В Варшаве с невероятной помпой прошла премьера фильма «Смоленск». То, что фильм в творческом плане оказался полным провалом, для представителей польских властей не имело никакого значения. Самое главное, что он отвечал их политическому заказу — стал кульминацией однозначного диагноза, поставленного ими ранее: причиной авиакатастрофы под Смоленском 10 апреля 2010 года, в которой погибли все 96 членов официальной польской делегации, летевшей на торжества в Катыне, во главе с тогдашним президентом Польши Лехом Качиньским, было покушением на польскую «элиту», совершенное «палачами из Москвы».
В торжественном вечере приняли участие все без исключения первые лица польской политики — был и президент Анджей Дуда, и премьер-министр Беата Шидло, и неформальный лидер Польши, стоящий в иерархии власти и над президентом, и над премьером, брат-близнец погибшего президента Ярослав Качиньский.
Вряд ли они рассчитывали на то, что фильм может побороться за «Оскара», поскольку деятели кино уже успели раскритиковать в пух и прах его «достоинства». Известный киноактер Мариан Опаня (кстати, исполняющий на польских сценах монологи Аркадия Райкина) категорически отказался от предложенной ему роли Леха Качиньского: «Я — не сторонник братьев Качиньских и представителей их партии, и я не намерен помогать им в пропаганде их вздорных убеждений. Их мнение о том, что в Смоленске произошло покушение — это бред».
Кинорежиссер Юлиуш Махульский, известный в России, в частности, по таким фильмам, как «Ва-банк», «Дежа вю», «Новые амазонки», «Эскадрон», иронизировал над самой идеей фильма о смоленской катастрофе: «Можно было бы сделать фильм a la Борат или Монти Пайтон о том, как очень надутый и гордый президент средневажной центрально-европейской страны уперся, чтобы приземлиться в тумане на картофельном поле».
Критики также не оставили на картине и ее авторах сухой нитки: катастрофа, хаос, деревянная игра актеров, хромое, неудачное и непрофессиональное исполнение — таковы были их оценки. Но для представителей польских властей не художественные черты фильма были приоритетом, а то, что он показывал их «правду» о катастрофе. Главный зритель фильма, Ярослав Качиньский, после просмотра так и сказал: «Это фильм, который попросту говорит правду. И это что-то невероятно важное».
Какова же правда о катастрофе под Смоленском? Расследованием причин этой трагедии занимался не только Межгосударственный авиационный комитет (МАК) в Москве, но также специальная польская комиссия и военная прокуратура в Варшаве.
При всех различиях в расстановке акцентов, касающихся обстоятельств, которые привели к катастрофе, ни одна из этих организаций не нашла никаких оснований для того, чтобы говорить о возможности покушения на главу польского государства.
В соответствии с выводами МАК, главной причиной катастрофы были непрофессиональные действия военного экипажа президентского самолета. Имея очень ограниченный опыт пилотирования Ту-154М и поэтому располагая небольшим арсеналом летных навыков, при крайне трудных погодных условиях он решился на подход на посадку, причем действовал под давлением высокопоставленных чиновников, спешащих на торжества в Катыне, а прежде всего главнокомадующего польской военной авиацией, который до конца этого трагического полета находился в кабине пилотов и «учил их летать», к тому же в подпитом состоянии.
В итоге в сильном тумане экипаж «заблудился» при подходе к посадочной полосе, влетев в овраг, а пытаясь вырваться из смертельной ловушки, начал косить деревья. Феральный конец полета наступил после того, как одна из берез повыше и покрепче (диаметр ее ствола составлял 3040 см) на критической высоте — всего лишь 5 метров над землей (!) — сломала крыло президентского Ту-154М. После этого самолет успел перевернуться на спину и с огромной силой врезался в землю.
Польские органы — специальная комиссия и военнная прокуратура — в меньшей степени концентрировались на ошибках экипажа, зато обращали внимание на то, что процедуры нарушили также российские диспетчеры, наводящие польский самолет на посадку. Причем, по мнению следователей, диспетчер передавал экипажу ошибочные данные, а давления на пилотов никто не оказывал, генерала-главнокомадующего в их кабине вообще не было, тем более — в подпитом состоянии. Но роли березы в этой трагедии польские специалисты под сомнение не ставили.
Представители партии «Право и справедливость» — а именно ее верхушка погибла в катастрофе 2010 года — сразу же не приняли всерьез заключения относительно ее причин, сделанные польскими и уж тем более российскими специалистами. Ярослав Качиньский, лидер партии, переживший огромную человеческую трагедию (потерял в смоленской трагедии брата-близнеца), перековал ее в своего рода новую политическую религию. Он начал организовывать ежемесячные (!), 10 числа каждого месяца, манифестации памяти погибших с возложением венков и молебнами, цементируя вокруг себя сторонников — в первую очередь тех из них, которые охвачены ярой русофобией и верят в лживые обвинения.
