Как насчет одиночества? Стоит немного прислушаться к себе и всплывает черное облако, закрывающее собой горизонт для опытной птицы летящей вдаль. Одиночество сильно в своем непреодолимом желании побыть одному еще немного и еще совсем чуть-чуть, и потом опять одному. Так больно и страшно стоять около столба в парке и наблюдать за тающим на глазах снегом, он утечет и возродится, а ты не проронишь и слезинки. Когда то очень давно один человек недонес до тебя в своих сложенных ладонях теплое молоко, и ты так и не узнал, как пахнут утомленные мысли твоего желанного мира. Рассвет не дарит мудрости, и каждое открытие глаз сопровождается поиском неизвестного в таком знакомом окружении. Захваченность комплексом одиночества очевидна даже для самого себя, и так же слепа твоя вера в поиск ответа на вопрос – «что с этим делать?». Пройти дальше и сдержать порыв оглянуться на понравившийся цветок или пойти к нему навстречу и вдыхнуть запретный аромат сквозь металлическую ограду. Когда ты одинок, ты очень хочешь разделить свое одиночество со многими, и в этом стремлении, бежишь от этих немногих без оглядки, размахивая сжатым в побелевшей от злости руке букетом белых роз. Чем сильнее бежишь, тем выносливее и крепче мышцы комплекса, тем жаднее они будут поглощать калории, питающие твое Эго. Комплекс растет, ты уменьшаешься.

Захваченность комплексом одиночества и ты становишься великим апологетом просвещения собственного недозрелого чувства сопричастности. Великие обоснования твоей отстраненности подкреплены взмахом крыла вороны пролетающей над городом в плывущем тумане надежд. Ты уверен, что одиночество это нормально. Ну как нормально… пару фотографий котов и отпуск в пустыне, сплав по реке на тимбилдинге, чтение книг про жизнь великих людей и нахождение точек соприкосновения с близкими и не очень людьми. И все это за одну жизнь! Захваченный в плен мечтает о доме, захваченный комплексом мечтает о скором сне. Я не могу передать, как это сложно признаться себе, что все очень и очень плохо в моей жизни, я не знаю, хватит ли мне сил признать и принять это, я даже не знаю какой сегодня день недели. Комплекс создал меня и я призван служить ему преданно и безрассудно.

- Что там за горой?

- Там люди.

- Я смогу быть с ними одиноким так же как сейчас?

 - Да.

 - Тогда я побуду один.

Как я могу перебороть все это в одиночку и как я могу допустить в свою жизнь кого-то, если я совершенно беспомощен и наивно растерзан призраками прошлого, которые плавно текут из моего будущего, раздвигая просторы моего бытия своими холодными костлявыми руками. Совсем один, здесь и сейчас.

Комплекс нуждается во мне, так же как и я в нем. Мы созданы друг из друга и друг для друга. Мы есть одно целое. Однажды я убегу от него под покровом звезды в зените отчаяния, я тихо выйду из спальни и оставлю чуть прикрытой дверь, чтобы свет пронзил яростью рассвета глаза мирно спящего горя. Я выйду и приду к тебе, а ты все так же, не поднимая взгляда от своего отражения в зеркале, поприветствуешь меня, как и в тот раз, но уже без улыбки на лице. Это будет знак, что я изменился, ты поймешь это по своей тошноте от моей невозмутимой отстраненности. Я обниму тебя, просто так, близко и тепло, и ты будешь стоять, не зная что делать и слезы будут течь внутрь тебя, собираясь в тонкие струйки желчи. Я хочу быть свободным от комплекса одиночества и свобода придет за мной в гордом одиночестве.

Великая экзистенциальная тоска по потере своей первичной способности к инстинктивному поиску материнской груди и замене этой реализации инстинкта на насильственное вливание нам в глотки потоков жирной и трудноперевариваемой информационной жижи, привела к тому, что мы постепенно перестаем желать найти и переходим к необходимости отбрасывать лишнее (в лучшем случае), тем самым, лишая себя уникально связи с тем мнимым космосом, которым для нас есть мать, или же наш инстинктивный поиск себя в этом мире. Сейчас мы не ищем себя, сейчас нам говорят кто мы. Это даже не искусственное вскармливание, это нечто более симулирующее вскармливание и рост, это некий насос по высасыванию у нас нашей оригинальной способности быть другими, оставаясь собой.

