Я бы мог подарить тебе небо,
И его безразличные звёзды,
И бесцельно ползущие тучи,
И безвольно бегущее солнце,
Что играя своими лучами,
Освещает миллионы улыбок,
Среди них уже искренних нету,
Ну и пусть, это все давно знают.
Окунаясь по горло в работу,
Мы не смотрим на синее небо,
А оно призирает землю,
И всех кто на её просторах.
Я бы мог подарить тебе землю,
Круглую как когда-то,
Беззаботно вертящую всеми,
Кто её бороздит просторы,
Просто так дарящую пищу,
Всем кто топчет её сапогами,
Всем кто рвёт её плоть на части,
Размечая тем самым границы.
Но не об этом шипят искры,
Не об этом шумят капли,
Не об этом шелестят травы,
Не об этом стучит твоё сердце.
Я бы мог подарить тебе искры,
Вылетая из костра пламя,
Проживают жизнь за секунды,
Но мгновения искр бывают,
Ярче чем у людей жизни,
Они гаснут уступив место,
Своим не погаснувшим братьям,
И с собою приносят нам радость,
Значит в их жизни есть смысл.
Я бы мог подарить тебе капли,
Они дольше живут чем искры,
Но их жизнь сплошное паденье,
За которое они смогут увидеть,
Больше чем за жизнь люди.
А смывая грязь с наших улиц,
Они очищают воздух и землю,
И приносят с собой облегчение,
Значит в их жизни есть смысл.
Я бы мог подарить тебе травы,
Чьи луга укрывают землю,
Травы меньше живут чем люди,
Но бывает от них больше пользы,
Когда тихо качаясь с ветром,
Они нас принимают в объятия,
В жаркий день нам даря удобства,
Взамен на убийство ногами,
Значит в их жизни есть смысл.
Я бы мог подарить тебе сердце,
Что в груди у каждого бьётся,
То чей стук слышим мы ночью,
Засыпая на боку в постели.
Он покой нам тогда приносит,
Ибо знаем мы что еще живы,
Значит живы и наши идеи,
Мир которыми сможем пополнить,
Значит живы наши надежды,
И мечты в уголках укромных,
И пылающие страстью желанья.
И вера в простое счастье …
…Я хотел бы, но сожгли искры,
Под дождём размокшие пальцы,
И пролитая кровь на травы,
Никогда не дойдёт до сердца.
Моё сердце давно не бьётся,
В унисон с другими сердцами,
Что не могут биться без денег,
Без порока, злобы и грязи.
Лучше я подарю тебе ветер,
Ночной, северный и свободный,
Чёрный, чёрный как моя кровь,
И холодный как моё сердце.
Пусть в жару он несёт прохладу,
Обменёт стороной в стужу,
Разметёт опавшие листья,
Принесёт цветов ароматы.
А у ветра солёный привкус,
Но принёс он его не с моря,
И не соль он с сбою носит,
А давно засохшие слёзы,
Не прощания, горечи, боли,
Не пустые детские плачи,
А слёзы радости, очищения,
Так как нет ничего прекрасней,
А по этому и дороже,
И тот мёртв, чьи глаза сухие,
Я тебе подарю слёзы…

by William van Warg

Привет тебе, безмолвный подорожный,
Что в голове твоей проносится сейчас?
Считаешь время что оставил про запас?
Или решаешь где свернуть на раздорожье?
Но мимо проходя мне сделай одолженье,
Взгляни в глаза, они грустны не погодам,
Поверь, за твой ответ я честно все отдам,
Но не поступит нам вопроса предложение.
Мы разойдемся, мы исчезнем, пропадем,
Нас снова нету друг для друга, вот и все,
Ты чужд для всех, меня и даже для нее,
Одной дороги по которой мы идем…

by William van Warg

Беззвучно, в море желтого песка,
Плывут лениво тени серых облаков,
В секунды рухнул мир людских оков,
На месте хаоса теперь сидит тоска.

