры» уже принялись «гнать пену» на зависть любому огнетушителю.
Заполошные крики об очередной «агрессии Кремля», надо полагать, теперь не будут смолкать еще очень долго. Но что же происходит на самом деле? Что это за соглашение такое, откуда оно взялось и стоит ли нам его придерживаться?Внутреннее море РоссииРаз уж мы хотим вникнуть в данную проблему до самой ее сути, начинать придется издалека. До 1867 года никакие вопросы о том, где чьи воды в Беринговом море, задаваться не могли в принципе, поскольку было оно, по сути дела, внутренним водоемом Российской Империи. Однако в упомянутом выше году произошло событие, по сей день вызывающее крайне неоднозначные оценки в нашем Отечестве. Император Александр II уступил Соединенным Штатам Аляску и Алеутские острова за какие-то, как мы теперь понимаем, смешные 7 с лишним миллионов долларов. Впрочем, более ста лет после этого никаких претензий относительно принадлежности «хлябей морских» к нам тоже никто выдвигать не думал. В договоре четко шла речь о территориях, расположенных на суше, а не о водных владениях России. И лишь в 1976-1977 году дошло до определения границ морских пространств. Дело было вовсе не в конкретном участке, о котором речь идет у нас – по всему миру государства принялись «делить воду», вводя 200-мильные ограничения у своих берегов. Сперва этот вопрос касался только рыболовства, но затем, когда до всех и каждого дошло, какие богатства в виде полезных ископаемых могут скрываться на тех же шельфах, возникло понятие исключительной экономической зоны, принадлежащей той или иной стране. Вот тогда-то и возник спор: как быть с Беринговым морем? Изначально проблема заключалось в том, что в его акватории и в Чукотском море имелись места, где 200-мильные участки, принадлежащие СССР и США, пересекаются, «накладываются» друг на друга. Вообще-то обычно в подобных случаях применяется процедура делимитации, основанная на взаимопонимании и обоюдных уступках. Однако американцы «советам» уступать не желали ни в какую.
Хитросделанные деятели из Вашингтона принялись тыкать Москве под нос Конвенцию 1867 года: в ней, мол, линия раздела проведена, вот от нее и будем отталкиваться. В СССР, подумав, пошли навстречу. При этом, однако, оказалось, что как раз в Беринговом море этот принцип не работает совершенно. Представители двух стран видели «правильную линию» совершенно по-разному: Советский Союз требовал делить по локсодромии, а американцы по ортодромии. Что означают столь мудреные понятия, у меня не спрашивайте, не знаю, но факт остается фактом: вследствие этого противоречия образовалась спорная зона площадью почти в 20 тысяч квадратных километров. Впрочем, СССР и тут проявил добрую волю: в 1977 году с США «поделились» небольшим участком посреди моря. Небольшим, но ценным – уловы наших рыбаков там были более, чем солидны (сотни тысяч тонн рыбы), так что американцы были обязаны в качестве компенсации выделять нам ежегодные квоты на вылов. «Идиллия» длилась недолго – уже в 1981 году Вашингтон заявил, что никаких квот не будет, поскольку на Советский Союз «наложены санкции за вторжение в Афганистан». Знакомо до боли, не правда ли?! Американцы в категорической форме требовали отдать им все самые рыбные места – и без каких-то там компенсаций за это. После долгих и сложных переговоров, длившихся не один год, снова удалось прийти к более или менее взаимоприемлемому варианту. Обе страны вели совместный промысел, скрепя сердце терпели друг друга и утешались тем, что худой мир лучше доброй ссоры. Американцы облизывались на «дырку от пончика», как они называли пространство между островами Прибылова, Св. Матвея, Медным и Атту площадью в 46 с лишним тысяч квадратных километров, но без толку. И тут грянула, будь она неладна, «перестройка»...
