Іван Малкович

ІЗ ЯНГОЛОМ НА ПЛЕЧІ

Старосвітська балада

Краєм світу, уночі,
при Господній при свічі
хтось бреде собі самотньо
із янголом на плечі.

Йде в ніде, в невороття,
йде лелійно, як дитя,
і жене його у спину
сірий маятник життя, —

щоб не вештав уночі
при Господній при свічі,
щоб по світі не тинявся
із янголом на плечі.

Віє вітер вировий,
виє Ірод моровий,
маятник все дужче бухка,
стогне янгол ледь живий…

А він йде і йде, хоча
вже й не дихає свіча,
лиш вуста дрижать гарячі:

янголе, не впадь з плеча.

[30-31 січня 1992]

Сказка Дедушки-Вампира

-Дедушка! Дедушка! Расскажи сказку! Дедушка!.. Крошки-упырешки веселой гурьбой влетели в склеп, и тот мгновенно наполнился их звонкими, жизнерадостны- ми голосами. - Деда! Сказку!.. Дедушка-вампир, кряхтя, сдвинул утепленную крышку гроба, с грустью посмотрел на недочитанную газету и послал всех к бабушке. - А бабушка говорит, что она тебя в гробу видала, и ты там целый день лежишь со своей газетой и ничего ей по дому не помогаешь!.. - Ох, детки, - проворчал дедушка-вампир, садясь в домовине и поглаживая костлявой рукой кудрявые затылки внучат. - Сколько из меня крови ваша бабушка попила... Ну да ладно, это все присказка, а сказка будет впереди... ...В некотором царстве, некотором государстве, в тридевятой галактике на спиральном витке, у далекого созвездия Гончих Близнецов жили-были пришельцы. То есть сами себя они, конечно, пришельцами не считали и даже обижались, но раз уж к нам на Землю пришли - значит, пришельцы, и все тут. Теперь не отвертятся. Жили-были там неподалеку еще одни, полупришельцы, из Сигмы Козлолебедя, только те шли к нам, шли, да так и не дошли, потому и зовут их - полупришельцы, или даже недошельцы, и больше мы о них вспоминать не будем. Так вот, эти самые, которые из Гончих Близнецов, а в просторечьи - гоблинцы, были сплошь членистоногие, членистоносые, членистоухие, и весь этот многочлен равномерно-зеленого цвета. И хотели они, стервецы, матушку нашу Землю вставить себе в Галапендрию (Галактическую Империю по-гоблинцовому) в виде членика, да такого маленького, что ни в сказке сказать, ни пером описать, а все равно обидно. Наши, земляне, их сперва послали куда следует - да только те слетали быстренько на подпространственных по указанному адресу и вернулись нервные, обозленные и в сопровождении трех крейсеров, двух линейных и группы мелкой поддержки. Вот тогда-то и пришлось по поводу членства принудительного собирать два секретных совещания. Первое, ясное дело, в ООН. Русские с американцами кричат, что надо бы по агрессору ядерной дубиной шандарахнуть, а то сокращать дорого и жалко; а остальные ответных мер опасаются - и добро б еще по русским или дяде Сэму, а так ведь сгоряча и Люксембург какой-никакой зацепить могут!.. А второе совещание в Ватикане состоялось. И собрались на него иерархи христианские, а также всякие прочие с правом голоса совещательного, и порешили святые отцы паству свою, без различия вероисповедания, немедля призвать к священной войне супротив антихриста членистого до победного конца, прости господи... Вот только гоблинцы, плесень зеленая, совещания эти оба просканировали и поразились немало, поскольку были поголовно отъявленные монархисты, атеисты, материалисты и полиморфисты. Запросили они центральный бортовой компьютер, что по части примитивных культур считался большим докой, и с его подсказки объявили себя ангелами Господними - да иерархи тоже не лыком шиты! Мигом обман разоблачили, анафеме предали и по телевидению заявили, что наш Бог с нашим Дьяволом как-нибудь уж сами договорятся, без посредников самозваных!.. И созрел тогда у гоблинцов коварный план... ...В Риме, в соборе Св.Петра шла проповедь. Его Святейше- ство, папа Пий ХХIV стоял на кафедре, и пятеро кардина- лов шелестели вокруг понтифика малиновым шелком сутан. - Близится Судный день, дети мои, и грядет... Точную дату Судного дня папа Пий назвать не успел. Входная дверь с грохотом распахнулась, лучи фонарей ударили в глаза главе христианского мира и в проеме выро- сли гоблинцы с излучателями в верхних членах рук. "Психообработка... - отрешено подумал папа Пий. - Галлюци- ногены, облучение, и через неделю я призову наивных верующих к отречению и смирению... Изыди, Сатана!.." Его размышления прервал властный бас кардинала Лоренцо: - На колени, дети мои!.. И когда агнцы божьи послушно рухнули на колени, его преосвященство неприлично задрал сутану и выхватил из-под нее старый добрый "Узи", калибра 9 мм, оставшийся у кардинала со времен его службы в морской пехоте США. - Аминь, сволочи! Рука не подвела отставного сержанта Лоренцо. И святые с фресок Микеланджело с завистью покосились на новый аргумент в деле веры. - Отпускаю тебе грехи твои, - папа Пий торопливо осенил сообразительного прелата крестным знамением и нырнул в дверцу за кафедрой. ...