Историки, займитесь ремеслом

содомы выгребать из мёртвой серы,

последних костяки, короны первых,

остатки "золотых ослов".

Пожитки нашей родины в узлах

теперь необлагаемы налогом.

Клянёмся страже вавилонским богом:

"В них- наших счастий хладная зола"

"Эфир" давно похожий на кишку

мещанам долго очаги поганил,

майданы посевал чтоб дураку

кормиться было чем под каблуками

трибунами что звались для блезиру.

Верни ,служивый, неподкупну лиру:

гребёнка, видишь, струны власяные.

Ты понял всё: нам, бедным, не до жиру.

Свои, поодиночке, неродные,

мы пепел по-кошачьи отряхнём

со спин не озираясь. О   с в о ё м

без нас договорите,

соседи добрые, святые содомиты. 

* * * * *,..........................................................................................................!:)

Д в а д ц а т ь   ч е т в ё р т а я   с ц е н а ( п р о д о л ж е н и е- 4)

Мероэ: Но слишком!

Протоэ (нежно): Розы искололи

                           ему чело в порыве страсти вечной!

Верховная жрица: Ты удались!

Пентесилея:                          Но я желаю знать,

                    к т о   услужил мне столь безбожно!?

                    Вопрос не в том, живого кто сразил,

                    богов во имя наших многочтимых.

                    Муж пташкой упорхнул из рук моих.

                    Кто  д о б и в а л  его, я спрашиваю вас,

                    ответь мне напрямик, Протоэ!

Протоэ: Моя властительница, что-о?

Пентесилея:                  Пойми меня:

                     я не желаю знать, кто из груди

                     его похитил искру Прометея.

                     Я не желаю этого: каприз.

                     Условие дано: он мог сбежать.

                     Но кто, Протоэ, тихо затворил

                     все двери в храме алебастровом?

                     кто юноше вот этому, богов

                     подобию, отказывает долг воздать

                     любви бессмертной, мяснику подобный,

                     фальшив пред ликом смерти? отвечай!

Протоэ (Верховной жрице): Кто возразить неистовой осмелится?

Пентесилея: Ну, я услышу ваш ответ?

Мероэ:                                ...Моя царица,

             Облегчи твою скорбь, свой гнев пролей

             на нас: тебе  мы все покорны.

Пентесилея: Внимание! Сказали вы, что это я...

Верховная жрица (всхлипывая): А кто ещё, несчастная?...

Пентесилея: В одеждах белых адская княгиня,

                      осмелилась мне...?

Верховная жрица:             Диану призываю!

                               Оставь вне подозрений войско всё!

                               Стрела ему вонзилась в горло, только!

                               Но раненного, только он припал,

                               ты во греховной буре да со сворой...

                               ох, мои губы онемели в дрожи,

                               что сотворила...Нет, не вопрошай!

                               Позволь нам удалиться.

Пентесилея: Ты ,Протоэ,

                      поведай мне, что было дальше.

Протоэ: Не спрашивай, моя царица!

Пентесилея: Что! Я? Его?....собаками травила...?

                     Вот этими ладошками его...?

                     Устами этими, любовью что соча`тся...?

                     Служить готовыми ему.....его...?

                     Уста и руки заодно и вместе:

                     рот, ногти, зубы, и слюна....и кровь...?

Протоэ: Царица, о...!

Веховная жрица: Тебе, несчастной, горе!

Пентесилея: Нет, вы меня не убедили.

                     Я молнией, громами к вам взываю,

                     ору обеим вам: в ы   л ж ё т е !

Мероэ: Пусть убеждение её стоит

            горою каменною. Мы не те

            кому свернуть утёс.

Пентесилея: Почему

                      не защитился он?

Верховная жрица: Любил тебя,

                                неблагодарная! желая сдаться в плен,

                                приблизился к тебе, и оттого же

                                не отвечал ударом на удар!

                                Он с миром нежным шёл на поединок

                                желая за тобой последовать к венцу

                                в Темисциру. А ты...

Пентесилея: Да, да...

Верховная жрица: Ты растерзала...

Пентесилея: Я...его...?

Протоэ: О, моя царица!

Пентесилея: Или ,всё ж ,иная?

Мероэ: Чудовищная!

Пентесилея: Я до смерти его зацеловала?

Первая жрица: О, небо!

Пентесилея: Нет, ах, не зацеловала? Разорвала`?

Верховная жрица: Увы! Увы тебе! Хранись!

                                Пусть Полночь, что грядёт, тебя покроет!

Пентесилея: Так, значит,Провидение. Укус и поцелуй

                      хоть не рифмуются, но кто от сердца любит,

                      тот спутать их горазд. 

Мероэ: Ей помогите,

            боги вечные!

Протоэ (хватая Мероэ): Долой!

Пентесилея: О нет, останьтесь!

укутвшись покрывалом, опускается на колени перед носилками с трупом

                      Ты, прочих всех беднее, мне давался!

                      Я б поклялась Диане, но устами

                      дрожащими ведь не владею в гневе.

                      Но все ж тебе поведаю, от сердца:

                      ты мой любимый, первый и последний. Целует Ахиллеса

Верховная жрица: Ведите её прочь!

Мероэ: Что держит её здесь?

................перевод с немецкого....................Терджимана:)..........................

