Добавьте сюда извинительную слабость к украинскому пиву, отечественному хоккею и крепким американским детективам.

Если вам удалось всё вышеперечисленное вообразить, представить и добавить - будьте уверены, что перед вашим мысленным взором предстал Иван Гаврилыч Пупышев собственной персоной.

Да, таков он и был.

Присовокупите сюда и тот немаловажный факт, что взглядов наш герой придерживался самых что ни на есть атеистических.

Люди старшего поколения ещё помнят те времена, когда живого атеиста можно было встретить буквально на улице, да притом никто бы тому не подивился - настолько привычным казалось такое явление.

Именно в это время и жил Иван Гаврилыч.

Атеистом он был матёрым, закоренелым и упёртым.

На прямой вопрос: "есть ли Бог?" он бы не стал, поверьте, юлить в духе нынешних псевдоатеистических рудиментов с их вечными "смотря какого бога вы имеете в виду" или "в каком-то смысле, может быть, и не так чтобы очень". О, Иван Гаврилыч ответствовал бы прямо: "бога нет!", причём сделал бы это с убеждённостью естествоиспытателя, доподлинно и самолично установившего сей факт. Более того, касаясь упомянутой темы, господин Пупышев непременно считал нужным добавить пару нелицеприятных слов в адрес служителей Церкви, испокон веков обманывающих простой народ, высасывая из того последние крохи, дурача, воруя и обирая.

Попов и прочих "церковников" Иван Гаврилыч на дух не переносил, так что даже если жена, щёлкая телеканалами, попадала на какого-нибудь священнослужителя, к примеру, дающего интервью, он немедленно требовал переключить программу. Из всего, хоть отдалённо связанного с Церковью, Иван Гаврилыч любил лишь анекдоты "про попов", их он частенько рассказывал к месту и не к месту.

Но довольно об этом. Цель нашей истории - поведать о том, как атеист Пупышев умер, посему ограничимся лишь фактами, имеющими к делу самое непосредственное отношение.

Виной всему была чёрная кошка. В то роковое майское утро Пупышев, по обыкновению, шёл на работу, и вдруг дорогу ему перебежала она самая. Сиамская. Как и все настоящие атеисты, Иван Гаврилыч был страшно суеверен, поэтому невольно замедлил шаг. Помянув про себя недобрым словом оригиналов-котоводов, которые из всего разнообразия кошачьих окрасов с маниакальным упорством выбирают чёрный цвет, он подумал, что, свернув здесь резко налево, можно, пожалуй, даже быстрее выйти к остановке... но тут боковым зрением заметил, что проклятая сиамка, будто читая его мысли, повернулась и перебежала путь слева.

Мысленно выругавшись, Иван Гаврилыч проследил взглядом за вредным животным и, к своему изумлению, стал свидетелем необычайного поведения: отбежав чуть по левой стороне, под цветущей черёмухой, кошка снова повернулась и вторично перебежала через тротуар и дорогу, отрезав таким образом, и путь назад. Но и этим дело не кончилось - на той стороне улицы сиамка ещё раз проделала тот же трюк - так Иван Гаврилыч оказался в квадрате перебежек чёрной кошки.

Такое происшествие его неприятно удивило - ни о чём подобном ему не доводилось слышать, более того, в зловещем стечении обстоятельств на миг почудилось проявление чьей-то разумной воли... Отмахнувшись от неуютных мыслей, доктор Пупышев в сердцах плюнул (три раза через левое плечо) и решительно продолжил путь вперёд, не думая о последствиях.

Однако последствия не заставили себя ждать.

А случилось вот что: когда, уже после работы, Иван Гаврилыч, закупив продуктов (а также бутылочку любимого пива и газету "СпортЭкспресс") выходил из магазина, к нему подошёл сильно подвыпивший субъект с оплывшим от плохой работы печени лицом и промычал:

- Б-батюшка... м-мне бы это... поисповедаться...

Поперву Иван Гаврилыч даже не сообразил, о чём речь, настолько всё оказалось неожиданным. Пьяница тем временем продолжал:

- Надо, б...я. Понимаешь, отец, эти с...и совсем з...ли, не могу так больше... надо мне... исповедуй, а?

- Вы ошиблись, я не священник, - необычайная кротость ответа объяснялась тем изумлением, в которое повергли Пупышева сложившиеся обстоятельства.

- Ну чё те, жалко? - возмутился собеседник, дыша перегаром. - Впадлу, да? Я чё, не человек, что ли?

- Не знаю, человек вы или нет, но я уж точно не священник! - огрызнулся Пупышев и решительно зашагал прочь. Эти слова показались ему весьма удачным ответом, жаль, впечатление смазали посланные в спину матюги.

Домой Иван Гаврилыч явился в состоянии лёгкой задумчивости.

- Представляешь, сегодня какая-то пьянь меня за попа приняла! - пожаловался он жене за обедом.

Госпожа Пупышева от этого известия пришла в такой неописуемый восторг, что едва не подавилась котлеткою, и ещё минуты три содрогалась от взрывов гомерического хохота. Иван Гаврилыч ощутил при этом сильное неудовольствие, но счёл за лучшее не показывать виду, он вообще, к слову сказать, не любил внешне проявлять чувства без крайней на то необходимости.

Отсмеявшись, Ирина Сергеевна - а именно так звали супругу нашего героя - заметила, что причина, должно быть, в роскошной бороде Ивана Гаврилыча.

- Скажешь тоже, - буркнул тот, но вечером, в ванной, стоя перед зеркалом, внимательно осмотрел именно эту часть лица.

Надо сказать, что бороду наш герой носил с тех самых пор, как она принялась расти. Тому была веская причина, а именно, некоторый дефект нижней части лица, по какому поводу Ивану Гаврилычу даже в армии дозволялось не бриться. За четверть века он сжился с бородой, она стала частью его личности, пожалуй, наш доктор как никто другой понял бы древних русичей, по законам которых за вырванный в драке клок бороды полагалась большая вира, чем за отрубленный палец. Конечно, за минувшие годы пластическая хирургия стала много доступнее, и Пупышев почти наверняка знал, что злосчастный дефект, который вызывал столько комплексов в юности, ныне без труда можно исправить...

Но с какой стати?

Почему из-за какого-то пьяницы он должен отказаться от собственной внешности? Что за абсурд? Неужто одни попы с бородами ходят? Вон, Дарвин с бородой был. И дед Мороз... И... кто-то из правительства тоже... А уж среди светил медицины сколько бородатых! Сеченов! Боткин! Пастер! Серебровский! Павлов! Эрлих! Кох! Фрейд! Да что говорить - Маркс, Энгельс, Ленин - и те с бородами ходили, да ещё с какими! Небось, к Ильичу на улице пьянь не цеплялась и не канючила: "б-батюшка, б-батюшка..." Волевым усилием Иван Гаврилыч заставил себя забыть о неприятном инциденте и связанных с ним размышлениях. Идиотов в мире много, немудрено, если одному из них в проходящем мимо враче померещится священник. А кошка... ну, кто их знает, может, по весне они всегда так делают, метят территорию или ещё что-нибудь... А те анекдоты вчерашние... нет, это совсем тут ни при чём.

Таким образом, искусство игнорировать или выгодно перетолковывать неудобные факты, столь виртуозно развитое у всех атеистов, в очередной раз пришло нашему герою на помощь.

Увы, ненадолго. Может быть, Ивану Гаврилычу удалось забыть о неприятностях, но вот неприятности не забыли о нём.

С того раза не прошло и месяца. Усталый Пупышев возвращался со смены и, покинув бетонную утробу метрополитена, стоял рядом с облезлой остановкой, поджидая автобус. Приблизиться к остановке, как и остальным людям, ему мешала элементарная брезгливость - на скамейке, усыпанный тополиным пухом, сидел бомж, источая немыслимое зловоние.

Дабы не оскорблять взора своего лицезрением столь неаппетитной картины, Иван Гаврилыч стал к нему спиной и погрузился в собственные мысли о вещах, не имеющих прямого отношения к нашей истории. Так он погружался, покуда не вывел его из задумчивости сиплый оклик сзади:

- Бать, а бать!

Иван Гаврилыч совершенно машинально обернулся, чтобы поглядеть, к кому это так диковинно обращаются, и тут же вздрогнул: бомж глядел прямо на него!

- Э... ваше преосвященство... - просипел тот, - подкинь десяточку, а?

Пупышев лишился дара речи. Только и хватало его сил, чтобы стоять столпом, ошалело моргая.

- Ну, не жмись, бать... - продолжал бомж, покачиваясь. - Бог велел делиться...

Не проронив ни слова, Иван Гаврилыч попятился, потом зашагал всё стремительнее, прочь от остановки, а вослед ему неслись хриплые проклятья:

- Уу... церковник драный... десятки пожалел! Испокон веков простой народ обирают... а как самому дать, так зажлобился!

Ивану Гаврилычу казалось, будто все люди с остановки смотрят ему вослед, эти взгляды жгли спину, и он не решился пользоваться транспортом, а побрёл дворами. Войдя в квартиру, скинув плащ и разувшись, Пупышев немедленно заперся в ванной. В хмуром молчании разглядывал он своё лицо, и в анфас, и в профиль, и забирал бороду в кулак, прикидывая, каково выйдет без неё...