А потом мелькали повороты, тайные переходы, липла на потное лицо паутина тоннелей, и в конце концов понтифик осознал, что он один. Группа прикрытия - три кардинала помоложе и епископ Генуи - осталась далеко позади, и папа Пий, задыхаясь, бежал по ночному Риму, спотыкался о вывороченный булыжник окраин, пока не остановился у чугунной ограды кладбища Сан-Феличе. - Забавное совпадение... - хрипло прошептало загнанное святейшество и потянуло на себя створку ворот. Зловещий скрип распилил ночь надвое... ...Вампир Джованни, старожил кладбища Сан-Феличе, был крайне удивлен, обнаружив у своего родного склепа странного незнакомца. "Зомби..." - подумал Джованни. Он слыхал, что где-то в Африке у него есть родня, но внешний вид зомби представлял себе слабо, поскольку не выезжал никуда дальше Флоренции. - Ты кто? - осторожно поинтересовался Джованни, прячась в тень и натягивая верхнюю губу на предательски блестевшие клыки. - Папа я... - донесся ответный вздох. - Чей папа? Джованни очень боялся шизофреников и маньяков, в последнее время зачастивших в места упокоения. - Римский... Пий ХХIV. В общем, мое святейшество... Джованни расслабился и вылез из укрытия. К обычным психам он всегда относился с симпатией. - Очень приятно. А я - Джованни. Вампир. Какие проблемы, папа? И затравленный понтифик, повинуясь неведомому порыву, рассказал ему все... - Ну и что? - недоуменно пожал плечами Джованни в конце сбивчивого повествования. - Мне-то какая разница? Попил красной кровушки - теперь зеленую пить стану... Все разноо- бразие, а то желудок что-то пошаливать стал. Ведь знал же, что нельзя наркоманов трогать... - Креста на тебе нет! - озлился папа Пий, хлопая тиарой оземь. - Как у тебя только язык повернулся!.. - Ты за язык мой не беспокойся! Он у меня поворотливый!.. А креста, понятное дело, нет... откуда ж ему взяться, кресту, ежели я - вампир? - Ну вот! А я тебе о чем толкую?! Ты же наш, здешний, земных кровей... В смысле - нелюдь. Я, значит, людь, а ты - нелюдь. Единство и борьба противоположностей. А эти - пришельцы! Чужие то есть... инородцы. - Инородцы?! Хриплый запойный бас колыхнул воздух склепа, и в дверях возникла нечесаная голова с красным носом- -картошкой. - Где инородцы?! Сарынь их на кичку!.. Надо заметить, что третьего дня к Джованни приехал погостить закадычный приятель - упырь Никодим из далекой Сибири. Как он там сохранялся в вечной мерзлоте и чем питался в своей тундре - этого никто доподлинно не знал, но отношение Никодима к инородцам было в упыристической среде притчей во языцех. Джованни едва успел ввести друга в курс дела, как темень кладбища Сан-Феличе прорезали ослепительные лучи прожекторов. - Это за мной, - сказал папа Пий, грустно глядя на патруль гоблинцов. - Прощайте, ребята. Рад был познакомиться... - Что?! Грозный рев Никодима сотряс решетки ограды, и из-под его распахнувшегося савана выглянул краешек тельняшки. - Да чтобы мы своего, кровного, этим двоякодышащим отдали?! Век мне гроба не видать! Ваня, чего рот разинул - -подымай ребят! Неча по склепам отсиживаться, когда Родина-мать зовет!.. - Си, синьор колонело! - вытянулся во фрунт просиявший Джованни и сломя голову кинулся к ближайшей усыпаль- нице, откуда высовывалась чья-то любопытная физионо- мия. А Никодим уже выцарапывал на известке стены крупными буквами: "МЕРТВЫЕ СРАМУ НЕ ИМУТ!" На следующее утро большинство газет вышло под заголовком: "Римское кладбище Сан-Феличе - последний оплот человечества!.." И во многих газетных киосках мира по ночам слышались осторожные шаги, и отливающие алым глаза бегали по мелкому шрифту строчек... Вскоре в Рим прибыла интернациональная бригада: Упырявичюс, Упыренко, д'Упырьяк, Упыридзе, Упыйр и интендант Вурдман. Последний немедленно переругался с Никодимом, не сойдясь во взглядах на распятие Христа, и папе Пию пришлось мирить скандалистов, ссылаясь на прецеденты из Ветхого и Нового Заветов. Внутренние разногласия прервало появление полуроты гоблинцов, встревоженных пропажей патруля. Они рассыпались цепью и принялись прочесывать кладбище в тщетной надежде найти и поставить на место строптивого наместника Св. Петра. Понтифик был надежно укрыт в одной из усыпаль- ниц, а патриоты переглянулись и принялись за работу. Мраморные ангелы надгробий с любопытством наблюдали за происходящим в ночи, напоминавшим сцену из эротического фильма, которые ангелам смотреть не рекомендовалось. Всюду мелькали тени, они сплетались, падали в кусты сирени, из мрака доносились сосущие звуки, причмокивание, стоны и слабеющие возгласы на трех галактических наречиях... Это повторялось несколько ночей подряд - дневные поиски неизменно терпели фиаско, а эксгумация не давала никакого результата - и вскоре командование пришельцев забеспокоилось всерьез. И было от чего...