Кес Ван Донген, чье имя на самом деле было Cornelis Theodorus Maria van Dongen, прожил длинную жизнь – умер, когда ему было 91, в уютном Монте-Карло.
1877 – 1968! Зная историю ХХ века, можно с уверенностью сказать, что эта частная жизнь была вписана в невероятную, трагическую и эпоху. Впрочем, можно ли считать жизнь художника «частной»? «Мир раскололся, и трещина прошла сквозь сердце поэта», — писал Генрих Гейне в то время, и кто только его не цитировал. Впрочем, в случае с Ван Донгеном стоит говорить о типичной жизни художника в период между двумя войнами, когда весь мир спешил жить, после ужасов Первой мировой войны и в преддверии кошмаров Второй.

РОТТЕРДАМ

Кес Ван Донген, сын пивовара из Дельфсхафена, пригорода Роттердама – казалось бы, это начало биографии образцового бюргера, такого же эталонного, как и его честное протестантское имя. Однако что-то пошло не так, и к 20 годам у парня уже была настоящая слава – скандальная, как и положено настоящему художнику.

Все началось с того, что способный юноша поступил в Королевскую Академию изящных искусств в Роттердаме.

Однако занимался Кес Ван Донген здесь не только академическими штудиями – молодого художника привлекала живая жизнь. Живая жизнь портового Роттердама.
Что из себя представлял Роттердам в те времена?

Роттедам был самым крупным в мире портовым городом - после открытия великих океанских путей в Юго-Восточную Азию в XVII веке и с открытием в 1872 году доступного для крупных океанских судов канала Ньив-Ватерверг.

До сих пор Роттердам – одна из самых крупных гаваней мира, а у портовых городов несомненно есть свой мрачный пиратский шрам. Юноша из пригорода, Дельфсхафен, ощутил это преступное, отдающее рыбой и морем, яркое и бешеное обаяние в полной мере. Кес Ван Донген был отличным рисовальщиком: газетная поденщина – лучший учитель. Сюжеты, привлекающие молодого художника, были самые что ни на еcть житейские – сценки портовой жизни, притоны, кабаки, злачные места.

Героями Кеса стали моряки, портовые рабочие, колоритный, разнообразный и небезопасный люд, населяющий огромный порт. И, конечно, проститутки – на протяжении всей своей длинной биографии Ван Донген был явно влюблен в женщин, женские занятия, наряды, увлечения, во весь этот пестрый мир женщины. Первыми прославившими Кеса женщины были роттердамские девицы - их изображения увидели свет в местных газетах «Груне» и «Роттердам ньювсблад».

БАТО ЛАВУАР, ПАРИЖ

Итак, когда Ван Донгену исполнилось 20, он уехал в Париж. «Если тебе повезло, и ты в молодости жил в Париже, то, где бы ты потом ни был, он до конца дней твоих останется с тобой, потому что Париж — это праздник, который всегда с тобой».

Юный голландец не сразу решился остаться, и на какое-то время вернулся домой. Однако – парижский яд, аромат пресловутых цветочков зла уже проник вовнутрь, - и Кес Ван Донген становится одним из тех, кто населяет легендарный Бато Лавуар, «корабль-прачечную»: «Ветхий барак представлял собой небольшие комнатушки и мастерские художников со скрипящими полами, расположенные вдоль узких коридоров.

Электричества и газа не было, на все пять этажей был только один водопроводный кран, а комнаты отапливались про помощи печей-буржуек. «Более того, на тридцать-сорок жильцов имелся всего один туалет, двери которого не закрывались из-за отсутствия щеколды и постоянно хлопали от сквозняков».

Почему же – «корабль-прачечная»? Парусами этому дому служили пестрые заплаты сушащегося снаружи белья, а пристанью – крутой монмартрский холм – отталкиваясь от него, «Корабль-прчечная» стремился в парижские небеса.

Именно здесь, в Бато Лавуар, принимали в 1900-м году вернувшегося из первого путешествия на Таити Поля Гогена. Когда-то, еще до того как владелец превратил это здание в доходный дом, здесь находилась фабрика роялей. Должно быть, ноты впитались в стены, подобно въедливой плесени. Чем еще можно объяснить то, что в начале прошлого века здесь жили, творили, плакали, пили и пели поэты Макс Жакоб и Андре Сальмон, художники Пьер Реверди, Амедео Модильяни, Пабло Гаргальо, Хуан Грис, Константин Брынкуши. Именно здесь в 1905 году Пикассо написал своих «Авиньонских девиц», открыв эру кубизма.

