Из цехов МАПО имени Дементьева к концу 1991 год вышло около 1,2 тыс. одноместных истребителей МиГ-29, завод в Нижнем Новгороде собрал около 200 «спарок» МиГ-29УБ. В соответствии с планом развития советской авиапромышленности, предполагалось к этому времени перевести МАПО на производство самолетов МиГ-29М: параллельно с МиГ-29 еще до 1990 года должны были построить 60 машин данного варианта, а в течение следующих десяти лет их количество предстояло увеличить до 300-400 (одновременно в 1986-1995 годах рассчитывали изготовить 27 МиГ-29К – корабельных истребителей). Но доводка МиГ-29М затягивалась, и к началу 1990-х годов удалось завершить лишь летно-конструкторские испытания, а также провести часть испытаний первого этапа ГСИ. При этом еще в 1986 году произошло событие, которое потребовало принятия безотлагательных мер по модернизации некоторых советских истребителей, включая МиГ-29. В Москве тогда арестовали сотрудника одного из оборонных предприятий Толкачева. Будучи завербованным западной спецслужбой, Толкачев в течение нескольких лет передавал секретную информацию по оборудованию и системам вооружения новейших советских боевых самолетов. Во время следствия по делу о шпионаже удалось выяснить, какие сведения могли «утечь» на Запад. В соответствии с этим был разработан план мероприятий по компенсации ущерба нанесенного обороноспособности страны. В частности, «МИГ» было поручено модифицировать перехватчик МиГ-31 и истребитель МиГ-29 с усовершенствованными системами управления вооружением. Также предполагалось, что по их образцу доработают и ранее выпущенные строевые машины (в начале 1980-х годов подобным образом на авиаремонтных заводах большая часть МиГ-25П была модернизирована в вариант МиГ-25ПДС, а несколько сотен МиГ-23МЛ – в МиГ-23МЛД). Таким образом, появились самолеты МиГ-29С и МиГ-31Б.

Поскольку в конструктивно-технологическом плане МиГ-29М, недавно вышедший на испытания, от серийного истребителя отличался достаточно сильно, а новая система управления вооружением, примененная на нем, требовала длительной доводки, было решено новый вариант «двадцать девятого» унифицировать с модификацией «9-13», освоенной в производстве. В состав вооружения нового истребителя планировали ввести новые управляемые ракеты класса «воздух-воздух», первоначально предназначавшиеся для МиГ-29М. Это касалось в первую очередь управляемых ракет РВВ-АЕ средней дальности с активной радиолокационной головкой самонаведения, а также Р-27Т с тепловой головкой самонаведения, Р-27ТЭ и Р-27РЭ увеличенной дальности пуска. СУВ-29С система управления вооружением истребителя, должна была строиться на базе РЛПК-29М (радиолокационный прицельный комплекс) разрабатываемого в НИИР (научно-производственное объединение «Фазотрон») под руководством Кирпичева Ю.П. (а затем Францева В.В.). В состав радиолокационного прицельного комплекса входили радиолокационная станция Н019М, новый вычислитель Ц101М, оптико-электронный прицельно-навигационный комплекс ОЭПрНК-29-1. От прежнего РЛПК-29 усовершенствованный РЛПК-29М отличался повышенной помехозащищенностью, системой углубленного встроенного контроля, новым программным обеспечением. Данная модернизация позволяла производить одновременную атаку 2 целей 2 ракетами с ТГС или АРГС. В ОЭПрНК-29-1 был реализован режим совмещенного управления для ведения огня по воздушным целям из пушки. Оба комплекса СУВ-29С также могли работать в учебно-тренировочном режиме. Боевая нагрузка «мига» должна была возрасти до 4000 кг (на четырех многозамковых подкрыльевых балочных держателях предусматривалась подвеска восьми 500-килограммовых авиабомб), при этом максимальный взлетный вес истребителя достигала почти 20 тонн. Кроме того, истребитель МиГ-29С предполагалось оснастить доработанной системой автоматического управления, которая обеспечивала улучшение характеристик устойчивости, а также управляемости на больших углах атаки – максимальный угол довели до 28 градусов.

