Ясно и чётко помню фрагмент-воспоминание. Июльское солнце в зените. Солнце, от которого плавится воздух (это можно наблюдать, жара закручивает от земли воздух и зрительно искажает предметы, вот чем вдохновлялся Дали, когда писал «Текущее время»). Полный штиль и полная тишина наполняют наше с сестрой бытие, маленькие голопузые туземцы на берегу ставка-отстойника. Громкий треск множества цикад, (прямо над головой высоковольтный ЛЭП издаёт те чарующие звуки) и самое главное этот запах. Позже я узнал, что так пахнет эмульсия и отработанный мазут.

Я об ассоциациях. Июльское солнце в зените, от которого плавится воздух и главное тот запах…

- Смотри, варить надо быстро, труба с метаном - может взорваться! Слесарь будет с тобой в траншее, если шо, будет тушить. И ещё…, ну ты сам знаешь… место открытое, нас могут расстрелять! – провёл краткий вдохновляющий инструктаж инженер канализационной службы (с недавних пор у них нет сварщика, и в случае аварийной ситуации дёргают наших).

Лучше молчать в таких случаях. Когда говорят: надо «быстро», а вдобавок звучат  ключевые слова: «взорваться и расстрелять», уставшая психика фрагментирует речь, выделяя три ключевых слова.

На  краю огромной траншеи, почти до краёв наполненной жидкой вязкой субстанцией, грязно-серого цвета - перспектива выглядит очень печально. «Илосос» - две бочки на базе КамЗА, быстро удаляет эту «жужму». На дне траншеи обнажается труба канализационного коллектора тысячного диаметра. Условно на 10 часов, множество деревянных «чопов» ощетинились из большого рваного отверстия в трубе (последствие ночного обстрела). Есть метод устранения аварий подобного характера: застругивают деревянные чопики, которые забивают в аварийный порыв в трубе, затем избавившись хотя бы частично от утечки воды, всё это дело накрывает так называемым «стаканом»…  В итоге эта конструкция герметично приваривается к трубе и  на болты ставится фланцевая заглушка с резиновой прокладкой. В этом случае был патрубок двухсотого диаметра с приваренным фланцем.

 Вуаля – авария устранена.

Быстро получилось описать! На практике всё  сложнее, напитанный грунт падает большими пластами в траншею, снова и снова заваливая место аварии. Поэтому Экскаваторщику постоянно приходится подбирать упавший грунт, а когда Сварщик уже в траншее, приходится опускать ковш рядом с работающим, чтобы страховать, если мокрая земля сползёт на человека.

- И ещё, если малейшие подозрения на ухудшения самочувствия, сразу всё бросай и выбирайся на поверхность, поскольку труба с метаном, который собирается на дне. Мы наденем на тебя страховочный пояс с верёвкой на поверхность, два метра глубины это не много, но… если что, не бзди, поднимут! – продолжал инструктаж инженер.

Всё оказалось как по нотам, патрубок хорошо подошёл на круглый бок трубы, зазоры между свариваемой поверхностью невелики, они хорошо подгоняются проволокой шестёркой. Кода дуга зажгла электрод, загорелся метан из отверстия – ровным синим пламенем. Ну думаю: «ща как жахнет!» и в панике давай заливать водой, а оно не гаснет… Вспомнил по аналогии, когда-то варил газопровод низкого давления, с пламенем из свариваемого стыка – ничего страшного не происходит. Успокоился и за полчаса заварил стык, местами мешала вода, местами пламя. Пока варил ничего не чувствовал - медитация на процесс сварки, расплавленный металл завораживает.

Закончил, встаю на ноги… чувствую уезжаю головой, понимаю надо на поверхность, горящий метан и сварочная дуга поглотили кислород на дне траншеи, и лёгкие всё это время перекачивали СО наполовину с воздухом, а солнце прогрело пространство на дне до 40, если не больше. Успел выбраться, а ног не чувствую, понимаю что стою на коленях и теряю сознание, рядом бегают испуганные люди и матерятся, когда страшно надо матом, обсценная лексика для этого и есть, для усиления. Действует как мантры, сочетание звуков приводят в чувство и успокаивают.

Ну а Сварщик водоканала это отдельный разговор. Каждая авария - отдельный случай. Каждая авария - челлендж, поскольку нет одинаковых ситуаций и приходится принимать решения уже в процессе. Чтобы было понятно, вся сварка с водой (в парадигме электродуговой сварки есть чётко прописанные правила: электрод не горит по воде! Оказывается горит и даже варит на больших токах поверхность трубы что заливает водой), плюс трубы что в земле и колодцах, старые и гнилые, поэтому почти вся сварка по сгнившему металлу (я называю это запаять – толщина стенки шо фольга - работа ювелирная!). В работе требуется скорость – «раскопал, заварил, закопал и уехал» - убраться как можно быстрее с опасного места. Поэтому всем страшно и нервненько, когда сварщик долго не может справиться со своей работой – скажем пару часов сварки на линии огня. Приходится работать в болотниках, они напрочь вязнут в мокрой глине так, что и не выбраться сразу, хотя в траншее относительно безопасно - меньше шансов, что посечёт осколками.

Все работают уже давно без броников – как показывает практика, они едва эффективны от осколков, а движения сковывают, плюс их вес. Каски тоже не носим по определённым соображениям… облегчаем себе как можем, хотя начальство требует, а мобильность это наше всё!

Пришло время написать и отпустить в бесконечность интернета, удивительно как это работает…. Написал, разместил и выдохнул. Этот очерк больше двух месяцев находился в «отложенных». Не хочется ни писать, ни делиться. Здесь время застыло – сутки идут, очередное лето, как источник вялого оптимизма, иссякло. Иллюзия, что время мертво, становится нашей реальностью, приобретая вполне материальные формы. А так живем – хлеб жуём. Кукушки разлетелись, а те что остались прячутся… хотя по-прежнему йога, логика (теперь уже алгебра логики), книги – позволяют сохранять сознание трезвым и не замутнённым… . Вот только время, похоже мертво.

Как показательно… с нами инженер по ТБ – красивая молодая и заносчивая женщина – она с проверкой… ведь металлическая лестница должна иметь бирку с датой испытания, а тракторист  путёвку, оформленную по всем установленным правилам. Авария на 700-м диаметре требует бюрократии даже на берегу! В одном из самых опасных участков города!

Нас четверо, она и три человека бригады (ещё, есть тракторист, но он сам по себе, он за забором с другой стороны траншеи) и время для нас течёт в двух плоскостях – на земле кто-то увеличил гравитацию, наполнил ботинки свинцом и утяжелил «броник», отсюда движения медленные и неуклюжие, как под водой! Она запуталась в проволоке и упала - надо её поднять и валить дальше… осталось совсем ничего!

В воздухе напротив, время непозволительно ускорилось, звук мотора уже над нами… спина, затылок скукожились в предвкушении пике. Надо остановиться, повернуться, поднять голову вверх и посмотреть оператору дрона в глаза, интересно какого они цвета и каков он.  Бедное тело сжалось от ещё не наступившей безумной боли, а в голове: «Какого цвета глаза твоего убийцы»?

