Первый шаг

  • 01.11.13, 14:30

Моя капсула в этом диком мире. Тонкие стены разделяют моё от того чужого. И через несколько минут мне надо будет покинуть её. Последняя проверка костюма. Всё на месте. Часы, питание, инструменты, ключи, коммуникатор. Проверить оставшиеся приборы. Выключить не нужные. Энергию надо экономить. Последний вздох теплого и такого родного воздуха капсулы. Набрать его побольше в лёгкие. И шагнуть за двери. В тот новый мир.

Холодный воздух первым же глотком обжигает лёгкие. Яркое местное солнце слепит глаза. Заставляет щурится и прятаться в тень.

Тут есть всё. Разноцветные листья, самых замысловатых форм. Ветер ерошит их в ещё зелёной траве, сбрасывает их на голые камни и тут же сдувает опять в траву. Хочется раскидать листву ногами, подбросить её вверх и смотреть как она крупными хлопьями опадает на землю. В воздухе витает запах кофе, корицы, ванили. Сегодня я хочу латте. Руку греет горячая чашка кофе. Пробуждающийся город в нескольких метрах от меня пульсируя ныряет в подземные тоннели метро. Ещё несколько минут и я тоже стану частью этого потока, этого города. А пока, я смакую каждую минуту этого морозного спокойствия.

СОСАЙТ Digest №3



По просьбам подписчиков прилагается скрин цветной вкладки на стр. 22:

Дождь под землёй. (романтическая заметка)

Вчерашний вечер был дождливым. Противно сырым и вязко мокрым. И я без зонта. Но мне то что, я ж не сахарный. Я мясной. И вот спускаюсь в подземный переход. В толпу людей, которые тоже спешат домой. Под свои уютные телевизоры. И вот двигаясь в этом потоке я замечаю некоторое несоответствие общей картине. По переходу идёт девушка под зонтом. И очень всем мешает, с зонта капает, и под землёй дождь совсем не идёт. Люди смотрели на неё более чем неодобрительно. Надо было спасать её.
Я поднырнул под зонт и пошёл с ней рядом. Она вопросительно посмотрела на меня. Я широко и доброжелательно улыбнулся. Она улыбнулась мне в ответ. Я достал из кармана карамельку и прямо с бумажкой вставил её себе в нос. Мы так и прошли ещё с десятка два метров сквозь толпу. Я  с улыбкой до ушей и карамелькой в носу и она с парализованной улыбкой. Люди навстречу тоже шли уже с улыбками.
Когда переход начал раздваиваться я вынул карамельку из носа и подмигнул девушке.
- Пусть люди думают, что сумасшедший я, а не ты.  - и показал на открытый зонт.
После минутного замешательства с её стороны она всё таки попыталась убить меня зонтом. Но у меня был наготове жетон метро. И мы расстались навсегда. И единственным напоминанием об этом мимолётном приключении была карамелька.

Кстати, никто не хочет карамельку?

Национальный вопрос из теологии.

Всё в этом прогнившем мире имеет национальность. Без исключения. Просто многие про это не знают. Есть украинцы, русские, евреи, немцы и прочие негры в разной степени загорелости.
И даже казалось бы неодушевлённые предметы тоже имеют национальность. Тут и русское поле, и украинська мова и еврейские заморочки.

В теперь вопрос. Какой национальности Сатана?




14%, 15 голосов

13%, 13 голосов

54%, 56 голосов

2%, 2 голоса

2%, 2 голоса

6%, 6 голосов

3%, 3 голоса

4%, 4 голоса

2%, 2 голоса

1%, 1 голос
Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.

Роллы.Пьеса из жызни.

Действующие лица:
- Героиня (редикальная суфражистка)
- Герой (Сатана)
эпизодические роли:
- официант, повар (этот без текста, только выйдет поклониться), директор ресторана.

Сцена первая
Тротуар у ресторана "Метрополь-Континенталь". Часы показывают девятнадцать.
Она - Сегодня был тяжелый день. Пойдём заморим червячка
Он - Я буду очень даже рад. Вот кстати ресторан.
Заходят внутрь. Интерьер в стиле пьяный ампир. Полумрак и полуинтим.

Сцена вторая.
Он - Официииант!!!
Официант - Я слушаю Вас.
Она - Желаю я стакан воды Боржоми. К ней пару ролов. И с третьей по девятую страницу всё.
Официант -Будьсделано сию момент.

Сцена третья.
Героиня напряжённо жуёт еду, чавкает и вообще предаётся чревоугодию. Сатана пьёт Боржоми. Она сытно отрыгивает
Он - Зовите повара. Всё было очень вкусно.
Выходит повар. Вытирает окровавленные руки об фартук. Кланяется с довольной и не менее идиотской улыбкой. Удаляется задом с высоко поднятой головой на кухню где потом трахает посудомойщицу.

Сцена четвёртая.
Он - Несите счёт. Я в не терпенье.
Приносят счёт.
Он - Стотыщь пятсот, и это даже без учёта эНДээС. За минусом Боржоми выйдет..... мммм. Да в общем один хер не дешево поели.
Он - Как будем закрывать такую брешь в моём бюджете? Ты знаешь сколько мне пришлось купить-продать ничтожных человечьих душ что б ты сегодня так поела?
Она - Ну ты же джентльмен...
Он - Я - Сатана. И требую хотя бы 50 %.
Она - Я - дама. Значит платишь ты.
Он - А может ты как дама сделаешь миньет? - Достаёт и размахивает огромным членом.
Она - Я не могу. Мне стыдно перед этими людьми. И ты меня совсем не ценишь. - Плачет.
Официант зовёт директора ресторана.
Директор ресторана - Я очень Вас прошу. Ну сделайте ему что просит. А то ведь так он весь мне персонал попортит.
Она - Фу как же вам не стыдно к такому даму принуждать. Скотина, сутенёр, мерзавец... - бьёт директора графином по голове. Убегает в слезах и соплях.
Трагическая пауза.
Сатана заправляет член в штаны. Вытирает руки об скатерть.
Он - возьмите вот купон на скидку в вашем заведении и мою банковскую карту БрокДьволАдский Банк. А суфражистки - вот оно земное зло. Запомните детишки. И на такое больше не ведитесь.

(все герои вымышленны (кроме Сатаны), все совпадения случайны, Элтон Джон - гей)

#4625 (Из сумрачного для Брайс)



Я мертвец. Чудовищно огромный труп воина. Самурай который пока ещё не обнажил свой меч. Который был добровольно похоронен живьём. И что бы в любой момент проснуться. Встать из своего бетонного склепа и обнажить свой гигантский и сметроноснейший меч. Мой бронированный панцирь, покрытый кабалистическими символами, давно врос в землю. Поверх него раскинулись леса, дороги, забытые богом деревни и даже города. Мои вены покорёжены временем, они полны гулким эхом давно ушедших людей, сухой пылью, зелёной от ряски водой. Иногда искатели приключений находят меня. Они проникают под панцирь и ...... не находят там ничего. Они ищут моё жаркое, пышущее ненавистью сердце, но не находят его. Они переступают через него, проходят мимо него, но не узнают в этим куске сухой смерти моё сердце. Они ищут мою душу, но моё тело слишком велико, что бы её найти. Моя душа может годами блуждать в нем не встречая никого. Хотя иногда искатели находят что то. Но чаще всего это их собственная смерть. А я жду своего часа, своей жатвы. И своей смерти.