I.

Было дело – зарекался Авось не трогать больше тему общечеловеческих намордников. Обещал закрыть её для себя навсегда. А зря! Ибо тема сама не хочет закрываться, будто дверь в общественный нужник.

Итак, расписавшись в своём бессилии, Авось вынужден рефлексировать дальше, и всё более экспрессивно.

Вот, вижу: как ныне взбирается сонный Авось по ступенькам утренней маршрутки, невинно, как к себе домой. Его там раздражённо терпят некоторое время, а потом, не выдержав издевательства, ему нервически замечают: «Мужчина, оденьте маску! Вы тут не один!».

У Авося, поднаторевшего в этих попугаичьих боях, имеется широкий набор вариантов ответа, заводящего полемику в тактическую ничью, но тут его осеняет гениальной догадкой, и он рискует пойти новым путём: он цинично отмалчивается, делая вид, что звать его дворник Герасим.

Возмущённую наездницу маршрутки, естественно, заклинило, заело, как виниловый диск, и она повторяет свою иступлённую молитву «именем святой масочки» ещё несколько раз. Набравшись адского терпения, Авось дожидается, пока энергия речитатива дойдёт по восходящей до истерики, и вдруг отвечает: «Не кажется ли Вам, что закрытый рот – более надёжная защита, чем тряпочка на рту, который вообще не закрывается? Дарю Вам эту простую и вместе с тем великую мысль».

По своей душевной простоте Авось имеет ввиду лишь то, что закрытый рот, в отличие от тканевой полоски, абсолютно герметичен для любой нежелательной среды. Только благодаря этому мы, к примеру, благополучно ныряем в пучину водоёма и возвращаемся оттуда без последствий.

Однако, баба в маске воспринимает реплику Авося как совет попросту заткнуться. Что тут начинается! Авось с трудом доживает до своей остановки ...

II.

Потом, оставшись наедине со своей наглой мордой, Авось ещё долго дымится от размышлений, обуявших его в результате.

И вот что Авосю приходит на ум:

1. Маркетологи ВОЗ – близорукие профаны, бескрылые жлобы. Не придумали ничего лучшего, чем положить в основу новой всемирной религии фетиш «святой масочки».

Понять их можно: это рентабельно, это быстрые деньги, это подчиняет сознание обывателя диктату медицины. Добротный тактический ход.

Однако с точки зрения стратегии – это ошибка, равная самострелу. Ибо народишко ведь не молчит в тряпочку. Народишко, не скрывая раздражения, продолжает выражать недовольство своими правителями, но только уже на гораздо более выгодных условиях – прикрывшись тряпочкой. «Вот суки!» — слышится в утренней маршрутке. Кто это говорит – опознать не возможно, кругом сплошные масочки, невинные до крайнего цинизма. «Ага, суки и пидорасы!» — тихо, но отчётливо доносится в ответ. И совершенно не представляется возможным определить, кто имеется ввиду – руководители ВОЗ, функционеры государства или крокодильчики, бегающие сейчас по телу.

И ведь добром для ВОЗ и правительств это не кончится! Народишко коммуницирует, ворчит, заражает друг друга вирусом сомнений, и рано или поздно договорится до полного неподчинения, до бунта, до костров из святых масочек! Алё, маркетологи! Не ковид-19 надо взнуздать, а речевые, оральные коммуникации!

2. Дальновидным и гениальным ходом маркетинга для ВОЗ мог бы стать фетиш «орального воздержания». Ну, то есть, не поймите неправильно, закрытого рта. А ещё лучше – опломбированного.

Сначала на мозг теле-обывателя следовало бы обрушить простую, как полено, аксиому: разинутое не по делу хлебало – корень всех зол и мать греха, или, как говорили в старину, молчание – золото. В режиме нон-стоп из всех СМИ запустить речитатив из мотивирующих слоганов, типа: «Молчи – не подвергай опасности окружающих!», «Закрой рот – поставь плотину эпидемии!», «Заткнись – будь героем!», «Молчуны – наша новая нефть», и т.д.

