Я смотрю в окно. Какой сейчас сумбур в мыслях! Сколько хочется написать! Казалось бы, все просто: подойти к столу и включить компьютер...

...Во дворе, по полурастаявшему снегу медленно бредут старички-пенсионеры. Они выходят во двор каждый день, при любой погоде и ходят, ходят, ходят мимо окон. Слышится: Янукович, Симоненко, Тимошенко, Азаров, пенсия, цены, газ....

Недавно прочла где-то, что умственные способности  существенно повышаются от прогулок на свежем воздухе. Что появляется оптимизм, уходят плохие мысли.

"Какие же эти старички должны быть умные и оптимистичные" - думаю я.

Я уже и не вспомню, когда я гуляла вот так, без цели.

Я уже не и вспомню, когда я читала нормальную книгу, настоящую, толстую, с живыми страницами, помнящую тепло человеческих рук и пахнущую особенным запахом, который так нравился в детстве...

Были ли люди тогда добрее и милосерднее?

Были ли менее завистливы?

Так много сейчас хочется написать, но получится ли? Или будет опять жуткий сумбур и перескоки с темы на тему?

Мы тащим сюда, в виртуальную жизнь наши проблемы. Нашу боль, обиду, разочарования. Делимся своим счастьем и радостями.

Встречаем понимание и поддержку. Искреннюю или лицемерную, по-всякому.

Наталкиваемся на непонимание. Бывает даже неприкрытую ненависть. Что же, это - жизнь. Пусть даже и виртуальная.

Я думаю о том, как найти такой прибор, которым можно измерить боль каждого из нас и определить, кому хуже. Кто из нас несчастнее и кому можно простить швыряние какашками в других, зависть к чужому счастью, здоровью, благополучию, которое может оказаться вообще обманчивым...

Так легко ошибиться, разглядывая фотоальбомы на чужих страничках. На них довольные и счастливые люди, семейные застолья, путешествия. И улыбки, улыбки, улыбки.

За фотографиями в альбомах не видно чужого горя. Не видно боли.

И кажется, что бессонные ночи, когда тысячи тяжелых мыслей просто сводят с ума, бывают только у тебя.

Те глянцевые манекены с улыбками на камеру демонстрируют всем свое счастье: смотрите, любуйтесь. У нас не болеют дети, не умирают родители...

Где же, скажите мне, взять такие весы, чтобы все взвесить и вынести вердикт: этот самый несчастный, а этот - самый счастливый?

В мире нашем, увы, много горя, болезней и невзгод.

Как быть с этим?

Можно оправдать любые подлые и низкие поступки своим горем.
 

Вынося мозг .

  Занеси туда шо считаешь-нужным.

    Мир не терпит-пустоты.

---Данилов.

"Я попросил дерево: расскажи мне о Боге. И оно зацвело". Рабиндранат Тагор

Ну провела одна знакомая свет в свою сумочку .

Глянул туда ее муж .

Потом ей пришлось долго носить темные очки .

--Данилов.

Как долго мы ждали весну! Мы ведь всегда чего-нибудь ждем.

А весна все не приходила.

Мы соскучились по теплому солнцу и зеленым листочкам. Солнце весной несмелое, ласковое. В нем нет яркости и мощи июля. И  зелень нежно-зеленая и трогательная, не сочная, как летом.

Весенний воздух пахнет особенно. Этот запах - запах пробуждения, рождения новой жизни. Это запах Творения, Созидания и Надежды.

Мы устали от холода, снега и злого ветра. Мы устали от длинный зимних вечеров. Когда сидишь дома у стола и сжимаешь в озябших от мороза ладонях чашечку с горячим чаем.

Весной всегда ждешь чего-то. Душа томится смутными предчувствиями нового. Предвкушением. Кажется, обязательно должно случиться чудо и появится  в жизни что-то необыкновенное. То самое, чего так долго ждал.

