В одном из рейтингов Симоньян причислили к самым влиятельным женщинам России. Уже в 25 она стала главой государственного телеканала RT, который претендует на роль аналога американского новостного канала CNN и вещает по всему миру на разных языках. С этого года Симоньян совмещает свою должность с должностью главы новостного агентства «Россия сегодня».
Мы встретились с Симоньян в Москве. Она встретила Weltwoche не в своих современных телевизионных студиях, а на заднем дворе, подобно тем, что можно найти в российской провинции, и рассказала нам о Путине и мире с российской точки зрения.
Рассказывать о событиях в мире с российской точки зрения - это вы как-то назвали своей задачей. Сейчас у вас довольно много работы.
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН, главный редактор RT: Так и есть!
Начнем. Что вы думаете о нынешнем конфликте на Украине?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Я глубоко сожалею о том, что происходит. Это немыслимо. Только что мне звонил коллега с другого российского телеканала. Его репортеров задержала украинская армия. Они дали показания, что, якобы, занимались незаконной деятельностью. Я не хочу представлять себе, что сделали украинцы с этими репортерами, чтобы добиться от них этих слов. Это уже не та Украина, которую мы знали и куда любили ездить. Люди сошли с ума.
Насколько опасна ситуация? Будет ли она дальше обостряться?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Я уже не понимаю, как запад и юго-восток Украины смогут жить вместе. В Одессе людей сожгли заживо. В Мариуполе застрелили мирных демонстрантов. Правительство в Киеве запретило русский язык и российское телевидение. Многие русскоязычные Украинцы на юго-востоке не получают пенсий, зарплат. Как при этом можно жить вместе? Это гражданская война!
Какой сценарий вам кажется реалистичным: восток Украины присоединится к России или появится новое автономное образование?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Скорее всего, сценарий будет похож на абхазский. После войны с Грузией Абхазия объявила о своей независимости. Эту независимость, правда, никто не признал. Грузинское правительство также до сих пор считает Абхазию частью Грузии. При этом в Абхазии уже давно не имеет хождения грузинская валюта. Есть даже пограничный контроль между Грузией и Абхазией. Люди скромно живут своей собственной жизнью.
Какие планы у России в отношении Украины?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Несмотря на то, что люди на юго-востоке Украины попросили помощи у России, Россия дала понять, что войска вводить она не будет. Правда, многим россиянам этого бы хотелось. Но лично я против.
Почему?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Потому что я не люблю войну. Но Россия находится в сложной ситуации. Если она поспешит на помощь людям на Украине, то возникнет риск большой войны в Европе. Тут выбор из двух зол. Мы выбрали из них меньшее.
С точки зрения Запада Россия была агрессором в Крыму.
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Это чушь! Агрессор здесь Киев, который ущемлял людей. Смотрите: в Крыму не было сделано ни одного выстрела. 97 процентов населения хотели присоединиться к России. Люди плакали от счастья, когда воссоединились с Россией. Если бы это была любая другая страна, то такой акт самоопределения встретили бы с восторгом. Но как только речь заходит о России, Запад меняет свои нормы и принципы. Самоопределение, которое всегда так высоко ценилось, вдруг ничего не стоит.
Что характеризует недавнюю украинскую революцию?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Вот еще одна причина, почему мне так жаль Украину. После развала Советского Союза в бывших советских республиках царил хаос. Россия с тех пор стабилизировалась и прошла через динамическое развитие. В случае Украины все иначе. Экономически она на дне. Я спрашиваю вас: как можно способствовать политическому и экономическому развитию в стране, если каждые несколько лет случается революция? А Запад это еще и поощряет!
Вы полагаете, что Виктор Янукович и его клептократический режим привели бы к росту и благополучию?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Конечно, нет. Хороших вождей не свергают. Но я бы хотела, чтобы на Украине было нормальное правительство, которое остановит хаос и будет стимулировать экономический рост.
Что вы ожидаете от нового украинского президента Петра Порошенко?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: У Порошенко есть только один шанс сохранить свою страну: уважительно отнестись к жителям юго-востока. Остановить войска, прекратить карательную операцию, дать регионам большую автономию, закрепить статус русского языка. Иначе Украина распадется необратимо. Времени у него немного.