3. В качестве средства технического контроля напрашивается широкий медицинский пластырь, или его однотипные заменители, вплоть до электро-изоленты. Заклеил рот полоской – добро пожаловать в метро. И так далее, по всем сферам общественной жизни. Это следовало бы вводить в игровой, соревновательной манере. В частности, поверхность наклейки на рот могла бы стать пространством какого угодно изобразительного творчества, либо носителем полезной информации. Надписи – «На этом месте могла бы оказаться ваша реклама» — определённо откроют новую страницу в человеческой культуре. Широкие ленты и скотчи очень скоро возымеют реалистичные изображения губ, усов и даже зубов, не обязательно ровных, а также штрих- и QR-кодов.

4. Учитывая неуёмную тягу обывателя к троллингу, а также способность отдельных энтузиастов довести любое благо до абсурда, можно предвидеть, что со временем возникнет движение и вовсе зашитых ртов. Да-да! Некоторые будут прибегать к хирургическим мерам, чтобы сэкономить на пластырях. Однако, ВОЗ и правительствам всех стран не следует этому препятствовать. Так, оказавшись в тени мейнстримных масс-медиа, зашитые рты так и останутся уделом cкучного андеграунда и безобидного дауншифтинга одиночек.

5. Что же касается недовольства обывателя мерами ВОЗ, правительств и начальников, то все это вольтерьянское брожение окажется канализировано в цифровые мессенджеры, в SMSи e-mail, что позволит сильным мира сего знать всё, знать всех и спать спокойно.

III.

И пока Авося не слышат в ВОЗ, эпичный тролль Георг Отс со своей арией «мистера Х», а также его современные адепты, будут продолжать своё циничное занятие:

https://www.youtube.com/watch?v=piXvjLP2_wM

https://www.youtube.com/watch?v=iNxgfTybVXo

Это не приказ.

Это не призыв.

Это не совет и не рекомендация.

Это другое.

 I.

 Идёшь себе вдоль протяжённого забора, ограждающего большой хозяйственный рынок, и глазу тут не за что зацепиться. Изредка попадаются какие-то неразборчивые объявления. И вдруг, аккурат за шаг до ворот рынка, читаешь на листе бумаги, приклеенном к забору, чёрным по белому: НАСОСИ. 

И шрифт такой крупный и жирный, что не заподозришь в опечатке.

Ты спотыкаешься, как на стоп-кране, и бормочешь: «Не может быть!». Машинально оглядываешься по сторонам, желая знать – другие тоже видят это, или тебе просто почудилось? Однако, на улице апрель, вирусный карантин в разгаре, на воротах рынка мощный замок и вокруг – ни души. Разделить восторг не с кем.

Впрочем, скоро до тебя доходит, что имеются ввиду технические устройства, называемые насосами. И ржачный колорит возникает лишь благодаря украинской версии правописания. Украинская мова – она вообще – инструмент подначки. Украинская мова – фабрика запчастей для юмора.

II.

Но!

Юмор понимают не все.

Да и жизнь пошла такая, что ты уже ни в чём не уверен.

III.

А ведь столица большая.

А ведь складов с насосами полно.

А ведь стандарты правописания украинской мовы везде одни и те же.

А ведь народ тупеет. Плюс весна, авитаминоз.

И кто может поручиться, что некие отдельные, не разобравшись, не откликнутся на этот призыв, не кинутся исполнять, доверившись и отдавшись? Народ уже так привык это делать! В смысле, путать *уй с забором ...

IV.

Интересно будет побывать на том самом месте после карантина, когда рынок оживёт и народу будет полно. И радостно будет увидеть всё-таки оживлённый сбыт насосов.

1. Любой турок знает – что такое Наташа. У любого турка было своих Наташ досыта, в ассортименте.

2. Мы живём в стране Наташек, и здесь у каждого дворника, у каждого прапорщика, у каждого вшивого маркетолога хотя бы раз в жизни была своя Наташа. Это закон больших чисел!

