Планы в отношении российской разведки
- 05.05.19, 21:40
Распад Советского Союза самым плачевным образом сказался на состоянии
отечественных спецслужб. До 1991 года все функции спецслужб были
сконцентрированы в Комитете государственной безопасности при Совете
Министров СССР. Роспуск КГБ привел к дезорганизации выстраивавшейся
десятилетиями единой системы разведки, контрразведки, технических служб. Собственно, этого и добивались враги нашей страны – США и их союзники, для которых КГБ всегда был одним из главных кошмаров.
Планы в отношении российской разведки
Для Вашингтона существование сильной советской разведки всегда создавало колоссальные помехи. Разведка была одним из главных инструментов противоборства великих держав и именно благодаря деятельности героических советских разведчиков в Москве узнавали о коварных планах противника, получали информацию о технических новшествах. Естественно, что в США мечтали об уничтожении советской внешней разведки.
Главным
оппонентом внешней разведки КГБ СССР в годы «холодной войны» было
Центральное разведывательное управление США. И именно здесь в конце
1980-х гг., когда стало понятно, что Союз «дышит на ладан», стали
вынашиваться планы по уничтожению советской внешней разведки. Генерал
армии Герой России Вячеслав Иванович Трубников тридцать с лишним лет
прослужил в органах внешней разведки, а с 1996 по 2000 годы возглавлял
Службу внешней разведки Российской Федерации, сменив на этом
ответственном посту Евгения Максимовича Примакова.
По словам генерала Трубникова, в начале 1990-х годов ЦРУ США рассматривало как минимум возможность полной парализации российской внешней разведки, а как максимум – ее сведение на уровень спецслужб бывших стран Организации Варшавского Договора посредством осуществления целого комплекса специальных мер.
Подобные меры были реализованы в отношении органов госбезопасности бывших социалистических стран Восточной Европы. Прежде всего, они заключались в люстрации кадров. Из спецслужб увольнялись без права восстановления все кадры, работавшие при социалистических режимах. Фактически это означало полную ликвидацию традиций разведывательных служб – увольнялись опытные сотрудники, передавать знания было некому. Набранную молодежь могли обучать уже лишь заграничные инструкторы из тех же Соединенных Штатов.
Такую же модель американцы рассчитывали применить и в отношении российской разведки. Например, в странах Прибалтики подобные меры применялись с большой эффективностью – из спецслужб новых республик были вычищены кадры с «коммунистическим прошлым» — бывшие сотрудники КГБ СССР. Хотя, конечно, определенный процент бывших советских силовиков в спецслужбах, полициях и армиях прибалтийских республик все же оставался, но это были те, кто сразу же идейно «переобулся» и доказал верность новым властям.
Перебежчики и дискредитация
Против советской разведки на Западе была развернута мощная кампания. С одной стороны, западная печать, а затем и ее дублеры в т.н. «демократической прессе» перестроечного СССР и постсоветской России, публиковали многочисленные статьи о преступлениях советских спецслужб, рассматривали их исключительно как орудие «тоталитарного режима». Происходило «развенчание» советских чекистов в глазах населения, формировалось недоверие к ним в своей собственной стране, что было очень важно для последующей деморализации и самих сотрудников органов безопасности.
С другой стороны, продолжалась активная работа по переманиванию морально неустойчивых и корыстно настроенных сотрудников спецслужб. Именно на горбачевские времена пришлось большое количество скандалов с бегством советских разведчиков за границу. Одних прельщали деньги, другие разочаровывались в советской системе искренне, но и тех, и других Запад использовал в своих интересах – и как поставщиков секретной информации, и как публичных критиков Советского Союза.
Уничтожение КГБ СССР
В ночь с 21 на 22 августа 1991 года, после провала ГКЧП, был арестован один из его активных участников – председатель Комитета государственной безопасности СССР генерал армии Владимир Александрович Крючков. «Человек Андропова», Крючков на протяжении 14 лет – с 1974 по 1988 годы – возглавлял Первое Главное управление КГБ СССР, отвечавшее как раз за внешнюю разведку.
