Denis ....

Знакомьтесь — Ми-24.

William L. Smallwood, фотографии — Chad Slattery
перевод Д.Срибный

Сразу после окончания войны в Заливе, я взял интервью у пилота F-15E. Мы сидели в комнате для совещаний на базе ВВС Seyrnour Johnson, Северная Каролина, и пилот рассказывал о своих заданиях военного времени. Интервью шло хорошо; он гордился тем, что он и его товарищи пилоты сделали, чтобы сокрушить военную машину Саддама Хуссейна.


Однако, когда он начал описывать свои послевоенные задания, его настроение изменилось. Весной 1991 г., он летал над северным Ираком, в зоне, запрещенной для полетов Иракской авиации, как было предписано за столом переговоров. Но победители напортачили. Запрет полетов касался только самолетов. В одном из таких полетов он пролетал над горной дорогой, забитой курдскими беженцами. Под ним кружили Иракские Hind'ы (Hind – НАТОвское обозначение вертолета МИ-24) — боевые вертолеты советского производства, и ... Когда пилот рассказывал мне об этом, его слова увязали в горле. Я на мгновение отвернулся, сочуствуя ему. Затем он продолжил, убедившись, что я сообщу обо всем, что он и его напарник видели когда их самолет пролетал над этой сценой. Я слушал с возрастающим гневом когда он описывал как Hind'ы кружили над дорогой, обстреливая курдов из пулеметов и ракетами. "Эти проклятые Hind'ы" — сказал пилот.
В последующие несколько дней рассказ пилота был подтвержден другими пилотами, которые были свидетелями такой же резни. Все чувствствовали отвращение и были злы, что их командование не позволяет им нападать на вертолеты и спасать жизни курдов. Эти проклятые Hind'ы ...
Мы хотели бы думать, что с уходом Советского Союза нам больше не надо бояться Hind'ов. Но война в Залива доказала, что Hind зажил своей жизнью, пережив страну, которая его создала. По данным военной разведки США, приблизительно 2,100 Hind'ов летают сейчас в 34 странах мира. Кроме того, весьма возможно, что эти боевые вертолеты продолжат быть важным экспортным изделием для России. Так что мы не должны забывать о Hind'ах.
Старший унтер-офицер Джеф Стейтон, пилот армии США, понимает насколько опасным противником может быть Hind.
Ветеран двух боевых кампаний, пилот боевого вертолета вертолета, Стейтон теперь летает на Hind'е по всей стране, принимая участие в учениях на советском вертолете, чтобы имитировать атаки на американские войска. Эта сложная работа (скоростные полеты на чрезвычайно малой высоте) требует от 48-летнего пилота отличного знания машины, на которой он никогда и не думал летать.

Как участник секретной программы начатой около 10 лет назад, пилот американских ВВС Джеф Стейтон

сам учился летать на захваченном советском Ми-24.

Стейтон познакомился с Hind'ом где-то в середине 1980-х (детали все еще секретны), когда одно из американских агенств-призраков (т.е. одна из спецслужб – Д.С.) получило в руки Ми-24 Hind и доставило его на отдаленный аэродром в Соединенных Штатах. В это время Стайтон испытывал новый боевой вертолет McDonnell Douglas AH-64 Apache. И однажды ему сообщили, что он привлекается к выполнению секретного задания.
Несколькими днями позже Стейтон оказался в слабоосвещенном ангаре, глядящим на Hind. "У меня задрожали колени", говорит Stayton, "и моя первая мысль была — Ну и здоровенная дура! Пустой он весил 21.000 фунт (9.513 кг) – это в три раза больше чем Bell AH-1 Cobra и приблизительно в полтора раза больше Apache".
Стейтон целый час исследовал Hind снаружи, прежде чем он открыл дверь кабины. Стенографисты следовали за ним и делали записи его замечаний, которых у него было множество. Он был впечатлен пол-дюймовым слоем брони, которая окружала кабины стрелка и пилота и защищала жизненно важные части двигателей и трансмиссии. Он был также впечатлен большими круглыми лобовыми стеклами перед двумя кабинами. Инженеры-баллистики опредилили коэффициент преломления стекла и расчитали, что оно почти столь же пуленепробиваемо как стальная броня.
Что действительно отличает Hind от других вертолетов – это факт, что он имеет крылья. Наклонные крылья Hind'а с размахом, сопоставимым с крыльями Lockheed F-104 Starfighter, согласно расчетам, обеспечивают до четвертой части подъемной силы при полете. (Позже, после испытательного полета, обнаружили, что они обеспечивают от 22 до 28 процентов подъемной силы, в зависимости от скорости и других факторов.) Стейтон, который вырос в аэропорте в Kerrville, Штат Техас, помогая своему отцу и матери, работающим там, с детства летал на самолетах и он начал думать о Hind'е как о гибриде вертолета с самолетом. Эта мысленная подготовка позже спасла его жизнь.
Если вы пилот, вы всегда должны делать внешний осмотр самолета. И если это самолет, на котором вы никогда не летали, вы должны быть дотошным и во время внешнего осмотра и во время ознакомления с кабиной. Но в итоге начинает возникать напряженность: вы знаете, что должны быть методичны во всех стадиях предполетной подготовки, но все это время вы думаете: "Довольно! Пора лететь!"
Но это не так легко с Hind'ом. У Стейтона было пилотажное руководство, переведенное с русского языка, но русские используют даже большее количество акронимов чем американцы, так что многое из этой информации было тарабарщиной. Однако, Стейтон признает, что руководство "заполнило все пробелы". Кроме того, он имел переводы нескольких интервью с советскими пилотами, которые летали на Hind'ах. Но они были полезны только отчасти, потому что агенты, задававшие вопросы, не знали ничего о том как летает вертолет.

Сегодня этот вертолет - часть флота советских летательных аппаратов, используемых OPFOR для

обучения американских войск противодействию вражеским атакам.