Обитатели Бато Лавуар были бедны, как церковные мыши, им было не на что купить угля для отопления, не говоря уже о еде, и поэтому у дверей легендарного кабаре «Проворный кролик» тут же, по соседству, для них оставляли котел с супом. Ничего удивительного: Аристида Брюана, владельца «Провороного кролика», поэта, шансонье, комедианта, не в последнюю очередь прославили афиши Анри Тулуз-Лотрека.
Но вернемся в Бато Лавуар: сюда приходили в гости Гийом Апполинер, Жорж Брак, Анри Матисс, Жан Кокто, Гертруда Стайн.

ЖЕНЩИНЫ

В 1932 году Гертруда Стайн, муза Пикассо, учитель в жизни и литературе молодого Эрнеста Хемингуэя, опубликовала своеобразную книгу воспоминаний «Алиса Б. Токлас». Эта книга – замечательный источник знаний о той невероятнейшей эпохе. Хотя… Гертруде Стайн, которая бесконечно дружила, ссорилась и мирилась с самыми знаменитыми обитателя богемного Парижа периода между двумя войнами, не во всем можно доверять.

Вот что она вспоминает о нашем герое, о Кеесе Ван Донгене. «…она (подруга и первая муза юного Пикассо Фернанда Оливье) рассказала мне множество историй про Ван Донгена и про его голландскую жену и про голландскую малышку-дочку. Ван Донгена стали замечать после портрета, который он написал с Фернанды. Тогда-то он и создал такой vogue впоследствии типаж с миндалевидными глазами. Только у Фернанды действительно были миндалевидные глаза; хорошо это или плохо, в ней все было совершенно естественным.
Конечно, Ван Донген отрицал, что на картине изображена именно Фернанда, хотя она ему позировала и потом из-за этого было много обид. В те дни Ван Донген был беден, у него была голландская жена, которая к тому же была еще и вегетарианка и они питались одним шпинатом. Ван Донген частенько сбегал от шпината на Монмартр, где барышни платили за его обед и за выпивку».
Забавная картинка! Парижские курочки заботились о Ван Донгене! Бодрые профессионалки встают со страниц Генри Миллера, чтобы стать для Ван Донгена добрыми самаритянками. Должно быть, он обладал особым даром. Женщины обожали Ван Донгена всю жизнь, - от портовых проституток до знаменитой маркизы Луизы Казатти. Именно она ввела моду на Ван Донгена, сделав его не только знаменитым, но и богатым. Портреты Ван Донгена в легендарной коллекции ее изображений – отличные образцы арт-деко, который «был стилем роскошным, и считается, что это роскошество — психологическая реакция на аскетизм и ограничения в годы Первой мировой войны». Вероятно, у Ван Донгена, современника Пикассо и Модильяни, это была прискорбная реакция на нищету.

И вот, человек, чье имя связано с дикими, с фовистами, коллега экспрессионистов из дрезденской группы Мост, к середине 20-х годов превращается в буржуа, модного художника. Или возвращается к своим корням?

Интересно понять, каким был стиль Ван Донгена. На самом деле – среди гениев, обладающих своей неповторимой манерой, гениев первого и второго ряда, стиль Ван Донгена, быстро свернувшего на путь заказов и заработков, представляется неким компромиссом.

Танцоры Ревель и Коко

Известно, что в 1905 Ван Донген стал участником Осеннего салона, открывшего миру фовистов, с их увлечением живописью Гогена и Ван Гога, теорией чистого цвета.

Перспективы, светотени, постепенного сгущения или смягчения цвета, первенства рисунка в структуре картины. «Исходный пункт фовизма, - писал глава школы Анри Матисс, - решительное возвращение к красивым синим, красивым красным, красивым желтым - первичным элементам, которые будоражат наши чувства до самых глубин».
В том же 1905-м году в Дрездене образовалась группа «Мост». «Мост» распался в 1913 году: центробежные процессы для искусства – норма. Широко использовалась контрастность различных красок, чтобы увеличить их «свечение», усиливающее воздействие на зрителя. Подобно фовистам, экспрессионисты из «Моста» хотели строить свои композиции на чистой краске и форме, отрицая стилизацию. С 1908 года Ван Донген был одним из зарубежных участников группы «Мост».

