Татьяна З***
Латвийский режиссёр Валтерс Силис, участник XXII Международного фестиваля "Балтийский дом", рассказал ИА REGNUM
почему его спектакль "Легионеры" стоит смотреть и российским и
европейским зрителям и может ли искусство заставить людей слушать и быть
услышанными

Режиссёр Валтер Силис. Фото: teatris.lv
ИА REGNUM: Вы привезли в Петербург спектакль с названием, режущим слух - "Легионеры". А почему именно его?
Одна из главных причин, почему мы
привезли именно эту постановку, приглашение приехать в Санкт-Петербург,
поступившее от организаторов фестиваля. Нам было очень приятно его
получить. В сочинении "Легионеров" участвовали финский актер, латвийский
и художник-сценограф Иева Каулиня. Мы все - соавторы
текста. И было важно, что наша работа не только о Латвии и
обстоятельствах после Второй Мировой войны. Там ведь есть универсальные
вопросы, которые могут оказаться важными для всех. И я счастлив, что у
нас была возможность показать "Легионеров" в Швеции. Теперь в России.
Сейчас у нас есть приглашения и от других стран. Мы ужасно горды, что
наша работа значима для стольких людей.
ИА REGNUM: Ваш спектакль
настораживает еще на уровне названия. Определение "легионеры" в России в
положительном смысле связывают со спортом, и в отрицательном - с
маршами, которые периодически проходят в Прибалтике.
Ну, спектакль-то не про войну, а
про то, что случилось после нее - когда Швеции пришлось решать как
поступить с прибалтийскими легионерами. Такая метафора - насколько
вопрос был политизирован и остается таким по-прежнему.
В вашем вопросе речь идет о
конкретных маршах. В Латвии есть неофициальный день памяти погибших в
Первую и Вторую Мировые войны, да, но в этот день все-таки никогда не
проходило маршей, прославлявших нацизм. Слово "марши" здесь вообще
притянуто за уши и очевидно используется пропагандистски. Однако в этом
случае не применимо. Это же день, когда пожилые люди вспоминают своих
погибших товарищей. Хотя последние лет десять и то и другое используют
для политических игр.
И вот это-то как раз и стало одной
из ключевых вопросов в нашем спектакле. Со Второй Мировой войны вокруг
этого вопроса было очень много политических игр и к тому же были люди,
которые в большинстве случаев, в принципе ничего не делали. Латвийские и
российские правые политики используют их. Для нас, на самом деле, важно
не поддерживать одну из сторон, а опираться на факты. Ведь даже в том
лагере были совершенно разные люди: патриоты, подростки, те, кто хотел
вернуться к своим семьям, офицеры, уже сделавшие блестящую карьеру и
желавшие её продолжить. Не исключено, что там был и агент КГБ, и
замешанные в военных преступлениях. Вот потому я и сделал этот спектакль
длиной в 2 часа, дабы представить максимально объемный взгляд.
ИА REGNUM: Автор пьесы и
режиссер - Вы. А где брались материалы для текста? Из открытых
источников или приходилось сидеть в архивах?
Я режиссер, да, и поставить
спектакль на эту тему была моя идея. Но авторы текста все четверо. Когда
придумывали его, использовали монографию Пера Олова Энквиста "Легионеры". Еще видеоинтервью Освальдса Фрейвалдса
"Трагедия латвийских солдат в Швеции", с одним из легионеров, которому
на момент окончания войны было 17 лет и после его заставили служить и в
советской армии. Мы использовали видеодокументы об экстрадиции немецких
солдат. Еще проходили недельный семинар в Стокгольме, чтоб разобраться
как работала политическая система в то время и как работает сейчас.
Большую часть работы заняли изыскания, сбор материала и поиск тех вещей,
которые бы нас вдохновили.
ИА REGNUM: Были ли такие
эпизоды, которые Вам хотелось включить в текст пьесы и спектакли, но Вы
не сделали этого по определенным причинам? И по каким в таком случае?
