Вокруг одного из крупнейших финучреждений в стране – Ощадбанка – разгорается скандал. Под сомнение поставлено будущее государственных гарантий, которые должны покрывать 100% вкладов населения в этом банке. Именно они стали одним из важных атрибутов маркетинговой кампании финучреждения. Однако на рынке появилась информация, что госгарантии для данного банка могут быть отменены – с целью восстановления равной конкуренции. Министерство финансов в тот же день поспешило опровергнуть информацию о нивелировании государственных гарантий.
Ирония заключается в том, что как такового механизма работы данных госгарантий на самом деле нет, то есть на практике они не могут быть реализованы без принятия государством соответствующих нормативных актов. В настоящее время под данные гарантии средства в госбюджете не выделены. Что это означает для рынка – разбирался Forbes.
После обнародования в СМИ документа под условным названием «Стратегия развития государственных банков», в медиаполе начался ажиотаж вокруг вопроса, прописан ли в данном документе механизм отмены госгарантий для Ощадбанка.
Министерство финансов, ответственное вместе с привлеченными внешними экспертами за разработку такой стратегии, опубликовало официальное опровержение того факта, что гарантии госбанка могут быть аннулированы. «Министерство финансов не имеет намерений отменять государственную гарантию Ощадного банка, – сообщили в министерстве. – Документ, носящий название «Стратегия развития госбанков», официальным не является».
Гарантии в теории
Однако документ на самом деле существует. Его активно готовят сотрудники Минфина. В том числе в октябре 2015 года в Киеве проходила одна из конференций, посвященных развитию госбанков, участие в которой принимали представители Минфина, НБУ, банковских учреждений и другие.
Тогда же в интервью с экс-заместителем министра финансов Украины Татьяной Ефименко Forbes отмечал, что в некоторых ситуациях госбанки из-за высокого уровня коррупции могут восприниматься как частные корпорации, которые работают в пользу определенного частного капитала. «В обстановке тотального недоверия полноценное развитие госбанков может быть затруднено. Ведь принятие решений в государственной сфере сопряжено не только с риском коррупции, но и с политическими интересами, влияющими на эффективность управления», – указывала Ефименко.
В любом случае стратегия развития госбанков не сможет не коснуться гарантий Ощадбанка. Почему это так, и что же представляют собой данные гарантии сейчас?
Напомним, украинская система гарантирования вкладов физлиц выстроена с помощью ФГВ, ликвидность которого формируется из нескольких источников. Кроме обязательных страховых взносов банков – участников системы гарантирования, фонд реализует имущество банков-банкротов; получает финансирование от государства и международных доноров Украины. Из собранных средств Фонд выплачивает компенсации вкладчикам пострадавших банков – в размере до 200 000 гривен на человека.
Среди участников системы гарантирования есть и государственные банки, такие как Укрэксимбанк, Укргазбанк, УБРР. Но Ощадбанк в этой системе участия не принимает. Упомянутые госгарантии прописаны в законе «О банках и банковской деятельности». «Вклады физлиц Государственного ощадного банка Украины гарантируются государством», – гласит 57 статья документа. Однако никаких подзаконных актов, говорящих о том, куда обращаться в случае банкротства госбанка, как будет реализован данный механизм и так далее – нет. Таким образом, за все годы ни НБУ, ни Минфин так и не прописали алгоритма защиты вкладчиков Ощадбанка.
Forbes опросил банкиров и финансистов, узнав, как в теории может выглядеть механизм компенсации по вкладам в Ощадбанке.
Экс-директор генерального экономического департамента НБУ Игорь Шумило считает: факт того, что госгарантии упомянуты в законе, является достаточным. «Обращаться нужно к государству [в случае банкротства банка] в лице Фонда гарантирования вкладов», – уверяет он.
Эксперт Фонда гарантирования вкладов Светлана Рекрут уточняет: «Ощадбанк не является членом системы гарантирования вкладов, и в случае банкротства этого банка гарантии реализуются государством. Но участие ФГВ в процессе выплат компенсаций нигде не прописано. Ответить на этот вопрос должен Минфин».