"Самая большая проблема была с переключателями", говорит Стейтон своим мягким техасским баритоном. "Так как этот аппарат управлялся одним пилотом, все системы были должны контролироваться из одной кабины.
Когда вы садитесь туда, то вас от локтя до локтя окружают переключатели подписанные кириллицей – русскими буквами, которые наш шеф называл "акрилицей". Инженеры определили, назначение некоторых из них и маркировали их лентой Dymo. Но функции многих других должны были быть определены методом проб и ошибок".
Другим препятствием при проведении испытательной программы было то, что она должна была проводиться под покровом ночи или в течение "спутниковых окон", т.е. во время, когда советские спутники-шпионы не видели эту зону. В течение одного такого окна, наземная команда вытащила Hind из ангара и Стейтон запустил двигатель. "Это было что-что", говорит он. "Уже смеркалось и когда я запустил ВСУ (вспомогательная силовая установка — Д.С.), я увидел оранжевый свет позади меня и заметил, что глаза руководителя команды стали величиной с тарелку. Я догадался, что это трех-четырех-футовое пламя бьет из выхлопа ВСУ. Это, должно быть, весьма захватывающее зрелище". (Стейтон заметил, что несмотря на всю поразительность, это, тем не менее, нормальное явление для ВСУ Hind'а – извергать пламя при запуске.)
Стейтон "выруливал" Hind в течение первого выезда. Он не поднимал его в воздух до следующего спутникового окна и он никогда не забудет тот первый полет.
"Как только была закрыта кабина, сразу стало тише", говорит он. "Это потому, что система герметизации была разработана, для защиты экипажа от химического и биологического оружия, а не просто для высотного полета. В передней кабине сидел инженер Вейн Петри, благослови его Господь. Перед полетом мы просмотрели разведывательную видеопленку из восточной Германии как взлетают Hind'ы. Русские пилоты поднимали их в воздух как самолеты, так что я взял разбег по взлетной полосе, словно я сидел в Cessna, и благополучно взлетел".

Летающий в бывшем Советском Союзе с 1947 года, биплан Ан-2 служит медленной, устойчивой платформой для прыжков парашютистов OPFOR в учебном центре Fort Polk.

Стейтон говорит, что он привлек весь свой опыт полетов на американских вертолетах, но он хочет отдать должное бригаде аэронавигационных инженеров и пилотов-испытателей с которыми он работал. "Я не хочу оставить у Вас впечатление, что я надел шляпу Чака Егера (наменитый американский летчик-испытатель — Д.С.), вышел и сделал все это сам", говорит он.
Что касается риска испытания аппарата без прямого руководства от изготовителя, Стейтон считает, что он не сосредотачивался на своей собственной безопасности. "Действительно, я больше всего волновался, чтобы не нанести ущерб вертолету", говорит он. "Мои рецепторы улавливали все. Я не хотел быть первыми, кто сломает его".
"Я думаю, что я также побоялся бы использовать этот чертов парашют, который они заставили меня надеть", продолжает он. "Вертолет был в экспериментальной категории и русские пилоты носили парашюты, так что мне пришлось, ей-богу, надеть его.
Но мысль об использовании этого парашюта была ужасна. Вы не прыгаете пока аппарат поддается контролю, Так с какой стати вы хотели бы выпрыгнуть и попасть в мясорубку? Это не имело бы смысла. Все же, если бы я не выпрыгнул, они бы говорили, "Он погиб, потому что он не воспользовался парашютом".
Первый полет Стейтона начинался обычно и он был впечатлен ровным, спокойным полетом. "Затем, примерно после двух третей пути мы почуствовали себя более уверенно и я начал всматриваться в ракетный прицел. Хорошо, я только притворюсь, что пускаю ракеты," сказал он. "Я нажал выключатель, который в Кобре является кнопкой пуска ракет. Немедленно, мы прошли три принудительных изменения высоты, вращения и направления. Я вошел в голландский вираж (комбинация скольжения, кручения и разворота самолета — Д.С.) и в другие маневры, которые я не собирался производить. Вот это был полет!". Нажав кнопку, как он полагал, "пуска ракет", Стейтон включил систему стабилизации полета которая начала компенсировать предыдущее маневрирование, что и привело к этим принудительным маневрам.

Американские пилоты хвалят вместительность и тишину герметизируемой кабины Hind'а

Я был со Стейтоном в штабе в Fort Bliss, Техас, когда он рассказывал мне о своем первом полете. Напротив нас сидел другой летчик-испытатель, Гордон Лестер, который также летал на Hind'е. "Как насчет проблемы с углом крена?" спросил он.
Проблема угла крена, объяснил Стейтон, была вызвана крыльями Hind'а. При вираже с креном крыло, которое находится ниже, быстро теряет подъемную силу в то время как эта сила возрастает на верхнем крыле. Таким образом, возникает устойчивая тенденция, особенно при медленном вираже с креном, к переворачиванию аппарата. В вертолетах армии США, говорит Стейтон, он противодействовал бы вращению, потянув ручку управления в сторону, противоположную вращению. Но Hind, говорит он, "только продолжает вращаться. Если вы пробуете противодействовать вращению ручкой управления, то вы перевернетесь на спину и исполните номер умирающего таракана.
К счастью, когда я первый раз попал в эту ситуацию, я обратился к моему опыту пилота самолета и опустил носовую часть вперед. Увеличение скорости добавило подъемной силы на нижнем крыле и это позволило нам выйти из опасного маневра. Проблема только в том, что у вас должен быть запас высоты для восстановления полета, на малой высоте проблема с креном может оказаться критической".
Слейтон выполнял свои испытательные полеты в дни, когда Советский Союз был злейшим врагом и Hind был одним из наиболее опасных видов советского оружия. В те дни было необходимо изучить все возможное относительно вооружения. Если бы американская армия была атакована этими устрашающими боевыми вертолетами на каком-либо Европейском поле битвы, то знания о том, как они работают, могли бы стать решающим фактором в их нейтрализации или уничтожении.




Советское оружие арсенала OPFOR - транспортный вертолет Камов Ka-32T Helix и самоходная зенитно-ракетная установка ХМ11S.

И хотя холодная война закончена, знания, полученный Стейтоном все еще высоко оцениваются. Теперь он работает для организации OTSA, которая представляет OPTEC Threat Support Activity (Подразделение поддержки угрозы). Основанная в 1972 году, OTSA теперь является подразделением Эксплуатационно-Испытательного и Оценочного Управления американской армии, которое проводит заключительное испытание и оценку оборудования прежде, чем оно поступает на вооружение. В дополнение к испытательной роли, OTSA обеспечивает реалистическую среду угрозы, чтобы учить все виды войск вести бой. Что делает тренировочную среду OTSA реальной – так это использование оружия — исключительно советского, с которым вооруженные силы США могут столкнуться на полях сражений по всему миру.

