" ...Ибо часто бывает: из погребений выходят вурдалаки?..."

Рукописная хроника 1672 года

------------ 3.-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

В палатах опустевших, где утварь дорогая

поблёскивает жадно что угли из костра,

блуждает одиноко бормочущий Аральд,

и всюду видит ту, любимую ...мертва,

в углу, у стен дворца, что сна не знает.

.

В зерцалах чорный мрамор тьмой блистает;

светильники трескучи сосут со дна смолу;

за часом час минает немыслимо тягуч;

в затворенныя окна нейдёт светила луч;

и кажется, невеста повсюду почивает.

.

Раздастся инда стук- несчастный хан прогонит

терзающий его свинцовый тяжкий сон,

но всё же душу мучит тот погребальный звон-

и снова ночь берёт несчастного в полон-

и места хан себе в покоях не находит.

.

Он стал белее воска, словно та,

усопшая во цвете лет невеста:

уста кровоточат, на сердце плесень,

слова обрывисти и сану неуместны,

но вкруг чела- короны царской сталь.

.

С тех пор хан, облачившись в саван, стал

прислушиваться к завыванью ветра

и в полнолуния ночами ездить.

Глаза Аральда полымем горели,

он, расцветая, Смертью воскресал.

.

Аральд, что означает твой чёрный дождевик,

и саван твой, рубашка, что в ней в могиле тесно;

с которых пор на сердце твоём гнездится плесень;

в душе звучит ночная из мира мёртвых песня?

Аральд! оставь гримасы, ведь ты давно погиб!

.

Но чу, каган стремится на буйном иноходце,

стрелой несётся в степи- ему преграды нет.

Луна медоточива роняет долу свет-

Аральду от Марии-невестушки привет;

а ветер поутихший листву едва скородит.

.

Из нежити являясь , той, что зовётся "память",

Мария, о страданье! над всадником парит,

чтобы, припав к добыче, утехи подарить

и с женихом забыться в обьятьях до зари;

но влажны, ярки губы и ,кажется, кровавы.

.

Мария, что подобна валькирии крылатой,

простоволосой, жадно Аральда догнала,

вопит ему, люблю мол,вечно ,до донца, испола,

прильнула к нему страстно и крепко обняла,

головоньку к плечу прижала:

.

"Аральд, прильни в мои обьятья!

Глаза твои черны, ты будто бог.

Играть моими кудрями ты б смог

как прежде? Дай-ка мне взглянуть чуток

тебе в лицо. Зрачки твои так сладки".

.

Пахучею волной ему сдавило грудь:

сдавалось, роща лип цветами осыпает

дорогу королеве. Шёпот тайный

был слышен Аральду с украин

Эдема, шёпот тех, что хана ждут.

.

Недолго феи добрые летели рядом,

пред чёрно-красным заревом сробели:

так листопад смолкает за метелью

иссякнув страхом смерти и желтея,

стихает скрытый ледяною хлябью.

.

"Аральд!", кричла дева хрипло:"Обернись!

Взглянуть желаю ,слышишь? в твой чёрный окоём.

Там, на востоке раннем, заря вот-вот взойдёт

и с первыми лучами любовь твою убьёт:

меня вернут в могилу, кровавые, они..."

.

Аральд окаменел в седле...застыл,

почуял голос , вечный голос Смерти.

Погибших душ повеял хладный ветер-

 и тени ада тёмной круговертью

 восстали ...Ветер в кодрах выл.

.

Они воспряли с бурей, закружили,

за ними высилась гряда холмов;

лилась в долину тысяча ручьёв;

листву роняла тысяча дубов,

что всех на свете стоя пережили.

 .

На троне восседал старик-колдун:

его Аральд сквозь бурю было кликнул,

свет ночью вычернить просивши

да ветер пуще взвИхрить -даром, не услышал...

Уж поздно: Солнце пело славу Дню!

.

Завыла буря плача; дрожали привиденья-

немало их набралось, восставших из гробов:

в распущенных одеждах, а очи- что стекло,

невесты красной Смерти , ея шальной улов.

....Открылся вход в пещеру и отворились двери.