3. У меня никогда в жизни не было Наташи. Зуб даю! Мне везло на Тань, Валь и Марин. Это преимущественно. Была даже мимолётная Ираида -  представляете раритет? А Наташи не было - никогда, нигде, ни даже на первом приближении из Фастова! Меня будто сглазили, словно приговорили окончить жизнь на диете без козинаки! В стране Наташек ни разу не угодить в Наташку! Это ж каким «везеньем» надо обладать ...

Призываю глубоко осмыслить всё, что сказано мною выше.

А теперь, когда вы пропитались соусом нереальности происходящего, вообразите себе такую картину в моём исполнении. Впрочем, на моём месте можете вообразить самого себя. Я не жадный.

Итак, лежу, не один. Изощрённо целясь в точку G, в основном не попадая, но стараясь. Более всего это похоже на ритуал получения огня путём трения нужных предметов. До вспышки спереди надо ещё поработать, но экстатичный дым уже начинает заполнять мне голову.

И вот, в самый тот миг, когда зарево нарастающего фейрверка уже показалось в конце трубы и я весь в предвкушении, что меня вот-вот осыплет звёздами от взрыва Галактики, я ни с того, ни с его вдруг шепчу: «Наташа!». Очень тихо, в конце выдоха, хрен в общем-то разберёшь. И сам обомлел в себе: «Бля, что я несу!». Но было поздно. Я оказался услышан.

Моя подопытная натурщица мгновенно замерла, задумалась, осознала что-то и медленно извлекла меня из трубы большого диаметра, где я уже освоился как дома.

«Ин-на!» - твёрдо сказала она.

«Инна, Иннусичек! Я знаю, я помню, что Инна!» - залепетал я в своё оправдания и в её утешение.

Она же упёрлась в меня своею ногой, прямой и длинной, как меч архангела, и продолжала гнуть своё: «Ин-на! Ин-на!».

Холодно и твёрдо повторяя это слово, она спихнула меня ногой с кровати, потом выпихнула из комнаты, потом за порог квартиры, а потом из своей жизни.

Это фиаско, друзья! Я стою на коврике, между нами – двери.

Откуда, скажите, откуда они взялись, эти помехи в моём сознании? Кто автор вредоносного программного обеспечение в моём мозгу? Кто подкинул мне вирус по имени «Наташа»? Где, когда, в каких онлайн-борделях и порно-журналах я подхватил его?

Я проехал по себе асфальтовым катком, но ответа не выдавил. Тайна глубока!

Итак, я – первый в мире человек, авансом пострадавший от неизвестной мне, подсознательно поселившейся у меня в подкорке Наташи.

Теперь я полагаю – все Наташки мне должны, по первому требованию.

На фоне ошеломительных предсказаний Сидика Афгани о воссоздании СССР в 2024-2025 годах, дятлы советской идеи всё настойчивей долбят общественный мозг слоганами-демотиваторами.

«Рыночек порешал» - самый любимый и расхожий у них. Берут в оборот какой-нибудь пример объективной разрухи и злорадно поучают: вот вам харя «рыночка», вот вам невидимая рука частной инициативы!

Авось, зная цену этим задорным комсомольским речёвкам, всем этим злободневным кричалкам, размышляет так: а был ли он, рыночек-то этот, который-де порешал?

Основываясь на опыте всего пережитого, Авось берётся утверждать, что «рыночек», после того, как была убита плановая экономика, свободно развивался года три, не более – с 1991 по 1994. А дальше на бескрайних просторах от Чопа до Анадыря началась монополизация сфер экономики, возникла практика большого сговора по ценам и территориям кормления. Рычагом этого явления стали коммерческие банки. Государственная машина, пребывающая в банановом ничтожестве, отнеслась к монополиям с вежливым пониманием. И всё. С 1994 года ни Украина, ни РФ, ни прилегающие народы ни дня не жили при капитализме.

Когда Авось станет единоличным диктатором на данной территории, он вам покажет что такое настоящий «рыночек».