29 августа 1991 года новым председателем КГБ был назначен Вадим Викторович Бакатин – партийный работник из Кемерово, в 1988-1990 гг. занимавший пост министра внутренних дел СССР. Бакатин собирался реформировать КГБ, однако это реформирование обернулось развалом единой и структурированной советской спецслужбы.
22 октября 1991 года Комитет государственной безопасности СССР был упразднен, а на его основе созданы сразу несколько специальных служб. Функции пограничной охраны были переданы Комитету по охране государственной границы СССР, контрразведывательная деятельность – Межреспубликанской службе безопасности, а внешняя разведка отдавалась в ведение Центральной службы разведки СССР.
ЦСР СССР возглавил Евгений Максимович Примаков – крупный ученый, востоковед, единственный за историювнешней разведки гражданский человек, возглавлявший ведомство и, что интересно, спасший его если не от полного уничтожения, то от очень плачевного будущего. 2 декабря 1991 года первым заместителем Примакова был назначен генерал-майор Вячеслав Иванович Трубников – профессиональный разведчик, в 1990-1992 гг. возглавлявший отдел стран Южной Азии в Первом главном управлении КГБ СССР, а до этого руководивший резидентурой КГБ в Индии и Бангладеш.
Американцы убеждали Москву в ненужности разведки
После распада Советского Союза, когда окружение президента Бориса Ельцина находилось под влиянием американских партнеров, в Вашингтоне решили, что пора действовать более активно. И стали убеждать новое российское руководство если не вообще распустить разведку, то переформатировать ее под решение совершенно нелепых с точки зрения здравого смысла задач.
Например, американцы на полном серьезе предлагали сосредоточить внимание российской разведки за слежением за миграцией рыбы на озере Виктория. Там якобы местные жители наносили большой урон популяциям рыбы и предлагалось использовать российские спутники для наблюдения за ситуацией. Это предложение подавалось как «стратегическое партнерство», хотя по сути представляло собой воплощение мечты американцев о том, как «опустить» российскую разведку.
Самым сложным периодом для разведки стал 1991 год. В это время демократы активно развивали тему о том, что России вообще не нужны спецслужбы, что это – наследие «тоталитарного прошлого», с которым нужно покончить раз и навсегда, что теперь у нас с Западом – мир и дружба, поэтому и без ведения разведки против США и стран НАТО вполне можно обойтись. Разумеется, такие позиции проводники американского влияния отстаивали по непосредственному наущению своих покровителей из Вашингтона.
Однако демократам, находившимся под влиянием американцев, противостоял патриотический костяк руководства новых российских разведывательных органов. Поскольку в России, в отличие от стран Восточной Европы и Прибалтики, люстрация сотрудников спецслужб осуществлена не была, в Центральной службе разведки СССР, которая 18 декабря 1991 года была преобразована в Службу внешней разведки Российской Федерации, костяк руководства составляли советские профессиональные разведчики – патриоты своей страны, которые делали все возможное для того, чтобы предотвратить окончательный развал отечественных спецслужб.
Кто спасал российскую разведку
В предотвращении планов США по развалу российской разведки ключевую роль играли те люди, кто возглавлял СВР в начале – середине 1990-х годов. Прежде всего, это – Евгений Максимович Примаков, бывший директором Службы внешней разведки в 1991-1996 гг.
Блестящий
ученый, профессор, доктор экономических наук, Евгений Максимович
сочетал в себе исключительную интеллигентность, глубочайший интеллект и
беззаветную преданность Родине. Может быть, он и не соответствовал
обывательским стереотипам о разведчике как о «рыцаре плаща и кинжала»,
этаком «джеймсе бонде», но зато имел в себе мужество и силы
предотвратить развал внешней разведки и довольно быстро поставить ее на
службу новому государству – Российской Федерации.
