Немного длинно, но оно того стоит и так:
часть первая
- Дети. Завтра мы проведём урок занимательной физики. – Ирма Лаврентьевна любила проводить занимательные и наглядные уроки, считая, что таким образом пробуждает в учениках интерес к предмету.
– На сегодня всё. К завтрашнему уроку прочитайте 56 и 57 страницы учебника. Собираемся на поселковой платформе в 10-30. Не забудьте потеплее одеться. – последние слова совпали со звонком.
Это был ещё один конёк перфекционистки Ирмы Лаврентьевны. Она всегда и всё старалась делать с точностью до секунды. У неё даже было любимое выражение,- “Только глупцы делают всё заранее. По настоящему умные люди делают всё вовремя.”
часть вторая
Под Чишмой к товарному составу № 8012, Уфа – Рязань, прицепили старый рефрижератор и пару почтовых вагонов следовавших обычным литером до станции Нарва - товарная. Непонятно каким ветром их занесло в Башкирию из Владивостока, но болтались они по перегонам Куйбышевской железной дороги уже вторую неделю.
В тесной “служебке” рефрижератора, несмотря на максимально открытую фрамугу, было душно.
Сопровождавшие груз экспедитор Саня и техник Рома от безделья и неопределённости тихо сходили с ума.
Уныло серые откосы дороги и волны телеграфных проводов, нагоняли железнодорожную тоску.
Варёные яйца и плохо ощипанные куриные ножки, вызывали изжогу.
Взятые из дома газеты были перечитаны.
Журнал с голыми бабами замусолен до восковой склизкости. Тела фотомоделей, изученные до мельчайших анатомических подробностей, возбуждали не больше чем пейзаж за окном.
Развалившись на верхней полке, Ромка перелистывал сборник кроссвордов.
В надежде добить свободные клетки он по несколько раз повторял вслух каждый неразгаданный вопрос, чем дико раздражал лежащего внизу Саньку.
Экспедитор не любил кроссворды. Считал это занятие мозговым онанизмом.
Сам он предпочитал реальную мастурбацию церебральной.
Вот и теперь. Плотно зажмурив глаза, со злой одержимостью, мучил детородный орган.
Рука у Саньки затекала, а член, хоть и торчал, но ничего не чувствовал и кончать не собирался. Всякий раз, когда процесс подходил к завершению, раздававшийся сверху голос, беззастенчиво вторгался в эротические фантазии и возвращал в духоту купе.
- “Криогенный антропоморфный персонаж”. Восемь букв.
- Рома, отстань. Сплю я.- Санька поворочавшись с боку на бок, выбрал позу “он на спине” и стал заново воссоздавать и оживлять в фантазиях образ молоденькой медсестры Леночки из Отделенческой больницы станции ”Уфа” . Вертел её так и сяк. Придумывал новые позы и интимные детали, но ничего не возбуждало.
- Отгадал. Сне-го-вик! Подожди спать-то. Немного осталось.
“Сильвофильная антропоморфная нечисть с гипертрофией волосяного покрова. Сказочное”. На “Л” начинается. Пять букв.
- Леший.– К собственному удивлению произнёс Санька, но последствия озарения были трагическими. Образ прекрасной Леночки решительно вытеснила сильвофильная антропоморфная нечисть с гипертрофированным волосяным покровом.
Другой бы отчаялся, но Санька с детства был настырным. Начатое, даже если это вредило здоровью, всегда доводил до конца. Вот и сейчас сдаваться не собирался.
Подключил вторую руку и решил попробовать фантазии на тему переодеваний и садо-мазо.
Теперь, одетый в костюм лешего, он с остервенением стал драть намертво привязанную к каталке медсестру. Для усиления эмоций, периодически, с силой и грохотом обрушивая на голову визжащей Леночки больничную утку. Яркая и необычная эротическая фантазия полностью захватила экспедитора.…
-Австрийский физик и астроном. – послышалось сверху, - Теоретически обосновал зависимость частоты колебаний, воспринимаемых наблюдателем, от скорости и направления движения источника колебаний. Начинается на “Д”. Шесть букв…. Во, как задвинули. А написано, что при составлении кроссворда авторы не выходили за рамки программы восьмого класса средней школы.
-Cанька-а. Ты физику за восьмой класс помнишь?
В ответ раздалось нечленораздельное мычание, закончившееся криком, - “Умри сукааа!” и вздохом облегчения.