Пилот OPFOR SteveDavidson в кабине Ми-24

Задачи Стейтона в OTSA ограничены его летательным аппаратом. Также он отвечает за флот, в который входят три Hind'а, два Ми-17 Hips, один Ми-2 Hoplite, один Ka-32T Helix и, среди прочего, три Ан-2 Colt. Ему приходится разъезжать по военным базам по всей стране, но большую часть времени Стейтон проводит в Fort Polk, в центре Луизианы, в котором расположен Объединенный Учебный Центр Подготовки. Примерно один раз в месяц, легкая бригада пехоты (или ее эквивалент) прибывает в учебный центр и, приблизительно две недели участвует в учебных боях против "местных", которые по численности составляют батальон — высоко обученные и хорошо тренированные силы противника (OPFOR), которые используют навыки Стейтона и советские летательные аппараты OTSA.
Я приехал в Fort Polk прошлом сентябре, чтобы наблюдать за одним из таких учебных боев. Прежде всего, я хотел поближе изучить Hind. И хотя я приехал с глубокой ненавистью к Hind'у и врожденным страхом перед любым летательным аппаратом без крыльев, моя другая задача была – полетать на нем.
Я провел несколько дней с солдатами шестой пехотной бригады ("хорошие парни" — BLUEFOR или СИНИЕ) и OPFOR ("плохие парни" — Стейтон и компания), изучая, как они сражаются и убивают друг друга. Все системы вооружения вертолета OPFOR, включая 30мм пушку, ракеты, и противотанковые ракеты, заряжены холостыми и снабжены лазерным оборудованием. Всякий раз, когда вертолет OPFOR наносит успешный "удар" по СИНИМ, от лазерного датчика, который носит каждый солдат испускается высокий звук. Чтобы добавить больше реализма к тренировке, каждый солдат СИНИХ носет карточку несчастного случая и если он был поражен, он должен открыть конверт, чтобы выяснить, был ли он убит или ранен. (Я не был поражен, но я посмотрел свой конверт; я получил бы несмертельную рану в правое плечо.)

Hind используется в учебных атаках на пехотинцев, обучающихся в Fort Polk. В его распоряжении – разнообразное оружие, оборудованное лазером, которое устанавливается под крыльями вертолета, включая ракеты и - противотанковые ракеты AT-2.

Пехотинцы СИНИХ также снабжены оружием с лазерным оборудованием и каждый летательный аппарат OPFOR имеет лазерный приемник. Возможно, любой солдат СИНИХ может сбить вертолет одним удачным выстрелом из винтовки M-16. Но гораздо более вероятно, что вертолет будет сбит ракетой Stinger земля-воздух или одной из батарей ПВО; их лазерные лучи пропорционально намного более мощны чем лазерный луч, исходящий от M-16. Если один из лазерных приемников на аппарате OPFOR поражен, огни индикатора, установленные внутри и снаружи вертолета начинают светиться, сообщая экипажу и тем, кто на земле, что вертолет был разрушен.
В Fort Polk я приставал к утомленным солдатам в поле во время их перерывов со школьными вопросами. Сержанта Вилли Симса, командира батареи ПВО, я спросил: "Быстро! Вы слышите низколетящий вертолет, как Вы можете определить, что это Hind?" Без малейшего колебания: "Сэр! Двойная кабина! Наклонные крылья! Большие стойки оружия! Боковые окна! Особый звук, отличный от звука любого из наших вертолетов!" Шестая бригада пехоты почти два года тренировалась для выполнения этого упражнения и особое внимание уделялось опознанию целей, чтобы предотвратить открытие огня по своим вертолетам.
Затем я начал изучать Hind. Как и Стейтон, прежде всего я был поражен его размерами. Но после внешнего осмотра со Стейтоном и руководителями команды, меня впечатлили и некоторые другие его характеристики. Раньше, я думал о нем только как о боевом вертолете, но позади кабин экипажа – грузовой отсек, достаточно большой, чтобы вместить восемь полностью экипированных солдат.
Крылья также внушительны. Легко видеть, что они могут обеспечить четверть подъемной силы. Но мне было указано, что такая особенность конструкции позволяет 57-ти футовому (17,3 м) ротору работать, в основном, на поступательное движение вертолета, делая Hind одним из самых быстрых вертолетов в мире со скоростью 210 миль в час (Согласно справочникам – макс.скорость Ми-24 310 км/ч или 192 м/с – Д.С.).
Преимущество такой конструкции также в том, что длинные крылья позволяют разместить множество точек подвески вооружения: кассеты с неуправляемыми ракетами, ракеты воздух-воздух и даже бомбы.
Я узнал, что у машины есть свои недостатки, или "издержки конструкции", как мои хозяева, большие поклонники Hind'а, назвали это. Наиболее удивительно для меня то, что он не может зависать как всякий нормальный вертолет. Часть проблемы — главный ротор, предназначенный прежде всего для толкания вперед. Другая проблема состоит в том, что большие крылья затеняют поток от ротора на режиме висения и уменьшают его подъемную силу. Стейтон и его коллеги указывают, что длительное висение не входит в задачу Hind'а и что непродолжительное висение все-таки возможно. Но они также добавляют, что висеть разрешается не более чем шесть минут от общей жизни двигателей.
Hind — не слишком проворная машина, у нее то, что пилоты OPFOR называют "ограниченная способность маневра". Это означает, что Hind не может лететь nap-of-the-earth, одним из основных способов боевого полета используемого американскими вертолетами. Способ атаки Nap-of-the-earth требует, чтобы пилоты летели прикрываясь складками местности и укрытиями типа рощи деревьев, остановились, висели, сделали подскок, открыли огонь по врагу и затем опять ушли вниз на режиме висения. Единственный путь для Hind'а приблизиться к этой тактике, это полет на малой высоте за укрытием складок местности, затем набор высоты, удар и уход на большой скорости.

Силы СИНИХ пытаются сбить Hinds ракетами земля-воздух запускаемых с системы Avenger или переносными (Stinger).