При диктаторе по имени Авось коммерческие банки в их нынешнем виде будут упразднены. По крайней мере, пафоса у них резко поубавится. Это будут тихие сервисные конторы по проведению взаиморасчётов между клиентурой, по хранению наличности, драгоценностей и прочих ништяков. Кредитование банкам будет запрещено. Заимствование капитала на территории диктатора Авося будет происходить только через фондовую биржу. Хочешь занять денег – милости прошу на биржу. Выставляй на продажу свои векселя, опционы, свои облигации, и общество накидает тебе донатиков, если сумеешь убедить, что дело твоё не тухлое.

Да, кстати: диктатор Авось запретит акционерным обществам называться обезличено и нейтрально, типа, «Кредит-Финанс-Сервис» или «Строй-Инвест». При диктаторе Авосе названия акционерного общества будут содержать фамилию его ведущего акционера, чтобы общественность знала – с кем имеет дело. Шлейф репутации, который тянется за этой фамилией, будет определять способность (или не способность) занять донатиков на бирже.

Года через три в мировом интернете будут говорить: не ту страну назвали Сингапуром.

Когда Авось станет диктатором на вашем гектаре планеты, то первой своей директивой повелит построить новые тюрьмы. Очень много новых тюрем по всей стране.

Соберёт специальную архитектурную коллегию с привлечением строителей, дизайнеров и выдающихся тюремщиков, и распорядится придумать типовую тюрьму на 50 койко-мест. Это будет яркое, внушительное, выдающееся здание, украшающее собою, а не уродующее городскую среду. Тюрьмы повсеместно будут выглядеть одинаково, узнаваемо, фирменно.

Тираж этих заведений будет огромен – из расчёта 1 тюрьма на 5000 жителей. То есть, на каждый микрорайон крупного города, на каждый посёлок городского типа, по несколько штук на райцентр. То есть, по расчётам Авося, каждый сотый житель нашей страны должен иметь возможность сидеть в тюрьме.

Территориальный принцип будет такой: сидишь по месту преступления.

Диктатор Авось объявит трёхлетний строительный план и авансом назначит виноватых за его невыполнение. Уверен, тюрьмы по всей стране будут сданы в эксплуатацию досрочно.

Сразу после того, как диктатор Авось получит доклад о завершении строительства, он распорядится закрыть все зоны и тюряги старого типа. Эти заведения будут закрыты и разобраны на стройматериалы. Все новые осуждённые будут сидеть в новаторских тюрьмах диктатора Авося, в иных условиях.

Отбывать свои срока горемычные сидельцы будут только исключительно в одиночных камерах – от звонка до звонка. Натворил на «десяточку» — сиди десять лет и думай, сходи с ума, разглядывай свои ногти, читай Марка Аврелия, отжимайся от пола. Любые коллективные формы заключения будут упразднены и запрещены вовеки.

Питание заключённых – за счёт родственников. Государство берёт на себя чай и сухари три раза в день. Среда и пятница – чай только на ужин.

На какой эффект я рассчитываю?

1. Мощный импульс для строительной (кирпичной, шлакоблочной, арматурной) промышленности.

2. Новые рабочие (служебные) места.

3. Упразднение концлагерной формы заключения. Одиночное сидение зеков положит край системе криминального образования и воспитания, отменит иерархическую традицию «мастей» и завершит эру криминальной унификации народа.

Горемычный сиделец будет выходить на свободу хорошенько подумавшим, прочитавшим много книг, без криминальных связей и карточных долгов, без татуировок и дурных навыков.

П.С.

Отставить аплодисменты!

Сейчас вот многие писатели на заборах выражаются в адрес своего приговора – мол, погоди, гадёныш, осень наступит – гнать тебя будем вон! Осенью какого именно года собираются гнать – не уточняется.

Нет, чисто математически, согласно теории игр, ЗЕ когда-нибудь уйдёт на политическую пенсию. Но его избиратели этого уже не увидят. Потому что успеют накрыться крышкой в длинном ящике, и будут отдыхать среди пластмассовых цветов, под звуки Шопена.

Теперь объясню на пальцах – почему ЗЕ переживёт большинство своих избирателей, не покидая своего президентского кресла.