Мужчины, не носившие бороды, либо отпускавшие её нерегулярно, никогда не поймут, как немыслимо тяжело расстаться с этим украшением лица тому, кто свыкся с ним за многие годы. Это всё равно, как если бы заставить приличного человека всюду ходить без штанов, в одном исподнем - и на людях, и в транспорте, и на работе... Кошмар! Однако Иван Гаврилыч пребывал в столь смятенном состоянии духа, что готов был и на такой отчаянный шаг. Вспомнив поговорку: "что у трезвого на уме, то у пьяного на языке", он с ужасом понял, что эти два пьяницы, вероятно, лишь озвучили то, о чём думали многие незнакомые или малознакомые с ним люди! Его, убеждённого атеиста, принимали за попа! Да ещё при столь циничных обстоятельствах!

Он был готов сбрить бороду немедленно, если бы не один нюанс.

Даже среди православных не все священники носят бороду. А если взять католиков, так их патеры и вовсе бритые ходят принципиально. И что же? Пойти на чудовищную жертву, выбросить кучу денег на операцию, не один месяц лгать о причинах жене, дочке, коллегам и друзьям - только для того, чтобы очередная пьянь опять прицепилась: "патер... ксендз, дай десятку!"

Иван Гаврилыч сжал кулаки и плюнул в раковину с досады.

Он почувствовал себя персонажем чьей-то шутки. Почти осязаемо ощутил, как кто-то улыбается, глядя на него из незримых далей. Кто-то, кто знает всё происходящее столь же хорошо, что и Пупышев... Кто-то, кто, по-видимому, находит всё это забавным... Иван Гаврилыч судорожно вздохнул и отвернулся от зеркала. Чувство глубокой личной обиды к отрицаемому Богу, знакомое каждому убеждённому атеисту, больно кольнуло его "несуществующую" душу.

Как бы то ни было, но анекдоты "про попов" Иван Гаврилыч с этого дня рассказывать перестал, и даже когда кто-то другой в его присутствии рассказывал, уже не смеялся. Хотя супруга то и дело подкалывала его, называя то "моим попиком", то "святым отцом"... Стал он задумчив более обычного и оттого даже несколько рассеян. На улице старался появляться как можно реже, ибо не в силах был избавиться от назойливых мыслей: принимают ли окружающие его за попа? Какую бы мину состроить, чтобы не принимали? И - как бы повёл себя настоящий поп на его месте?

Стоит ли говорить, что бомжей и лиц, находящихся в подпитии, доктор обходил теперь за версту?

Не помогло.

В тёплый сентябрьский полдень, шурша опавшими на асфальт листьями, к нему подошёл интеллигентного вида мужчина. Не пьяница и не бомж - иначе Иван Гаврилыч не попался бы! - вполне приличный с виду человек, хоть и одетый бедно.

- Добрый день, простите покорнейше за беспокойство...

Пришлось остановиться. Пупышев минуты две недоумённо вслушивался в обволакивающую речь незнакомца, который назвался архитектором и беженцем из Казахстана, зачем-то перечислил основные проекты, над которыми работал, пожаловался на социальные и экономические потрясения, жизненные невзгоды и, наконец, перешёл к главному:

- Батюшка, неудобно просить, но крайне нуждаюсь...

- Я вам не батюшка! - взвился Иван Гаврилыч, заслышав ненавистное слово.

- Да-да. Конечно. - послушно кивнул собеседник и коснулся рукою своей груди. - Поверьте, я никогда не думал, что мне придётся вот так побираться, жить на вокзале... но я хотя бы слежу за собой ... каждый день привожу в порядок, не хочется опускаться, понимаете... Мне бы до вторника продержаться, а там у меня назначено собеседование... Дико сверкая глазами, доктор запустил руку во внутренний карман пиджака и, не глядя, вытащил сторублёвую купюру. За всю жизнь он не подал попрошайкам и десятой части этой суммы. Лицо архитектора-беженца заметно оживилось, тонкие пальцы потянулись за купюрой, однако Пупышев не спешил с ней расстаться.

- Скажи-ка мне, голубчик, - вкрадчиво заговорил Иван Гаврилыч, не сводя с попрошайки пронзительного взгляда, - что именно в моём облике навело тебя на мысль, будто я - священник?

- Ну... - архитектор пожал плечами. - Лицо у вас особенное. Одухотворённое. У нас на такие вещи чутьё. Спасибо, батюшка! Век не забуду вашей доброты... С этими словами казахский беженец подозрительно ловко извлёк из ослабевшей ладони Пупышева купюру и бойко зашагал вдаль.

А Иван Гаврилыч стоял посреди дороги с изменившимся лицом и глядел в светлое небо, обрамлённое жёлтеющими кронами тополей. Люди проходили мимо, удивлённо оглядывались, но ничто из окружающего мира в этот момент не могло его поколебать. Парадоксальная связь между явлениями предельно разных масштабов открылась ему во всей простоте и неотвратимости...

Наконец он склонился, помрачнев. Решение было принято. Тем же вечером, скрипя зубами, Иван Гаврилыч дошёл до ближайшей церкви, благо, искать её не пришлось - золотые купола уже не один год мозолили глаза всякий раз, когда он выходил на балкон покурить.

Внутри оказалось темно, пахло деревом и душистым дымом. Округлые линии сводов, позолота подсвечников, сдержанные краски икон и фресок раздражали намного меньше, чем доктор полагал до прихода сюда. Можно даже сказать, совсем не раздражали. И всё равно Иван Гаврилыч чувствовал себя весьма неуютно в этом просторном зале со множеством строгих лиц на стенах, которые, казалось, рассматривали его не менее внимательно, чем он их.

К нему подошла сутулая женщина в платке и зелёном халате, чтобы сообщить:

- Батюшка сейчас придёт.

На ключевом слове Иван Гаврилыч вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Внимание к своей персоне несколько насторожило. Уж не принимают ли его и здесь за священника? Минут через пять из стены с иконами впереди открылась дверца, откуда вышел молодой священник в особой, чёрной одежде и с большим крестом на груди. Сутулая женщина, чистившая подсвечники, что-то буркнула ему, и поп направился к посетителю.

- Добрый вечер. Что вы хотели?

У священника был очень усталый вид и при этом на редкость живые глаза. Иван Гаврилыч подумал, что "батюшка" ему, пожалуй, в сыновья годится. А борода поповская, кстати, оказалась весьма куцей.

- Здравствуйте, - слова Пупышеву давались здесь на удивление тяжело. - Передайте Ему, что я всё понял. Не надо больше.

- Простите, кому передать?

- Ему! - Иван Гаврилыч сдержанно кивнул в сторону иконы. - Я понял. Кошка была ни при чём. Только затравка. Анекдоты. Да. Он не любит, когда про Него анекдоты... хотя я же ведь несерьёзно... так, ребячьи забавы... А Он, значит, мою жизнь анекдотом решил сделать... Это... Да... Скажите Ему, что я больше не буду... Пожалуйста, хватит...

- То есть, вы хотите поисповедаться? - заключил священник и, не дав Ивану Гаврилычу возразить, продолжил: - А вы крещены?

- Нет. - Пупышев удивился вопросу. - Я атеист.

- В самом деле? - пришла очередь удивляться священнику. - Не похоже.

Эти слова задели Ивана Гаврилыча сильнее, чем он готов был признать.

Во время вышеописанных злоключений незаметно для себя наш герой перешёл с позиции атеизма упёртого ("Бога нет, потому что я так сказал") к позиции атеизма умеренного ("я Тебя не трогаю, и Ты меня не трогай") и вдруг растерялся, когда получил просимое. Едва он вышел из церкви, тотчас ощутил, что никто больше его за священника не примет. Это знание засело очень глубоко, подобно знанию о том, что у человека пять пальцев на руке, один нос и два глаза. И даже супруга внезапно перестала подшучивать над ним - вот уж действительно фантастика! Чудо как оно есть!

Но ни радости, ни облегчения не было. Напротив. Тот факт, что атеистическое мировоззрение, ставя человеческую жизнь (прежде всего, собственную) на пьедестал высшей ценности, одновременно делает её чудовищно бессмысленной, придавил разум Ивана Гаврилыча могильной плитой и чёрным ядом отравил мысли. Собственная жизнь предстала однообразной чехардой привычных повинностей и пресных развлечений, слетевшим с обода колесом, несущимся под откос, в болотную жижу или просто сырую, червивую землю, которая в положенный срок равнодушно поглотит кусок разлагающегося мяса - всё, что останется от него после смерти...

И одновременно рядом, только шагни, - иная реальность, несоизмеримо величайшая в своей чарующей осмысленности и преизбытке подлинной жизни... Иван Гаврилыч стал замкнут. Много думал, читал книги, каковых прежде в его доме не появлялось, всё чаще заходил в церквушку, пару раз беседовал с отцом Мефодием и снова думал, и сидел на кухне ночами, "жёг свет", как ворчала Ирина Сергеевна... И по мере этого с каждым часом атеист Пупышев всё больше хирел и чах... Пока в один прекрасный день не умер.

