Вдруг окликнет тебя по имени,
Что-то странное, непонятное,
С глазами огромными, синими,
Рычащее что-то невнятное.
Ты застынешь объятый ужасом,
На всего лишь одно мгновение,
Пока в этом ужасном чудище,
Не узнаешь свое отражение.
© William van Warg
Останні статті
- «Колодец»
04.04.2024, 00:52 - «Мои розы»
13.08.2023, 15:56 - «Грусть даётся для слёз»
27.07.2023, 22:03
- Останься.
- Не могу.
- Не можешь, или не хочешь?
- В этом есть какая-то принципиальная разница?
- Я просто хочу знать.
- Лучше бы ты хотел знать намного больше и намного раньше.
- Ты опять о своем.
- Каждый из нас говорит о своем.
- Я бы хотел поговорить о «нашем».
- Нет никого «нашего», так же как и нет никаких «нас», когда уже ты, наконец, поймешь это?
- Я понял это уже давно. Понял, но не хотел принимать. И не хочу, по сей день.
- Это уже не имеет значения.
- Все имеет значение, пока мы живы, пока мы дышим, пока мы рядом, все имеет значение.
- Мы рядом только физически. А так то, каждый порознь, уже давным-давно живет в своем мире.
- Я все равно не понимаю.
- Чего именно?
- Почему эти миры не могут быть вместе? Почему не могут сосуществовать в одной вселенной?
- Одной вселенной? А ты уверен, что она одна для нас обоих? Ты можешь с уверенностью сказать, что мы вообще разделяем одно пространство и время?
- Ты усугубляешь.
- Да… Но я имею на это право.
- Почему это?
- Да потому, что ты отдалился от меня на расстояние своей вселенной уже очень давно. Зачем, зачем ты пытаешься удержать меня?
- А какой у меня есть выбор? Я не смогу без тебя жить!
- Сможешь.
- Я умру!
- Чушь.
- Почему ты не веришь мне?
- Потому, что ты говоришь глупости.
- Мои чувства для тебя – глупости?
- Твои чувства, когда-то, для меня были всем. Ты – был для меня всем.
- А теперь я для тебя ничто?
- Нет… ты снова за свое. Сколько раз мы будем это обсуждать?
- Столько, сколько будет нужно!
- Нужно для чего?
- Нужно, что бы я смог понять, почему я, тот, кто был для тебя всем, теперь ничто!
- А разве ты еще не понял?
- Не понял что?
- Что это ты был для меня всем… А я всегда была для тебя чем-то.
- …
- Задерни занавески и не забудь поливать цветы.
- Ты вернешься за ними?
- Я вернусь… за ними.
- Знаешь, а все могло быть иначе.
- Могло. Но теперь все так, как есть.
- Что ты скажешь, когда будешь стоять там, на пороге с чемоданом?
- Ничего.
- Просто возьмешь и молча выйдешь?
- Да, пожалуй, это самый оптимальный вариант.
- И тебе нечего мне сказать?
- О нет, есть чего, очень даже много чего. И я бы сказала…
- Но?
- Не «но», а «если бы». Если бы был смысл что-либо говорить. Знаешь, чем сильнее любовь, тем сильнее разочарование.
- Это ты к чему?
- Да все к тому… что я любила тебя больше всего на свете.
© William van Warg
Бей окна, вырывайся сквозь стекло,
Кричи, дерись, режь крылья и ломайся,
Другим на зависть и судьбе назло,
Достигни неба и ни в чем не кайся.
© William van Warg
Где-то на краю земли, от всего и всех вдали,
Мы крушение потерпим, словно в шторме корабли,
Воют, стонут небеса, в тряпки рвутся паруса,
Но идя на дно, мы слышим лишь друг друга голоса.
© William van Warg
Мы крушение потерпим, словно в шторме корабли,
Воют, стонут небеса, в тряпки рвутся паруса,
Но идя на дно, мы слышим лишь друг друга голоса.
© William van Warg
Я гублю себе у великому місті,
Поламані ноги, відрубані кисті,
Погасло багаття, розбиті софіти,
І кимось у темряві зібрані квіти.
З минулої повні виють собаки,
На вишиванках жевріють маки,
Плачуть багаті, бідні сміються,
Ті що уходять, не повернуться.
/Де мої янголи?
Де і коли вони тут були?
Чом не допомогли?
Чом не забрали якщо могли?/
Зорі стрибають з неба на небо,
Я вже не знаю, що мені треба,
Без обіцянок і без пробачень,
Я зариваюсь у рів передбачень.