Линия предательства
Именно так русские рыбаки с Дальнего Востока по сей день называют границу, возникшую в результате подписания в Вашингтоне 1 июня 1990 года тогдашними министром иностранных дел СССР Эдуардом Шеварднадзе и Государственным секретарем США Джеймсом Бейкером соглашения о разграничении континентального шельфа и экономических зон в Беринговом и Чукотском морях. Впрочем, простое и краткое слово «предательство» тут, пожалуй, даже не раскрывает всей глубины того колоссального ущерба, который был нанесен интересам страны. В принципе, речь должна идти об измене Родине в интересах иностранной державы. И отвечать за нее должен был бы далеко не только Шеварднадзе... В чем же заключалась эта, воистину, иудина сделка, которую ее автор впоследствии имел совесть называть «взаимовыгодным договором»? Соединенные Штаты одним росчерком пера отхватили у Советского Союза все, что хотели, и даже намного больше. Им отошла часть советской исключительной экономической зоны в 31 с половиной тысячу квадратных километров! Мало того – американцы все-таки захапали еще и ту самую «дырку от пончика», о которой я упоминал несколько выше, лежавшую вообще в открытом море, в немалом отдалении от 200-мильных прибрежных зон. Ликованию их не было предела, и знаете почему? Как выяснилось впоследствии, залежи нефти в этой самой «дырке» составляют 200 миллионов тонн нефти и около 200 миллиардов кубометров газа! И это – только по предварительным подсчетам... Впрочем, широкую распродажу прав на разработку этих месторождений энергетическим компаниям США Вашингтон начал не в 1990-м, еще раньше. И это напрямую подводит нас к ответу на вопрос о том, кто в реальности стоял за этой гнуснейшей «сделкой века».
Михаила Горбачева в плане его деятельности «на благо Родины» я бы охарактеризовал придуманным хорошим российским писателем термином «антимидас». История греческого царя, которому боги послали дар превращать в золото все, к чему он прикасался, общеизвестна. Правда, дар оказался проклятием, и кончилось все для Мидаса скверно. Но Михаил Сергеевич каждым своим прикосновением превращал то, до чего дотягивался вовсе не в благородный металл, а в... Ну, найдите сами противоположность золоту. Да, да – вот в это самое. «Соглашение Шеварднадзе-Бейкера» наверняка было частью изначальной его стратегии по уничтожению СССР в угоду США. А предельную спешку с его подписанием и обменом с Вашингтоном нотами о вступлении положений договора в силу даже до его ратификации, Горбачев устроил перед намечавшейся встречей с президентом Бушем, в ходе которой обязан был отчитаться о проделанной вредительски-диверсионной работе перед своим главным куратором. Впереди маячил саммит «Большой семерки», на который Михаил Сергеевич мечтал попасть, что называется, хоть тушкой, хоть чучелом. Свербело, понимаете ли, «потусоваться» с сильными мира сего, да, вдобавок он еще и деньжат на свои убийственные для страны «реформы» рассчитывал выпросить в виде западных кредитов. Денег ему ни цента не дали, конечно, а что дальше было, мы с вами помним. «Соглашение Шеварднадзе-Бейкера» было заключено с нарушением всех мыслимых и немыслимых законов, норм и правил. Ни Политбюро ЦК КПСС, ни Совет Министров его не утверждали. Мало того, это, вообще-то было и не в их компетенции: вопросы, касающиеся изменения границ СССР вправе был решать только Съезд народных депутатов. Государственное преступление в чистом его виде.
Плюсы и минусы... Да какие там минусы?!
Самое замечательное, что международному законодательству (а конкретно – Конвенции ООН по морскому праву 1982 года) это соглашение также противоречит самым, что ни на есть вопиющим образом. Ведь исключительная экономическая зона США по его результатам кое-где далеко выходит за пределы положенных 200 миль. Впрочем, главное здесь то, что ни советским, ни российским парламентом это предательство так никогда и не было ратифицировано, а следовательно, в реальности цена ему – грош! Ельцин, верный продолжатель дела своего предтечи во всем, что касалось сдачи интересов страны в угоду Западу, пытался протащить «соглашение» через Госдуму, но успеха не добился. Что там у нас сейчас, в соответствии с последними эпохальными и историческими веяниями, исходящими из Кремля, превыше всего? Правильно – интересы России и ее законодательство. Так вот, в соответствии со статьей 15 федерального закона «О международных договорах РФ» никакой обязывающей силы оно для нашей страны не имеет. И, следовательно, в словах спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко, сказанных как раз именно по обсуждаемому нами поводу о том, что пора принимать симметричные меры, а то «нас молотят по всем этим самым», а мы только «сглатываем такое отношение к России», заключается прямо-таки великая истина. Если верить главе комитета Совфеда по международным делам Константину Косачеву, его коллеги из двух других профильных комитетов, участвовавших в слушании (по обороне и безопасности, по природопользованию и аграрной политике) «абсолютно единодушны» в оценке вредоносности для России данного договора. Равно, кстати, как и принимавшие участие в обсуждении представители МИД, ФСБ и других не менее серьезных организаций.
