Ваша жена не является Вашей собственностью. Она не обязана любить Вас всей душой. Эту любовь нужно зарабатывать.

Анатолий

А недавно слова артиста на условиях анонимности подтвердил участник четвертого сезона шоу «Битва экстрасенсов». Он заявил, что ему предложили купить так называемое «ведение по проекту» за 450 тысяч рублей. Также можно было заплатить деньги – порядка 500 тысяч рублей – за выход в финал.

Создатели мистического шоу, разумеется, все обвинения опровергают. Продюсер «Битвы экстрасенсом» Мария Шайкевич заверяет, что все ясновидящие и маги сражаются лишь с помощью своих паранормальных способностей. А в преддверии финала 19-го сезона проекта она рассказала несколько удивительных случаев, которые произошли на съемках с оставшимися тремя участниками.

Так, по словам Шайкевич, Григорий Кузнецов смог определить, когда обратившаяся в программу женщина, найдет свою дочь, которую ее бывший муж похитил. Ясновидящий не просто заверил безутешную мать, что та обязательно встретится с ребенком до Нового года, но и назвал точные сроки – через три недели. По словам продюсера, сперва даже они не поверили Кузнецову и не включили его пророчество в очередной выпуск, но в итоге все случилось, как он и предсказывал.

Отличился и Тимофей Руденко, во время испытаний в санатории «Истра», он начал слышать детские голоса, а позже зрители программы написали в редакцию несколько писем, объяснив, что в усадьбе ранее располагался приют для больных детей.

Кроме того на съемках «Битвы» зачастую происходили необъяснимые движения предметов: открывались окна без всякого сквозняка, двигались ручки дверей. Эти факты, настаивает Шайкевич, доказывают всю реальность того, что происходит на проекте, передает Vokrug.tv.

 Влад

В какой-то момент он сблизился с моим отцом - полковником в отставке. За кружечкой пива он рассказывал удивительные байки, которые еще совсем недавно были государственной тайной. Большинство я до сих пор помню почти наизусть. К сожалению, Леонида Сергеевича десять лет назад не стало. Накануне Дня чекиста 20 декабря я решил отдать дань памяти этому удивительному человеку и пересказать некоторые из его приключений.

- В карты не играй, а то портки проиграешь! - внушала  цыганка симпатичному парнишке с ямочкой на подбородке. Но эти слова он пропустил мимо ушей. Ведь старая карга сулила ему удивительную жизнь: «Будешь учиться в благородном заведении, но работу выберешь не по своей воле», «Станешь рядом со смертью ходить», «Будешь жить не в своей стране»... Но поверил во все это пацан, оказавшийся во время войны вместе с родителями в казахском городе Актюбинске, только через месяц. Сел играть в очко и продулся в пух. Явился домой в одних трусах, за что был впервые в жизни выпорот. А дальше - все, как и было обещано.

В первый послевоенный год Леонид Колосов поступил в престижный Институт внешней торговли. Работал в Италии, показал блестящие результаты. В 57-м защитил кандидатскую диссертацию, и вскоре его пригласили в КГБ. Уже в качестве сотрудника резидентуры он начал работать специальным корреспондентом газеты «Известия» на Апеннинском полуострове. В 1963 году ему поручили вербовку самого папы Римского. Как раз тогда Иоанн XXIII призывал католика Джона Кеннеди не доводить мир до крайней черты. Колосов организовал встречу папы с зятем Никиты Хрущева - главредом «Известий» Алексеем Аджубеем. Почва для вербовки была подготовлена, но тут  Колосов попадает в подстроенную автокатастрофу, в которой, чудом выжив, ломает обе ноги. А папа вскоре скоропостижно умирает, предположительно, от яда.

Сделка века

Больше всего Колосов переживал случай, связанный с Энрико Маттеи, президентом итальянского нефтеперерабатывающего концерна. «Энрико был славным парнем, -  рассказывал Леонид Сергеевич.  - Он хорошо относился к Советскому Союзу и очень не любил американцев. Мне поручили наладить с ним связь. В то время Советский Союз хотел построить газопровод. Но у нас не было труб большого диаметра, они входили в список товаров, запрещенных к продаже в СССР.  И Маттеи помог! С его помощью мы заключили сделку века: итальянцам - наш газ, они нам - трубы. Когда он приехал в Москву, я его, как всякого иностранца, повел в Мавзолей. И тут началось... Иностранные корреспонденты  раздули скандал: «Маттеи продался красным!» Вскоре мы получили сведения, что группа ликвидаторов ЦРУ готовится к его уничтожению. Я срочно встретился с Энрико, предложил ему нелегально покинуть Италию на советском самолете и поселиться вместе с семьей на цековской даче в Крыму. Он отказался. А через две недели в его самолет подложили бомбу, и он погиб. С ним летел американский корреспондент - не пожалели и его! Мы вышли на след убийц, но американцы успели их ликвидировать.

Друг мафии

Леонид Колосов был в хороших отношениях с итальянским премьер-министром Альдо Моро, от которого получал инсайдерскую информацию. А также подружился с главой сицилийской мафии Николо Джентиле. Даже сделал с ним интервью, честно предупредив, что не может написать про него хорошо в советской прессе. «Сын мой, пиши так, как бог на душу положит!»  - сказал ему босс. - «А меня не пристрелят после этого в Италии?» - «Не волнуйся! В СССР никто не знает, что такое мафия, а ты нам сделаешь рекламу».