Да, были. Мы их репетировали, но
решили все-таки не включать в постановку. Например, там была такая
история - столкновение между немецким и прибалтийским лагерями. В
немецком лагере устроили вечеринку, а прибалты выступили против, из-за
позднего времени. Была возможность рассказать о том как в самом начале
прибалты были отделены от немцев, потому что они никогда не признавали
себя частью немецкой армии. Но не использовали из-за недостатка
драматизма.
ИА REGNUM: Спектакль
построен в форме живого, энергичного, иногда даже слишком, диалога.
Причем не только между героями, но и героев с залом. А почему была
выбрана именно такая форма?
У меня в предыдущей работе был
любопытный опыт общения со зрителями и наблюдения за тем как публика
становится участником спектакля. В самом начале работы над "Легионерами"
это было не столь важно, но поскольку очень повезло с командой,
коммуникация стала совершенно естественной частью постановки. Было очень
важно вовлечь зрителей в происходящее - тогда они начинали понимать
лучше что же значили события для тех людей. Многие говорили по
окончании, что это возможно впервые, когда им так понравилось
участвовать в спектакле и я очень рад это слышать. Вполне возможно, всё
потому, что в этом спектакле форма не навязывается с самого начала, но
становится тем способом, которым решается большая часть сцен.
ИА REGNUM: Исторические
факты, ставшие основой для вашего сочинения, весьма болезненны. И для
Латвии, и для России. Подозреваю, что в России об этом вообще знают
немногие. У латвийских зрителей, когда они приходят на спектакль, уже
есть знание и понимание того о чем пойдет речь дальше?
Экстрадиция прибалтийских
легионеров в Советский Союз не то событие, о котором и в Латвии-то знают
все поголовно. Да мы и не рассчитываем на это. Например, когда играем в
Риге, то основную информацию о латвийском легионе выдаем в монологе
легионера, который рассказывает ее шведскому рабочему. Там и
разъясняется про институтскую и университетскую молодежь, которую
незаконно загоняли в это подразделение. Несомненно, были и те, кто
отправился туда по доброй воле из-за того, что первая "советская
оккупация" принесла латышам столько вреда. Так ведь они сражались за
флаг, который был на их форме - флаг Латвии. Правда, показывая спектакль
на международных площадках, решили не переводить эту речь, рассказать
лишь о факте самой речи в 1945 году и о том, что шведские рабочие, в
большинстве своем коммунисты, не имели никаких проблем, работая с
прибалтами. Подумали, что для нас было бы интереснее адресовать вопрос о
том, как тяжело сейчас найти общие взгляды, которых можно было бы
придерживаться вместе.
ИА REGNUM: Кроме живости и
энергии, в спектакле хватает и юмора, сарказма, иронии. То есть взгляд
не трагический, а скорее трагикомический и где-то даже трагифарсовый. Вы
полагаете, что о таких печальных вещах можно рассказывать лишь смеясь?
Но сквозь слезы, скорее всего.
Вот это один из самых
принципиальных вопросов. Как же можно шутить о тех событиях и людях? Как
можно вообще шутить, когда я знаю - мои родственники, те, кого
заставили идти воевать или были убиты или их жизни разрушились? Но потом
подумал: они ж в то время были или моими сверстниками, или моложе, а
молодые люди во все времена похожи и я убежден, что у них и времени-то
не было на переживания. А вот юмор дает шанс почувствовать себя живым.
Это как раз тот способ, который делает их понятнее и ближе мне и
зрителям.
ИА REGNUM: Театр на улице
Гертрудес, в котором Вы ставите, создан триадой: театром United
Intimacy, творческое объединение Nomadi совместно с Латвийским
институтом нового театра. Противоречий в художественной политике не
возникает?
Театр на улице Гертрудес создан
этими организации, да. Но сейчас система администрирования изменилась.
Он действует как открытая площадка для режиссеров. Я работал там и как
постановщик и как актер в двух спектаклях, сделанных Карлисом Круминьшом
(один из актеров "Легионеров"). Но для меня здесь увлекателен такой
момент - как в компании с продюсером отыскивать что-то занятное, дающее
толчок к совместной работе, и дальше работаем над этим. Это ж очень
важно - найти точки пересечения со всеми участниками проекта.