Десь там обіцяне долею щастя,
Перша любов, перше причастя,
Десь там обіцяна довга дорога,
Від серця матері, до серця бога.
/Де мої янголи?
Де і коли вони тут були?
Чом не допомогли?
Чом не забрали якщо могли?/
/Де мої янголи?
Де і коли вони тут були?
Чом не допомогли?
Чом не забрали якщо могли?/
© William van Warg
Не важно, что я говорил, что думал, чем был увлечен,
Ржавеет белый мой доспех, в который был я облачён,
Слабей захват, и чахнет конь, а ты просила, подожди,
Но вот моя тебе рука, вот сердце, так давай же, жги.
© William van Warg
Мы смотрели на небо, ожидая парада планет,
Исполняя сонеты на струнах сердец друг у друга,
Но боялись покинуть границы священного круга,
Был ноябрь, надежда на что-то и вкус сигарет.
© William van Warg
Дрова в старом камине мирно потрескивали. Пламя плясало, заставляя немногочисленные предметы интерьера отбрасывать причудливые тени. Тролль сидел согнувший на маленькой скамье и, упершись локтями в бедра, изучал указательным пальцем полость своего огромного носа.
Принцесса, молча, расчесывала шерсть на спине тролля, гордовито восседая на грубом, деревянном стуле с несколькими подушками в качестве смягчителя.
– Странные вы все-таки – принцесса запустила гребень в серо-зеленую шерсть.
– Кто это «мы»? – проворчал тролль, не вынимая пальца.
– Ты что, опять колупаешься в носу?! – прикрикнула принцесса, замахнувшись рукой с гребнем.
– Нет! – тролль выдернул палец, выпрямился и повернул к ней голову, – с чего это ты взяла!?
– А то по голосу не слышно, – она опустила руку и продолжила, – и смотри мне, ты обещал.
– Да помню, помню, – тролль вновь согнулся, громко выдохнув, - так что это за «мы», которые странные?
– Ну как же, «вы» - чудища.
– Пфафф, конечно странные, иначе вы, люди, нас чудищами не называли бы.
– Не-е-ет,- протянула принцесса, – я не я не про вашу внешность, а про ваши повадки.
– Повадки?
– Угу, в особенности про этот странный промысел с воровством принцесс.
– А что тут странного? – тролль пожал плечами, - сидишь один, в своей трущобе, перебираешь камни, пугаешь оленей, раз в пятилетку встречаешь какого заблудившегося всадника, – на морде тролля растянулась злая ухмылка, - и смотришь, кто кучу больше накладёт, он, али его конь.
– Фу, Альмагрфир, давай без таких подробностей?!
– А ты нос не морщи Лисана, я тролль и повадки у меня такие же, трольские, по лесу хожу, брожу, с куста ем, под куст сру!
– Да, да, да, помню, помню, – принцесса закатила глаза и дернула гребнем запутавшуюся прядь, тролль фыркнул, но смолчал, - продолжай мысль.
– Да что там продолжать, живешь вот так из дня в день… скучно.
– И это повод, что бы красть принцесс? Почему не девку с ближайшего села, если просто скучно? Ну, или уж, если не просто, то почему не пригласить кого-то, – Лисана замолчала, подбирая слова.
– Такого же странного? – предположил тролль.
– Как минимум. Есть же женщины тролли?
– Есть, конечно, как мы, по-твоему, размножаемся? Из выгребной ямы вылазим али как?
– Нет! Что ты?! Фу!
– Ну вот.
– Что «вот»? Принцесс то чего крадете?
– Ох, слушай, дело ведь не только в скуке, да и баба у меня есть – Альмагрфир почесал затылок, – но так повелось, испокон веков, понимаешь?
Лисана помотала головой, тролль этого не увидел, но и так понял, что не понимала.
– Мы, чудища, крадем принцесс, что бы всяким там принцам, графам или просто рыцарям было кого спасать, было с кем померятся силушкой. А уж ежели он нас одолевает, значит хорош, достоин, защитить сможет и можно вас ему в руки отдавать. А мне пока, между делом, есть с кем поговорить, с хозяйством помочь, заодно приучить, так сказать, по мелочам управляться, да и родители ваши, короли с королевами, дай им боги здоровья, отдохнут маленько от вас, видишь как все складно?
Принцесса несколько минут молчала, молча расчесывая шерсть.
– Складно, да не складно.