Весна - время  рождения новых ощущений, новой любви.

Весна - время, когда  мир снова заиграет красками. Яркими, разноцветными.

Так будет обязательно... И вместе с надоевшей зимней одеждой хочется сбросить все тяжелое, ненужное, что накопилось в душе. Забыть прошлые обиды и разочарования, отбросить усталость от жизни и плохие мысли.

Весна...

Из всего круговорота времен года она кажется особенной. Весна - жизнеутверждающа.

Весна - это гимн природы своему Создателю...

Я слушаю музыку. В ней слышен звон ручьев, пение птиц. В ней звучит неведомая сила,  призывающая проснуться спящий мир.

Китайцы - удивительный народ. Ощущение, что для них нет ничего невозможного.

Завалить весь мир своим дешевым ширпотребом - это только одна грань.

Меня больше поражает не это.

Смотрела как-то передачу о Китае. Огромный павильон, в котором сотни китайцев. И знаете, чем они там занимаются?

Они творят. Рисуют копии знаменитых картин!

Но как рисуют!

Стоит маленькая девушка китаянка перед холстом, держа в руке кисточку. Мгновение смотрит на репродукцию картины Ван Гога "Подсолнухи", прикрепленную рядом для образца и точным движением, в котором нет ничего лишнего, наносит первый мазок. Потом делает шаг к следующему холсту и тоже наносит такой же мазок. Перед ней с десяток таких холстов. Она конвеерным методом наносит по очереди мазки на холсты, не отвлекаясь, не раздумывая, не мечтая, не глядя для вдохновения на небо. Двигаясь, как робот: ни одного ненужного движения, ни одного бессмысленного взгляда по сторонам. За день десяток "Подсолнухов" готов.

То же самое делают сотни китайцев в павильоне.

Из-под их кистей ежедневно выходят Ван Гоги и Поли Гогены... Сотнями...

И стоят они всего ничего: как какая-нибудь ширпотребная кофточка...


Я чувствую потребность стать другим, начать все заново и извиниться за то, что мои картины несут в себе почти крик отчаяния, хотя мои сельские подсолнухи, возможно, и звучат благодарностью.

Так писал сам Ван Гог .

И еще, из письма к брату:

«Рисую и пишу с таким же рвением, с каким марселец уплетает свой буябес (марсельский рыбный суп bouillabaisse ), что, разумеется, тебя не удивит, — я пишу большие подсолнухи. Последняя картина — светлое на светлом — будет, надеюсь, самой удачной. Но я, вероятно, на этом не остановлюсь. В надежде, что у нас с Гогеном будет общая мастерская, я хочу ее украсить. Одни большие подсолнухи — ничего больше...
Итак, если мой план удастся, у меня будет с дюжину панно — целая симфония желтого и синего».

Ван Гог торопится: «Я работаю по утрам с самого рассвета, потому что цветы быстро вянут, и приходится заканчивать вещь в один прием».

К концу лета готовы всего четыре картины....

Павильон... Сотни китайцев, которым не нужны живые цветы для натуры....

И сотни бездушных копий по всему миру...

Сегодня ночью прошла главная ежегодная киноцеремония - вручение премии "Оскар". Об этом сейчас кричат заголовки всех новостных и прочих изданий. А я одним глазком заглянула на красную дорожку, приятно вдохнуть атмосферу большого праздника.

 

Алисия Викандер

Аманда Сейфрид

Брэдли Купер

Гаэль Гарсиа Берналь

Дастин и Лиза Хоффман

Джастин Теру и Дженнифер Энистон

Читать далее...

