Михаил Пасечник



Мэрилин Монро – коммунист?

                               

Недавно были рассекречены новые документы ФБР, связанные с именем Мэрилин Монро, из которых следует, что она водила знакомство с некоторыми коммунистическими деятелями.

К сожалению, в этих документах нет новой информации, способной пролить свет на смерть кинодивы 50 лет назад. Письма и отчёты свидетельствуют о том, что в ФБР знали о существовании теорий насильственной смерти актрисы, но никаких шагов для их проверки  не предпринимали. Власти Лос-Анджелеса заключили, что наиболее вероятная причина смерти Монро – суицид.

Файлы, полученные недавно агентством Associated Press по Закону о свободе информации, действительно свидетельствуют о том, что ФБР следило за связями Монро с коммунистами в последние годы её жизни вплоть до гибели в августе 1962 года.

Из записей можно понять, что близкое окружение актрисы было обеспокоено её общением с Фредериком Филдом, лишённым огромного наследства за свои левые убеждения.

В год смерти Монро ездила в Мексику чтобы купить мебель и встречалась там с Филдом, который находился в этой стране в добровольной ссылке. Информаторы ФБР сообщали о «взаимном увлечении», возникшим между Филдом и Монро,  о котором близкие звезды, включая её врача, говорили с большой настороженностью.

«Эта ситуация вызвала большое беспокойство как в окружении мисс Монро так и среди американских коммунистов в Мексике», – говорится в документе.

В автобиографии Филда визиту Монро в Мексику посвящена целая глава, где говорится о том, как они с женой сопровождали Монро по магазинам и ресторанам и только один раз во время обеда вскользь заговорили о политике.

«Она говорила в основном о себе самой и о людях, которые были до сих пор важны для неё,  – писал Филд. – Кроме того, она говорила о гражданских правах, равенстве чернокожих, о том, как ей нравится то, что происходит в Китае, бросала резкие высказывания по поводу охоты за «красными» и маккартизма. Говорила и о своей ненависти к возглавлявшему тогда ФБР Эдгару Хуверу».

По распоряжению Хувера ФБР следило за политической и социальной жизнью многих знаменитостей, включая Фрэнка Синатру, Чарли Чаплина и экс-мужа Монро Артура Миллера. Бюро принимало участие и ряде расследований, связанных с преступлениями против известных людей, включая угрозы в адрес Элизабет Тейлор, вымогательство у Кларка Гейбла и т.д.

В 1982 году было проведено дополнительное расследование. Никаких свидетельств, которые могли бы указывать на убийство, найдено не было, но в отчёте говорится о «жёсткой цензуре», которым подверглись относящиеся к этому делу документы ФБР.

Эта формулировка заинтересовала патологоанатома, делавшего вскрытие тела Монро – доктора Томаса Ногучи. Он высказал мнение, что никто, скорее всего, не узнает всех деталей, связанных со смертью актрисы.

«На основании информации, которой располагаю я лично, начиная со вскрытия, я бы назвал вероятность суицида довольно высокой. Но пока не будут доступны все документы ФБР, имеющие отношение к этому делу, все записи и интервью, смерть Монро так и будет обрастать предположениями».

Первые документы ФБР, связанные с Монро, датированы 1955 годом, и главным образом сосредоточены на её поездках и круге общения, поиске связей с левыми и коммунистами.

В одном из документов говорится о том, что Монро и несколько других актёров пытались получить в том году визу для поездки в Россию.

Несмотря на все старания, ФБР так и не удалось найти реальных доказательств о членстве Монро в партии.

«Взгляды объекта несомненно близки к левым; однако, если она и принимает активное участие в деятельности коммунистической партии, основная часть коммунистов Лос-Анджелеса ничего об этом не знают» – написано в документе от июля 1962 года.

http://mixednews.ru

Татьяна З***
В шахматисте Карпове увидели иностранного агента Группа парламентариев обратилась в Минюст с просьбой проверить чемпиона на предмет нарушения закона об НКО

Письмо на имя министра юстиции Александра Коновалова за подписью 9 депутатов было отправлено 18 января этого года. Авторы обращения, среди которых Алена Аршинова ("Единая Россия"), Франц Клинцевич ("Единая Россия"), Дмитрий Носов (ЛДПР), заподозрили "Международную ассоциацию фондов мира", председателем которой является депутат от "Единой России" Анатолий Карпов, в иностранном финансировании, а самого единоросса в лоббировании интересов табачных компаний.

Согласно письму, имеющемуся в распоряжении "Известий", "Международная ассоциация фондов мира" является учредителем благотворительного фонда "Мир и гармония", партнером которого выступает зарубежная транснациональная корпорация Japan Tobacco Inc. Японская компания Japan Tobacco Inc занимает третье место в мире по производству и продаже табака. Ее прибыль составляет миллиарды долларов США. Компания имеет несколько заводов в России, занимается выпуском таких сигарет, как «Пётр I». В связи с этим коллеги Карпова подозревают, что он "иностранный агент".

Мотивом обращения, как рассказал "Известиям" руководитель межфракционной группы против лоббизма, депутат Дмитрий Носов, стали поправки Карпова внесенные им в антитабачный законопроект.

- Они (поправки) смягчают правительственную версию закона, и напрямую противоречат международным договорам, подписанным и ратифицированным Российской Федерацией. Также отдельные поправки этого депутата стимулируют производство контрафактной продукции, и ее незаконную продажу, - подчеркивает Носов.

Возмущение депутатов вызвала поправка Анатолия Карпова, исключающая из законопроекта статью "Предотвращение незаконной торговли табачной продукцией и табачными изделиями", которая включает в себя обеспечение учета производства табачных изделий, отслеживание движения и распределения табака, а также пресечение случаев незаконной торговли и привлечение к ответственности, в том числе за контрафакт табака, незаконно ввезенного в РФ.

Депутат от "Единой России" Алена Аршинова считает, что антитабачная коалиция в стенах Госдумы довольно сильная, и проверять по факту лоббирования необходимо всех, вне зависимости от их фракционной принадлежности.

- Суть нашего коллективного запроса – проверить не является ли структура депутата иностранным агентом. Хотим знать ответ, получает ли она финансирование из-за рубежа и не участвует ли в политической жизни страны, - подчеркнула Аршинова.

Единоросс Андрей Колесник поясняет, что запрос в Минюст сделан в защиту здоровья нации, так как это главное, чем должны руководствоваться депутаты.

- Люди должны знать, кто из народных избранников при обсуждении знаковых законопроектов какие поправки вносит. Мы ничего не собираемся скрывать, более того мы члены антитабачной коалиции сами ведем здоровый образ жизни и хотим, чтобы в нашей стране было как можно больше граждан не зависимых от табака, - подчеркнул Колесник.

Сам Анатолий Карпов все обвинения считает надуманными, более того, обвинил в излишней горячности и эмоциональности своих коллег, которые бросаются подобными обвинениями.

- Мое решение об исключении 17 статьи объясняется очень просто,
17 статья не имеет смысла, так как при ратификации протокола – она будет присутствовать в протоколе в полном объеме. Комитет решил оставить и поддержать ее. Но это право комитета и Государственной Думы, хотя, считаю, что не совсем правильно принимать закон и тут же начать рассматривать к нему поправки, - пояснил Карпов.

В Минюсте комментировать ситуацию отказались, сославшись на то, что вся информация будет только после завершения проверки. В антитабачном законопроекте предлагается полностью запретить курение в большинстве публичных мест, оставить продажу табачных изделий только в крупных магазинах, причем без открытой выкладки, ввести минимальные цены на сигареты и систему ЕГАИС для табачных компаний по аналогии с водочными.

 Татьяна З***

Странная смерть свидетелей по делу "Оборонсервиса" Конечно, совпадение. Так бывает. Но за неделю погибли сразу два возможных свидетеля по делу «Оборонсервиса». Глава компании «Стройимпульс» Сергей Амелин умер от сердечного приступа. Ему было всего сорок шесть лет. Топ-менеджер «Воентелекома» Николай Земеров погиб в ДТП — в его машину врезались на обочине.

Фото: Business FM

В трагические случайности не верит бывший пресс-секретарь Министерства обороны Виктор Баранец. «Там крутились гигантские деньги, там проворачивались гигантские мошеннические операции, — пояснил он Business FM. И когда следствие пошло по следам преступников, они начали предъявлять претензии друг другу — кто кого сдал. И я не исключаю, что смерть Земерова, в данном случае, была преднамеренной».

В «Воентелекоме» погибший Анатолий Земеров отвечал за контакты с поставщиками и внешними контрагентами. 97% акций компании принадлежат дочке «Оборонсервиса» — «Ремвооружению». В совет директоров «Воентелекома» входила экс-начальник департамента имущественных отношений Минобороны Евгения Васильева. В 2009 году она передала компании комплекс зданий 17-го проектного института связи за 18 млн рублей при его рыночной стоимости в 670 млн Сейчас это один из эпизодов уголовного дела.

Погибшего Сергея Амелина якобы тоже вызывали на допрос по делу «Оборонсервиса». Однако в Следственном комитете эту информацию опровергают. «Стройимпульс» был одним из возможных покупателей 31-го государственного проектного института специального строительства. Этот объект также фигурирует в уголовном деле. Однако сделка прошла без участия Амелина.

Расследование дела «Оборонсервиса» идет вальяжно, отмечает бывший следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры Владимир Калиниченко: «В мои времена это было просто недопустимо. Потому что любой следователь тогда исходил из одного: если есть основания к тому, что человек будет осужден, если я знаю, что может помешать расследованию по делу, он будет арестован. А когда вот так себя ведут… Потерпевший себя защищает, естественно, поэтому сегодня подыскивать варианты устранения свидетеля несложно. Я не хочу сгущать краски в этом случае, но, видимо, действительно кого-то беспокоит, ну и общественность беспокоит какая-то непонятная смерть тех людей, которые, возможно, являются ключевыми свидетелями в деле. Может быть, там была случайность, возможно, нет. Смотреть нужно в каждом конкретном случае». Тем временем дело «Оборонсервиса» пополняется новыми эпизодами. На прошлой неделе выяснилась, что компания платила за фиктивные консультационные услуги. Называется сумма в несколько десятков миллионов рублей. Общий ущерб от деятельности «Оборонсервиса» оценивается в сумму от 4 до 7 миллиардов.