Не меньшими патриотами были и первый заместитель Примакова генерал Трубников, заместитель директора СВР генерал-лейтенант Вячеслав Иванович Гургенов (бывший резидент КГБ в Исламабаде в 1978-1983 гг. – в начальный период Афганской войны), Юрий Антонович Зубаков, другие генералы службы.
В сложные 1990-е годыИлья Полонский
Планы в отношении российской разведки
Для Вашингтона существование сильной советской разведки всегда создавало колоссальные помехи. Разведка была одним из главных инструментов противоборства великих держав и именно благодаря деятельности героических советских разведчиков в Москве узнавали о коварных планах противника, получали информацию о технических новшествах. Естественно, что в США мечтали об уничтожении советской внешней разведки.
Главным
оппонентом внешней разведки КГБ СССР в годы «холодной войны» было
Центральное разведывательное управление США. И именно здесь в конце
1980-х гг., когда стало понятно, что Союз «дышит на ладан», стали
вынашиваться планы по уничтожению советской внешней разведки. Генерал
армии Герой России Вячеслав Иванович Трубников тридцать с лишним лет
прослужил в органах внешней разведки, а с 1996 по 2000 годы возглавлял
Службу внешней разведки Российской Федерации, сменив на этом
ответственном посту Евгения Максимовича Примакова. По словам генерала Трубникова, в начале 1990-х годов ЦРУ США рассматривало как минимум возможность полной парализации российской внешней разведки, а как максимум – ее сведение на уровень спецслужб бывших стран Организации Варшавского Договора посредством осуществления целого комплекса специальных мер.
Подобные меры были реализованы в отношении органов госбезопасности бывших социалистических стран Восточной Европы. Прежде всего, они заключались в люстрации кадров. Из спецслужб увольнялись без права восстановления все кадры, работавшие при социалистических режимах. Фактически это означало полную ликвидацию традиций разведывательных служб – увольнялись опытные сотрудники, передавать знания было некому. Набранную молодежь могли обучать уже лишь заграничные инструкторы из тех же Соединенных Штатов.
Такую же модель американцы рассчитывали применить и в отношении российской разведки. Например, в странах Прибалтики подобные меры применялись с большой эффективностью – из спецслужб новых республик были вычищены кадры с «коммунистическим прошлым» — бывшие сотрудники КГБ СССР. Хотя, конечно, определенный процент бывших советских силовиков в спецслужбах, полициях и армиях прибалтийских республик все же оставался, но это были те, кто сразу же идейно «переобулся» и доказал верность новым властям.
Перебежчики и дискредитация
Против советской разведки на Западе была развернута мощная кампания. С одной стороны, западная печать, а затем и ее дублеры в т.н. «демократической прессе» перестроечного СССР и постсоветской России, публиковали многочисленные статьи о преступлениях советских спецслужб, рассматривали их исключительно как орудие «тоталитарного режима». Происходило «развенчание» советских чекистов в глазах населения, формировалось недоверие к ним в своей собственной стране, что было очень важно для последующей деморализации и самих сотрудников органов безопасности.
С другой стороны, продолжалась активная работа по переманиванию морально неустойчивых и корыстно настроенных сотрудников спецслужб. Именно на горбачевские времена пришлось большое количество скандалов с бегством советских разведчиков за границу. Одних прельщали деньги, другие разочаровывались в советской системе искренне, но и тех, и других Запад использовал в своих интересах – и как поставщиков секретной информации, и как публичных критиков Советского Союза.
Уничтожение КГБ СССР
В ночь с 21 на 22 августа 1991 года, после провала ГКЧП, был арестован один из его активных участников – председатель Комитета государственной безопасности СССР генерал армии Владимир Александрович Крючков. «Человек Андропова», Крючков на протяжении 14 лет – с 1974 по 1988 годы – возглавлял Первое Главное управление КГБ СССР, отвечавшее как раз за внешнюю разведку.
29 августа 1991 года новым председателем КГБ был назначен Вадим Викторович Бакатин – партийный работник из Кемерово, в 1988-1990 гг. занимавший пост министра внутренних дел СССР. Бакатин собирался реформировать КГБ, однако это реформирование обернулось развалом единой и структурированной советской спецслужбы.