ИА REGNUM: В Латвии, Литве и
Эстонии, после того как эти страны стали независимыми, драматический
театр расцвел пышным цветом. Балтийские режиссеры довольно быстро
вписались в европейское культурное пространство. По вашим ощущениям,
утратил ли он что-то, перейдя в европейскую культурную среду? И что
приобрел?
На самом деле, не знаю - потеряли
ли мы что-нибудь. У латвийского, эстонского и литовского театров есть и
свои традиции, и особенности. И это как раз то, что развивает исподволь,
но всегда остается частным. Метод независимой театральной работы в
Европе стал моделью двух главных независимых театров Латвии. И один из
них - театр на улице Гертрудес. Полагаю, европейская театральная
культура в Латвии по-настоящему была интегрирована благодаря Алвису
Херманису. Он ведь нашел способ создавать такие спектакли, где автор -
вся команда. А он только предлагает идеи, что-то правит и еще находит
наилучший способ соединять эти методы с эмоциональностью латвийского
театра. Я думаю, что ни один театральный художник не повлиял так сильно
на молодых латвийских режиссеров. Последние годы для меня это самый
интересный театр Латвии. А еще здорово, что делать работы, такие как у
него, совершенно необязательно, хотя невозможно не заметить, что именно
он нашел новые интересные возможности, которые дают толчок развитию
театра.
ИА REGNUM: Валтерс, такой вопрос - видели ли Вы спектакли российских режиссеров? Какие? И что думаете по поводу увиденного?
Я видел достаточно работ российских режиссеров - Кирилла Серебренникова, Андрея Могучего, Петра Фоменко, Дмитрия Крымова
и многих других. В Латвии же по-прежнему сильны связи с российским
театром. Безусловно, всегда интересно, что у вас происходит. Не знаю,
смог бы я обозначить определенные направления и рассказать в нескольких
словах, что думаю обо всех этих замечательных личностях и подлинных
художниках театра. Но об одной вещи в русском театре, которую я
чувствую, скажу -актёры всегда очень серьезно относятся к своей работе, а
это и есть великое познание и переживание.
ИА REGNUM: В вашем театре, я
имею в виду труппу, работают в основном молодые люди. А лично у Вас был
опыт работы с актерами и режиссерами среднего и даже старшего
поколения? Чем все закончилось?
"Легионеры" из тех работ, что
делались на независимом площадке. Но я сотрудничаю и с Латвийским
национальным театром. Там почти во всех постановках работаю со всеми
актерскими поколениями. Вот всегда ж есть стереотип - старшее поколение
не желает слушать молодых режиссеров. А я вот всегда ощущал доверие с их
стороны и результаты были отличные. И надеюсь поработать с ними еще,
поскольку это ведь и отличная школа для меня самого.
ИА REGNUM: История в
"Легионерах" это же, помимо всего, история о людях, которые не пожелали
или предпочли не услышать и заметить рядом с собой других. Как Вы
полагаете, сейчас что-то изменилось? Люди в состоянии напрячься,
обременить себя, чтобы и услышать кого-то, и оказаться услышанными.
Если что и изменилось, то
незначительно. Если мы не прилагаем никаких усилий, то обычно остаемся в
замкнутом информационном поле. Разумеется, проще и легче находиться в
нём и не выяснять мнение по какому-то вопросу или ситуации у людей,
живущих в другой части мира или даже в соседней деревне. Вот в Европе
сейчас время, когда люди не чувствуют себя в безопасности, и посему, вне
зависимости от степени открытости границ, эмоциональные пределы
проступают отчетливее, чем когда-либо. Условия самые подходящие для
правых политиков-популистов, чье влияние растет и в наиболее продвинутых
странах. Для них невероятно существенна человеческая неосведомлённость
на предмет того, что творится снаружи того пространства, в котором эти
люди живут. Вот потому, я так думаю, и нужно искусство - подвергать
сомнению стереотипы о нас самих и окружающих. Может быть, существуют и
более сильные ходы - политические, но искусство, полагаю, одно из самых
мощных средств заставить людей и слушать и быть услышанными.
ИА REGNUM: И последний вопрос - что Вы репетируете сейчас?