Елена Р ***

Александр Михайлович Родченко (23 ноября (5 декабря) 1891, Санкт-Петербург — 3 декабря 1956, Москва) — советский живописец, график, скульптор, фотограф, художник театра и кино.

Один из основоположников конструктивизма, родоначальник дизайна и рекламы в СССР.

Работал совместно со своей женой, художником-дизайнером Варварой Степановой.

 

С 1924 занимался фотографией. Известен своими остродокументальными психологическими портретами близких , друзей и знакомых из ЛЕФа , художников и архитекторов. В 1926 году опубликовал свои первые ракурсные снимки зданий в журнале «Советское кино». В статьях «Пути современной фотографии», «Против суммированного портрета за моментальный снимок» и «Крупная безграмотность или мелкая гадость» пропагандировал новый, динамичный, документально точный взгляд на мир, отстаивал необходимость освоения верхних и нижних точек зрения в фотографии. Участвовал в выставке «Советская фотография за 10 лет» (1928, Москва). Как фотограф, Родченко стал известен благодаря экспериментам с ракурсом и точками фотосъёмки.

В конце 1920-х — начале 1930-х годов был фотокорреспондентом в газете «Вечерняя Москва», журналах «30 дней», «Даешь», «Пионер», «Огонек» и «Радиослушатель».

 

В 1932 в стал фотокорреспондентом по Москве издательства Изогиз. Был членом жюри и художником-оформителем многих фотовыставок, входил в состав президиума фотосекции профессионального союза кинофотоработников, был членом МОСХа (Московская организация Союза художников СССР) с 1932 года. В 1936 участвовал в «Выставке мастеров советского фотоискусства». С 1928 года регулярно посылал свои работы на фотографические салоны в США, Францию, Испанию, Великобританию, Чехословакию и другие страны

 

Применил фотомонтаж для иллюстрирования книг. В 1930-х годах от раннего творчества, проникнутого революционным романтическим энтузиазмом, А. Родченко перешел к выполнению пропагандистских государственных задач: оформил много номеров журнала "СССР на стройке", в 1933 г. участвовал в поездке на Беломоро-Балтийский канал, где сделал большую серию репортажных снимков. В 1938-40 гг. фотографировал артистов цтрка, позже вернулся к живописи.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Лиля Брик (для плаката)

 

Владимир Маяковский.

 

 

 

 

 

Ваввара Степанова.

 

 

 

 

Модель в спортивном костюме.

 

Архитектор, живописец, декоратор Александр Веснин.

 

Кинорежиссер Эсфирь Шуб.

 

Писательница Эльза Триоле.

 

Лиля Брик.

 

Осип Брик.

 

Николай Асеев в мастерской Родченко.

 

Мать.

Ольга Евдокимовна Родченко.

 

 

Татьяна З***

Спутник зафиксировал признаки подготовки КНДР к ядерному взрыву Фотографии, сделанные спутником, свидетельствуют о возможной подготовке на ядерном полигоне Северной Кореи к очередному испытанию, сообщили американские СМИ со ссылками на воскресное сообщение американского Университета Джона Хопкинса.

Фото: EPA

Эксперты на основании анализа фотографий заключили, что Пхеньян будет готов к осуществлению третьего подземного ядерного взрыва «в течение нескольких недель или ранее».

По мнению американских экспертов, в пользу таких выводов свидетельствуют работы по очистке от снега подъездных путей к шурфу, где осуществляется взрыв, а также наличие перед тоннелем грузовых автомобилей.

Эти выводы косвенно подтверждаются заявлением северокорейского лидера Ким Чен Ына, который после принятия СБ ООН на минувшей неделе резолюции, осуждающей запуск КНДР спутника, приказал готовиться к «значительным и выдающимся государственным мерам».

На минувшей неделе ряд северокорейских ведомств в ответ на принятую резолюцию СБ ООН выступили с угрожающими заявлениями.

В четверг Госкомитет обороны КНДР заявил, что Северная Корея будет продолжать запуски спутников и проводить ядерные испытания.

«Мы не скрываем, что различного рода спутники, которые мы запустим, пуски ракет большой дальности, которые мы осуществим, ядерные испытания высокого уровня, которые мы проведем, направлены против США», — цитирует заявление Госкомитета Центральное телеграфное агентство Кореи (ЦТАК).

В заявлении говорится о наступлении «новой фазы нашей вековой борьбы против США».

В минувшую среду Пхеньян также заявил, что продолжит разработку ядерного оружия и намерен регулярно проводить испытательные запуски ракет и спутников в ответ на принятую СБ ООН резолюцию, осудившую запуск Северной Кореей спутника в декабре 2012 года и расширившую санкции против нее.

«КНДР будет предпринимать шаги для физического противодействия (США) путем укрепления оборонного военного потенциала, в том числе разрабатывать средства ядерного сдерживания, наращивая их количественно и качественно, чтобы противостоять стремлению США применять санкции и оказать давление на КНДР», — говорится в распространенном заявлении МИД Северной Кореи.

Белый дом расценил угрозы властей КНДР провести новые ядерные испытания как провокацию.

«Заявление КНДР — неуместная провокация, испытания являются серьезным нарушением резолюций Совета Безопасности ООН», — сказал представитель Белого дома Джей Карни

МИД КНР в минувший четверг призвал все заинтересованные стороны «проявлять сдержанность и избегать любых действий, которые могут привести к эскалации напряженности» в районе Корейского полуострова.

Одновременно китайская газета Global Times в пятницу предупредила, что Китай может сократить экономическую помощь Северной Корее, если она пойдет на осуществление новых ядерных испытаний, сообщает "Голос России.

Ветал

"Газпром" выставил Украине счет на $7 млрд

Компания "Нафтогаз Украины" получила от российского "Газпрома" счет на $7 млрд, поскольку купила в 2012 г. существенно меньше газа, чем предусмотрено действующим контрактом. Об этом сообщил представитель украинской стороны газете Financial Times. ""Нафтогаз" вряд ли заплатит по счету, что может вынудить "Газпром" перенести разбирательство в международный арбитраж", - считает источник издания.

Фото: i-g-t.org

Газета отмечает, что требование "Газпрома" выплатить $7 млрд грозит вызвать третий по счету масштабный конфликт между Россией и Украиной в газовой сфере.

Как сообщало ИА REGNUM, ранее глава "Газпрома" Алексей Миллер, анализируя ситуацию с недобором Украиной газа, заявил: "Без сомнения, мы очень внимательно относимся к юридическим аспектам исполнения нашего контракта. Документы, которые мы на сегодняшний день имеем, в случае того, что не будет выполнен минимальный объем закупки нашего российского газа, могут лечь в основу нашего иска к украинской стороне".

По его словам, в юридической плоскости эта проблема может наступить только по итогам 2012 года. Юристы прогнозировали, что по итогам 2012-2013 гг. "Газпром" может выставить Украине штраф в $8,4 млрд. Согласно официальной статистике, "Нафтогаз Украины" в 2012 году импортировал из России около 24,4 млрд куб. м природного газа, что на 39% или на 15,6 млрд кубов меньше, чем в 2011 году.

Елена


Прокуроры проверят, должны ли жители Крымска вернуть часть материальной помощи

Прокуратура Краснодарского края занялась проверкой законности требований о возврате части материальной помощи, выданной пострадавшим от наводнения жителям Крымска. Об этом сообщается на сайте региональной прокуратуры.

В ряде случаев, заявил источник РИА Новости в правоохранительных органах края, эти требования законны. Всего, по его словам, письма из органов социальной защиты о возврате части компенсации получили 203 семьи, и около половины из них согласны вернуть деньги. Среди них есть те, кому выдали материальную помощь на капитальный ремонт, но затем они через суд добились признания дома аварийным и получили новое жилье.

"В таких случаях чиновники действуют вполне обоснованно, требуя вернуть выделенные на капремонт деньги. И, более того, люди сами понимают это, и даже сами выходят с предложением вернуть деньги за капремонт", - сказал источник агентства.

О том, что жителей Крымска попросили вернуть часть выплаченной компенсации, сообщил 26 января телеканал НТВ со ссылкой на министерство социальной защиты Краснодарского края и самих жителей. В ведомстве пояснили, что подсчетом ущерба и размером выплат занимались разные структуры, что и привело к ошибкам. Деньги должны были выдаваться не на ремонт всего дома, а на ремонт затопленной площади из расчета 5 тысяч рублей на квадратный метр. Полученные сверх этого суммы местные жители должны вернуть.

По данным НТВ, 90 семей из 200, получивших письма с требованиями, согласились вернуть деньги. Остальные намерены отстаивать свою позицию в суде.

Наводнение в Краснодарском крае, жертвами которого стали более 170 человек, произошло в июле 2012 года. Больше всего пострадали жители Крымска. Всего на Кубани пострадавшими были признаны 24 тысячи человек, а аварийными - 1614 домов. Общая сумма компенсаций, выплаченных властями, составила около 4 миллиардов рублей.

Дмитрий Троян

Советская сторона была представлена в школе вспомогательным персоналом:

«а) при руководстве: 1 помощник.

б) технический персонал: 1 столяр (мастер), 2 столяра (подмастерья), 1 слесарь (мастер), 4 слесаря (подмастерья), 1 маляр (мастер), 6 шофёров, 1 механик, 1 жестянщик, 2 маляра (подмастерья), 1 паяльщик, 1 электромонтёр, 1 седельник.

в) хозяйственный персонал: 1 курьер, 1 экономка, 1 кухарка, 3 служащих, 1 сторож (дворник).

г) персонал охраны: 7 человек» [58].