Дрон завис над нами в метрах в двадцати, сделал небольшой круг, потом плавно снизил высоту, можно в подробностях видеть, видеокамеру, четыре винта, а на брюхе фюзеляжа примотанную синей изолентой взрывчатку. Несколько бесконечно долгих секунд над нами, затем ещё один круг, резко в сторону, и в двадцати метрах от нас в трансформатор… звон в ушах, горячая плотная волна взрыва окатила с ног до головы и позднее зажигание – надо кинуться на землю. Спасибо, кирпичному забору, что частично погасил взрыв.

Я к чему это всё – я о «прямом постижении» феномена… как отличается опыт на собственной шкуре от условных знаний. Кажется, вот ты  уже всё узнал и всё постиг. Ан нет, человек, жизнь полна неожиданных сюрпризов, чтобы сбить тебя с ног и напомнить, кто ты есть на самом деле. Кто мог подумать года три назад, каким тяжким бременем может быть уход за старым, обезумевшим и ослабевшим от внешних обстоятельств, близким человеком. Груз кажется невыносимым когда его несёшь сам и таким лёгким когда его несёт кто-то другой.

Без малого не писал год, не пишется. Есть несколько заметок, так  и оставшихся в черновиках, а так хочется написать чего жизнеутверждающего, а выходит только такой мрак…. Врачи говорят это ПТСР, они же утверждают, что каждый третий житель города особенно в прибрежных районах страдает от психических расстройств. Вот и сейчас валят из пушек, далеко с километр, но очень громко и кому-то на голову.

А так живём хлеб жуём, по прежнему много читаю если есть время, увлёкся формальной логикой, закончил универ, йога и медитации – всё для того, что бы не сорвало башню!

Бригада АВР (аварийно восстановительные работы) - это мы - обследует близлежащие колодцы. К большому сожалению, в этот раз не повезло – как и предполагали, «порыв» на 325-ом диаметре и очень глубоко, около трёх метров глубины в напитанном водой грунте. Дежурная служба уже перекрыла подачу воды на этом участке, но вода активно поступает – диаметр большой, домов в округе много – так или иначе придётся устранять «по воде». Утечка серьёзная, если судить по обильным родникам из земли.

Старый потрёпанный «Беларус-петушок» (его стрела с ковшом экскаватора напоминает петушиный хвост) похож на старого алкоголика на трясущихся колёсах и с разболтанным ковшом. Ведь это не тот трактор для устранения аварий такого рода. Он медлительный и ненадёжный, но по каким-то непонятным причинам «Хундай» не дают и это ещё один минус для нас.

 Вот теперь начинается самое интересное. Наша задача откопать трубу и определить характер аварии, теплится надежда, что труба стальная и на ней верхний свищ. Верхний свищ устраняется очень легко – забивается деревянный чоп, чтобы избавится от воды, а затем закрывается так называемым «стаканом» и обваривается по окружности электросваркой,  это обычно двухдюймовая резьба с заглушкой. Такие аварии можно устранять даже под давлением – проще пареной репы.

Что такое не везёт, и как с этим бороться – вопрос риторический и как всегда без ответов - труба оказалась чугунной и лопнула чётко по окружности – потому такая мощная утечка. Поэтому земли получается очень много, она постоянно плывёт и сползает в траншею. Вот только показалась  труба, как в очередной раз напитанный пласт грунта съезжает в яму и вновь заваливает трубу. Снова и снова старенький тракторок натужно пыхтит и старается освободить магистраль. Приходится  разрабатывать траншею намного больше, чем в обычных условиях, поскольку надо вырезать кусок «чугунины» и делать вставку из стального патрубка на конусных аварийных хомутах, не буду углубляться в техническое описание дивайса. Лучше опишу условия, в каких бригада устраняет аварию. Короче получается траншея где-то 6 на 8 и глубиной 3,5 - 4 метра. Это очень глубоко и опасно. Экскаваторщик делает откосы в стенах ямы, чтобы пласт мокрой земли не накрыл людей в траншее – по-хорошему, техника безопасности требует укреплять стенки траншеи деревянными щитами во избежание несчастного случая. Но мы спешим, у нас нет времени обращать внимание на подобные «мелочи»…

Мы работаем на линии огня, и над нами уже  висит кацапский дрон, с нами три единицы спецтехники - выглядят очень соблазнительно. Могут накрыть из арты, или кинуть в нас заряд взрывчатки с дрона, только успевай уносить ноги.  Люди работают в бронежилетах, но я так думаю это для храбрости - самообман, от осколков нет спасения. Люди нервничают и кричат друг на друга, совершают ошибки в расчётах и ещё больше кричат… очко не железное. Досталось всем - сварщик два часа по воде резал электросваркой толстую стенку чугунки, «бочка» качает воду, а сварщик режет. Затем слесаря уже под обстрелом в сумерках собирали хитрое аварийное устройство…

До боли в пальцах захотелось чего написать. Разогнать и отпустить в просторы интернета… опус получился несколько отстранённый и скомканный, такие вещи даются с трудом в последнее время. А так живём, хлеб жуём. Йога и медитации позволяют сохранить рассудок и трезвый, незамутнённый взгляд на обстоятельства. Много читаю, если позволяет время. Познакомился с Германом Гёссе, его романы «Сидхартха» и «Степной волк» достойны отдельной заметки. А еще Д. Лондон «Смирительная рубашка или странствие по звёздам» - читается сложно, уникальные обороты речи и богатая лексика – я всегда думал, что могу читать книги в оригинале без труда, а тут приходится в прямом смысле, распутывать сложноподчинённые предложения  столетней давности, ведь роман написан в 1907г. Всё очень красочно и остро воспринимается, может в силу возраста, может обстоятельств.

Отойти от суеты в сторонку. Встать на тёплом осеннем солнышке и умять горячий-вредный чебурек, полностью посвятить себя этому процессу. Важно не отвлекаться – тогда пожирание зажаренного в масле пирожка с мясом становится творческим процессом. Хрустящая на зубах корочка откликается обильным слюноотделением, можно в деталях отследить, как «парасимпатика» запускает привычный процесс - всю богатую гамму чувств восприятия.

Начало – чувство голода - непреодолимое желание целиком запихать в рот обжигающий ломоть. В английском есть глагол, от существительного «wolf», но мы не волки и поэтому с чувством, толком и расстановкой жуём, наслаждаемся вкусом, опускаем по пищеводу горячие, вкусные кусочки пищи.

Середина – первые признаки насыщения – голодное раздражение отходит на задний план, уступая место удовлетворению, пока ещё не полному, но уже вполне внятному.

И конец процесса – полное утоление голода – можно вытереть руки салфеткой, отправить её в урну и запить всё это дело горячим двойным эспрессо без сахара. Такое же медитативное состояние,  как с чебуреком…

Первый «отлёт» застал меня в серединке моего кофейного сосредоточения. Один, дв…, мощный оглушительный звук взрыва разогнал собак и запустил противоугонные сигнализации у припаркованных неподалёку машин.

Следом ещё пять мощных взрывов - и реакция людей: в пятистах метрах рвутся снаряды, а народ идёт по делам, лишь некоторые ускоряются - поскорее добраться до бетонного укрытия на остановке. Продавцы продают, покупатели покупают - под аккомпанемент канонады жизнь продолжается. Народ адаптировался, ведь к такому привыкнуть невозможно. Над головой отвратительно свистит, а бесстрашная бабка отсчитывает десяток куриных яиц, потому что когда свистит – значит пролетело мимо! Воют собаки с поджатыми хвостами,  инстинктивно приседая и скуля.

- Где мы живём, Саня? – спросил я товарища, что торгует на рынке.

