К разуму

...
Нет, легче посох и сума;
Нет, легче труд и глад.
А.С.Пушкин

Не покидай меня, мой друг,
В ночи сторукой, звероокой
Мне станет жутко одиноко,
Там вспышкою сгорит испуг,

Дели со мной и век, и град,
Пусть гусь свинье и не товарищ,
Пусть пеплом ласковых пожарищ
Засыпан весь вишнёвый сад,

Будь вечно бодр и щедро юн,
И, как давно заметил классик,
Лик нищеты, отнюдь, не красен,
Но вот сознанья белый шум…

Прошу тебя, не уходи,
И не бросай меня под танки,
Что хочешь, хокку или танки?
В стихах наколку на груди?

Или Шекспира перевод
РублЁным слогом дилетанта?
Посредством местного гидранта
Портрет на персях речки вод?

Останься, я тебя прошу,
До часа грёз и тризны века,
Не дай заблеять и замекать,
Иль поклоняться «калашу»,

И если время прячет в тень
Столь многих профиль горделивый,
Я помню, так несправедливо
Мечтать, чтоб не кончался день,

Пребудь ты до конца, молю,
Тебе же ничего не стоит
В век революций и застоев
«Свести пригрешности к нулю».

8 bits



Я все вернее становлюсь
Средь павший трой и мертвых мифов
Героем восьмибитных игр
Где три аккорда жарит блюз

Где четверть тысячи цветов
Да сотня пикселей и, право,
Все легчи им найти управу
На простофиль и дураков.

И незаметно, исподволь
Становится мой мир двухмерным
И жизнь компанией дочерней
Сует мне «Подпишись, изволь»

Высокий договор гласит
Что мне вживили электроды
И меж анодом и катодом
Сознанья пляшет джигу сикх.

Да, пенсия здесь наравне
С собаками, что троллил Павлов,
И удовольствий горсть престранных,
Ковал что Дуров, Цукерберг.

И предсказуемо вполне
Я расплывусь в улыбке мордой
Мол, человек звучит так гордо,
В долине кремня и «лаве».

Рейс 30042014

Лететь
Меж пирамидой Птахотепа
И памятником всем утехам,
Где фаллос обвивает плеть.
Лететь
Мимо заборов, испещренных
Сентенциями тех ученых,
Чей разум заселил подклеть.
Лететь
Через метель апрельских вишен,
Где голос разума чуть слышно
Шансоны начинает петь.
Лететь
В садах, с цветеньем обрученных,
В градАх, совсем не обреченных,
В делах, исполненных на треть.
Лететь
Сшибать иллюзий легких крыши
И биться головой в всевышний
И синий лёд. И все же сметь
Лететь
Благоуханно чрез прорехи
Лишь дуновеньем на потеху
Того, кто кружить круговерть
Цветов, расцветок и оттенков,
Ободранные чьи коленки
Загара отражают медь.
Лететь

Молчи, Гораций!


Горацию, 
имение в Сабинских горах

Горит апреля млечный путь
В садах, и двориках, и скверах,
Ночами дивные химеры
В цветах приходят отдохнуть.

И лижут белы языки
Их шерсть старательно и мирно,
КурЯт вселенской трубкой мира
Груш, яблонь, вишен явь и сны.

Скажи Гораций, как могли
Лет двадцать кануть в омут млечный
И где апрель, в чей жар кузнечно
Раскалены цветов угли?

Безмолвен, ритор и поэт?
Не будем же тревожить словом,
Пусть справедливым, но суровым,
Прекрасных заблуждений свет.

Молчи, мудрец и острослов,
Пусть почивают так беспечно
Химеры грез недолговечных
На белых простынях цветов.

Искренне твой,
Меценат 

Простите



Простите, вешние цветы,
За то, что больше я не верю
В пересеченье параллелей
И покоренье высоты.

Не верю в дивный аромат
Букет чей тонок, идеален,
Свет ночника горячих спален – 
Молочно-белый томный взгляд

На тле сапфира простоты
Всем краскам свеженанесенным
Довериться как-будто стремно,
Пускай полутона чисты,

Пускай так новы кружева,
Как строчки-вязь арабских сказок,
Шахерезад язык развязан,
Но поясов шахидов – тьма.

Их малахитовы костры
В хозяек медных гор обличья
Палят намеком неприличным
И предложеньем непростым.

Покинув белой пешкой строй,
Закончишь редким негодяем,
Простите, что не доверяю
Вашей симфонии шестой.

Апрельский колорит



Надежд весенний колорит
На то, что «все здесь не случайно»
Моя душа чрез синь парит
Воздушным змеем Made in China

Залил цветущие сады
Происхожденьем благороден
Сплошь обезжиренный кефир
Иль йогурт, коли Вам угодно

И, посрамив любой парфюм,
Взрастив одним движеньем злаки,
Касаясь потаённых струн,
Плывут, как афродизиаки,

Белее снега лепестки,
Что знают наперед секреты
Изгибов грифа и руки
И тленья лета-сигареты

И, этим газом веселим,
Чешу седеющую бровь я:
Тюльпаны в цвет Шампани вин
Соседствуют с венозной кровью.

Пустынная роза



Роза в пустыне

Стинг (Гордон Мэтью Томас Самнер)

Мои мечтанья о дожде
И о садах в песках пустыни
И пробуждения в тщете
Час-миг течет с ладоней ныне
Мои виденья об огне
Им не поспеть за скорой рысью
Тех скакунов, что знают, где
Игра теней пленяет мысли
И эта роза средь песков
Чей каждый лепесток столь полон
Всех обещаний, где любовь
приподнимает духов полог
И этот сладкий аромат
Меня так мучит несравненно
Шипит, горяч, пустыни ад:
«То, что сдается – все неверно»
В моих мечтаньях о дожде
Я поднимаю взор в свод синий
По краю век, средь миражей
Сей аромат отравой сгинет
Прелестна роза средь песков
Воспоминаньем об Эдеме
Я запах нежных лепестков
Вдыхаю, словно яд падений
Мои метания в «дожде»
В садах, засыпанных в пустыне,
И пробужденья в маете
Минут, что каплют с длани линий

Hello, Russians!

Хеллоу, рашинз,
Мой лик не страшен,
И дед мой не служил в СС «Галичина»!
Телепродакшн
Срывает башни
Ведь так нужна победоносная война!
Имперский призрак
В звездах и ризах
Вновь подымается из самых мутных вод,
Средь всех коллизий
Теплю я мысли
О том, что, все-таки, великий вы народ.
Но на старуху
Увы, проруха,
Возьмем, Германию, случалась (и не раз),
Однако разум
Лечил заразу
И делал так, чтобы в стране «все было джаз».
Ах, подростковость!
Взрастить суровость
Тем, кто слабей, сполна отвесить тумаков…
Взрослей скорее,
Мой «добрый гений»,
И докажи свое величье не со слов.

Разочарованному поэту



А в долгих и тяжелых размышлизмах
Я нить повествованья рву порой,
И опыт, в синяках и эмпиризмах,
Дыша мне в ухо, шепчет: "Слышь, изгой,
Воздень же два крыла в изящность линий,
Отбей копытами (шестью) нестройный ряд,
И восемь рук, от вдохновенья синих,
Стихи клавиатурой пусть стучат!"