Итак, как и в Липецке, начальник и преподаватели -- немцы. Более того, в договоре прямо оговорено: «Руководство школой находится в руках ВИКО  (немецкая сторона. -- И.П.). Руководитель вырабатывает программу занятий, принимая во внимание пожелания КА  (Красная Армия. -- И.П.). В помощь руководителю школы КА назначает помощника руководителя школы, который вместе с тем является представителем КА» . При этом советский персонал полностью оплачивается немцами: «КА предоставляет в распоряжение ВИКО соответствующий технический личный состав для охраны, а также рабочих. „…“ ВИКО несёт расходы по содержанию всего указанного состава, по ставкам профсоюзов, а также расходы по содержанию помощника руководителя школы в соответствии со ставками, принятыми КА. Тарификация сотрудников производится на основе дополнительного соглашения» [59].

Размещалась танковая школа в бывших казармах 5-го Каргопольского драгунского полка, где ей были выделены три конюшни и жилые помещения. Кроме того, она получила право пользоваться (совместно с частями Красной Армии) учебным полем и стрельбищем, а также полигоном, находившимся в 7 км юго-восточнее казарм, и путями сообщения между ними [60].

Согласно договору «все расходы по устройству и содержанию танковой школы»  возлагались на германскую сторону. Они включали в себя оплату «по себестоимости» выполняемых советской стороной работ по ремонту и перестройке передаваемых помещений, включая подключение к силовой электрической сети, а также текущие расходы, связанные с оплатой коммуникационных услуг и электроэнергии, приобретением металла, учебных пособий, горючего и сырья. Кроме того, немцы должны были заплатить 125 тыс. руб. за переезд частей и военно-учебных заведений РККА, располагавшихся в освобождаемых для школы помещениях [61].

Содержание и расквартирование обучавшихся в школе советских курсантов, израсходованные ими в ходе учёбы горючее и боеприпасы, а также «расходы за большие повреждения по вине КА» [62] оплачивались нами. Можно предположить, что пункт насчёт «больших повреждений по вине Красной Армии» был внесён в договор на основании опыта функционирования липецкой школы, где в результате аварий по вине советских курсантов только в 1926-1927 гг. выбыло из строя как минимум шесть самолётов [63].

Учебные танки предоставлялись немцами. По предварительным расчётам, на первых порах их следовало иметь три штуки [64].

Открытие казанской школы было назначено на июль 1927 года. Планировалось, что к этому времени будут закончены все строительные работы и доставлено имущество для практических занятий [65]. Однако этот срок оказался нереальным. В самом деле, если в Липецке уже имелся готовый аэродром, то здесь предстояло приспособить конюшни под размещение танков. В результате подготовительные строительные работы были завершены лишь к лету 1928 года [66]. Потратив, по данным советской военной разведки, 1,5-2 млн марок, немцы отстроили школьное помещение, мастерские, оборудовали учебное поле.

Практические занятия начались после того, как весной 1929 года из Германии прибыли 10 танков. В целях конспирации в документах они именовались «тракторами»: 2 больших трактора «Даймлер-Бенц», 2 больших и 2 лёгких трактора «Крупп», 2 больших и 2 лёгких трактора «Рейнметалл» [67]. Сначала в течение 4 месяцев был обучен преподавательский состав, после чего началась подготовка немецких и советских курсантов.

Вплоть до закрытия в 1933 году школа успела сделать три выпуска немецких слушателей: в 1929/30 гг. -- 10, в 1931/32 гг. -- 11 и в 1933 году -- 9 человек [68]. Разумеется, Дьяков и Бушуева не могут удержаться, чтобы в очередной раз не заняться передёргиванием, сообщая, что в Казани якобы обучалась целая «плеяда танкистов, среди которых было 30 офицеров» [69]. После чего у неосведомлённого читателя возникает впечатление, что помимо 30 офицеров в казанской школе было обучено Бог весть сколько (возможно, несколько сотен) немецких солдат и сержантов. Между тем все без исключения немецкие курсанты носили офицерские звания -- капитанов и обер-лейтенантов.

С нашей стороны в школе прошли обучение 65 человек начсостава танковых и мотомеханизированных частей РККА. Большинство из них были строевыми командирами и преподавателями бронетанковых вузов, меньшая часть представляла инженерный состав [70].

Итак, картина полностью аналогична той, что мы видели в Липецке. Начальником казанской танковой школы был офицер рейхсвера -- в 1929 году этот пост занимал подполковник В.Мальбрандт (Malbrandt), в честь которого, кстати, проект и получил кодовое название «Кама» (Казань + Мальбрандт) [71]. В 1929-1932 гг. эту должность занимал Людвиг Риттер фон Радльмайер (Radlmayer), в 1932-1933 гг. -- полковник Йозеф Харпе (Josef Harpe) [72].

Кстати, Дьяков и Бушуева в очередной раз ошибаются, утверждая, будто «начальником [казанской] школы был генерал Лютц, в 1933 году занимавший пост начальника мотомехвойск рейхсвера» [73]. На самом деле генерал-майор Освальд Лютц (Oswald Lutz) в 1931-1933 гг. возглавлял инспекцию №6, или «автомобильную инспекцию», Военного министерства Германии, которой подчинялась и казанская школа, т.е. фактически являлся командующим будущими танковыми войсками Германии [74].

Преподавали в школе немцы, мы предоставляли только вспомогательный персонал, труд которого оплачивался немцами. Материальная база немецкая, доставлена в школу за немецкий счёт. Немцы несли все расходы, а они были немалые: в 1929 году затраты германской стороны составили 1,5 млн марок, в 1930 году -- 1,24 млн марок [75]. Мы оплачивали только содержание советских курсантов, потраченные ими горючее и боеприпасы, а также случившиеся по их вине серьёзные поломки.

Таким образом, как и в случае с лётчиками, получается, что не мы обучали немцев, а немцы на свои деньги готовили у нас своих и наших танкистов.

Пару слов следует сказать и о распространённом мифе, будто в казанской школе обучался знаменитый Гудериан, о чём при каждом удобном случае сообщают своим читателям расплодившиеся в последние пятнадцать лет многочисленные разоблачители «преступлений сталинизма»:

«В школе учился будущий генерал-полковник вермахта, будущий командующий танковой армией в 1941 году на советско-германском фронте, будущий автор трудов о применении танковых войск Г.Гудериан» [76]

«И была ещё основанная в 1926 году танковая школа “Кама” -- сокращённое название от города Казани и фамилии первого начальника школы полковника Мальбранта. В ней также прошли обучение сотни  (что я говорил! «Плеяда танкистов» стремительно разрастается. -- И.П.)немецких военных. В их числе будущие командующие танковыми группами Гейнц Гудериан и Эрих Хёпнер, многие известные командиры нацистской Германии» [77].

К сожалению, на крючок этой байки попадают и добросовестные исследователи. Например, Владимир Петров и Юрий Тихонов, разоблачая в своей статье миф о якобы обучавшемся в СССР Геринге, пишут, что тот не учился в липецкой школе «в отличие от известного фашистского генерала Гудериана, обучавшегося в аналогичной немецкой танковой школе под Казанью» [78]. А всё дело в том, что вопрос насчёт Геринга они изучили лично, в том числе с помощью документов, хранящихся в архиве Липецкого управления ФСБ, а о Гудериане судят с чужих слов.

Между тем Гудериан в Казани никогда не учился. Он лишь приезжал туда с инспекцией летом 1932 года вместе со своим начальником генералом Лютцем [79].

Кстати, насчёт обучения в СССР тех или иных полководцев Третьего рейха. Если верить Дьякову с Бушуевой, то они ездили к нам целыми табунами: «В 1931 году в Москве проходили дополнительную подготовку будущие военачальники периода Второй мировой войны: Модель, Горн, Крузе, Файге, Браухич, Кейтель, Манштейн, Кречмер и другие» [80].

Однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что все эти персонажи направлялись к нам не на учёбу, а в кратковременные командировки в советские военные части либо на манёвры. Так, майор Модель две недели находился в 9-й стрелковой дивизии в Ростове, капитан Горн -- две недели в 10-й кавалерийской дивизии в Прохладной, капитан Крузе -- 10 дней в 7-м артиллерийском корпусе в Павлограде, полковник Файге -- 6 дней на манёврах Московского военного округа, полковник Браухич, подполковник Кейтель и капитан Кречмер -- 4 дня на манёврах Белорусского военного округа [81].

Химический объект «Томка»

Договор о проведении совместных аэрохимических испытаний был подписан 21 августа 1926 года [82]. Советская сторона предоставляла свой полигон и должна была обеспечить необходимые условия работы. Немцы брали на себя обучение в течение опытов советских специалистов. Однако если в авиационном и танковом проектах упор делался на подготовку кадров, то в области военной химии советско-германское сотрудничество преследовало в основном исследовательские задачи. Обе стороны могли получать образцы всех применявшихся и разработанных при проведении совместных испытаний приборов и их чертежи. Кроме того, договором предусматривалось, что все протоколы испытаний, чертежи, фотоснимки будут выполняться в двойном количестве и равномерно распределяться между сторонами. Техническое руководство опытами находилось в немецких руках, административное -- в советских [83].

В конце сентября 1926 года началась практическая работа. Первоначально испытания проводились под Москвой на полигоне «Подосинки» [84]. Было проведено около 40 полётов, в ходе которых с различных высот выливалась жидкость с физическими свойствами, аналогичными иприту. Опыты доказали техническую возможность применения авиацией иприта против живых целей, для заражения местности и населённых пунктов [85].

Как отмечал заместитель Председателя РВС СССР И.С.Уншлихт в уже цитировавшемся выше письме Сталину от 31 декабря 1926 года:

«Касаясь результатов, необходимо сказать, что испытания эти принесли нам уже большую пользу. Помимо того, что они дали нам неизвестный для нас ранее метод разбрызгивания, мы получили сразу весь, вполне проработанный материал и методику работы, так как с каждым из их специалистов работал наш специалист и перенял весь их опыт на ходу. В результате этого наши специалисты, соприкоснувшись на практике с более высокой технической подготовкой немецких специалистов, в короткий срок научились весьма многому.

