Мир трясёт от идей,

Только в жизни твоей

Я бездарно сыграл свои роли,

Ты – в полёт, я – в тираж,

Призывая мираж,

И кричу под мелодию боли.

Если вам голоса

Скажут «Есть чудеса».

То коварству такому не верьте,

Чуда мне не догнать,

Остаётся кричать

В этом дьявольски длинном концерте. 

Где грань тоски, кто в этом мире знает?

И как душевным дальше жить калекой?

Меня ж моя реальность убивает,

При этом оставляя человеком.

Ищу ответ, грызя зубами землю,

Теряя с каждым мигом дорогое,

Меня ж моя реальность не приемлет,

Иначе бы оставила в покое.

Не оставляет. В клочья разрывая

Всё то, что есть во мне ещё живое,

Меня моя реальность не прощает,

А стало быть, я заслужил такое.

Дни текут так и сяк,

К интересу зевак,

Несмотря на гнилое злословье,

Я с прошедшим не рву,

Но дыша – не живу,

И пишу не чернилами – кровью.

Не свернуть, не сбежать,

Эта вечность опять

Над моей измывается болью,

Не ценя старых жертв,

Натянув каждый нерв,

Прижигает их сладостно солью. 

Перед тобой я чист и безоружен,

И, стоя на последнем берегу,

Тебя прошу, не рви словами душу,

Я это сделать сам себе могу.

Покой мой окончательно расколот,

Его увидеть целым не дано,

И я прошу, не возвращай мне холод,

Я за него раскаялся давно.

Возможно, помогло б немного чудо,

Но нет его и в сладостных мечтах,

И я прошу, отдай всего минуту,

Чтоб было вспомнить что на небесах.

Жизнь не отложишь про запас,

И ей не длиться вечно,

Любите, как в последний раз,

И вовремя, конечно.

Пока стук сердца не остыл

И нет путям преграды,

Любите, сколько хватит сил,

И столько, сколько надо.

Пусть нервы тянутся, звеня,

И будят всю планету,

Любите больше, чем себя,

Иначе смысла нету.

Не предавать, боготворить,

Бежать, сбивая ноги…

Я заклинаю так любить,

Чтоб не жалеть в итоге.

Не надеялся, даже не звал,

И не знал, как меня поджидал,

И не знал, как меня поджидал

Бесподобный сюрприз.

Ощущая тебя за версту,

Набираю опять высоту,

Набираю опять высоту

И лечу камнем вниз.

Пусть на разных с тобой полюсах,

Даже в самых нерадостных снах,

Даже в самых нерадостных снах

Не была ты чужой.

Я качаюсь на грани души,

Что же делать теперь, подскажи,

Что же делать теперь, подскажи,

Как остаться собой?

Утра чистой тиши

Золотится рассвет,

Я туда бы спешил,

Только времени – нет.

Солнца белый накал

Над простором живёт,

Я бы утро обнял –

Время мне не даёт.

Время пишет финал,

Потушив бытие,

Я бы сам утром стал,

Но оно – не моё.

Полночные минуты

Напоминают мне:

Я – месяц, просто месяц,

В бескрайней тишине.

И как не согласиться

С признанием простым:

Ты – солнце, просто солнце

Над миром голубым.

Но мысль одна тревожит

И навевает мрак,

Что нам, как двум светилам,

Не встретиться никак.

Идя по тропке долгих лет

И чувств величие пророча,

Я написать хотел рассвет,

А получился бархат ночи.

Спеша наделать добрых дел

И увлечённый тёплым взглядом,

Я написать весну хотел,

А вышла слякоть листопада.

И, не желая признавать

Моих мечтаний смысл вздорный,

Я жизни взялся гимн писать,

А вышел реквием минорный.

День вопросом своим растревожил,

Не давая привычно ответ,

Почему мы так с явью не схожи,

А другой, к сожалению, нет?

Сквозь неё без конца продираюсь,

Сея сотни и тысячи слов,

Воплотить безуспешно пытаясь

Тени светлых и ласковых снов.

Прошлых лет забываются числа,

Вновь слова заплетая в строку:

Быть романтиком больше нет смысла,

Но не быть им, увы, не могу.