Он молча развёл руками и снова уткнулся в игруху на телефоне…

Очень сложно выбраться из паутины сухой терминологии и начать «говорить своими словами», как говорила моя первая учительница.

Когда надо донести то, что на уровне концепций не поддаётся описанию, а у самого ещё нет полного понимания вопроса, всегда на ум приходит анекдот:

Приходит маленький мальчик к папе и говорит: «Папа, как работает трансформатор?» Ну, папа, исполненный своего долга, находит статью в интернете и начинает долго и пространно объяснять технические детали ребёнку… мальчонка какое-то время слушает, а потом и говорит: «Папа, ты не понял, трансформатор работает вот так – Ууууууууу!» Похоже, получается и у меня.

Итак, в рамках буддийской философии, для достижения просветления необходимо придерживаться восьми шагов, состоящих из трёх этапов:

1) правильное понимание благих истин и намерение придерживаться пути, указанного Буддой.

2) нравственная дисциплина на уровне тела, речи и ума.

3) и безусловным условием, настойчивость в йоге.

Как в буддизме, так и в индуизме, йога подразумевает комплекс  медитативных и физических упражнений, нацеленных на достижение Нирваны в долгосрочной перспективе. В менее отдалённом будущем, это благое перерождение, согласно буддийской космологии. И в краткосрочной перспективе, это улучшение качества своей жизни – доброты и дружелюбия ко всем живым существам, житейской мудрости и спокойствия в любых обстоятельствах, как метод достижения стрессоустойчивости. Последнее также применимо к светским психопрактикам – у них разные названия: «mindfulness» (осознанность) - медитация осознанности, аутогенный тренинг – для релаксации и терапевтического воздействия на нервную систему и организм и другие. С 60х годов прошлого века исследуется и с успехом  используется в нетрадиционной медицине и психотерапии.

В буддийской традиции созерцательные психопрактики носят название Дхьяна (пали) или Джхана (санскрит), что переводится как «умственное созерцание». Условно, Дхьяна разделяется Буддой на четыре ступени, состоящие из десяти уровней, причём процессы, происходящие в уме, поддаются описанию только на первых двух ступенях вхождения в самадхи, остальные невозможно описать ни одним из существующих языков, поскольку этот опыт относится к миру не-форм и поддаётся только эмпирическим исследованиям йогина.

Согласно канонам традиции, буддийская медитация делится на два основных вида. Самадхи – психопрактика сосредоточения, что содержит 8 уровней погружения и Випассана – аналитическая медитация для постижения природы вещей.

Существует четыре классические позы формальной психопрактики – самая сложная - поза лотоса (падмасана), более простая полулотос. Можно медитировать сидя на стуле с прямой спиной в силу каких-либо физиологических особенностей или заболевания. Очень удобная и непрактичная поза - лёжа на спине,  поза мертвеца «шавасана», или правом боку. Поза непрактичная, потому что медитация при полном расслаблении организма зачастую  переходит в сон - наиболее предпочтительна после физической практики. Медитация стоя, я крайне редко практикую в такой позе. И медитация при ходьбе – очень её люблю. Также существует категория неформальных практик – медитация в течении дня, на выполнении работы: профессиональные обязанности, домашняя рутина, приём пищи и т.д. Как объект для медитации может служить любое внутреннее ощущение или орган, а так же любой внешний объект. Классическая, наиболее распространённая медитация, в результате которой Будда Шакьямуни обрёл прозрение – «апанасати» - медитация сосредоточения на дыхании. Однонаправленный фокус внимания на ощущениях при вдохе и выдохе: область ноздрей либо живота, вариантов множество. Обязательные условия для вхождения в самадхи включают полное расслабление тела и ума, концентрация внимания на объект сосредоточения и постоянное памятование-осознавание одномоментности бытия: прошлого уже нет, а будущее ещё не наступило. Помните слова советской песни? «Есть только миг между прошлым и будущим – именно он называется жизнь».

Это отправная точка в теории «пустотности» феноменов-дхарм, но это слишком сложно для меня даже на уровне концептуального понимания, не говоря о прямом постижении.  По моему разумению, это перекликается с современными исследованиями в области квантовой механики – «эффект наблюдателя» или «корпускулярно-волновой дуализм». Мы не будем забираться в эти пока малопонятные представления о мироустройстве, а продолжим о практиках сосредоточения, об их пользе и может быть вреде. Практика самадхи заточена на приучение своего ума находиться здесь и сейчас в процессе дня: дома, на работе, в конфликтных ситуациях – мгновенно распознать кармический импульс ещё до свершения действия и сделать правильный выбор в пользу благих предпосылок для хорошей кармы в будущем. Например: как часто мы совершаем безумные, необдуманные поступки под влиянием эмоций? Впоследствии, часто и густо сожалеем о сказанном и сделанном, создав причины для плачевных последствий и собственного страдания! Буддийские медитации ориентированы на культивацию и взращивание любви и сострадания, постоянного дружелюбия к окружающим существам, они рассчитаны на развитие эмоционального и конативного интеллекта – не идти на поводу эмоций и сиюминутных желаний для достижения впоследствии нужных целей. То есть, регулярные психопрактики создают дисциплинированный, внимательный, проницательный в суть вопроса, уравновешенный ум.

О вреде медитации можно сказать лишь то, что медики и психологи не рекомендуют такие практики для людей с психическими отклонениями. От себя могу добавить, что женский ум более гибкий и чувствительный в сравнении с мужским, поэтому самадхи в более глубоких слоях чревато невозвращением или безумием, это относится к тантрическим практикам – «Не зная броду, не суйся в воду». Но такие вещи не часто встретишь, вроде бы их как бы и нет… хотя я знаю одну женщину, что до смерти испугалась непривычного ментального состояния, которое впоследствии не смогла описать…

Продолжение следует.

- А вот это! тебе просто необходимо это послушать! – сказал Он и протянул наушники, подключенные к старенькому плееру Sony.

- Это японская пианистка, зовут Кейко Матсуи, а трек  Whisper from the Mirror. Это  бомба! – Человеку так хотелось ей понравиться! Сердце отбивало безумный ритм - словно Ларс Ульрих исполнял на двух «бочках» свою партию.

Они курили и болтали, болтали и курили. Время, пространство, обстоятельства сжались до размеров игольного ушка – Была лишь Она! Она читала ему свои и чужие стихи, рассказывала об американских монтажниках высотниках, говорила, что ей завтра-послезавтра уезжать, её ждут, и она должна уехать…

 Как жаль! Времени оставалось вообще ничего, они сейчас докурят-договорят и всё! Она уедет, а он пойдёт своей дорогой, Они никогда больше не встретятся – этого не может быть! Как он Её хотел! Её голос, тоненькая маленькая фигурка в огромной футболке до середины бедра, изящные чаечки-руки, длинные тонкие пальчики пианиста с коротеньким бесцветным маникюром, каскад изумительных волос цвета спелой пшеницы и огромные, умные фиалковые глаза с густыми длинными ресницами… харизма, грамотная речь, иньское начало – ведь под футболкой кроме трусиков ничего! Он ждал Её всю жизнь! Он знал Её с тех пор, когда мир был древним и юным, а Они не были людьми. Он помнил Её запах… ну или так показалось – постижение было мгновенным и непонятным.