Это был действительно прекрасный ноябрьский день, какие редко выпадают поздней осенью. По небу плыли высокие облака, воробьи чирикали на крыше церкви, тополя тянули вверх голые ветви, предвкушая таинство весеннего воскресения... В краткой проповеди перед крещением отец Мефодий упомянул евангельские слова об ангелах, радующихся каждой спасённой душе, подчеркнув, что поэтому каждое обращение, обретение Бога есть событие поистине космического масштаба...

И вот здесь, прямо у святой купели, атеист Пупышев умер. Окончательно и бесповоротно. Из купели вышел раб Божий Иоанн, но это уже, как говорится, совсем другая история...

Ко Дню Вооруженных сил украинских миротворцев в Либерии наградили медалями ООН. Солдат 56-го вертолетного отряда поздравила спецпредставитель Генерального секретаря организации. Награды за миротворческую миссию есть и у Сергея Гусака. Он служил в Ираке. Вдали от дома, помогал другим. Теперь сам нуждается в помощи. Тяжело раненый в бою, Сергей перенес множество операций. Но не теряет надежды и продолжает бороться за жизнь, которая превратилась в сплошную боль. Рассказывает, Наталья Грищенко. Югославия, Кувейт, Ирак. С девяносто шестого он был участником миротворческих миссий. На этих фото Сергей - бравый военный. А вот так выглядит сейчас. Все произошло в октябре 2003-го, под Эс-Сувейрой. Патруль, которым командовал Сергей Гусак, попал под обстрел. Сергей Гусак, подполковник Вооруженных Сил Украины в отставке: - Руку оторвало. Не боль, а такое состояние, как будто кипятком ошпарили. Я раненый еще управлял боем до прихода наших. На снимках все, что осталось от бронежилета Сергея. С ранением глаз и руки, он спас от смерти четырнадцать солдат. Но сам стал инвалидом. Наталья Грищенко, корреспондент: - В общей сложности, офицер Вооруженных сил Сергей Гусак перенес более тридцати операций. В две тысячи шестом перешел под наблюдение Днепропетровского военного госпиталя. Сейчас Сергей почти слепой, даже лучшие хирурги не смогли извлечь все осколки из глаз. Не двигается рука - держится на металлической спице. Евгений Герасименко, начальник хирургического отделения Днепропетровского военного госпиталя: - Многооскольчатое ранение всей левой половины грудной клетки. В пределах 20-30 осколков на сегодняшний день у него еще осталось. Несколько лет назад надежда на выздоровление была. Минобороны США предлагало бесплатно прооперировать глаза и протезировать сустав. Все, что требовалось от украинской стороны - не отправлять Сергея в отставку, и выдать справку, что он действующий военнослужащий. Сергей Гусак, подполковник Вооруженных Сил Украины в отставке: - Был день миротворца, я подошел к Гриценко. Говорю: так и так, вот такой вопрос. Он на тот момент мне ответил: мне здоровых девать некуда, а вас, инвалида, и подавно. Операции, которые в США предлагали сделать бесплатно, в Украине невозможны даже за деньги. Алексей Маслак, главный врач Новомосковского центра медико-санитарной помощи: - Операции по имплантированию искусственного сустава плечевого в Украине, в лечебных учреждениях, не производятся. Операцию по пересадке роговицы правого глаза провести в Украине тоже невозможно. Без обезболивающих Сергей не живет. Пенсии подполковника в отставке, а это 3 тысячи гривен, не хватает даже на эти препараты. А на операции стоимостью 300 тысяч долларов и подавно. Чтобы помочь Сергею, его сослуживцы организовали акцию и просят неравнодушных откликнуться.

Наталья Грищенко, Евгений Коденцов, Подробности, Телеканал "Интер", Днепропетровская область.

Счет

29246800007020 У ПАТ КБ "Надра", МФО 306016, ЕД ЕДРПОУ 25842763, КА Карточный счет 80618166 ГУ Гусак Сергій Миколайович Телефон - 097 624 02 41

источник

Ещё посмотрите здесь и здесь.А главное какие иногда попадаются комментарии.И пишут ,наверное те,кто на месте бы таких боевых действий не раз бы сменил бельё,сами знаете какое.Таких и здесь не мало.

Давайте поможем земляку!!!!!!!!!!!!

На том этаже телецентра, где мы ожидали записи передачи и прогуливались по коридору, было очень людно. Видимо Украина продолжала искать таланты, и почти голые девицы, совсем еще юные, в ожидании вызова на сцену хлопали накрашенными ресницами, шумели в гримерках, выбегали на перекур, тараторили с друзьями и родителями, прижав мобильники к уху. Нас было двое, и мы коротали время в занимательном разговоре. Моим собеседником был знаток Ветхого Завета, и мы, мысленно открывая сундук библейских сокровищ, перебирали отдельные драгоценности, наслаждаясь их красотой. Надпись «Идет запись» еще была темна над нашей студией. О чем мы только не говорили тогда: о благословениях, данных умирающим Иаковом сыновьям, о красной телице, о пропавших без вести десяти коленах, о первом Храме. Каким-то боком разговор наш зацепил и тему Содома. Содом это дело ясное, казалось мне. Неестественный блуд, грубое насилие, мужеложство, вот его яркие признаки. Оказалось, что не только в этом дело. В который раз оказалось, что мы можем привычно думать о чем-то, и считать дело ясным и до конца решенным, тогда как дело и неясно, и не решено, и нами до конца не выяснено. «Содом это не просто половая содомия, то есть извращение половой жизни», - говорил мой знакомый. «Половая содомия есть лишь часть общей содомии, причем побочная часть» «А что значит «общая содомия»? – спросил я, по правде сказать, недоумевая. «Это извращение всех вообще сторон жизни и потеря человеческого облика. Сильнее всего это извращение проявляется в утрате способности отличать добро от зла и, как следствие, в извращении правосудия. Несправедливость в судах, тотальная, вопиющая и невыносимая несправедливость, это такой же фактор Содома, как половая страсть мужчины к мужчине» Мы разговаривали на ходу, медленно прохаживаясь между кандидатками в «звезды», огибая их и иногда невольно слегка с ними сталкиваясь.