.

Вошли все- и сомкнулись железные засовы,

и сгинули девицы Аральда взяв с собой.

Раздался звон печальный, по ним заупокой:

погиб король удалый красивый сам собой.

Дивились молча горы, а лес гудел дубовый.

.

Дед опустил ресницы и словно бы оглох;

окаменели ноги, что со скалой срослись-

и всё ж- во сне считает за месяцами дни,

а коль припомнит повесть о том ,как хан погиб-

с округлых плеч взлетают вороны- скок да порх.

.

На троне из каменьев надлго он застыл,

сидящий век за веком дремучий волхв-старик

в руках держащий посох до времени-поры.

И грудь , и плечи, ноги- всё серый мох укрыл.

И до подошв сгустились волосья бороды.

.................................................................................................................................

Фото: Нефр-Эт, не знаю автора снимка

 

Молчание – высшая сила,

Оно на закате миров

С собою в пески уносило

Всё, чем данный мир был

                   прекрасен и нов.

 

Молчание – высшая сила,

А я расточаю слова,

Его вызывая немилость –

Я знаю, что я неправа.

 

Но рвётся, как пламя из сопла,

Из сердца горящего зов

И ночью в твои бьётся окна

Крылами моих вещих снов.

 

 

 

Промолвил старец:"Мертвецам нет жизни,

коль бы восстали- свет переменился,

иной круг звёздный в небе б заискрился,

но дух тебе дарует лучик милой,

той, что со льдом и полымем теперь нерасторжима"

.

В плен четырём стихиям хан попал:

те пылью повевали, сыпали дождём,

каменья с глиной мяли, лёд плавили огнём,

кровь из воды творили не упустив своё-

Аральдовой невесты, что в них растворена.

.

Под Аральдом в мгновенье рассыпалась темница,

круговорот вселенский снаружи он увидел:

снега, молоньи с градом, с дождями проливными,

и города под солнцем сжирающим пустыни-

МирЪ, тот, что в громыханьях со злобою творится.

.

Молонья церкви своды надвлое расколола,

иконостас низвергнув, разворотив могилу.

С крестом святым надгробье ударом разлучила.

Из тайника сырого явился призрак милой,

из небытья чудесно восстал горящим колом.

.

О, белоснежная фата! И самоцветы ожерелья

дражайшия...свалялись локоны седые,

уста синеют ,очи провалились,

скукожились ланиты восковые,

но- всё ж тот милый аральду стан нежный.

.

Невеста шла во мгле; позёмки следом выли;

огни холодные во тьме блистали,

лик мёртвый и ущербный освещали.

Казалос ,духи ада сворой шалой

восстали дабы землю обратить в пустыню.

.

Утихла буря. Из стены пещерной

явилась в тунном ореоле та.

Аральд, что лёд застыв, смотрел и ждал,

и руки к ней, раскинув, простирал....

и, обессилев, преломил колени.

.

Почувствовал каган удавку хладных рук.

Дыханье спёрло. Глыбы ледяные

чуть ли не дО смерти сдавили выю,

да тело крепкое надгробием покрыли.

Казалось Аральду, что вот, испустит дух.

.

А та, любимая- всё злей да холодней...

И он за ней добычей смерти станет?

...Сжимает выю та железными перстами,

кричит ему в уста отвёрстыя для брани :

"Каган, Мария тут, отдайся ей!

Аральд, прильни в мои обьятья!

Глаза твои черны: ты будто бог,

играть моими кудрями ты б смог

как прежде? Дай-ка мне взглянуть чуток

тебе в глаза. Зрачки твои так сладки"

.

И смолкло всё; утихли голоса,

и полилась любви забытой сладость

журчаньем родника по листопаду,

любовным сладострастным ладом,

волнением осенним естества.

 

.....окончание следует-прим.перев.)................................................................,

"...мИнула та что туман пО полю, что цвет опавший,что трава скошенная. В саван ея облачили и предали земле..."

---------- 1.---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

.

Под сводами крутыми одной старинной церкви ,

меж многими свечами, горящими во тьме,

где стены гулким эхом вторЯт святой запев,

лежит в одеждах белых покинувшая свет

аварского кагана усопшая невеста.