В 2002-2003 году я попал в неприятнейший финансовый переплёт. И вот сижу в летнем кафе под зонтиком напротив известного здания на улице Владимирской, дом 15, и рассказываю милицейскому генералу о своём горе. Мол, так и так, группа рейдеров, сплочённая по этническому признаку, вероломно, без объявления войны, увела у меня жирный кусок буржуазного счастья. Милицейский генерал предложил для начала дать словесный портрет банды. Я ему: двое молодых пидарасов, модные такие, прогрессивные, яркие, а третий – какой-то ветхий мужичок, одет будто нищий, чмо-чмом, вылитый Паниковский, но молодые по имени-отчеству величают его, с уважением. Генерал кивает так, понимающе, и говорит: типа, всё понятно! старая фирменная школа этой этнической группы, когда яркие пидарасы служат как ложные мишени, а тот, кто выглядит подчёркнуто ничтожным и жалким – он и есть самый опасный ...

Редко и практически случайно попадаются мне видеосюжеты с участием ЗЕ, но всякий раз, неизменно я вижу один и тот же образ: немного жалок, вроде как растерян и обескуражен, такое чувство, что кем-то даже обижен, невпопад глаголит, хочет добра и счастья всем за бесплатно, но слаб, как луч закатный, и если суммировать все впечатления, то напоминает мокрого котёнка, которого рука не поднимется взять за ухо и спросить – кто насрал в сахар-песок, а?

Как вы думаете, граждане, если бы такой патентованный актёр, как ЗЕ, захотел бы изобразить раннего ПУ с его «мочить в сортире», то не сумел бы этого сделать? Лично я об актёре Зеленском достаточно высокого мнения, и считаю, что он сыграл бы на голову лучше, чем актёр ПУ. Но не делает этого, а упорно играет мокрого котёнка. Почему, казалось бы?

А потому, что ЗЕ (или его режиссеры) достаточно умен и далеко смотрит. Он и его покровители знают, какой образ нужно выдерживать. Мокрый котёнок – только он имеет перспективу быть понятым и прощённым после того, что он наворотит.

Народ неудачников любит таких же, как он сам, неудачников, поэтому простит ему всё и даст шанс попробовать ещё разок, доказать и показать.

И он вам покажет, каким местом надо бить по клавишам.

Дело, конечно, не в трусиках Красной Шапочки, которые невзначай проглядывают.

И не ради её трусиков я теперь возвращаюсь к теме предыдущего размышления. У меня свои трусы имеются, до колен.

Так вот.

Фильм под вывеской «Шоссе» - это магический топор, обрубающий связь прошлого, откуда мы все родом, и настоящего, в обнимку с которым мы все дружно падаем в будущее. Пророческий фильм изрёк мысль, которая разделит (и уже разделила) всех нас на живых и мертвых.

И не важно, что там в корзинке у девчонки лежало – может, пистолет, а может гигиенические тампоны. В криминальной рамке заводного сюжета, тщательно замаскированный трусиками путешественницы, озвучен манифест поколения, которое только что вошло в мир и нашло в нём дырку от бублика и небо в клеточку.

Глядя на эту дырку, поколение устами Красной Шапочки обещает:

- Мне нужна воля! Убегу отсюда!

Ему, поколению этому, скептически возражают:

- Придётся прикончить охрану ...

Поколение:

- Тебе их жалко? Думаешь, нормальный человек захочет работать в тюрьме? Они извращенцы, все до одного. Если эти гады мне помешают, сильно пожалеют.

(см. от 1:12:00 по таймеру фильма)

Что означает всё это выше сказанное?

А вот что: ко всем героям нашего времени – коммунальным активистам, гоняющим людей из парков и штрафующих за отсутствие памперса на морде, к врачам, делающим приписки по коронавирусу, к депутатам-биороботам, к президентам-резидентам, к министрам-сатанистам, к мухам-журналистам, к полезным идиотам нового порядка, к ростовщикам и гестаповцам – к каждому из них придёт своя Красная Шапочка. И последнее что они услышат в этой жизни, будет звучать соответственно: «Нормальный человек не стал бы делать то, что делал(а) ты». И ноль жалости в её пустых глазах.