Укушенные гоблинцы на следующий день становились убежденными пацифистами, отказывались строиться по росту, вели пораженческую агитацию, топили в сортирах казенное оружие и ко всем приставали со своими братскими поцелуями - что грозило эпидемией. Тем временем Никодим и компания успели убедиться в том, что зеленая жидкость, текущая в венах оккупантов, похожа на ликер "бенедиктин" не только цветом. Это, видимо, было связано с системой кровообращения пришельцев, напоминавшей в разрезе змеевик. Так или иначе, вылазки участились, а в перерывах можно было видеть покачивающихся борцов за независимость и лично Никодима, пляшущего под колоратурное сопрано Джованни: - Эх-ма, поживем, Поживем, потом помрем! После станем упырем - В порошок врага сотрем!.. Потом Джованни сбивался на "Санта-Лючию" и лез к папе Пию с заверениями в дружбе до гроба. На распояса- вшихся упырей явно не было никакой управы, но понтифик понимал - долго так продолжаться не может. Слишком хорошо был ему известен алчный и вероломный характер рода человеческого... Папа как в воду смотрел. Через неделю явилась к пришель- цам некая склизкая личность. Разговор проходил при закры- тых дверях, но кто-то из гоблинцов по незнанию забыл запереть окно, и большая летучая мышь с подозрительно невинными глазками впорхнула в комнату и притаилась в углу за портретом Леонардо да Винчи. - ...да ваши бластеры, господа, им ведь что мертвому припарки! Пульку из серебра вам надобно, колышек осино- вый да чесночка связку! Так что меняемся, ваше многочлен- ство - я вам технологию нужную, а вы мне - награду обещанную. Золотишко, брильянтики, а перво-наперво - -цистерну коньяку самолучшего, да чтоб звездочек на полгалактики хватило!.. Мерзкий человечишка хихикал, плевался слюной, и каждым своим члеником внимали гоблинцы словам предателя... - Кто там? - в страхе воскликнул человек, садясь на смятой постели. - Кто там, кто там... - пробурчали из темноты. - Мы там... Только уже не там, а тут... Предатель мгновенно протрезвел, да все напрасно, потому что через секунду он сам уже был - "там". Никодим отошел от кровати и долго отплевыва- лся, полоща рот дареным коньяком. ...Гоблинцы старались вовсю. Спешно отливались драгоценные боеголовки, лазерные пилы валили осины одну за другой, на глайдерах устанавливались реактивные колометы - приближалось время решающей битвы. - Плохи дела, папаша, - мрачно возвестил Никодим, вваливаясь в склеп, служивший резиденцией опальному понтифику. - Продали нас. Вредитель один, земля ему пухом... Теперь жди неприятностей. - Передатчик бы нам, - вздохнул папа Пий. - Подмогу бы вызвали. Только где ее найдешь, подмогу эту?.. - Подмогу? - задумчиво оскалился Никодим. - Дело говоришь, батя... Вот только поспеют ли? Ну да ладно, полезли наружу. - А у вас что, и передатчик имеется? - Имеется, имеется, - заверил папу вошедший Джованни. - Давайте, ваше cвятейшество, поторапливайтесь... Через пять минут они уже стояли в западной части кладбища. - Эй, Антонио! - постучал Джованни когтистым пальцем по одному из надгробий. - А ну вставай, проклятьем заклейменный!.. - Чего тебе? - донесся из-под земли недовольный голос. - Говорю, вылезай! Голова твоя нужна! - Как баб водить - так Антонио на стреме, а как голова...- забубнил под плитой сердитый Антонио, но Никодим перебил его: - Слышь, Тоша, если ты немедленно не угомонишься и не вылезешь, я тебя лично за ноги вытащу и тебе тогда тот свет этим покажется... Папа машинально перекрестился, и Джованни шарахнулся в сторону. - Вот ведь приспичило, и отлежаться не дадут... Плита приподнялась, и в чернильном проеме образовался сутулый скелет с кислым выражением черепа. - Пойми, Тоша, - проникновенно заявил Никодим, - нам сейчас башковитый мужик во как нужен!.. - Да ладно, - застеснялся скелет. - Берите, раз надо... И снял череп, протягивая его Никодиму. - Где Вурдман?! - заорал довольный упырь, поглаживая Антонио по гладкой макушке. - Где эта морда... - Сам дурак, - перебил его обидчивый Вурдман, появля- ясь невесть откуда, - уже и родственников проведать нельзя... Держи, матерщинник!.. Никодим взял у него пару посеревших от времени берцовых костей и сложил весь комплект на плите. - Связист! Давай сюда! Прибежавший на крик тощий очкарик Упырявичюс ухмыльнулся, взял кости и принялся бодро отстукивать на широколобом черепе Антонио нечто среднее между морзянкой и тарантеллой. - Да не колоти так - больно же! - поморщился череп, но на него не обратили никакого внимания, и он обиженно