Ваши корреспонденты выходят в эфир со всего мира, ваш канал претендует на то, что он показывает грани реальности, которые нельзя встретить в западных СМИ. Вы можете привести примеры?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Например, когда в Ливии сбивают беспилотник НАТО, об этом рассказывают все мейнстримовские СМИ, а мы рассказываем о том, что в это же время там под бомбами погибла семья из 13 человек.
В сирийском конфликте вы тоже «рулили в другом направлении».
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Мы были удивлены тем, как Запад слепо встал на сторону повстанцев, не зная, что в реальности там происходит. Многие из тех, кто борется против Асада, фанатичные террористы. А Запад их еще и поддерживает. Я этого не понимаю.
Может быть, дело в том, что Западу заранее нравится все, что похоже на революцию?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Именно! Возьмите, например, Египет. Новый режим казнил сотни людей. За это Запад боролся?
Говорят о «нравственной политике».
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Но она тут вовсе ни причем. Можно было бы это еще как-то понять, если бы новые правительства, которые пришли к власти нелегальными методами с применением насилия, были демократичней, гуманней, лучше. Но они хуже!
На данный момент Швейцария председательствует в ОБСЕ. Президент Дидье Буркхальтер встретился с президентом Путиным. Как вы воспринимаете посредническую роль Швейцарии?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: В России о Швейцарии не говорят. Однако у нас есть четкие представления о США и о Европе в целом. Россияне считают Америку агрессивной, а Европу слабой. Мы удивляемся, как европейцы позволяют американцам себя унижать. Вспомните только телефонный скандал с канцлером Германии Ангелой Меркель. Для россиян очевидно: в своей внешней политике Европа зависима.
Однажды Владимир Путин назвал распад Советского Союза «катастрофой». Что он имел в виду?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Это вам лучше у него самого спросить. Я могу лишь предполагать. Россияне – самый большой разделенный народ на Земле. Нигде больше так много людей не живет за границей, а когда-то они были гражданами одного государства. Скорее всего, Путин намекал на это. По коммунизму никто не скучает. Мы скучаем по объединенной нации. Раньше мы могли ездить в Киев без границы и сопутствующих мучений. Представьте, если швейцарские кантоны вдруг введут пограничный контроль и будут вести себя враждебно по отношению друг к другу. Это причиняет боль.
Начнет ли Россия новую политику экспансии?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Чушь! Посмотрите: Белоруссия явно была бы самой легкой жертвой. Но никто не думает о том, чтобы включить ее в состав России. Или Казахстан. Там живет огромная русская диаспора. Тем не менее, между Россией и Казахстаном проблем нет. Казахстан с уважением относится к российскому меньшинству. Проблемы возникают только тогда, когда другие страны ведут себя агрессивно и ущемляют права русского по происхождению населения – как на Украине.
Президент Путин вам как-то прислал цветы. Как вы его воспринимаете как человека?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Он «tough» (с англ. – жесткий, сильный, «крутой» - в оригинале сохранено английское слово (прим. пер.)). У него очень хорошее чувство юмора. Он довольно много знает. И простые люди – его слабость. Ему нравится разговаривать с ними – он доверяет обычным людям больше, чем элите. Встречный вопрос вам: я слышала, что многие швейцарцы не знают, как зовут их президента. Это правда?
Это связано с нашей политической системой: у нас нет президента, только так называемый федеральный президент, который занимает эту должность в течение года, и власти у него не больше, чем у его шести коллег в правительстве. Но вернемся к Путину: Герхард Шредер назвал Путина «безупречным демократом». Другие его называют диктатором. Некоторые говорят о «новом царе». А другие, в свою очередь, считают, что действует группа лиц из спецслужб Санкт-Петербурга. Какой из этих Путиных реальный?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Путин гораздо демократичней и либеральней большинства россиян. Например, в вопросе смертной казни. У нас в России смертной казни больше нет, хотя большинство населения этого желает. Но Путин гораздо консервативней многих западных европейцев. Я бы удивилась, если бы он, например, поддержал однополые браки. Что касается таких ценностей, как семья и религия, то россияне в целом консервативней. В этих вопросах мы настроены примерно также, как американцы 20-30 лет назад. В этом отношении Путин олицетворяет русских очень четко.