Можно считать, что его стиль до поры до времени был синтезом отрицающих рисунок фовистов и неистовых эксперссионистов.

Впрочем, и те и другим недалеки от декоративного искусства. И вот оно, искусство арт-деко, с его роскошью, шиком, дорогими материалами, плоскостной композицией, - красивым. Таков Ван Донген.

К середине 20-х годов Ван Донген был уже французским гражданином, кавалером Ордена Почетного легиона 20-е годы, а награжден орденом Бельгийской Короны. Красная розетка Ордена Почетного легиона не помешала Ван Донгену отправиться в турне по Германии. Этого ему не забыли, впрочем, для многих и меньшие грехи коллаборационизма закончились куда печальнее, а наш удачливый герой был вынужден только покинуть Париж и до конца своих дней жить в Монте-Карло.
В 1958 году Ван Донгену удалось написать новый символ Франции – Бриджитт Бардо.

Читать на эту тему:
Гертруда Стайн «Алиса Б.Токлас»
Норманн Мейлер «Портрет Пикассо в юности»
Генри Миллер «Тихие дни в Клиши»

КОРОТКО

Донген (Dongen) Кес (Корнелиус) Ван
"Всемирный биографический энциклопедический словарь"
Донген (Dongen) Кес (Корнелиус) ван (1877—1968), французский живописец. Один из основоположников фовизма, наряду с А. Матиссом, А. Марке, Ж. Руо и другими художниками Экспрессивные, отмеченные контрастным столкновением крупных цветовых пятен и плоскостей, иногда гротескные портреты и этюды обнажённой натуры.

Фовизм

"Российский Энциклопедический словарь"
Фовизм (от франц. fauve — дикий), течение во французской живописи, существовавшее в 1905—1907. Фовистов - А. Матисс, А. Марке, Ж. Руо, А. Дерен, Р. Дюфи, М. Вламинк объединяло общее стремление к эмоциональной силе художественного выражения, к стихийной динамике письма, интенсивности открытого цвета и остроте ритма. В пейзажах, интерьерных сценах, натюрмортах фовизм выразил себя в резком обобщении объёмов, пространства, рисунка.

Танец с архангелом

Сначала Кес Ван Донген работал в солодовне своего отца и учился в роттердамской Академии (1895). Он делал рисунки для газет «Groene» и «Rotterdamsche Nieuwsbiad» (1896); эти сцены в порту и проститутки вызвали настоящий скандал. В живописи он обращается к аналогичным сюжетам, но формы упрощаются. 4 июля 1897 Ван Донген приезжает в Париж и устраивается на Монмартре, где в 1906-1907 посещает «Бато-Лавуар». Он выставляется в гал. Судье (близ цирка Медрано) и в гал. «Ле Барк де Бутвиль» (1898) на улице Ле Пелетье, где знакомится с произведениями набидов.

Он создает акварели для многочисленных газет: «Assiette au beuire» (анкета о проститутках, 1901), «Frou-Frou», «Indiscret», «Le Rabelais». Он встречает Фенеона, который в 1903 приглашает его войти в редакцию «La Revue Blanche» и в следующем году склоняет Воллара посвятить художнику большую выставку. В его творчестве наступает краткий период дивизионизма, а затем увлечения искусством группы «Наби». Еще до возникновения фовизма, одним из самых ярких представителей которого он станет, в творчестве Кеса Ван Донгена проявились черты, сохранившиеся на протяжении нескольких последующих лет: дерзкая, но согласованная гармония, живые мазки в сочетании с более равномерными зонами, чувствительность, подчас вульгарная («Уличный гимнаст», 1907-1908, Париж, Нац. музей современного искусства, Центр Помпиду; серия ню, «Торс», 1905, частное собрание). Одним из источников его вдохновения стал цирк Медрано, где он часто бывал («Белое трико», 1906, частное собрание). В 1908 Ван Донген работает вместе с керамистом Меттеем и выставляется в Дюссельдорфе по совету Канвейлера, а затем в Дрездене, куда он посылает рисунки на выставку группы «Мост».