.

А на груди усопшей- мониста золотые,

каменья-самоцветы, цены которым нет;

улыбка на устах, остывшая, а в ней

девичья святость меркнет и боль небывших нег.

Что известь -телеса, и белоснежна выя.

.

Пред гробом на коленях -самАральд, хан мудрейший:

отчаянье в глазах налитых кровью горькой,

всклокочены волосья, чело морщины торят.

Рычал что лев....напрасно! Невесты не воротишь.

На третий день хан повесть о сам о себе поведал:

.

"Был отроком. В густых еловых чащах

горящим взглядом хвою зажигал,

имперские народы к бунту звал

и верил : целый свет моим речам внимал,

коль к Волге путь чертил клинком искрящим.

.

Был юн и горд. Ватагой верховодя,

я воинам казался полубогом.

Казалось, страны стелятся под ноги -

и устремлялись орды перелогом,

по степу к ледовитым водам.

.

Бог Один расколол льдяной имперский купол,

на Юг путём планет послал народы.

Из вековых дубрав седыя вышли волхвы

и ,космами тряся, возглавили походы.

И ветхий Рим дрожал пред стоязыким гулом.

.

Мы над Днестром стояли сбирая с местных дань,

средь пахарей покорных ища проводников,

что мрамор белолицых власатых стариков.

Толпу я смерил взглядом поверх седых голов,

упрямым, острым взглядом- да, там была она.

.

Я уловил в ответ себе упрёк покорный-

и онемел: ответить нЕ знал чем. И мне казалось,

что лучше в землю сгинуть. Мне дева не встречалась

дотоль в дороге длинной. И мне казалось,

вот, одолеет очи плач, да первый в жизни, горький.

.

Старик, твой надзиратель, что криво улыбался,

не отходил...Я медлил как пойманный с повинной,

промолвил ,запинаясь, едва тебя увидев:

"Почто пришла, царице, в ненастную годину?

Под стрехою еловой ты ль варвара пождала?".

.

От слёз дрожащим взглядом ,горя от умиленья,

небесными очами воззрившись на меня,

ты молвила:"Мой хан, ждала тебя,

во снах твой милый облик узрела я .

О вседнике стремительном молила Небо".

.

И я, потупив очи, упрятал саблю в ножны

у гор Карпатских орды оставив на покой,

Аральд, раб божий, звавший весь міръ на смертный бой

припев услышав сладкий ,такой нежданный твой,

пленённый пал, крестьянка, у твоего подножья.

.

С тобою, русоокой, что хлебом житним пахла,

я ночи проводил не тем манером, прежним.

Я замирал в твоих обьятьях белоснежных.

Отвёрстыя уста струились бранью нежной:

"Мы встретились, Аральд. А я тебя так ждала..."

.

Я страны ей дарил ,и старый Рим впридачу,

удельные короны у ног ея слагал,

а на чело созвездья на выбор возлагал.

Дороже всего мира была тогда она-

но Смерть явилась тертьей судьбу переиначив.

.

Ах, где года былые, когда я жил в седле,

народы покорял?...ведь лучше было б ,

чтоб я в тот день злосчастный не повидался с милой-

и городов пылали б передо мной руины,

довлел бы над душою сосновой чащи плен!"

.

Подняв носилки с гробом, монахи в долгих рясах

несли к погосту труп дунайской королевы.

Иные х братья, став рядами, тихо пели.

Отцы святые псалм, потупившись, бубнели,

седые что зима да бОродами трЯсли.

.

Пол сводами ночными дорогою мощёной

монахи домовину на кладбище сносили

и на верёвках долгих в могилу опустили,

из камней холм насыпав, распятьем освятили

высокий холм гранитный в углу неосвещённом.

 

"Во имя всех святых

молчи: скребётся ,вот

клубок блудцов земных

под каменным крестом"

---------- 2.---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Аральд летит на вороном-что в сне кошмарном-

по горам ,долам- а Луна ныряет в тучи.

Плащ чорный ветром складками закручен;

копыта листьев прелых разметают кучи...