Насколько велико влияние Путина на Россию? Каково его самое большое достижение?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Его влияние очень велико. Самое важное достижение Путина заключается в том, что Россия до сих пор существует в своих нынешних границах. До того, как Путин пришел к власти, Россия распадалась. Путин остановил войну в Чечне. Грозный, который был тогда разрушен, сегодня - один из самых красивых городов России! Благодаря Путину российский народ пережил и эмоциональный подъем: он вернул россиянам уверенность в себе и любовь к родине. Еще в 90-ых годах было совсем иначе. Авторитет России среди собственного населения был низким, все хотели покинуть страну, люди презирали собственную историю.
Как это выглядит в повседневной жизни?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Людям просто легче жить экономически. Доходы выросли, валовый национальный продукт вырос. Я не знаю ни одного человека, которому сегодня было бы хуже, чем в 90-е.
Но пенсии очень скромные, так что пожилые люди зачастую крайне бедны.
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Я не говорю, что сейчас все идеально. Но 15 лет назад жить было невозможно, даже если ты работал. Бывало, что люди зарплату ждали по году. Сегодня на пенсию все-таки можно прожить, и выплачивают их регулярно. Некоторые пенсии даже достаточно высоки. Мой тесть, ветеран милиции, и его жена вместе получают пенсию около 1500 долл в месяц. Не все получают так много. Моя мать, например, получает 400 долларов. Еще 15 лет назад она получала 40 долларов – и то лишь каждые пять или шесть месяцев.
Какая самая большая нерешенная проблема России?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Коррупция.
У нее давняя традиция. Почему так получилось?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: На эту тему много анекдотов. Еще во времена Петра I все проходило по следующей схеме: «Ты получишь эту должность». – «А какая зарплата?» - «Что, тебе еще и зарплата нужна?» Зарплата была не нужна – доход обеспечивали многочисленные возможности коррупции.
Президент Путин борется с коррупцией или усиливает ее?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Я бы сказала, каждый российский лидер пытался бороться с коррупцией. Вряд ли Путина устраивает то, что происходит.
Не были ли правители скорее частью проблемы?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Проблема глубже: в менталитете людей. Чтобы поменять менталитет, требуется время. Я говорю не о верхних эшелонах, они, наверное, везде коррумпированы. Разве что только не в Швейцарии. (Смеется) Начинается это в повседневной жизни. Представим, например, что вас останавливает полиция, потому что вы нарушили правила дорожного движения. Вы даже не подумаете дать взятку полицейскому. В России, однако, это делают 99 процентов людей. Если россиянин идет к врачу или к учителю своих детей, реакция все время одинаковая: люди дают деньги. Тогда отношение и оценки у детей будут лучше. Лишь в последние годы я слышала от людей, что они отказывались давать такие взятки. У меня было так же: когда я вернулась с учебы из США, я сказала: «Я никогда больше не дам взятку полицейскому». Все посмеялись надо мной.
И вы последовали своим словам?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Последовала. Но сегодня у меня водитель. (Смеется)
Как бы вы описали характер и динамику сегодняшнего российского общества?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Оно стало более уверенным и открытым. Вы просто представьте: Еще 20 лет назад россияне и понятия не имели, что происходит в остальном мире. Моя мать лишь тогда поняла, что капитализм не так плох, что люди в Западной Европе не умирают от голода и что существует более двух сортов колбасы, когда в 1988 году навестила наших родственников в Нидерландах. Вернулась она в глубокой депрессии. Она верила в то, что пропагандировали.