О чем тут вообще думать, если по оценке Счетной палаты страны, проведенной еще в 2003 году, ущерб, нанесенный нашей Родине этим предательским актом, составлял на тот момент не менее 2 миллиардов долларов. С той поры прошло еще 17 лет, следовательно, цифру нужно умножить раза в два – два с половиной. И речь, заметьте, только о потерях экономики от невыловленных рыбы и краба. Добавляем к ним, недополученные налоги (по оценкам экспертов, это 70 миллионов долларов, как минимум), несозданные рабочие места... Но ведь есть еще и шельф с колоссальными запасами энергоносителей, а также та территория, о которой я уже упоминал дважды, где сегодня хозяйничают американцы – по сути дела, совершенно незаконно. И им, кстати, этого мало! Начиная с 1999 года к процессу вымогательства подключились еще и представители штата Аляска, принявшиеся требовать нового передела – уже непосредственно в их пользу. У этих наглецов, живущих на земле, только по нелепой ошибке переставшей быть русской, хватает духу требовать отдать им остров Врангеля и еще пяток других, поменьше, вообще никогда не находившихся в юрисдикции США. Американцам всегда мало... Впрочем, и это еще далеко не все. Разделенный в нынешней своей конфигурации Берингов пролив создает для Соединенных Штатов замечательные возможности к тому, чтобы блокировать подходы к Северному морскому пути, важность которого для будущего России переоценить невозможно. А в том, что именно к попыткам перерезать эту важнейшую транспортную артерию в точках входа ее в арктические широты и выхода из них и будет сводиться антироссийская стратегия не имеющих сколько-нибудь серьезного ледокольного флота США, сомневаться не приходится. И уж лучше решать этот вопрос сейчас, чем ждать пока они соберутся с силами.
Решительные и бескомпромиссные действия России по расторжению грабительского и незаконного «соглашения Шеварднадзе-Бейкера» могли бы стать самым лучшим началом той «новой эры», которую, как предполагается, знаменуют реформа Конституции и смены в высших эшелонах власти. Они раз и навсегда дали бы понять всем, как в нашей стране, так и за ее пределами, что разговоры о следовании исключительно законным интересам России – отныне отнюдь не пустой звук. И, уж конечно, это и вправду был бы самый достойный ответ на действия Вашингтона, уже который год «колотящего нас по всем этим самым». Пора, пора... Давно пора!
Кто-то может спросить: «А хватит ли у нас сил настоять на своем, если Соединенные Штаты не согласятся с подобной постановкой вопроса?» Это тема уже для совсем другого разговора. Он у нас еще будет, и, думаю, в самое ближайшее время.
Автор: Александр Неукропный
Заполошные крики об очередной «агрессии Кремля», надо полагать, теперь не будут смолкать еще очень долго. Но что же происходит на самом деле? Что это за соглашение такое, откуда оно взялось и стоит ли нам его придерживаться?Внутреннее море РоссииРаз уж мы хотим вникнуть в данную проблему до самой ее сути, начинать придется издалека. До 1867 года никакие вопросы о том, где чьи воды в Беринговом море, задаваться не могли в принципе, поскольку было оно, по сути дела, внутренним водоемом Российской Империи. Однако в упомянутом выше году произошло событие, по сей день вызывающее крайне неоднозначные оценки в нашем Отечестве. Император Александр II уступил Соединенным Штатам Аляску и Алеутские острова за какие-то, как мы теперь понимаем, смешные 7 с лишним миллионов долларов. Впрочем, более ста лет после этого никаких претензий относительно принадлежности «хлябей морских» к нам тоже никто выдвигать не думал. В договоре четко шла речь о территориях, расположенных на суше, а не о водных владениях России. И лишь в 1976-1977 году дошло до определения границ морских пространств. Дело было вовсе не в конкретном участке, о котором речь идет у нас – по всему миру государства принялись «делить воду», вводя 200-мильные ограничения у своих берегов. Сперва этот вопрос касался только рыболовства, но затем, когда до всех и каждого дошло, какие богатства в виде полезных ископаемых могут скрываться на тех же шельфах, возникло понятие исключительной экономической зоны, принадлежащей той или иной стране. Вот тогда-то и возник спор: как быть с Беринговым морем? Изначально проблема заключалось в том, что в его акватории и в Чукотском море имелись места, где 200-мильные участки, принадлежащие СССР и США, пересекаются, «накладываются» друг на друга. Вообще-то обычно в подобных случаях применяется процедура делимитации, основанная на взаимопонимании и обоюдных уступках. Однако американцы «советам» уступать не желали ни в какую.
