хочу сюда!
 

Алинка

28 лет, телец, познакомится с парнем в возрасте 27-37 лет

Заметки с меткой «спермотоксикоз»

Про интеллект и чтение букв. И про "это самое" в учительской



Слово «интеллект» сплошь и рядом означает способность красиво формулировать и убедительно преподносить полную ахинею, а ум человеческий настолько сбился с курса, что порой лучше быть дебилом, нежели записным интеллектуалом. Ум делает своего обладателя несчастным, одиноким и нищим, тогда как имитация ума приносит бессмертие, растиражированное на газетной бумаге, и восхищение публики, которая верит всему, что читает.

"Як я став ідіотом" - Мартен Паж.

Это из знаменитого (в кавычках) списка десяти производений которые надо прочесть на одном дыхании.

И об грустном. То ли я стал чересчур подозрителен, то ли кошмар возвращается на улицу Фрунзе и в организм Допплера.

Вот типун мне на язык, но очень похоже, что началось это то самое, что я  ни с чем уже не перепутаю. Началось в районе мышц шеи возле левого затылка. Неужели левый преднизолон? Или что? И что делать?

Практически паника. Второй раз я это навряд смогу осилить. Я честно.

Короче, немногочисленные френды. Если весточки от меня вдруг поступать перестанут, то значит - отмучился Допплер преподобный себе самому.

И про училку, которую на 22 года посадили из-за того, что с несовршеннолетними 17-ти летними деточками имела интим. Та сами они - гондоны штопанные. Не её на 22 года (вот жеж извращенцы), а попользовавших её, а потом подло сдав источник оргазма, сажать надо было. Чтобы неповадно впредь лохматить бабушку и путать половые органы.

Вот теперь точно всё.
Map

Сдают ли в Америке бутылки? Дают ли негры молоко?




  Сумерки торжественно вступают в свои права. 7.40. Тяжёлые капли жидкого серебра уверенно стучат «Хава нагила» по капоту, отбивая у моей печени всякое желание выходить из салона. Встречные машины теряют цвет, половые признаки, но покрываясь редкой шёрсткой, становятся мохнатыми жуками. Жуки длинными гирляндами фар топливо бегут по дорогам своего города –  улья. Торопятся спрятаться, уснуть до утра в сухих тайниках гаражей. Негромко рычат, привычно пугая друзей - светофоры-заики бликами радиаторных зубов. Сами дороги тоже начинают меняться, асфальт кипит каплями дождя, дымится и вся эта алхимия быстро вытапливает из отпечатков человеческих лап и шин жирное зеркало - лужи. Всплывают трупы пластиковых бутылок, убитые обёртки, целлофан, уставшие кондомы… грязь – верная примета цивилизации.

  Как всё же хорошо, что американский гений выдумал однажды этот Мак – Драйв и эти стаканчики плотного не вкусного картона, с тёплой сладковатой бурдой, грозно именуемой «кофе». Печаль коричневой реки, бльоо. Как хорошо, что неизвестный гений выдумал добрых, почти святых девочек, обитающих на заднем сиденье. Иногда так хочется остаться тут жить, наблюдая суету большого города сквозь монитор лобового стекла. Болтая с тобой ни о чём - о самом главном.

  Тебя давно перестал интересовать глупый мир препадов, лент, сессий. Ведь ясно (азохен вей!), что это трудные ненужные иллюзии - они для лохов, тех, кто не умеет жить. Вон из города кипящего асфальта и скрипучих людей. Берег Днепра. Колёса замирают на краю высокого обрыва. Немного страшно, но жутко красиво, в мониторе показывают сумерки – дождь на огромной реке. Только ты и я. Только серая пелена шелестящего дождя, любимая радиостанция, сладкая американская бурда, неторопливая любовь и редкие блики далёких молний – короткие замыкания в доме перелётных ангелов с волосатыми руками.

  Уже за полночь. Дождь уплыл в другую страну – наверно в Лапландию. Луна зажигает звёзды на воде и поджигает мокрую траву бледным сиянием ментального трихомоноза. Поворачиваю ключ зажигания и…. ничего – Тишина (дупа). Машина не хочет заводиться. Наверно ей понравилось тут жить. Романтичный ОПЕЛЬ, полюбил тихую украинскую ночь. Домашняя девочка считает это Приключением и поводом попробовать меня-старика на прочность в сотне причудливых поз из «Справочника юного автомобилиста». Блин, я уже и забыл когда встречал рассвет - ради таких минут, право, стоит жить и стоит всю ночь целоваться в машине, той, которая так любит украинские ночи.

  Потом, много позже, когда авиалайнер – сильная птица с большим желудком, унёс тебя через Атлантику, на океанские пляжи белого песка. Штат Флорида. Когда ты перестала плакать, мне стали приходить фото - твои новые мужчины (мулаты), белозубые атлеты с непривычным цветом кожи и новой тобой, смуглой, счастливой, с новорожденным карапузом (сЦука-бля, аж противно смотреть – лимон ешь скорее). Я обнаружил у себя привычку хандрить - ворошить золу потухшего костра, ездить на этот обрыв, смотреть как плывут стеклянные звёзды по жидкой воде - те звёзды которые видели твои глаза. Мне стало казаться, что это важно, что какой-то кусочек твоей души остался жить над этой рекой. Оказалось - я всё помню и скучаю по тебе, Ленка. А этот обрыв на Днепре, он как колодец, в который я могу заглянуть и увидеть наше прошлое. Тоже лужа, но в нашей луже не плавают трупы бутылок, фантики лжи, плешивые педерасты и уставшие кондомы. Скорее позолотца, корочка хрупкого льда, колючие звёзды и мёртвые листья осени. Той самой осени, которая унесла тебя от меня.


 


43%, 59 голосов

8%, 11 голосов

3%, 4 голоса

8%, 11 голосов

9%, 12 голосов

6%, 8 голосов

9%, 12 голосов

1%, 2 голоса

4%, 5 голосов

9%, 13 голосов
Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.