Оставайся собой! дружище Аскольдъ

  • 24.03.17, 12:31
Как тебя любили, возносили и поили вином.
Как тебя гнобили; били, били; поливали говном.
Этот бой! Значит, - будет огонь! 
Не сгибайся! Не сдавайся! Не меняйся! Оставайся собой!

Рыбам в море лучше, но на блюде их закончатся дни.
Свиньи шли на студень, только люди оставались людьми.
Этот бой! Значит, - будет огонь! 
Не сгибайся! Не сдавайся! Не меняйся! Оставайся собой!

Время нажимает, поджимает невидимой рукой;
Ты взлетаешь. Ты ныряешь. Ты не знаешь, кто ты такой.
Этот бой! Значит, - скоро отбой.
Не сгибайся! Не сдавайся! Не меняйся! Оставайся собой! (с)

Za*ra*za девушка бухгалтер

  • 17.03.17, 13:33
Вся в авансах она,
Без клубов, танцев, одна.
В компьютер смотрит весь день
И не нужна ей весна.
Я жду ее целый год.
Но только мне не везет.
Она опять занята:
Она сдает отчет.

И не нужны ей букеты, конфеты, кабриолеты,
прошла зима, прошло лето, а я не вижусь с тобой.
Пропало восемь билетов, мне не дождаться ответа,
Пока она не закончит свой отчет годовой.(c)

Танцуй Королева De Stress

  • 16.03.17, 12:32
Танцуешь ты, твой час настал.
Все смотрят. В танце есть накал.

Ночь. Пятница. И клубные огни.
Реши, куда тебе пойти, 
Чтоб ритм танца подошел,
Тебя в движение привел.

Пришла, чтоб короля найти. 
Любой им может стать. 
В разгаре ночь. Танцуй еще.
Шанс получи опять!

Ты – королева. Ночь твоя. 
Тебе всего семнадцать.
В такт тамбурина всех зажги. 
Сегодня ночь для танца.

Дразни чуть-чуть. Всех вдохнови.
Пусть догорят, танцуя.
И снова ты свой шанс лови.
Танцуй, танцуй, ликуя.

Ты – королева. Ночь твоя.
Тебе всего семнадцать.
В такт тамбурина всех зажги. 
Сегодня ночь для танца.


Геварыч, как художник художнику, а вы рисовать умеете?

  • 14.03.17, 14:44
Хоть рисуй, хоть не рисуй, всё равно получишь .....    деньги, однако, сморозил.
Микеланджело и Брюлов с июньским полднем, все девушек любят




25%, 4 голоса

0%, 0 голосов

13%, 2 голоса

13%, 2 голоса

19%, 3 голоса

31%, 5 голосов
Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.

Ни рыба ни мясо, ЗМЕЕв не ЛОВите

  • 13.03.17, 14:00
Ни рыба ни мясо ни богу свечка ни черту кочерга, ни два ни полтора, ни пава ни ворона, ни то ни се, никакой, неопределенный, ни пришей ни пристегни, середка на половину, ни в городе богдан, ни в селе селифан, серединка на половинку, середина на половину



23%, 5 голосов

0%, 0 голосов

18%, 4 голоса

5%, 1 голос

5%, 1 голос

14%, 3 голоса

14%, 3 голоса

23%, 5 голосов
Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.

Хто не заховався Міс Марпл не винна

  • 10.03.17, 09:37
— Глаз от машин оторвать не можешь?
— Просто любуюсь формами.
— Ты что, из тех, кто предпочитает машины женщинам?
— Я из тех, кто может оценить красивые формы в любой модели.(с)


59%, 13 голосов

18%, 4 голоса

0%, 0 голосов

0%, 0 голосов

23%, 5 голосов
Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.

Вы наше все, и все Вам

  • 08.03.17, 15:03
Преклоняюсь, поздравляю, Вы лучше нас, с праздником, наши прекрасные половинки !