– Чавойта?
– Нет, ну а что-то за способ мне мужа выбирать? Кто тролля победил, пусть тот и забирает! А может, я не хочу! Может, я с человеком поговорить хочу, познакомится, узнать его.
– Поживешь да узнаешь.
– Ну уж нет, что это за знакомство с мужем за день до брачной ночи?
– Слушай, что и как там у вас потом сложится не мое дело. Я тута посредник. Еще мой дед Альграмфир, ровно как и твой прапрадед Георфан завещи нам эти устои. Так везде, в каждом королевстве, где дракон, где мантикор, где такой же тролль как я. А что до мужа, попадется дрянной, пошлешь папке весточку, он его под конвоем и на плаху!
– На плаху?! – у Лисаны дрогнул голос.
– Ну, может не на плаху, так к столбу, али в яму на пару деньков. В общем, зря ты волнуешься.
– А я и не волнуюсь, вот возьму и останусь тут, с тобой.
– Это уж вряд ли, - тролль расплылся в улыбке, – скоро моя Яргуветта вернется од родственничков своих, с северных болот при Боссоне которые, и коли учует чужую самку в доме, то порвет в клочья!
– Меня?! – изумилась принцесса.
– И тебя, и меня и всю царскую кавалерию, которая на шум сбежится, – Альмагрфир расхохотался, - она у меня огонь! Ель гнет так, что белка соскочить не успевает!
– Ну надо же, – хихикнула принцесса.
Внезапно за окном раздался топот копыт, а через несколько мгновений и крики в которых преобладали слова «чудище», «поганое», «бой», «принцесса», «спасать».
– Похоже, еще один, – тролль и девушка встав, подошли к окну.
– Ага, – задумчиво протянула принцесса, – Альмагрфир?
– Что?
–Этого сильно не увечь, симпатичный вроде.
Тролль закатал глаза.
– Ладно, ладно, вот платочек, ступай на чердак, как махать и что кричать ты знаешь.
Тролль нагнулся и вручил ей белоснежный, хлопчатый платок. Она чмокнула его в колючую щеку и весело ускакала вверх по лестнице.
– Э-э-эх, бабы, - протянул Альмагрфир, втянул живот, ощетинился и с рёвом вывалился во двор.
© Wiiliam van Warg
Принцесса, молча, расчесывала шерсть на спине тролля, гордовито восседая на грубом, деревянном стуле с несколькими подушками в качестве смягчителя.
– Странные вы все-таки – принцесса запустила гребень в серо-зеленую шерсть.
– Кто это «мы»? – проворчал тролль, не вынимая пальца.
– Ты что, опять колупаешься в носу?! – прикрикнула принцесса, замахнувшись рукой с гребнем.
– Нет! – тролль выдернул палец, выпрямился и повернул к ней голову, – с чего это ты взяла!?
– А то по голосу не слышно, – она опустила руку и продолжила, – и смотри мне, ты обещал.
– Да помню, помню, – тролль вновь согнулся, громко выдохнув, - так что это за «мы», которые странные?
– Ну как же, «вы» - чудища.
– Пфафф, конечно странные, иначе вы, люди, нас чудищами не называли бы.
– Не-е-ет,- протянула принцесса, – я не я не про вашу внешность, а про ваши повадки.
– Повадки?
– Угу, в особенности про этот странный промысел с воровством принцесс.
– А что тут странного? – тролль пожал плечами, - сидишь один, в своей трущобе, перебираешь камни, пугаешь оленей, раз в пятилетку встречаешь какого заблудившегося всадника, – на морде тролля растянулась злая ухмылка, - и смотришь, кто кучу больше накладёт, он, али его конь.
– Фу, Альмагрфир, давай без таких подробностей?!
– А ты нос не морщи Лисана, я тролль и повадки у меня такие же, трольские, по лесу хожу, брожу, с куста ем, под куст сру!
– Да, да, да, помню, помню, – принцесса закатила глаза и дернула гребнем запутавшуюся прядь, тролль фыркнул, но смолчал, - продолжай мысль.
– Да что там продолжать, живешь вот так из дня в день… скучно.
– И это повод, что бы красть принцесс? Почему не девку с ближайшего села, если просто скучно? Ну, или уж, если не просто, то почему не пригласить кого-то, – Лисана замолчала, подбирая слова.
– Такого же странного? – предположил тролль.
– Как минимум. Есть же женщины тролли?
– Есть, конечно, как мы, по-твоему, размножаемся? Из выгребной ямы вылазим али как?