В действительности, он более близок немецким экспрессионистам, нежели франзузским фовистам («В Булонском лесу», 1907-1908, Гавр. музей). Он приобретает известность и заключает контракт с гал. Бернхейм-Жён (19091915). Художник отправляется в путешествие в Испанию и Марокко (1910-1911), откуда привозит прекрасные полотна, полные свежих чувств («Женщины на балюстраде», ок. 1911, Сен-Тропез, музей), легкие и остроумные («Феллахи», Париж, Нац. музей совре-менного искусства, Центр Помпиду). В 1911 появляются декоративные композиции с большими красочными плоскостями («Красное и желтое», «Красное и синее», частное собрание); после путешествия в Египет (1913) художник тяготеет к иератическому, двухмерному стилю («Синий мужчина и красная женщина», ок. 1918, Ницца, музей Шере). В 1913 связь Ван Донгена с маркизой Казати, а затем дружба с Лео Жасми (которая продлится до 1932) направили творчество художника в сторону более светской стилистики, которая принесла ему известность в послевоенные годы - своеобразный компромисс между официальным портретом и плакатом: в композиции господствуют ритмы длинных вертикалей, в которые превращаются теперь его женские модели («Цветущий водоем», 1917, Париж, Гор. музей современного искусства), цвет, хотя и сохраняет часто дерзновенность, но теряет былую утонченность.

Ван Донген становится известным художником высшего света в Париже и Довиле. Серия картин, жестких по своей правдивости, стала как бы портретом общества между двумя войнами («Бони де Кастеллане», 1922, частное собрание; «Сестры Долли», 1925, Париж, частное собрание). Портреты работы Ван Донгена появились достаточно поздно, но после 1930 в них начинает проявляться его условный и чувствительный взгляд на модель («Утрилло», 1948, частное собрание; «Бриджит Бардо», 1954, частное собрание). В пейзажах, написанных в те годы, художник возрождает счастье и выразительность своих ранних работ («Маленькая АН на пляже», ок. 1930, СенТропез, музей). Его произведения, лучшие из которых созданы до 1920, верны экпрессионистскому фовизму, как по духу, так и по приемам, несмотря на все превратности современного искусства. В 1929 Кес Ван Донген принял французское гражданство и в 1959 переехал в Монако на виллу, названную Бато-Лавуар.

Он написал несколько сочинений («Голландия, женщины и искусство», Париж, 1927; «Жизнь Рембрандта», Париж, 1927, «Живопись, практические советы», Париж, 1937), а также исполнил литографии к сочинениям Монтерлана (1946), Вольтера (1948) и Анатоля Франса (1951), портрет которого он написал еще в 1917. Творчество Ван Донгена хорошо представлено в Париже (Нац. музей современного искусства, Центр Помпиду), Сент-Тро-пезе, Ницце, Гренобле, Монпелье, Женеве, Нью-Йорке (Музей современного искусства) и в голландских музеях.

Известно, что картины Кееса Ван Донгена продаются на мировых художественных аукционах за очень большие даже для традиционно «дорогих» импрессионистов деньги,

Так, например, в феврале 2008 года на торгах "Произведения импрессионистов и мастеров ХХ века" аукционного дома "Кристис" были представлены 3 работы Кеса ван Донгена наряду с живописными творениями Пабло Пикассо, Клода Моне, Камиля Писсаро, Поля Синьяка, Рене Магритта, Марка Шагала и других мастеров.
В целом произведения этого блока аукционов оценивались примерно в 120 миллионов фунтов, что стало самой высокой суммой для торгов "Кристис" в этой категории из тех, что когда-либо проводились в Европе.
Два полотна Кеса ван Донгена стали топ-лотами этой коллекции.
»Анита в цветах», 1905 года (предварительная оценка - 1,2-1,8 миллиона фунтов) была написана Кесом ван Донгеном в тот период, когда художник присоединился к фовистам, и изображает парижскую танцовщицу - модель, музу, и, возможно, возлюбленную художника.
Другая картина ван Донгена «L'Ouled Nail», 1910 года (предварительная оценка - 2-3 миллиона фунтов) посвящена уже прекрасной алжирской танцовщице. Название написано рукой самого художника на обороте полотна - "улед наиль", так называется североафриканское племя, женщины которого прославились как танцовщицы. Именно в их исполнении европейцы впервые увидели то, что впоследствии стало называться "танцем живота".
Любопытно, что картина Пабло Пикассо «Сидящий мужчина с ружьем» стала самым дорогим лотом этого аукциона - первоначальная цена его составила 5 млн. фунтов стерлингов, приблизительно 10 млн. американских долларов.