Таково пророчество фильма. Что будет с ними дальше – посмотрите «Шоссе». Там версии оплаты по счетам, в ассортименте.

Вот штрихи к портрету известной девицы. И давай попробуем угадать – кто это?

Итак, имеем девицу, отроковицу.

«Я никогда не была счастливой!» – это буквально девиз на её визитке (см. 31:57 по таймеру).

В судьбе этого существа нет ни единого живого места. В принципе, она – конченая. Есть такое впечатление. Ещё по условиям рождения конченая. На этом можно было бы ставить точку, чтобы не мучить её. Но мы упрямо сползаем в яму дальше.

Тупая-претупая девочка-блондинка, любовница негра с отложенной судимостью (её одноклассник, второгодник, наверное).

Он у неё спрашивает: Деньги есть?

Она: нет.

Он даёт ей пистолет – типа, ничего, деньги у тебя будут.

Кстати, нет сомнения, что теперь деньги для путешествия у ней появятся. Ведь криминальные наклонности у девицы буквально в крови.

Мама у неё – тротуарная проститутка, да и наркоманка, в придачу.

Отчим тоже — косячный торчок. Он – тюремный постоялец, убеждённый альфонс, и другими убеждениями не обладает. Наша отроковица опасается поворачиваться к нему спиной, потому что балбес у него не дремлет и всё время выцеливает, гад, под юбочку.

… Такая вот девочка мается жизнью в безликом, депрессионном  американском Зажопске, точно в еловом лесу. И как же ей выжить...

А теперь – вопрос к знатокам! Кто это такая? Кто это, мать её? Мать её и так, и эдак, кто это?

Никого не напоминает? Время пошло! Ну, же, ну! Смелей, разнузданней!

Ииии… Да!

Из-за тюлевой занавески фильма «Шоссе» (1996 год, Мэттью Брайт постарался) выходит наша добрая знакомая — Красная Шапочка. Рекомендую!

Теперь можете себе представить – какими красками заиграет канонический сюжет Шарля Перро, если мы возьмёмся развивать его с такими исходными данными!

Будет Волк – вкрадчивый психопат и маньяк-убийца в одной шкуре, будет странная корзинка в кровавой руке у Красной Шапочки и будут много-много трупов на пути к бабушке.

Мертвецы (за девчонкой вообще-то длинный след убийств):

21-05  Чопер (негр-любовник)

46-40  Боб-маньяк (волк)

1-17-45  женщина-надзиратель

1-18-20  полицейский-надзиратель (убит, но не на смерть)

1-24-00  жена Боба-маньяка (волчица)

1-31-23  бабушка Красной Шапочки

1-31-35  какой-то случайный дедуган, приятель бабушки

1-32-30  Боб-маньяк (волк), вторично

Лесорубы-копы, эти дефективные создания, как всегда нигде не успевают.

Девчонке с корзинкой приходится всё самой...

Куда смотрит режиссёр Мэттью Брайт? Вероятно, туда же, куда и Серый Волк. То есть, на трусики. Одна порода! 

Какие-то бабы в блевательных масках пытались покусать меня, не вынимая лица из-под этих самых масок. Одна – возле платежного терминала Приватбанка, другая – в хлебном магазине, третья просто на тротуаре, когда мы шли встречными курсами и поравнялись. Все три, как сговорившись, предъявили мне: почему я нарушаю закон и не ношу на морде блевательницу? Преодолевая мучительное желание послать их в путешествие к волшебному Шмыгалю, я ответил всем троим нудно и стандартно: «Будешь ругаться – я на тебя чихну сочно, с брызгами вразлёт!». Это помогло – ревностные свидетельницы целебного Шмыгаля убежали быстрее, чем я успел рассмотреть их задницы. Однако, тетки эти меня раздраконили и я решил отомстить им заочно, и таким как они. Этот мой текст – и есть моё мщение. Аз им воздам щас!