Скорость Hind'а заметно влияет на тактику, которую Стейтон использует при атаке наземных войск в Fort Polk, где ландшафт пышно лесистый и довольно плоский, перепады высот от 50 до 100 футов (15-30 метров). "Если вы летите на высоте 200 футов (60 метров), вы практически можете быть замечены отовсюду в области маневра", говорит Stayton. "Так что приходится ползать брюхом по грязи".
В расстоянии нескольких миль от цели, которой может быть любая комбинация войск, экипированная ракетами земля-воздух, грузовиками, или транспортными средствами с легкой броней, Стейтон и его стрелок, сидящий в передней кабине, снижаются до высоты от 30 до 50 футов (9-15 метров) выше самого высокого препятствия на их курсе полета. На расстоянии двух миль, они снижаются до10-30 футов (3-9 метров), что означает, что они могут лететь ниже деревьев с обеих сторон.
В зависимости от ландшафта и цели, скорость атаки Стейтона колеблется в диапазоне от 100 до 160 миль в час (160-250 км/ч), и идеальное расстояние для него и его офицера вооружения, чтобы начать атаку, — 2,700 ярда (2,5 км) от цели, хотя они могут приблизиться и на 1,100 ярдов (1 км). После атаки, Стейтон и его стрелок уходят из зоны поражения и, при необходимости, делают повторный заход. Если с земли по нему запускается Stinger, Стейтон может попытаться уйти от инфракрасного захвата ракеты, летя зигзагами, чтобы поместить деревья, холмы, или даже другой летательный аппарат между его вертолетом и приближающейся ракетой.
В начале двухнедельного периода обучения в Форте Polk, наземные войска обычно неспособны защитить себя против атак Hind'а, но к концу они набираются опыта в выбивании вертолетов с неба. При ночевке под открытым небом в поле в течение нескольких дней, они часто бегают без сна, что замедляет их способность реагировать. И хотя они, возможно, обучались действовать против американских вертолетов в своих домашних базах, они никогда не видели что-нибудь летающее такой скоростью как Hind. "Эта штука атакует не так как американские вертолеты", восхищается Реджинальд Фонтенот, директор OTSA. "Все это очень внезапно — сразу — БУМ! После ребята даже удивляются, как они были напуганы. Они действительно почувствовали себя на войне".
В то время как я завис у Hind'а, остальная часть "Советского" флота была занята в сражении, которое бушевало приблизительно в 20 милях на востоке. Летали Mи-17 снабжая войска, мелькали Mи-2 наблюдая за полем битвы, громыхали Ан-2, сбрасывая парашютистов OPFOR.
Наконец, настало мое время лететь. Хотя мне не разрешили подняться на борт Hind'а во время учений, я все еще пытался этого добиться. Стейтон уже сидел в кокпите пилота, когда я надел позаимствованный шлем и руководитель команды привел меня в переднюю кабину на место стрелка. У меня сразу возникло ощущение простора как только я уселся в почти роскошное кожанное кресло. Я уже изучил приборы, когда был снаружи. Теперь, когда Стейтон запустил ВСУ и машина стала оживать, я начал думать как пилот. Давайте посмотрим, где — индикатор скорости, высотомер? Все было слева от меня, но и это было неплохо; хотя стрелок и имел элементарные индикаторы и средства управления полетом, мысль о том, что мне не надо манипулировать педалями, ручками, переключателями сделала меня счастливым.
Через селекторную связь я слышал как Стейтон проходит свой контрольный список. Скоро лопасти главного ротора слились в пятно и руководитель команды закрыл мою кабину. Когда Стейтон прибавил мощности к двойным 2190-сильным турбореактивным двигателям Климова ТВ3-117 и мы начали рулежку, я оценил то, что он сказал мне относительно герметизируемых кабин. Было удивительно тихо — даже когда мы добрались до взлетно-посадочной полосы и двигатели набрали взлетные обороты.
Обзор с места стрелка невероятный. Вы чувствуете, как будто Вы сидите в стеклянном шаре, приставленном к носу вертолета. Это — хорошие новости. Плохие новости — то, что мы летели над самыми соснами со скоростью 165 миль в час и это выглядело, как будто мы летели сквозь них а не над ними.

Летящий быстро и низко Hind - бесспорная звезда в военных играх в Fort Polk.

Стейтон — опытный пилот. Я сужу не потому, что мы не врезались в деревья, а потому, как плавно он вел вертолет через повороты, подъемы и спуски. У некоторых пилотов есть дар; Стейтон — один из них.
Мы летали почти час и наши ракетные атаки имитировались в стороне от главного сражения. Со мной было все в порядке. Со Стейсоновскими указаниями потенциальных целей и определениями рубежей пуска ракет, полет фактически становился приятным. Поскольку на пути домой мы опять летели сквозь деревья, я начал желать, чтобы место стрелка также было оборудовано ручкой управления, чтобы я мог выполнять некоторых из маневров.
Hind тих, плавен, мощен и быстр. И в разговоре после полета Стейтон и его товарищ армейский пилот Стив Давидсон сделали большее количество восхищенных комментариев.
"Он вынослив как трактор".
"Поставьте его в сарай на год, затем зарядите батареи и вы можете сразу лететь. С нашими вертолетами это не получится".
"Он идет гладко, точно так же как старый Кадиллак 62 года".
"Смажьте его хорошенько и вы сможете лететь на нем в течение сотни часов".
Наконец, Стейтон произнес то, что на мой взгляд служит высшей почестью. В один день во время беседы, он откинулся назад и сказал, "Вы знаете, если бы я хотел летать на вертолете только для удовольствия, вне всяких сомнений Hind оказался бы на самом верху моего выбора".

Елена

Исследование: шопинг-терапия дает ощущение счастья, но на короткое время               

Елена

МВД хочет проверять пешеходов на трезвость

Этим займутся сотрудники ГИБДД. Эксперты отнеслись к идее скептически. Однако некоторые отмечают, что нетрезвые пешеходы действительно могут представлять большую опасность.

МВД предлагает разрешить сотрудникам ГИБДД проверять пешеходов на трезвость. Соответствующий законопроект опубликован на сайте министерства.

Процедуру освидетельствования при помощи алкотестера, которая применяется сейчас только для водителей, полицейские хотят распространить на всех. В министерстве считают, что это «позволит более эффективно обеспечивать безопасность граждан и общественный порядок на улицах и в других общественных местах».

Сотрудникам ГИБДД лучше заняться своим делом, говорит глава московского представительства Федерации автовладельцев России Сергей Канаев: «Пьяный пешеход — это точно такая же проблема, как и пьяный водитель, только у пьяного пешехода может быть в руках нож или пистолет, а у водителя автомобиль. Пешеходы являются тоже участниками дорожного движения. Будут ли эффективны эти меры, я очень сомневаюсь, потому что, если у нас на сегодняшний момент инспектора ДПС не могут справиться с теми обязанностями, которые на них возложены по организации дорожного движения и повышения безопасности, то вряд ли здесь есть какие-то шансы для того, чтобы воздействовать на пешеходов».