Когда общаешься с россиянами в провинции, они часто говорят: «Москва - отдельная планета». Олицетворяет ли быстрое развитие столицы всю страну?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Большие города всегда отличаются от сельской местности. Но ведь это везде так. Я бы не разделила эту критику в отношении взлетевшей Москвы. Я выросла в Краснодаре на юге России. Помимо туристических достопримечательностей больших различий нет. Вы найдете там таких же людей, такие же места, такие же рестораны, такие же автомобили. Одеваются там похожим образом, беседы ведут такие же. Но, конечно же, в Москве больше возможностей сделать карьеру.
Вы сами начали на небольшом местном канале в Краснодаре.
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Там быстро утыкаешься в потолок. Чтобы дальше развиваться, надо отправляться в Москву.
История вашей собственной семьи отражает большую политику. Ваши предки были армянами. Они жили в Крыму и были переселены при Сталине.
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Жертв сталинских репрессий можно найти практически в каждой российской семье. Семью моего дедушки депортировали в 1944 году с Крыма на Урал. Он написал об этом книгу, которую я редактировала, будучи девочкой, – у него было не очень хорошо с грамматикой русского языка. В один прекрасный день в дверь постучали люди Сталина. Они дали 20 минут, чтобы собрать вещи. Все это произошло в тот момент, когда мужчины воевали на фронте за Красную армию. Когда мой дедушка вернулся с войны, он увидел, что дом заперт. Вся улица была пустой. В Сельсовете ему сообщили, что его семья теперь живет на Урале. По их словам, он мог к ним присоединиться. Мой отец родился в 1951 году неподалеку от Екатеринбурга – так сказать, враг народа с рождения. Во времена Хрущева их реабилитировали, но в Крым вернуться не разрешили.
Почему нет?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Потому что это был Советский союз! Дома были экспроприированы. С Урала моя семья переехала в Краснодар, где родилась я.
Вы захватывающе рассказываете, как вашу семью коснулась система террора Сталина. Как вы себе объясняете, что многие россияне до сих пор почитают Сталина?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Большинство россиян не считает Сталина «good guy» (англ. - хороший парень, прим. пер. – сохранено, как в оригинале). Некоторым не хватает крепкой руки. Основная причина такого признания заключается в том, что Сталин выиграл войну. Однако, и это мое личное мнение, я не уверена, что без Сталина мы бы оказались в войне именно таким образом.
Олимпийский город Сочи – ваша вторая родина. После окончания Игр вы там бывали?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Да, буквально в апреле. Такой прекрасный город!
Что вам в нем нравится?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Климат, пальмы, море, моя семья. И благодаря Олимпийским играм там теперь есть новые улицы, больницы, красивые здания, рестораны.
Но не пустынный ли город?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Он пустоват, но в межсезонье так всегда.
Согласно одному рейтингу, вы входите в 100 самых влиятельных женщин России. Какую роль играют женщины в российском обществе?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Этот вопрос меня удивляет – он типичен для Запада. Для российской женщины это звучит так, будто бы вы спросили: «Какую роль играют голубоглазые люди в российском обществе?» Вопрос пола не является проблемой.
В Швейцарии многие женщины хоть и работают, но большинство из них работают не на полную ставку.
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Правда? В России женщины работают больше, чем мужчины. Так было всегда.
Вы были репортером во время Второй чеченской войны и первой журналисткой, которая освещала трагедию с заложниками в Беслане. Вы видели, как исламистские террористы застрелили сотни людей. Вам тогда было 24. Как вы пережили этот опыт?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Было очень тяжело. Это самое ужасное, что когда-либо со мной происходило. Я заболела, мне снились кошмары, и из-за психического стресса у меня появились симптомы, которые обычно появляются в результате редкой аллергии.
Вы глава двух больших компаний и мать одной маленькой девочки. И вскоре у вас будет еще один ребенок. Как вы все успеваете?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: Все вполне получается. Я живу с матерью и тетей, кроме того, у нас есть няня. Что касается работы… когда научишься обращаться с тремя людьми, сможешь управлять и 3 000.
Когда вашей младшей дочери будет 20, в какой России она будет жить?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: В лучшей.
Что это значит?
МАРГАРИТА СИМОНЬЯН: В более современной, менее зависимой от нефти и газа, смотрящей более уверенно в будущее, менее коррумпированной.
Автор: Филипп Гут.