Будущее переживается уже в настоящем. Мы растем и формируем себя в будущем своей неосознанной мотивацией идти в ногу со временем, приравнивая свою идентичность к духу времени. Что мы теряем и что приобретаем мы не знаем, все так условно, все границы стерлись и от нашего индивидуального осталось только коллективное. Масса становится все критичнее, и она уже набрала сил для порождения нового Бога внутри себя, нового коллективного Бога, который подобно предписанию восстанет и обретет новую жизнь в виде коллективного сознания сети. Бог требует жертв, и вновь жертвенные алтари наполнились кровью текущей по оптоволоконным проводам, струятся потоки, работают серверы, насыщается Бог, природного освещения в наших глазах все меньше и меньше.

Великая дающая мать –экзистенциальная тоска, накормит изголодавшихся по иллюзиям детей своих и даст им приют и утешение, любовь и заботу, каждый желающий будет принят в бескрайние просторы искусственного разума велико сети. Новый Вавилон строится уже сейчас, он могущественней чем старый, он виртуальны и поэтому не имеет границ в сознании. Все строители Вавилона  говорят на одном языке машинного кода, и как и прежде башня достигнет небес в своем величии, и строители разбредутся по своим унылым селениям говоря с призраками на непонятных языках реального мира.

Великая экзистенциальная тоска войдет в каждого из нас и принесет нам вечный покой и вечное забвение, а вместе с тем и новую жизнь в обещанном новом мире. Мы сами не заметили, как выполнили волю и завет и построили свой внутренний мир в виде внутренней сети. Мы тоскуем по наше природе и нашей свободе, и бежим от нее в себя. И это бегство от свободы будет стоить на очень дорого.

С ценами можете ознакомиться у ближайшего провайдера.

Приобретение индивидуации не обязательно будет сопровождаться счастьем или бурным переживанием восторга и радости, все может быть совершенно наоборот, и при этом наши ожидания счастья будут тут совершенно забыты. Но почему нельзя назвать это состояние счастьем? Разве не в этом его смысл, разве не в приобретении высшего (или низшего) своего образа мы усматриваем наше счастье? В этом вопросе много чего над чем стоит подумать. Счастье может быть в «несчастье» и от этого никуда не деться, ведь все что мы получаем по итогу и оказывается нашим.

И что же тогда мешает нам получить это счастье, что стоит у нас на пути? Найти причину своего несчастья могут позволить себе далеко не все люди, ведь зачастую может оказаться так, что мы сами генерируем свое «несчастье» и платим за его приобретение своем счастьем. Выходит абсурдная ситуация, когда в погоне за счастьем мы приносим его на рынок счастья и обмениваем на несчастье. Что в этот момент происходит с нами? Можно конечно сказать, что нами движут наши комплексы, обиды, схемы, паттерны и прочее другое, но по большому счету мы ведь сами все это делаем. Я здесь вижу главную причину неудачи в погоне за счастьем – это ложность выбранного пути, или проще говоря, разная приоритетность заданий. Например, мы можем думать, что мы станем счастливее, заработав больше денег, и при этом, мы можем просто удовлетворять свой ненасытный комплекс «бедного человека», от насыщения которого мы никак не станем счастливы, просто потому что насытить его невозможно, ввиду его нереальности.

Так что выходит, что на пути к счастью есть «условия», при которых оно возможно? И если выполнить эти условия то станешь счастливым? Возможно, и есть то, что приведет нас к желанному состоянию, и я даже думаю, что это что-то – это и есть мы сами и все то наше естество, которое есть в нас, и которое мы так тщательно скрываем сами от себя. Хотя, говорят, что от себя не уйдешь. Скорее всего, стоит не ходить так далеко и не искать что-то, а обратиться внутрь себя, немного прислушаться к своим чувствам и реакциям, понаблюдать за собой, поговорить с собой. Мы точно знаем, чего мы хотим, и мы точно знаем реально оно или нет, и мы точно это можем, вот только не всегда мы честны с собой. И в этом месте рвется волшебная нить от клубка, ведущего нас в желанное счастье. Клубок катится дальше, а мы стоим с оборванным концом нити в руках посреди живого леса людей и становимся в этот момент одним из неподвижных деревьев. И за нами не видно никого и ничего.