На следующей неделе приступаю к
репетициям классической латвийской пьесы "Индрани" Рудольфа Блауманиса.
Трагическая история о конфликте между поколениями в семье фермеров. Эта
пьеса - один из самых великих драматических текстов на латвийском, да
еще и отличная возможность поговорить о ситуации в латвийской деревне,
что в реальности происходит с людьми и их связями с младшим поколениями.
Большинство молодых людей уезжают из деревень и эта тема и сейчас столь
же животрепещущая, как и сотню лет назад.
Справка ИА REGNUM:
В мае 1943 года на основе шести латвийских полицейских батальонов (16,
18, 19, 21, 24 и 26-го), действовавших в составе группы армий "Север",
была организована Латвийская добровольческая бригада СС. Одновременно
был произведен набор добровольцев десяти возрастов (1914-1924 годов
рождения) для 15-й Латвийской добровольческой дивизии СС. В июне 1944
года наименование "добровольческая" дивизия было заменено на "Waffen".
Летом 1944 года в составе легиона были сформированы две дивизии: 15-я
гренадерская дивизия СС (1-я латышская) и 19-я гренадерская дивизия СС
(2-я латышская). Их общая численность по состоянию на июнь 1944 года
составляла 29 тысяч человек.
Части и подразделения "латышского
легиона" не только участвовали в боях с Красной Армией, но и
использовались командованием СС для проведения массовых расстрелов,
осуществления карательных операций против партизан и мирного населения
на территориях Латвии, Польши, Белоруссии, Украины и России, несения
охранной службы в гетто и концентрационных лагерях. Подразделения
латышского легиона принимали непосредственное участие в операции "Зимнее
волшебство", проведенной с 15 февраля до начала апреля 1943 года и
более известной как Освейская трагедия. В операции, которой руководил
лично обергруппенфюрер СС Ф.Еккельн, участвовали 7 латышских батальонов,
одна украинская рота и одна литовская рота. Всего было уничтожено
несколько сотен деревень, среди них и такие, где насчитывалось до тысячи
и более жителей. Только в одном Освейском районе было сожжено 183
деревни, расстреляны и сожжены 11383 человека (из них 2118 детей в
возрасте до 12 лет), 14175 жителей были вывезены на работы - взрослые в
Германию, дети в Саласпилсский концлагерь. Юстиция ФРГ квалифицировала
операцию "Зимнее волшебство" как преступление против человечности.
Вступая в легион, каждый боец давал
следующую клятву: "Именем Бога, я торжественно обещаю в борьбе против
большевиков неограниченное послушание Главнокомандующему вооружёнными
силами Германии Адольфу Гитлеру и за это обещание я, как храбрый воин,
всегда готов отдать свою жизнь". Первый раз латвийские части СС (15-я и
19-я дивизии) совместно участвовали в боевых действиях против
наступающих советских войск 16 марта 1944 года. Это произошло в
Псковской области в районе города Остров. Немецкие войска, в этом
сражении, потерпели поражение С 1945 года эта дата отмечалась членами
Латвийского легиона, бежавшими после войны на Запад, как День памяти
Латышского легиона. Именно в честь этой даты и проходят торжественные
мероприятия в центре Риги с шествием ветеранов СС и их поклонников от
Домского собора к памятнику Свободы.
Директор Иерусалимского бюро Центра Симона Визенталя Эфраим Зурофф
в интервью латвийским СМИ по поводу марша легионеров СС 16 марта 2010
года заявил следующее: "Если вас устраивает, что они маскируются под
борцов за независимость, то вы, по-моему, не понимаете сути вещей.
Правда в том, что людям приходилось принимать тяжелое решение. Но если
вы выбрали неправильную сторону, если поддержали режим, который убил
десятки миллионов людей, то не думайте, что вы - герои.... Самое
печальное, что я сегодня видел во время шествия молодых людей, которые
шли с флагами современной, демократической Латвии, чтобы выразить
почтение этим людям. Это создает представление о том, что в Латвии
поддерживают людей, которые воевали за нацистскую Германию. И если
кто-то это поддерживает, то он занял неправильную сторону."