Tanya Tanya
В первые месяцы 2015 года власти готовили бизнес к более серьезной и продолжительной стагнации, чем кризис 2008 года, и не исключали возможности «жесткой посадки» национальной экономики. Однако весной пришла не только календарная оттепель, но и «оттепель» во всевозможных заявлениях и прогнозах: высокопоставленные чиновники заговорили о том, что, возможно, удастся избежать худшего, в том числе массовых банкротств финансово-кредитных организаций, особенно если «сработает» объявленная государством программа докапитализации банков через облигации федерального займа (ОФЗ). По состоянию на середину марта, из прошедших отбор 27 игроков, готовность получить господдержку с соблюдением необходимых требований подтвердили лишь некоторые из счастливчиков.
Хорошо забытое старое
Докапитализация банков за счет средств бюджета (или, как чаще называют этот инструмент, за счет средств налогоплательщиков) – явление неновое ни для России, ни для стран с развитой экономикой. События кризиса 2007–2009 годов, вспыхнувшего из-за перегрева рынка ипотеки subprime в США, до сих пор все помнят. Тогда многие страны предоставили банкам капитал первого уровня: «инъекции» производились главным образом через приобретение государством привилегированных акций или других гибридных инструментов, соответствующих критериям капитала первого уровня. В США объем подобных вливаний достиг триллиона долларов, в России, конечно, масштабы господдержки оказались скромнее.
Как это часто бывает, инструмент, рожденный в эпоху одного кризиса и доказавший свою эффективность на практике, используется для преодоления последствий следующего кризиса. Поэтому для рынка не стало неожиданностью то, что в декабре прошлого года Госдума РФ одобрила законопроект о наделении Агентства по страхованию вкладов (АСВ) правом осуществлять меры по повышению капитализации российских банков. В соответствии с данным законом АСВ докапитализирует кредитные организации на сумму до триллиона рублей путем размещения облигаций федерального займа в обязательства банков по субординированным кредитам.
Как пояснил министр финансов России Антон Силуанов, реализация данного механизма повысит капиталы второго уровня банков, даст возможность финансово-кредитным организациям привлекать больше ресурсов с рынка и направлять эти ресурсы на увеличение своих активов, то есть на кредитование экономики, которая в нынешних условиях испытывает явный дефицит финансирования.
По словам представителей правительства, АСВ не будет входить в уставный капитал банков, а будет приобретать субординированные обязательства кредитных учреждений, оплачивая их ОФЗ. При определенных условиях эти обязательства могут быть обменены на обыкновенные акции банков, что предусматривается договором с АСВ. Таким образом, у финансовых институтов появляется возможность привлекать если не бесплатное, то сравнительно дешевое финансирование (выплаты по субординированным обязательствам равны купонному доходу по ОФЗ плюс 1%), замечают эксперты. При этом предполагается, что регулятор рынка будет осуществлять серьезный контроль за реципиентами, которые, в свою очередь, будут обязаны увеличивать свои кредитные портфели на величину, составляющую не менее 1% в месяц. Причем этот рост должен быть обеспечен за счет кредитования отраслей экономики, перечисленных в приложении к документу о механизме докапитализации.
В перечень банков, удовлетворяющих условиям докапитализации через ОФЗ, вошли крупнейшие государственные и частные игроки, размер собственных средств которых составляет не менее 25 млрд рублей, а доля потребительских кредитов в их портфелях не превышает 40% активов банка. Среди них такие кредитные организации, как ВТБ, Газпромбанк, Россельхозбанк, ВТБ24, Банк Москвы, банк «ФК Открытие», Промсвязьбанк, МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК, Банк УРАЛСИБ и другие.
«Кредитные организации, вошедшие в список, составляют абсолютное большинство активов банковской системы после Сбербанка, которого в списке нет», – замечает директор практики оказания услуг финансовым организациям PwC в России Антон Ефремов. Таким образом, государство создает благоприятные условия для деятельности банков, кредитующих как крупные предприятия, так и МСБ и ипотечных заемщиков. Они смогут наращивать темпы кредитования, поскольку на каждый рубль дополнительного капитала финансовые институты смогут выдать до десяти рублей кредитов. Следовательно, в целом от этой операции российская экономика может получить до десяти триллионов рублей кредитных ресурсов, что в условиях спада и дефицита средств для развития промышленного производства крайне необходимо.
«Важно сегодня, чтобы эти средства действительно направлялись на кредитование реального сектора экономики, малого и среднего бизнеса, в том числе и на развитие собственных производств в России, а не на рынок финансовых инструментов, не связанных с таким кредитованием», – подчеркивает Антон Ефремов (PwC).