Никакого смысла в этих поправках нет, считает адвокат Сурен Аванесян: «Я эту инициативу не поддерживаю, поскольку она направлена совершенно в пустоту. Я понимаю, когда водителей обязывают проходить тестирование, это важно, поскольку водитель управляет средством повышенной опасности. Если говорить о том, что пешеход в состоянии алкогольного опьянения представляет собой опасность, тогда давайте дадим сотрудникам полиции право проверять рисунок на подошвах пешеходов в тот момент, когда они переходят дорогу. Если у них сношенные подошвы, они могут поскользнуться и упасть. Давайте им дадим право проверять зрение пешеходов».

Сейчас полицейские могут отправлять пешеходов на медицинское освидетельствование на основании временной инструкции Минздрава. При этом гражданин может отказаться от проверки на трезвость, что должно быть зафиксировано в протоколе.

Елена

Жители Подмосковья не имеют права запрещать строительство новых мечетей, убежден муфтий               

Семен Смолкин

США модернизируют «самолеты вероятного противника»               

Эскадрилья «Агрессор»

Фото: Christopher Boitz / U.S. Air Force

Авиационное боевое командование ВВС США намерено провести модернизацию истребителей «агрессоров», во время учений играющих роль боевых самолетов вероятного противника. В ближнесрочной перспективе целью модернизации является более точное имитирование вооружения и летных характеристик китайских или российских истребителей четвертого поколения, а в долгосрочной боевых самолетов пятого поколения. Чем имитировать перспективные самолеты, пока неясно. В качестве временной меры американские военные планируют использовать виртуальные цели.

Эскадрилья «Агрессор»

США начали формировать эскадрильи боевых самолетов, призванных во время учений имитировать воздушный бой с истребителями вероятного противника, в конце 1970-х после войны во Вьетнаме, завершившейся в 1975 году. Создание боевых формирований происходило во время «холодной войны» с СССР, и новым эскадрильям по большей части приходилось играть роль истребителей советских ВВС. Самолеты, преимущественно американского производства, имели камуфляжную окраску, характерную для авиации ВВС СССР, и советские опознавательные знаки.

Новые эскадрильи получили общее название «Агрессор». В них набирались и набираются сегодня исключительно на добровольной основе опытные пилоты, имеющие не менее 600 часов налета и квалификацию инструкторов. Истребители «агрессоров» во время учений обязаны вести воздушные бои в соответствии с правилами и наставлениями стран вероятных противников. При этом подбор самолетов для эскадрилий производится таким образом, чтобы они по своим характеристикам примерно соответствовали истребителям «врагов».

Для имитации советских истребителей МиГ-17 и МиГ-21, в частности, ВВС США использовали собственные боевые самолеты A-4 Skyhawk и F-5A/E Freedom Fighter/Tiger II соответственно. В первой половине 1980-х американское министерство обороны арендовало у Израиля истребители Kfir (в составе американских ВВС они получили обозначение F-21A), которые должны были имитировать советские МиГ-23. Позднее основными летательными аппаратами «агрессоров» стали F/A-18 Hornet и F-16 Fighting Falcon, игравшие роль истребителей Су-27 и МиГ-29. С 2005 года американские эскадрильи начали использовать и F-15 Eagle.

Пилот эскадрильи «Агрессор»

Фото: Jonathan Snyder / U.S. Air Force

1/3

В 1980-х годах Корпус морской пехоты и ВМС США сформировали собственные эскадрильи для подготовки к воздушным боям с самолетами возможного врага там они получили общее название «Противник» (Adversary). В составе этих эскадрилий полеты выполняют истребители Hornet и F-16N. Последние проектировались специально для флота. Они получили подвесные контейнеры с линзами Люнеберга по сторонам воздухозаборника, чтобы увеличить эффективную площадь рассеяния до такого же показателя советских истребителей, и усиленную конструкцию крыла и фюзеляжа.

В 1980-х «Агрессоры» базировались не только на территории США, но и нередко проводили учебные бои в Великобритании, Германии, Испании, Италии и на Филиппинах. С распадом СССР в начале 1990-х годов ВВС США расформировали эскадрильи «вероятных противников» из-за изменения международной политической ситуации, но уже в 2003-2006 годах «Агрессоры» были сформированы заново. В настоящее время они имитируют преимущественно истребители ВВС России, Китая и стран Ближнего Востока. В составе ВМС США действует школа TopGun, в которой летчиков обучают воевать с истребителями «противника».

Помимо американской техники «агрессорам» принадлежат и летательные аппараты советского производства, купленные преимущественно у бывших республик СССР после распада Советского Союза. В частности, военным принадлежат истребители МиГ-21, МиГ-29, Су-27, а также вертолеты Ми-2, Ми-8, Ми-24 и транспортники Ан-2. Эта техника используется для изучения летных параметров самолетов и вертолетов, а также ознакомления летчиков с особенностями ее пилотирования.

Сегодня в составе ВВС США имеются 18-я эскадрилья «агрессоров» на авиабазе Эйльсен на Аляске, а также 64-я и 65-я эскадрильи «агрессоров» на авиабазе Неллис в Неваде. Кроме того, в состав военно-воздушных сил входят 26-я эскадрилья «космических агрессоров» (подготовка к защите космических объектов США от радиоэлектронных средств борьбы и систем поражения вероятного противника) на авиабазе Шривер в Колорадо, 507-я эскадрилья «агрессоров ПВО» на авиабазе Неллис и 527-я эскадрилья «космических агрессоров» на базе Шривер.

Недоимитация

К настоящему времени многие истребители «агрессоров» уже значительно устарели и не позволяют имитировать самолеты вероятного противника в полной мере. Об этом изданию Flightglobal рассказал майор Гэри Баркер, руководитель подразделения реалистичной подготовки Авиационного боевого командования ВВС США. По его словам, «агрессорам» стало сложнее «воспроизводить картину угрозы, с которой летчики могут столкнуться в ближнем бою». Речь идет не только о летных возможностях самолетов в целом, но и о методах и особенностях применения имитируемого вооружения.

Для исправления ситуации ВВС планируют подвергнуть модернизации истребители F-16 Block 30 и Block 32, стоящие на вооружении 18-й и 64-й эскадрилий «агрессоров». Самолеты планируется улучшить по программе SCU-8 (System Capabilities Upgrade 8), в рамках которой на F-16 будет установлена система обнаружения с выводом информации на нашлемный дисплей, большой многофункциональный дисплей на приборной панели и система имитации вооружения с возможностью распределения точек запуска ракет, фиксацией цели и оценки эффективности применения имитируемого оружия.