Остатки зданий. Скелеты городов.
Все что осталось, как напоминание,
Как с целым миром тихое прощание,
Что унесло всех тех, кто был готов…

Раскаленный песок цвета ржавчины тихо шуршит под порывами горячего ветра. Время близится к полудню. Температура продолжает неумолимо расти. Ящерицы в поисках прохлады зарываются в норы. Тараканы заползают в трещины остатков дорог. Больших черных лент асфальта, что тянуться, словно, огромные змеи, петляя по пустыне и тонут в песке, что бы вынырнуть вновь через пару сотен километров, пролагая путь автомобилям, которые уже никогда не сдвинуться с места. Одинокие фигуры, замотанные в лохмотья, рыщут как хищники в остатках каменных джунглей, в поисках крова, чистой воды и еды. Некоторые из них в масках. Некоторые без. Те, что без, падают, кашляют и плюются кровью. Они умирают. Тем, что в масках все равно… Но все бояться. Яркий свет до сих пор их пугает. Этот страх передался им через сотню лет, через их родителей, а тем еще от их прадедов, тех, что так боялись новых, ярких вспышек. Как те, что в одночасье избавили мир от всех человеческих проблем и практически от самого человечества. Призраки прошлого, остатки цивилизации стоят ржавея и распадаясь на куски. Некогда гордость человеческих городов, их небоскребы теперь лишь приюты для ящериц, тараканов и мелких насекомых, названия которым еще не были даны. Но вот солнце начинает клонить к закату. Облака сгущаются. Из-за горизонта нарастает гул. Ровный и низкий. Он гнетет и становиться все громче с каждой минутой… Будет дождь. Ящерицы покидают песчаные норки и раскрыв бирюзовые крылья взмывают ввысь. Через несколько мгновений их кров превратиться в поток бурлящей грязи. Гул резко обрывается и небо пронизывает кривой светлый луч. Он дугой пробегает через весь небосвод и с шипением гаснет. Большие, с зеленоватым оттенком, маслянистые капли начинают падать вниз… Не проходит и пол часа, как море песка превращается в грязевой поток. Он парит, воняет и издает урчащий звук. Это воздух выходит из подземных пещер, где до сих пор спят вечным сном огромные железные червяки… Каждый длинной в пять вагонов… Гул снова начинает нарастать… Ночь будет длинной… пятьдесят четыре часа и шесть минут…

Вечерний дождь, кого он заберет?
Того, кто был кому - то как отец?
Теперь же всех бесславный ждет конец,
Кто виноват, никто не разберет,

Великий грех не научил прощать,
Шелест листвы, птиц пенье по утру,
И нежность близких приятная нутру,
За этим всем… я буду так скучать…

(с) William van Warg

Мне трудно понять свои непонятные сны,
Я снова проснулся с застывшим в глазах словом «нет»,
Уставший с утра я пытаюсь найти в этом бреде ответ
Почему мне снится смерть в начале весны.

Первым делом умывшись я иду на балкон,
В горле снова налет по вкусу напоминающий кровь,
Еще вчера ночью я писал sms’ки со словом любовь,
А сегодня стыдно смотреть на лики икон.

Я снова себя убеждаю, что все вовсе нет так.
Мол, есть еще в этом мире огромное множество рук,
Что поддержат в любую минуту, страшнейших мук,
И не скажут, когда ошибешься, что ты дурак.

Но все терзают меня мои проклятые сны,
И снова я ложусь спать в четыре утра, что б забыть,
Но не убежать от этой частички себя, не простить,
За то, что думал о смерти в начале весны…

by William van Warg

Смирится и простить…не уж то сложно так
Мирское оттолкнуть…прогнать всех прочь,
И перед зеркалом признаться – ты дурак!
Распахнуть двери и впустить в квартиру ночь…
Её глазами… охватить столь скромный мир,
На крыльях тени подлететь звезды коснутся,
И ухватившись за ветра прильнуть на пир…
Едва, лишь, разума, успевшего проснутся.

by William van Warg

Я попрощаюсь с дорогой и щитом для рекламы,
Попрощаюсь и вами, о все милые дамы,
Попрощаюсь с луной и голубым небом,
И с местами, где я, к сожалению не был,

Попрощаюсь со своим словарным запасом,
И смешным мальчуганом, что хвалился напасом,
Попрощаюсь с бычьем, что мне жить не мешало,
И с любовью, которой сейчас, там мало стало,