Торопись медленно!
Сами банкиры оценивают перспективы программы докапитализации, а также перспективы участия в ней своих организаций менее оптимистично. Об этом, к примеру, говорит то, что к середине марта совет директоров АСВ одобрил заявки на докапитализацию через ОФЗ только четырех игроков: банка «Петрокоммерц», Новикомбанка, Совкомбанка и банка «Россия». В то же время главный управляющий директор вошедшего в «список избранных» Альфа-Банка Алексей Марей сообщил, что пока не видит необходимости в этом. «С точки зрения достаточности капитала такой потребности у нас нет. Поэтому мы будем принимать решение ближе к июню», – сказал он.
Не спешит отвечать на уведомление от АСВ о возможности докапитализации через ОФЗ на сумму около 30 млрд рублей и Промсвязьбанк. По словам заместителя председателя правления банка Владислава Хохлова, для кредитной организации важнее капитал первого уровня, чем капитал второго уровня. Он добавил, что в настоящее время идет дискуссия в том числе с мажоритарными акционерами о дополнительной эмиссии.
В этот же период Банк УРАЛСИБ сообщал об увеличении основного капитала путем конвертации ранее привлеченного субординированного займа в размере 71,6 млн долларов в капитал первого уровня. «Текущая рыночная ситуация предъявляет повышенные требования к финансово-кредитным организациям, и потребность в докапитализации характерна для большинства участников рынка. Именно поэтому акционерами банка было принято решение о его поддержке через увеличение капитала первого уровня», – пояснили представители руководства Банка УРАЛСИБ.
Наблюдатели напоминают, что и в прошлый раз – во время кризиса 2008–2009 годов – порыв банков к получению господдержки в рамках докапитализации был умеренным. Причина в том, что обязательства, под которыми подписываются реципиенты, сформулированы довольно жестко. Далеко не все финансово-кредитные организации готовы безоговорочно их принимать, некоторые склонны полагаться больше на собственные силы, чем на помощь извне.
Полет нормальный?
В кризис 2008–2009 годов основным инструментом рекапитализации были субординированные кредиты ВЭБ, которые позволили банкам справиться с последствиями падения рентабельности и запустить кредитование с восстановлением экономики (кредитный портфель сократился на 2,4% в 2009 году, но вырос на 13,1% уже в 2010 году). Также ЦБ РФ прибегал к временным послаблениям в расчете резервов, что позволило ослабить давление на рентабельность сектора.
«Достаточность капитала банковского сектора на данный момент выглядит относительно комфортной (12,5% на 1 февраля 2015 года), однако не предполагает серьезного запаса прочности для уменьшения возможных потерь от формирования дополнительных резервов и давления на маржу», – отмечает ведущий аналитик департамента исследования рыночной конъюнктуры Газпромбанка Андрей Клапко.
«По нашим подсчетам в кризис 2008–2009 годов объем рекапитализации банковского сектора составил 1,1 трлн рублей, или 29% от капитала сектора на 1 января 2009 года, – продолжает эксперт. – На данный момент озвучены меры по поддержке на общую сумму порядка 1,4 трлн рублей, что составляет порядка 18% от капитала сектора на 1 января 2015 года. Таким образом, пакет озвученных мер относительно масштабов сектора пока уступает объему помощи в предыдущий кризис».
Андрей Клапко (Газпромбанк) уверен, что степень достаточности существующих мер поддержки будет определяться тем, с какими вызовами столкнется банковский сектор в 2015 году, и тем, насколько острыми будут эти вызовы. Речь, по мнению эксперта, следует вести в первую очередь о необходимости формирования дополнительных резервов под неработающие кредиты, о сжатии процентной маржи на фоне роста стоимости фондирования в результате жесткой монетарной политики ЦБ РФ. Негативную роль, как легко догадаться, может сыграть волатильность на валютном и долговом рынках.
«Данная программа похожа на схему докапитализации банковского сектора 2009 года, – замечает директор Центра структурных исследований Института экономической политики им. Е. Т. Гайдара Михаил Хромов. – Только на этот раз средства Фонда национального благосостояния остаются нетронутыми, а в роли денежных средств выступят ОФЗ. По сути, это завуалированный инструмент денежной эмиссии. В дальнейшем банку необходимо будет реализовывать эти облигации на финансовом рынке или же оставить в активе в качестве инвестиций».