Хитросделанные деятели из Вашингтона принялись тыкать Москве под нос Конвенцию 1867 года: в ней, мол, линия раздела проведена, вот от нее и будем отталкиваться. В СССР, подумав, пошли навстречу. При этом, однако, оказалось, что как раз в Беринговом море этот принцип не работает совершенно. Представители двух стран видели «правильную линию» совершенно по-разному: Советский Союз требовал делить по локсодромии, а американцы по ортодромии. Что означают столь мудреные понятия, у меня не спрашивайте, не знаю, но факт остается фактом: вследствие этого противоречия образовалась спорная зона площадью почти в 20 тысяч квадратных километров. Впрочем, СССР и тут проявил добрую волю: в 1977 году с США «поделились» небольшим участком посреди моря. Небольшим, но ценным – уловы наших рыбаков там были более, чем солидны (сотни тысяч тонн рыбы), так что американцы были обязаны в качестве компенсации выделять нам ежегодные квоты на вылов. «Идиллия» длилась недолго – уже в 1981 году Вашингтон заявил, что никаких квот не будет, поскольку на Советский Союз «наложены санкции за вторжение в Афганистан». Знакомо до боли, не правда ли?! Американцы в категорической форме требовали отдать им все самые рыбные места – и без каких-то там компенсаций за это. После долгих и сложных переговоров, длившихся не один год, снова удалось прийти к более или менее взаимоприемлемому варианту. Обе страны вели совместный промысел, скрепя сердце терпели друг друга и утешались тем, что худой мир лучше доброй ссоры. Американцы облизывались на «дырку от пончика», как они называли пространство между островами Прибылова, Св. Матвея, Медным и Атту площадью в 46 с лишним тысяч квадратных километров, но без толку. И тут грянула, будь она неладна, «перестройка»...
Линия предательства
Именно так русские рыбаки с Дальнего Востока по сей день называют границу, возникшую в результате подписания в Вашингтоне 1 июня 1990 года тогдашними министром иностранных дел СССР Эдуардом Шеварднадзе и Государственным секретарем США Джеймсом Бейкером соглашения о разграничении континентального шельфа и экономических зон в Беринговом и Чукотском морях. Впрочем, простое и краткое слово «предательство» тут, пожалуй, даже не раскрывает всей глубины того колоссального ущерба, который был нанесен интересам страны. В принципе, речь должна идти об измене Родине в интересах иностранной державы. И отвечать за нее должен был бы далеко не только Шеварднадзе... В чем же заключалась эта, воистину, иудина сделка, которую ее автор впоследствии имел совесть называть «взаимовыгодным договором»? Соединенные Штаты одним росчерком пера отхватили у Советского Союза все, что хотели, и даже намного больше. Им отошла часть советской исключительной экономической зоны в 31 с половиной тысячу квадратных километров! Мало того – американцы все-таки захапали еще и ту самую «дырку от пончика», о которой я упоминал несколько выше, лежавшую вообще в открытом море, в немалом отдалении от 200-мильных прибрежных зон. Ликованию их не было предела, и знаете почему? Как выяснилось впоследствии, залежи нефти в этой самой «дырке» составляют 200 миллионов тонн нефти и около 200 миллиардов кубометров газа! И это – только по предварительным подсчетам... Впрочем, широкую распродажу прав на разработку этих месторождений энергетическим компаниям США Вашингтон начал не в 1990-м, еще раньше. И это напрямую подводит нас к ответу на вопрос о том, кто в реальности стоял за этой гнуснейшей «сделкой века».
Михаила Горбачева в плане его деятельности «на благо Родины» я бы охарактеризовал придуманным хорошим российским писателем термином «антимидас». История греческого царя, которому боги послали дар превращать в золото все, к чему он прикасался, общеизвестна. Правда, дар оказался проклятием, и кончилось все для Мидаса скверно. Но Михаил Сергеевич каждым своим прикосновением превращал то, до чего дотягивался вовсе не в благородный металл, а в... Ну, найдите сами противоположность золоту. Да, да – вот в это самое. «Соглашение Шеварднадзе-Бейкера» наверняка было частью изначальной его стратегии по уничтожению СССР в угоду США. А предельную спешку с его подписанием и обменом с Вашингтоном нотами о вступлении положений договора в силу даже до его ратификации, Горбачев устроил перед намечавшейся встречей с президентом Бушем, в ходе которой обязан был отчитаться о проделанной вредительски-диверсионной работе перед своим главным куратором. Впереди маячил саммит «Большой семерки», на который Михаил Сергеевич мечтал попасть, что называется, хоть тушкой, хоть чучелом. Свербело, понимаете ли, «потусоваться» с сильными мира сего, да, вдобавок он еще и деньжат на свои убийственные для страны «реформы» рассчитывал выпросить в виде западных кредитов. Денег ему ни цента не дали, конечно, а что дальше было, мы с вами помним. «Соглашение Шеварднадзе-Бейкера» было заключено с нарушением всех мыслимых и немыслимых законов, норм и правил. Ни Политбюро ЦК КПСС, ни Совет Министров его не утверждали. Мало того, это, вообще-то было и не в их компетенции: вопросы, касающиеся изменения границ СССР вправе был решать только Съезд народных депутатов. Государственное преступление в чистом его виде.