Моє відношення до Віри є....... моє..... і це є ВІРА.
Сьогодні на роботі  раз підійшов до телевізора і почув що із досягнень нашої теперішньої влади в донецькому регіоні є те, що збудовано 400 церквей!!!!!!!
Не цеха і заводи, не якась там шахта,чи тисячі три робочих місць.......
Владі до способи, що би народ стояв навколішки і називав себе.........
Єдино хто почав багатіти і  багатіє далі ...на духовні хвилі нашого народу - це церква...і це факт....і це жахає.
Всі церкви миру роблять все, щоб допомагати нужденним....у нас жирують....
.......чим важче народу, тім церков більше попи гладкіше і ми блище до Бога....
Хто зможе мені суперечити?
Хто побачив підвищення духовності?
Хто може жбурнути в мене каміння?
Коли храмів стало більше то люди у нас в країні стали:

Она поступила в родильное отделение городской больницы поздней осенью. Было уже холодно, стоял ноябрь,  вот- вот должен был пойти первый снег...

У нее была длинная коса, которая  сразу обращала на себя внимание. Светло-русая, толщиной в руку. Но еще больше поражал цвет ее лица - мраморный. Большие голубые глаза были не печальны и не веселы - просто нежизненные и безразличные. Бледные губы не улыбались.

"Снегурочка", - подумала я.

Рядом суетился муж с пакетами, то и дело выпадавшими из рук.

Я еще не видела такой равнодушной ко всему роженицы. Обычно женщины волнуются, особенно если рожают в первый раз. Да и опытные в этом деле проявляют всяческие эмоции. Тут эмоций не было никаких.

Она зашла в палату, тихо поздоровалась и легла на кровать. И все. Не было рассказов, обычных для больниц: о семье, о муже.

Через день она родила. Красивого мальчика. Но интереса к нему не проявила никакого. Не попросила показать, не задала ни одного вопроса.

Утром, придя на работу, я увидела, что ее кровать пуста. В списках ее фамилии тоже не оказалось. Странно, ведь не могли так быстро выписать мать с ребенком!

Все оказалось трагичнее. Снегурочка просто тихо угасла. Растаяла, как героиня сказки. Так ни разу и не прижав своего ребенка к своей мраморной груди.

Вскрытие показало, что у нее было очень больное сердце. Что ей нельзя было рожать. И она знала об этом. Ее родные рассказали, что ей была предложена операция в знаменитой клинике Амосова, но она отказалась наотрез. Вышла замуж, скрыв от мужа свою болезнь.

Я работала младшей медсестрой. Сообщала родным, кто родился, с каким весом, какие разрешены передачи. Мне очень нравилась моя работа, потому что я постоянно видела радость и первыми восторгами родственники делились именно со мной.

Мне  сказали самой ничего не говорить родным Снегурочки, а позвать заведующую.

Я со страхом ждала их прихода.

Я думала, как посмотреть в глаза матери, с которой мы накануне весело обсуждали будущее ее дочери и внука. Новоиспеченная бабушка с удовольствием делилась своими планами, а я с радостью слушала. Это была первая в моей самостоятельной жизни работа после окончания учебы и я тоже уже ждала ребенка.

Это была первая смерть на моей работе и мне было очень страшно. Очень.

Потом пришла наконец мама погибшей и они долго разговаривали с заведующей. Были слышны фразы: малый круг кровообращения,  большой круг кровообращения...

О ребенке, маленьком мальчике родные забыли. Я не понимала: как?

Шел день за днем, наступила зима.  За окном ветер  кружил снежинками. А я все думала о Снегурочке, которая никогда не увидит зимы. И о ее сыне, лежащем в кроватке в детской палате...

Опытный врач сказала мне:

- У родных шок, так бывает. Они еще приедут.

Они, конечно, приехали.

Мальчика забрали и увезли домой...

Жизнь продолжалась...

Из ворот больницы выходили молодые мамы с цветами, счастливые и гордые и папы, бережно прижимающие к себе розовые и голубые свертки с бантами....

В этой истории нет ничего из ряда вон выходящего.

Люди рождаются. Люди, увы, умирают. Здесь нет интриги, нет закрученного сюжета.

И я сама не понимаю, почему помню об этом всю жизнь...