Наши материальные затраты, по сравнению с немцами, незначительны. Заканчивающаяся первая часть испытаний стоила нам, не считая оплаты наших специалистов, около 20 тыс. рублей. Им же эти испытания обошлись, вероятно, в несколько сот тысяч рублей, так как все оборудование куплено ими, за транспорт платили они, и их специалисты обошлись в несколько раз дороже, чем наши»[86].

В 1927 году были проведены необходимые строительные работы на химическом полигоне «Томка» около ст. Причернавская неподалёку от г. Вольска Саратовской области, после чего совместные испытания были перенесены туда. Отрабатывались различные способы химической атаки, испытывались новые прицельные приспособления, созданные немецкой стороной, проверялась надёжность средств химической защиты. На подопытных животных изучалось поражающее действие иприта, определялись наиболее эффективные способы дегазации местности [87].

Первым руководителем «Томки» с немецкой стороны был полковник Л. фон Зихерер, а после его смерти эту должность в 1929-1933 гг. занимал генерал В.Треппер [88].

Хотя согласно договору все расходы должны были оплачиваться на паритетных началах, реально советские затраты были значительно меньше германских. Так, в 1929 году нами было потрачено 257 тыс. руб., немцами -- 780 тыс. марок [89].

Было ли сотрудничество с немцами в области боевой химии полезным для Красной Армии? Несомненно. Ведь нам пришлось начинать практически с нуля, поскольку имевшиеся в СССР заводы по выпуску боевых химических средств безнадёжно устарели, а оставшиеся после 1-й мировой войны 400 тыс. химснарядов пришли в негодность. В результате менее чем за 10 лет Красная Армия сумела создать собственные химические войска, организовать научные исследования и испытания, наладить производство средств химического нападения и защиты. Значительно пополнились арсеналы химического оружия. Так, в проекте постановления Совета труда и обороны «О состоянии военно-химического дела» (май 1931 года), говорилось, что в артиллерии помимо 400 тыс. старых химснарядов, подлежащих перезарядке, имелось в наличии 420 тыс. новых боеприпасов, снаряжённых ипритом, фосгеном и дифосгеном. Были успешно испытаны дистанционные химические снаряды и новые взрыватели к ним. На вооружении авиации находились 8-- и 32-килограммовые бомбы, снаряжённые ипритом (для заражения местности) и 8-килограммовые осколочно-химические бомбы, снаряжённые хлорацетофеном (для поражения и изматывания живой силы противника). На 1 мая 1931 года в наличии было 7600 8-килограммовых бомб. До конца года планировалось принять на вооружение 50-- и 100-килограммовые химические бомбы дистанционного действия (иприт), курящиеся (арсины) и ударные кратковременного действия (фосген). Имелись также 75 комплектов выливных авиационных приборов ВАП-4 и до конца года планировалось поставить ещё 1000 таких комплектов. Для снаряжения химических боеприпасов были оборудованы 2 разливочные станции общей производительностью свыше 5 млн снарядов и бомб в год [90].

Таким образом, благодаря сотрудничеству с немцами наша страна сумела в кратчайшие сроки встать в области химических вооружений вровень с армиями ведущих мировых держав. В СССР появилась целая плеяда талантливых военных химиков. Что же касается повышения квалификации немецких офицеров, то она в основном проходила в других странах. Вот что докладывал наркому обороны Ворошилову 13 января 1929 года находившийся в Германии в длительной командировке комкор И.П.Уборевич:

«…У меня имеется целый ряд фактов -- заявлений отдельных офицеров, что немецкие офицеры имели длительный доступ в Америке для изучения постановки химического дела в Эдживском арсенале (1927 г.), для изучения самых последних образцов танков осенью 1928 г. и для изучения всех военных учреждений во время командировки осенью 1927 г. в Америку генерала Хайе.

Таким образом, нужно фиксировать, что достижения американской военной техники в широких размерах доступны рейхсверу.

Следующим источником нужно считать Англию, куда немецкие офицеры имеют доступ и к танковым манёврам, и к авиационным. Неплохое отношение по вопросам технического изучения военного дела у немцев и с Чехословакией» [91].

Советский меч ковался в Германии

Итак, как мы выяснили, в результате осуществления советско-германских проектов Красная Армия получила квалифицированные кадры лётчиков, танкистов и химиков. Однако этим польза от сотрудничества отнюдь не исчерпывалась.

Когда после прихода Гитлера к власти совместные проекты были свёрнуты, немцы, уезжая, оставили нам много ценного имущества. В частности, в Липецке:

«Безвозмездно перешедшее во владение УВВС составляет значительную ценность. Помимо возведённых “друзьями”  (имеются в виду немцы. -- И.П.) строений (4 больших ангара, управление аэродрома, тир, жилые дома, столовая, 11 новых жилых бараков для персонала), “друзья” оставили ряд мастерских, как то: моторную, пулемётно-оружейную, для ремонта самолётов, лабораторию, гараж с полным оборудованием, электростанцию, фотолабораторию и т.д. Кроме этого, 15 самолётов с моторами и запасными частями, 8 фюзеляжей, весь автотранспорт (7 легковых, 10 грузовых машин, 1 автоцистерну, 2 аэросаней), автоматическую телефонную станцию, главный материальный склад с имуществом, оборудованный лазарет, лагерь, аэродром, полигон и пр.» [92].

Всего, по подсчётам немцев, в Липецке ими было оставлено в безвозмездное пользование советской стороне имущество на сумму в 2,9 млн германских марок [93].

Аналогичная ситуация наблюдалась в Казани:

«Безвозмездно перешедшее во владение УММ имущество, по самым скромным подсчётам, оценивается до миллиона рублей. Состоит оно из переоборудованных и вновь построенных зданий склада огнеприпасов, жилых корпусов, радиолаборатории, караульного помещения, кооператива, холодильника, бензинохранилища на 20 тонн горючего, электростанции, реконструированной водокачки, гаража с компрессорной установкой, мастерских на ходу (сборочная, станочная),… системы центрального отопления, гаража и склада, канализации, тира, благоустроенной мостовой, строительных материалов и пр.» [94].

Благодаря этому сразу же после ухода немцев в Липецке была открыта Высшая лётно-тактическая школа ВВС РККА, а в Казани -- Казанское танковое училище. В «Томке» в распоряжении РККА остался химический полигон, кроме того, часть имущества пошла на развитие Института химической обороны.

Однако ещё более важным для СССР было сотрудничество с немцами в области разработки современных вооружений. Как отмечал пробывший в Германии 13 месяцев Уборевич:

«Немцы являются для нас единственной пока отдушиной, через которую мы можем изучать достижения в военном деле за границей, притом у армии, в целом ряде вопросов имеющей весьма интересные достижения… Сейчас центр тяжести нам необходимо перенести на использование технических достижений немцев, главным образом в том смысле, чтобы у себя научиться строить и применять новейшие средства борьбы: танки, улучшения в авиации, противотанковые мины, средства связи и т.д… Немецкие специалисты, в том числе и военного дела, стоят неизмеримо выше нас…» [95].

И действительно, перенять у немцев удалось многое. Так, советские лётчики обучались на основе наставлений и инструкций, разработанных в Липецке. Только в декабре 1932 года немцы передали нам около десятка наставлений по ведению боевых действий в воздухе [96].

В конце 1920-х годов германский авиаконструктор Эрнст Хейнкель по заказу советских ВВС разработал истребитель HD-37, который был принят на вооружение и выпускался в Советском Союзе в 1931-1934 гг. под обозначением И-7, всего был изготовлен 131 экземпляр [97]. Ещё одним самолётом, построенным фирмой Хейнкеля для СССР, стал морской разведчик He-55, получивший у нас обозначение КР-1 и находившийся на вооружении вплоть до 1938 года [98]. Одновременно была изготовлена и катапульта К-3 для его запуска, которую сначала установили на линкоре «Парижская коммуна», а в 1935 году перенесли на крейсер «Красный Кавказ». В конце 1930-х годов советский флот купил у Хейнкеля ещё две авиационные катапульты типа К-12. Их поставили на крейсерах «Ворошилов» и «Киров». Катапульты предназначались для запуска пришедших на смену КР-1 корабельных разведчиков КОР-1 (Бе-2) отечественного производства [99].

В докладе заместителя начальника Управления по механизации и моторизации РККА И.К.Грязнова Ворошилову от 14 марта 1932 года отмечалось, что ознакомление наших инженеров с материальной частью немецких боевых машин, а также изучение их чертежей и выводов по испытаниям позволили практически использовать германский опыт, и далее перечислялось, что именно из немецких достижений было использовано в советских танках: в Т-28 -- подвески танка Круппа, в Т-26, БТ и Т-28 -- сварные корпуса немецких танков, в Т-28 и Т-35 -- внутреннее размещение команды в носовой части, в Т-26, БТ, Т-28 -- приборы наблюдения, прицелы, идея спаривания орудия с пулемётом, электрооборудование, радиооборудование [100].

Ценные приобретения делались и в других областях. Так, у немецкой фирмы «Рейнметалл» были закуплены лицензии на ряд артиллерийских систем. Это, в частности, 76-мм зенитная пушка образца 1931 года. Позднее в результате её модернизации советскими конструкторами были созданы 76-мм зенитная пушка образца 1938 года и 85-мм зенитная пушка образца 1939 года. Кроме того, на её базе была разработана система корабельных 76-мм зенитных орудий.

Другой приобретённой у немцев артиллерийской системой была 37-мм противотанковая пушка образца 1930 года. На её основе была создана знаменитая «сорокапятка» -- 45-мм противотанковая пушка образца 1932 года, которая отличалась от немецкого оригинала только калибром и небольшими изменениями в противооткатных устройствах. С 1932 по 1 января 1942 года было изготовлено 16 621 45-мм противотанковых орудий. В свою очередь, на её базе была создана 45-мм танковая пушка образца 1932 года. Этими орудиями было вооружено подавляющее большинство выпускавшихся перед войной советских танков. Всего с 1932 по 1943 год было изготовлено 32 453 таких пушки [101].