- «Кассандра» Веллера почитай и «Транссерфинг Реальности» Зеланда. Потом поделишься, интересно будет обсудить. Запишешь телефон? – и Она дала свой номер…

 Я о кармических поворотах, о том, как книги могут менять привычную парадигму. Насколько мощным может быть влияние людей, что нам сильно нравятся, как в положительном ключе, так и отрицательном. Так часто бывает, сколько интересного пропускают люди только потому, что человек был незначителен, а значит и его мнение не достойно внимания! Карма.

За несколько лет до тех событий, Человеку порекомендовали на выбор несколько произведений – память удержала лишь одно - «Основы Буддизма» Марии Рерих издания 1927г. под псевдонимом Натальи Рокотовой. Книжка была в мягком переплёте и зачитана им до дыр. Так просто. Книга предлагала ответы на вопросы, что не давали покоя – достаточно было набрать побольше воздуха и нырнуть в глубину учения. Как оказалось впоследствии, там нет дна, чем глубже погружаешься, тем больше вопросов на казалось бы самые простые вещи, как в квантовой физике – чем больше узнаёт человек, тем больше понимает собственную некомпетентность.

Это были семена, что дали ростки, но остановились в развитии на долгие годы. Сознание тянулось к сокровенным знаниям, а понимания не хватало. Горы литературы: Общая психология для ВУЗов, З. Фрейд с его психоанализом, Е. Торчинов с его «Опытом запредельного», М. Нарбеков, «Опыт дурака, или Ключ к прозрению», В. Зеланд с его «Транссерфингом» и «Тафти Итфат», Джо Диспенза «Сила подсознания», В. Леви «Искусство быть собой», С. Гроф в рамках ознакомления «Трансперсональная психология», Аджан Брахм «Искусство исчезать», Аджан Сумедху «Путь к неумираещему», Тханисаро Бхикху «С каждым вдохом и выдохом», и даже Джек Лондон «Смирительная рубашка или Странствие по звёздам»  - и многие другие.  

Всех объединяет одна идея. А именно, работа ума - как он устроен и как работает, можно ли его контролировать, можно ли с помощью сознания-подсознания регулировать работу своего и чужого организма. Как с помощью ума управлять материей и сознанием. И самое главное как избавить себя и окружающих от страданий в рамках буддийского учения, разный подход и разные методы – бездонная кладовая человеческих исследований и условных знаний.

Но мы остановимся  на кратком изложении буддийской доктрины и психопрактике Махаянского и Тхеравандинского буддизма.

Итак, Буддизм от санскритского корня buddho – «пробудившийся» от сансарического существования, благодаря своему йогическому опыту. Именно психотехнический опыт принца Сиддхартхи Гаутамы лёг в основу пробуждения из бесконечного цикла рождения и смертей.

Согласно преданиям,  после рождения принца, аскеты мудрецы предсказали ребёнку великое будущее. Он станет буддой после того, как встретится со старостью, болезнью и смертью или он может стать великим правителем. Отец создал исключительно стерильные условия для своего сына, роскошь и праздность сопутствовали взрослению мальчика. Но в итоге вопреки стараниям отца - он увидел немощную старость, прокажённого и мертвеца. И в возрасте 33 лет, оставив жену и ребёнка во дворце, ушёл из дома в поисках истины.

Жажда знаний и освобождения для всех живых существ привели его к отшельникам аскетам. На протяжении долгого времени суровая аскеза и медитации истощили его тело и разум.  Во время одной из медитаций, на берегу ручья, добросердечная крестьянка накормила его рисом, что стало для него откровением - лишь «Срединный путь» может привести к Нирване. К нему пришло первое прозрение: ни гедонистические излишества, ни суровая аскеза не в состоянии привести к пробуждению. После этого он ушёл от брахманов-аскетов. Сел под деревом Боддхи в роще Уравелла, с твёрдым намерением медитировать, пока не прозреет окончательно. В результате трёхдневной випассаны, принц Сиддхартха стал историческим Буддой Шакьямуни. Его первая проповедь в Оленьей роще, что в Варанаси, 2600 лет назад провозгласила первый поворот колеса учения  и поведала миру о 4 благих истинах - столпах буддийского учения.

1.     Любая жизнь, заключённая в сансарическую оболочку, есть страдание (дукха)

2.     У страдания есть причина - неутолимое желание - невежество (тришна).

3.     Это страдание можно пресечь, прекратить - выйти из Колеса Сансары (нирвана).

4.     Есть путь к освобождению, состоящий из 8 шагов (Благородный Восьмеричный Путь).

Восьмеричный путь, в свою очередь, состоит из трёх этапов: этапа мудрости (праджня), соблюдение обетов и нравственное поведение (шила) и сосредоточения (самадхи).

Первый этап – Мудрость - включает в себя:

1) правильное видение

2) правильная решимость.

Понимание и принятие Четырёх Благородных истин и решимость следовать по пути указанному Буддой.

Второй этап – Нравственность - включает в себя:

3) правильная речь – воздержание от лжи, речей что сеют раздор, чрезмерной болтливости и сквернословия.

4) правильное поведение – отказ от насилия и убийства, присвоения чужого, беспорядочных половых связей, употребление алкоголя

5) отказ от профессий, что противоречат вышеперечисленному.

Третий этап – Сосредоточение - предполагает психопрактики, в результате которых достигается Нирвана:

6) правильное усердие – дисциплина и настойчивась в занятиях психопрактикой,

7) правильное памятование – полная поглощённость на уровне тела, речи и ума,

8) правильное сосредоточение – полное избавление от аффективных состояний ума в процессе сложных разработанных психотехник.

Продолжение будет…

https://blog.i.ua/user/4307451/2411124/

Щедрость – как утверждает википедия это вид добродетели, намерение бескорыстно помогать окружающим существам.

Щедрость – как показывает мой опыт, имеет всё-таки корыстные мотивы (в основном тщательно завуалированные причины, а порой подспудные - лежащие в глубине и не всегда понятные даже самому себе, но имеющие одно намерение – получить выгоду, пусть не явную, пусть даже косвенную: например получить дозу дофамина от самого акта собственной щедрости). Дарить подарки, говорить искренние комплементы, оказывать услуги красивым женщинам, намного приятней чем кому бы то ни было (говорю об этом, потому что знаю наверняка). Мужчина дарит внимание, время, усилия, материальные блага, незнакомой или мало знакомой красавице, с одной целью – обратить на себя внимание: «Гляди, вот он я и ты мне не безразлична – я тебя хочу!». Разве можно осуждать мужика за его природу и основное предназначение? Другое дело вопросы этики и кто кому что должен и должен ли вообще.

Щедрость - в браке или отношениях, это несколько иное состояние, но это всё равно гедоний (хотя с большими предпосылками для эвдемонии). Ведь отношения строятся на основании «брать и давать». Что для человека предпочтительней - брать или давать, что больше тебе доставляет удовольствие? Хорошо когда нет перекосов, тогда развиваются гармоничные, лишённые алчности и стяжательства отношения, но это уже о состоявшихся парах и мы не будем их рассматривать и копать.