Так вот, наши эти дни, когда пустые трамваи зачем-то ездят по рельсам Воскресенки и Троещины, есть эпоха (и даже не эпоха – а эра!) торжества страшных баб. Теперь они могут насладиться историческим своим счастьем, теперь они смогут реваншироваться по полной программе за все века и тысячелетия, когда красивые бабы угнетали их одним своим присутствием на этой дрянной планете, а подлые мужичонки воротили нос в другую сторону, туда, где пиво, рыбалка и накрашенные проститутки в кружевных чулочках.

Говоря об эпохе, и даже об эре, я намекаю о том, что время страшных баб пришло не на сезон, и даже не до следующих выборов ЗЕ. Оно пришло навсегда. Некрасивые бабы – это та страшная сила, которая ценой своей жизни не позволит, чтобы всё вернулось в исходное состояние. Ибо все бабы рождаются разными – или прекрасными, или страшными, или журналистками. Однако, маска-блевательница уравнивает всех.

Ещё вчера любая страшная баба страдала от мысли, что её могут поиметь только в темноте, и только сзади. А теперь любой мужичонка-олигарх, с пьяного глазу посмотрев на марлевую драпировку её лица, вынужден будет думать: там, за тканью, что-то есть! То есть, из вечного источника общественного напряжения страшная баба теперь превращается в игральный автомат. Подходи, прохожий, испытай свою судьбу!

Страшным тёткам, избавленным ныне от унижения собственной внешностью, представляется возможность на многом сэкономить. Теперь им можно не красить губы, ходить без зубов и даже небритыми.

На этих строках меня обожгло внезапное озарение: ставлю бочку дешёвой "Оболони", что среди нас есть такие адепты Шмыгаля, которые даже дома не снимают свой намордник, и даже под одеялом, прилипая к задрапированной своей (или чужой) жене.

Кто станет вождём Солнечного Города – не суть важно. Может, то будет Незнайка, а может, Мурзилка. Может Илья Кива, а может Ольга Шарий. Теперь уже всё может быть.

Главное, это идея – зачем дальше мучить нашу Му-му.

Предлагаю нашу Му-му решительно пощадить, не мучить, накормить и отпустить.

Что для этого надо, как вернуть нашу Му-му к жизни?

1. Произвести увольнение всех гос.служащих всех организаций и проверку их доходов, и расходов всех их родственников до 7 колена. В случае несоответствия - полная конфискация и пожизненное заключение.

До этого не стали бы доводить. Попугали бы, взяли бы клятву, подписанную кровью на Евангелие, и отпустили бы на испытательный срок. До очередных выборов.

Ибо народу выгодно иметь власть, которая его побаивается, и которая вздрагивает от грозного окрика, склонна идти уступки, оправдываться, вихлять, стараться исполнять хоть какие-то обещания, хоть как-то отчитываться, хоть какие-то кости бросать народу на прокорм.

Такой была власть Януковоща и дедушки Азарова. Представляю, как они сейчас кусают локти от того, что были простофилями и лошаками, ботаниками, практически. Ведь этот нарiд оказался таким покладистым, когда на него кладут с прибором.

Нынешние, в отличие от овоща и дедушки, выглядят просто как голограммы, никак не связанные с территорией, где их транслируют, и соответственно, ни на что не реагирующие. И наш нарiд правильно делает, что сидит на попе ровно. Ибо мудрый наш нарiд жопой чует, что эти радужные андроиды глазом даже не моргнут, чтобы санкционировать расправу с недовольными. У них в настройках программы функции такой нет – моргать ...

Так что, ничего уже не поделаешь – сидим дальше, учим приветствие: слава цеЗЕрю!

Среди нас есть человеки, которым сейчас плохо? Есть???

Нет, вы шутите ... Вам ещё не ...

А вот ей (Ниночке И.) действительно было плохо!

Иначе, как объяснить, что ей такое приходило в голову?

***

(из цикла «Дело было вечером»)

Один неумный человек

любил меня весь вечер

Так много говорить нам было не о чем

И он поцеловал мне грудь ...