Основной задачей МиГ-29C является противовоздушная оборона небольших территорий, войсковых групп и важных объектов. При этом тактика использования против воздушных целей предполагалась следующая:

Наземные радиолокационные станции, размещенные в 10-15 километрах от линии боевого соприкосновения (линии фронта) гарантируют радиолокационный контроль на расстоянии почти 250 километров за самолетами противника на высотах более 10 тыс. м. и 20-40 километрах за низколетящими целями. МиГ-29 взлетает с аэродрома в дежурном режиме, расположенного от линии фронта ~ 100 км в течении максимум 8 мин, его наводят к цели при помощи скрытого переноса из командного пункта дат автоматически. Воздушные цели, летящие на высотах 20-23 тыс. м. со скоростью до 2 тыс. км/ч и на высотах 10-20 тыс. м. со скоростью до 2,5 тыс. км/ч истребитель может уничтожать еще до подхода их к линии фронта. При экономичном режиме набора высоты МиГ-29 способен уничтожать стратосферные быстроходные воздушные цели на дальности 240-230 км; а при полете с полным форсажным режимом – 170-180 км от аэродрома. Истребитель на средних высотах наводят до высоты цели. Чтобы перехватить воздушные цели, летящие на высотах 20-23 тыс. м, его наводят до высоты 16-17 тыс. м. В случае если МиГ-29 следует перехватить маловысотную воздушную цель, то до рубежа он летит на 12-12,5 тыс. м. В дальнейшем истребитель переходит на высоту 3,5-4 тыс. м, на которой обеспечивается стабильная работа бортового РЛПК, а также имеется возможность выполнения необходимого вертикального маневра. МиГ наводится в переднюю полусферу воздушной цели. Если не удается первая атака, МиГ осуществляет маневр занятия позиции для проведения повторной атаки.В 1988-1989 годах на ММЗ им. Микояна для испытаний системы управления вооружением переоборудовали два серийных МиГ типа «9-13». В воздух первый из них (№405, бортовой №05) поднялся 20 января 1989 года, второй – (№404, бортовой №04) – 30 июня 1989 года. На данных самолетах отрабатывались функционирование СУВ-29С в целом и модернизированного РЛПК-29М, применение ракет РВВ-АЕ. Например, на 405-м впервые осуществили успешный одновременный пуск 2-х ракет по 2-м воздушным целям. В ходе отработки было доказано, что новая система управления вооружением обеспечивает последовательный или одновременный пуск ракет по целям, которые разнесены по азимуту на угол свыше 8 градусов или находящимся на расстоянии более 10 тыс. м на одном азимуте. При входе в зону разрешенных пусков обеих целей и появлении единой индикации соответствующих символов на экране системы пуск мог осуществляться в автоматическом или ручном режиме. Если цели в зону разрешенных пусков входили одна за другой, последовательно, то соответственно последовательно запускались и ракеты. В сентябре 1991 года завершились испытания обеих машин. В 1994 году МиГ-29С приняли на вооружение. К этому времени МАПО им. Дементьева выпустило почти 50 таких истребителей, но лишь 16 из них приобрели военно-воздушные силы России. Первые МиГ-29С поступили в истребительный авиаполк в Шайковке, несколько машин этого типа также передали в ГЛИЦ в Ахтубинске и ЦБП в Липецке. Оснащение истребителя новыми ракетами средней дальности, главным образом РВВ-АЕ, имеющими активные радиолокационные головки самонаведения, повысило его эффективность в воздушном бою в 2,5-3 раза по сравнению с серийным «двадцать девятыми». По расчетам специалистов конструкторского бюро в воздушном бою МиГ-29С на средних дистанциях превосходит по эффективности истребители «Рафаль» и F-16C на 10, а JAS39 «Грипен» и «Мираж» 2000-5 - на 25 процентов.