Я вот о чём хочу сказать, есть на моей памяти некоторые ситуации, которые могут вызывать как логические вопросы (почему из каких побуждений?) так и морально-этические (зачем, что чувствуешь  ты и окружающие впоследствии?). Имею смелость, отнести себя к категории тех мужчин что охотнее «отдают», хотя перекос по отношению к «брать» не значительный и житейского дисбаланса в этом отношении нет. Помню десятиклассником, в кинотеатре, подарил не знакомой девушке косметический набор,  который был предназначен другой. Это был импульс, очень понравилась девочка… я ведь ни на что не рассчитывал (а вдруг! Но это уже был более зрелый анализ впоследствии, а тогда на вопросы товарищей: «Ты шо, гонишь. На хрена?» вразумительного ответа так и не дал). Впоследствии, много раз делал импульсивные подарки, без каких либо оснований. Мог под настроение купить и подарить цветы, говорить комплименты и делать какие либо одолжения просто так. Я и сейчас уступаю место в транспорте женщинам, при чём красивым делаю это охотно, а остальным, потому что так воспитан. А насчёт красавиц, что пользуются мужчинами – пользуйтесь, пусть вам будет хорошо! Только это должно быть красиво, виртуозно обставлено… мужчины не прощают топорной вульгарной работы. Когда я был молод, мы с товарищем знакомились, много и красиво говорили. Приглашали в ресторан – если девочки вели себя вызывающе и потребительски – схема была очень простая, заказывали много всего и дорого, а потом пропадали – уходили по нужде и не возвращались!

И ещё, в догонку… у меня есть подружка, по молодости лет очень красивая, весёлая девочка. Мужиками крутила как хотела и почти никогда не давала в замен… как она утверждала. Как то осенью, она и подружка познакомились с четырьмя милыми интеллигентными залётными парнями. Мило весело побухали, флирт с сексуальным подтекстом и ничего больше. Как это бывает в куражах, сама не заметила, как оказалась в сауне за городом. Короче она выпрыгнула из окна второго этажа, чтобы не попасть на хор. Она поломала ногу и отсиживалась в кустах, пока её пытались найти – ей повезло, она выбралась на дорогу и добралась домой. Подруге не повезло, она осталась там. Тех мерзавцев, так и не нашли, а может просто не искали. С тех пор это была скромная и сдержанная женщина. 

Человек сидел на невысоком топчане, поношенном-потёртом дермантине, в «отдыхающей комнате»,  принадлежащей частному охранному предприятию - оборудована она была в вагончике на огромном рынке города N. Вещевом рынке - со своими неписанными законами и правилами. Со своими ворами, ментами, ЧОПовцами, проститутками и барыгами – у каждого была своя ниша и определённая роль, своё видение жизни и способы привлечения прибыли.

Левая рука пристёгнута наручником к ножке топчана, привинченной к полу болтами. Запястье под наручником - месиво из крови (местами спёкшейся) и содранной кожи, две голодные мухи на ране, там где плоть вкуснее. Опущенная вниз, пристёгнутая рука неестественно выкручивала плечо – переломанная ключица порвала кожу и острым обломком торчала наружу. Каждый, всяк туда входящий (рынок большой, охраны много), считал своим долгом пнуть - с малолетним пафосом отрабатывать приёмы и на спор ломать переносицу… его пытали, поэтому кисть на правой руке походила на боксёрский биток - ему на спор сломали два пальца. Некогда яркая, трёхцветная мастерка «адидас» – хрустела от свернувшейся крови. Лица не было, на его месте находилась огромная уродливая гематома – с первого раза переносицу перебить не получилось… раза с пятого. Тот, кто ломал (молодой бычок-качок) проиграл бутылку пива! Во рту каша из крошева: зубов, слизистой и крови…

«Его лицо стоило бутылку!» - неожиданное озарение вызвало тошноту (какой степени сотрясение?) и злорадное отвращение к себе. «Хоть бы сдохнуть, не мучаться… хоть бы убили поскорее - они жадные до крови». Сознание работало, даже через плотное ватное одеяло болевого шока осталась способность размышлять - удивительное свойство ума. Удивительно: боли нет… лишь потому, что всё тело это и есть боль. Боль трансформировалась в отупение и полное безразличие к происходящему и грядущему, а Смерть выглядела как избавление… Он точно знал - его закопают в лесу за городом.  Никто не узнает, где  он делся …

Человеку повезло – его не закопали – его отпустили, но это другая история.  Что это было, акт милосердия? Не хватило духу убить? – автор так и не узнает. А к Человеку тогда пришло прямое понимание  – на всё есть своя причина, а мы есть то, что создали своими усилиями.

Цепь событий привела его в этот злосчастный вагончик, причины были на поверхности и вполне осязаемы… «вот если бы, не это и вот это, то вот этого безобразия и не было бы вовсе», но как правило, история не любит сослагательного наклонения, а это ужасное постижение уже состоялось, и вся последующая жизнь Человека подспудно отражалась в тех событиях. Острота познания, глубина восприятия и простота откровений (посмакуйте это слово – откровение, у него привкус крови) послужили в свою очередь предпосылками для дальнейших причин и условий, которые привели именно к этому состоянию ума и локации Человека в пространстве и времени.

Нет худа без добра, поскольку даже самые суровые испытания могут быть ключевыми моментами в развитии сознания – сравнительными вехами субъективной истории, впоследствии любой удар судьбы рассматривается через призму тех событий. Их невозможно контролировать и передать словами, слишком глубоко – за пределами концепций лежит эта область понимания.

Поэтому фраза: « Тебя ведь не пристёгивают наручником к батарее, палками не бьют, живым хоронить не собираются!», имеет для меня такой глубокий смысл, а ведь может быть ещё хуже, а ведь может быть ещё страшнее – я ведь всё понимаю…

Понимаю, что настоящие события (ежедневные обстрелы, отсутствие воды в городе – ведь нашего моря больше нет! Моря, на котором я вырос) – еще не предел. Если по крупице собрать горе и отчаяние людей, что остались без крова, потеряли родных и близких, если собрать воедино те пролитые слёзы - можно наполнить до краёв ещё одно Каховское водохранилище!

Понимаю, что личная драма тех далеких событий всё равно страшней насущных проблем… поэтому, продолжаем жить дальше – «Тебя ведь наручником к батарее не пристёгивают?».

На днях встретил свою подружку – знаю её почти всю жизнь, очень красивая и светлая девочка, и даже звать её - Света.

- Света, как я рад тебя видеть – окликнул её я, «и как больно тебя видеть в таком состоянии», - уже мысленно завершил фразу. Передо мной стояла старая больная женщина, её красивые глаза отражали боль, застывший страх и страдание…

- У меня так болит голова, я ведь сейчас на «Ж.» с мамой живу.

( «Ж.» - это микрорайон, что в очередной раз попал под плотный огонь артиллерии. Попал - в такой же цветущий, солнечный, со стрижами в небе, как в далёком прошлом день – дыры в крышах и стенах, есть раненные и погибшие).

И она рассказала мне свою грустную историю: « Год назад, летом, только начали стрелять, попали под обстрел. Долго не думала, собрала маму и поехали в Киев… работы нет, устроилась горничной в гостиницу за 10 тыс.( она геолог с высшим образованием). Жили в хостеле за 5500. Работа по 12 часов  - физический труд (здесь у неё был парфюмерный магазинчик). Долго не выдержала, начала болеть - сил нет, головные боли – щитовидка. Пришлось вернуться – было терпимо пока не начало рваться на головах»

- Вот взяла билеты в Киев, а что делать не знаю… работы нет, здоровья тоже. Ехать сегодня или не ехать, тут хоть дом, люди знакомые…

- Вот так, мы разучились улыбаться. – это были её заключительные слова на прощанье. Не знаю, уехала она или нет, но в ту же ночь, снова накрыли этот несчастный район.