Весной 1933 года располагавшаяся в Голландии немецкая фирма «Дешимаг» (Deutsche Schiffs-- und Maschinenbau Gesellschaft) получила от СССР заказ на проектирование средней подводной лодки. В качестве прототипа была выбрана подлодка E-1 («Эчвариэтта»), построенная в Испании по чертежам «Дешимага» и впоследствии переданная Турции. Немецкие инженеры в августе 1933 -- марте 1934 года разработали эскизный проект, подкреплённый общими расчётами, и руководили разработкой общего проекта, вошедшего в историю советского подводного флота как «серия IX». Воплощали общий проект в рабочие чертежи применительно к возможностям отечественной промышленности инженеры специального КБ, временно выделенного из ЦКБС-2 (Центральное конструкторское бюро специального судостроения при Балтийском заводе в Ленинграде, специализировалось на проектировании подводных лодок).

В конце декабря 1934 года на Балтийском заводе были заложены три лодки IX серии, получившие весьма показательные обозначения Н-1, Н-2 и Н-3 («немецкая», или «немка»). В октябре 1937 года для лодок этой серии приняли литеру «С» -- от слова «средняя» (иногда их неофициально называли «сталинцами»).

В начале 1935 года были готовы рабочие чертежи, за выпуском которых, как и за постройкой лодок, наблюдали инженеры фирмы «Дешимаг». Н-1 вступила в строй Балтийского флота в сентябре 1936 года [102]. В целом лодка вполне отвечала лучшим достижениям подводного судостроения своего времени, удачно совмещая сильное торпедное и артиллерийское вооружение и высокую надводную скорость хода с относительно небольшим водоизмещением. Многие конструкторские решения и типы механизмов, впервые принятые для «немок», были использованы и в последующих сериях подводных лодок.

Уже в 1935 году, не дожидаясь окончания постройки первых трёх «немок», руководство советского Военно-морского флота решает перейти к массовому строительству подводных лодок такого типа. Доработанный в ЦКБС-2 проект получил обозначение «серия IX-бис». Главное его отличие от прототипа заключалось в замене немецких дизелей фирмы МАН отечественными и в некоторых изменениях формы ограждения рубки [103].

К началу Великой Отечественной войны вступили в строй или были практически готовы 20 подводных лодок этой серии, ещё 18 находились в постройке [104]. «Эски» хорошо проявили себя в боевых действиях. Достаточно вспомнить успехи Гвардейской Краснознамённой подводной лодки С-56 или знаменитый подвиг подлодки С-13 под командованием А.И.Маринеско, потопившей 30 января 1945 года германский лайнер «Вильгельм Густлов».

Итак, как мы могли убедиться, вопреки уверениям всевозможных «обличителей сталинизма» не «фашистский меч ковался в СССР», а, наоборот, немецкие специалисты в 1920-х -- начале 1930-х годов помогали создавать в нашей стране базу для танковой, авиационной, химической промышленности. Таким образом, основы советского военно-промышленного комплекса были заложены во многом именно благодаря военно-техническому сотрудничеству с Германией."

[1] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР. Красная Армия и рейхсвер. Тайное сотрудничество. 1922-1933. Неизвестные документы. М., 1992.

[2] Там же. С.7.

[3] Россия и СССР в войнах XX века: Статистическое исследование. М., 2001. С.89.

[4] Головин Н.Н. Военные усилия России в Мировой войне. М., 2001. С.224.

[5] Бескровный Л.Г. Армия и флот России в начале XX в. Очерки военно-экономического потенциала. М., 1986. С.141.

[6] Головин Н.Н. Военные усилия России… С.225.

[7] Там же. С.226-227.

[8] Оружие победы / под ред. В.Н.Новикова. Изд. 2-е. М., 1987. С.190.

[9] Федосеев С. Танки в Первой мировой войне. Великобритания, Франция, Германия (1916-1918 гг.) // Техника и вооружение вчера, сегодня, завтра… Ноябрь-декабрь 2001. №11-12. С.44-55.

[10] Комментарии С.Нелиповича к «Истории русской армии» А.А.Керсновского // Керсновский А.А. История русской армии в 4 томах. Т.2. М., 1999. С.176.

[11] Иванов А.Е. Высшая школа России в конце XIX -- начале XX в. М., 1991. С.318-319.

[12] Дипломатический словарь в трёх томах. Т.I. М., 1984. С.193-195.

[13] По данным Департамента Таможенных Сборов, в 1913 году в Россию было ввезено сельскохозяйственных машин и орудий на 48,9 млн руб., в том числе кос на 1,4 млн руб., серпов на 43,8 тыс. руб., ножниц для стрижки овец, резаков, заступов, лопат, вил и т.п. на 1,1 млн руб. -- Сборник статистико-экономических сведений по сельскому хозяйству России и иностранных государств. Год десятый. Пг., 1917. С.346-349.

[14] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.15.

[15] Дипломатический словарь в трёх томах. Т.I. М., 1984. С.252.

[16] Антанта и Врангель. Сборник статей. Выпуск 1. М. --Пг., 1923. С.25.

[17] Ежегодник Министерства Финансов. Выпуск 1914 года. Пг., 1914. С.74-75.

[18] Дипломатический словарь в трёх томах. Т.II. М., 1985. С.449.

[19] Дипломатический словарь в трёх томах. Т.I. М., 1984. С.252.

[20] В 1913 году суммарные доходы (обыкновенные и чрезвычайные) российского бюджета составили 3,43 млрд руб., расходы -- 3,38 млрд руб. -- Статистический ежегодник России. 1914 г. (год одиннадцатый). СПб., 1915. С.XII-9.

[21] В 1913 году в Германию шло 29,8% российского экспорта, из Германии поступало 47,5% российского импорта. Это существенно превышало долю Англии (соответственно 17,6% и 12,6%) и Франции (6,6% и 4,1%), вместе взятых. -- Обзор внешней торговли России по европейской и азиатской границам за 1913 год. Часть I / Издание Департамента Таможенных Сборов. СПб., 1914. Введение. С.III-IV.

[22] Берти Ф. За кулисами Антанты. Дневник британского посла в Париже. 1914-1919 / Перевод и примечания Е.С.Берловича. М.; Л., 1927. С.191.

[23] Горлов С.А. Совершенно секретно: Альянс Москва -- Берлин, 1920-1933 гг. М., 2001. С.125.

[24] Там же. С.126, 128.

[25] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.163-164.

[26] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.128.

[27] Там же. С.129.

[28] Там же. С.127.

[29] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.164.

[30] Там же. С.164-165.

[31] Там же. С.163.

[32] Там же. С.164.

[33] Большая советская энциклопедия. 3-е издание. Т.27. М., 1977. С.512.

[34] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.97.

[35] Соболев Д.А., Хазанов Д.Б. Немецкий след в истории отечественной авиации. М., 2000. С.110.

[36] Там же. С.111.

[37] Шавров В.Б. История конструкций самолётов в СССР до 1938 года. 4-е изд., исправл. М., 1994. С.321-323.

[38] Соболев Д.А., Хазанов Д.Б. Немецкий след в истории отечественной авиации. С.114.

[39] Там же. С.115.

[40] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.17-18.

[41] Там же. С.17.

[42] Соболев Д.А., Хазанов Д.Б. Немецкий след в истории отечественной авиации. С.110-111.

[43] Петров В., Тихонов Ю. Советский полигон Люфтваффе // Родина. 2004. №1. С.135.

[44] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.172.

[45] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.90.

[46] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.165.

[47] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.127-128.

[48] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.169-170.

[49] Там же. С.73-74.

[50] Соболев Д.А., Хазанов Д.Б. Немецкий след в истории отечественной авиации. С.114.

[51] Там же. С.119.

[52] Там же. С.126.

[53] Баранец Д. Русская невеста Германа Геринга // Комсомольская правда. №38(21772). 27 февраля 1998. С.5.

[54] Полторак А.И. Нюрнбергский эпилог. М., 1983. С.125.

[55] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.177.

[56] Там же. С.75, 182.

[57] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.131.

[58] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.179-180.

[59] Там же. С.178.

[60] Там же. С.177-178.

[61] Там же. С.178-179.

[62] Там же. С.179.

[63] Соболев Д.А., Хазанов Д.Б. Немецкий след в истории отечественной авиации. С.115.

[64] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.180.

[65] Там же. С.179.

[66] Там же. С.182.

[67] Там же. С.187.

[68] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.220.

[69] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.19.

[70] Там же. С.186-187.

[71] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.133.

[72] Там же. С.219.

[73] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.19.

[74] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.90.

[75] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.219.

[76] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.19-20.

[77] Бешанов В.В. Танковый погром 1941 года. (Куда исчезли 28 тысяч советских танков?). Мн.; М., 2000. С.24.

[78] Петров В., Тихонов Ю. А был ли Геринг? // Родина. 2004. №1. С.136.

[79] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.220.

[80] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.23.

[81] Там же. С.277-278.

[82] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.74.

[83] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.135.

[84] Там же. С.134, 136.

[85] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.74.

[86] Там же. С.74.

[87] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.224.

[88] Там же. С.135.

[89] Там же. С.225.

[90] Там же. С.228-229.

[91] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.250.

[92] Там же. С.204-205.

[93] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.306.

[94] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.204.

[95] Там же. С.21.

[96] Горлов С.А. Совершенно секретно… С.218.

[97] Соболев Д.А., Хазанов Д.Б. Немецкий след в истории отечественной авиации. С.91-93.

[98] Там же. С.94-96.

[99] Там же. С.96-97.

[100] Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР… С.187.

[101] Широкорад А.Б. Гений советской артиллерии: Триумф и трагедия В.Грабина. М., 2002. С.43-45.