Подготовка к полету эскадрильи «Агрессор»

Фото: Jonathan Steffen / U.S. Air Force

1/3

В настоящее время «агрессорские» F-16 не имеют возможности имитировать, например, запуск ракет для высокоманевренного боя Р-73, стоящих на вооружении России с 1983 года. По словам Баркера, ВВС США просто не располагают ракетами класса «воздух-воздух» с инфракрасной головкой самонаведения, которые соответствовали бы характеристикам Р-73. Поэтому пилотам приходится использовать учебные ракеты AIM-9X CATM Sidewinder, осуществляя их запуск только с определенного расстояния и под определенным углом, при которых Р-73 способна захватить цель.

Сейчас такие учебные пуски ракет производятся «на глазок», когда пилот визуально определяет правильные расстояние, скорость и угол. Все данные о выстрелах «агрессоров» после боя анализируются на земле, однако, как правило, не учитываются при формировании тактики, поскольку оказываются неверными. В расчет берутся только запуски ракет, произведенные при доскональном совпадении параметров пуска с Р-73. Модернизация F-16 позволит эту ситуацию исправить система сама будет определять необходимые параметры и давать команду на запуск ракет, передавая информацию на землю.

В 2010 году ВВС Израиля объявили о намерении создать тренажерную сеть из симуляторов истребителей F-16I, расположенных в разных точках страны. Ожидается, что такая сеть позволит объединить виртуальные истребители в боевое соединение. Кроме того, к этому же соединению в виртуальном пространстве смогут примкнуть и реальные F-16I, находящиеся в учебном полете. Все параметры полета будут передаваться с этих самолетов в сеть и отображаться на экранах тренажеров. Новую систему военные намерены использовать для совместной отработки пилотами приемов воздушного боя и применения оружия, в том числе и против виртуальных самолетов вероятного противника. Центральный узел новой системы расположится на авиабазе Хацор.

Истребители «агрессоров» планируется также оснастить новыми подвесными системами радиоэлектронной борьбы, которые по своим параметрам работы сопоставимы с боевыми системами, используемыми Россией или Китаем. Тем не менее, по словам Баркера, командованию ВВС США придется постараться убедить Конгресс и Пентагон в необходимости модернизации F-16 в настоящее время в Соединенных Штатах ведется кампания по сокращению оборонных расходов и финансирование некоторых военных программ урезается.

Между тем самолеты, которыми располагают эскадрильи «агрессоров», F-15 и F-16 могут с высокой степенью адекватности имитировать истребители четвертого поколения потенциальных противников, однако не могут быть назначены на роль боевой авиации пятого поколения. В частности, они не смогут имитировать перспективные китайские истребители J-20 и J-31, а также российский Т-50 (ПАК ФА). Американские «агрессорские» самолеты не соответствуют им ни по летным параметрам, ни по набору применяемого оборудования, ни по эффективной площади рассеяния.

Конкретным рецептом решения этой задачи ВВС США пока не обладают. Возможности использовать для имитации самолетов вероятного противника стоящие на вооружении F-22 Raptor нет, эти истребители нужны военным в боевом составе, да и применение их в учебных целях будет стоить слишком дорого. Правда, в отдаленной перспективе военные не исключают возможности перевода в ранг «противников» истребителей F-35 Lightning II. Пока же в качестве временного решения планируется использовать системы виртуализации, разработкой которых уже занимается ряд американских компаний.

Речь идет не только о наземных тренажерах, но и о системе, позволяющей имитировать воздушную обстановку на приборах реального самолета. В частности, планируется создать единый наземный центр, который будет передавать бортовым системам истребителей данные о целях, которых на самом деле в воздухе нет. В этом случае пилотам необходимо будет вести бой с незримым противником, имитирующим тактику боя реального вероятного «агрессора». Правда, прежде чем система начнет применяться, разработчикам предстоит решить ряд задач, включая интеграцию в воздушное пространство и совмещение виртуальных целей с реальными для избежания столкновений в воздухе.

Враги за деньги

Между тем спрос на «агрессорские» услуги на мировом рынке, в первую очередь со стороны США, постоянно растет. По разным оценкам, потребность ВВС США, Канады, Израиля и НАТО составляет 260-280 тысяч часов имитированного воздушного боя, из которых страны способны удовлетворить только 35-40 тысяч часов. Часть этих потребностей военных в самолетах вероятного противника удовлетворяется частными компаниями, которые не оказывают услуг воздушного боя, но предоставляют различные самолеты для отработки наведения и оценки возможностей радаров и вооружения.

В частности, услуги несложного «агрессора», не выполняющего фигуры высшего пилотажа или не маневрирующего активно, сегодня оказывают компании ATAC USA, Top Aces Combat Support, Advanced Training Systems International и Hawker Hunter Aviation в США и Канаде. Эти фирмы располагают самолетами L-39, Alpha Jet, Saab Draken, BD-5J, Kfir и A-4.

В сентябре 2010 года голландский бизнесмен Мелвилл тен Кат объявил о планах перепрофилировать бывшую исландскую авиабазу США Кефлавик в тренировочный полигон. Там планировалось открыть частную школу пилотов-асов Top Gun. Предполагалось, что для новой школы будут закуплены истребители советского производства, на которых пилоты ВВС стран членов НАТО смогут оттачивать технику воздушного боя. В частности, велись переговоры с одной из белорусских компаний о поставке 15 истребителей Су-27 на сумму в 1,2 миллиарда евро и возможности увеличения покупки на 18 самолетов.

Самолеты эскадрильи «Агрессор»

Фото: Jonathan Snyder / U.S. Air Force

Для реализации поставленной задачи в Нидерландах была создана компания ECA Program. В конце 2011 года проект создания школы асов в Исландии был закрыт, а сама компания перепрофилировалась на оказание комплексных «вражеских услуг». Фирма за определенное вознаграждение берется продать или передать заказчику в лизинг самолеты вероятного противника со всем необходимым оборудованием, включая системы наблюдения за имитацией боя, наземные тренажеры и оборудование обслуживания. Эта система получила название IOPFOR (Integrated OPposing FORce) и призвана заменить устаревшие боевые самолеты «противника» Kfir, Alpha Jet, МиГ-21, A-4, МиГ-29, L-39, Hawker Hunter и некоторые другие.