Хан Аральд скачет по Звезде Полярной.

.

Достиг вдовец опушки тёмной пущи

в ущельи диком соитья водопадов.

Зола в кострище сером остывала

да зубра рёв из пущи раздавался,

из заповедной чернобожьей гущи.

.

На каменном престоле восседал колдун,

морщинистый, сухой и бледный старец:

сто сорк лет сидел и Смерть его заждалась,

оброс весь мхом от мАкушки до пяток.

Метало ветром сивую браду.

.

Сидевший годы напролёт колдун оглох;

срослись с утёсом каменные ноги;

ум дням текушим подбивал итоги.

Два, белый с чёрным ворона убогих

застыли на плечах вцепившись в мох.

.

Аральд, седло покинув, волхва тряс,

снов стариковских сонмы прогоняя:

"О, древний маг, проснись, к тебе примчал я

чтоб жить до смерти небытья не зная,

твоим богам здесь жертву сотворя"

.

Старик, ладонями сжимая посох,

всё медлил ,уст сухих не отверзал,

но стопывсё ж от камней оторвал

и, с трона встав, Аральду знак подал

чтоб следовал в долину вниз по склонам.

.

И в тайную невидимую дверь

три раза старичище палкой вдарил-

со скрыпом отворилися скрижали.

Пригнулись оба ...вдруг пахнуло раем.

И думы промелькнули роем стрел.

.

Под своды черномраморны вдвоём зашли.

Натужно страыесомкнулись двери.

Ведун зажёг свечу- и путь отмерил

идя в голУбый зал посходам первым,

вонзая в темень света узкий клин.

.

Не зная сам чего, хан Аральд ожидал...

Волхв древний гостю знаки подавая,

предчувствий злый пришельца не убавил.

Присевший было гость держался сабли...

Напрасно: ведь никто не нападал.

.

ЧуднО: старик внезапно побелел.

Волшебный сноп лучей проник в пещеру,

и хладный хор подземный, слабый, нервный

что колыбельную, так сладко ,мерно

псалмы невнятные запел.

Помалу песенка крепчала,

уже казалась грозной бурей,

ненастной, горестною, хмурой,

свергала душу ниц с котурнов,

из недр дорогу прошибала.

.

Пещера дрогнула что утлая изба,

загромыхало в каменном подполе;

проклятья в щели тискались до боли;

плач, охи стены чорныя кололи;

кишела голосов толпа.

.

(окончание следует-------------------------------------------------------------------------------------прим.перев.)

............................................................................................................................,

Аблязиз Велиев(с)

Ялварам

Арамыза ким таш атты,

ким сувукълыкъ ташлады?

Анълашылмаз кин уятты,

ачув, нефрет ашлады.

.

Сен инанма ошеклере,

эпси ботен ве ялан.

Къулакъ асма ошеклере,

сонъки пешман пек яман.

.

Кунеш куле ,ай назлана,

не де гузель бу аят.

Тюшюн джаным сен азгъана,

о ташларны котер ат.

.

(перевод с крымтатарского- Терджиман)

.

Меж нами- хладная стена:

кем воздвигнута она?

Неразуменье-сатана

в явь подпускает яды сна.

.

Черноротым, ах не верь:

лгут, выдумывают всё.

Режь, да сЕмижды отмерь:

покаянье грех снесёт?

.

Солнце жжёт- Луна утешит:

жизнь пестра да хороша.

Кремень злобы пятку тешет,

болью метит всякий шаг.

.

(перевод О.Голубевой(с))

.

Между нами снова раздор,

между нами вновь разлад,

кто затеял нелепый спор,

бросил в душу горький яд?

.

Ты не верь голосам чужим,

всем завистникам назло,

пусть растают сомнений дым,

лёд обид и холод снов.

.

Ты услышь меня и пойми,

 и тогда прекрасным днём

нам с тобой улыбнётся мир

нежным солнечным теплом...

Аблязиз Велитев(с)

Эбедий

.

Къальбимнинъ тёрюне сакъладым сени,

назарлы козьлерден къорчалайым деп.

Айт манъа ,айт манъа, гизлейсинъ нени?