Другой такой же умный человек

Любил меня немного дольше

Он мир изображал немного тоньше

Но тоже напирал на грудь ...

-----------------------------------------------

Впрочем, это ещё не показатель. По вечерам ничего настоящего сроду не бывало. 

То ли дело утром ...

----------------------------------------

(из цикла «Малевич, сука»)

как будто раздвигаешь
не ножницы, а ноги
как будто бы стреляешь
не в воздух, а в висок
как будто пыль песок
соитие троллейбус
вендетта изморось
и лезвие бумаги -
удел немногих

-----------------------------------------------

Ладно, пошутили и будет ...

Ниночка И. была серьёзная девушка. И оставила нам целую библиотеку поэтических бубликов. Карантин – самое время вспомнить их и читать вместо ужина ...

----------------------------------------

(из цикла «Отдай или отдайся»)

встает и падает — встает
не держится — упал — встает
но встать не может — встал — упал
цепляется — опять упал
опять в поту и вроде как
прилип — вот кажется встает
нет снова падает — а, черт!

Пример Гарри Гаррисона не давал мне покоя.

Слава Богу, не сложилось ...  

Действительность многократно на моём веку опрокинула самые смелые допущения, так что, желание фантазировать у меня отбито напрочь.

Тем не менее, навык смотреть в будущее у меня давно сформирован и продолжает совершенствоваться. Основанием для этого является род моих занятий, которым уже 23 года! Торговля ценными бумагами, да и вообще, любыми биржевыми инструментами, заставляет постоянно прочерчивать «тренд», то есть строить прогноз на обозримое будущее. Когда видишь несколько подряд тенденциозных явлений, то берёшь линеечку и аккуратно соединяешь их лучом, опрокинутым в будущее, которое открывается тебе со всей очевидностью и неизбежностью ...

Итак, мой прогноз. Или пророчество Авося, если хотите ...

1. Карантин будут тянуть, как резинку из трусов, и дотянут до осени. А там, если и попустят немного режим (не отменят, а попустят слегонца!), то к ноябрю возобновят со страшной силой жесточения мер, санкций и наказаний.

Карантин, как метод принуждения нарiда в покорности, показал фантастическую эффективность, и власть от этого уже никогда не откажется. НИКОГДА!

2. Рынки (и вещевые, и продуктовые) уже не получат разрешение на возобновление работы и, как явление, уйдут в область античной истории. Территории, которые под эти рынки отведены, будут ещё до осени отчуждены властными постановлениями и перепрофилированы под государственные (или городские) задачи.

Народная торговля харчами и мелочёвкой никуда не исчезнет, но уйдёт в теневую сферу, займёт одну уголовную нишу с наркоторговлей.

3. Онлайн-обучение школьников будет объявлено удачным экспериментом, и школы, какими мы их знаем, уйдут в утиль, быстро и навсегда. Той же дорожкой, что торговые рынки.

4. Нахождения граждан на улице без документов (или без смартфонов) власти больше не допустят. Потеря того или другого будет носить для человека катастрофический характер. Процесс и условия восстановления документов будут усложнены новыми, биометрическими требованиями идентификации, в том числе, медицинского свойства (пройти комплексное тест-обследование, сделать обязательные прививки, сдать кровь, получить справку психиатра, справку дермато-венеролога, справку из банка спермы и и.д.).

5. Цены метрополитена (для Киева) по осени взлетят вплоть до 20 грн. При этом, пользование общественным транспортом больше никогда не будет безусловным. Какие ограничения и условия установят – увидим. С позиций того, к чему мы привыкли, они будут нереальными. Тем не менее, выбора гражданам никто не оставит. Соответствуй, или ходи пешком. На этом фоне, немного приподнимется торговля велосипедами и роликовыми коньками. Но то уже будет чисто рефлексия выживальщиков, не на долго.

6. Чиновники высшего звена будут мелькать, как лопасти пропеллера, уходя, приходя, меняясь местами. Единственной константой будет Ze. Украина не избавится от него уже никогда, ибо нарiд (кто останется в живых) изберёт его снова, чисто по любви, причём взаимной ...