Тем не менее, в 1992 году Минобороны России приняло решение прекратить закупки МиГ-29 – было признано нецелесообразным в условиях экономического кризиса одновременно строить два типа фронтовых истребителей. Как отмечалось, в первой половине 1970-х годов в основу концепции парка истребительной авиации военно-воздушных сил страны был положен принцип построения на базе двух типов: МиГ-29 – 70% и Су-27 – 30%. Также предполагалось, что соотношение стоимости истребителей данных типов будет составлять 1:1,9. Но на практике сделать «миг» таким дешевым не получилось: его стоимость была лишь на 40-50 процентов меньше, чем «су» (на мировом рынке стоимость Су-27 оценивается в 30-35 млн. долларов, а МиГ-29 – 22-24 млн. долларов). Касательно количественного соотношения данных типов самолетов в структуре ВВС, то, согласно данным опубликованным в печати, оно было несколько превышено в пользу «мигов»: в Европейской части СССР к концу 1990 года на момент подписания Договора по ОВСЕ базировалось 648 МиГ-29 и 138 Су-27 (82% и 18% соответственно), не считая истребителей авиации войск ПВО и ВМФ. ВВС России после распада СССР перешло около 400 МиГ-29 (80 процентов) и чуть более 100 Су-27 (20 процентов)

Таким образом, 16 истребителей МиГ-29С выпущенные на МАПО в 1991 году стали пока последними машинами данного типа, поступившими на вооружение. Су-27 «продержался» несколько дольше, правда, они строились уже только для войск противовоздушной обороны. Дальнейшее развитие событий известно. В начале 1997 года на пресс-конференции, проводившейся в Министерстве обороны России и посвященной вопросам финансирования армии, в частности, была приведена статистика закупки новых боевых самолетов: Минобороны РФ в 1994 году приобрело 7 машин, в 1995 году – 1 , а в 1996 году – ни одного истребителя. Московское авиационное производственное объединение, специализировавшееся с конца 1960-х годов исключительно на выпуске военной техники, с 1992 года осталось без госзаказа. ОКБ, к этому времени преобразованное в Авиационный научно-промышленный комплекс «МИГ» также получило весьма скудные ассигнования. Единственным выходом в создавшейся ситуации мог стать экспорт «мигов», тем более что данные самолеты неизменно пользовались популярностью в Индии, на Ближнем Востоке и в некоторых бывших «братских» республиках Восточной Европы: к 1991 году уже почти 300 МиГ-29 продали в 12 иностранных государств.

Поэтому 30 истребителей МиГ-29С невыкупленных российскими ВВС переделали в экспортный вариант МиГ-29СЭ. Они в настоящее время находятся в Луховицах на складе МАПО на хранении. Кстати, здесь же находится несколько десятков выпущенных до 1992 года новых МиГ-29 типа «9-12». КБ подготовило документацию для доработки таких истребителей в вариант МиГ-29СД, аналогичный по системе управления вооружением, номенклатуре применяемого оружия и САУ МиГ-29СЭ (от МиГ-29СЭ МиГ-29СД отличается отсутствием встроенной аппаратуры РЭП, следовательно, имеет меньшую стоимость; внутренний запас топлива на данном самолете несколько меньше, но топливная система МиГ-29СД обеспечивает подвеску подкрыльевых подвесных топливных баков). Именно МиГ-29СД – предмет переговоров по известному «малазийскому» договору, предусматривающему поэтапную модернизацию поставленных истребителей, в частности их оснащение системой дозаправки топливом в воздухе.

Обе экспортные машины оснащены РЛПК-29МЭ «Топаз» (радиолокационный прицельный комплекс) и ОЭПрНК-29-1Э (оптико-электронный прицельно-навигационный комплекс). В номенклатуру вооружения данных истребителей, кроме пушки ГШ-301 (боекомплект 150 патронов), входят ракеты ближнего - до 6 Р-73Э; ракеты средней дальности – до 6 РВВ-АЕ, две Р-27Т1 или Р-27Р1; ракеты увеличенной дальности – две Р-27РЭ1 или Р-27ТЭ1. Кроме этого самолеты вооружены неуправляемыми ракетами, авиабомбами и зажигательными баками общим весом до 4 тонн, размещаемые на 6 подкрыльевых точках подвески. В соответствии с требованиями заказчика может изменяться состав оборудования самолетов (возможно использование и зарубежной аппаратуры). Так, например, на истребителях для военно-воздушных сил Малайзии устанавливаются радиотехническая система TACAN AN/APN-118, аппаратура инструментальной посадки VOR/ILS-71, приемник GPS TNL-1000, ответчик системы государственного опознавания COSSOR, самолетный ответчик СО-69М, который работает совместно с западными навигационными системами, дополнительная радиостанция Р-800Л1 дециметрового и метрового диапазонов с частотой 243 МГц.