[102] История отечественного судостроения. В пяти томах. Т.4: Судостроение в период первых пятилеток и Великой Отечественной войны 1925-1945 гг. СПб., 1996. С.138.

[103] Там же. С.348.

[104] Там же. С.349."

Авторская версия здесь http://liewar.ru/content/view/40/8/1/1/

Вот он тот самый И-7. Один из родоначальников советской истребительной авиации...

Подъем гидросамолета КР-1 («Heinkel» HD-55) на борт советского легкого крейсера Черноморского флота «Червона Украина» (до 26 декабря 1926 года «Адмирал Нахимов»).

Он же . КР-1 или по другому говоря HD.55 Хейнкеля. 

На этом заканчиваю. Жду ваших отзывов и комментариев.

С уважением

Троян Дмитрий.

Дмитрий Троян

Мифы истории. Советско-Германское сотрудничество. С чего все начиналось.

Здравствуйте коллеги ! Прочитал ваши пожелания и принял их к сведению. Хотелось бы внести одно уточнение. Изначально страничка задумывалась как просто историческая. И темы которые на ней будут появляться совершенно не обязательно будут об авиации. Для начала это будут те исследования по поводу которых я хотел бы получить ваше мнение. Я надеюсь что они будут вам интересны.А пока как и обещал попробуем немножко глубже познакомиться с нашей с вами историей. В ней есть масса интересных моментов. И так как обещал создать цикл тем об истории Великой Отечественной Войны( а это неразрывно связано с книгами В.Б. Резуна), то начнем мы с вашего разрешения с них. А теперь давайте чуть повнимательней ознакомимся с одним из моментов этой истории(кстати если кому то будет интересно поговорить о тех самых школах о которых пойдет речь в теме более подробно, напишите. Обязательно постараюсь выложить тему о каждой из них)... Ну и в конце темы несколько фото той техники которая стала плодами этого сотрудничества.

Итак для начала приведу цитату из книги Владимира Богдановича Резуна(В. Суворова):

"Давайте вспомним, что после Первой мировой войны Германия потеряла право иметь мощную армию и наступательное вооружение, включая танки, тяжелую артиллерию, боевые самолеты. На своей собственной территории германские командиры были лишены возможности готовиться к ведению агрессивных войн. Германские командиры не нарушали запретов до определенного времени и не готовились к агрессивным войнам на своих полигонах, они делали это... на территории Советского Союза. Сталин предоставил германским командирам все то, чего они не имели права иметь: танки, тяжелую артиллерию, боевые самолеты. Сталин выделил германским командирам учебные классы, полигоны, стрельбища. Сталин открыл доступ германским командирам на самые мощные в мире советские танковые заводы: смотрите, запоминайте, перенимайте."

Странная цитата. Особенно для выпускника Академии Генштаба который должен был имет вполне неплохое представление об этом сотрудничестве. Тем более странная для офицера-танкиста который вроде бы должен был изучать историю наших танковых войск. Но Владимир Богданович судя по всему на лекциях посвященных этой теме был судя по всему крайне невнимателен. Иначе бы он я боюсь и не пользуясь подсказкой ( книгой Дьякова Ю.Л., Бушуевой Т.С. "Фашистский меч ковался в СССР") четко бы ответил что все учебное оборудование(в том числе и технику) немцы ПРИВЕЗЛИ С СОБОЙ. А теперь давайте более внимательно поговорим о том самом сотрудничестве.

Игорь Пыхалов 

"Считая СССР «империей зла», наши доморощенные поклонники Запада упорно пытаются приписать советской власти все мыслимые и немыслимые прегрешения. В частности, им кажется весьма соблазнительным обвинить большевиков в развязывании 2-й мировой войны. Однако сделать это далеко не просто. Ведь как ни крути, а в позорном Мюнхенском сговоре, окончательно развязавшем руки Гитлеру, СССР не участвовал, в войну вступил почти через два года после её начала, и, что немаловажно, не он напал на Германию, а Германия со своими сателлитами напала на Советский Союз. Чтобы убедить людей, будто чёрное -- это белое и наоборот, надо приложить немало усилий.

В 1992 году вышла книга Юрия Дьякова и Татьяны Бушуевой с кричащим названием «Фашистский меч ковался в СССР». С их подачи и, разумеется, с деятельной помощью российской прессы представление об СССР как «кузнице гитлеровской армии» настолько укоренилось в общественном сознании, что превратилось в господствующее мнение. Нынешние СМИ к месту и не к месту рассказывают о том, как немецкие лётчики и танкисты проходили подготовку у нас в стране, называют громкие имена гитлеровских военачальников, вплоть до Геринга и Гудериана, якобы обучавшихся в советских училищах.

Между тем уже само название книги Дьякова и Бушуевой [1] заставляет усомниться в добросовестности её авторов. В самом деле, 1922-1933 годы -- это время Веймарской республики, Гитлер пришёл к власти лишь в 1933 году. Ни один из приведённых в книге документов не указывает на помощь Сталина Гитлеру и НСДАП. Так откуда же взялся «фашистский меч», якобы выкованный сталинскими кузнецами?

Пытаясь связать концы с концами, Дьяков и Бушуева делают вид, будто рейхсвер, то есть армия Веймарской республики, с которой сотрудничали советские военные, и гитлеровский вермахт суть одно и то же: «Мало кто из историков знает о том, что германский вермахт (рейхсвер) в обход версальских запретов набирал силу на нашей земле» [2]. Подобный довод вряд ли выглядит убедительным. Действительно, вермахт был создан на основе рейхсвера. Однако мало ли кто из кого вырос! Все убийцы и бандиты когда-то были детьми, но ни один добросовестный педагог или психолог не возьмётся предсказать, что вот этот малыш станет преступником. А в середине 1920-х годов, когда запускались советско-германские военные проекты, разглядеть в рейхсвере будущий фашистский вермахт было не легче, чем заподозрить в милом ребёнке потенциального бандита. Тогдашняя Германия являлась вполне благопристойной демократической республикой. В стране действовала мощная компартия, что вселяло надежды на грядущую социалистическую революцию. С другой стороны, НСДАП выглядела всего лишь группой безобидных чайников.

Вообще, в истории международных отношений найдётся немало случаев, когда бывший друг неожиданно становился непримиримым врагом. Если брать свежие примеры, то можно вспомнить щедро вооружавшийся Соединёнными Штатами Иран, в котором после свержения шаха Пехлеви утвердился антиамериканский режим.

Таким образом, вопрос о кузнице, в которой ковался «фашистский меч», а также о том, чем именно занимались немецкие военные на нашей территории, явно заслуживает более пристального рассмотрения.

Кому у кого учиться?

Скажите, уважаемый читатель, а Вам не кажется удивительным, что именно мы в 1920-е годы учили немцев премудростям танкового дела и боевого применения авиации, а не наоборот? Понятно, что по меркам 1980-х, когда Советский Союз оставался сверхдержавой с ещё не разрушенным «реформами» военно-промышленным комплексом, это совершенно нормально. Однако для первой трети XX века подобная ситуация выглядит, мягко говоря, странной и нелепой. Всё равно, как если бы американские инженеры с заводов Форда ездили стажироваться в автомобилестроении куда-нибудь в Гвинею-Бисау.

В самом деле, в 1913 году Германия по уровню промышленного развития занимала второе место в мире (после США), в то время как Россия представляла собой отсталую аграрную страну. Наиболее наглядно разница между ними проявилась в 1-й мировой войне, потребовавшей от каждого из основных государств-участников максимального напряжения сил. Так, если Германия во время войны произвела 47,3 тыс. боевых самолётов, то Россия -- всего лишь 3,5 тыс. [3] При этом, как отмечал эмигрантский историк генерал-лейтенант Н.Н.Головин:

«В ещё более печальном положении находилось удовлетворение потребностей Русской Армии в авиации. Производство авиационных моторов в мирное время в России отсутствовало, если не считать отделения завода Гнома в Москве, дававшее не более 5 двигателей этого рода в месяц. Вследствие этого снабжение нашего воздушного флота авиационными моторами могло основываться главным образом на привозе из-за границы. Но наши союзники, занятые чрезвычайным усилением своих воздушных войск, очень скупо уступали нам эти двигатели» [4].

Впрочем, после начала войны производство авиационных моторов в России значительно увеличилось. Так, в течение 1916 года на российских заводах было изготовлено 1398 моторов [5]. Однако этого оказалось недостаточно:

«Выписанные нами французские самолёты лежали частью на Мурмане, частью во Франции; аппараты, выстроенные в России, за неимением к ним моторов загромождали склады и заводы. Когда же в июне месяце 1916 г. прибыли, наконец, в отряды французские аппараты, то они оказались совершенно устарелыми, и мы оказались не в состоянии бороться в воздухе с неприятелем на равных шансах. Большинство воздушных боёв между немецкими “Фоккерами” и нашими аппаратами оканчивается не в нашу пользу, и длинный список доблестно погибших наших лётчиков растёт ежедневно» [6].

«Брусилов, Каледин, Сахаров, -- записывает в июне в своих воспоминаниях Председатель Государственной думы М.В.Родзянко, -- просили обратить самое серьёзное внимание на авиацию. В то время как немцы летают над нами как птицы и забрасывают нас бомбами, мы бессильны с ними бороться…» [7].

Ещё хуже, чем с авиацией, обстояло дело с танками. Точнее говоря, этот вид вооружений в дореволюционной России не производился вообще. Первый отечественный танк «Борец за свободу тов. Ленин», скопированный с трофейного французского «Рено», был выпущен заводом «Красное Сормово» в Нижнем Новгороде 31 августа 1920 года [8], он являлся головным в серии из 15 машин, принятых на вооружение РККА в мае 1921 года. После чего в советском танкостроении последовала пауза вплоть до лета 1927 года. В Германии же начиная с октября 1917 года было выпущено 20 тяжёлых танков A7V, принявших участие в боях 1-й мировой войны, а также несколько опытных образцов других моделей [9].