С такими рожами, возьмем да и припремся к Хельге

  • 02.03.17, 13:54
Красиво одевается. Красиво говорит.
И лечит паранойю, ОРЗ и простатит.
Ну а мы, с такими рожами, возьмем да и припремся к Хельге...(с)

На цім світі пий, соколе. Хубыч, будь здоров!

  • 01.03.17, 10:09

З того світу вороття не бува ніколи
І тому я п’ю життя, мов росу ранкову.
П’ю невдачи гіркоту і солодкий успіх,
Суєту і самоту, щастя і біду.

Приспів: На цім світі пий, соколе,
На тім світі не дадуть.
Мертві бджоли, мертві бджоли,
Мертві бджоли не гудуть.
На цім світі пий, соколе,
На тім світі не дадуть.
Мертві бджоли, мертві бджоли,
Мертві бджоли не гудуть,
Мертві бджоли, мертві бджоли,
Мертві бджоли не гудуть!

П’ю в тумані на зорі дикий мед кохання,
Бо живу я на землі вперше і востаннє.
П’ю до дна, до дна, до дна муки і страждання
І хмілію без вина, бо в душі — весна!

Приспів.

Вічний дурень, хто не п’є радощі і тугу,
Бо Всевишній не нальє і святому вдруге.
Після того, як доп»ю все життя до краплі,
Пісню чутиму свою в пеклі і в раю!

Шахтерские байки, на конкурс

  • 15.02.17, 17:03

 

    Петрович выезжал в клети на-гора. На последних двадцати метрах до поверхности  яркий запах спелой пшеницы ворвался в легкие. Главный вентилятор  дул с пристрастием, подхватывая все запахи поверхности. Первые лучи солнца резали глаза, и стволовая «вахтерша» сигнальщица Лидка, хорошая девушка, с улыбкой встретила новую партию  чумазых шахтеров, сверкающих  белыми зубами. Широко улыбались и спешили в баню, быстрее смыть кто шампунем, кто мылом  все подземные негаразды.

   Петрович не торопился, еще надо было зайти в кузницу, отклепать кайло. Досталось ему сегодня, стало тупое как весло.

   Присев на бруствере, с которого была видна благоухающая степь, послушав пение жаворонка, Петрович закурил, затянулся крепким дымом табака, выключил коногонку.  Думал не за тяжелую смену с обвалившейся нишей и отсутствием порожняка, а как перед сменой друзей выручал.

    Надо же было вчера, утром, в девять часов попасть на, так называемую, банку (три литра самогона на восемь человек). Выставлялся крепильщик Серега, одаренный коллективом  спиннингом, по случаю дня рождения. Немного посидели, немного выпили. Из восьми шахтеров, Серега был самым мелким, росточком  метр шестьдесят и весом  килограммов пятьдесят. Говорят, бывший дальнобойщик. Первым он и сдулся. Чтобы не было эксцессов, решили его довести до дома. Где-то на полпути, Серега, каким-то образом, оказался в канаве теплотрассы. Желтая жижа из глины и воды сделала его похожим на космонавта в скафандре, и выбраться из трехметрового плена ему было немного проблематично. Почесав затылок, суровый комбайнер Николай сказал: «Кекс тебе в карман», предположил, что его проще закопать, чем вытаскивать. Петрович, по старшинству, показал ему кулак, и послав в интернет, первый полез вызволять коллегу. Когда, всего измазанного Серегу, не менее измазанный Петрович иже компания, доставили на пятый этаж и позвонили, в дверях показалась жена Сереги, гренадер килограмм сто двадцать, Танька в комбидрессе. Обгоняя друг друга, неслись они по лестнице, как пацаны, под громкие крики: «Сам напился, и еще собутыльников в гости привел …»

   Петрович еще раз затянулся долгожданной сигаретой, выпустил струйку дыма в голубое небо. Потер ушибленное колено, вспомнил огромные, как блюдца, от страха, глаза горного мастера, бегущего на четвереньках от заваливающейся кровли ниши. Улыбнулся и пошел усталой походкой по родной шахте.