В настоящее время голландская компания арендует 24 истребителя четвертого поколения (какие именно, не уточняется, но судя по информации на сайте фирмы, речь идет о Су-27), на базе которых готова оказывать услуги «противника» при подготовке пилотов или на учениях. В перспективе ECA Program намерена получить 26 шведских истребителей JAS 39 Gripen NG, десять российских Су-30 и 14 Су-35. Основными поставщиками военной техники и компьютерных технологий для тренировок компания называет Россию, страны СНГ, США, Израиль, Нидерланды, ОАЭ, Индию, Бразилию и ЮАР.

Заказчиков у ECA Program пока нет. В настоящее время проверку IOPFOR проводят ВВС США. В частности, для этих целей американским военным в 2012 году были поставлены два истребителя и все необходимое сопутствующее оборудование, включая системы планирования и прогнозирования, станции слежения и имитаторы эффективной площади рассеяния и «тепловой подписи» самолетов. Ожидается, что активное использование системы ECA Program США начнут в 2013 году. В этом же году к проекту может присоединиться НАТО.

В целом голландская фирма еще только развивается и к полноценному оказанию услуг пока не готова. Так, компании требуются летчики в возрасте от 28 до 45 лет с налетом не менее 1,5 тысячи часов, из которых тысяча часов на истребителях. При этом давность полета на боевом самолете для таких пилотов не должна превышать три года. Летчики должны иметь статус инструктора. Кроме того, ECA Program набирает техников, администраторов, диспетчеров (со знанием русского, немецкого, испанского и английского языков) и врачей с опытом работы в авиации не менее восьми лет.

Итог Сегодня многие страны мира прибегают к «ролевым играм» в авиации для отработки тактики боя. Собственным аналогом «агрессоров» помимо США располагает Канада, а другие страны периодически назначают на учениях «противниками» самолеты из боевого состава. И Россия здесь не исключение. Правда, в плане изучения боевой техники противника американцам повезло больше, чем кому бы то ни было после распада СССР США сумели заполучить множество образцов самолетов и вертолетов, оставшихся на территории бывших советских республик и стран Варшавского договора.

Василий Сычев

http://lenta.ru

Семен Смолкин

Пилоты транспортников Ил-76 смогут видеть в темноте               

Самолет Ил-76

Фото: Марина Лысцева / ИТАР-ТАСС

Главное разведывательное управление (ГРУ) Генерального штаба Вооруженных сил России планирует оснастить приборами ночного видения пилотов военно-транспортных самолетов Ил-76, привлекаемых для перевозки спецназа. Об этом в четверг, 31 января, пишет газета «Известия» со ссылкой на источник в Генштабе.

По словам собеседника издания, приборы ночного видения эффективны при полетах на небольшой высоте. При этом из-за того, что приборы передают изображение в зелено-черных цветах, пилоту сложно разглядеть навигационные приборы.

Сейчас приборами ночного видения комплектуются экипажи ударных вертолетов Ми-8АМТШ, Ми-35М и Ка-52. На военных самолетах приборы ночного видения в России не используются. При этом приборами ночного видения при высадке десанта на низких высотах пользуются, к примеру, пилоты французских и американских военных транспортников (в частности С-160 Transall и MC-130 Combat Talon).

«Ночная оптика эффективна на вертолетной авиации. Но, возможно, у ГРУ есть дополнительные веские причины ставить ее на Ил-76, тем более технически здесь нет непреодолимых проблем», — рассказал «Известиям» представитель агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев.

 Сейчас в интересах Минобороны продолжаются испытания нового военно-транспортного самолета Ил-476 (Ил-76МД-90А), представляющего собой глубокую модернизацию Ил-76. В общей сложности для военных планируется закупить около 100 таких самолетов. Как ожидается, Ил-476 постепенно заменят устаревшие Ил-76.

http://lenta.ru

Оксана

Ученые обнаружили гены морозоустойчивости сибиряков

Ученые Кембриджского университета обнаружили у представителей коренных народов Сибири положительный отбор вариантов генов, связанных с выживанием в условиях холода. Результаты исследований авторы доложили на антропологической конференции, краткое содержание доклада пересказывает ScienceNow.

В ходе исследования генетики взяли образцы ДНК у двух сотен представителей 10 коренных сибирских этносов. Ученые провели сложный анализ распределения вариантов (аллелей) генов с целью обнаружения тех из них, которые стали объектом положительного отбора за время существования человека в Сибири.

Ученым удалось обнаружить три гена, некоторые варианты которых избирательно представлены у сибиряков: UCP1, ENPP7 и PRKG1. Первый из генов ранее уже был обнаружен во время исследования генетических особенностей телеутов. Белок, кодируемый этим геном (его иногда называю термогенин, он избирательно экспрессируется в буром жире), заставляет митохондрии производить тепло, вместо того, чтобы использовать химическую энергию на синтез АТФ. Ген ENPP7 связан с метаболизмом жиров и, по гипотезе авторов, помогает жителям севера справляться с жирной животной пищей. Ген PRKG1 связан с механизмом сокращения гладкой мускулатуры, работа которой крайне важна для терморегуляции.

Телеуты

Фото: Дмитрий Коробейников / РИА Новости, архив

Распределение аллелей оказалось различно у южных и северных народов Сибири. Так, один из вариантов гена UCP1 преимущественно отбирался у представителей первой группы, гена PRKG1 - во второй.

Исследование генетических особенностей различных этносов имеет важное значение воссоздания исторической картины антропогенеза. Большинство генетических особенностей отдельных групп имеют случайный характер, однако это не всегда так. Например, недавно генетикам удалось обнаружить в геноме тибетцев приспособления к высокогорным условиям жизни. Действие же естественного отбора на человека (и соответственная возможность существования приспособительных генетических особенностей) было неоднократно подтверждено даже для относительно недавнего времени.

 

Александр Попов

Существуют серьезные основания полагать, что Афганистан не приблизил, а отсрочил крах СССР и если бы не предательство верхушки, то краха не было бы совсем. Советские войска нужны были Амину на короткое время для борьбы со своими противниками, потом их предполагалось "кинуть", примерно так, как это произошло в 1929 году. Но Советское Правительство приняло решение сыграть на опережение, уничтожив диктатора в ходе блестящей операции советских частей специального назначения, взяв штурмом его дворец. Афганская тема весьма сложна и многогранна, но в общих чертах ситуация была примерно такой.

Вчерашние Советские Школьники 1984

Афганская война легла на плечи призывников - вчерашних советских школьников. Наши мальчишки проявили себя очень достойно, показав себя блестящими воинами, способными не только храбро воевать, но и профессионально овладеть самой сложной боевой техникой.

