Я — московский оккупант. Так сложилось исторически

Здравствуйте. Я — московский оккупант. Так сложилось исторически.

Я оккупировал Сибирь Там жили дикие народы, до которых никому не было дела. Мне тоже не было до них дела, но мне нужна была пушнина, чтобы торговать с Западом. Теперь вместо пушнины в Сибири добывают нефть, газ, алмазы и ещё кучу всего полезного для Сечина и Абрамовича, чтобы они могли покупать, что им хочется на Западе. До народов исторически населявших эту территорию мне как не было дела так и нет теперь — да и кто знает, в самом деле, эти народы? Это было интересно разве что в первые века оккупации, когда местные продавали мне своих женщин за калым.
" Селенгинско Троицкому, а дальше и Посольскому монастырям было предоставлено право селить на своих землях беглых и ссыльных русских и новокрещенных бурят. Чтобы укрепить основанные деревни, монастырь покупал у бурят жен и девиц, выплачивая за них калым (цена "женки" была 2 р. 60 к., лошадь продавалась за 3-5 руб.) и после крещения выдавал замуж за поселившихся на монастырских землях крестьян. Таким образом, возникло метисное русско-бурятское население нескольких приходов на Селенге: Троицкий, Посольский, Кударинский и др."

Я оккупировал Эстонию.
Сначала я признал ее независимость, но потом я наплевал на нее, потому что договоры со мной не стоят и бумаги, на которой написаны. Немцы это хорошо знали, поэтому и сами наплевали на договор который мы подписали когда делили Восточную Европу.
Я пришел в Эстонию, выселил десятки тысяч эстонцев к черту на кулички, а вместо них ввез русскоязычных «братишек» со всего Союза. Сейчас «братишки» пьют водку на развалинах советского старья, в то время как эстонцы запускают спутники с электрическим парусом и разрабатывают «Скайп». За это я называю их фашистами и мечтаю о том как вновь въеду в Таллинн на танке.

Я оккупировал Украину. Собственно, я оккупировал ее несколько раз, вселяя туда все больше «братишек» и одновременно вымаривая местное население голодом. Когда меня попросили оттуда уйти, я снова ввез в Украину «казаков», «евразийцев», ряженых «белогвардейцев», чеченцев и бурят. Последних, кстати, я оккупировал еще раньше, истребив всех кто мне сопротивлялся, а ненависть оставшихся переключил на тех, кого раньше называл «братьями». Не правда ли, я могу быть очень хитрым и изобретательным, когда хочу развязать очередную войну?

Я не оккупировал остров Сингапур.
У меня до него не дошли руки и Сингапур заняли англичане.
Зато я оккупировал полуостров Крым, со временем выселив тамошнее население, а тех, кто сумел вернуться теперь обвиняю в экстремизме.
Англичане из Сингапура ушли, но научили местных, как сделать свой остров одним из мировых финансовых центров, с развитой наукой и промышленностью, почти лишенным коррупции.
А в Крыму почему-то получилась только дотационная дыра, населенная потомками «братишек», живущими прошлым и возглавляемыми бандитами.

Я был, являюсь и буду оккупантом . Я буду пользоваться достижениями западной цивилизации, сидя в американских джинсах и поливая грязью Америку через изобретенный ею компьютер, по созданному кровавым Пентагоном Интернету. Я буду смотреть и ругать ваши фильмы, играть в созданные вами игры, слушать вашу музыку — ведь ничего сопоставимого я никогда не смогу сделать. Но, несмотря на это, я буду считать себя лучше всех.

Мне не нужна ваша «лицемерная свобода» — свобода быть человеком.
Мне не нужны ваши независимые суды, права человека, свобода слова, мне чужды ваши понятия демократии и ответственности власти перед народом.
Мне нравится наша коррупция, продажные чиновники, менты-беспредельшики и пузатые попы на мерседесах. Мне нравится наша грязь, наша водка, наша лживость, жестокость, наше лютое презрение к тем, кого мы считаем ниже себя и предельное раболепие перед «царем-батюшкой».
Я живу по принципу «Вор всегда кричит «держи вора» и приписываю всем, кто мне не нравится, собственные отличительные качества. Так появляются мифы о «еврейском шовинизме», «американском мессианстве», эстонском и украинском «фашизме».

Я Московский Оккупант, я Царь Мидас наоборот.
Все, к чему я прикасаюсь, превращается в фекалии и единственное, что меня волнует — что у меня может не хватить сил залить весь мир смесью из крови и говна.

Россияне считают, что мир боится России и это хорошо — Игорь Коротченко Хорошо что боятся или хорошо что россияне так считают?