Луч подкрался к изголовью,
Пробежался по руке,
И, горя большой любовью,
Взял и треснул по башке.

Зуд зачешется в поэте,
(Я ж упёртый дохрена),
И настигнет на рассвете
Сладострастная волна.

Всё! Оргазьм и вздох. Отдышка.
И стиха готов букет,
Понесу ложить вприпрыжку
В адЪ кромешный - интырнед.

И снова про буги-вуги. Как и в прошлый раз, смесь буги, свинга и отличного настроения от команды, безвременно почившей в бозе. На их счету всего один альбом - Torch This Place (1999) (альбом 1998-го Birth of the Swerve по содержанию составляет почти то же самое, с небольшими вариациями). Но и этого альбома достаточно, чтобы пожалеть о том, что бэнда больше нет.

Дня пожелтеет

Страница,

Ночь скроет всё

В своём имени,

Что-то должно

Измениться,

Завтра посмотрим,

Что именно.

 

Доброе, злое ли,

Склочное,

Может, чуток

Сумасшедшее,

Завтра иным будет

Точно,

И не таким,

Как прошедшее.

 

Новых шагов

Тропка стелется,

Песни, по-новому

Спетые...

Завтра чуть-чуть,

Но изменится,

Если стремленье

Есть к этому.

Волшебных дней – наперечёт,

И их почти затёрто имя,

Но вера снова мне поёт

О том, чего нет и поныне.

 

Возможно, путь уже закрыт

И есть ли ключ – никто не знает,

Но вера вновь ко мне летит,

Преград совсем не замечая.

 

Кого-то могут рассмешить

Её наивные манеры,

Но, согласитесь, легче жить

Когда есть хоть немного веры. 

Если вскрикнет привычка

Идти лишь вперёд,

И петлёй перекрёсток

Повиснет на шее,

Выбор – это азарт,

Выбор – это отсчёт

Бесконечной, по сути своей,

Лотереи.

 

Можно слова заветного

Даже не знать,

И не видеть подсказок

Мечты многоликой,

Выбор – это всегда

Новый шанс отобрать

У судьбы непреклонной

Бездушную книгу.

 

В монотонном обилии

Прожитых лет,

Бесконечных финалов

И длинных прелюдий,

Выбор – это тот самый

Искомый ответ

На вопрос, что потом

После выбора будет.

Стирая тучей взгляды звёзд

Пыль серой грусти сеет дождь

Без меры.

Не тратясь на обрывки слов

Пасутся в стаях липких снов

Химеры.

 

Вопросов жажду утоля

Не убежав и не моля

О чуде,

Души свернулся мир клубком

Мечтая только об одном –

Приюте.

Что будет, если взять человека, специализирующегося исключительно на тантрической музыке и прочей харекришне, добавить к нему стихи Пушкина (того самого, который А.С. и Наш Всё), солиста и втулить в альбом с той же самой харерамой? Не угадали, получится вот это. (название альбома не привожу: во-первых, достаточно этой песни, во-вторых - просто не помню). А вот фотки автора - тоже нет (ПушкинЪ не считается, его кажись знают все).

Когда часы спешат истлеть,

Куда лететь,  зачем гореть?

И что сказать, когда хотят услышать?

Какие дали позовут?

Какой мазок, какой этюд

Шальное завтра мне напишет?

Ещё ль захочется любить,

Превозносить, боготворить

И жить?

 

Как остудить глухую боль

И доиграть мне эту роль,

Что не сулит в конце награды?

Как мир непонятый понять,

Преодолеть и досчитать

Лучи последнего заката?

И можно ль за порогом жить,

Превозносить, боготворить

Любить?

Небо не спит.

Поздно.

Месяц молчит в вышине,

Тлеет тоска

В звёздах,

Тлеет тоска

Во мне.

 

Время считать

Устало

Ленты отмерянных лет,

Жизни осталось

Мало,

Жизни почти

Нет.

 

Прошлые дни

Вскормят

Тело грядущего дня,

Может, он их

Вспомнит,

Может быть даже

Меня.

 

Может, решит

Серьёзно

Раны лечить в душе,

Только в тоске

Звёздной

Я растворюсь

Уже.

Продолжая тематику товарищей и групп товарищей, не являющихся блюзменами, но явно сочувствующих делу. Возможно, я не прав, но в этом стартовом треке гражданина Айзека (альбом 1995-го года Forever Blue) мне почудилось влияние именно блюза (может, рядом ночевал или ещё что). Для тех, кто не в курсе или что-то где-то слышал, но где - не помнит: Айзек более известен мрачной балладой Wicked Game (но у него есть много чего послушать ещё кроме неё). Представленную здесь песню можно услышать в фильме Стэнли Кубрика "С широко закрытыми глазами".