22 октября 1991 года Комитет государственной безопасности СССР был упразднен, а на его основе созданы сразу несколько специальных служб. Функции пограничной охраны были переданы Комитету по охране государственной границы СССР, контрразведывательная деятельность – Межреспубликанской службе безопасности, а внешняя разведка отдавалась в ведение Центральной службы разведки СССР.
ЦСР СССР возглавил Евгений Максимович Примаков – крупный ученый, востоковед, единственный за историювнешней разведки гражданский человек, возглавлявший ведомство и, что интересно, спасший его если не от полного уничтожения, то от очень плачевного будущего. 2 декабря 1991 года первым заместителем Примакова был назначен генерал-майор Вячеслав Иванович Трубников – профессиональный разведчик, в 1990-1992 гг. возглавлявший отдел стран Южной Азии в Первом главном управлении КГБ СССР, а до этого руководивший резидентурой КГБ в Индии и Бангладеш.
Американцы убеждали Москву в ненужности разведки
После распада Советского Союза, когда окружение президента Бориса Ельцина находилось под влиянием американских партнеров, в Вашингтоне решили, что пора действовать более активно. И стали убеждать новое российское руководство если не вообще распустить разведку, то переформатировать ее под решение совершенно нелепых с точки зрения здравого смысла задач.
Например, американцы на полном серьезе предлагали сосредоточить внимание российской разведки за слежением за миграцией рыбы на озере Виктория. Там якобы местные жители наносили большой урон популяциям рыбы и предлагалось использовать российские спутники для наблюдения за ситуацией. Это предложение подавалось как «стратегическое партнерство», хотя по сути представляло собой воплощение мечты американцев о том, как «опустить» российскую разведку.
Самым сложным периодом для разведки стал 1991 год. В это время демократы активно развивали тему о том, что России вообще не нужны спецслужбы, что это – наследие «тоталитарного прошлого», с которым нужно покончить раз и навсегда, что теперь у нас с Западом – мир и дружба, поэтому и без ведения разведки против США и стран НАТО вполне можно обойтись. Разумеется, такие позиции проводники американского влияния отстаивали по непосредственному наущению своих покровителей из Вашингтона.
Однако демократам, находившимся под влиянием американцев, противостоял патриотический костяк руководства новых российских разведывательных органов. Поскольку в России, в отличие от стран Восточной Европы и Прибалтики, люстрация сотрудников спецслужб осуществлена не была, в Центральной службе разведки СССР, которая 18 декабря 1991 года была преобразована в Службу внешней разведки Российской Федерации, костяк руководства составляли советские профессиональные разведчики – патриоты своей страны, которые делали все возможное для того, чтобы предотвратить окончательный развал отечественных спецслужб.
Кто спасал российскую разведку
В предотвращении планов США по развалу российской разведки ключевую роль играли те люди, кто возглавлял СВР в начале – середине 1990-х годов. Прежде всего, это – Евгений Максимович Примаков, бывший директором Службы внешней разведки в 1991-1996 гг.
Блестящий
ученый, профессор, доктор экономических наук, Евгений Максимович
сочетал в себе исключительную интеллигентность, глубочайший интеллект и
беззаветную преданность Родине. Может быть, он и не соответствовал
обывательским стереотипам о разведчике как о «рыцаре плаща и кинжала»,
этаком «джеймсе бонде», но зато имел в себе мужество и силы
предотвратить развал внешней разведки и довольно быстро поставить ее на
службу новому государству – Российской Федерации.Не меньшими патриотами были и первый заместитель Примакова генерал Трубников, заместитель директора СВР генерал-лейтенант Вячеслав Иванович Гургенов (бывший резидент КГБ в Исламабаде в 1978-1983 гг. – в начальный период Афганской войны), Юрий Антонович Зубаков, другие генералы службы.
В сложные 1990-е годыИлья Полонский