Къаршылыкъ беклейим, беклейим мен эп.

.

Ич бир шей сёйлеме, тек бакъ маналы,

анъларым козьлеринъ сёйлер сырынъы.

Маналы бакъышнынъ санки джан алыр,

санъа багъышлайым гонъюль йырымы.

.

Омюр не- бир аньдир, кечер, дуймазсынъ,

яшлыкъ ве гузеллик дегиль эбедий.

Севилип яшасанъ янып куймезсинъ,

севги эбедийдир, эбедий, эбедий.

.

(перевод с крымтатарского- Терджиман)

.

Я тебя берегу покровОм души

отражая собой людскую вражду.

- Что таишь от меня, ну хоть раз расскажи?-

я прошу, ответа, увы, не дождусь.

.

Лучше ты без слов подари мне взгляд-

я в зенице прочту тайны лад и прю.

Твой значительный взор что души наряд-

я от сердца тебе свой напев дарю.

.

Что житьё? миг един: ушёл- догони.

Юность и красота- те ёщё быстрей.

Сколь живёшь, ты любви огонёк храни:

страсть жива, всех и вся из живых живей.

.

(перевод О.Голубевой(с))

.

Я твой образ храню в глубине души,

чтоб тебя уберечь от недобрых глаз.

Что на сердце твоём , я прошу, скажи,

но не нужно пустых и затёртых фраз.

.

Лучше просто взгляну я в глаза твои,

и раскажут они всё без лишних слов.

Знаю, счастье ,мой друг, нелегко таить,

знаю, сердце поёт, если в нём любовь.

.

Наша жизнь словно миг, пролетит стрелой,

молодость, красота скроются во мгле,

лишь любовь дарит нам вечное тепло,

лишь любовь будет жить вечно на Земле...

.

Беяз геми

Аблязиз Велиев (с)

Меним юртум денъиз-дагълы,

арзуларым онен багълы,

балалыгъым мында къалды,

беяз геми, беяз геми.

.

Данъиз узре ялдай, ялдай,

мерамымны анълаялмай,

не кетесинъ мени алмай,

беяз геми, беяз геми.

.

Алсанъ мени къуджагъынъа,

атеш олып оджагъынъда,

чалышырым сачагъынъда,

беяз геми, беяз геми.

.

Дерья-денъиз эвинъ олсын,

меним ичюн сен бир ёлсынъ,

ялда, ялда , бахтлы ол сен,

беяз геми, беяз геми.

.

(перевод с крымтатарского-Терджиман)

Из скал и моря колыбель

мне часто видится ,поверь,

клад детства сладостных потерь,

бела ладья, лодья бела.

.

Морская гладь-родной твой дом.

Мы торим путь с тобой вдвоём,

мы вместе счастливо плывём,

ладья бела, своя лодья.

.

Меня в обьятия прими,

теплом домашним, ах уйми.

Да станет мне уступ твой мил,

ладья бела, жила лодья.

.

По волнам весело гуляй,

усталости не нагоняй,

неси меня за небокрай,

ладья бела, цела лодья.

.

(перевод О.Голубевой(с))

.

Я помню мой родной причал,

где море плещется у скал,

там в детстве я тебе кричал:

- Плыви ,мой белый пароход...

.

Смотри, с ветрами не шали,

не знай усталости вдали,

меня с собой на край земли

возьми, мой белый пароход...

.

Мы будем жить судьбой одной,

бороться с ледяной волной,

лишь ты когда-нибудь за мной

вернись, мой белый пароход...

.

Твой дом родной- морская даль,

так будь счастливым там всегда,

своя у каждого звезда,

прощай, мой белый пароход...

.

....................................................................................................,

 

 

Чатырдаг седой и древний чёрным облаком пленён;

Аюдаг суровый, крепкий вновь во власти подлых волн;

буря хищно ломит ветки- отовсюду леса стон.

Кто бы ветру молодецки да хребет перелосмил?

Кто бы с песней в битве честной волка-ворога разбил?

Враг нахлынул, Мать-Отчизну горьким илом осквернил,

всё ,что нАжито народом в одночасье погубил,

горем сИрот степь широку ,горы чёрные залил.

