Президент России Владимир Путин закрыл всё судоходство и рыболовство других государств во всём Охотском море – на около 52 000 квадратных километрах океана, которые ранее были открыты для рыболовства и глубоководных исследований – действие, которое обострит международные конфликты в западной части Тихого Океана и демонстрирует, как именно Москва планирует действовать в Арктике.
Путин предпринял этот шаг после того, как Россия закрепила международное признание заявления Москвы о том, что российский континентальный шельф простирается по всему морскому дну этой акватории в соответствии с Конвенцией о Морском Праве ООН. Путин выступил на Совете Безопасности России, заявив, что «наши эксперты – основываясь на научных данных – предъявили весомые аргументы, которые подкрепляют неотъемлемое право России на эти районы. Впоследствии Пленум (комиссии ООН) согласился с нашими заключениями и сформулировал соответствующие рекомендации».
Москва давно добивалась этого решения, и её победа означает, что Россия теперь сможет использовать международные законы, чтобы воспрепятствовать другим странам заниматься рыболовством или другой деятельностью, в том числе исследованием и бурением морского дна. Несмотря на тот факт, что на Западе этому было уделено крайне мало внимания – хотя вызвало существенную озабоченность Японии и Китая – это новое решение крайне значимо по как минимум пяти основным причинам.
Во-первых, закрыт основной район рыболовства Японии и Китая, что лишает их существенных доходов и вынуждает конкурировать ещё жёстче в западной части Тихого океана, а напряжённость в отношениях между двумя азиатскими державами продолжает нарастать. В самом деле, эта напряжённости сегодня столь велика, что Госсекретарь Соединённых Штатов Джон Керри счёл необходимым заявить Японии, что США будут обеспечивать защиту её территории (RT, 7 февраля). Но заявление Керри не касалось ещё более значимого для Японии вопроса: введения Китаем, а теперь и Россией запретных экономических зон в океане. Чтобы этому воспрепятствовать, Токио теперь понимает необходимость строительства большого флота (japanfocus.org, 28 апреля), и в Японии кое-кто может даже признать необходимость развития её ядерных возможностей.
Во-вторых, открытое российское притязание на Охотское море лишь стимулирует Китай объявить о своих притязаниях на богатое нефтью Южно-Китайское море, а эти заявки уже разжигают конфликт между Пекином с одной стороны и Токио и Вашингтоном с другой. Китай, очевидно, воспользуется решением по Охотскому морю ради обеспечения директив собственного Морского Закона.
В третьих, заявление Путина о том, что Россия закроет Охотское море, повышает ставки Москвы в ещё более широких заявках на Северный Ледовитый океан. Москва утверждает, что арктическое морское дно является частью континентального российского шельфа, включая районы, на сотни миль отстоящие от береговой линии Российской Федерации, и эту территорию стоит расценивать как Российскую исключительную зону (РИА Новости, 29 апреля). Комментарии Путина по планам Москвы в Охотском море дают основания предполагать, что руководитель Кремля готовится это сделать.
С учётом глобального потепления, которое открывает Арктику для исследований и перевозок, крепнет уверенность в том, что арктическом морском дне содержатся значительные запасы нефти, газа и других природных ископаемых; технологии добычи этих природных богатств быстро развиваются, и в этих условиях действия России дадут старт новым конфликтам между Россией и другими арктическими державами, в число которых потенциально входят США, Канада, Дания, Норвегия и даже Китай – который считает себя членом этой группы даже при отсутствии арктической береговой линии.
Вероятность этого лишь усиливают комментарии Путина во время оглашения решения по Охотскому морю. Он заметил, что разведка и добыча Россией богатств, лежащих под дном Северного Ледовитого океана, должны быть «надёжно защищены от террористов и других потенциальных угроз», и что агентства безопасности страны, в том числе Министерство Обороны и Федеральная Служба Безопасности, должны разработать для этого совместную программу. Отдельно Путин призвал к созданию «единой системы базирования (российских) подлодок и кораблей» для выполнения этих задач (kremlin.ru, 22 апреля).
В четвёртых, планы Путина придать военный смысл российским заявкам на огромные районы омывающих территорию России океанов сейчас не только готовят сцену для конфликтов с другими державами, но и потребуют от Москвы резкого увеличения её усилий по строительству кораблей. С учётом времени, между разработкой корабля, закладкой и спуском на его воду, комментарии по ситуации вокруг Охотского моря служат показателем того, насколько далеко заходят планы Путина – они ещё более агрессивные и экспансионистские, чем считали многие аналитики, ныне сфокусировавшие своё внимание на Украине.
И в пятых, – что особенно важно для Соединённых Штатов – решение по Охотскому морю обращает внимание на умное использование Москвой возможностей международных организаций, где она имеет преимущество в некоторых случаях из-за того, что там не присутствуют США. Если более 160 государств подписали и ратифицировали Конвенцию по Морскому Праву, то Соединённые Штаты этого не сделали. В результате, у Вашингтона нет места за столом переговоров о принятии подобных решений, и они не могут заблокировать или хотя бы изменить его. Теперь США начинают платить за это высокую цену.
http://polismi.ru/politika/geografiya-i-politesy/562-moskva-zakryvaet-ok...
