Нетрудно оспорить, что нет позитива
В стихах, предваряемых звуками "не"
Взять хоть бы мои, в них - ни грамма, ни гривны
Того, что минорит донельзя. Вполне
По силе любому, кто в школе учился,
Найти положительных тем большинство.
По модулю хоть бы, квадратом абсциссы
Берите моих ординат естество.
И пусть я не вспомню иных сложнословий,
А те, что использовал - все невпопад,
Но, всё-таки: Друзи, подруги, пановэ,
Вы лЮбые мне, не любЫе :) Цэ-факт.

Я   СЛУШАЮ.

~~~~~~~~~~~~~

Я  слушаю свой внутренний голос.

Он говорит со мной разными языками.

Прислушиваюсь к хору.---Он в нас.

Знаю свои  мотивы.--- Проявлены сами.

*******        / январь 2010 года /

Я общаюсь с тобой эхом,
Ты мне шепчешь два слова тихо.
Я скучаю за громким смехом,
Ты считаешь, что это - дико.

Я общаюсь с тобой светом,
Ты мне шепчешь густым туманом.
Я скучаю за нашим летом,
Ты зовешь его своим шрамом.

Я кричу тебе диким ветром.
Ты молчишь кирпичной стеною.
Я иду к тебе, метр - за метром,
Ты считаешь меня - игрою.

Я молчу в никуда дождями,
Ты же - просто стоишь под зонтом.
Я впиваюсь в себя. Гвоздями.
Так добей же меня. Кнутом.

Романтики більше не буде.

Зім'яв її, викинув в урну.

Порожні зібравши слова,

Вона й так вже була нежива.

Романтики більше не знаю.

Не вірю, не рвусь, не чекаю.

Прощай, моя юність жива,

Погрузла у мертві слова.

Я серце своє не картаю,

Що не прагну, не б'юсь, не кохаю.

Воно хворе, тому непідсудне -

Романтики більше не буде.

Как сложна формула ума.
Как изменилось наше время.
Как же понятна простота
И как сложна одновременно.

Безумный облик вас смущает,
А простота теперь чужда,
Блестящий лоск всех вдохновляет.
Реальность взору не видна.

Были понятны все слова
Теперь у них уж два значенья.
Друг друга понимали без труда.
Те дни давно нашли забвенье.

Ломаем голову над речью.
И умирает простота...
Виной тому безчеловечье
И деградация ума.

Р Е Ш Е Н И Е.

=============

ЗАЧЕМ  ЖЕ  ГНАТЬСЯ  ПО  СЛЕДАМ

ТОГО, ЧТО  УЖЕ  ЗАКОНЧЕНО?!

СВОИХ  Я  ПРИНЦИПОВ  НЕ  ПРЕДАМ !

УЗЛЫ  РАЗВЯЗАНЫ! НОВЫЕ ?--- НЕТ !  КОНЧЕНО.

*******

/ январь 2010 года /

постели мне в комнате постель,

на подушке уложи кальца*...

ну и хер, что за окном - апрель:

я хотел бы вьюги без конца  

кто-то задом мнёт горчичный плед

и отнять чернила норовит:

белый шум и чёрный-чёрный лєд

и мадам, стервозная на вид.

тётя Сука, дай блатной билет!

в общем едет пьянь и голытьба.

мне б в купейном  ехать на тот свет,

да от тьмы отмыться - не судьба

я пишу последнее прости,

на картине - черти и черта.

Эй ты! Кто-то! Грех мой отпусти,

Тот, что я не грешен ни черта.

из соплей не плавится елей

ночь глотает мной остатки дня

и не хватит миру костылей,

если ампутируют меня

ты протри мне трёхшнурковый лоб,

что от жара вплавился в мозги.

между ног шевелится укроп,

и текут из булок пироги

чтоб изъять чудесного меня

сука сучья тянет из земли...

ставлю точку. Подпись. "Жизнь - хуйня. 

Ваш до гроба, Сальвадор Дали"  

Я заблукав у власному лiсi
Високих та розлогих почуттiв.
Моэ небо зависло на стрici
A cвiтогляд пiд нею засiв...

Спорожнiлий мiй мозок вiдтворюэ
Якiсь рифми, обривки пiсень,
Десь далеко,там, совiсть поколюэ
Та думки поiдаэ мiгрень...

Моя iжа сьогоднi, лиш кава,
А повiтря - то дим сигарет,
Гiркотою наповненi барви,
Ось душi моi чистий портрет...

Мой февраль-лишь фрагмент гобелена Что заботливо выткан руками, Дни- растрёпаны и белогруды, Опьянели от истин простых. Рассыпаюсь под звуки Шопена То ли нотами, то ли цветами. Жизнь искусно вплетает секунды, Меж снегов и огней золотых.

Недалече - хохот пьяных хамов.
Рвут штандарты, воры, на онучи.
Ночь. Развалины Воздвиженского храма.
Умирает Гвардии поручик.

Взгляд печальный растворился в небе.
Тихий шепот: - Господи помилуй.
Мне бы жизни хоть щепотку... Мне бы
Саблю удержать... Немножко силы...

Умирает. Старый мир разрушен.
Бурей и чумой ворвался новый.
Урожайный, чёрту, выпал век на души.
От огня и кровушки багровый.

Век с оскалом Беломор – Канала,
С честью, захороненной в Гулаге.
Век царя. От Трона до Подвала.
И весны, осиротевшей в Праге...

Недалече – виллы тех же хамов.
Дикий, сучий век! Ей-богу, сучий!..
Ночь. Развалины Воздвиженского храма.
Умирает Гвардии поручик...