«Вот эти девочки, к примеру», - продолжал мой собеседник. «Они ходят голые среди мужчин, которые им не отцы и не мужья. И при этом думают, что так и надо. Это – Содом. Они потеряли чувство меры, чувство стыда, чувство справедливости. С этим согласны их родители. И все это – Содом. Попробуйте сказать им, что они ведут себя нечестиво, что они развратницы и позор своих семейств. Они набросятся на вас, как стая птиц на падаль, они съедят вас, и вы ничего не сможете им ни доказать, ни объяснить. Это и есть Содом. Их родители, кстати, поступят с вами так же» Тут я начал вспоминать все, что читал в Писании о вещах, подобного рода. «У тебя был лоб блудницы, ты отбросила стыд» (Иер. 3:3) «Выражение лиц их свидетельствует против них, и о грехе своем они рассказывают открыто, как Содомляне, не скрывают: горе душе их! Ибо сами на себя навлекают зло» (Ис. 3:9) Грешить и не краснеть, хвалиться грехом, зарабатывать на беззакониях, вот – Содом. И это еще далеко не все. Многие вещи сокрыты ночным мраком. Для того они и творятся ночью. Но люди теряют стыд, и свет слова вносят туда, где должно быть темно. Они смеются и говорят открыто о грехах своих. Они гордятся грехами, словно это – победы на поле боя, и это – содомское сознание. Я всегда скрыто чувствовал это, а теперь стал не просто чувствовать, но думать. Мы продолжили разговор. Древнее предание говорит, что четверо судей было в Содоме: Шакрой, Шакрурай, Зайфой и Мацли-дин. Первые двое получили имя от слова «шекер», то есть «ложь». Третий - от слова «зайфон», то есть «подделыватель», а имя четвертого означает «извращающий правосудие». Извращенное правосудие – вот Содом. Тебя ограбили, но ты же еще и должен, это – Содом. Ты обратился в суд и обнищал от судебных издержек, но правды так и не добился, это – Содом. У тебя отобрали имущество, лишили наследства, или сбили на дорогой машине, но ты же и оказался виноват – вот тебе настоящий Содом, без всякого отношения к половым пакостям. Это потом неправедные судьи, обмывая очередную «победу», будут смеяться над жертвой, упиваться и в пьяном виде творить пакости. Эти-то пакости мы и называем «содомом», но сам «содом», это то, что творится раньше, то есть беззаконие. Жестокость, бесчеловечие – признаки извращенного бытия. «Вы», - говорил Исайя, - «присоединяете дом к дому и выгоняете бедняка. Как будто вы одни живете на земле» И он же говорил, что если бы Господь не сохранил Израилю остатка, то израильтяне были бы, как Содом, уподобились бы Гоморре. Ъ Бесчеловечие, обман, тотальная жестокость – вот родовые признаки Содома, и мы в нем живем. Да, к счастью, однополые забавы и половая гнусь культурно все еще далеки от нас. Но не только в этом дело. В роскоши и грабеже – Содом; в злой неправде – Содом. А уж там, за высоким забором Содомского дворца, выстроенного на слезах безответных жителей земли, никто не помешает поселиться и всякому половому извращению. Так оно и бывает. Так оно и есть. Воплощенный, актуализированный Содом, это «Колымские рассказы» Шаламова, где урка играет в карты на свитер, только что присланный с воли соседу по нарам. Урка проигрывает чужой свитер, а человек согласен снять его только вместе с кожей. Человека молча и спокойно режут насмерть, и снимают с него свитер, и продолжают дальше играть. И эта будничная картина есть картина Содома, даже не смотря на отсутствие в кадре всякого намека на педерастию. И когда интеллигент «тискает роман» блатному авторитету, то есть, стоя на цырлах по понятиям излагает смысл классического произведения, будь то «Ромео и Джульетта» или «Фауст» блатному авторитету, то это тоже Содом. Этот несчастный интеллигент может еще и, рассказывая, пятки чесать этому самому авторитету, зарабатывая часть блатной пайки, и это уже совсем сравнить не с чем. Педерастии может не быть, а Содом есть, и он очевиден. Это не апология половых извращений. Да не будет! Это попытка расширить понимание проблемы до ее истинных размеров, а не до локальных границ, установленных произвольно. Содом - не просто извращенный блуд, но целиком извращенная жизнь, и лишь тогда, как неизбежный плод ее, извращенная половая жизнь. Ибо, как и остаться неизвращенной половой сфере жизни, если вся жизнь вообще извращена? Вот доктор Беттельгейм в книге «Просвещенное сердце» описывает случай в концлагере. Эсесовец замечает двух работяг, работающих в полсилы. Он закипает гневом и приказывает этим двум копать могилу и лечь в нее. Те исполняют. Потом эсесовец ищет исполнителя казни, и находит взглядом некоего польского князя из «бывших». (Люди с отметиной благородства в Содоме выживают хуже всех. Их быстро замечают и быстро уничтожают. Содому нужны только представители усредненного человечества) - Закапывай их, - говорит офицер бывшему князю. - Не буду, - отвечает узник. Следует удар прикладом в лицо. - Закапывай! - Не буду. Еще удар. Поляк непреклонен. «Хорошо», - говорит офицер. «Вы двое – марш наверх». Те вылазят. «Ложись!», - звучит команда, и поляк ложится на место тех двух. «Закапывайте его!» Приказ обращен к тем двум, которые только что лежали в вырытой ими могиле. Они бодро забрасывают землей поляка. Когда тот уже совсем покрыт комьями грунта, звучит команда: «Хальт!» «Ты», - обращаясь к поляку, говорит немец, - «Вылезай» «Вы двое – обратно в могилу!» «Закапывай их», - опять говорит поляку немец. И на сей раз, только что вылезший из земли поляк, закапывает этих двух до конца, до смерти, под завязку. Цель достигнута. Цель – не просто убить одного человека, а сломать другого человека и заставить людей убивать друг друга. Это – Содом. Это умное и холодное торжество зла. Когда человечество доходит до подобных стадий развращения, то оно, человечество, уже, как правило, не лечится. Или лечится, но только обильным кровопусканием. Только большая кровь лечит великое развращение, и здесь объяснение и Всемирного потопа, и огня, пролитого на Содом и Гоморру. Здесь указание на то, почему кровавые конфликты по временам трясут Вселенную. Бытовой Содом тому причиной, и кто не хочет большого кровопускания, тот должен стремиться к нравственному очищению. Иначе всякая человеческая неправда неумолимо приводит к катастрофе, так же, как все сточные воды, несущие кал и грязь, стекают в канализацию. Мы, в лице педерастии, ненавидим лишь одну маску Содома, но вполне уживаемся с другими его образами и лицами. Мы презираем тех мужчин, которые…. Не будем описывать то, что делают эти, якобы, мужчины. Но это не единственная форма воплощения содомского сознания. Неправда в суде, злая радость о чужом горе и унижении, обогащение на слезах простого человека, все это – Содом и только Содом. И наказание этим извращениям соответствующее. Голых девчонок продолжали вызывать на сцену, и они, окрыленные позорной и несбыточной надеждой, на сцене продолжали плясать. А мы ходили среди живого Содома и рассуждали о нем же, то ужасаясь действительности, то удивляясь глубине Божественного слова. Ведь действительно с трудом на голову налазит та мысль, что содомитов плодят не только ночные клубы и бары по интересам, но также юридические ВУЗы и прочие подобные инстанции. Вскоре администратор позвал в студию и нас. Наступила время записи передачи, на которую мы пришли. Над входной дверью зажглась надпись «Тихо! Идет съемка» Кинокамера уже не стрекочет. Бесшумно работает цифра, и перед лицом Господа Саваофа пишется памятная книга обо всем, что творится на лице Земли. А мы живем внутри Содома и настолько свыклись с этим, что уже не замечаем большей части извращений и несправедливостей. И если можно хоть что-то изменить, то нужно менять ветхое на новое как можно быстрее. А если нельзя ничего изменить, тот нужно хотя бы хранить веру и не отчаиваться, потому что «праведный верою жив будет, а если кто поколеблется, не благоволит к тому душа Моя» (Евр. 10:38)

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/50163.htm

В сети появился очередной мошеннический ресурс http://www.halamendikromka.ru  материалы которого украдены здесь http://www.romka.com.ua. Изменены контакты, и собственно, реквизиты. Жалобы, мною отправленные на сайт хостера и руководству компании - остались без внимания - сайт как жил так и живет своей жизнью, т.к. хостер просто покрывает мошенника, тем самым соучаствуя в мошенничестве. Просьба читателям сайта помочь жалобами хостеру или другими методами - прикрыть мошенника. Вот его, вероятно, не до конца липовые контакты: Солопов Евгений,  Тел: +7 (903) 339 62 49, E-mail:ewgen.solopoff@yandex.ru (карточка в Сбербанке открыта именно на эту фамилию)

Пожаловаться хостеру можно здесь или здесь

Напомню, что Рома давно закончил лечение и находится дома (о чем указано на его страничке "в Старых просьбах"). Никакой сбор средств на него уже давно не проводиться. Сайт   romka.com.ua давно не обновляется. 

источник:http://www.donor.org.ua/index.php?module=arnews&act=show&c=1&id=10871

Семья – это единое тело, и часто духовный груз, который на ней лежит, распределяется между ее членами неравномерно. Случается, что дети несут непосильный груз и расплачиваются своим здоровьем за грехи и ошибки родителей.

В одной знакомой мне семье был такой случай. Девочка семи лет тяжело болела, высокая температура долго не отступала, врачи не могли поставить диагноз, и родители были на грани отчаяния. И их мама, бабушка девочки, передала слова одного священника: девочка, мол, потому болеет, что вы не исповедуетесь и не причащаетесь и ваши грехи ложатся на ребенка. Это глубоко тронуло отца и мать, они стали ходить в храм, принесли покаяние, стали причащаться и исправлять свою жизнь. Болезнь отступила. Она была тем попущением Божиим, через которое вся семья воцерковилась.

Люди иногда задаются вопросом: за что страдают дети? Ну – мы, грешные... Это, кстати, один из главных вопросов у Достоевского. Вспомним "Братьев Карамазовых". С точки зрения человеческой справедливости, этот вопрос неразрешим. Ответ на него дается только в перспективе вечности, в судьбах Божиих. Федор Михайлович это понял только после смерти собственного сына, когда поехал за утешением в Оптину пустынь и беседовал со святым старцем Амвросием, а окончательно уразумел духовный смысл невинных страданий лишь перед собственной кончиной.

Сейчас мне часто приходится бывать в одном из московских детских домов для умственно отсталых детей. Многие из них не встают с постели, от многих, как от тяжело больных, отказались родители; здесь дети с тяжелыми пороками развития, все они тяжко страдают, хотя многие из них, по блаженству своему, этого и не сознают. В этот дом вступаешь, как на адово дно, но именно здесь можно почувствовать сладость рая сердец, живущих с Богом. Здесь много детей, ходящих в церковь и любящих Господа.

Первое, что сделал Господь после Своей крестной смерти, – Он сошел во ад. Первое, что должен сделать сораспявшийся Богу человек, – сойти вместе с Ним во ад своей собственной жизни и помыслов.

Кто приходит сюда, в этот детский дом, тот остается здесь навсегда.

Ребенок и страдание. Как это осмыслить, как понести?

Побывав в детском доме, уходишь с ощущением, что, может быть, этот мир, который враг рода человеческого стремится превратить в сплошной "диснейленд" с жующими и улыбающимися до ушей, бессмысленно счастливыми роботами, этот падший порнографический мир еще держится только потому, что есть дети, которые своими страданиями перевешивают чашу весов нашего безбожия и нераскаянности. Судьбы этих детей раскроются в вечности. Болезни и "ненормальности" суть явления только земной жизни. Если Бог не сотворил смерти, но она вошла в мир через отступление от Него, через грех, то тем более Он не сотворил болезней.