– Нет! Что ты?! Фу!
– Ну вот.
– Что «вот»? Принцесс то чего крадете?
– Ох, слушай, дело ведь не только в скуке, да и баба у меня есть – Альмагрфир почесал затылок, – но так повелось, испокон веков, понимаешь?
Лисана помотала головой, тролль этого не увидел, но и так понял, что не понимала.
– Мы, чудища, крадем принцесс, что бы всяким там принцам, графам или просто рыцарям было кого спасать, было с кем померятся силушкой. А уж ежели он нас одолевает, значит хорош, достоин, защитить сможет и можно вас ему в руки отдавать. А мне пока, между делом, есть с кем поговорить, с хозяйством помочь, заодно приучить, так сказать, по мелочам управляться, да и родители ваши, короли с королевами, дай им боги здоровья, отдохнут маленько от вас, видишь как все складно?
Принцесса несколько минут молчала, молча расчесывая шерсть.
– Складно, да не складно.
– Чавойта?
– Нет, ну а что-то за способ мне мужа выбирать? Кто тролля победил, пусть тот и забирает! А может, я не хочу! Может, я с человеком поговорить хочу, познакомится, узнать его.
– Поживешь да узнаешь.
– Ну уж нет, что это за знакомство с мужем за день до брачной ночи?
– Слушай, что и как там у вас потом сложится не мое дело. Я тута посредник. Еще мой дед Альграмфир, ровно как и твой прапрадед Георфан завещи нам эти устои. Так везде, в каждом королевстве, где дракон, где мантикор, где такой же тролль как я. А что до мужа, попадется дрянной, пошлешь папке весточку, он его под конвоем и на плаху!
– На плаху?! – у Лисаны дрогнул голос.
– Ну, может не на плаху, так к столбу, али в яму на пару деньков. В общем, зря ты волнуешься.
– А я и не волнуюсь, вот возьму и останусь тут, с тобой.
– Это уж вряд ли, - тролль расплылся в улыбке, – скоро моя Яргуветта вернется од родственничков своих, с северных болот при Боссоне которые, и коли учует чужую самку в доме, то порвет в клочья!
– Меня?! – изумилась принцесса.
– И тебя, и меня и всю царскую кавалерию, которая на шум сбежится, – Альмагрфир расхохотался, - она у меня огонь! Ель гнет так, что белка соскочить не успевает!
– Ну надо же, – хихикнула принцесса.
Внезапно за окном раздался топот копыт, а через несколько мгновений и крики в которых преобладали слова «чудище», «поганое», «бой», «принцесса», «спасать».
– Похоже, еще один, – тролль и девушка встав, подошли к окну.
– Ага, – задумчиво протянула принцесса, – Альмагрфир?
– Что?
–Этого сильно не увечь, симпатичный вроде.
Тролль закатал глаза.
– Ладно, ладно, вот платочек, ступай на чердак, как махать и что кричать ты знаешь.
Тролль нагнулся и вручил ей белоснежный, хлопчатый платок. Она чмокнула его в колючую щеку и весело ускакала вверх по лестнице.
– Э-э-эх, бабы, - протянул Альмагрфир, втянул живот, ощетинился и с рёвом вывалился во двор.
© Wiiliam van Warg
За горой всегда будет гора,
За дорогою будет дорога,
За страстью приходит тревога,
Но и теплых касаний пора.
Будут жаркие, летние дни,
И туманные, белые ночи,
Мы насмотримся в ясные очи,
И не будем отныне одни.
Будет ливень и будет град,
Пряча солнце за облаками,
Будет мир говорить стихами,
Будет каждый кому-то рад.
За горою нас ждет дорога,
За дорогой нас ждет гора,
Мы не те, кем казались вчера,
Отрывая себя от порога.
Нам впечатано это в кровь,
И уже никуда не свернуть,
Бесконечный, но верный путь,
Крестовый поход за любовь.
© William van Warg
А что мне было делать дорогая?
Проснуться и понять, что я здесь чужд?
Вот слово, вот еще, вот запятая,
Вот требование всех моральных нужд.
А далее? За чертовы пределы?
И жизнь вдруг развалилась на куски,
На те места, очерченные мелом,
Мы прочь бежали, прячась от тоски.
Я не боюсь, и в этом то и соль,
Я не боюсь, опять тебе признаться,
Высок порог, где чувству я боль,
Давно пропал страх разочароваться.
© William van Warg