Я иду на автомате, мои чувства спят под толщей непрожитого сна в котором я …я все забыл. Я бесчувственный, мои мысли пытаются все вместе меня в этом убедить. И я верб им сейчас, пока я иду, пока я просто позволяю им пользоваться моим мозгом, пока я бесчувственная водоросль в океане чувств. А вокруг жизнь! Она будит меня своим дыханием ритма, я колышусь в такт и мое тело оживает. Я верчу головой туда-сюда, я двигаю ногами, я ищу взглядом хоть что-то, что напомнит мне о моей стремлении, о том, зачем я вообще сейчас тут иду.

Я привык думать. Я думаю о чувствах. Я не проживаю их, а подобно водоросли колышусь на волнах своих мыслей, они гонят и гнут меня, по моему же желанию. Я гнусь в сторону денег, я алчный и жадный, и вот новая волна, и я гнусь в сторону «пользы», которая обещает мне беспроблемную жизнь. А жизнь, она ведь совсем другая, она не мешает мне чувствовать. А что же я? А я думаю. Я думаю про то как я мог бы разозлиться в том месте и в то время, как летел бы стул в стену и с треском об нее разбивался, но я не бросил его, а просто тихо сидел и очень умно рассуждал. Но стул уже улетел, и злость моя радостно потирая руки о засаленную тряпку весело смахнула мусор прямо мне в лицо. Я отерся, посмотрел на руку и задумался, что же все это означает. Я мыслитель, я не жилец. Я просто все это терплю. И страдаю. Но как же умно я страдаю!

Поток чувств как черное облако постоянно над моей головой, я бегаю за ним не понимая, что оно бежит вместе со мной всегда и везде. Я прыгаю в надежде зацепить облако рукой, и оно подпрыгивает тоже вниз. Куда бы я не пошел, оно всегда со мной, и со мной всегда мой верный зонтик мыслей, который надежно защищает меня от мнимой влажности и пасмурности, говоря мне, что я могу промокнуть и простудиться под этим некрасивым и неприемлемым облаком чувств. Но как же я хочу побегать под дождем по лужам и весело упасть в не так чтобы забрызгало всех вокруг моим злостным восторгом эмоций. Мой внутренний родитель всегда держит меня за руку, он знает, что для меня лучше. Мы ходим вместе, он и я.

Но как же легко я проигрываю свои чувства в себе потом. Я буквально захвачен этим потоком, он несет меня туда в ту непрожитую ситуацию, и я ее проживаю вновь и вновь все ярче и ярче, и я очень далек от себя и от мира в это время, безнадежно далек. Водоросли сами плывут куда им хочется и океан для них в этот миг всего лишь наполнитель пространства для поддержания их иллюзии всевластия и всесильности. И все это до первого мысленного шторма, который затопит тебя всего и заставит роптать вися одиноко на железном пруте посередине бушующего океана, который всего лишь хочет принять тебя к себе.

Я мыслю, значит я существую. Мне кажется тут что-то было не досказано. Или не прочувствованно. Или не прожито.