Одним из условий, выдвинутых Малайзией при подписании 07.06.1994 контракта о поставке истребителей МиГ-29, было их оснащение системой дозаправки топливом в полете. До этого ни один серийный МиГ-29 не имел такой системы (оборудование дозаправки планировалось использовать только на МиГ-29К, поэтому в их конструкции сразу предусмотрели отсеки для размещения трубопроводов и штанги-топливоприемника). Установить на МиГ-29 убираемую заправочную штангу перед кабиной, как это принято на отечественных самолетах (МиГ-31Б, МиГ-29К, Су-30, Су-27К, Су-24М и др.), без серьезной переделки конструкции не представлялось возможным. В связи с этим специалистами МАПО «МИГ» было разработано компромиссное решение, систему выполнили съемной с размещением части оборудования (штанги, узлов крепления штанги и отрезка трубопроводов) в выступающем в поток обтекателе на стыке корпуса самолета в зоне кабины пилота и левого наплыва крыла.

Масса выдвижной штанги-топливоприемника равнялась 75 килограммам, а остальных элементов системы – до 30 килограммов. Наконечник штанги унифицировали для приема топлива от самолета-заправщика Ил-78, и от зарубежных танкеров КС-130, КС-10 и т.п. Предусмотрена возможность заправки как внутренних, так и подвесных баков истребителя, максимальная скорость перекачки горючего – 900 литров в минуту. Топливоприемник, опорная балка, которая поддерживает его в выпущенном положении, и другие выступающие части системы могут в течение часа быть демонтированы с самолета и, при необходимости, установлены вновь. Конструкция системы дозаправки дает возможность устанавливать ее на любую модификацию МиГ-29 с минимумом доработок самолета. Для облегчения процесса дозаправки также несколько модифицировали САУ истребителя и навигационное оборудование. Поиск и гарантированная встреча с самолетом-заправщиком обеспечиваются бортовой системой ближней радионавигации. Пилот после выпуска штанги-топливоприемника переключает САУ в режим «стабилизация при дозаправке», и она, парируя внешние возмущения, удерживает машину на необходимом расстоянии от танкера.

В 1995 году для отработки новой системы дозаправки переоборудовали серийный МиГ-29 №4808, бортовой №357. 16 ноября 1995 года на нем первую дозаправку от танкера Ил-78 выполнил Р.П. Таскаев, шеф-пилот МАПО «МИГ». В испытаниях системы также принимали участие М.Р. Алыков, летчик-испытатель ОКБ, а также А.А. Гончаров и В.Д. Шушунов, военные летчики. По мнению испытателей, система дозаправки, реализованная на МиГ-29, делает этот сложный этап полета доступным даже для летчиков со средней квалификацией, а оборудование, обеспечивающее поиск танкера и стыковку, намного лучше ранее применявшегося на военных самолетах российского производства. Испытания показали, что установка топливоприемника во внешнем обтекателе не оказала значительного влияния на летные характеристики, устойчивость и управляемость МиГ-29. Перегоночная дальность полета с тремя подвесными топливными баками при одной дозаправке возросла с 2900 до 5200 километров. Дозаправки выполнялись на высоте до 8 км при скоростях 400-600 км/ч. Ряд дозаправок также произвели на скоростях 350-500 км/ч чтобы имитировать прием топлива от КС-130 (малазийские ВВС располагают 6 транспортными турбовинтовыми самолетами С-130, которые можно переоборудовать в заправщики). В январе 1996 года завершились полеты по программе испытаний и систему дозаправки топливом рекомендовали к применению на МиГ-29 различных модификаций.