Здесь у нас все такие, каждый со своей историей. Многие вернулись под обстрелы – зато дома! Пушки стреляют, а люди коляски детские катят не спеша – адаптировались, к такому привыкнуть не возможно. Слышу отлёт и на автомате считаю – 1…2… (уже не ко мне)… 3… 4… Бах! Рядом, но не страшно. А бывает адреналин в кровь и такой хаос начинается, люди умирают от близких прилётов - не от осколков и волны, а сердце не выдерживает.

К такому невозможно привыкнуть, так приспособиться… научиться игнорировать, не обращать внимание -  насколько это возможно. По работе уже как правило – выехали на аварию к берегу – попали под обстрел… кто куда, кто в канаву свежевырытую, кто под забор, кто в ложбинку. Отбахало, отсвистело - и дальше работу работать. Люди очень по-разному переносят обстрелы… Некоторых выключает – говорить не могут, кто матерится, кто молчит – пыхтит и зловеще молчит. кто болтает без умолку. Многие пьют – только так можно сохранить рассудок.

Сам балансирую при помощи йоги и медитаций, а когда уж чересчур гормон бушует - анаприлин пью – адреноблокатор, но он слабо помогает и баланс очень условный и непредсказуемый…я ведь всё понимаю.

         Понимаю, что это всего лишь лайт-версия того, что происходит сейчас в других фронтовых городах. Стал суеверным. Плакать стал – от жалости к людям и тоски. Теперь я знаю, как работает избыток кортизола.

Полтора мильярда лет

Моя милка потеряла

От випасаны билет

(Соната)

Заметка будет о поворотах – так сказать о «кармических поворотах». Это когда жил себе жил, и раз… в твоей реальности появилось новая ветка – сухая кряжистая и вся в шишках, а местами с шипами. Это как раз та реальность, которую принято называть параллельной - той которой могло не быть, но она таки твоя - в силу причин и обстоятельств.

У меня таких поворотов несколько по дороге. Первый - это же конечно, моё появление на земле. И ведь никто, не спросил - хочу я сюда или не хочу? Иди человеческий малыш, шагай по планете – познавай, радуйся, страдай, сомневайся, делай ошибки в своём невежестве. Впоследствии, я часто слышал от таких же обречённых, нелепую парадигму: « Ты должен быть благодарен родителям за то, что тебя произвели на свет!»

Но ведь моё мнение никто не учитывал! Вот ты, вот твои родители, а вот твой путь. Путь от рождения до смерти: « Мамааа, зароди меня обратно, я не хочу сюда!»

Всё дорогу тянешь груз, доходишь до определённой точки, а там развилка… и вот выбрал, свернул (порой подспудно, компульсивно, как в сказке страшной: направо пойдёшь - богатство найдёшь либо дом казённый, прямо – женат будешь, а на лево свернёшь – смерть мучительная тебя отыщет), а поворот оказался совсем не туда куда хотел… места топкие оказались, болотистые. А дальше уже тянет в мутном потоке, знай ныряй и голову поднимай отдышаться.

Дальше - больше. Выбрался с трудом на твёрдый берег, полежал-подышал-порадовался; живой вроде, ноги-руки на месте и  даже голова соображает… местами. Поднимаешься на ноги – земля твердая, воздух свежий, солнышко сияет, пичуги малые щебечут – красота, «чистые земли»! А берег весь камнями усеян, от такого… до такого. У ног мешок дырявый лежит и мне почему-то его надо наполнить этими самыми камнями и дальше горнуть, да ещё и в гору, что неподалёку видна.

Мешок тяжёлый, назад тянет. Камни из дыр валятся. Их эти булыги, что выпали надо поднимать и снова в мешок складывать по условию. Идёшь, радуешься: «Вот на горку поднимусь, а там под горку легче будет».

И вот ты уже наверху, вытираешь пот со лба, грязь дорожную по морде размазываешь… смотришь вперёд, а там… куда глаз и воображения хватает горы, пригорки, а некоторые так вообще в снегу…

Дорогой можно коротко «взмедитнуть» - «подышать» до нашего АТБ. Вдох-выдох, вдох-выдох – холодный обжигающий ветер с воды в аккурат с Эн-ра… рельефные контуры энергоблоков на «той стороне» словно простым мягким карандашом очерчены на декабрьском фоне – как ретушь на старой фот-ке. Грозная штормовая вода - до мурашек под кожей, холодно неуютно и зыбко, не хочу туда.

Прибрежный АТБ на Усова… часть помещений перегорожена и не функционирует – в один из обстрелов, пару прилётов в крышу - поэтому часть здания разрушена. Зато, торговый зал работает - работает, даже когда объявляют «нашу загрозу»! Полки полупустые и почему-то нет шоколадных конфет в коробках…

Пачка кофе и большая шоколадка  -  дофамин «для девочек». Девочки это администрация в универе - их двое осталось, бухгалтер и ещё одна – деканат, завхоз и препод, все в одном лице. Все остальные преподаватели и администрация уехали  туда, где не страшно. Во дворе альма-матер груда красного битого кирпича – последствие обстрелов. Разбитый угол здания и скрученные в дулю стальные ворота.

По дороге домой попал под обстрел… сухие очень громкие хлопки отлётов… четыре-пять секунд и очень ощутимые прилёты по берегу, довольно таки далеко, что бы всерьёз бояться – с километр. Вчера «очень хорошо» прилетело в соседский дом. В квартире пятого этажа огромная мрачная дыра. Мужик 53 года с тяжкими ранениями.

Я к чему всё это веду, за четыре месяца обстрелов для меня стали очевидными некоторые вещи. Первое и пожалуй самое главное - это чёткое осознание той бездны, что отделяет концептуальное понимание феномена и его прямое постижение. Это когда человек в неведении полагает, что знает суть вопроса: «Да, я знаю и понимаю как это находиться под обстрелом, бедные люди  (или так им и надо, сами виноваты - не уехали, флагами махали, там все колаборанты, нацисты - нужное подчеркнуть)». И как диаметрально меняется  реальность, перед лицом мучительной смерти…

Так получилось, что наш район не попадал под непосредственные обстрелы больше месяца, из памяти начали стираться острые режущие кромки восприятия. И лишь тогда, мне стала понятной простая вещь, а ведь реальность у каждого своя! Даже у людей, что живут в одном городе, разное восприятие происходящего – ведь есть районы в городе, куда ни разу не прилетало (хотя город маленький и куда бы ни прилетело - везде очень слышно). Это то же состояние - только человек испытавший длительный голод, может понять разницу между «быть голодным - и хотеть есть».  

И ещё, где та градация чтобы измерить степень личной драмы? Где находятся те категории,  которыми меряют страдания живых существ?

Намерения - подарить надежду, а выходит до ужаса обычно и страшно: «Не переживай, всё будет хорошо… так или иначе мы все умрём». Получается объективно и пугающе реально, ведь сердце уже не откликается как прежде на разрушения и жертвы ночного обстрела. Мы шутим, смеёмся и грустим, йожим, едим, ходим на работу… наполняем свой путь  смыслом.

Смыслом, достойным нашей пугающей реальности. Мы даже гуляем под обстрелами: «Это ведь не нашу на голову? Это ведь на периферии?»

Фрактальчики хризантем, купленные у дядьки на «Кристалле». Удивительное сочетание небольших белых и бордовых цветов. Осеннее совершенство – привет из беззаботного прошлого.