смолк. Сигналы непокорного кладбища Сан-Феличе стремительно понеслись к Луне, отражаясь от ее диска и достигая в падении многих областей Земли; и в тех местах зашеве- лился рыхлый грунт, дрогнули древние курганы, заскри- пели прогнившие кресты и со скрежетом стали подни- маться тяжелые могильные плиты... - Полундра! - внезапно прервал Никодим сеанс связи. - На подходе оккупанты! Папу - в укрытие, остальным занять позиции! Не боись, братва, - хлебнем зеленки напоследок!.. Спустя мгновение глайдеры противника уже утюжили серебряными пулями последний бастион свободомыслия. Рявкали кассетные колометы, осина косила защитников одного за другим, и удушливое облако чесночного запаха поползло над трясущейся землей. Героические нетопыри бились грудью в защитные колпаки машин, и в сполохах стала отчетливо видна фигура Никодима, стоявшего под пулями в полный рост и выкрикивавшего сорванным голосом: - Ни шагу назад! Велика Земля, а отступать некуда! Кто знает заклятия - сбивай паразитов!.. Высунувшийся Вурдман торопливо забормотал что-то на иврите, но это не возымело особого действия. - Раскудрить твою через коромысло в бога душу мать триста тысяч раз едрену вошь тебе в крыло и кактус в глотку! - взревел разъяренный Никодим. - Аминь, - робко добавил из склепа папа Пий. Гремучая смесь иврита и латыни с чалдонским диалектом вынудила два глайдера взорваться прямо в воздухе. - Парни! - неожиданно крикнул из окопа охрипший Упыренко. - Они пехом прут!.. - Вперед! - заорал Никодим, вспрыгивая на бруствер и разры- вая на груди полуистлевшую тельняшку. - За мной, братва! Покажем членисторогим, как надо умирать во второй раз!.. И за широкой спиной Никодима встали во весь рост черново- лосые вампиры Флоренции и Генуи, горбоносые упыри Балкан, усатые вурдалаки Малороссии и Карпат... Они шли в свою последнюю атаку. Многоголосый рев раскатился неподалеку за южными склепами, рев сотен глоток, и Никодим на мгновенье обернулся - и застыл, недоуменно глядя на стройные колонны, марширующие к кладбищу Сан-Феличе от дальних холмов. Они услышали. Они успели вовремя. Якши Фуцзяни и Хэбея, зомби Бенина и зумбези низовий Конго, алмасты Бишкека и тэнгу Ямато, ракшасы Дели, гэ Ханоя, гули Саудовский Аравии, уаиги Осетии, ниррити Анголы, полтеники Болгарии, бхуты Малайзии и Индонезии... - Наши... - шептал Никодим, закусив губу прокуренными клыками, и по небритым щекам его бежали слезы. - Наши идут... Вот она, международная солидарность, вот он, последний и решительный...Джованни молился. Ряды гоблинцов смешались, и пришельцы стали беспорядо- чно отступать к своим кораблям. - Ага, гады, не нравится! - Никодим мертвой хваткой вцепился в обалдевшего от ужаса захватчика. - Пей до дна, ребята!.. Серое небо почти одновременно прочертили несколько огненных столбов - гоблинцы в панике стартовали, спеша унести дрожащие члены ног. И тогда навстречу им побежал маленький лысый еврей, путающийся в длинных полах старомодного одеяния; а за ним, словно на привязи, неумолимо надвигался Огненный Столп Иеговы. "Дядя..." - ошарашенно пискнул Вурдман, но великий каббалист раввин Арье-Лейб даже не обернулся, увлеченный преследованием. Ослепительная вспышка озарила Землю, и с нашествием было покончено. - А дальше?!. - Дальше... Дедушка встал, и на его саване тускло блеснули медаль "За оборону Земли" и почетный знак "Вампир-ветеран". - Дальше, как обычно. И стали они жить-поживать... - И гематоген жевать! - хором закончили сияющие внуки. Дедушка счастливо улыбнулся и направился к наружной двери склепа, где в почтовом ящике его уже ждала корреспонденция: муниципальный еженедельник "Из жизни мертвых", научно-популярная брошюра "Светлая сторона склепа" и письмо. Забрав почту, дедушка прошлепал к холодильнику и извлек из него пузатую бутылку с надписью на наклейке: "Кровь консервиро- ванная с адреналином. Пить охлажденной". Один из внуков потянулся было за другой бутылкой с темно-зеленой жидкостью, но старый вурдалак строго одернул неслуха и захлопнул дверцу. - Мал еще! Нечего к хмельному приучаться! Это от тех... залетных... Вроде контрибуции. Этим самым и берем... Он приложился к первоначально выбранной посудине и, сделав основательный глоток, довольно крякнул. - Хорошая штука, однако... с адреналинчиком. Бодрит! И для здоровья полезно... Обиженный внук включил телевизор и бодрый голос диктора сообщил: - А сейчас в эфире передача "Для тех, кто не спит вечным сном..." Дедушка расположился в кресле, убавил звук и распе- чатал письмо, написанное неустойчивым детским почерком и начинавшееся словами: "Дорогой дедушка Никодим! Пишет тебе девочка Варя из твоего родного села Кукуйчиково. Я хочу быть такой, как ты, и когда вырасту большой..."