Два с половиной года назад ко мне на исповедь пришла больная девочка лет двенадцати из этого детского дома. Она не могла связать двух слов, крутилась, как волчок, ее ненормальный взгляд, постоянные гримасы, весь вид ее говорил о "неполноценности".

И вот она стала исповедоваться и причащаться каждое воскресенье.

Через год у нее появилась потребность откровения помыслов (кто молится и часто исповедуется, тот знает, что это такое). Девочка стала вести такую внимательную духовную жизнь, о которой не подозревают даже те люди, которые считают себя глубоко верующими и церковными. Она стала молиться Иисусовой молитвой ("Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную"), бороться с прилогами, прощать обиды, терпеть все. В течение нескольких месяцев она научилась читать и писать, прошли все признаки дебильности, на лице изобразилась печать духовности. Во всем, что она говорила и делала, было чувство и рассуждение. Когда я ее видел, мое сердце сжималось от греховности и неправды моей собственной жизни.

Потом ее перевели в другой детский дом, и мы с ней некоторое время не виделись. Но однажды она приехала ко мне и сказала:

– Батюшка, вы за меня не беспокойтесь, я все время с Богом. Он не покидает меня даже во сне...

Если после этого соберутся все умники мира и представят мне самые точные доказательства того, что Бога нет, я с печалью на них погляжу...

Больные дети принимают на себя подвиг мученичества и юродства ради того, чтобы Господь не до конца прогневался на этот мир, и мы, может быть, благодаря им еще имеем время на покаяние. Но мы, по нашей нераскаянности, по нашей привычке не думать о своих грехах, а винить в них кого-то другого, не чувствуем этого.

И вот – ропот: если, мол, Бог справедлив, то как Он допускает страдание детей?

Да, Бог справедлив. Он не учит нас грешить. Он говорит: " Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный " (Мф. 5, 48).

Для нас не был бы труден вопрос, за что страдают дети, если бы в этом, как и во всем, мы взирали на Христа Спасителя, соизмеряли с Ним всю нашу жизнь. За что страдают дети? За что страдал Сам Спаситель? Ведь Он безгрешен. Каждый рождающийся в мир младенец несет на себе печать первородного греха. А Господь и того не имел. Он – чище любого ребенка – страдал, и как!..

Вот и ответ на вопрос: за что страдают дети. За наши грехи. За наше нерадение о спасении их душ, о своем спасении. Наша родительская задача состоит не только в том, чтобы обеспечить детям физическое существование, но прежде всего – духовно воспитать их, открыть им дорогу к Богу. Вот слово Спасителя: "Не препятствуйте им приходить ко Мне " (Мф. 19, 14).

Если мы не приводим младенца в храм, не учим его молиться, если у нас дома нет иконы, Евангелия, если мы не стараемся жить благочестиво, то, значит, мы препятствуем ему приходить ко Христу. И в этом – наш самый главный грех, который ложится и на наших детей.

Вот почему за наши грехи страдают дети, даже если они в них не виноваты. Мы с ними связаны невидимой нитью, в них – наши кровь, дух. Если бы они не были нашими детьми, они бы не страдали за нас. Но тогда бы они от нас и не родились. Грех потому и есть величайшее зло, что от него страдают невиновные. Но по этому же закону страданиями одних искупаются грехи других. "Ранами Его мы исцелехом", – говорим мы о Господе нашем Иисусе Христе, открывшем нам дверь спасения.

http://azbyka.ru/tserkov/lyubov_i_semya/vera_i_deti/5g12_12-all.shtml#a5

С коммерческой рекламой проще: товар — пошел и купил. Или не купил. Рекламодатель сразу посчитал, сколько продали после включения рекламы, сразу увидел: менять ли что-то в рекламе или наоборот — в том же духе продолжаем.

Социальная реклама призывает человека измениться, оставив многолетние привычки, отработанные годами стратегии поведения. Бросить курить, стать внимательным к родителям, не садиться нетрезвым за руль, родить троих детей или сделать карьеру. Одними рекламными щитами тут многого не сделаешь, да и подсчитать эффективность очень трудно. В этом городке начали рожать больше детей потому, что весь город обвешали рекламой «Большая семья — счастливая семья!», или потому, что в главном роддоме появилась потрясающая врач, которая роды принимает бесплатно и на высшем уровне? Или потому что в местном храме стали многодетным помогать? Или еще что сработало?

Чем более простые и поддающиеся наблюдению действия продвигает социальная реклама, тем проще отследить ее эффективность.

Как любые лозунги, социальная реклама  быстро приедается, запоминается, и перестает попадать в поле нашего внимания, а соответственно, никак не отражается на действиях. Ну скажите, многие ли мужчины стремительно освобождают сидения в транспорте, когда в вагоне объявляют «Уступайте места»? Наша жизнь вообще перегружена рекламной информацией — посчитайте количество биллбордов, растяжек, стендов, плакатов, табличек и листовой продукции, которые располагаются на вашем пути от дома до работы и обратно. А потом сопоставьте это с тем, сколько страниц серьезной книги вы прочитали в день. Мы добрую часть дня поглощаем рекламу, которая кругом, всех типов и сортов. Поэтому любая реклама должна прорываться через пелену невнимания, должна нас, поглотителей рекламы, шокировать и посильнее.

С нового 2011 года в Москве и Петербурге началась рекламная кампания «У мусора есть свой дом» — за использование мусорных баков по прямому назначению. Нам не привыкать: «Граждане люди, будьте культурны, не плюйте на пол, плюйте в урны»  — еще Маяковский усердно сочинял лозунги, обращенные, правда, к полуграмотным, а то и вовсе безграмотным гражданам в 20-е годы. С тех пор образование начальное, среднее, а затем и высшее стало практически обязательным, а меры воспитания требуются все те же. Вот только Маяковского на нас нет.

«Подбрось до урны» — голосует пустая бутылка. Бросать или подбрасывать, кстати, придется очень далеко, в Москве урну найти — дело очень непростое. Вот в том же метро на входе, кажется, есть, а дальше — только на выходе. Вроде бы, из соображений безопасности урн практически нет. Может быть, вообще стоило не в рекламу вкладывать деньги, а оборудовать город столь разрекламированными емкостями?

Ну, это уже придирки, конечно. В целом «У мусора свой дом» — замечательная рекламная кампания, разработанная очень серьезной компанией. Шрифт крупный, картинки объемные, образы убедительные, мусор добродушный, а главное – очень неожиданно! У мусора есть свой дом!

А ведь циничная фраза, не правда ли? У многих ли москвичей или питерцев, любующихся на эту рекламу, есть свой дом? Который не надо снимать и где не надо делить две комнаты на три семьи? За который не надо платить по три зарплаты каждый месяц и из которого не выгонят завтра утром, потому что хозяйке срочно нужна квартира?

Авторы совсем забыли об этом? Да нет, ведь помнят, что не у всякого мусора есть свое жилье. Некоторый мусор в этой жизни жилье снимает. «Семья из 2-х банок снимет мусорный бак. Чистоту гарантируем» обещает нам другой рекламный стенд.

Вот здесь происходит подмена: социальная реклама разрушает социум. Вместо того, чтобы немного откорректировать небольшие несовершенства общества, она наносит удар изнутри.

Рекламная кампания «У мусора есть дом» строится на метафоре —

МУСОР — ЭТО ЛЮДИ

Происходит одушевление, персонализация мусора, отсюда и «подбрось» и «снимет комнату».

Мусор — подбрось — есть дом — снимет комнату — семья банок — банок семья — семья — люди — подбрось — у людей есть дом…

Эта метафора хорошо запоминается и, закрепляясь в сознании, рискует превратиться в ЛЮДИ — ЭТО МУСОР. От перемены мест слагаемых, как говорится…

*     *      *

«Человек человеку волк» – так говорили о жестоких мужах античности.

Потом «Человек человеку бревно» – это о городском равнодушии 20 века.

Станет ли XXI век временем, когда «Человек человеку мусор»?

*     *      *

Да, у нас мусорные баки действительно используют не по прямому назначению. Для многих ЛЮДЕЙ, живущих в метрах от нас, тут и «стол, и дом». И ночлег, и магазин одежды, и столовая, и даже библиотека. Может быть, когда у ЛЮДЕЙ БУДЕТ ДОМ, у нас и с мусором попроще станет?

Заметка «Человек человеку мусор» вызвала большую дискуссию. «Ну что же вы так уж за уши-то притягиваете?» — сказали читатели. Может быть, и правда, за уши притягиваем?

Действительно «Подбрось до урны» — реклама яркая и забавная. Нас-то интересует все же другой биллборд — «Семья из двух банок снимет мусорный бак, чистоту гарантируем». Дело тут вот в чем.

«Созидая, не разрушай доброе» — я бы предложила сделать это первым законом социальной рекламы.

Когда мы совершенно правы по сути, мы не всегда безупречны по форме. Вспоминается такой случай с антиалкогольной видеокампанией, снятой при поддержке Сретенского монастыря. Среди роликов было два о влиянии пьянства на детей: мол, перебрал спиртного — и гуляешь теперь с малышом в инвалидной колясочке.