Стаканчик чая из облепихи с мёдом. Обжигающий и горький двойной эспрессо - в кафешке, что через час будет закрыта.

Закатное солнце, буйство осенних красок, малолюдные улицы, побитые  «градами»… тишина брошенного, смертельно опасного города.

Впереди ночь и снова тянуть счастливый билет. Хочется подарить тебе надежду и уверенность на завтрашний день, хочется дать тебе веру в человеков и крепкий неомрачённый сон.

Десяток километров от Никополя, приходит понимание – сюда уже не достанут, здесь уже безопасно…

- Съездишь, отдохнёшь, отоспишься… - давали напутствие в один голос близкие.

- Люди, вы не понимаете, будет сбой в наработанных с таким трудом настройках, я расслаблюсь в тишине и покое, я не захочу назад под обстрелы! Сейчас я привык, мой ум спокоен,  дисциплинирован и адаптирован, а как же потом… как вернуться в умирающий город?

Произошло в точности так, как я думал - долгожданного сна  не было. Чужая постель напоминала «Прокрустово ложе», а грохочущие на рельсах трамваи впрыскивали в кровь очередную дозу адреналина (звук очень напоминает отлёты градов). Зато сам город! Какие чудесные парки и розарий с черепашьим прудом, спортивные площадки, полные смеющихся детей (у нас детей почти нет, город осиротел без детского смеха).

Путь домой – ожидаемо, с тяжёлым сердцем и малодушным: «А может, ну его… может остаться!» Все четыре дня на телефоне… «Как вы там, живы? Твоя хата целая? Куда прилетело? Люди погибли?» Гормональный хаос и отсутствие половины кукушек – напрочь обнажают эмоциональную стойкость, как оголённый сочащийся кровью нерв – до слёз и отчаяния!

Днепр, автовокзал… люди, много людей. Внизу менты, в бронежилетах с автоматами – лица сытые и надменные, фигуры упитанные, исполненные собственной значимостью и властью.

На платформе автобус - Славянск, Бахмут – Днепр. В переходе наши пацаны - ВСУшники… худые, с чёрными кругами под колючими глазами, чёрная недельная щетина покрывает тощие скулы. Оба одеты в выцветший грязный пиксель и потерявшие форму панамы.

Какая же она разная для всех, эта война… Цветущий благополучный Днепр, где многие люди играют в войнушку «сидя перед мониторами» - и в ста км. Никополь, из которого толчками, словно кровь из раны, уходит жизнь… до слёз и отчаяния.

Сна – по-прежнему нет, как мало надо для счастья – выспался и уже счастлив и уже можно жить дальше. Категории  счастья – они такие разные.

Научился наблюдать химию в своём теле, оказывается очень увлекательное занятие… при желании можно отследить гормональные скачки, адреналин – где зарождается страх, какие мышцы напрягаются, как работает дыхание, как останавливается, а затем набирает обороты – всё быстрее и быстрее – сердце, от взрывной волны – гигантский дефибриллятор. Оказывается, в таких условиях очень хочется размножаться – перед смертью, оставить как можно больше своей информации. Женщина кружит голову со страшной силой, как в юности!  Сложный, малоуправляемый механизм инстинктов и изощрённого сознания с собственной интерпретацией  реальности.  Свойство ума всё превращать в привычку работает даже в таких условиях – сердце черствеет и даже состояние ежечасного «бей или беги» становится относительно привычным. Для того, чтобы «не пуститься во все тяжкие» - есть медитации на любовь и сострадание. Конечно самые впечатляющие медитации - это на сценарий собственной смерти, но тут важно не переусердствовать с восприятием – можно добиться обратного эффекта… настолько не выносимого, что можно потерять рассудок – я знаю о чём говорю. Короче говоря – обстоятельства, не имеющие границ для познания… Во как!

Чур мины-ракеты

Чур снаряды-ураганы  

Чур путин и буряты

                        Никопольский-народный заговор против    бомбардировок.

Для проведения обряда необходим ряд условий: красивая женщина и обязательно её согласие на проведение ритуала. Ещё необходим нужный настрой и осознание происходящего – иначе никак. Затем подходишь к ней, левую руку кладёшь в промежность, а правой шлёпаешь по нежным ягодицам - вдохновенно проговаривая сам заговОр. Насколько это работает, вопрос второстепенный, главное очень приятный…

На днях из командировки приехал шурин:

 - Вы все здесь слегка е@анутые, просто не замечаете этого, – говорит он.

Ездил он по делам, туда, где о войне знают из телевизора и соцсетей.

Туда - где работают кафешки и на улицах полно беззаботных, хорошо покушавших и выспавшихся людей, а жильё для беженцев стоит дороже, чем имение в Беверли Хиллз.

Уезжал - прилетало ночью, по паре залпов из градов, а приехал - долбят круглосуточно из тяжёлой артиллерии, приправляя всё это дело градами (лучше б они гатили с градов – кто испытал, тот поймёт). Потому о душевном здоровье можно говорить очень условно. Кукушки разлетаются в разные стороны со страшной силой – попробуй собрать их до кучи снова. Когда-то давно, в другой жизни, у меня был знакомый дед-рецидивист с особого режима. Так вот, на теле у него не было татуировок вообще, ни одного синего пятнышка… зато на стриженной лысой голове красовалась наколка: гладь пруда, камыши, рыбак в лодке с удочкой и стая гусей, что взлетает с воды, а один рядом с камышами, замешкался на плаву… раздумывает. Завершает изобразительную инсталляцию надпись по кругу, как на монете: «Не улетай последний гусь, а то я вовсе е@анусь...».

Товарищ утверждает, что если примотать скотчем к голове буханку хлеба – есть большой шанс вернуть кукушек назад, ещё и чужих привлечь. Но нам чужого не надо, своих бы сохранить.

Стал очень суеверным, стараюсь не произносить вслух определённые фразы и слова. Укладываюсь спать в мастёвой нестиранной футболке – в той, что раз повезло и не попало в наш район. Беру в руки пылесос или посуда в раковине - и абсурдная мысль: «А ну как прилетит, а в хате грязно», хотя хата похожа на басурманский кочевой табор – окна завешены, вдоль стен множество бутылок с водой, пить-тушить. Всё стеклянное снято (зеркала, дверцы). Коридор застелен словно караван сарай.

Несу по улице пустой кофейный стаканчик в руках – нужно найти урну, чтобы утилизировать, а под ногами битое стекло, куски бетона, строительный мусор после прилёта… удивительная штука нейронные связи.

Мужики в уцелевшей беседке, после прилетов, – забивают «Козла». На столе бутылка палёнки, водочка безопасным одеялом накрывает пьющую компанию… Как же самому хочется бухануть. Как же хочется амнезии и куража…

По работе, на аварии трубопровода – попали под обстрел. Попрыгали в траншею, пересидели это дело… потом с экзальтированной радостью и подъёмом, делились тем, как кто обосрался и в каком объёме. Осколки – рванные, очень острые, хорошо берутся магнитом. На работе мужики почти все пьяные или накуренные, начальство уже не обращает внимание…а шо? Только так можно сохранить остатки рассудка – ведь сна больше нет.

Сам сублимирую всё это безобразие - йогой с медитациями, насколько это возможно, на сколько это получается… а шо? Полтора месяца спорного баланса…

Ухожу в отпуск вчера, а мне начальник:

- Ты же вернёшься?