Короче братцы такая фигня получилось - сегодня захотел я децл вые...нутся -решил написать постину как я на встречу с Любко Дерешем ходил.Да непросто,а на рідній мові.Задумано - зроблено, пів дня пиздячив текстовку,дуже вумну з коментарями.А на останок хтів фото присобачити(вот же чудо?) і випадково зтер усе набране.Так шо ловіть так би мовити послід(ну неможу я двічі одне і те саме друкувати).
Коротше висновкі такі - золотий хлопчик Любко доволі плотно присів на шоубізнесс(пише прикольно,а сцука(вибач Лоліто) з на пьянку у Гуляйпілля поїхати відмовився,а там кажуть прикольно було - обригалися усі(то був фест письменників), про наркотики пишить так шо наркоші захоплуються,а сам - біленький,такий,пухнастий.
Коротше кажучи зробив він свою презентацію - тут і читання були,і психологічні постанови - про розлад між тілом,розумом та ємоціями(рольова гра де трое підлітків відтворювали три складових Л.Дереша). Я пітнів( у невеличкій залі набилося десь з 50 малолєток з книжками, та яких ось неформальних наркош з філософськими закидонами та лахав з цієї клоунади, до речі це слова самого Любка),а особливо з юнака(тіла) Дереша - бля, цілком викапаній ємо:))) з пусетою у вусі.
Загалом мені все сподобалось,тіки вуха різала підкреслена політкоректність(мабуть кляті продюссери постаралися) Любка, та тупість отоючих(хочя лунали фрази на кшалт:ремінісценція з творів Кастанеди, чи свідомо ви спиздили сюжет у автора N и тому подібне...)
Корочше кажучи - книжку "Трохи пітьми" рекомендую фанам та самогубцям(особливо радів читаючи живу українську мову,хоча і підсилену матюками, проте як би мовити все без фанатизму), а Любко - правильный товарисчь.
Кому шо не так,звиняйте, быльше бананыв немаэ.