Летно-технические характеристики:
Модификация - МиГ-29С;
Длина – 17,32 м;
Высота – 4,73 м;
Размах крыла – 11,36 м;
Площадь крыла – 38,06 м2;
Масса пустого самолета – 11200 кг;
Нормальная взлетная масса – 15600 кг;
Максимальная взлетная масса – 19700 кг;
Топливо внутреннее – 4540 кг;
Топливо в подвесных баках – 3800 кг;
Тип двигателя – 2 ТРДДФ РД-33;
Тяга – 2х8300 кгс;
Максимальная скорость на высоте – 2450 км/ч;
Максимальная скорость у земли – 1500 км/ч;
Практическая дальность на малой высоте – 710 км;
Практическая дальность на большой высоте – 1500 км;
Практическая дальность с подвесными баками – 2100 км;
Максимальная скороподъемность – 19800 м/мин
Практический потолок – 18000 м;
Экипаж – 1 человек;
Вооружение:
- одна встроенная пушка ГШ-301 калибра 30 мм;
- боевая нагрузка - 4000 кг
На шести подкрыльевых узлах размещалось:
- от 2 до 4 УРВВ Р-27Р/6 РВВ-АЕ/до 6 Р-60М или Р-73
- 500- или 250-кг бомбы, контейнер КМГУ;
- в блоках Б-8М1 и С-24Б НАР 80 С-8.

http://topwar.ru/26242-mnogocelevoy-istrebitel-mig-29s.html

Она вошла в ресторан в центре Москвы — и головы повернулись в ее сторону. Высокая, стройная, черноволосая красавица 23 лет — Катерина Сабирова, женщина, с которой Борис Березовский был близок последние годы: друзья Березовского подтвердили The New Times, что с этой женщиной покойный встречался несколько лет. В понедельник, 25 марта, Березовский и Сабирова должны были встретиться в аэропорту Тель-Авива — они собирались провести в Израиле пару недель. Но 23 марта его не стало, а она ждет визы в Великобританию. Что происходило с олигархом в месяцы после проигранного суда Роману Абрамовичу, какое письмо он написал Путину, что могло — если могло — подвигнуть его на то, чтобы свести счеты с жизнью.

Катерина Сабирова и Борис Березовский, ноябрь 2012 г. Фотография предоставлена The New Times Катериной Сабировой

Когда вы познакомились с Борисом Березовским?

В 2008 году.

Он вас знакомил со своими близкими?

Да, я знакома с его мамой, Анной Александровной, мы несколько раз виделись в Лондоне, когда она приезжала. Я знакома с Галиной (Галина Бешарова — вторая жена Березовского), мамой Насти и Артема, я общаюсь с Настей, Ариной. Виделась как-то с Катей и Лизой.

Где вы жили?

Я много времени проводила в предыдущем доме Бориса, который он покинул в ноябре. Дом должен был уйти за долги, в ноябре я там была в последний раз, сложила все свои вещи в коробки, но ничего не вывезла.

Что происходило с Березовским в последние полгода?

Кардинально изменения начались сразу после суда. Буквально сразу. Никто не ожидал такого вердикта. Позже, после приговора, Борис говорил, что за день до окончания суда ему показалось, что может закончиться плохо, но это чувство быстро ушло. Он был уверен до конца, что победа на его стороне. Накануне вердикта он был в прекрасной форме, хотя, конечно, нервничал. Потом я улетела на несколько дней и вернулась примерно 10 сентября. Я помню, как съезжал офис. Борис говорил: «Все, нет офиса». Он очень много курил, пить не пил, но курил, иногда несколько пачек в день. Очень мало ел. К нашей последней встрече он очень похудел.

Он говорил: «Мне очень плохо, я не знаю, что делать, не знаю, что делать дальше». Проигрыш в суде был недопустимым для него.

В октябре и ноябре все было плохо. Он часто говорил, что не знает, как дальше жить, на что дальше жить.