- Если будет куда и кому. Да, вернусь…

Пусть живые существа в зоне боевых действий обладают счастьем и причинами счастья, и я в том числе.

Пусть смерть, увечья, страх и отчаяние обходят нас стороной.

Пусть милосердие, мудрость и бесстрашие наполняют наше сознание.

Пусть рассудок остаётся чистым и не замутнённым ненавистью и страхом.

Одноглазая тишина, что пялится во тьму цифрой часов на стареньком музыкальном центре, – вопрошая:

- Ты, готов?

Город, мой любимый город, присел на корточки, закрыл голову руками и ждёт…

Тишина  ожидания может быть оглушительно звонкой, навязчивой и тяжёлой…

Сна больше нет, есть усталое тело и скачущий, словно пойманная, в тщетных попытках освободиться, птица - ум. А ещё есть дыхание: вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох – Прана. Дыхание абстрагирует реальность – там, где хорошо и спокойно - в глубоких слоях океана Сознания. А ещё есть часы на старом центре – 12:30, 12:45. Вчера в 12:45.

Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох – тревожное ожидание, словно пузырьки воздуха стремятся на поверхность, появляются на водной глади и звонко лопаются, смущая разум и тело.

Громкие, резкие хлопки отлётов разрывают плотную тишину ожидания…

На табло 1:45, у нас секунда добраться до коридора: «Правило – Двух Стен», но оно не работает при прямом попадании… Я видел!

- Кися, Сын, бегом! прячемся!!!

Сидим на корточках в коридоре – раз, два, три, четыре, пять, шесть – пятиэтажка подпрыгивает на фундаменте. Прилёты - совсем близко в этот раз. Мы отсчитываем время между отлётами и прилётами… порой отлёты жёстче чем прилёты – по воде 7км. Грады накрывают секторами как из дробовика, разброс огромный и разрушения страшные, это как лотерейка… в кого прилетит сегодня. Страха нет – боится хрупкое тело… Кто сказал, что материя первична?

 Через несколько дней, мы поняли, что это за птицы – очень нечистоплотные, где ест - там и гадит, и ещё с радостью живёт в этом безобразии (я очень хорошо помню - мы уехали на пару дней, а тем временем жара и срач на балконе породили мириады птичьих блох). Время шло… начало мая оказалось очень приятным – тёплое солнце запустило начало нового цикла – нежная пахучая зелень на тополях и тёплые грозы. А в гнезде два пищащих рта. Один птенец сильно отставал в развитии и в последствии дальше козырька над нашим подъездом он так и не полетит, там и погибнет – я тогда узнал, что такое слёток у птиц. Самоё интересное, они его не оставили - сидели рядом на козырьке или соседнем дереве - до последнего. Осенью, пришло время снова вить гнёзда – хорошо знакомая пара снова появилась у нас. Как прежний опыт показал – никогда в жизни, никогда мы не будем соседями!

Попытки отвадить это ненастье с нашего балкона оказались бесплодными: предъявление им нашего кота, мельница руками, ведро воды, вылитое на них, и даже полоски скотча не принесли желаемого результата.

А затем, мне повезло – я сумел закрыть папашу в балконном шкафу, пару часов держал его там, громко стучал по шкафу и уговаривал - впредь, не вить здесь гнездо.  Мы выпустили этого голубя и к большой радости больше их не видели –  очень грязная и глупая птица.

Ещё одним звеном цепочки оказался ролик в ютубе, где женщина- орнитолог рассказывает, как она отваживает голубей от своего жилья…

Она ловит голубя в петлю, заносит в квартиру через окно, всё это сопровождается некоторым шумом, а затем выпускает его с другой стороны дома.

У голубей хватает ума понять, что там опасно и там пропадают собратья, это их отпугивает. А то, что пропавший собрат вернулся, их ничуть не смущает - у них не хватает оперативки связать воедино происходящее…

А теперь для самых терпеливых и упорных читателей – вишенка на торте - американский фильм «Плутовство» или «Хвост, что виляет собакой», оригинальное название Wag the Dog.

- Почему собака виляет хвостом?

- Потому что собака умнее хвоста, если бы хвост был умнее собаки, он бы вилял собакой…

У нас есть похожая идиома: «Перевернуть бутыля» или «Перевернуть глаза» - очень виртуозно переврать факты и обратить их себе во благо.

В двух словах – кино 1997 года, в главных ролях Роберт де Ниро, Дастин Хоффман. Фильм рассказывает о команде действующего президента в текущей предвыборной гонке. Президент оказывается замешанным в сексуальный скандал с малолеткой и чтобы отвлечь общественность от этого выдающегося происшествия, люди (де Ниро и компания) работающие на президента, нанимают известного продюсера (Д. Хоффман) и вместе разрабатывают сценарий войны – войны, которой нет с Албанией … и в течении 11 дней до выборов, удерживать внимание избирателей на несуществующей угрозе ядерного терроризма. Благодаря газетам и телевизору, умелой постановке сюжетов, в едином патриотическом порыве американцы забыли о президенте педофиле…

- Можно, что угодно рассказать народу, если этот народ - голуби(с)

Вот сам трейлер фильма...

Бывает, когда жизнь один сплошной праздник. Это как новогодние праздники… начинаются в декабре и в январе заканчиваются (временной отрезок очень условный - у меня так начинались 27 декабря, потому что день рождения). Этот праздничный марафон сливается в одну бесконечную череду мишуры, хороводов вокруг ёлки и салата оливье с пьяным куражом – сил, здоровья и денег уже нет, и тебе кажется, что этот пьяный угар никогда не закончится. Так и праздник Жизни, сплошная череда событий. Порой смотришь назад, а «назад» и нет вовсе – словно книжку прочитал, и с великим любопытством заглядываешь вперёд: «Сколько страниц ещё осталось? И когда же, вот это, уже закончится?». Поскольку уже и зрение не то, а за главного героя очень переживательно, да и читать порой не хочется, устал…

Живёшь-читаешь-думаешь – грёбанная Сансара, а ведь по окончании этой книги, будет новая и не факт, что лучше, чем предыдущая (лишь бы не хуже). Нет-нет-нет, я ни в коем разе не ною и не жалуюсь. Жизнь в человеческом (моём – условно) теле очень классная штука.

Гедонистическая молодость – это когда ты молод, дерзок и красив – тебя окружают похожие на тебя друзья-товарищи, тебе легко и хорошо от того, что ты есть и у тебя всё получается, твои родители вполне здоровы и полны сил. Даже серьёзные падения и неудачи воспринимаются как квест-игра… ведь впереди у тебя вечность.

Созерцательная зрелость – это когда ты больше наблюдаешь и начинаешь задумываться о вечности в прямом смысле этого слова, у тебя замечательная семья и ты умудрён опытом, тебе есть чем занять свой ум, а адреналиновый голод компенсируешь психопрактиками,  но твоя мама неумолимо стареет, болеет и глупеет, из твоих друзей-товарищей уже и в живых почти никого нет. Ты чуть ли не каждый месяц хоронишь своих хороших знакомых, а сам чувствуешь приближение беспомощной старости.

Сколько ещё впереди ждёт моментов – «Ради которых стоит жить», а сколько их было… Моментов - когда дышишь полной грудью и читаешь свою книгу, которую сам же пишешь и не знаешь, чем закончится… так же как и этот конкурсный рассказ ни о чём.