Кто бы Крым, врагов прогнавши, навсегда освободил?

Кто бы хищникам проклятым аппетит окоротил?

Чёрный змей огнём из пасти пару-жару поддаёт;

кучка злых дегенератов свой народ распродаёт,

за "колючку" в руки катов непокорных отдаёт.

Кто бы поросль супостата в щепки махом порубил?

Кто бы лживую заразу корна начисто лишил?

Против нечисти поганой свято-небо восстаёт,

власть неправедную свалит , с ног тирана враз собьёт,

под тамгой, татарским флагом силу-правду соберёт.

Да подымется с коленей, душу выпрямит народ-

души мстителей взалеют, сад весенни расцветёт.

 

Сказал я юности "прощай", но не люблю ведь старость-

хоть малость сделать для крымчан, пожить хотя бы малость.

В пути без спутников один ,без хлеба и ночлега,

кричу, пою на струнах жил: никто, увы ,не внемлет.

Ввысь воспарю- а небеса взлетят ещё повыше,

земля-змея раскроет пасть, шипит, отравой пышет.

В змеиной прорве не пропасть, упавши, не разбиться,

в народной массе растворясь, с душманом клятым биться!

Перед глазами -перлена вещичек и видений;

живу как жаба- тишина, а квакаю в волненьи!

Глаза сомкну- и пламя вдруг сожжёт нутро больное,

взгляну окрест- и столько зол язвят до слёз зрачок мой.

Во степь пойду, совсем один- в полынь упав, поплачу;

сверну к подножиям вершин- ручьём реву иначе;

взгляну, слезами изойдя, на лес и степь, на горы,

спрошусь: "зачем ревел ревмя?! всё хорошо да впору!

Вот горы, степь вот, всё живёт, цветёт, щебечет, дышит.

Вот речка змейкою течёт, журчит, прохладой брызжет.

И солнышко не горячо лучами облак нижет.

И птицы, чешется плечо, летят всё дальше, выше.

О, дай мне в слабые обьятья

из меди арфу. Опусти

стыдливо очи. Ты прекрасна.

Я тихо вымолвлю, ударив

по струнам плачущим :"Прости!"

Приди же, Чистая Богине,

прильни лицом к моей груди,

прижавшись к ней покой найди;

твой взгляд лучится светлой синью;

ты любишь? Нет, не уходи!

.

Да? Любишь! Хитро улыбнёшься

ты долу очи опустив!

О, свете мой, во тьме полнощной

я ждал Тебя, восход восточный,

усладу чахнушей души.

Ты б знала, розовая фее,

сколь глубоко люблю тебя,

сколь ночей страждая, скорбя,

я возносился ввысь неменя,

сокровище, ища тебя!

.

И ты настойчиво попросишь,

чтоб я что видел, рассказал,

накидкой чёрной скроешь косы,

затем рукою белой, просто,

коснёшься моего виска,

сомненья словом прогоняя,

посмотришь строго мне в глаза

и улыбнёшься не со зла.

Я, ожерельями играя,

твоими, да почну рассказ.

.

И вот, поведаю любимой:

"Сколь раз тебя я выглядал,

молчал, оцепенев, дивился

скрозь мЕрежу озябших листьев

промеж густых еловых лап,

и у ручьёв-ключей звенящих,

среди вершин железных скал,

что раздирают облака,

и в жутких омутах бурлящих,

и в тёмных сумерках искал.

.

Я по наитию стремился

к тебе , и кажется сейчас,

что знал тебя и прежде видел,

что ты всю жизнь меня хранила,

а я тебя издАвна знал...

Любил...раз, в сумерке вечернем

видение явилось мне:

полился долу горний свет,

.

златая лествица терялась

в лазури облачной , а там

на троне белом восседала

Мать Божья в ореоле алом,

и улыбалась, и звала;

и дО Неба ,вдоль по ступеням

сонм ангелиный всё кружил

да Богородице служил

игрой на лирах, сладким пеньем

в закатной гаснущей тиши.

.....................................................................................................................-от.перев.)