Неправы были авторы? Правы: о последствиях алкоголизма при беременности не будет лишним напомнить. Не надо предупреждать родителей? Надо, конечно: посмотрят, может быть, немного одумаются.

Через пару недель после начала кампании взмолились родители детей-инвалидов и стали писать на 1-й канал и на сайт отцу Тихону:

Ксения: Из роликов про отца и мать следует явная дискриминация детей с ограниченными возможностями – причем «клеймо» припечатывается официально, в СМИ, а значит, навсегда. Не кажется ли авторам роликов, что это попросту неправда? От себя замечу, что мой старший сын оказался жертвой врачебной ошибки – здорового пацана сделали особым педиатры.

Ольга: Очень хорошие ролики, но своими надписями вы добьетесь того, что родителей детей-инвалидов будут гнобить еще больше. А они, между прочим, герои, что не отказались от своих больных деток, растят их в любви и заботе.

Lev Serebryakov: Ролики с использованием детей-инвалидов абсолютно некорректны. Создают абсолютно неверный образ родителей детей-инвалидов и самих инвалидов. Это преступление по отношению к таким семьям. Снимите их, пожалуйста, с эфира. Обвинения всем родителям инвалидов (к которым и так в нашем обществе отношение не очень, прямо скажем) вида «вот вам, алкоголикам, кара Божья, я по телевизору видел, там не соврут» будут 100%. Уберите. Не надо.

Эти два ролика быстро сняли из эфира. Предостеречь и не обидеть – где граница? Как пройти между Сциллой публичного предостережения и Харибдой тактичности? Кажется, пока не придумали.

Конечно, ни для кого семья не станет мусором от одной рекламы. Хотя ей и не сладко приходится: то «сделай карьеру, займись спортом или создай семью», то «стране нужны ваши рекорды», то вот мусор решили семейными ассоциациями разобрать.

Кстати, в случае «У мусора есть дом» авторы взяли очень частотную модель «снимет квартиру — мусорный бак» и заменили субъект и объект, а конструкция сама осталась, и совсем без ассоциаций она не может раствориться в глубинах нашего подсознания. Ассоциации эти будут болезненными для тех, кто по нескольку раз в год пишет такие объявления (открою секрет, было решено писать на эту тему после прочтения многих горьких отзывов), возможно ироничными для тех, кто недолюбливает таковых снимающих да «понаехваших тут». Конечно, никто не запишет в «мусор» молодые семьи, но согласитесь, что без осадочка тоже не обошлось.

А метафора (внимание — метафора) «Мусор — это люди» в тексте как раз задействуется, поскольку мусор характеризуется и сочетается со словами, употребляющимися только в отношении людей.

Не надо даже спорить о том, как рекламировать и продвигать чистоту. Призывы не мусорить вообще не должны быть предметом социальной рекламы.

Социальная реклама должна направлена на призыв к более правильному и здоровому поведению человека там, где оно не контролируется общепринятыми и законодательными нормами. Бросать курить, заниматься спортом, читать книги и проводить больше времени с семьей никого нельзя заставить. Вот тут на помощь приходит социальная реклама.

Поведение человека в общественных местах должно контролироваться не только совестью и воспитанием человека, а выработанными и едиными для всего общества механизмами. Долго повторяли, что «Зебра важнее других лошадей». Как вдруг, в одночасье, все машины стали неохотно, но тормозить перед пешеходами на переходах. Как, почему?

Всего лишь повысили штраф.

Повысили штраф за непристегнутого пассажира, и теперь бывалые водители, которым море по колено, ворчат «Пристегнитесь, штраф еще за вас потом плати».

Поэтому самая эффективная и лаконичная социальная антимусорная реклама — это вот такая (вслед за мировым опытом):

Хочешь мусорить? Хорошо/Плати штраф (игра слов: в английском омонимичны слова "Хорошо" и "Плати штраф )

Италия – от 25 евро и выше; Бельгия – от 50 евро и выше; Норвегия – от 500 крон (80 долларов) и выше; Голландия – 90 евро и выше; Великобритания 85 фунтов и выше; США (в зависимости от штата и количества нарушений) – от 100 до 750 долларов и тюремного заключения; Сингапур — 1000 долларов.

http://www.pravmir.ru/mozhno-li-otuchit-musorit/

«Вот он! То, что мне нужно!» – в уме воскликнул я, когда на экране монитора появились технические характеристики чёрного девайса. Следующим этапом выбора для себя подарка на день рождения был поиск магазина, где сей аппарат можно купить с оптимальным соотношением цены и скорости получения заказа. Задача выполнена: интернет-магазин «Первый» предлагает товар по самой низкой цене, нужная модель в наличии есть, и я со спокойной совестью оформляю заказ. Рабочий день окончен, я тороплюсь на автобус. Только автобус ко мне не торопится, поэтому приходится ждать его полчаса. Тут начинается мое волнение – успею или нет? Магазин открыт до семи, время шесть, ехать около часа… Шансы есть, но невелики… Время летит, а автобус плетётся… Вечерние пробки – всем известная проблема… Метро «Карла Маркса», время шесть сорок – двадцать минут до закрытия и примерно столько же времени езды… В соседнем вагоне я увидел одного знакомого по епархиальному молодежному лагерю. Особо мы не общаемся, но имя его помню. У него деловой вид, он, по-видимому, тоже куда-то спешит. Станция метро «Речной вокзал». Шесть пятьдесят. Пешего пути около пяти-семи минут. Шансы есть. Спешной походкой направляюсь к выходу на остановочную платформу. И тут меня обгоняет мой знакомый. Если я иду очень быстрым шагом, то N. (так назовём этого знакомого) откровенно бежит сломя голову. Он намного крупнее меня, и его длинные ноги позволяют развивать хорошую скорость. «Во дает», – подумал было я, но тут понял, что большой рост и крепкое телосложение мешают маневрировать в людском потоке. Я вижу шанс его догнать и обогнать, меня охватывает азарт, и я ускоряю ход. Быстро передвигаясь по лестнице, я почти догоняю его и вот, в тот момент, когда мы должны были сравняться, вижу, что мой соперник пропал… Несколько замедляя ход, я оборачиваюсь и вижу, что товарищ помогает бабушке спустить по лестнице тележку. Я вижу ещё одну бабушку с тележкой. Наступает момент выбора: бежать дальше и попытаться успеть или же помочь старушенции и наверняка опоздать? «Ну, я же тороплюсь, магазин-то закроется», – мелькает в голове.

Прав был Федор Михайлович Достоевский, когда говорил что сердце человека – поле военных действий Бога и дьявола. Это сражение между жизнью и смертью… Его исход – в руках каждого. Здесь каждый сам себе генерал… Но я бегу дальше… бедная старушка так и осталась без моей помощи. Я успел в магазин. Но какова цена этого времени? Может быть, успев за кусочком пластика с сенсорным экраном, я опоздал на целую вечность? Каково значение и последствия этого нравственного выбора? «Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною» (1 Кор. 6:12). …А девайса в магазине не оказалось. Сказали, что заказ в обработке, товар на складе в Первомайском районе, завтра, может быть, привезут. На следующий день мне позвонили и сказали, что на складе товара нет, будет через неделю, но лучше поискать где-нибудь в другом месте… Такой вот педагогический урок. Отдав сердце телефону, я не приобрёл его, но потерял возможность маленького христианского подвига. Я не знаю, успел ли мой товарищ туда, куда торопился, но знаю наверняка, что на один шаг ближе к Богу он стал. В отличие от меня. Зачем я всё это пишу? Смею призвать вас, мои друзья, смотреть по сторонам, когда вы куда-либо несётесь…

http://www.pravmir.ru/opozdanie/

С коммерческой рекламой проще: товар — пошел и купил. Или не купил. Рекламодатель сразу посчитал, сколько продали после включения рекламы, сразу увидел: менять ли что-то в рекламе или наоборот — в том же духе продолжаем.

Социальная реклама призывает человека измениться, оставив многолетние привычки, отработанные годами стратегии поведения. Бросить курить, стать внимательным к родителям, не садиться нетрезвым за руль, родить троих детей или сделать карьеру. Одними рекламными щитами тут многого не сделаешь, да и подсчитать эффективность очень трудно. В этом городке начали рожать больше детей потому, что весь город обвешали рекламой «Большая семья — счастливая семья!», или потому, что в главном роддоме появилась потрясающая врач, которая роды принимает бесплатно и на высшем уровне? Или потому что в местном храме стали многодетным помогать? Или еще что сработало?

Чем более простые и поддающиеся наблюдению действия продвигает социальная реклама, тем проще отследить ее эффективность.

