Украинскому журналисту удалось поговорить с российским офицером.
Аналитик группы InformNapalm Артем Василенко в ходе своей работы по идентификации сил вторжения и информационного сопровождения фактов выявления российских военнослужащих на украинской территории смог наладить случайный контакт с российским офицером, который согласился на короткую беседу через Skype. Артем дал слово чести своему оппоненту, что не будет размещать видео или аудиозапись разговора, на таких условиях было взято интервью, но стенограмма самой записи не подпадала под оговоренные запреты. Собеседник согласился на распространение этого интервью в текстовом формате. Верить этой записи или нет — это ваше право, но чтобы понять её суть, достаточно проверить упомянутые в ней факты.
— Добрый вечер, — собеседник опускает глаза, видно, что ему неловко говорить.
Мы познакомились, когда я отслеживал страницу в ВК одного из военнослужащих РФ, который был задержан в Украине. Тогда это наделало много шума. Мне удалось завести диалог с несколькими военнослужащими РФ и узнать их мнение о событиях на востоке Украины.
— Добрый, — на разговор по скайпу я согласился, потому что было интересно понаблюдать за эмоциями человека, который находится на противоположной стороне. Командир одного из подразделений ВС РФ (назовем его Дмитрий — настоящее имя он попросил скрыть), которое с августа воюет на востоке Украины, решился поговорить с украинским журналистом после того, как в пункт постоянной дислокации было разово доставлено больше десятка цинков с контрактниками.
— Артем, на диалог с Вами согласился только потому, что, считаю Вас человеком с холодным разумом, который не перекрутит мои слова, а напишет так, как есть.
— Договорились, Дмитрий, мне интересно, что заставляет вас приезжать в Украину и пытаться вести здесь боевые действия?
— Что бы Вы понимали, до 2010 года в армии РФ все было плохо, примерно так же, как и в вашей, небольшие зарплаты, отсутствие жилья и т.д. Позже мы начали получать достойное денежное довольствие, начали решаться бытовые проблемы. Служить в ВС стало престижно. Поэтому после вашего Майдана, когда мою часть бросили в Крым, я особо не сопротивлялся. Крым отошел к нам довольно легко. Если бы сразу же после Крыма военно-политическое руководство моей страны приняло решение отобрать Юго-Восток Украины, все прошло бы аналогично. Но оно потеряло время.
— А Ваше личное отношение к тому, что происходит?
— Как ни странно мне было услышать, что Вы имеете русские корни, так и Вам наверное будет странным то, что по матери я — украинец. Вообще в моем подчинении очень много тех, кто имеет украинские корни. Нам дико воевать с вами, но мы военнослужащие и куда пошлют…
— Дмитрий, Вы читали Сартинова?
— Читал, но про события, которые грядут, в следующий раз…
— Не понял
— Я не хочу сегодня говорить об этом.
— Ладно, Вы хотели рассказать про события, которые привели к нашему диалогу
— Дело в том, что мы не ожидали большого количества жертв среди своих военнослужащих, но жертвы появились сразу после входа 24-го августа. Тогда украинские ВС впервые применили Точку. Точнее, три Точки. Полностью уничтожили колонну. Слава Богу, что это было подразделение не моей части. А вот в Снежном накрыли моих, — у Дмитрия снова опускаются глаза.
— Сколько?
— Тогда погибло около 40 человек. Артем, Вы не представляете, как тяжело было скрывать это. Я видел лица родственников, когда пытался рассказать им про несчастный случай на учениях. Они не верят. Меня тогда чуть не разорвали.
— Тогда почему?
— Вам не понять… Вы — журналист, а не военнослужащий.
— А что с последними?
— Вы снова не поверите, но эти погибли в результате боестолкновения в Антраците.
— Там нет сил АТО
— Артем, Вы писали про Макеевку. Про колонну, которая разрушила 5 блокпостов. Это правда. Мы уже давно не верим боевикам и наемникам. Месяц назад был случай, когда позиции одного из моих подразделений очень удачно отработала артиллерия. Как оказалось потом, корректировал один из боевиков ДНР. На допросе он рассказал, что местные недовольны наличием нас. Они ждали помощи от РФ, а не гуманитарной катастрофы. Им реально есть нечего. А тут еще и вы с отменой выплат…
— Ну так пусть ваша власть платит
— Показав тем самым свою причастность к событиям? Наша власть на это не пойдет. А в результате в кризисных регионах начались голодные бунты. Но это еще не самое страшное. Боевики начали зарабатывать деньги на обмене военнослужащих РФ. У нас начали пропадать люди. Также, словили одного, на корректировке огня артиллерии. Мы даже имеем пару фактов, когда боевики договаривались с военными Украины о совместных действиях против ВС РФ и наемников Козицина…
— А при чем здесь последние 200-е?
— Сверху пришел приказ поставить боевиков и наемников на место. Мы хорошо поработали в Антраците… А потом… потом они накрыли нас минометами… По сути, боевики и наемники вышли из-под контроля, и теперь мы воюем на 2 фронта. Спереди ВС Украины, а в тылу ополченцы.
— Тогда зачем?
— … У нас в России медленно и уверенно наступает полная задница. Путин не остановится. А я не хочу потерять работу. Боюсь, что после окончания боевых действий, ВС будут единственным местом, где будут платить зарплату.
— То есть основная причина — деньги?
— Не только…
Дальше связь прервалась.