«Норма в законе является декларативной, она не отображается в бюджете. Определить механизм реализации данных госгарантий должен Кабинет министров, в частности, Министерство финансов», – поясняет экс-член совета НБУ Василий Горбаль.
«Все понимают, что государство не допустит банкротства госбанка, – отмечает член совета НБУ Роман Шпек. – В крайнем случае, ответственность будет возложена на бюджет. Хотя стратегия госбанков только утверждается, правление банка и Андрей Пышный делают все, чтобы не было зависимости вкладов от механизма их страхования. Корпоративная культура управления, независимость менеджмента от акционера, создание набсовета при участии независимых директоров и так далее, не должны допускать участия госбанка, который специализируется на сохранении средств населения, в высокорисковых операциях».
По силе закона
Даже при отсутствии механизма реализации, «гарантийная оговорка» для Ощадбанка является мощным маркетинговым инструментом. В том числе благодаря активности председателя правления банка Андрея Пышного, Ощадбанк показывает впечатляющие темпы по привлечению вкладов населения. На 1 декабря 2015 года украинцы доверили «Ощаду» 47,5 млрд гривен, из них срочных вкладов – 35,7 млрд гривен. Опережает его по этим показателям только крупнейшее финансовое учреждение страны – ПриватБанк.
«Суть гарантии, которая на сегодня является не столько юридическим или финансовым механизмом, сколько хорошим маркетинговым ходом, будет на словах сохраняться и в будущем. Но нужно минимизировать участие Ощадбанка в рисковых транзакциях. В том числе правительство должно отказаться от того, чтобы банковская система финансировала дефицит бюджета или энергетические компании. Необходимо оздоровить учреждение на основании стресс-теста, а далее не вмешиваться в операционную деятельность», – советует Роман Шпек. Он напоминает, что на независимости госбанков еще с 1996 года настаивают международные партнеры Украины – в частности, Всемирный банк.
В свою очередь, председатель правления Ощадбанка Андрей Пышный рассказал Forbes, что условия ведения бизнеса на банковском рынке не менялись с момента принятия в 2001 году закона «О банках и банковской деятельности». «Правовой режим госгарантии сохранения вкладов в Ощадбанке остается неизменным на протяжении последних 20 лет. Гарантия существовала всегда, она нужна, и будет сохранена», – подчеркивает Пышный.
Однако не все банкиры считают, что такое преимущество – справедливо. По их мнению, «гарантийная оговорка» нарушает свободную конкуренцию на финансовом рынке. И в том числе, учитывая будущие процессы корпоратизации и приватизации госбанков, считают возможным пересмотреть и норму по госгарантиям. «Ежегодно через госбанки списываются миллиарды гривен, в них – высокий уровень коррупционного риска. Сейчас убытки госбанков превышают капитал, и эти учреждения готовятся на продажу, – рассказывает экс-зампред Национального банка Украины Александр Савченко. – В этих банках может быть запущен как механизм скрытого финансирования бюджета, так и другие рисковые операции. Поэтому система будет реформироваться».
По мнению Савченко, гарантия по вкладам в госбанке – условная. «Нет никакого механизма реализации этой гарантии», – объясняет банкир.
А пока госгарантия может оставаться весомым имиджевым аргументом Ощадбанка. Если делать этот аргумент реально работающим, то Министерство финансов Украины, а также другие органы, влияющие на развитие финучреждений, должны в оперативном порядке разработать подзаконный документ, регулирующий реализацию данного механизма, поскольку при моделировании самого негативного сценария вычислить ответственных за выполнение обещаний государства непросто.
Впрочем, всего 24 года назад при банкротстве Сбербанка СССР украинцы потеряли миллиарды. Лишь по прошествии около 20 лет некоторые попытки частично компенсировать населению этот ущерб предпринимали украинские политики – Юлия Тимошенко и Виктор Янукович. Правда, делалось это больше ради получения политических дивидендов. К слову, следует напомнить, что так называемая «Юлина тысяча» выплачивалась пострадавшим от краха Сбербанка СССР как раз через государственный Ощадбанк Украины.
Маргарита Ормоцадзе
<img width="240" height="160" src="
Таня