Как любые лозунги, социальная реклама  быстро приедается, запоминается, и перестает попадать в поле нашего внимания, а соответственно, никак не отражается на действиях. Ну скажите, многие ли мужчины стремительно освобождают сидения в транспорте, когда в вагоне объявляют «Уступайте места»? Наша жизнь вообще перегружена рекламной информацией — посчитайте количество биллбордов, растяжек, стендов, плакатов, табличек и листовой продукции, которые располагаются на вашем пути от дома до работы и обратно. А потом сопоставьте это с тем, сколько страниц серьезной книги вы прочитали в день. Мы добрую часть дня поглощаем рекламу, которая кругом, всех типов и сортов. Поэтому любая реклама должна прорываться через пелену невнимания, должна нас, поглотителей рекламы, шокировать и посильнее.

С нового 2011 года в Москве и Петербурге началась рекламная кампания «У мусора есть свой дом» — за использование мусорных баков по прямому назначению. Нам не привыкать: «Граждане люди, будьте культурны, не плюйте на пол, плюйте в урны»  — еще Маяковский усердно сочинял лозунги, обращенные, правда, к полуграмотным, а то и вовсе безграмотным гражданам в 20-е годы. С тех пор образование начальное, среднее, а затем и высшее стало практически обязательным, а меры воспитания требуются все те же. Вот только Маяковского на нас нет.

«Подбрось до урны» — голосует пустая бутылка. Бросать или подбрасывать, кстати, придется очень далеко, в Москве урну найти — дело очень непростое. Вот в том же метро на входе, кажется, есть, а дальше — только на выходе. Вроде бы, из соображений безопасности урн практически нет. Может быть, вообще стоило не в рекламу вкладывать деньги, а оборудовать город столь разрекламированными емкостями?

Ну, это уже придирки, конечно. В целом «У мусора свой дом» — замечательная рекламная кампания, разработанная очень серьезной компанией. Шрифт крупный, картинки объемные, образы убедительные, мусор добродушный, а главное – очень неожиданно! У мусора есть свой дом!

А ведь циничная фраза, не правда ли? У многих ли москвичей или питерцев, любующихся на эту рекламу, есть свой дом? Который не надо снимать и где не надо делить две комнаты на три семьи? За который не надо платить по три зарплаты каждый месяц и из которого не выгонят завтра утром, потому что хозяйке срочно нужна квартира?

Авторы совсем забыли об этом? Да нет, ведь помнят, что не у всякого мусора есть свое жилье. Некоторый мусор в этой жизни жилье снимает. «Семья из 2-х банок снимет мусорный бак. Чистоту гарантируем» обещает нам другой рекламный стенд.

Вот здесь происходит подмена: социальная реклама разрушает социум. Вместо того, чтобы немного откорректировать небольшие несовершенства общества, она наносит удар изнутри.

Рекламная кампания «У мусора есть дом» строится на метафоре —

МУСОР — ЭТО ЛЮДИ

Происходит одушевление, персонализация мусора, отсюда и «подбрось» и «снимет комнату».

Мусор — подбрось — есть дом — снимет комнату — семья банок — банок семья — семья — люди — подбрось — у людей есть дом…

Эта метафора хорошо запоминается и, закрепляясь в сознании, рискует превратиться в ЛЮДИ — ЭТО МУСОР. От перемены мест слагаемых, как говорится…

*     *      *

«Человек человеку волк» – так говорили о жестоких мужах античности.

Потом «Человек человеку бревно» – это о городском равнодушии 20 века.

Станет ли XXI век временем, когда «Человек человеку мусор»?

*     *      *

Да, у нас мусорные баки действительно используют не по прямому назначению. Для многих ЛЮДЕЙ, живущих в метрах от нас, тут и «стол, и дом». И ночлег, и магазин одежды, и столовая, и даже библиотека. Может быть, когда у ЛЮДЕЙ БУДЕТ ДОМ, у нас и с мусором попроще станет?

Вся наша жизнь – результат наших мыслей. С их помощью, например, мы можем изменить наше будущее. Оно ведь не является данностью, нигде не записано – мы решаем, каким оно будет.

Нашими мыслями мы можем даже заставить Бога изменить Свое решение о нашем будущем. Как бы невероятно и сумасбродно это ни звучало, таково учение Священного Писания. Видим это, например, в истории пророка Ионы и Ниневии.

Большой город погряз в грехе и Бог решил уничтожить его народ: ”Ниневия будет разрушена”. Он принял такое решение и это должно было стать будущим Ниневии. Но пророк Иона начал проповедовать покаяние, жители Ниневии покаялись и Бог изменил Свое решение. “И Бог раскаялся” – говорится буквально в Священном Писании. И все люди спаслись. Вот что может сделать перемена в наших мыслях!

Но давайте делать разницу: мысль одно, а помысел – другое. Часто их отождествляют. Говорят – пришла мне одна мысль, имею помысел. Они как будто одно и тоже, но помысел – это настоятельная мысль, не мимоходная. Это мысль, которая приходит, уходит, возвращается, беспокоит нас. Это мы называем помыслом. Сила этих помыслов очень влияет не только на нашу настоящую и будущую жизнь, но и на наше тело.

Я был в одном монастыре, где один отец ни в какую не ел кунжутное масло, но халва ему нравилась. Он ел ее с большим удовольствием. Другой отец сказал ему:

– Как это ты не переносишь кунжутное масло, а любишь халву?

– А какая связь между халвой и кунжутным маслом?

– Да ведь халва делается из кунжутного масла!

Услышав это, любителя халвы стошнило. Вот как мысль воздействует на тело!

Один очень хороший психиатр в Афинах, духовное чадо известного архимандрита, лечил одну даму со страшными психологическими проблемами. Он достал ей какие-то редкие, дорогие и дефицитные лекарства из Голландии. И объяснял ей: “Будь осторожна. Принимай точно по моей схеме эти таблетки. Вопрос не в деньгах, их просто трудно найти”.

Она была ему благодарна за его участливое отношение и заботу. Принимала таблетки точно по его указаниям, выздоровела, прославила Бога и стала благодарить врача, который ее вылечил, потому что болезнь мучила ее целых 10 лет. Но в чем было дело? А дело было в том, что эти таблетки были… обычными конфетами. Понимаете, что может сделать мысль? Видите, как мысль воздействует на тело? К сожалению, не всегда положительно, как в этом случае.

Расскажу и о другом невероятном, но истинном случае. Могу даже назвавать имя врача, который поведал мне следующее:

”Один мой родственник пошел к женщине, которая гадала на кристаллах. Эта женщина пользовалась большой известностью, так как многим предсказывала события, которые впоследствии сбывались. Она сказала ему, что у него проблемы с сердцем и в следующее полнолуние он умрет.

Мой родственник был здоровым, счастливым и жизнерадостным человеком. И все же он сильно доверял этой женщине, пользовавшейся большой славой. Он принял ее внушение, ужаснулся. Эта мысль засела в его мозгу. Он рассказал об этом другим людям, распорядился наследством, написал завещание. И это страшное внушение осуществилось, так как он полностью поверил ему. Он умер, будучи совсем здоровым”.

Такова сила помыслов и в хорошем, и в дурном.

Есть три вида помыслов. Первые – наши собственные помыслы, наши собственные мысли, те, которые производит человеческий мозг. Вторые помыслы – те, которые посылает нам диавол. Мы говорим “пришла в голову одна мысль”, но не представляем, насколько буквально верно это во многих случаях. Действительно, мысль пришла, действительно, кто-то ее привел.

Диавол – это дух, и как дух может сеять мысли в нашей голове. Так что есть наши собственные мысли, которые мы сами создаем, есть мысли, которые нам внушил диавол, и мысли, которые нам посылает благой Бог. Как же различать их, чтобы заниматься только нашими мыслями и теми, которые посылает нам Бог, и отвергать мысли диавола?

Как разграничить эти помыслы? Нельзя это сделать. Мы никоим образом не можем отличить, какие мысли наши, какие посланы нам Богом и какие – диаволом. Нужны упражнения, нужна большая борьба. Отцы Церкви говорят, что благодатный дар различения помыслов является величайшей добродетель.

Продолжение

Серьезные вещи нельзя произносить в лоб и без подготовки. Семя нужно сеять только во вспаханную почву. Иначе без толку звучат великие слова, и в воздухе гремят ответы на вопросы, не успевшие родиться.

Умение подобраться к серьезным темам – особое искусство, которому нигде не обучают. Это искусство тем более ценное, чем более несерьезны времена, чем больше в людях привычки отмахиваться от вопросов по существу и привычно твердить некритично усвоенные формулировки.

Вот Остап Бендер, влюбившись, написал, точнее – родил, стихотворение. Оказалось, ранее его это же стихотворение родил Пушкин: «Я помню чудное мгновенье: / Передо мной явилась ты…» И так далее.

Здесь мало смеха. Бендер-то талантлив во многих областях, а в некоторых просто гениален. Он гениален, но неучен. Будь он учен, то есть классически образован, он написал бы свои собственные шедевры под действием любовного томленья или усталости от житейской суеты. Все прежде написанное другими и ему знакомое стало бы плодородной почвой для нового диковинного растения. А так – ничего оригинального и неизбежные обиды на опередивших его знаменитостей.

Этот эпизод из «Золотого теленка» – иллюстрация к одной из сентенций Конфуция, звучащей так: «Учиться и не думать – бесполезно, а думать и не учиться – опасно».