Плюсы и минусы... Да какие там минусы?!
Самое замечательное, что международному законодательству (а конкретно – Конвенции ООН по морскому праву 1982 года) это соглашение также противоречит самым, что ни на есть вопиющим образом. Ведь исключительная экономическая зона США по его результатам кое-где далеко выходит за пределы положенных 200 миль. Впрочем, главное здесь то, что ни советским, ни российским парламентом это предательство так никогда и не было ратифицировано, а следовательно, в реальности цена ему – грош! Ельцин, верный продолжатель дела своего предтечи во всем, что касалось сдачи интересов страны в угоду Западу, пытался протащить «соглашение» через Госдуму, но успеха не добился. Что там у нас сейчас, в соответствии с последними эпохальными и историческими веяниями, исходящими из Кремля, превыше всего? Правильно – интересы России и ее законодательство. Так вот, в соответствии со статьей 15 федерального закона «О международных договорах РФ» никакой обязывающей силы оно для нашей страны не имеет. И, следовательно, в словах спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко, сказанных как раз именно по обсуждаемому нами поводу о том, что пора принимать симметричные меры, а то «нас молотят по всем этим самым», а мы только «сглатываем такое отношение к России», заключается прямо-таки великая истина. Если верить главе комитета Совфеда по международным делам Константину Косачеву, его коллеги из двух других профильных комитетов, участвовавших в слушании (по обороне и безопасности, по природопользованию и аграрной политике) «абсолютно единодушны» в оценке вредоносности для России данного договора. Равно, кстати, как и принимавшие участие в обсуждении представители МИД, ФСБ и других не менее серьезных организаций.
О чем тут вообще думать, если по оценке Счетной палаты страны, проведенной еще в 2003 году, ущерб, нанесенный нашей Родине этим предательским актом, составлял на тот момент не менее 2 миллиардов долларов. С той поры прошло еще 17 лет, следовательно, цифру нужно умножить раза в два – два с половиной. И речь, заметьте, только о потерях экономики от невыловленных рыбы и краба. Добавляем к ним, недополученные налоги (по оценкам экспертов, это 70 миллионов долларов, как минимум), несозданные рабочие места... Но ведь есть еще и шельф с колоссальными запасами энергоносителей, а также та территория, о которой я уже упоминал дважды, где сегодня хозяйничают американцы – по сути дела, совершенно незаконно. И им, кстати, этого мало! Начиная с 1999 года к процессу вымогательства подключились еще и представители штата Аляска, принявшиеся требовать нового передела – уже непосредственно в их пользу. У этих наглецов, живущих на земле, только по нелепой ошибке переставшей быть русской, хватает духу требовать отдать им остров Врангеля и еще пяток других, поменьше, вообще никогда не находившихся в юрисдикции США. Американцам всегда мало... Впрочем, и это еще далеко не все. Разделенный в нынешней своей конфигурации Берингов пролив создает для Соединенных Штатов замечательные возможности к тому, чтобы блокировать подходы к Северному морскому пути, важность которого для будущего России переоценить невозможно. А в том, что именно к попыткам перерезать эту важнейшую транспортную артерию в точках входа ее в арктические широты и выхода из них и будет сводиться антироссийская стратегия не имеющих сколько-нибудь серьезного ледокольного флота США, сомневаться не приходится. И уж лучше решать этот вопрос сейчас, чем ждать пока они соберутся с силами.
Решительные и бескомпромиссные действия России по расторжению грабительского и незаконного «соглашения Шеварднадзе-Бейкера» могли бы стать самым лучшим началом той «новой эры», которую, как предполагается, знаменуют реформа Конституции и смены в высших эшелонах власти. Они раз и навсегда дали бы понять всем, как в нашей стране, так и за ее пределами, что разговоры о следовании исключительно законным интересам России – отныне отнюдь не пустой звук. И, уж конечно, это и вправду был бы самый достойный ответ на действия Вашингтона, уже который год «колотящего нас по всем этим самым». Пора, пора... Давно пора!
Кто-то может спросить: «А хватит ли у нас сил настоять на своем, если Соединенные Штаты не согласятся с подобной постановкой вопроса?» Это тема уже для совсем другого разговора. Он у нас еще будет, и, думаю, в самое ближайшее время.
Автор: Александр Неукропный
Бывший премьер-министр Украины Николай Азаров, Xinhua / globallookpress.com