По наличию квалифицированных кадров мы также явно проигрывали в сравнении с немцами. Если в Германии обязательное среднее образование было введено ещё в 1871 году [10], то в России накануне революции свыше 70% взрослого населения оставалось неграмотным. В 1913 году высшие учебные заведения Российской империи окончили 10 тыс. человек, в том числе всего лишь 1800 инженеров [11].

Так кому у кого следовало учиться и кто кого мог чему-либо научить?

Мотивы сотрудничества

Согласно Версальскому договору от 28 июня 1919 года, который подвёл итоги 1-й мировой войны, на побеждённую Германию налагались жёсткие военные ограничения. Немецкая сухопутная армия не должна была превышать 100 тыс. человек, в том числе не более 4 тыс. офицеров. Генеральный штаб распускался и создание его впредь запрещалось. Всеобщая воинская повинность отменялась, армия должна была комплектоваться путём добровольного найма. Запрещалось иметь на вооружении тяжёлую артиллерию свыше установленного калибра, танки и военную авиацию. Состав Военно-морского флота ограничивался 6 броненосцами, 6 лёгкими крейсерами, 12 контрминоносцами и 12 миноносцами, причём устанавливались нормы тоннажа для каждого вида разрешённых судов. Постройка и приобретение подводных лодок запрещались [12].

Серьёзные трудности испытывала в то время и Советская Россия. Разорённая Гражданской войной и интервенцией, она фактически находилась в международной изоляции. Между тем для технически отсталой России сотрудничество с промышленно развитыми государствами было жизненно необходимым: следует помнить, что до революции наша страна ввозила не только сложные машины и механизмы, вроде станков и паровозов, но и такую «высокотехнологичную продукцию», как косы, серпы, плуги, бороны и т.п. [13]

В этой ситуации две державы-изгоя вынуждены были протянуть друг другу руки. 16 апреля 1922 года во время Генуэзской конференции Германия и Советская Россия подписали Рапалльский договор, сразу вызвавший истерику со стороны «мирового сообщества». Дьяков и Бушуева тоже его не одобряют:

«Был ли другой выбор в Рапалло? Документы свидетельствуют: немцы подписали договор потому, что другого выбора у них не было. У Советской России выбор был: она могла бы заключить договор с Западом. Однако предпочтение было отдано пакту с немцами» [14].

Здесь авторы откровенно держат своих читателей за дурачков, не знающих общеизвестных исторических фактов. Действительно, можно было договориться и со странами Антанты. Собственно, с этой целью и была созвана Генуэзская конференция. Однако при этом в качестве обязательного условия от большевистского руководства требовалось признать царские долги и долги Временного правительства, принять на себя ответственность за все убытки от действий как Советского, так и предшествующих ему правительств или местных властей, а также вернуть иностранным владельцам все национализированные предприятия [15].

О том, как могло бы выглядеть гипотетическое соглашение с бывшими «союзниками», можно судить по опубликованному в английской газете «Дейли геральд» от 30 августа 1920 года тексту тайного договора, который генерал Врангель от лица «восстановленной России» заключил с французским правительством. В обмен на поддержку «чёрный барон» признавал все финансовые обязательства России и её городов по отношению к Франции, вместе с набежавшими по ним процентами. При этом русские долги конвертировались в новый заём под 6,5% годовых, который следовало погасить в течение 35 лет. Уплата процентов и ежегодного погашения гарантировалась:

«а) передачей Франции права эксплуатации всех железных дорог Европейской России на известный срок; б) передачей Франции права взимания таможенных и портовых пошлин во всех портах Чёрного и Азовского морей; в) предоставлением в распоряжение Франции излишка хлеба на Украине и в Кубанской области в течение известного количества лет, причём за исходную точку берётся довоенный экспорт; г) предоставлением в распоряжение Франции трёх четвертей добычи нефти и бензина на известный срок, причём в основание кладётся добыча довоенного времени; д) передачей четвёртой части добытого угля в Донецком районе в течение известного количества лет» .

В качестве же меры контроля «при русских министерствах финансов, торговли и промышленности в будущем учреждаются официальные французские финансовые и коммерческие канцелярии, права которых должны быть установлены специальным договором» [16].

Мало того, что эти унизительные условия грубо попирали суверенитет России. Следует иметь в виду, что довоенные российские внешние займы брались под 3-5%, по состоянию на 1 января 1913 года средняя ставка по ним составляла 4,25% [17]. Теперь же обнаглевшие «лягушатники» собирались повысить процентную ставку по невыплаченным кредитам до 6,5%, то есть более чем в полтора раза.

В отличие от бывших «союзников» соглашение с немцами было заключено на основе урегулирования всех спорных вопросов путём взаимного отказа от претензий. При этом Германия признавала национализацию немецкой государственной и частной собственности в РСФСР [18].

Таким образом, выбор в пользу Запада, за который ратуют авторы «Фашистского меча», означал необходимость уплаты долга в 18,5 миллиардов золотых рублей [19] -- пять с половиной годовых бюджетов Российской империи образца 1913 года [20]. И это не считая стоимости национализированных предприятий.

Также непонятно, почему союз с немцами выглядит в глазах Дьякова и Бушуевой чем-то постыдным, в то время как союз с Англией и Францией -- естественным и правильным. Напомню ещё раз: тогдашняя Германия была вполне респектабельным демократическим государством. К тому же она традиционно являлась главным торговым партнёром России [21]. Несмотря на военное поражение, Германия оставалась могучей индустриальной державой с развитым машиностроением, энергетикой, химической промышленностью. Сотрудничество с ней могло дать нам всё необходимое для восстановления разрушенного народного хозяйства.

С другой стороны, не следует забывать, каким было истинное отношение стран Антанты к своим русским «союзникам». Наиболее цинично и недвусмысленно его выразил 8 декабря 1918 года в своём дневнике посол Великобритании во Франции лорд Френсис Берти:

«Нет больше России! Она распалась, и исчез идол в лице императора и религии, который связывал разные нации православной веры. Если только нам удастся добиться независимости буферных государств, граничащих с Германией на востоке, т.е. Финляндии, Польши, Эстонии, Украины и т.д., и сколько бы их ни удалось сфабриковать, то, по мне, остальное может убираться к чёрту и вариться в собственном соку. Российская республика не была бы в состоянии управлять магометанскими ханствами в Средней Азии и кавказскими княжествами» [22].

Рапалльский договор не содержал каких-либо военных статей. Тем не менее основы для взаимовыгодного советско-германского сотрудничества в этой области были очевидны. Немцы нуждались в полигонах, где можно гонять танки и самолёты подальше от зорких глаз победителей, мы -- в немецком опыте производства и применения современных видов вооружения. В результате в середине 1920-х годов на советской территории были созданы такие совместные объекты, как авиационная школа в Липецке, танковая школа в Казани и две аэрохимические станции (полигона) -- под Москвой (Подосинки) и в Саратовской области под Вольском [23].

Авиационная школа в Липецке

Соглашение о её создании было подписано в Москве 15 апреля 1925 года, а уже летом школа была открыта для подготовки лётного состава [24]

Каков же был вклад каждого из партнёров в это совместное предприятие?

Начнём с личного состава. В соответствии с соглашением персонал школы включал в себя:

С немецкой стороны -- «1 руководитель авиационной школы, 1 лётчик-инструктор, 1 пом. его (условно), 2 мастера, 1 оружейный мастер, 1 пом. мастера. Для заведования заводскими складами и находящимися материалами: 1 зав. складом» .

С советской стороны -- «1 пом. руководителя авиационной школы во всех вопросах, возникающих в связи с работой школы, 20 мастеров для обслуживания аэродрома, из которых: 14 техников-механиков, 2 столяра, 1 седельщик, 1 маляр, 1 кузнец, 1 сварщик»[25].

Как видим, липецкую авиашколу возглавлял немецкий офицер. В 1925-1930 гг. этот пост занимал майор Вальтер Штар (Walter Stahr), в 1930-1931 гг. -- майор Максимилиан Мор, в 1932-1933 гг. -- капитан Готлоб Мюллер (Gottlob Muller) [26].

Преподавателями лётного дела также были немцы -- вначале всего двое, однако по мере разворачивания учебного процесса их количество существенно увеличилось, общая же численность постоянного немецкого персонала достигала 60 человек [27]. Как отмечает историк Сергей Горлов: «Организация и управление школой находились полностью в руках немцев и подчинялись единому плану подготовки лётного состава рейхсвера, разработанному в 1924 г. штабом ВВС в Берлине» [28].

От нас в школе имелся помощник руководителя, а также 20 человек аэродромной обслуги. При этом, как было оговорено в соглашении, расходы по их содержанию немцы брали на себя [29].

Разумеется, советская сторона обеспечивала охрану объекта. Однако расходы по её содержанию также несли немцы. Кроме того, немцы должны были оплачивать обслуживающего авиационную школу советского врача, а также привезти с собой всё необходимое санитарное оборудование (носилки, перевязочный материал и т.п.) [30].

Перейдём теперь к материальной части. В соответствии с соглашением мы предоставляли аэродром в Липецке, а также передавали«находящийся в Липецке свой бывший завод для использования его в качестве помещения для хранения самолётов и авиационных принадлежностей и в качестве жилого помещения для предполагаемого персонала авиационной школы и управления складами» . И то, и другое бесплатно. Кроме того, мы должны были выполнить «работу по постройке помещений для авиационной школы, перестройке или восстановлению складов и квартир» . Однако эта работа оплачивалась германской стороной [31].

«Самолёты, авиационные принадлежности, а также и другой, необходимый для устройства аэродрома и складов материал»  предоставляли немцы за свой счёт. Они же оплачивали и все транспортные расходы, в том числе и перевозку по советской территории от Ленинградского порта до Липецка [32].