Разные его знакомые в Лондоне рассказывают, что ему приходилось занимать чуть ли не по сто фунтов. Настолько все было плохо?

Нет, это не так. Возможно, он брал в долг, но какие-то бльшие суммы. Но чтобы сотни или тысячи — нет, такого не было. Или мне об этом неизвестно.

Как изменился образ жизни Березовского после суда? Скажем, вы ходили в те же рестораны, что и раньше?

Нет, мы не выходили вообще. Он говорил, что не хочет никуда выходить. Он не хотел ни с кем видеться. Я думаю, что ему было тяжело видеть в себе проигравшего человека.

Он писал что-то дома?

Он писал, потом сжигал, много ходил, плохо спал, не мог уснуть. Потом поздно просыпался и не хотел подниматься с кровати.

Он принимал какие-то лекарства?

Я сама привозила ему китайские травы и китайские лекарства, он просил, мне в Москве передавали. Он их пил, заваривали супы из этих трав. Также что-то он принимал для сна.

Вы обсуждали возможность возвращения в Россию?

Да, конечно. Когда мы познакомились, более четырех лет назад, была сначала такая легкая ностальгия по России, по русской снежной зиме. Были какие-то разговоры о том, что вот, наверное, скоро мы вернемся в Россию: «Эх, заживем!» Но это было как-то несерьезно. А вот после суда он стал по-другому об этом говорить, он очень хотел вернуться.

Вы что-то знаете о письме Березовского Владимиру Путину?

Да, в октябре я прилетела, он встретил меня в аэропорту. Мы приехали домой. Он сказал, что считает, что единственный способ вернуться в Россию, «сделать рывок» — это принести извинения Путину. Он говорил об этом как о последнем шансе.

Он именно хотел принести извинения Путину?

Да. Он говорил, что не видит другого способа, кроме как пойти на поклон. Я думаю, что это идея и Бориса, и его жены Елены. Он очень подолгу разговаривал с ней по телефону, разговаривал часами. Я никогда не присутствовала при их разговорах, Борис уходил, но я понимала, что они обсуждают возможность такого письма. Он не скрывал, что именно письмо они обсуждают. Я не верила, что это письмо поможет. Он говорил, что ему все равно, как он будет выглядеть, главное — ему было нужно вернуться. Елена убеждала его вернуться, помириться (с Путиным). Так же как и мама — Анна Александровна, я это слышала, она говорила: «Боря, ну может быть, вы помиритесь?»

Было письмо?

Да, я видела рукописный текст. Он мне его прочитал. Он приносил извинения и просил о возможности вернуться. Это был такой прогиб. Он спросил о том, что я думаю про письмо. Я сказала, что письмо опубликуют, что ты будешь выглядеть плохо. И что оно не поможет. Он ответил, что ему все равно, что на него и так все вешают все-все грехи и что это его единственный шанс.

В письме было выражение «Я умоляю»? Такую цитату привела журналист Маргарита Симоньян в эфире телеканала НТВ.

Честно, я не помню детально по словам.

Письмо было отправлено?

Он мне не говорил, будет отправлять или не будет. И вдруг как-то сказал: «Все, ждем ответа».

Когда это произошло?

Ноябрь.

Если был бы ответ, он бы вам рассказал?

Конечно.

Когда и где вы виделись в последний раз?

В Лондоне, в ноябре. Дело в том, что моя английская виза закончилась и сейчас я ожидаю новую. Я не могла приехать к нему в Лондон с декабря 2012 года.

Мы должны были встретиться в понедельник, 25 марта, в аэропорту Тель-Авива. Я должна была ждать Бориса в VIP-зале, мой самолет из Москвы должен был прилететь на полтора часа раньше, чем его из Лондона. Борис должен был прилететь с Ави, его охранником.

Когда и как вы запланировали эту поездку?

За неделю, в прошлый понедельник (18 марта), Борис позвонил и сказал, что надо наконец встретиться, есть много чего обсудить. Он сказал, что единственное место, где мы можем спокойно встретиться — это Израиль.