Узнав, что Джентиле коллекционирует иконы, Леонид преподнес ему православный образ - таких в его коллекции не было. И Джентиле любезность не забыл. В качестве благодарности он сообщил о готовящемся  под патронажем ЦРУ перевороте в Италии, намеченном на 4 июля 1964 года. Благодаря усилиям Колосова он был сорван. За это на родине разведчик был удостоен ордена Красной Звезды.

А еще благодаря работе его агентуры и личному знакомству с президентом «Фиата» Витторио Валлеттой он добился кредита для постройки завода в Тольятти, и по просторам СССР начали бегать автомобили «Жигули».

Приказано уничтожить!

Дважды Колосов был обязан убить человека. Первый раз, когда к нему в Мадриде в гостиницу позвонил экс-оберштурмбанфюрер СС Отто Скорцени, известный тем, что по личному распоряжению фюрера руководил операцией по освобождению из-под ареста Бенито Муссолини.  Скорцени был в международном розыске. Была негласная директива советским агентам - при встрече ликвидировать. И вдруг он лично захотел пообщаться с советским журналистом.  «Смотрите, Леонид, - сказал Скорцени. - Лоуренс был англичанин, работал на Черчилля. Остался в истории великим разведчиком. Рихард Зорге, немец по национальности, предал родину и работал на Сталина. Остался в истории как великий разведчик. Скорцени - австриец по национальности, работал на Гитлера за деньги. Руки у меня чистые, я никого не убил. А вопрос такой: почему я военный преступник? Напишите обо мне в советской газете!»

«Вообще-то Скорцени мне понравился, - признался Колосов. - Он уже был старым, больным человеком. Но от него исходило какое-то обаяние. Во всяком случае, убивать его мне не хотелось. Я предложил ему выпить, а потом сказал: «Отто, если я про вас напишу, меня выгонят из партии. Давайте пока не поднимать шума». А потом добавил: «Если бы вы для нас делали то, что делали для Гитлера,  мы бы дали вам Звезду Героя!» Умер Скорцени своей смертью, от рака.

Второй раз ему приказали убрать предателя - майора Олега Лялина. Они учились вместе в разведшколе, даже играли в одном спектакле «Любовь Яровая». Когда стало известно, что Лялин во Флоренции, Леонид отправился туда. «Его я тоже не хотел убивать, - признавался Колосов в разговоре с отцом. - Хотел перекупить, предложить сумму больше. Но не узнал при встрече - он сделал пластическую операцию. Какой-то высокий худой англичанин, мало ли... В результате он скрылся, а я на семь лет стал невыездным». Лялин умер в 1997 году от острой сердечной недостаточности.

Герой-любовник

А еще Колосов рассказывал про свои амурные похождения. В частности, о романе с актрисой Инной Гулая, известной по фильму «Когда деревья были большими», женой драматурга и поэта  Геннадия Шпаликова.

«Она приехала на кинофестиваль в Венецию, - вспоминал Леонид Сергеевич. - Мы понравились друг другу. Инна отличалась удивительной искренностью и откровенностью. Жаловалась, что актрисам в кино трудно... Пристают все. И не каждому откажешь. Инну почти девочкой взяли на съемки фильма «Когда деревья были большими», и режиссер первым делом уложил актрису к себе в постель. (Кстати, впоследствии у Инны был роман с Юрием Никулиным, который играл в картине ее отца. - М. В.). Но вообще-то, наверное, про Инну нельзя было сказать, что она женщина высоких нравственных принципов: тому, кто ей нравился, она никогда не отказывала. А ей многие нравились, и очень многие ее предавали. Незадолго до смерти Инна мне жаловалась, что жизнь у нее не сложилась. Просила помочь. Я обещал, но тут меня отправили в Югославию. Вскоре я узнал, что она отравилась».

(До этого покончил жизнь самоубийством и муж актрисы Геннадий Шпаликов, который, попав в опалу к властям, лишился работы.)

Поведал Колосов и о романе с актрисой, кинорежиссером и сценаристкой Ларисой Шепитько. Она была супругой классика советского кино Элема Климова. «Лариса тоже приехала на кинофестиваль со своим фильмом «Крылья». Мы с ней отправились в Венецию. Она оказалась без мужа. У меня с ней была... как это сказать... очень трогательная ситуация. В самый пикантный момент она сказала: «Я на все готова. Но, по-моему, я немножечко беременна». Она была женщина высокоинтеллектуальная, умная, талантливая».

Кстати, мог у Колосова сложиться роман и с великой Майей Плисецкой. «Мы летели одним самолетом в Париж, - вспоминал он. - Я тогда жил в Мадриде, представился, разговорились. Решили выпить за знакомство. «Вам рюмочку? - спросила ее стюардесса. - Несите бутылку!» - попросила Майя. Ели курицу, пили армянский коньяк, перешли на «ты». А потом я целовал ей ручки и отвешивал комплименты. «Как жалко, что не могу полететь с тобой в Мадрид!» - сказала она.

Помню, на мой вопрос, могут ли быть хорошими агенты-женщины, Колосов засмеялся. «Я изучал феномен Маты Хари, - объяснил он. - Высшим достижением в разведке была ситуация, когда на ее ягодицах написали невидимыми чернилами секретное донесение. И когда она встретилась с агентом, он протер ее округлости спецсоставом, прочитал, а потом уложил в постель. Я считаю, что женщин можно использовать только как помощниц. Многие жены известных разведчиков помогали им в их опасной работе. К ним я отношусь с большим уважением».