 

Далеко, за семью морями   
Есть Земля, где живёт Любовь.
Мы во снах там не раз бывали,
Но, мечтаем вернуться вновь.
                   Я скучаю по той Земле,
                   Я мечтаю о той весне,
                   Что когда-нибудь нас с тобой соединит
                   Там, где, словно из сказки, лес
                    В синеве озер и небес,
                    Где мелодия нашей любви в вышине звенит.
Там всегда в небе солнце сияет,
Нет нигде грозовых облаков,
Ветерок лишь ромашки качает,
В легком танце кружит мотыльков.
                    Я скучаю по той Земле,
                    Я мечтаю о той весне,
                    Что когда-нибудь нас с тобой соединит
                    Там, где, словно из сказки, лес
                    В синеве озер и небес,
                    Где мелодия нашей любви в вышине звенит.
Как алмазы, искрясь и мерцая,
Ночью звёзды глядят с высоты,
На рассвете себя превращая,
В голубые с росинкой цветы.
                    Я скучаю по той Земле,
                    Я мечтаю о той весне,
                    Что когда-нибудь нас с тобой соединит
                    Там, где, словно из сказки, лес
                    В синеве озер и небес,
                    Где мелодия нашей любви в вышине звенит.
Знаю только, на Землю эту
Обязательно я прилечу,
Чтоб однажды тебя там вдруг встретить,
К твоему чтоб прижаться плечу.
                    Я скучаю по той Земле,
                    Я мечтаю о той весне,
                    Что когда-нибудь нас с тобой соединит
                    Там, где, словно из сказки, лес
                    В синеве озер и небес,
                    Где мелодия нашей любви в вышине звенит.

Выступает дружно в ряд Наш трехмесячный отряд! Папы нас везут в колясках Ну а мы им строим глазки. Мамы нам из окон машут Всех прекрасней мама наша! Погуляем мы немножко По заснеженной дорожке. Покряхтим и посопим. Станет скучно - покричим! Папы станут нас баюкать И ну прям как мы "агукать"! Чистым воздухом дыша, Мы обратно, не спеша Поплывем в своих колясках -  Ждет нас дома мамы ласка!

Всё очень странно в мире этом
Кому-то - всё, кому-то - ноль
Кому-то ласки до рассвета
Мне - одиночество и боль

Очередная сердцеедка
Не попрощалась и ушла
На вид девчонка, как конфетка
(Жаль, кошелёк мой унесла)

Зачем так много красоты
Тебе природа подарила
Под землю спрятались цветы
Когда ты мимо проходила

   Таким, как я не по плечу
   Дружить с красавицей на равных
   Я водкой горькою лечу
   Незаживающие раны

Встречаю каждый новый день
Надеждой стать тебе полезным
Сопровождаю, словно тень
Но обречён быть неизвестным

   К тебе приблизиться боюсь
   Любовь от всех свою скрываю
   И только Рифме признаюсь
   Одной тебе стихи слагаю

Доброе утро,всем,всем,всем.

Как оттянулись?Я не совсем.

Как то прошёл день, вроде обычный.

Тяжко на сердце, аж не привычно.

Ладно, что плакать, день не последний.

Будет у нас тоже, праздник весенний.

МАРТА   8-е ещё впереди.

Так что, улыбочку и не грустить.

"До сих пор я считал вас своими союзниками и даже воображал, что вы станете моим последним оплотом. Но тщетно, теперь я понимаю, что ваше место среди моих врагов..." см.Камю "Калигула" сцена одиннадцатая

Калигула, я к власти равнодушен,

и к деньгам тоже. Почитал твой сайт:

где черепков святые полукружья?

Указы! втулки, сцепки,тормоза...

Кто отравил? Про Сципиона бают.

Слабо в башку две пули засадить:

патриции не лаются. Собакам

не алтари державные святить.

Ты любишь смерть: ей монументы ставишь?

Уйдёшь живым: насиженный престол

займут свои. Нам чорт уже не страшен,

и ожиренье: вечный пересол.

Прямой эфир небритого еврея

вмещает всех противников твоих?

Не жалит стих, хотя пчелы быстрее:

те из дупла, а дуло- не для них.

Любовная тоска страшнее смертной –

Мне нет надежды, я уже ушла.

И вот стою теперь над страшной бездной

Я на вершине - здесь огонь зажгла

И жду, когда ты, мимо пролетая,

Ко мне опустишься и скажешь:

«Я люблю».

Но ты над бездной этой не летаешь,

А мой огонь – костёр, и я на нём сгорю.

 

Любовная тоска сильнее смертной –

Мне нет надежды, я уже ушла.

Но я люблю, любовь моя безмерна,

И я не знаю, где её нашла:

Ждала ль она меня, как тать в тумане,

Бежала ли за мною по пятам

Или горой стояла, ожидая,

Когда я припаду к её ногам…

 

И вот мы встретились…

Она не знает

Ни края,

Ни конца,

Она – без дна…

И так, как капля в океане тает,

Я растворяюсь в ней,

Я вся – она…

 

 

Я устал от этой жизни
От пустых ненужных дел
Женщин глупых и капризных
Наизусть знакомых тел

   Снова день и снова вечер
   Сотни тысяч раз подряд
   Расставанья, слёзы, встречи
   Ссоры, боль, прощальный взгляд

В жизни той и этой жизни
Повторяется сюжет
От роддома и до тризны
Вижу свой знакомый след

   Плач младенца, буквы, игры
   Мать, отец, учителя
   Горы, реки, птицы, тигры
   Вечный мой приют - Земля

Не сбежать мне из приюта
После смерти снова тут
Стужа зим, тепло уюта
Муки, деньги, страсти, труд

   Совесть сверлит строгим взглядом
   От неё не убежать
   Грех и святость ходят рядом
   Заставляют выбирать