 https://www.facebook.com/stefanenko.psy/posts/2026016190988449

Достаточно хорошая мама всегда рядом, она помнит про тебя, и она знает, что тебе нужно. С самого первого дня, она как твой ангел хранитель оберегает тебя от любой напасти в этом мире, которые ты потом откроешь сам для себя по-своему. Эта мама способна принять тебя в свои объятия и обогреть своим теплом, она понимает тебя даже когда единственное что ты можешь, это лишь смотреть на нее своими большими и прекрасными глазами. Достаточно хорошая мама переводит твой язык архаичных и непонятных символов души в понятный и доступный язык речи и жестов, отдает все это тебе, и ты этим пользуешься. Ты пользуешься материнским аппаратом мышления и принимаешь ее переработанные символы как свои собственные. Ты ей, она – тебе обратно. Так происходит усваивание мира в том виде в котором он для тебя предстает в виде матери. Как она его представит, таким он и будет для тебя. Ты вбираешь ее часть в себя, ее инструмент мышления, данный тебе пока что в аренду, порождает в тебе новые части для дальнейшего роста. Твое Эго состоит в том числе из достаточно хорошей мамы, которая будет в таком виде всегда твоей частью, твоей анимой. Достаточно хорошая мама - это тот человек, который в состоянии выйти из послеродового психоза и не впасть в послеродовую депрессию, и не повторить таким образом эти первые две стадии развития младенца. Эту маму не увлечь за собой в цепком слиянии, она будет надежным оплотом здорового мира в твоей душе.

Достаточно отдаляющяяся мама всегда рядом, она всегда около тебя, она уже приближается к тебе, она создает это свободное пространство между тобой и ней для наполнения его достаточно хорошими переходными объектами. Эта мама наполняет тебя надеждой, которая всегда будет сбываться, и при этом она дает тебе достаточный для тебя страх, фрустрацию, которая будет постепенно закалять тебя и создавать в твоей душе пространство для творчества. Приближаясь к тебе на твой зов с каждым разом все дольше и дольше, эта мама дает тебе твое пространство, твою сильную творческую сторону, твою самостоятельность которой ты воспользуешься потом. Достаточно отдаляющяяся мама твой верный друг и соратник, который переживет с тобой все твои боли и печали, и сделает это так, чтобы ты при каждом новом случае держался сильным и храбрым, или просто знал, что ты точно выдержишь все это и потом спокойно пойдешь дальше. Эта мама беспокоится о тебе, любит тебя, ценит тебя, и она на достаточном расстоянии от тебя чтобы ты мог спокойно распахнуть свои крылья и без препятствий выпорхнуть из гнезда.

И та и та мама, конечно же могут быть одним и тем же человеком, и большое счастье что твоя мама была именно такой. И нет ничего страшного если твоя мама не была такой. В любом случае она была, есть и будет. Часть ее всегда в тебе. И от того примешь ты эту часть ее или будешь и дальше с ней спорить зависит так классно ты проведешь этот и следующий день.

 https://www.facebook.com/stefanenko.psy/posts/2017148728541862

Анализ.

Мир, который не удовлетворяет мои потребности.

Так уж случилось, что мы именно такие какие мы есть. Кто в этом виноват или благодаря кому все это произошло, в какой среде все это происходило и есть ли тут доля везения или неудачи. Все эти вопросы можно всегда и везде услышать при анализе какого-то конкретного случая жизненной ситуации. Но что делать, когда есть стойкое убеждение в том, что мир не удовлетворяет наших потребностей?

Для начала стоит уточнить, что из себя представляет в данном случае мир и из чего и кого он состоит. Если мы оглянемся немного назад, то увидим, что мир, в начале нашей жизни, был представлен в обличии матери, которая и была представителем мира в нашем восприятии. Затем, при взрослении и нашем росте мы начинаем дифференцировать себя, людей и собственно говоря мир, в том остаточном объеме в котором он есть, т.е. во всем что нас окружает. Следовательно, идея про неудовлетворяющий потребности мир зарождается еще в самом начале жизни и связанна она с одним конкретным человеком. Тут можно много дискутировать на эту тему, и для простоты, я обращусь именно к этой модели развития общей неудовлетворенности.

Итак, мы пришли к очередному этапу нашей жизни, и мы живем в мире, который, по нашему мнению не удовлетворяет наши потребности. Что в данном случае есть потребности? Если следовать по модели описанной выше, то это те элементарные потребности которые могут быть доступны младенцу, т.е.: безопасность, любовь, принятие, наполненность (сытость), и я бы еще выделил среди всего этого наличие субъект-объектных отношений и возможность в них экспериментировать (творческая часть). Будучи взрослыми, мы ощущаем нехватку одного из этих компонентов и переводим эти бессознательные стремления к этим компонентам в осмысленные (прошедшие сквозь слой наших защит) желания. На выходе мы получаем жажду денег, власти, признания, желания быть модным и знаменитым, и как следствие либо маниакальное стремление к получению всего этого богатства, либо депрессивное избегание своего вмешательство в контактирование с миром и людьми за право обладания этими богатствами. Я не думаю, что и тот и другой вариант в остром виде имеют преимущества или недостатки, они просто не приводят нас к желаемой цели. Ни в одном ни в другом случае, мы по факту не удовлетворим своих истинных потребностей. Я считаю, что удовлетворить их можно либо напрямую (мать-дитя), либо в «переработанном» в анализе виде через долгий путь осознания и принятия себя, своей потери, и своей способности что-либо сделать с этим.