Талантливому человеку, человеку, любящему думать, обязательно нужно учиться. Хотя бы для того, чтобы не повторять «чужие зады» и не открывать давно открытое. Нужно освоить багаж уже совершенных открытий, стать на вершину этой горы и далее действовать в силу имеющегося дарования. Если этого не делать, то придется изобретать велосипед и открывать теорему Архимеда, придется бежать в патентное бюро со своим свежим и подлинным открытием и там встречать ехидные улыбки канцеляристов.

Так, умные, как ни странно, обязаны учиться более неумных, у которых преподаваемое привычно влетает в одно ухо, чтобы благополучно вылететь через другое. Те, вторые, найдут свою жизненную нишу и будут тихо жить. От них не жди (слава Богу!) ни больших пожаров, ни изобретения огнетушителя. А вот алмазы нужно огранивать и полировать.

***

Дались мне этот Бендер с Архимедом и Конфуцием! Меня интересует Церковь и нынешний ее исторический этап. Слова Конфуция в отношении Церкви можно переиначить в такой вид: «Учиться и не молиться – бесполезно, а молиться и не учиться – опасно».

Почему опасно? Потому что Арий был очень набожен и аскетичен, но верил в свою правоту наперекор голосу Церкви. Потому что все Савонаролы, Торквемады и Лойолы были фанатиками идеи, людьми, очень строгими в быту, а все кошмары, с ними связанные, были логическим продолжением их страстного опыта и неуемных порывов не в меру горячего сердца. Люди эти сузили свое сознание до решения одной единственной проблемы, которую они считали главной, и имена их и многих подобных им стали именами нарицательными. Правильно ощутив тревожность своего исторического момента, они неправильно реагировали на эту тревогу.

Правда, кто-то спросит: «А что это еще за Лойола и Савонарола?» Но вопрос этот, если прозвучит, будет еще одним доказательством того, что «молиться и не учиться – опасно».

Лучше всего угроза со стороны молящегося невежества видна на вопросах, связанных с эсхатологией. Испуганность, взвинченность, тревожность в связи со всем, что прикасается к теме последних времен, как раз свойственна людям благочестивым. Скептики и неверы, слыша сии громы, не крестятся. А вот молящиеся люди внимательны – иногда страшно внимательны – ко всему, что связано с концом света. Горько признать, но многие из них ни к чему более не внимательны вообще, кроме темы антихриста. Опасаются кодов, но сами ведут себя, словно уже закодированные, ибо ни о чем, кроме кодов, говорить не умеют и не хотят.

Это тот случай, о котором говорил Достоевский в «Бесах», когда не человек обдумывает мысль, а уже «мысль думает человека». Человек уже не свободен, он – жертва одной мысли, и эта мысль жует его и проглатывает.

И дело здесь именно в образовании, точнее – в отсутствии его. Дело в том феномене, который можно назвать «благочестивым невежеством». Это невежество есть обратная, противоположная сторона «ученого безверия», а уж какая из этих двух болячек опаснее – думайте сами.

Безбожник готов от лампадки прикурить, а «эсхатолог» изучает штрих-коды в супермаркете. И что ты с этим всем поделаешь? А жизнь где? А середина где? Ведь жизнь-то кипит между «минусом» и «плюсом», а не на полюсах!

***

Говоря о пришествии в мир Спасителя, апостол Павел употребляет выражение «полнота времени». Он говорит: «Когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего Единородного, Который родился от жены, подчинился закону» (Гал. 4: 4).

Это значит, что вся христианская история – от Рождества до Второго пришествия – проходит в атмосфере полноты времени. Мы погружены в эту полноту и на Евхаристии даже совершаем «воспоминание Второго и славного Христова пришествия».

Поэтому неудивительно, что все эпохи и все христианские народы в разные этапы своего церковного бытия были чутки к вопросу «последнего времени». Ожидание Второго пришествия могло быть напряженным и всеобщим, оно могло накаляться до крайних пределов, а могло, наоборот, затихать. Но оно никогда не исчезало. Оно было всегда и везде оставляло следы. Эти следы как раз стоит изучать, и знание именно этой стороны церковной жизни обладает отрезвляющими свойствами.

***

Человеческий век краток. Человек быстро взрослеет, быстро стареет, быстро приближается к земному пределу, порогу. И все в его жизни совершается впервые, все уникально, все неповторимо. Поскольку человек не жил раньше, поскольку тревоги прежних эпох для него тождественны тревогам мифических марсиан, он склонен спешить. «Вот оно – то, о чем предсказано», – говорит человек, видя совпадения пророчеств с действительностью. О том, что такие же совпадения – и даже большие, – видели христиане прежних веков, он думать не склонен. Отсюда поспешность, отсюда накал страстей и пафос обличений. Отсюда недалеко до сектантства, до поспешного ухода в лес, до зарывания в землянки.

А ведь Второе пришествие – это Тайна. Тайну эту никто не отменял. Она неизвестна ангелам. Если бы мы были как-то особенно дружны с архистратигом Михаилом и попросили его, чтобы он по дружбе открыл нам время Великого суда, то первый среди архангелов бы ответил, что он этого не знает. Даже ангельскому миру это неизвестно!

И подготовиться заранее, подстелить соломку, чтобы не больно упасть, не получится. Единственное приготовление – жизнь по заповедям, ежедневное творение воли Божией и молитва. «Возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает».

Бог умеет избранных избавлять, и об этом часто говорят в посланиях апостолы.

«Твердое основание Божие стоит, имея печать сию: “познал Господь Своих”; и “да отступит от неправды всякий исповедующий имя Господа”» (2 Тим. 2: 19).

То есть нам нужно отступить от неправды, а Господь Сам знает, как и кого избавить. Вот и все приготовления.

***

Итак, нам не пристало спокойное благодушие, отдающее неверием. Знамения нам известны, и многое свершается на наших глазах. Но нам не пристала и нервная активность, способная пугать, сбивать с толку, ссорить людей между собой. Жар сердца стоит уравновешивать холодностью ума. К.С. Льюис говорил о «проветривании ума воздухом иных эпох», то есть о чтении и погружении в проблематику времен минувших. В них часто мы узнаем самих себя – узнаем и успокаиваемся. А иначе день сегодняшний нам не с чем сравнить.

Одним словом, можно повторить ранее произнесенный тезис: мало молиться, нужно еще и учиться. По мере сил, по чуть-чуть, но обязательно.

И еще одно.

Учиться всю жизнь должны мы, священники. Должны учиться хотя бы потому, что священник есть человек, молящийся часто. Вся жизнь его – молитва, то – от сердца, то – по необходимости и долгу. Того и гляди перемолишься, «перегреешься», сам перепугаешься и паству начнешь пугать.

Пастырь «в стеклянном доме живет». Его грехи всем видны, и люди ропщут, перечисляя наши слабости: у того – одно, у того – другое. При этом мало кому известно, что особый вред и особая опасность может исходить не только от батюшки-бизнесмена или батюшки-выпивохи, а и от священника с высоким аскетическим идеалом. В случае, если он, как на Руси говорили, «свят, но неискусен», проблемы от его деятельности могут родиться специфические, закутанные в православную видимость и оттого еще более серьезные.

Роль всемирных хранителей веры, на которую мы часто претендуем и о которой мечтаем, мы, если и будем играть, то не иначе, как обогащаясь всеми видами полезных знаний. Иначе – беда. Беда, имя которой «невежество».

По две-три серьезные книжки ежемесячно стоило бы, как минимум, читать каждому православному священнику. Не тонкие брошюрки, а серьезные книжки. Вот это бы точно оказало очень серьезное влияние и на судьбы мира, и на состояние церковной жизни в нашем дорогом и измученном Отечестве.

***

Чтоб подкрепиться авторитетами, послушаем классика. Послушаем, что у Чехова в «Степи» говорит отец Христофор главному герою, отправляющемуся на учебу:

«Что наизусть надо, то учи наизусть, а где нужно рассказать своими словами внутренний смысл, не касаясь наружного, там своими словами. И старайся так, чтобы все науки выучить. Иной математику знает отлично, а про Петра Могилу не слыхал, а иной про Петра Могилу знает, а не может про луну объяснить. Нет, ты так учись, чтобы все понимать! Выучись по-латынски, по-французски, по-немецки… географию, конечно, историю, богословие, философию, математику… А когда всему выучишься, не спеша, да с молитвою, да с усердием, тогда и поступай на службу. Когда все будешь знать, тебе на всякой стезе легко будет…

Апостол Павел говорит: “На учения странна и различна не прилагайтеся”. Конечно, если чернокнижие, буесловие, или духов с того света вызывать, как Саул, или такие науки учить, что от них пользы ни себе, ни людям, то лучше не учиться. Надо воспринимать только то, что Бог благословил. Ты соображайся… Святые апостолы говорили на всех языках – и ты учи языки; Василий Великий учил математику и философию – и ты учи; святой Нестор писал историю – и ты учи и пиши историю. Со святыми соображайся…»

***

Учиться надо, со святыми соображаясь.

Таков вывод.

На том и прервемся.