Основу парка учебных машин школы составили истребители «Фоккер D-XIII». Фирма «Фоккер» была основана в 1913 году в Германии голландским лётчиком и авиаконструктором Антони Германом Герардом Фоккером. После подписания Версальского договора её оборудование было срочно вывезено в Голландию [33]. Во время Рурского кризиса 1923-1925 гг., вызванного оккупацией этого «промышленного сердца» Германии французскими и бельгийскими войсками, немецкое военное министерство нелегально закупило 100 «фоккеров» разных моделей [34]. Официально заказ выполнялся для ВВС Аргентины [35]. В итоге часть из этих самолётов оказалась в липецкой школе -- в июне 1925 года 50 упакованных в ящики «Фоккер D-ХIII» были отправлены морским путём из Штеттина в Ленинград [36].

Следует сказать, что на тот момент «Фоккер D-XIII» был довольно-таки современной машиной. По сравнению со стоявшим тогда на вооружении советских ВВС «Фоккер D-XI» он имел гораздо более мощный двигатель (450 л.с. вместо 300 л.с.) и значительно лучшие лётные качества [37].

Помимо «фоккеров», в Липецк поступали и другие машины. Так, летом 1926 года туда были доставлены 8 двухместных разведчиков «Хейнкель HD-17». Эти самолёты проектировались и строились фирмой «Хейнкель» по заданию рейхсвера специально для липецкой авиашколы и были предназначены для подготовки лётчиков-наблюдателей [38]. К концу 1929 года в школе имелось 43 «Фоккер D-XIII», 2 «Фоккер D-VII», 6 «Хейнкель HD-17», 6 «Альбатрос L-76», 6 «Альбатрос L-78», 1 «Хейнкель HD-21», 1 «Юнкерс A-20», 1 «Юнкерс F-13» [39].

По этому поводу Дьяков и Бушуева пишут следующее:

«Однако советская сторона постоянно настаивала на поставке более совершенных, первоклассных машин. Поэтому к 1931 году в распоряжение школы поступили 4 НД-17 и 2 “Фоккер Д-7”» [40].

Как мы только что убедились, пара «Фоккеров D-VII» в Липецке действительно имелась. Только вот «первоклассной машиной» этот созданный ещё во время 1-й мировой войны самолёт давно не являлся. И уж конечно не был «более совершенным» по сравнению со своим младшим собратом «Фоккером D-XIII». Кстати, «Фоккер D-VII» был прекрасно известен советским лётчикам, поскольку на вооружении ВВС РККА стояло несколько десятков истребителей этого типа.

Понятно, что занятым разоблачением ужасов сталинизма авторам «Фашистского меча» заглянуть в авиационный справочник было недосуг. Однако догадаться, что более новые модели самолетов имеют бoльшие порядковые номера было не так уж сложно.

И подобный «ляп» в книге далеко не единственный. Вообще, непонимание авторами исследуемого ими материала иногда просто поражает. Вот, например, пишут они, что в целях конспирации липецкая школа проходила в документах как «4-й авиаотряд тов. Томсона» и тут же в примечаниях поясняют: «Имеется в виду Лит-Томсен» [41]. То есть, по версии Дьякова и Бушуевой, «товарищ Томсон» -- это немецкий полковник Герман фон дер Лит-Томсен (Hermann von der Lieth-Thomsen), курировавший совместные советско-немецкие проекты. Между тем всё гораздо проще. Дело в том, что, помимо авиашколы, на Липецком аэродроме продолжал базироваться 4-й авиаотряд советских ВВС, входивший в состав сперва 40-й, а затем 38-й эскадрильи [42]. В 1931 году его командиром стал некий А.Томсон [43].

Самое интересное, что на страницах «Фашистского меча» приводится подписанный Томсоном рапорт о имевших место в школе лётных происшествиях, датированный 16 июля 1933 года [44]. Между тем фон дер Лит-Томсен вернулся в Германию ещё в 1928 году [45].

Приходится признать, что оголтелый антисоветизм вредно сказывается на умственных способностях. Оно и понятно, ведь так хочется лишний раз уличить большевиков в цинизме и беспринципности -- вот, дескать, борцы за дело угнетённых, а готовы даже немецкого барона «товарищем» именовать.

В соответствии с условиями соглашения, советская сторона должна была обеспечивать школу горючим, которое оплачивалось немцами по себестоимости. Вооружение и боеприпасы привозили с собой немцы [46].

В целом объект в Липецке обходился рейхсверу в среднем в 2 млн марок ежегодно. В отдельные же годы расходы были существенно бoльшими (в 1929 г. -- 3,9 млн, 1930 г. -- 3,1 млн), и это без учёта затрат на создание необходимой инфраструктуры [47]. Между тем согласно подготовленной в январе 1929 года начальником IV Управления Штаба РККА (военная разведка. -- И.П.) Я.Берзиным секретной справке расходы, связанные с капитальным строительством на липецком объекте, составили в 1925 году 120 тыс. руб., в 1926 -- 230 тыс. руб., в 1927-1928 гг. -- 750 тыс. руб. [48]

А какая выгода была нам от этой затеи? Вот что писал об этом Сталину заместитель председателя РВС СССР И.С.Уншлихт 31 декабря 1926 года:

«На декабрь 1926 г. с нашей стороны прошли тренировку на истребителях 16 военлётов, техническую подготовку по детальному изучению, уходу и эксплуатации мотора Hэпир-Лайон -- 25 постоянных механиков и 20 переменных. В мастерских при школе сгруппирован кадр рабочих до 40 человек высокой квалификации, которые под руководством немецких инженеров производят различные работы по дереву и металлу. Тренировки в школе проходят над осуществлением выполнения различных новых тактических приёмов. Изучение тактических новшеств для нас очень ценно, так как тактические приёмы различных видов авиации изучаются немецкими инструкторами школы путём пребывания в Америке, Англии и Франции.

По отзывам наших компетентных товарищей, школа своей работой даёт нам:

1) капитальное оборудование культурного авиагородка;

2) возможность в 1927 г. поставить совместную работу со строевыми частями;

3) кадр хороших специалистов, механиков и рабочих;

4) учит новейшим тактическим приёмам различных видов авиации;

5) испытанием вооружения самолётов, фото, радио и др. вспомогательных служб даёт возможность путём участия наших представителей быть в курсе новейших технических усовершенствований;

6) даёт возможность подготовить наш лётный состав к полётам на истребителях и, наконец;

7) даёт возможность путём временного пребывания в школе наших лётчиков пройти курс усовершенствования.

Все это даёт нам возможность заключить, что совместная работа по авиации в указанном направлении приносит нам несомненную пользу и желательно дальнейшее сотрудничество» [49].

Итак, подведём некоторые итоги. Как мы выяснили, начальником липецкой авиашколы был офицер рейхсвера, обучение вели немецкие инструкторы по немецким программам, советская сторона предоставляла только вспомогательный персонал, труд которого оплачивался немцами. Материальная база -- немецкая, доставлена за немецкий же счёт. Немцы оплачивали все постройки и перестройки, а также эксплуатационные расходы. Учились немецкие и советские курсанты. Таким образом, вопреки расхожему мифу не мы обучали немцев, а немцы на свои деньги готовили у нас своих и наших лётчиков. А заодно и наших механиков, поскольку уровень технической культуры у последних был, прямо скажем, невысок.

Как пишет в своих мемуарах знаменитый немецкий авиаконструктор Э.Хейнкель:

«С разрешения тогдашнего правительства рейхсвер оказывал содействие в реорганизации армии Советской России. Эта страна нуждалась в тех достижениях, которые имела Германия в техническом отношении. Авиационным отделом в рейхсвере заведовал Вильберг. Он совершил поездку в Россию для изучения возможности обучения там лётчиков на самолётах, тайно построенных в Германии» [50].

Насколько велик вклад липецкой школы в создание германских ВВС? За всё время её существования (как и другие совместные проекты, она была закрыта в 1933 году, после прихода к власти Гитлера) в ней было обучено или переподготовлено 120 немецких лётчиков-истребителей и 100 лётчиков-наблюдателей [51]. Много это или мало? Для сравнения: к 1932 году Германия сумела подготовить в нелегальных военных авиашколах в Брауншвейге и Рехлине около 2000 будущих пилотов люфтваффе [52].

Попутно следует развеять популярный миф, будто в Липецке обучался такой крупный (во всех отношениях) деятель Третьего рейха, как будущий рейхсмаршал Геринг, который, если верить нынешним российским СМИ, даже обзавёлся там любовницей [53]. На самом деле подобная ситуация была совершенно невозможной. Во-первых, будучи активным участником знаменитого «пивного путча» 1923 года, Геринг после его подавления бежал за границу, был заочно осуждён германским судом и объявлен государственным преступником. Таким образом, его появление на объекте, официально курируемом рейхсвером, представляется весьма сомнительным. Во-вторых, когда после поражения Германии Герингу как одному из прославленных асов 1-й мировой войны предложили вступить в армию Веймарской республики, он отказался по идейным соображениям: «Я отклонил предложение вступить в рейхсвер, так как с самого начала находился в оппозиции к республике, которая была создана революцией. Я не мог бы сочетать это со своими принципами» [54].

Танковая школа в Казани

Согласно Дьякову и Бушуевой договор о её организации был подписан в Москве 2 октября 1926 года [55]. Впрочем, в той же книге приводится и другая дата его заключения -- 2 декабря 1926 года [56], причём данное противоречие никак не комментируется. Возможно, договоров было два, либо, что более вероятно, перед нами очередной «ляп» авторов «Фашистского меча». Тем более что Горлов в качестве даты подписания договора тоже указывает декабрь 1926 года [57].

Принципиальные условия, на которых создавалась казанская школа, были аналогичны липецким.

Немецкий личный состав включал в себя следующие штатные должности: «1 заведующий, 1 заместитель, 1 инженер, 1 заведующий производством, 1 врач, 1 мастер, 1 заведующий складом, 3 учителя (артилл., пулемётн., радио); 5 учителей (инструкторов) для обучения езде. 16 учеников (перемен.[ных] до этого числа)» .