"Второй час ночи. Я встаю из-за компьютера, иду в другую комнату и бужу жену.
- Вставай!
- А? Что случилось?
- За что Эйнштейн получил нобелевскую премию?
- Чево?
- За что Эйнштейн получил нобелевскую премию?
- За теорию относительности... Для этого ты меня разбудил?
- А разве теория относительности того не стоит? Спи.
Она молча падает на подушку и засыпает, не успев долететь. А я, расстроенный, ухожу обратно в комнату. Мы живем в мире мифов! В мире устоявшихся предрассудков. В мире дурных социальных привычек. И с этим надо что-то делать...

До того, как разбудить жену и до того, как сесть за компьютер, я болтался в кресле-качалке и с отвращением наблюдал телевизор. Там какая-то колдунья со свечкой бубнила о том, что жить надо в согласии с природой. По другой программе неизвестный эколог не то из Гринписа, не то из министерства по охране природы, а может быть и из партии "Яблоко" с той же "колдуньиной" интонацией бубнил про "катастрофическое", "беспрецедентное" загрязнение среды, которое грозит гибелью человечеству... За день до этого какой-то поп вещал о недопустимости клонирования человека по этическим соображениям... А за пару дней до попа некий политик, отвечая на пошлый вопрос ведущего, отчего же так много насилия в современном мире, сказал что-то не менее пошлое про общее падение морали и медленное умирание культуры...
Я больше не могу слушать весь этот бред! Меня тошнит от людской глупости и некомпетентности. Чем смотреть по телевизору такую чушь, лучше вставить в видеомагнитофон порнокассету - больше пользы будет.
И я решил написать книгу. Исключительно для прочистки мозгов. Потому что жить в согласии с природой невозможно... Потому что нынешний экологический кризис не беспрецедентный, были и пострашнее. И поблаготворнее... Потому что нравственность в современном мире вовсе не рушится, а укрепляется... Потому что культуру разрушить невозможно... Потому что никакая этика клонированию не помеха... И потому что Эйнштейн не получал "нобелевку" за теорию относительности, он получил ее совсем за другое.."