- Ты чего?- Свесившись вниз, Ромка с удивлением смотрел на напарника лежавшего с засунутыми по локоть в штаны руками. По линяло-синему трикотажу расползалось тёмное пятно.
- Чего-чего… Кошмар после твоих кроссвордов приснился. – Саня встал с полки и пошёл в туалет. К смрадной духоте прибавился режущий глаза аммиачный запах, потянувшийся из щели неплотно прикрытой двери клозета.
Забрякал краник умывальника.
– А вода где? Тут же вообще дышать невозможно. Где вода?
- Вот дурак. - Ромка ударил себя кулаком по лбу. – Я забыл в Чишме залиться. Сань, прости. Ну дотянем как-нибудь до стоянки. Давай я тебе минералкой солью?
- Куда ты мне сливать собираешься? Я срать хочу.
- Ну так сри.
- Ром, ты что нюх потерял? От вони и так глаза режет.
А если я мимо очка промахнусь? Тут такой букет будет.
Мне проще в окошко посрать.- Хлопнув дверью туалета, Санька решительно вскочил на откидной столик и стянул до тапочек тренировочные вместе с трусами.
– Держи меня...- Глубоко присев и вытянув руки, экспедитор, приняв позу горнолыжника на скоростном спуске.
- Ты б хоть ладони сполоснул,- Ромка брезгливо обхватил протянутые руки за обшлага рубашки.
- Не ной…. Это не я забыл воду залить. Приготовь бумажку и держи крепче, - С этими словами Санька выставил задницу как можно дальше из окна.
Вагон покачивало. Стараясь войти в ритм, Санька балансировал. Переносил вес с ноги на ногу. Дёргал Ромку то за правую, то за левую руку. Постепенно ему удалось подобрать порядок движений. Теперь, совместив амплитуды, он плавно покачивался в такт с вагоном. Со стороны это напоминало реп исполняемый в присядку.
Встречный ветер приятно холодил филейную часть. Санька закрыл глаза и поднатужился. Однако срать на ходу с высунутой в окно жопой, под силу не каждому профессиональному каскадёру. Экспедитор же исполнял этот трюк впервые.
Получалось у него не очень. Всё мешало. Встречный ветер из приятно холодящего задницу, стал леденящим яйца. К тому же неожиданно увеличилось количество стыков и усилилась бортовая качка. За окном промелькнула табличка “Граница станции”.
часть третья (финальная)
- Итак. Сегодня на практике мы изучим так называемый Эффект Доплера – Ирма Лаврентьевна забралась на деревянный ящик, что бы её лучше было слышно и видно всем ученикам.
-Когда источник колебаний приближается, вы слышите высокий звук, когда он удаляется от вас, расстояние между гребнями волн растягивается и частота, с которой эти гребни проходят мимо вас, становится меньше, и вы слышите более низкий тон.
Это и называется “Эффектом Доплера”,- учительница картинно выбросила руку в сторону вынырнувшего из-за поворота состава. Машинист, управлявший тепловозом, как будто ждал этого знака и дёрнул на себя поводок тепловозной сирены. Раздался гудок, звук которого, постепенно усиливался, а тон становился более высоким.
Гудок застал врасплох, висевшего в окне репера. Он открыл глаза и увидел перекошенное от ужаса лицо напарника, который, что-то крича, пытался втянуть его внутрь.
Ситуация настолько испугала Саньку, что он начал гадить.
В это время, Ирма Лаврентьевна, стоя с отведённой в сторону рукой, победоносно - медленно повернула голову в сторону учеников, желая насладиться впечатлением, произведённым синхронностью театрального жеста и гудком тепловоза. Рядом никого не было.
Роняя ранцы и корчась от смеха, класс сползал с деревянного настила и прятался под платформу.
К станции, с неотвратимостью курьерского поезда, нагло торча из окна и поблёскивая извергаемыми очередями, приближалась голая жопа, сопровождаемая эффектом Доплера.
Пролетая мимо ящика, на котором стояла учительница, Санька выдал финальную очередь, свалившую Ирму Лаврентьевну с самодельного постамента.
Это стало апофеозом наглядности занимательного урока физики.
С тех пор, даже директор школы, за глаза, не называл физичку иначе чем “Жертва Жоплера”.
Шесть Грустных Букв © Udaff.com (only)