Условия службы были тяжелыми - к непростому климату и войне прибавились инфекционные болезни. Население Афганистана отличается крайне низкой гигиенической культурой, а на территории страны находятся мощные природные очаги тифа, холеры, чумы, дизентерии, инфекционного гепатита, малярии и других опаснейших заболеваний. Из служивших в Афганистане, несмотря на прививки, заболело более половины. Советская медицинская служба работала отлично - смерть от заболеваний была очень редкой.

Противники у них были весьма серьезные - Советской Армии пришлось иметь дело далеко не только с повстанцами, а с прекрасно подготовленными и вооруженными новейшим оружием частями специального назначения западных стран, только афганского и пакистанского происхождения, действующими на прекрасно знакомой им местности.

Особое значение приобрели американские публичные гарантии безопасности Пакистану против советского нападения. При бездействии руководства СССР это превращало Пакистан в убежище для моджахедов. Они практически безнаказанно наносили удары с территории Пакистана, обстреливали афганскую территорию и наших солдат.

Растерявшееся советское руководство не решилось на нанесение ударов по Пакистану. Кремлевские старцы, не говоря уже о сменивших их предателях были заняты "борьбой за мир," желая договориться с Западом во что бы то ни стало. А "стало" это в результате в разрушение собственной страны. Самый лучший способ борьбы за мир - это уничтожение противника. По крайней мере - создание и поддержание такой армии, когда гарантированно уничтожит любого противника.

Советские войска оказались в Афганистане в странном положении - им не ставилась задача разгрома врага, а это основная задача армии.

Война велась далеко не в полную силу и сводилась в основном к охране городов и грузов. Частей 40-й армии (около 100 тыс) не хватало для окончательного решения афганской проблемы - общая численность "душманов" превышала 200 тыс. бойцов, из них от 70 000 до 100 000 - подготовленных профессионалов. Афганская армия была слабой и наводненной вражеской агентурой. Ее командиры нередко использовали свои части для межплеменных "разборок". Гражданская война в Афганистане не прекратилась, она продолжалась даже между враждующими группировками моджахедов, различными племенами, религиозными группами и так далее. Несколько миллионов афганцев бежали из страны.

Это не было оккупацией страны, главной задачей советских войск было помочь просоветской верхушке удержаться у власти. Советский Союз и близко не вел себя так, как "цивилизованные страны" ведут себя в захваченных странах, он никогда не грабил Афганистан, а напротив оказывал большую экономическую помощь. Можно обсуждать и сомневаться насколько это было разумно, но это было так.

Всего на территории ДРА за 10 лет, прошло военную службу 620 000 советских военнослужащих. Советские войска в основном охраняли дороги, стратегические и промышленные объекты, города. Совместно с афганскими частями и подразделениями вели боевые действия различного масштаба по ликвидации вооруженных отрядов и групп оппозиции, а также пресекали попытки доставки караванами оружия и боеприпасов на территорию ДРА из Пакистана и Ирана.

Нет сомнений, что если бы Советской Армии задача уничтожения моджахедов была бы поставлена как подобает, то с противником было бы покончено, как это было с басмачеством в 20-е -30-е. Нельзя победить, если противник бьет изо всей силы на уничтожение, а его могучий оппонент только вяло отмахивается, стараясь не связываться. Это относится и к афганской войне, и к самому противостоянию СССР-США в то время.

Американцы тщательно подсчитывали потери Советской Армии, сравнивая их с собственными потерями во Вьетнаме. С точки зрения администрации Рейгана, советские потери были не так уж велики, и президент США хотел, чтобы они возросли. Это, по мнению американских стратегов, привело бы к деморализации Советской Армии.

В Афганистане погибло в бою, умерло от ран (в т. ч. после увольнения), пропало без вести, попало в плен - 12423. Погибло в катастрофах и происшествиях 1795, умерло от болезней (в т. ч. после увольнения) 833. Всего в боевых и небоевых инцидентах погибло - 15051 чел. Для сравнения американцы за 7,5 лет войны во Вьетнаме (из которых американские сухопутные войска вели интенсивные действия в течение 4 лет) потеряли более 58 тысяч убитыми (из них боевые потери более 47 тыс).

Ранено в Афганистане было 53 753 чел., заболело за 10 лет - 415932 чел. (учитывая, что один человек может болеть несколько раз).

Потери (погибшие) по годам распределяются так:

После пика в 1984, несмотря на безумные усилия наших врагов, потери Советской Армии неуклонно снижались. Ни о какой потере боеспособности и деморализации не было и речи, в отличие от Вьетнама. Советские войска показали очень высокую стойкость, волю к победе, боевое мастерство и способность учиться. Сравнение было явно не в пользу США.

Потери душманов были чудовищными, в общем, их никто не считал, часто говорят о миллионе (!) уничтоженных моджахедов, по всей вероятности было уничтожено от 400 до 600 тысяч мятежников. По данным Генштаба СССР только в 1981 году, не самом успешном для Советской Армии, силы антисоветской коалиции потеряли, по самым скромным подсчетам, свыше 20 тыс. убитыми и около 8 тыс. пленными, количество раненых моджахедов оценивалось примерно в 60-80 тыс. Сравнивая с потерями РККА времен войны с басмачеством и афганской операции 1929 года это число представляется вполне правдоподобным - тогда соотношение потерь было сравнимым. Для сравнения - за 10 лет интенсивных боевых действий вьетнамские коммунисты (включая партизан) потеряли более 1 млн. человек, воюя не только с американцами, но и армией Южного Вьетнама.

С середины 80-х годов специальные подразделения ГРУ и КГБ СССР, используя межплеменные противоречия стали практиковать подкуп и стравливание между собой различных группировок моджахедов, что дало очень хороший результат. В результате блестяще спровоцированных советскими службами столкновений погибло большое количество душманов и они так и не смогли сформировать единого фронта, как ни старались это сделать американские и пакистанские спецслужбы.

Афганская война стала заходить в тупик - 40-я Армия не получала ни усиления, ни приказа решительно покончить с противником, а противник, несмотря на прикладываемые усилия, не мог добиться успеха. Все попытки душманов захватить инициативу приводили к огромным потерям. Но тут подоспел Горбачев. На XXVII съезде в 1986 г. он делает заявление о начале выработки плана поэтапного вывода войск. В 1988 автор "перестройки" дает обязательства вывести войска в 9-месячный срок.

Подробнее: http://maxpark.com/community/832

Опубликовано пт, 02/01/2013 - 09:08 пользователем Sashka Lego

Ветал

Россиян заставят платить за недостроенное жилье!