По мнению эксперта, скорее всего, одной из целей использования такой схемы докапитализации было расширение залоговой базы в активах банков, позволяющей в критических ситуациях получать больше дополнительной ликвидности от ЦБ. «Безусловно, эта мера окажет положительный эффект на достаточность капитала банковского сектора, который в конце 2014 года был на очень низком уровне. Но суммы, озвученной АСВ, очевидно, недостаточно для того, чтобы решить все проблемы банковского сектора, – замечает Михаил Хромов. – Кроме того, наличие дополнительных обязательств по наращиванию кредитного портфеля в течение трех лет снизит непосредственный эффект для уровня капитализации этих игроков».
Эксперт Института экономической политики им. Е. Т. Гайдара видит причину наблюдаемого осторожного отношения банков к участию в программе докапитализации в том, что с учетом соблюдения установленных требований она будет оказывать больше влияния на поддержание роста кредитования экономики, а не на финансовое состояние кредитной организации.
«Если кредитный портфель банка сформирован в основном кредитами приоритетным категориям заемщиков с точки зрения условий докапитализации (к ним относятся МСБ, ряд определенных отраслей экономики и ипотечные клиенты), то ему придется направлять значительную часть полученных средств на наращивание активных операций. При этом в текущей неблагоприятной экономической ситуации значительно возрастают требования к отбору заемщиков, особенно с учетом того, что финансовый институт будет вынужден поддерживать выдачу кредитов для выполнения условий докапитализации», – поясняет Михаил Хромов (Институт экономической политики им. Е. Т. Гайдара).
Антон Ефремов (PwC) видит риск для коммерческой деятельности частных банков в дополнительном мониторинге и контроле со стороны государства, предусмотренном условиями докапитализации. «Естественно, это может привести к ограничению гибкости и скорости принимаемых решений. Из позитивных факторов можно указать некоторое повышение надежности банка в глазах рядовых граждан», – рассуждает Антон Ефремов.
Регионы в интересах МСБ
На фоне куда более стабильных системообразующих банков из «списка избранных» средние частные и региональные игроки в сложившихся в результате кризиса условиях чувствуют себя не слишком хорошо. Что и неудивительно – стоимость фондирования сильно возросла, а возможности размещать активы «усохли» из-за падения платежеспособности как предприятий, так и населения, поясняют эксперты.
Если частный банк стремится успешно и независимо продолжать свою деятельность, то стоит рассматривать прежде всего вариант докапитализации за счет собственников, уверен Антон Ефремов (PwC). Однако каждый собственник придирчиво оценивает рентабельность и целесообразность дополнительных инвестиций в банковский бизнес, который в настоящее время не является высокодоходным и несет серьезные риски. При этом акционеры не исключают того, что в ближайшие несколько лет ситуация вряд ли изменится к лучшему.
«Альтернативой по источникам дофинансирования могло бы стать размещение акций банка на российской бирже, то есть первичное публичное размещение (IPO), – делится мнением Антон Ефремов. – К сожалению, у нас пока затраты по выводу акций средних банков на биржу очень велики, при этом отсутствует достаточный спрос со стороны внутренних российских институциональных инвесторов и физических лиц».
В капиталы региональных игроков – не очень больших, но важных для своих регионов – из триллиона рублей планируется направить всего 170 млрд рублей. Наблюдатели считают – этого явно недостаточно для того, чтобы придать новый импульс процессу кредитования региональных компаний.
В начале марта президент Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин обратился к правительству и ЦБ с просьбой поддержать разработанные в РСПП критерии отбора региональных банков на получение государственной поддержки через докапитализацию. В основе критериев предлагается рассматривать прежде всего качественные показатели. В частности, системная значимость банка для региона должна быть подтверждена органами государственной власти субъекта Российской Федерации, банк должен входить в первую тройку региональных финансово-кредитных организаций по размеру капитала, не менее 50% выдаваемых им кредитов должно быть предназначено предприятиям малого и среднего бизнеса. Кроме того, у потенциального реципиента господдержки должна быть развитая филиальная сеть.
Впрочем, есть и другие предложения. Так, ряд экспертов считают, что определяющим должен быть не размер капитала, а устойчивость, законопослушность, активное участие в проектах по кредитованию МСБ. Сторонники этого подхода указывают на то, что частыми были прецеденты – не только в российской истории, но и в истории стран с развитой экономикой – когда «падали» финансово-кредитные организации, располагавшие огромным капиталом.
В одном все эксперты солидарны: проводя программу докапитализации малых и средних банков, фокусируясь на региональных кредитных организациях, государство получит возможность не только защитить регионы от экономического спада, но и создать импульс для дальнейшего развития. А это в условиях, когда Россия борется за каждую долю процента роста ВВП, чрезвычайно важная и актуальная задача.