Попрощаюсь со спичками и сигаретами,
А еще с алкоголем и другими запретами,
Попрощаюсь с дождем, синим морем и грозами,
Попрощаюсь с росой и, уже мертвыми, грёзами,

Попрощаюсь с осенью, с сухими жёлтыми листьями,
С песнями музыкантов и с художников кистями,
Попрощаюсь с друзьями, близкими и далекими,
И с ночными думами, тихими, но глубокими,

Попрощаюсь с родными, обниму на прощание,
И прощу на дорогу все долги и обещания,
Попрощаюсь с собой и своим отражением,
Попрощаюсь с тобой, моим наваждением,

Ну вот, вроде бы все, и поводья отпущены,
Оглянусь на последок, а там не так все запущено,
Но опять, как всегда, я опоздал на маршрутку,
Эх,… давай Ангел Смерти, дуй скорей в свою дудку)

by William van Warg

Поезда моего счастья, несутся в ночь стуча колесами,
Мои мысли-великаны, уже стали колоссами,
Детство убегает прочь, а я и не догоняю,
Опять пришла любовь, а я прогоняю,
Топором на теле, вырежу лесенку
До небес, и им спою песенку
Обо всем, хотя и простую,
Крикнуть «протестую!»,
И опять я один,
Вот кретин,
Навсегда,
Да…

by William van Warg

Мои холодные пальцы, в синем свете аквариума,
Один на один, с мокрым стеклом и целым миром,
Ночь с тенями танцует в моей пустой комнате,
Наслаждаясь ожидаемым, но нежеланным пиром…

За окном слышны взрывы, радости и фейерверков,
И не здесь, почему - то, выпал столь нужный снег,
Я ушел бы в метель, но метелей давно уже нету,
А упрямое время, все не хочет сменить шаг на бег…

Где - то там, меж черных домов с желтыми окнами,
Любовь все бродит, незабытая но столь одинокая,
И вспоминая ее, вкус сигарет и шампанского,
Я все же жалею, что она у меня всегда однобокая…

Бутафорский аквариум, искусственная собака и елка,
Хороший культ инвентарь, для плохого Нового Года,
Я засну охмелевший, за минуты до его наступления,
Вспоминая во сне умеряющее дерево своего рода…

by William van Warg

Никотин сужает сосуды, алкоголь расширяет их снова,
Я знал одного, хорошего парня, он умер, его звали Вова,
В груди бьется сердце, хотя в стуке есть что-то стальное,
Да, курение убивает, точно так же, как и все остальное…


by William van Warg

Ты живешь, так сказали, так, даже, записано где-то,
В голове из рисунков, на этаже, ты выстроил гетто,
Не думай, не думай, тебя просят, умоляют вокруг
Подымут, используют, бросят, вот замкнутый круг,

* * *
Не думай о боли, не чувствуй холода, забудь о любви,
Нет больше жажды, желания, голода, отрава в крови,
Ты ходишь один, в толпе, по городу, видишь конец,
Ты был пьян этой жизнью смолоду, в море сердец…
* * *
Припев:
Твой город, твой Дьявол, твой Бог, твой Большой Брат,
Он улыбается своими огнями как проститутка, он рад,
Ты давно продал ему свою душу, за «счастье для всех»,
Рациональные мысли великих, вызывают лишь смех.

* * *
Тебя окружил рой пустых обещаний, улыбок и глаз,
Не будет больше приветов, прощаний, в другой раз,
Ты умер, ты пуст, но не бойся, здесь все для таких,
Спи спокойно, забудься, укройся… и город притих.

* * *
Припев:
Твой город, твой Дьявол, твой Бог, твой Большой Брат,
Он улыбается своими огнями как проститутка, он рад,
Ты давно продал ему свою душу, за «счастье для всех»,
Рациональные мысли великих, вызывают лишь смех.

* * *
Припев:
Твой город, твой Дьявол, твой Бог, твой Большой Брат,
Он улыбается своими огнями как проститутка, он рад,
Но солнце встанет, погаснет улыбка и кто-то живой,
Снова выйдет на улицу и удивится, почему он изгой…

by William van Warg