И все же, как жить в мире, который не удовлетворяет моих потребностей? Как устоять в борьбе с раздирающей изнутри обидой (подавленная злость) или не поддаться трансформационной силе ненависти и не стать ложной личностью (персоной)? Я думаю, что вариативность форм, кем можно стать в результате неудовлетворенности в разы превышает вариативность форм, кем можно стать будучи удовлетворенным. Ответа на вопрос «как жить» и «что делать» у меня нет. У меня нет заготовок и клише для мгновенных действий и экстренной помощи. Да. Есть в этом неудовлетворяющем мире анестезия (наркотики, алкоголь), но и они не лечат и не объясняют ничего. Получается, что жить можно путем исследования проблемы и поиска путей ее решения, путем проживания ее заново и коррекции «неправильно усвоенных» элементов. Это как тренировка в акробатике, для правильного выполнения сальто приходится немало раз падать, и с каждой новой попыткой упражнение становится все более податливым и легкоусвояемым.

Перестроить себя и свои отношения к неудовлетворяющему миру это тяжелый и кропотливый труд (если не брать в учет координатную ось наркотики – гипноз). На все хорошее нужно много времени.

 https://www.facebook.com/stefanenko.psy/posts/2014478522142216

Секс без любви крайне распространенное понятие и на практике оказывается весьма неплохим масажором для напряженного эго и входным билетов в мир непреклонных поборников правил и ритуалов. По своей особенности мир очень импульсивный и холодный.

Любовь без секса встречается, хотя и реже. Приверженцы этого варианта либо дикие лгуны самим себе, либо неисправимые романтики, сбежавшие с последнего звонка в школе в погоне за воздушным шариком. Любить – это главное для них и утопая в неге чувств они симпатизируют конечно же сами себе, ну и понятное дело, что секс с собой возможен, но в крайне ограниченной форме. Так вот и живем, прерываясь на реальный секс в перерыве от маструбации.

Но, моя инвазия бессознательного в наше коллективное супер-эго, вовсе не про то о чем многие подумали. В принципе любовь и секс в моем понимании - это своего рода прообразы экстраверсии и интроверсии. Чувственность – это любовь, размышления – это секс. Метафорическое поле тут настолько широко, что я даже теряюсь в таком огромном выборе подбора пар и эпитетов. Любить чувствовать и чувствовать любовь, думать о сексе и «трахать мозг», это очень живые примеры и очень яркие представители того, о чем я хочу написать.

Интроверсия и экстраверсия – противоположные тенденции, которые в чистом виде встречаются крайне редко, как и чистые виды секса и любви. Быть в себе и быть с другим, вот о чем я хотел поговорить. Как совместить эти тенденции в одном индивиде или как принять эти тенденции в другом индивиде.

На этом минном поле «разности» можно запросто взорваться гневом и истерией, тут нет минеров и нет врачей спасателей, тут разрывает на части сразу и на долго. А всего лишь навсего, речь то идет о разном восприятии движения информации, чувств, разном отношении к интуиции в этом мире для разных людей. И насколько мы в этом оказываемся слепы и глухи, настолько нам и не достает любви или секса.

Ведь все это можно получить стоит лишь принять тот факт, что все мы разные. И даже если случается, что рядом с вами оказывается «одинаковый» по первичным признакам человек, дальше все равно ваши индивидуальности разойдутся, и вы не сможете соприкоснуться абсолютно всеми точками вашей души. Никогда.

Будьте более щадящими к друг другу. Никто не знает когда мы увидимся в последний раз.