Для них «правда» о причинах катастрофы могла быть только одна: взрыв на борту самолета, организованный Кремлем, покушение русских на польскую политическую «элиту» и желание расправиться с непокорным президентом. Ее им и дали. Так в рамках партии возникла влиятельная «смоленская секта», члены которой попросту не хотят даже слышать о какой-либо иной «правде» о причинах смоленской трагедии.
В 2011 году «Право и справедливость» сформировало свою парламентскую группу по расследованию причин катастрофы под председательством правой руки Ярослава Качиньского по «смоленской секте», депутата Сейма Антония Мачеревича. Занялся он усердными поисками «экспертов», которые «правду о взрыве и покушении» могли бы обосновать. Большинство из них нашел за океаном — в США, в основном среди неизвестных даже в узком профессиональном кругу ученых-поляков, работающих в американских университетах («подозрительными профессорками из американского импорта» без обиняков назвал их в прямом телеэфире один из известнейших и старейших польских профессоров).
Многие из них вообще не имели ничего общего с авиацией, а тем более — с расследованием авиакатастроф. Поэтому вскоре началась серия многочисленных забавных «открытий», совершенных этими «экспертами». В частности, один из них пришел к выводу, что ствол березы (напомним: имевший 3040 см в диаметре) никак не мог сломать крыло самолета. «Секта» и симпатизирующие ей публицисты сразу же с иронией окрестили смоленскую березу «бронеберезой»: мол только бронированное дерево могло разрушить президентский Ту-154М. Однако в конце концов «эксперты» группы объявили, что самолет вообще не столкнулся с роковой березой, а пролетел над ней (хотя есть обилие фотоснимков сломанной березы с вбитыми в ее ствол фрагментами самолета).
В докладе группы, опубликованном в августе 2012 года, его авторы написали: «Непосредственной причиной катастрофы стали два сильные сотрясения, источником которых были внешние силы по отношению к структуре самолета». Далее они разъяснили, что это были за сотрясения: «Два взрыва в коротком промежутке времени один от другого».
Сам Антоний Мачеревич ввел в обиход формулировку «смоленское злодеяние». Последовательно и решительно в течение последних лет высказывался он о смоленской катастрофе в следующем духе: «Русские при одобрении правительства премьера Туска [от автора: тогдашний премьер-министр Польши, ныне председатель Евросовета] создали пирамиду обмана, сознательно разрушали и прятали обломки самолета, подделывали „черные ящики“, уничтожали другие доказательства. Как назвать ситуацию, когда погибает вся элита, когда народу отрубают голову?! Это объявление войны со стороны России, даже если очередная атака наступит через год, два, пять лет нужно отдавать себе отчет в том, что это объявление войны!».
Для части поляков Мачеревич со своей антироссийской яростью и суперактивностью в области поисков «руки Путина и Москвы» в смоленской катастрофе стал кумиром, другая часть отчетливо видела его навязчивую идею, поэтому не принимала его деятельность всерьез.
Однако шутки кончились, когда «Право и справедливость» в октябре прошлого года выиграло парламентские выборы, сформировало правительство, а Мачеревич стал в ним министром обороны (точнее: министром войны с Россией — как острили шутники). Именно он объявил о создании новой «комиссии правды» о причинах смоленской катастрофы, в ее составе — все члены его предыдущей, парламентской, «группы правды».
Новый премьер-министр Беата Шидло также регулярно подчеркивает, что по вопросу катастрофы «нужна правда». Какова же может быть эта «правда» в исполнении новой-старой комиссии? Только «взрыв и покушение»! Каковы будут последствия «приговора», вынесенного России как «убийцы польского президента», для польско-российских отношений? Часть польских аналитиков успокаивает: отношения на линии Варшава-Москва в настолько отвратительном состоянии, что никто и ничто не может их еще более ухудшить.
Станислав Чёсек, посол Польши в Москве в 1989—1996 годах, отмечает: «Наши отношения в плохом состоянии, а сейчас могут еще более ухудшиться. Как кажется, целью комиссии является доказание того, что русские убили нашего президента. Какая страна с удовольствием примет обвинение такого характера?!».
«Если придем к выводу, что это русские совершили покушение на президента, то придется объявить войну и маршировать на Москву, в противном случае мы окажемся людьми без чести», — с горьким юмором прокомментировал дальнейшую перспективу один из польских политологов.
Александр Шторм (Варшава), специально для EADaily EADaily