Читается с удовольствием, рекомендую http://www.truemoral.ru/up_oglav.html

now playing Satyricon - Mental Mercury

Осенью текущего года академия будет праздновать очередной юбилей - 75 лет. И в этом не было бы ничего удивительного, если б в 1995 году она не праздновала 125-летие! Праздник был столь же нелепый, как и его предыстория. А дело было так.

   Откуда-то сверху, неизвестно, откуда, пришло указание собрать документальные подтверждения тому, что академия старше, чем принято считать. Лично ректор, не долго думая, снял студентов с занятий и рассказал с умным выражением лица, что студенты должны ходить по квартирам, а особенно по стареньким домам, и спрашивать старушек, что было на месте академии 80, 90, 100 лет назад, записывать и докладывать начальству. Я живо представила этот маразм и смылась домой. Потом рассказывали, что студенты стадом носились по проспекту и близлежащим улицам, но это естественно. Замечательно то, что студент Э., татарин, отличавшийся особой вежливостью и тактом, добился от какой-то чудом живой старушки сведений, что 125 лет назад на месте одного из корпусов академии была хоз. постройка какого-то училища, - короче, туалет. И в честь этого замечательного открытия был устроен пир на весь мир, даже обещали, что Кучма приедет. Кучмы не было, но зато депутат горсовета Н.Н.Данченко (он же зав.каф. физики, был тогда) еще как присутствовал, и даже пол подметал мордофейсом... Был салют, зато потом книг в библиотеку, денег на командировки сотрудников... до сих пор нет! В общем ясно. Теперь оказалось, то была ошибка, и будет новый юбилей, с салютом :-))

Особенности моего труда)))

 

зачастую некоторым кажется что к ним относятся не так как ко всем.

с чем ето связано?,

все очень прсто,

многие оценивают людей по ихним паступкам - это правильно!!!

а в блогах, и ваще в интернете идет недостача информации о сущности челока.

через инет у  70%  людей складывается не правильное впечетление.

докозательством этого эсть сущность человека при конкретном общении.

не делайте поспешных выводов, ето может повлеять на самих себя.

думайте что вы пишите, ведь также могут отозватся о каждом из нас.

лично мне побарабану кто и что здесь думает про блог или заметку, каждый вист тут чтоб небыло скушно.